Наука и антинаука
поподробнее.
Если в первом случае эксплуатируется, именно, доверие людей, их вера в исцеление или облегчение страданий, наполнения их жизни тем или иным смыслом, то более существенной здесь является не научная, а этическая составляющая. А во втором случае - более вредными могут оказаться рассуждения о микролептонах и торсионных полях и т.п., построенные на знаниях математики и физики, полученных еще в школе. И здесь происходит подмена истинного знания лженаучным. Поэтому прежде всего следует ответить на вопрос: Что такое наука и научное знание и чем от нее отличаются лженауки и лженаучное знание?
3. Понятие науки и научного знания
Наука – сложное явление общественной жизни; ее основным назначением является получение объективных знаний о мире. По энциклопедическому определению наукой называется сфера человеческой деятельности, функция которой - выработка и теоретическая систематизация объективных знаний о действительности; одна из форм общественного сознания; включает как деятельность по получению нового знания, так и ее результат сумму знаний, лежащих в основе научной картины мира.
Непосредственными ее целями являются описание, объяснение и предсказание процессов и явлений действительности, составляющих предмет ее изучения, на основе открываемых ею законов.
Итак, науку принято определять как высокоорганизованную и высокоспециализированную деятельность по производству объективных знаний о мире, включающем и самого человека, как рациональную деятельность, направленную на постижение мира, в котором мы живем. И основным требованием к научному знанию является требование к его истинности.
В современной методологии истинность является, как бы идеальной целью, так как то, что считается доказанным и объясненным в данный момент, в дальнейшем может потребовать дополнительного изучения. Истинность - это такое требование к научному знанию, которое должно напоминать исследователю к чему он должен стремиться, и это требование должно не позволить ученому свернуть с правильного пути получения знаний.
Поэтому выделяют более четкие характеристики, которые должны быть присущи научному знанию – это проблемность, обоснованность, интерсубъективность и системность.
Проблемность предполагает в себе возможность выделить область неизвестного в исследуемом предмете с помощью способов и методов имеющихся у субъекта познания.
Обоснованность требует от ученого обязательной аргументации в пользу полученного знания: его логическая непротиворечивость; согласованность с уже ранее имевшимся знанием; эмпирическая проверяемость, непосредственно связанной с опытом.
Системность предполагает упорядоченность знания как внутри отдельно взятой научной отрасли, так и в науке в целом, и в научной теории. Обратимся к истории развития науки, чтобы понять суть проблемы, и понять: чего мы достигаем, развивая науку?
4. Как меняется со временем представление о полученных знаниях?
Поставим вопрос несколько иначе: может ли современная наука стать истинной в последней инстанции, и тем самым исключить само существование понятия антинаука? Ответ на данный вопрос тесно связан с решением основного вопроса гносеологии: «Познаваем ли мир?». Из этого следует, что вопрос не решен окончательно, и деление знания на научное и ненаучное это только отнесение его к термину - чему соответствует понятие наука в современном мире. Конечно, если рассматривать знание как антинаучное, лишь потому, что оно не соответствует тем критериям науки, которые установлены в мире. Сам факт существования непознанного дает пищу для антинауки, а вопрос: несет ли антинаука в себе какое-то знание? - еще далек от своего решения.
Существует множество направлений в философии, которые придерживаются самых различных взглядов на вопрос о познаваемости мира. Идеалисты считают мир порождением высшего разума, а разум всегда иррационален. Кантовский агностицизм, заключается в том, что вещь существует для нас и существует сама по себе. Принципиально различно. И сколько бы мы не проникали в глубь явления, по мнению идеалистов, наше знание о предмете будет все равно отличаться от того, чем он является нам и что существует на самом деле.
Это бесконечный процесс - границы опыта непрерывно расширяются, но границы познанного не могут исчезнуть, как не может исчезнуть сам горизонт.
Среди идеалистов распространен также скептицизм. Хотя скептики выражают сомнение в достоверности научного знания, но не отрицают принципиальной познаваемости мира. «Нет познания без проблемы, и нет проблемы без сомнения». При обосновании этой концепции обычно ссылаются на известную легенду, согласно которой Зенон в ответ на вопрос, почему он сомневается во всем, нарисовал два неравных круга и, указывая сначала на большой, а затем на малый, сказал: "Этот большой круг – мои знания, тот малый – ваши. Все, что за пределами кругов, - область неизвестного. Согласитесь, что граница соприкосновения моего знания с неизвестным больше, чем ваша. Вот почему я сомневаюсь больше, чем вы".
Научное знание также предполагает наличие сомнения - оно может быть плодотворным и вести к новым взглядам на мир.
Среди материалистических концепций различные взгляды исторически связаны с новыми научными открытиями и появлением новых задач. С развитием Ньютоновой механики материалисты, распространив ее законы на все явления, пришли к выводу, что мир познаваем в ближайшем будущем - в результате чего появилась концепция об окончании физики, а в последствии - всей науки. Познать - значит раскрыть сущность предмета. А если считать
сущность всех предметов как проявление свойств, описываемых классической механикой, применяемой к планетарной модели атома, - то мир можно считать познанным, ведь все остальные связи - проявление уже изученных.
С другой стороны, этот оптимистический подход обосновывался следующим образом: "Вывод о возможности полной и окончательной формулировки всех основных законов материального мира аргументируется тем, что число различных типов взаимодействий, необходимое для того, чтобы найти соотношения, определяющие эти постоянные, также должно быть конечным." (Компанеец А.С. [7]).
Но уже в начале XX-го века эта концепция потерпела поражение, так как "мысль человека бесконечно углубляется от явления к сущности второго порядка и так далее без конца" (Ленин В.И. [6, c.227]).
И с появлением новых более качественных методов исследования человек открыл для себя еще нетронутые горизонты знаний, тем самым, убедившись, что устройство микромира является настолько сложным как для его описания, так и для понимания сущности изучаемого явления, что даже "завершенные теории" имеют предел применимости. То есть сама физика оказалась слишком сложна для физиков.
С одной стороны, этот термин «завершенная» или « законченная теория» вводит Барашенков [1] для того, чтобы получить качественную оценку наших знаний. И в этом смысле, завершенность теории означает, что теория имеет область своей применимости, и внутри этой области при достигнутом уровне техники измерений данная теория может исчерпывающим образом описывать эксперимент.
С другой стороны, завершенность теории часто связывают с полнотой или неполнотой аксиоматической модели, на основе которой построена данная теория. Иногда говорят о том, что, чем шире круг охватываемых данной теорией явлений, чем меньше постулатов в ее основании, тем полнее ее завершенность - хотя это и не всегда правильно. На самом деле, полнота или неполнота аксиоматической модели не зависит напрямую от количества постулатов, а определяется с помощью других специальных критериев.
Важно понять, что наука, по сути, и оперирует теми самыми “законченными теориями”, применимыми, как уже было сказано лишь к определенным явлениям, за пределами которых данная теория теряет свою эффективность.
В этом контексте имеет смысл поставить вопрос о границах применимости физических теорий и научных ошибках, т. е. кратко теперь коснемся вопроса: чем отличается лженаука от ошибок в науке и существует ли между ними связь?
Действительно, если со стороны официальной науки не последовало немедленного опровержения сомнительного антинаучного исследования, то создается впечатление, что наука бессильна объяснить данное явление, а ее молчание часто расценивается в обществе либо как факт молчаливого признания своих ошибок, либо как факт одобрения подобных исследований и согласия с представленными результатами,
Иначе говоря, попытаемся понять: где искать границу между наукой и антинаукой, и как отличить антинауку от ошибок в науке?
Вопросам разграничения научного творчества и ошибок в науке от лженауки посвящены работы (Хазен А.М. [14 -15]).
Ограничимся рассмотрением ошибок в науке, что сразу позволит выявить отсутствие связи между ошибками науки и антинаукой. Воспользуемся подходом, который описан в [15], но вместо области аксиоматической модели, рассмотрим область применимости физической теории исходя из того, что внутри этой области «завершенная» или «законченная» теория может исчерпывающим образом описывать эксперимент. Т. е. физическая теория дает внутри своей области применимости правильные решения, а вне этой области - возникают ошибки. Или говоря парадоксальным языком, абсолютной истиной являются утверждения и результаты, про которые известно, что они ошибочны за пределами известных границ.
Поэтому в науке существуют как неопровержимые утверждения, так и ошибки, которые при своем возникновении и при дальнейшем развитии науки были, есть и останутся только ошибками. Их ошибочность является абсолютной истиной потому, что относится к областям применимости проверенных теорий. Наука, как это уже было отмечено, пользуется завершенными теориями и сразу становится понятным, что корни антинауки следует искать в какой-то иной сфере, а не среди ошибок науки. И эти ошибки сами по себе не есть лженаука и не могут быть ею.
С одной стороны, «представления или модели, развиваются и видоизменяются с каждым открытием» (А.Б. Мигдал [16]), а с другой - существование ошибок физической теории вне границ ее применимости не дает пищи для лженауки. То есть в науке установленные факты неизменны, соотношения только уточняются с развитием науки, и мы теперь можем поставить вопрос несколько иначе: как рождаются заблуждения? и как отличить научную истину от заблуждения?
По мнению академика А.Б. Мигдала [16] опасность для науки представляют догматизм и верхоглядство - это две грани лженауки.
Заблуждения рождаются тогда, когда ученый не способен отказаться от установившихся представлений, и от его позиции зависит выбор направления поиска, т.е. абсолютизация представлений сегодняшнего дня приводит к тому, что в науке может быть утрачен элемент прогнозирования будущих исследований.
Также существует другое заблуждение - будто ценность научного открытия измеряется тем, насколько оно ниспровергает существующую науку. В отличие от догматиков, верхогляды абсолютизируют не факты и соотношения, а свои непроверенные догадки, не считаясь с фактами и соотношениями. Либо, наоборот, толкования фактов и соотношений, т.е. свои представления они основывают на сознательно упрощенной картине явления.
К счастью, «у науки есть свойство самоочищения – обратная связь, обеспечивающая устойчивость. После нескольких неудач и догматики, и верхогляды перестают влиять на развитие науки» [16] .
В качестве примера отказа от привычных представлений в физике обычно приводят теорию относительности, которая возникла в результате пересмотра интуитивного понятия одновременности, существовавшего сотни лет. Возьмем другой пример. Классическая механика исходит из предположения, что явления можно описывать, задавая координаты и скорости макроскопических объектов. Но потребовался отказ от этого предположения при попытке распространить классическую механику за пределы области ее применимости, т.е. на объекты микромира. При этом возникла новая теория - квантовая механика, которая в области своей применимости отказалась от предположения, что явления микромира можно описывать, задавая координаты и скорости частиц.
На этом примере достаточно отчетливо видно, что значительность научной революции проявляется в ее созидательных возможностях, в том, какой толчок она дает развитию науки, и какие новые области открывает.
Т.е. стабильность – это важное свойство науки и главное требование «принципа соответствия». Согласно этому принципу - каждая новая теория должна переходить в старую в тех условиях, при которых старая была установлена. «Иначе приходилось бы начинать все заново после каждого открытия» [16].
5. Понятие антинауки и антинаучного явления
Казалось бы, «принцип соответствия», обеспечивая преемственность теорий и стабильность науки должен совместно с принципами научного познания быть гарантом науки, защищающим ее от нашествия антинаучных теорий. На самом деле это так и есть.
Существует очень опасная тенденция со стороны антинауки –стремление войти в науку и получить признание с ее стороны. Но антинаука не имеет общих интересов с наукой в такой области человеческой деятельности, как сохранение накопленных фундаментальных знаний, так как с самого своего зарождения не была предрасположена к принятию научной картины мира. Это ее важнейшее свойство и ее отличие от науки.
Если науку считать проводником объективного, рационального знания, то
антинауку можно считать либо как деятельность, направленную против производства объективного знания, либо как сферу человеческой деятельности, основной функцией которой является выработка необъективных знаний.
В наши дни активно развиваются оба направления. Первое из них большей частью проявляется в вопросе противостояния сцентизма-антисцентизма или разного рода давления на истинную науку (например, гонения на генетику в период Лысенковщины). Антинаука здесь выступает либо в качестве проводника страха перед наукой, либо, что еще хуже, является проводником нечистоплотных целей людей, ее поддерживающих. Вторая трактовка этого понятия охватывает гораздо больший круг вопросов, и круг
антиученых гораздо более широк – от апологетов церкви до шарлатанов, называющих себя учеными.
В антинауке знание направлено на удовлетворение потребностей сегодняшнего дня, которые постоянно меняются, и как следствие - все ее остальные качества или свойства сообразуются с этой функцией:
- способность к быстрой смене своих интересов и адаптации их к
изменившимся условиям в обществе;
- особая способность к выживанию (многоликость, маскировка под научное
знание, сверхактивная предприимчивость, амбициозность );
- нетерпимость.
Еще одной характерной чертой антинауки является то, что она не образует знание, а представляет пестрый набор разрозненных отрывочных сведений и фактов, изолированных явлений, т.е. чужда идеям просвещения. Вместо просвещения антинаука занимается посвящением в тайны, и при таком подходе не требуется от сообщаемых ею фактов и исследований особой достоверности и доказуемости. Это только из уважения к науке все подобные явления объединяют под одним названием - антинаука.
Таким образом, антинаучное явление - это такое явление, которое претендует на абсолютное знание и имеет следующие признаки:
- незаинтересованность в сохранении фундаментальных знаний,
накопленных наукой;
- нестабильность - использование непроверенных досконально фактов;
- незаинтересованность в воспроизводимости эксперимента, проведении
научной экспертизы (т.к. это дорогостоящее и длительное исследование)
нарушение научной этики.
На основе этих признаков можно судить о возможном «пути ее внедрения в науку», а также составить общее представление о том, какие силы могут питать и поддерживать антинаучные явления.
По моим представлениям, множество других свойств и признаков антинауки вполне укладываются в эту схему. Приставка анти –соответствует тому, что из всех ненаучных явлений - лженаучных и псевдонаучных к антинаучным явлениям могут быть отнесены те, которые претендуют на абсолютное знание и противостоят науке.
6. БОРЬБА КОНЦЕПЦИЙ
Наука оберегает свои завоевания, и одним из важнейших методов установления научной истины является проверка теоретических предсказаний опытом.
Лженаучными являются утверждения или построения, противоречащие твердо установленным научным данным, и, как справедливо замечает В.Л. Гинзбург ([13]), отнесение тех или иных утверждений к числу лженаучных является исторической категорией.
И тотчас вспоминаются костры среднедневековья - сожжение Дж.Бруно, суд над Галилеем и его «отречение» (…и все-таки она вертится!), судьба академика Н. И. Вавилова, лысенковщина, гонения на генетиков… И параллельно этому списку имен возникает другой список: инквизиция, тоталитарный режим, имена диктаторов… Становление науки происходило в
ожесточенной борьбе с реальными и сильными противниками, научная мысль подавлялась жестокими методами, и это означает лишь одно - те, кто шли на костер, терпели гонения и не отступали - лучше всех понимали, чем грозит человечеству отказ от науки.
В настоящее время борьба с очевидной лженаукой типа астрологии или новой хронологии Фоменко не является главной целью, и не входит в задачи Комиссии РАН по борьбе с лженаукой. Это по силам всем образованным людям. Школьные учителя, студенты могут и должны оказывать противодействие подобной лженауке.
Детальное разъяснение по основным пунктам документа (обращение президиума Академии Наук к коллективному разуму нации) дано академиком В.Л. Гинсбургом в заметке «О лженауке и необходимости борьбы с ней».
Из разъяснений становится ясна позиция официальной науки по отношению к конкурирующим идеям и теориям, которые содержат рациональное ядро, но контрольный эксперимент не был произведен, а их достоверность не доказана в настоящее время. В.Л. Гинсбург обращает вниманье на то, что даже неортодоксальные с точки зрения большинства ученых, теории и идеи, неверность которых не доказана, нельзя считать антинаукой.
И в этом проявляется такое качество науки, как терпимость, способность задавать вопрос в непростых ситуациях: «Не погубим ли мы под антинаукой также робкие ростки новых областей знаний?» Т.е. следует особо подчеркнуть, что антинаука – это не отдельные теории или идеи, а сфера человеческой деятельности, направленная на выработку и распространение необъективных знаний, а также на использование науки в антикультурных целях, что и привело к буму псевдонаук в настоящее время.
Если раньше общество большей своей частью могло разумно воспринимать научные доводы, а также в большинстве случаев разделять - где правда, а где ложь? - то теперь оказалось, что выполнить данную процедуру по силам лишь небольшому кругу людей. Поэтому идея (Сергеев А. И. -[16]) создания заметного слоя профессиональных писателей и научных журналистов, которые в тесном взаимодействии с учеными должны популяризировать достижения науки, научный образ мыслей для остальных людей, возникла абсолютно логично, хотя и не новая. Пример тому – в СССР существовало общество "Знание", которое занималось популяризацией науки, а на Западе, например, есть "Общество скептиков", которое борется с антинаукой и пропагандирует науку.
Я думаю, что не только ученые и журналисты, но и философы должны содействовать распространению научного образа мыслей в обществе. Так как, именно, философы затрагивают в своих исследованиях тему нестандартного знания, находящегося на грани научности или за этой гранью, а также вопросы, связанные с функционированием лженаучного и вненаучного знания в современной культуре. Изменение культурной роли науки с потерей ею высочайшего авторитета в современном обществе и вытеснение ее на периферию культурной жизни является тревожным признаком в современном мире.
По моим представлениям ослабление связи философской науки с другими науками, пренебрежительное отношение к философской форме познания - создает среду для развития различных лженаучных концепций, когда решением философских проблем заняты все кто угодно, кроме самих философов, и к их советам почти никто не прислушивается. А на деле, философскими понятиями пользуются все исследователи для обоснования своих концепций устройства Мира.
Ученые, не испытывающие особого