Xreferat.com » Рефераты по философии » Лексикографическое описание данных социологического опроса

Лексикографическое описание данных социологического опроса

как бы то ни было, концепт "отец" использовался для разъяснения понятия "президент".

Только нелепые ответы, намеренная тарабарщина могут исказить наше представление об объяснительных схемах. Но такие ответы единичны и несуммируемы. Реально нелепые ответы связаны с фонетическими ассоциациями, когда само определяемое слово воспринимается неверно и толкование дается его парониму ("семит" вместо "саммит"). Как бы парадоксально это ни прозвучало, но дефектная прагматика участников социологического опроса, стимулируя дальнюю прагматику, создает идеальные условия для выявления стандартных объяснительных схем. Во всяком случае, валидность социологического материала в отношении этих схем никак не ниже валидности того же материала в отношении тех целей, для которых он используется в повседневной практике.

Семантическая предикация и ее отражение в словаре (инструментарий толкований). Под символосферой языка будем понимать некую ядерную совокупность концептов, к которой в процессе объяснения носители языка сводят другие концепты. Таким образом, символосфера обеспечивает запас знаков, отсылки к которым позволяют осуществлять рецепцию нового, а также устраняют коммуникативные неудачи, снимая различие в языковой компетенции говорящего и слушающего. Так, в детской речи слова "дядя" и "тетя" (первоначально термины родства) используются для обозначения лиц в разных функциях, например, при описании профессий. Объяснение нового для ребенка слова и явления может звучать так: "Машинист — это такой дядя, который ведет поезд". Слово "дядя", безусловно, принадлежит к символосфере ребенка. Для научной и дидактической речи символосфера — это набор исходных понятий. Например, "геометрическое место точек" будет тем понятием, через которое может быть определена окружность или эллипс. В фольклорно-мифологическом сознании символосфера легко обнаруживает себя в ее маркированной части — персоналиях, имеющих собственные имена. Так, Ахилл становится синонимом скорости, Афродита — красоты, Афина — мудрости. То же, но в менее четких формах можно наблюдать и в обыденном языке: "Он, как Иван Грозный", "Это местный Пушкин" и т. п. В обычном словаре символосфера — это понятия, стоящие за словами, разъясняющими другие слова.

Символосфера пополняется за счет применения различных объяснительных стратегий. Объясняя что-то неизвестное или неопределенное через нечто более известное или более определенное, мы совершаем акт семантической предикации. Например, определяя президента как "аналог царя", некий респондент утверждает, что президент (субъект семантической предикации") подобен царю (предикат)2. Сама ситуация вопроса подразумевает, что понятие "президент" мыслится как нечто подлежащее разъяснению вследствие новизны и недостаточной определенности (независимо от того, ощущает ли реально эту неопределенность говорящий). Ситуация ответа предполагает, что "царь" есть нечто настолько семантически простое и определенное, что ссылка на него может служить объяснением. Концепт царя обнаруживает свою принадлежность к символосфере данного респондента, поскольку последний использовал его для объяснения.

В данном случае респондент применил одну из самых распространенных стратегий семантической предикации — метафоризацию. В основе стратегии лежит использование механизма сходства. К такой стратегии особенно охотно прибегают тогда, когда субъект достаточно нов и малоизвестен. Так, на вопрос "Кто такие талибы" респондент отвечает, что это нечто вроде басмачей. В теории тропов есть понятие вынужденной метафоры — катахрезы (от греческого глагола katacraomai , одно из значений которого — "брать взаймы" [11, с. 918]). Так ребенок, видевший ранее автобусы, но впервые увидевший троллейбус, называет его "автобусом с рожками", ибо слово "троллейбус" ему неизвестно. "Автобус" же и "рожки" входят в символосферу этого ребенка. Объяснительные метафоры тоже носят характер катахрез. Их вынужденность обусловлена семантической неопределенностью разъясняемого понятия. Мы отвлекаемся от того, воспринимает ли сам отвечающий исходное понятие как неопределенное или просто реагирует на ситуацию вопроса, инициирующую разъяснение.

Следующая стратегия, метонимическая, основана на родстве понятий. В качестве определения какого-либо явления либо называются его характерные признаки ("Справедливость — когда не лгут"), либо указываются типичные представители класса ("Интеллигенты — это Сахаров, Лихачев"). Первый путь свойственен не только перифрастическим определениям (первый пример), но и определениям научным (дефинициям), в которых обязательна ссылка на ближайшее родовое понятие, а названные признаки трактуются не просто как характерные, но и как специфические: per genus proximum et differentia specificam ("Интеллигенция — социальная группа, профессионально занятая умственным трудом"). Однако для обычного языка характернее перифрастические определения, в которых разные интенсионалы соотносятся с одним и тем же экстенсионалом [12]. Таковы, например, "украшающие определения" различных стран: Япония — Страна восходящего солнца; Китай — королевство колоколов. Таковы также дисфемистические, т.е. "принижающие, ругательные", определения продуктов: Сахар — белый яд; Соль — белая смерть и т. п.

Еще любопытнее второй путь — называние представителей класса. В этом смысле очень полезной оказывается теория семантических прототипов Э. Рош [13]. Суть теории в том, что человек воспринимает любую семантическую категорию как имеющую центр и периферию и, следовательно, представителей тех или иных классов как "более прототипических" и "менее прототипических". Так, для англичанина "воробей" и "малиновка" — представители птиц как таковых. Для современного русскоязычного ребенка, выросшего в городе, разъяснение слова "птицы" квазисинонимическим определением "воробьи, голуби, вороны" будет вполне удовлетворительным. Подобно этому респондент считает, что ссылка на Лихачева и Сахарова достаточно разъяснит понятие "интеллигент".

Возможно совмещение метафорической и метонимической стратегий в стратегии символической [14]. Собственно говоря, в теории, выдвинутой Рош, и в ее позднейших интерпретациях нет четкой акцентуации только генетической связи, так как говорится о "семейном сходстве" (family resemblance) между прототипом (воробьем) и другими представителями класса (дроздами и перепелками). Тем самым "воробей" не только характерный представитель класса (метонимия), но и похож на других представителей (метафора).

Таким образом, символосферу образуют семантические предикаты определений, построенных на основании метафорической, метонимической и символической стратегий. Очевидно, что наиболее устойчивое ядро символосферы составляют именно символические предикаты, так как их пригодность в качестве объяснительного материала мотивирована и сходством, и родством. Поэтому мы и назвали это явление символосферой. В науке подобное явление рассматривалось в трех различных аспектах: системно-культурологическом, системно-информологическом и эволюционно-культурологическом. Эволюционно-информологический аспект оказался невостребованным.

В связи с первым аспектом для характеристики картины мира, присущей той или иной национальной культуре, наряду с понятием "культурное пространство" используется термин "когнитивная база" [15]. Акцент здесь сделан на прецедентные феномены, в наших терминах — на символическую стратегию, так как прецедент, принадлежа к некоторому классу явлений, одновременно становится его репрезентантом. Считается, что когнитивная база хранит инварианты прецедентных феноменов. И в самом деле, базовые метафоры и семантические прототипы можно считать такими инвариантами. В словосочетании "когнитивная база" привлекает прозрачность термина и ориентация на специфику культур. Однако в реальном словоупотреблении "когнитивная база" ближе к понятию картины мира как таковой, чем к "когнитивному инструментарию, используемому для адаптации нового". А именно последнее значение и интересует нас.

При информологическом подходе можно говорить о "семантическом ядре", к которому сводится некое семантическое многообразие. Например, совокупность гиперонимов (слов, называющих родовые понятия) и спецификаторов образует семантическое ядро всякого терминологического словаря. Такой подход свойственен работам по искусственному интеллекту и идеографическому описанию лексики. Совокупность дескрипторов тезауруса или семантических множителей, описывающих какую-либо лексику, можно назвать символосферой в нашем значении. Здесь привлекает намерение выделить ядерные единицы и свести сложное к простому. Однако в таком случае мы получаем не всю символосферу, а лишь ее часть, так как информологический взгляд на мир не ориентирован на сохранение метафорической составляющей. Принципиальная открытость метафорического ряда (все можно уподобить всему) делает бесперспективным использование метафорических дескрипторов. Закрыть же этот ряд можно, только опираясь на культурную традицию.

На символосферу можно взглянуть и с эволюционистской точки зрения. Такой подход мы обнаруживаем в теории эволюционных рядов Э. Тайлора, распространяемой в рамках семиотики культуры не только на вещи, но и на концепты и слова [16]. Например, автомобиль (как реалия) может быть рассмотрен как результат эволюции кареты. Ю.С. Степанов, распространяющий эту теорию и на концепты, и на слова, находит в реальном автомобиле черты, означивающие его принадлежность к ряду кареты и избыточные с функциональной точки зрения [17]. Концепт автомобиля объяснялся через концепт кареты (ср. "карета скорой помощи"). Космический корабль с этой точки зрения возводится к морскому кораблю (на уровне слов "борт", "экипаж" и т. п.). В нашем случае ответ "Президент — это аналог царя" тоже может быть проинтерпретирован в духе эволюционных рядов. Интересно, что в ответах респондентов одно и то же понятие может возводиться к разным рядам. Так, например, "президент" может быть возведен не к царю, а к "вождю", притом что вождь (исконная функция — военачальник) и царь (исконная функция — сакральная) образуют две независимые линии, судьба которых в индоевропейских культурах убедительно прослежена Э. Бенвенистом [18].

Исходные точки эволюционных рядов можно считать элементами символосферы. Однако всей символосферы они не покрывают. К тому же поиски исходных точек ("архетипов") и поиски инвариантов — вещи различные. Инварианты — эксплицитно заданный когнитивный конструктор, с помощью которого строятся новые понятия, архетипы — теоретически вычленяемые конструкты. При этом может оказаться, что респонденты называют только некоторые элементы эволюционного ряда, другие же можно только реконструировать.

Отметим, однако, что при любом подходе к символосфере и смежным с ней явлениям становится явной ее функция — обеспечение гибкой стабильности при адаптации нового. В когнитивной психологии эта идея восходит еще к Жану Пиаже, выделившему в когнитивной адаптации два основных процесса: ассимиляцию и аккомодацию. Ассимиляцией он назвал процесс интерпретации индивидом действительности с точки зрения его "внутренней модели мира", основанной на предыдущем опыте. Применительно к семантическим прототипам авторы прямо пишут о механизмах гибкой приспособляемости [19, с. 274 323]. В этом же духе нетрудно интерпретировать и эволюционные ряды.

Ценность выявления символосферы, на наш взгляд, состоит в том, что она дает представление о когнитивном инструментарии, которым располагает национальный язык, какой-либо его диалект или идиолект отдельного респондента. Априори можно сказать, что рецепция или легитимизация какого-либо нового концепта не может миновать обращения к символосфере. Этим пользуются и дидактика, и риторика. Например, объясняя, что такое тавтология, учитель прибегает к канонизированной иллюстрации: "Тавтология — это масло масленое" (прецедентное высказывание). В данном случае "масло масленое" есть семантический прототип всех остальных тавтологических выражений, будь то "жирный жир" или что-нибудь более изысканное. Выражение "Волга впадает в Каспийское море" — прототип банальности, на который всегда можно сослаться. В двадцатые–тридцатые годы агитация за овладение техникой привела к активизации эволюционного ряда "конь — трактор". Возможность обмениваться электронными сообщениями породила метафору "электронная почта", что отразилось как на интерфейсе, так и на лексике.

Полезность выявления символосферы при решении риторических задач очевидна. Обозначив символосферу, мы получаем знания о наиболее естественном способе адаптации какого-либо явления в сознании слушателей, легитимизации этого явления или, напротив, его осуждения. Она дает возможность высказываться pro и contra, оперируя не самим явлением, слишком новым или слишком абстрактным, а его значительно более наглядным символом. Словарь в этом отношении может ознакомить читателя, во-первых, с частью символосферы, связанной с данным конкретным концептом, во-вторых, с наиболее активной, ядерной ее частью, то есть с теми концептами, которые чаще всего используются для разъяснения самых разных слов.

Первое нужно для непосредственно риторической разработки понятия. Предположим, речь идет о справедливости. Через какие концепты, метафоры, символы, прецеденты, метонимии наиболее характерным образом толкуется современными носителями русской культуры слово "справедливость"? Не зная этого или опираясь только на свои представления, говорить о справедливости, конечно, труднее, чем в том случае, когда говорящему будет предъявлен список концептов, да еще и с частотными характеристиками. Так, данные реального опроса показывают, что опорными концептами являются в первую очередь "правда", "честность", "уважение", а, скажем, "равенство" или "права человека", хотя и входят в смысловое поле дефиниенса, занимают по частоте ответов более периферийные места.

Второй аспект связан с такими концептами и словами, которые наиболее часто используются для трактовки других слов. Здесь лучше говорить не о частотности, а о принятой в словообразовании категории продуктивности. Подобно тому, как продуктивный суффикс применяется для образования все новых и новых слов (например, участвует в освоении заимствованного слова), ядерный концепт символосферы активно используется при расширении ментального пространства. Так, категория "уважение" использована респондентами при трактовке четырех слов из десяти предъявленных: интернационализм, справедливость, рейтинг, счастье. Аргументация с опорой на категорию "уважение" создает убедительный фон, способствует укреплению доверия между говорящим и аудиторией. Такие данные представляют ценность при риторической разработке тем, не обозначенных в словаре, при выстраивании риторического фона.

Отметим также, что лексикографическое описание символосферы будет способствовать созданию метафорических и метонимических словарей: "Поскольку метафора и метонимия являются основными средствами создания переносных значений слов и представляют собой очень многочисленный, разнообразный и мобильный фонд, их лексикографирование еще долгое время будет продолжать оставаться одной из центральных задач словарной практики" [20, c. 89]. При этом определенные шаги для лексикографического описания метафоры уже сделаны [21, 22]

Семантическая номинация и ее отражение в словаре. Проще обстоит дело с семантической номинацией. Вопрос заключается лишь в том, чтобы номинировать смыслы (но не значения), вкладываемые респондентами в то или иное слово. Эти смыслы не вычитываются из обычных толковых словарей, так как последние описывают лексические значения слова. В центре внимания авторов толковых словарей — разведение разных значений одного и того же слова, то есть соотнесение слова с разными референтами. Так, слово "президент" имеет два значения: "председатель, избранный для руководства обществом или научным учреждением" и "выбранный на определенный срок глава государства с республиканским правлением". Речь идет о двух разных явлениях. Смыслы же, которые респонденты вкладывают в слово "президент", относятся к разным сторонам одного явления. Для одних "президент" — "хозяин всей России", для других — "руководитель исполнительной власти государства". Один референт, таким образом, соотносится с разными сигнификатами ("хозяин страны" и "руководитель исполнительной власти")3.

Смыслы раскрываются в так называемых перифрастических определениях, которые дают респонденты, отвечая на вопрос о том, как они понимают то или иное явление. Вне ситуации опроса перифразисы (разные смысловые соотнесенности того или иного явления) активно используются в публицистике, где они служат для формирования отношения к предмету описания (ср., например: "сепаратисты" и "бандформирования", "стабильность" и "стагнация", "выполнение интернационального долга" и "вмешательство в дела другого государства"). Фиксируя ответы на открытые вопросы, социолог использует такие перифразисы как индикатор общественного мнения. Объединяя перифразисы в группы и давая этим группам названия, он интерпретирует (то есть, в свою очередь, перефразирует) ответы респондентов и получает сводку мнений. Социолог решает текущую задачу, в свете которой и производится идентификация высказываний и их перефразирование. Например, такие ответы респондентов на вопрос о президенте, как "Защитник народа", "Защищенность", "Защита", объединяются им в графу "Защита государства".

Вычленение смыслов призвано решать прежде всего интерпретационные задачи и лишь опосредованно — риторические. Предположим, в газете употреблено слово "компромат". Зададимся вопросом о том, каков репертуар смыслов, которые вкладывают в это слово реальные читатели газеты. Реально мы выделили в ответах респондентов довольно широкий разброс смыслов слова "компромат" с различными оттенками в зависимости от используемых ключевых слов:

1) заведомо ложные сведения, призванные опорочить человека;

2) "грязная" информация о человеке;

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: