Богословские аспекты религиозно-философского творчества П.Я.Чаадаева
В конечном итоге, не удивительно, что П. Я. Чаадаев, не отвергая в принципе христианский догмат о Пресвятой Троице, который, по его мнению «одна из самых очевидных аксиом возрожденного ума», пришел к мысли о том, что Божественные Ипостаси лишь формы, образы или модусы, в которых Бог открывается миру. В связи с этим П. Я. Чаадаев писал: “Есть три способа представить себе Бога: прежде всего, как творца вселенной и поэтому ее абсолютного владыку, это - Бог-Отец; затем, как дух или разум, действующий на души через умы; это - Дух Святой; наконец, как отождествившегося с человеческим существом и проявляющегося непосредственно в человеческом сознании - это Бог-Сын. Здесь имеются, очевидно, три лица одного и того же Бога, так как в каждом он целиком содержится. Основательные предчувствия человеческого духа всегда таким образом представляли себе божество, но христианству выпало на долю выразить смутное чувство человечества в непреложной форме и ввести его в логическое сознание человека как составную часть его сущности” .
В конечном итоге, наблюдения над сочинениями П. Я. Чаадаева показали, что, пытаясь рассудочно уяснить сущность троичного догмата, он подменил религиозную реальность Живого Бога-Троицы бесплотным и отвлеченным единством, стоящим “совершенно вне ощущаемой нами действительности”, “великим ВСЕ”, к которому нельзя обратиться ни с молитвой, ни с просьбой, а лишь с патетическим чувством преклонения и подчинения. Подобное учение о Боге как абсолютном единстве имеет мало общего с тем или иным христианским вероисповеданием и подтверждает мнение о внеконфессиональном характере религиозности П. Я. Чаадаева.