Восприятие России на Западе: мифы и реальность
5. Нужно ли прислушиваться к западным критикам России?
Один из крупнейших западных специалистов по России, посвятивший свои труды ее изучению в предреволюционный период, англичанин М. Бэринг, отмечал, что придирчивый взгляд обнаружит в российской реальности много недостатков. Указание на недостатки, однако, не умаляет достоинств. Бэринг сравнивает того, кто берет на себя миссию придирчивого и въедливого критика, с "адвокатом дьявола" - так называется в католической церкви лицо, которому поручено перечислять недостатки канонизируемого святого. Благожелательность по отношению к России побуждает Бэриига в одном из разделов своей книги мысленно стать на позицию такого "адвоката дьявола". Думается, что весьма полезно и сегодня познакомиться с тем, как видятся недостатки России тем западным авторам, которые, не довольствуясь коллективным мифом, посвятили немало времени изучению России и не скрывают своего в целом благожелательного к ней отношения.
"Россия - страна с неприятным климатом - сухое лето, дающее ненадежный урожай, иногда ведущий к голоду, невыносимо долгая зима, сырая нездоровая весна и еще более нездоровая осень; страна где почти нет хороших дорог, провинциальные города - разросшиеся деревни, грязные, приземистые, скучные, лишенные естественной красоты и не украшенные искусством; страна, в которой внутренние пути сообщения вне больших железнодорожных линий сложны и плохи; ...где издержки на жизнь велики и нс пропорциональны качеству доставляемых продуктов; где работа -дорогая, плохая и медленная; где гигиенические условия жизни очень плохи; ...где бедные люди - отсталые и невежественные, а средний класс - беспечный и неряшливый; ...где все формы деловой жизни громоздки и обременены канцелярскою волокитою: где взятка - необходимый прием в деловой и административной жизни: страна, отягощенная множеством чиновников, которые в общем ленивы, подкупны и некомпетентны; ...страна плохого управления; страна, где есть всякое попустительство и нет закона: где всякий действует, не принимая во внимание соседа; ...страна крайностей, нравственной распущенности и экстравагантного потворства самому себе; народ без держания себя в руках и самодисциплины; народ, все порицающий, все критикующий и никогда не действующий; народ, ревнивый ко всему и ко всем, кто выходит из строя и поднимается выше среднего уровня; смотрящий с подозрением на всякую индивидуальную оригинальность и отличие; ...народ, имеющий все недостатки Востока и не имеющий ни одной из его суровых добродетелей, его достоинства и внутренней дисциплины; нация ни к чему не годных бунтовщиков под руководством подлиз-чиновников; страна, где стоящие у власти живут в постоянном страхе; ...страна неограниченных возможностей..." (цит. по [17, с. 79, 80]).
Конечно, каждому тезису приведенного высказывания можно противопоставить контртезис или найти опровергающий пример. Именно так и поступает цитируемый автор, признающийся в своей любви к России и в уважительном отношении к ее народу. Он говорит о красоте русской природы, о трогательности и задушевности русской песни и поэзии, искренности и простоте общения и многом другом, что привлекает и покоряет. Однако очевидно, что мы не должны оставить без внимания и подмеченные недостатки, о которых с горечью и болью говорят серьезные зарубежные авторы, поскольку знание слабостей позволяет целенаправленно работать над их устранением. Тому, кто верит в собственные силы, "адвокат дьявола" не страшен. Напротив, его критическая въедливость только помогает движению вперед.
Нельзя не признать, что многие из критических замечаний Бэринга не утратили своего значения и до сих пор. Это лишний раз свидетельствует о том, что отнюдь не все в особенностях бытия той или иной страны определяется общественно-политической системой. Об этом же свидетельствует и тот факт, что нередко люди. разделенные между собой столетиями и наблюдавшие Россию при резко различных общественно-политических порядках, подмечают в российской жизни одни и те же недостатки. Устойчивость ряда характерных пороков российской жизни не следует использовать для их оправдания. Их сохранность на протяжении большого исторического времени объясняется факторами длительного действия.
Условия относительной изоляции России, неисчерпаемость (на том этапе) природных и людских ресурсов и ряд других факторов долгое время позволяли России существовать и даже одерживать верх над соперниками. Сегодня действие этих факторов следует считать исчерпанным. Поэтому для того, чтобы в современных условиях если не одержать верх, то хотя бы выжить, необходимы новые подходы, существенно отличные от тех, что казались естественными еще вчера. В частности, нельзя смиряться с пороками только потому, что их история уходит в глубь веков. Обратим внимание на некоторые из тех недостатков, которые отмечены в работах иностранных авторов. Замечу, что отнюдь не всегда критику со стороны зарубежных авторов следует принимать буквально и всерьез; но и оставлять ее без внимания было бы неверным.
Известно, что западный человек ориентирован на индивидуальность, оригинальность, самостоятельность. Таково вообще ставшее широко известным свойство западной культуры, одна из ее специфических черт. Человек."воспитанный в ее традициях. привык высоко оценивать проявления самостоятельности и творчества. Напротив, его неприятно поражают проявления несамостоятельности, неоригинальностп, подражательства. Именно подражательство является одной из черт, с удивительным постоянством отмечаемой западными наблюдателями России в качестве отрицательной. Так, голландский путешественник Ф. Гагерн на заявление русского генерала о том. что народу России присущ "гений подражания", с удивлением и иронией замечает про себя, что это некий неизвестный, "новый совсем род гениальности!" (5. с. 686). Еще более определенно высказывается Кюстин, на протяжении своего повествования обращающийся к теме подражательства неоднократно. "Я не осуждаю русских за то. каковы они, - пишет он, - но я порицаю их за притязание казаться теми же, что и мы. Они еще совершенно некультурны. Это не лишало бы их надежды стать таковыми. если бы они не были поглощены желанием по-обезьяньи подражать другим нациям, осмеивая в то же время, как обезьяны, тех, кому они подражают" [5, с. 449, 450).
Возмущение иностранцев вызывают не переимчивость, не умение учиться у других. а слепое копирование, заимствование внешних форм, бездумное и неосмысленное подражание. По мнению Кюстина, подражательство Западу скрывает неприязнь к нему: "Я убедился, что русские относятся к нам иронически и неприязненно. Они нас ненавидят, как всякий подражатель того, кого он копирует" [5, с. 557]. Очевидно, что в XVIII-XIX веках подражательство Западу захватило немалую часть высшего дворянского общества. В этом смысле мнения западных наблюдателей совпадают с наблюдениями отечественных авторов той эпохи. Так, один из героев комедии Д. Фонвизина "Бригадир" заявляет: "Тело мое принадлежит России, это правда; однако дух мой принадлежал короне французской". А. Хомяков, критикуя часть отечественного дворянства за его пристрастие к внешним формам западной жизни, называл такое пристрастие "европейничанием".
Если в прошлом болезнь поверхностного подражательства захватывала лишь высшие классы российского общества, то сегодня она поистине не знает социально-классовых барьеров, получив всеобщее распространение. Излишне доказывать, что поверхностная подражательность препятствует подлинному усвоению западной культуры, ибо подражатель не видит в западном образе жизни ничего, кроме "сникерсов", раз-нязнисти, гангстеризма и т.п. Тот факт, что комфортность западной жизни обеспечена высочайшей техникой мышления, длительным и преемственным развитием богатейшей культуры, для него остается скрытым и непонятным. Не случайно подражатель (в отличие от вдумчивого ученика), как правило, превосходит отрицательные черты того, кому подражает, доводя его недостатки до самого предела, до самых крайних форм.
Любопытное наблюдение сделал в апреле 1917 года Д. Бьюкенен: "Неспособность русских к дружной совместной работе даже тогда, когда на карте стоит судьба их родины, достигает степени почти национального дефекта. Как сказал мне однажды один из русских государственных деятелей; когда дюжина русских собирается за столом для обсуждения какого-нибудь важного вопроса, то они будут говорить целыми часами, а в заключение рассорятся друг с другом..." [18, с. 142].
Вообще говоря, индивидуализм западного мировоззрения каким-то удивительным образом сочетается с коллективизмом действия. У нас же дело нередко обстоит строго наоборот: декларации о единстве, "соборности", коллективизме и т.п. остаются декларациями, в то время как способность к совместному действию крайне низка, если, конечно, речь идет о действии добровольном, а не принудительном, не по указанию "сверху". Неумение действовать продуманно и совместно - не только интеллигентская черта. Г. Успенский привел замечательный пример из современной ему народной жизни. В очерке "Общий взгляд на крестьянскую жизнь" на вопрос о том, почему бы крестьянам сообща всей деревней не засыпать небольшое болото, крайне мешавшее вывозу сена, крестьянин Ермолаич ответил автору: "Захотели вы с нашим народом! Нешто наш народ присогласишь?" (цит. по [17, с. 52]). Не нужно специально доказывать, что и в современной России "присогласить" кого-либо к сплоченной работе очень непросто.
Не секрет, что постсоветская Россия явила мировому сообществу поистине обескураживающее зрелище. Надежды доброжелательных по отношению к России представителей западного общественного мнения на то, что, сбросив тоталитарные оковы, страна ускоренно пойдет по пути духовного и культурного возрождения, не оправдались. Многие западные авторы видят причину сложившегося положения в том, что у власти фактически осталась та же номенклатура, лишь поменявшая лозунги с коммунистических на "демократические", но в своей основе оставшаяся такой же черствой, бескультурной и эгоистичной, какой была всегда. Эту точку зрения в обстоятельной книге с показательным названием "Обманутая Россия: провалившаяся демократия Ельцина" отстаивает, например, немецкий журналист Д. Загер [19]. Особую ответственность за неудачи реформ автор возлагает на руководство России. Думается, что в номенклатурном происхождении нынешних российских руководителей состоит только один аспект проблемы. В связи с современной российской ситуацией можно, в частности, вспомнить соображение, высказанное в свое время X. Ортегой-и-Гассетом.
Испанский мыслитель писал, что при всех различиях Испанию и Россию "сближает то, что обе страны оказались населены расой-народом, иначе говоря, они всегда испытывали недостаток в выдающихся личностях. Славяне - могучее народное тело, над которым едва подрагивает крошечная детская головка. Разумеется, некое избранное меньшинство имело положительное влияние на жизнь русских, но по малочисленности ему так и не удалось справиться с необъятной народной плазмой. Вот откуда аморфность, расплывчатость, закоренелый примитивизм русских людей" [20, с. 80]. Слова известного испанского автора можно истолковать в том смысле, что высокие гуманистические идеалы русской культуры и прежде всего великой русской литературы не проникли в души значительной массы населения, не затронули, не преобразили их. В этом смысле наглядной иллюстрацией к высказыванию Ортеги-и-Гассета может служить запись Розанова о его беседе с крестьянином в 1918 году. Весьма "положительный", серьезный на вид и немолодой крестьянин поразил Розанова своими предложениями относительно методов, какими следовало расправляться с противниками: по его мнению, нужно с живых сдирать с них кожу и выделывать из нее ремни. Записывая этот эпизод, Розанов с горькой иронией восклицает: "Вот тебе и Толстой, вот тебе и Достоевский!.." [21, с. 469].
Сегодня, наблюдая за тем, как люди, называющие себя "демократами", ради сохранения своей власти и привилегий, готовы пустить по миру огромные массы людей, лишив их элементарных средств к существованию, как так называемые "новые русские" (в которых нет ничего "нового" и ничего "русского", ибо алчность и стремление к наживе - вечные пороки человечества) вцепляются друг другу в глотку, чтобы захватить кусок пожирней, с какой циничной легкостью принимаются решения, стоящие жизни тысячам людей, и как никто не несет за это ответственности, не говоря уже об угрызениях совести, - подобно Розанову хочется с горечью воскликнуть: «Вот тебе и Толстой, вот тебе и Достоевский, вот тебе и "слезинка ребенка"!..».
Невозможно смириться с тем, что нынешняя неприглядность России станет ее окончательным образом. Думается, однако, .что у российского общества найдется достаточно культурных сил, чтобы избавиться от поголовного увлечения поверхностным подражательством, научиться в нужных случаях действовать совместно и сплоченно, оставляя в стороне различия и разногласия, относиться к жизни и достоинству человека как к высочайшей ценности - как взывают к тому великие образцы отечественной культуры.
Список литературы
1. Бердяев Н.А. Судьба России. М., 1990. . •
2. Ясперс К. Смысл и назначение истории. М., 1991.
3. Гегель Г. Работы разных лет. В 2-х т. М., 1976. Т. 2.
4. В раздумьях о России. XIX век. М., 1996.
5. Россия первой половины XIX века глазами иностранцев. М., 1990.
6. Ильин И. Наши задачи. М., 1992.
7. Мамонова М.А. Запад и Восток: традиции и новации рациональности мышления. М., 1991.
8. Buckle H. History of Civilization in England. London, 1858.
9. Пайпс Р. Россия при старом режиме. М., 1993.
10. Тойнби А. Цивилизация перед судом истории. М., 1995.
11. Елистратов B.C. Россия как миф (к вопросу о структурно-мифологических типах восприятия России Западом) // Россия и Запад: диалог культур. Вып. 1. М., 1992.
12. Солоневич И. Народная монархия. М„ 1991.
13. Бердяев H. Дух русской революции // Из глубины. Сборник статей о русской революции. М., 1991.
14. Розанов В.В. Сочинения. М., 1990.
15. Гоголь Н.В. Духовная проза. М., 1992.
16. Ферро М. Николай И. М., 1991.
17. Лосский Н.О. Характер русского народа. М., 1990. Кн. 2.
18. Российская провинция. 1995. № 6.
19. Загер Д. Обманутая Россия: провалившаяся демократия Ельцина (б.м.). 1997.
20. Ортега-и-Гассет X. Этюды об Испании. Киев, 1994.
21. Розанов В. Апокалипсис нашего времени // Сочинения. Л., 1990.