Предмет философии
В истории философии свобода традиционно рассматривалась в ее соотношении с необходимостью. Сама же необходимость воспринималась, как правило, в виде судьбы, рока, предопределения, повелевающих поступками человека и отрицающих свободу его воли. Пожалуй, наиболее выразительное воплощение подобное понимание необходимости нашло в латинской поговорке - "судьба направляет того, кто ее принимает, и тащит того, кто ей сопротивляется". Противопоставление понятий "свобода" и "необходимости" как философских антиномий, отрицание или подмена одного из них другим свыше двух тысячелетий были камнем преткновения для мыслителей, так и не находивших удовлетворительного решения проблемы. "Старый, но вечно новый вопрос о свободе и необходимости возникал перед идеалистами XIX века, как возникал, он перед метафизиками предшествовавшего столетия, как возникал он решительно перед всеми философами, задававшимися вопросами об отношении бытия к мышлению" (Плеханов).
Философское решение проблемы свободы и необходимости, их соотношения в деятельности и поведении личности имеет огромное практическое значение для оценки всех поступков людей. Обойти эту проблему не могут ни мораль, ни право, ибо без признания свободы личности не может идти речь о ее нравственной и юридической ответственности за свои поступки. Если люди не обладают свободой, а действуют только по необходимости, то вопрос об их ответственности за свое поведение теряет смысл, а "воздаяние по заслугам" превращается либо в произвол, либо в лотерею.
Решение антиномии "свобода иди необходимость" в истории философии зависело от того, к какому из направлений тяготели те или иные философы - к эссенциализму (от лат. essentia - сущность) или экзистенциализму (от лат. existentia - существование), то есть от того, что для них было первичным, исходным - сущность или существование. Для тех, кто придерживался первого направления, свобода была всего лишь проявлением, конкретным воплощением необходимости со случайными отклонениями от нее; придерживавшиеся же второго направления рассматривали свободу как первичную реальность человеческой жизни, тогда как необходимость третировали как абстрактное понятие. В существовании человек обретает сущность, до существования нет никакой высшей природы (человек - возможность) и предназначения (предопределения) человека.
Свобода выбора занимает такое же центральное место в общественном прогрессе, какое занимает естественный отбор в биологической эволюции, а именно: оба они выполняют роль основного движущего фактора в поступательном развитии, только в первом случае - общества, во втором - живой природы. Вместе с тем в механизме их действия имеется важное, принципиальное различие: в процессе естественного отбора биологический индивид является объектом действия законов эволюции, выживания наиболее приспособленных к окружающей среде организмов, тогда как свобода выбора предполагает, что социальный индивид, личность выступает субъектом общественного процесса, воспринимающим достижения материальной и духовной культуры человечества. В ходе естественного отбора биологические преимущества индивидов передаются лишь их непосредственным потомкам. Благодаря же свободе выбора достижения отдельных индивидов в самых различных сферах деятельности - накопление знаний, изобретение, практический опыт, нравственные и духовные ценности - потенциально могут восприниматься всеми людьми, имеющими к ним доступ.
По поводу проблемы "свободы воли" - возможности самоопределяемости человека в своих действиях, в философии традиционно шли нескончаемые споры, ведущиеся со времён Сократа (подчинена ли воля чему-то вне её или самополагаема, самодвижется, источник движения содержит в себе, или он приходит извне). Они вызваны были особой жизненной значимостью этой проблемы, её центральным положением в представлениях о личности как субъекте нравственной и творческой деятельности. Противоречие в решении проблемы было следующее: если каждое действие строго определено и не может быть иным, чем оно есть, то его нельзя вменить в вину или поставить в заслугу. Но, с другой стороны, представление о воле как ничем заранее не обусловленной "конечной причине" морального действия предполагает разрыв причинного ряда явлений, что противоречит потребности научного (логического, обоснованного) объяснения.
В соответствии с двумя сторонами этой антиномии в истолковании свободы воли выявились главным образом две философские позиции: детерминизм (от лат. determinatio - определение, причинение), отстаивающий причинную обусловленность воли, и индетерминизм, отвергающий её. Сообразно факторам (физическим, психическим, духовным), признаваемым причиной волевых актов, среди философских детерминистических концепций принято различать "геометрических", или механический, детерминизм (Спиноза, Гоббс) и менее строгий - детерминизм психический, или психологический (Т. Липпс). Примером наиболее последоват. индетерминизма могут служить учения Фихте и Мен де Бирана. Однако индетерминизм, доведённый до своего логического конца, упирается в "свободу безразличия", равную возможность двух противоположных решений, которая приводит к параличу воли (казус "буриданова осла": невозможность выбрать из двух равных альтернатив) и абсолютной случайности выбора. Поэтому преобладающим в истории философии оказался тип эклектической (смешанной) доктрины. Таков дуализм Канта. Как разумное существо, принадлежащее интеллигибельному (умопостигаемому) миру, человек, по мысли Канта, обладает свободой воли (в нравственной жизни, в определении своего поведения). Но в эмпирическом (природном, опытном) мире, где господствует естественная необходимость, он несвободен в своём выборе, а воля его причинно обусловлена. Следы подобной двойственности носит и концепция Шеллинга: с одной стороны, он определяет свободу как внутреннюю необходимость, с другой - признаёт самополагающий характер первоначального выбора. Последнее все же преобладает у Шеллинга: "Человек поставлен на вершину, где имеет в себе источник свободного движения и к добру и к злу: связь начал в нем - не необходимая, но свободная, он - на распутье, что бы он ни выбрал, это решение будет его деянием" ("Философские исследования о сущности человеческой свободы. Диалектическая постановка проблемы свободы и необходимости в философии была наиболее ярко выражена Спинозой и Гегелем ("свобода есть осознанная необходимость"). Но Гегель, провозглашая свободу воли, по существу наделяет ею не человека, а "мировой дух" (абсолютную идею), воплощающий "чистое" понятие свободы воли.
В идеалистической философии кон. 19-20 вв. среди тенденций в истолковании свободы воли преобладает волюнтаристский (воля в основе всего) и персоналистический (личностный) индетерминизм, а также распространена позитивистская установка обходить эту проблему. У Бергсона, напр., обе эти тенденции переплетаются. В своей защите свободы воли он ссылается на органическую цельность и уникальность душевных состояний, не поддающихся разложению на отдельные элементы и постольку, согласно Бергсону, причинно не обусловленных. Виндельбандт рассматривает волевые акты в одних случаях как причинно обусловленные, в других - как свободные.
Проблема свободы воли стоит в центре внимания атеистического экзистенциализма (Сартр, Камю), который усматривает в человеке, укоренённом в "ничто" (абсолютной открытости бытие, возможности, потенциальности), носителя абсолютной свободы, противостоящего внешнему миру, фактически сводя свободу воли к своеволию, "свободе безразличия", переходящей в бунт.
В религиозных учениях вопрос о свободе воли, без которой невозможна религиозная этика, решается в плане самоопределения человека по отношению к действию бога, описываемого в понятиях благодати и божественного промысла. Попытки разрешить противоречие между всемогуществом высшей воли и самостоятельностью человека принимали подчас противоположные формы в различных течениях религиозной философии (напр., у кальвинистов в протестантизме). Крайние варианты учений о предопределении, ставящие человеческую личность в абсолютную зависимость от сверхъестественной силы, составляют совместно с натуралистическим детерминизмом и с языческой верой в судьбу основной набор концепций фатализма.
Считая свободу родовым признаком человека, представители диалектического материализма усматривали в ней отличительный признак, присущий как человечеству в целом, так и отдельной личности: "Первые выделявшиеся из животного царства люди были во веем существенном так же несвободны, как и сами животные), - но каждый шаг вперед на пути культуры был шагом к свободе" (Энгельс).
6. Человек как предмет философии
Предметом философии человек становится в такой философской дисциплине, как философская антропология, изучающей человека, его специфику по сравнению с другими живыми существами, его место в универсуме (мире), особенности его существования и мировосприятия. В отличие от культурной антропологии, занятой изучением образа жизни и сознания людей конкретных культур, философская антропология фиксирует свое внимание на основных чертах человека как рода. В то же время она может включать в себя и включает изучение человека как индивидуальности, как субъекта уникальных переживаний (экзистенциальные проблемы).
Надо иметь в виду, что в качестве самостоятельного раздела философская антропология сформировалась приблизительно к XVIII в., однако выяснение специфики человека - это ведущая задача всякого философствования. За гносеологическими (теоретико-познавательными), онтологическими, социально-философскими поисками всегда стоят главные вопросы, которые очень хорошо сформулировал Иммануил Кант в своей системе философской антропологии: Что я могу знать? Что я должен делать? На что я смею надеяться? Эти три вопроса, по Канту, сводимы и заключены в последнем, четвертом вопросе: Что такое человек?
Философская антропология стремится понять и ставит такие проблемы:
Каково положение человека в мире, какое место занимает он в иерархии вещей и существ? Является ли человек случайным эксцессом бездушной природы или же он причастен высшим силам? Он - только маленький частичный фрагмент мироздания, или он - микрокосм (маленький космос), зеркало мира как целого?
Какова природа и сущность человека? Чем он отличается от животных?
Существует ли то, что мы называем свободой, и в какой степени человек свободен? Какие виды необходимости господствуют над ним и может ли он преодолеть их?
Человек - разумное существо или же существо, руководимое влечениями и страстями? Каковы возможности разума и какова мера влияния бессознательного на наше мышление и поведение.
Что такое смерть, как человек должен относиться к ней?
В чем смысл жизни? Есть ли у каждого из нас конкретное предназначение и как можно "стать собой"?
Какое реальное место занимают в человеческой жизни любовь, справедливость, мужество и другие важнейшие духовные ценности?
Ни на один из этих вопросов нет окончательного и исчерпывающего ответа. Люди каждой новой эпохи дают свои ответы, заново осмысливая свое собственное положение в мире. Исходя из сказанного, следует ответить на ключевой для антропологических изысканий вопрос: каково место человека в мире?
Первый ответ был характерен для периода античности - это ответ космоцентрический. Он означал, что Космос - мировой порядок - это живое телесное целое, а человек - микрокосм, маленькая модель единой одушевленной вселенной.
Второй ответ - теоцентрический. Он типичен для средневековья. У истоков истории стоит единый Бог-творец, создавший мир из ничего. Человек создан по образу и подобию божьему, он, как и творец, наделен свободой воли. Однако человек греховен, так как воспротивился воле творца. Бог - промыслитель и судья всех человеческих дел.
Третий ответ - антропоцентрический. Он господствует в философии с начала Нового времени и по сегодняшний день. Антропоцентризм исходит из того, что мы ничего толком не знаем в мире, кроме самих себя, и на весь мир смотрим только через призму собственно человеческих потребностей и интересов. Антропоцентризм возвышает человека, но он чреват субъективизмом, практической и познавательной самозамкнутостью.
Вопрос о природе человека - также один из центральных в философской антропологии - это вопрос о его эмпирическом (природном) отличии от всех других живых существ, а вопрос о его сущности - это вопрос о тех его глубинных качествах, которые определяют его специфику и внешне проявляются в чертах, свойственных "природе".
Природа человека глубоко противоречива, поэтому человек всегда выступает загадкой для самого себя. С одной стороны, человек - существо физическое, телесное, подчиненное всем законам биологии и физиологии. Он захвачен влечениями, в нем сильны бессознательные импульсы, им владеют инстинкты и страсти, он легко впадает в страх и гнев. Являясь как бы "вещью среди вещей", человек детерминирован своим прошлым (биологией).
С другой стороны, человеческая природа являет нам сознательность, разумность, способность ясного понимания и осмысления обстоятельств. Человек может познавать объективные характеристики действительности, даже если они прямо не отвечают на его биологические потребности. Человек демонстрирует способность быть нравственным, подниматься над своими естественными влечениями и делать свободный выбор. Тогда оказывается, что он вовсе не подчинен полностью прошлому, не похож на "вещь". Сознание, разум и свобода присущи природе человека. Человек над биологией надстраивает биографию.
Именно эта двойственность всегда заставляла философов искать сущность человека, отличающую его как особое существо от биофизических проявлений его природы. Существует три возможных варианта решения данной проблемы.
1. Сущность человека духовна. Эта версия характерна для всех религиозных и эзотерических (тайных) учений. В соответствии с ней истинная самость человека не имеет отношения к эмпирическому миру. Так, в соответствии с христианством Бог наделяет человека единством духа и души, способных подняться над инстинктами и телесными требованиями, а также над любыми соблазнами материальной жизни. Человек духовен и потому способен господствовать над плотью. В соответствии с эзотерическими учениями истинное "Я" человека - духовная монада (единица) - просто сменяет из жизни в жизнь разные тела, которые служат лишь средством для самосовершенствования.
2. Сущность человека - разум. Эта версия сформировалась в Новое время (рационализм). Она предполагает, что разум - особая самостоятельная инстанция (дух) и человек отличается от животных именно разумом - умением логически мыслить, познавать себя и мир. Разум позволил человеку выделиться из животного царства, используя силы самой природы, и он же залог грядущего счастья и прогресса в обществе.
3. Сущность человека - предметно-деятельная, социокулътурная. Решающую роль в утверждении этой версии сыграли работы Карла Маркса. Человек выступает здесь как существо, которое не пассивно приспособляется к природе, а активно приспосабливает природу к собственным потребностям. Он переделывает ее в трудовом процессе, ставит все новые и новые цели, создает "вторую, очеловеченную природу" - мир культуры. В труде, преобразуя окружающую действительность, человек и проявляет себя как разумный и свободный, ибо творит "по меркам любого вида, в том числе и по законам красоты". Являясь существом трудовым, человек выступает и существом социальным. Он не может трудиться вне общения. Покорение природы и преобразование ее в культуру связано с постоянным взаимодействием людей, со складыванием социальных групп. Поэтому сущность человека - это "совокупность всех общественных отношений". Не биологические черты человека определяют самое существенное в нем, а его социально - групповая принадлежность.
7. Проблема личности в философии
Под "личностью" в современном социально-философском знании понимают обычно как 1) устойчивую систему социально-значимых черт, характеризующих индивида как члена того или иного общества или общности; так и 2) индивидуального носителя этих черт как свободного и ответственного субъекта сознательной волевой деятельности. Понятие личности, употребляемое в этом значении, нужно отличать от понятия индивидуальности, подразумевающего своеобразие, особенности данного лица.
Проблема личности в философии - это прежде всего вопрос о том, какое место занимает человек в мире, чем он фактически является и чем он может стать, каковы границы его свободного выбора и социальной ответственности. Хотя отдельный человек не властен над результатами совокупной общественной деятельности, он всегда обладает свободой выбора и именно этот выбор конституирует его как личность.
В своём первонач. значении слово "личность" обозначало маску, роль, исполнявшуюся актером в греческом театре (лат. persona; ср. рус. "личина"). Личность вне общины или полиса (города-государства) для древнегреческой философии так же нереальна, как биологический орган, оторванный от целого организма ("человек - политическое животное", Аристотель). Однако уже в античности возникает проблема несовпадения реального поведения человека и его "сущности", какой он сам ее видит, и связанные с этим мотивы вины и ответственности. Разные религиозно-философские системы выделяют разные стороны этой проблемы. Если в античной философии личность выступала преимущественно как отношение, то в христианстве она понимается как особая сущность, "индивидуальная субстанция" рационального характера (Боэции), синоним нематериальной души. В философии Нового времени, начиная с Декарта, распространяется дуалистическое понимание личности (тело и дух), на первый план выдвигается проблема самосознания как отношения человека к самому себе; понятие "личности" практически сливается с понятием "Я", тождество личности усматривается в ее сознании. По Канту, человек становится личностью благодаря самосознанию, которое отличает его от животных и позволяет ему свободно подчинять свое "Я" нравственному закону (категорическому императиву: "…поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своём лице, и в лице всякого другого также как к цели и никогда не относился к нему только как к средству").
В ходе развития философского мышления уточнялись и дифференцировались отдельные проблемы исследования личности, ее биологические и социальные детерминанты, степени свободы личности по отношению к природе, обществу и самой себе. Личность и общество нередко сопоставлялись и противопоставлялись как равные, однопорядковые величины. Отсюда, с одной стороны, свойственное метафизическому материализму принижение личности, рассмотрение её главным образом как продукта социальной или биологической среды, а с другой - волюнтаристское понимание личной свободы как произвола, отрицающего естественную и историческую необходимость. При этом личность оказывается либо абсолютным демиургом (творцом), либо трагически страдающим началом, гибнущим под натиском внечеловеческих безличных сил (романтики).
Диалектико-материалистическая философия снимает эти противоположности. Если "сущность человека", не "... абстракт, присущий отдельному индивиду", а "... совокупность всех общественных отношений" (Маркс), то абсолютное противопоставление индивида обществу лишается смысла. Мир перестает быть простой совокупностью "внешних" вещей, становится человеческим миром, а человеческий индивид обретает социальную природу. Основа формирования личности как в фило-, так и в онтогенезе (в родовом и индивидуальном развитии) - общественная производственная деятельность, всегда предполагающая взаимодействие с другими. Учение об общественно - исторической природе человека не снимает проблемы личности. Безличные общественные отношения, противостоящие индивиду как нечто внешнее, объективное, от его воли не зависящее, суть объективизации деятельности прошлых поколений, т.е. опять-таки "живых личностей". Бессильный в качестве абстрактного, изолированного индивида, человек становится творцом истории совместно с другими, в составе классов и социальных групп.
В ходе исторического развития меняются не только преобладающие социальные типы личности, их ценностные ориентации, но и сами взаимоотношения личности и общества. В первобытном обществе отдельный человек не был самостоятельным пo отношению к общине. Лишь усложнение и дифференциация общественной деятельности создают предпосылки для автономии личности. Однако процесс этот глубоко противоречив. "... В ходе исторического развития, - и как раз вследствие того, что при разделении труда общественные отношения неизбежно превращаются в нечто самостоятельное, - появляется различие между жизнью каждого индивида, поскольку она является личной, и его жизнью, поскольку она подчинена той или другой отрасли труда и связанным с ней условиям" (Маркс).
Необходимо отграничить понятие "личность" от понятий "индивид" и "индивидуальность". Рассматривая понятие индивид, надо указать, что оно означает неделимую дальше частицу какого-то целого. Этот своеобразный социальный атом, отдельный человек рассматривается не только как единичный представитель рода человеческого, но и как член какой-то социальной группы. Это самая простая и абстрактная характеристика человека, говорящая лишь о том, что он отделен (прежде всего телесно) от других индивидов. Гораздо более содержателен другой термин - индивидуальность, обозначающий уникальность и неповторимость человека во всем богатстве ею личностных качеств и свойств. Схематически это можно представить так: человек выступает сначала как особь, "случайный индивид" (Маркс), затем как социальный индивид, персонифицированная социальная группа (сословный индивид) и, наконец, как личность. В последней своей ипостаси человек как вбирает в себя все многообразие социальных связей и отношений. Сущность "особой личности", по словам Маркса, составляют не ее борода, не ее кровь, не абстрактная физическая природа, а ее социальные качества. Но свойства личности никак не сводятся к индивидуальным особенностям. Личность тем значительнее, чем больше в ее индивидуальном преломлении представлено всеобщих, общечеловеческих характеристик.
В общей психологии под личностью чаще всего подразумевается некоторое ядро, интегрирующее начало, связывающее воедино различные психические процессы индивида и сообщающие его поведению необходимую последовательность и устойчивость (близко в этом плане к понятию "личность" понятие "характера"). В зависимости от того, в чем именно усматривается такое начало, теории личности подразделяют на психобиологические, биосоциальные, психосоциальные. В значительной мере преодолено современной психологией традиционный дуализм "внешних", интерпсихологических, и "внутренних", интрапсихологических, процессов. Согласно Выготскому и его последователям (по культурно-психологической теории личности), внутренние процессы человеческой психики складываются на основе интерпсихологических, межличностных процессов. Индивид формирует свой внутренний мир путем усвоения, интериоризации (перемещении во внутрь), исторически сложившихся форм и видов социальной деятельности и, в свою очередь, выражает, экстериоризирует, свои психические процессы.
Т.о., "социальное" и "индивидуальное", на первый взгляд являющиеся противоположностями, оказываются связанными друг с другом генетически и функционально.
Отправная точка социологических исследовании личности - не индивидуальные особенности человека, а та социальная система, в которую он включен, и те социальные функции, роли, которые он в ней выполняет (ролевые теории личности, личность как совокупность социальных ролей, исполняемых ею в различных жизненных ситуациях).
Лекция 4
1. Общая характеристика древнеиндийской философии. "Веды" и основные философские школы
Характерным для древнеиндийской философии было то, что она тесно связана была с религиозными традициями, которые имели по сравнению с античным миром гораздо большее влияние. В Древней Индии религия глубоко проникла во все сферы общественного сознания, в том числе и в философию, и в большей или меньшей мере придала им свою окраску. Если в античной культуре философия приобрела более научную окраску (тесная связь с математикой, физикой, психологией, даже медициной), то в индийской она имела религиозно-мистический характер, даже в тех направлениях, которые выступали против господствующей религии Вед (исключением были лишь некоторые материалистические учения, не получившие широкого распространения в Индии и не создавшие ничего, что можно было бы уподобить европейской научной истории).
Для истории древней индийской философии характерна хронологическая неопределенность, отсутствие точной датировки большинства философских источников и связанных с ними идей. Это дает основание располагать один и тот же религиозно - философский памятник, как и связанную с ним традицию в диапазоне целого тысячелетия. Поэтому обычно говорят о более или менее общепринятой последовательности, а не об абсолютной датировке. В общем период древнеиндийской философии связывают примерно со временем возникновения первых религиозно-философских памятников (Вед), примерно с середины 2-го тысячелетия до н.э. и завершают временем складывания философских школ (3 - 2 века до н.э. - начало 1-го тысячелетия н. э). Таким образом, говорят о ведическом и послеведическом периоде в философии древней Индии.
Период Вед. Веды (с санскритского, древнеиндийского языка букв. - знание, вйдение, ведание) представляют собой наиболее ранние тексты на древнеиндийском, названном ведийским, языке, созданные в период со 2-го тысячелетия до н.э. до 6 века до н.э. Название "Веда", "ведать" относят также к обозначению знания вообще, особой сферы умозрения, из которой впоследствии выделяются отдельные знания, направления, учения, науки, философия и богословие. В общем "Веды" и связанная с ними ведийская литература (брахманы - комментарии к ритуальным текстам Вед, араньяки, "лесные книги" - интеллектуальные, умозрительные комментарии отшельников, упанишады - трактаты религиозно-философского характера) являются ценным источником древнеиндийской мысли. Древнейшую часть составляют четыре Веды - Веда гимнов ("Ригведа"), жертвенных формул ("Яджурведа"), напевов ("Самаведа") и заклинаний ("Атхарваведа"). Хотя в них содеpжится полумифическое, полуpелигиозное, полусуевеpное, в целом - образное объяснение окpужающего человека миpа, тем не менее их рассматpивают в качестве философских, а точнее пpедфилософских источников. В обpазном языке Вед выpажено весьма дpевнее pелигиозное миpовоззpение, пеpвое философское пpедставление о миpе, человеке, нpавственной жизни. Наибольший интерес представляют философские части "Ригведы" (заключительная, 10-я мандала, часть), где присутствуют идеи о творении мира, о едином, о космической жаре и пуруше (первотворце, первочеловеке). Уже в этой pанней книге видны пеpвые пpоявления сомнений в истинности жpеческих заклинаний и pитуалов ("Нет Индpы, - иные говоpят, - кто видел его? Кого воспевать нам?"), что является явным признаком зарождения проблем и связанных с ними вопросов и размышлений. Именно в ведийской литературе складываются такие понятия всей последующей индийской философии, как брахман и атман (высшее духовное начало, абсолютная реальность и душа, относительное, субъективное духовное начало, "я сам"), мысли об их тождестве и различии, возникают идеи кармы (сумма поступков и воздаяние за поступки, судьба), мокши (освобождения как смысла жизни), бхавы и абхавы (бытия и небытия), авидьи (заблуждения, лжи), майи (иллюзии), дхармы (закона) и многие другие. Основные проблемы древнеиндийской философии - это проблемы космогонии и космологии, онтологии и сотериологии (учения о бытии и учения о спасении), теологии (соотношение многобожия и единобожия), теории познания (вопросы реальности, видимости, возможности заблуждения). В упанишадах (санскр. букв. сидение около, у ног учителя), наиболее философской части ведийской литературы (подобных текстов насчитывают более ста), присутствует уже теория причинности, учение о переселении душ (реинкарнация, метемпсихоз), концепция мировой души, развиваются практические идеи преодоления страдания жизни, зла, вытекающего из привязанности к видимому (иллюзорному) миру. Веды и ведийская литература представляют собой собрание идей, к которому будут обращаться на всём протяжении индийской философии. Отношение к авторитету Вед определило и классификацию направлений, религиозно-философских и антирелигиозных школ (даршан - систем умозрения). С одной стороны - школы, которые развивают наследие Вед, признают их непререкаемую истину (прежде всего - положение о существовании потустороннего мира, астипаралока, соответственно и жизнь после смерти). Таковых направлений, ортодоксальных школ (астика, от санскр. асти - есть, существует), насчитывают шесть:
1. миманса (санскр. букв. размышление, исследование; основатель - Джаймини, 4 век до н.э., основные идеи и цели школы - обоснование авторитета Вед и священного языка, на котором они написаны);
2. веданта (букв. конец Вед, - учение, опирающееся на упанишады, и прежде всего развивающие основные понятие этих произведений - идеи атмана и брахмана; первый представитель школы - Бадараяна, 2 век н. э);
3. санкхья (санскр. произв. от слова "число" - расчёт, перечисление; это учение строится на перечислении элементов космоса в их становлении от исходных принципов до всего многообразия мира объектов; основатель - Капила, 6 век до н. э);
4. йога (санскр. соединение, участие; эта школа вырабатывала комплекс приёмов для достижения особого духовного состояния, созерзания, ради соединения с абсолютной реальность и освобождением; создатель этого направления - Патанджали, 2 век до н. э);
5. ньяя (санскр. букв. правило, рассуждения, исследования, логика; своё учение эта школа пытается строить на независимых основания, хотя и признает авторитет Вед. Таковыми выступают для нее логические основания, которым она и уделяет всё свое внимание: источники познания, формы познания, теория доказательства и т.п. Основатель - Готама, начало н. э);
6. вайшешика (санскр. от вишеша - различие, особенность; близкая к ньяя школу, создавшая с ней позднее единое направление, также стремилась разрабатывать независимые от авторитета основания мышления и познания, как путей к спасению; создала атомистическую теорию строения материального мира; основатель - Канада, 1-й век до н. э).
Несколько позднее вышеуказанных школ возникаю неортодоксальные религиозно-философские и нерелигиозные направления древнеиндийской философии, которые в противоположность первым назвали настика (от санскр. на асти - он не существует, его нет; т.е. отрицание существования потустороннего мира и жизни после смерти и, соответственно, авторитета Вед). К неортодоксальным даршанам отнесли как антирелигиозные, материалистические учения таких направлений, как школы локаята (от санскр. лока - (этот) мир, идущее от этого мира; основатель - полулегендарный Брихаспати) и адживика (санср. аджива - образ жизни; тяготеющее к фатализму и нигилизму направление основал в 6 веке до н.э. Госала), так и философские учения раннего буддизма и джайнизма (полагают, что первоначально это были не религиозные течения, а моральные учения, основателями которых были не пророки или сверхъестественные существа, а странствующие учителя Будда и Вардхамана). Исходя из этого считают, что в раннем буддизме основными были идеи практического, морального плана - стремление избежать страдания в текущей жизни и соответственно излагался путь, ведущий к избавлению от страдания, а в раннем джайнизме - проблема бытия личности, состоящей из двух частей: дживы (души, живого) и адживы (недуши, материи). Оба направления выступили против крайностей ритуала и абстрактного догматизма Вед и