Философия Нового времени
Спиноза противопоставил дуализму Декарта принцип монизма. Переход от Декарта к Спинозе как логическое продолжение учения о субстанции связан с тем, что согласно Декарту существуют две сотворенные субстанции. Материя и дух сотворены и нуждаются в Боге для своего существования, однако, они самостоятельны и независимы друг от друга и от Бога. Обе субстанции являются тем, что они есть по сущности, а не через Бога: в их понятии нет ничего, кроме них самих. В сотворенных субстанциях налицо противоречие между сущностью и существованием. Противоречие решается Спинозой так: ни материя, ни дух не имеют самостоятельной сущности, оба выражают сущность Бога каждый по-своему. Бог становится единственной субстанцией материи и духа, последние же составляют лишь атрибуты Бога. Огромное достоинство философии Спинозы заключается в обосновании тезиса о субстанциональном единстве мира. Его воззрениям свойственно диалектическое понимание мира.
Монизм Спинозы имеет пантеистический характер: бог отождествляется с природой. Представление о слиянии Бога и природы, которое лежит в основе учения Спинозы, называется пантеизмом; Бог, идеальное и материальное сплелись в одну единую, бесконечную субстанцию. Бог Спинозы неотделим от природы, не носит характера личности и имеет бесконечное множество атрибутов. Дуализму Спиноза противопоставляет монистический тезис об одной-единственной, притом абсолютной божественной субстанции — природе. Что же касается многообразных природных явлений, то они, по учению Спинозы, являются модусами субстанции, её состояниями. Природа является с одной стороны природой творящей, а с другой - природой сотворенной. Как природа творящая она есть субстанция, или, что тоже самое - Бог. Отождествляя природу и Бога, Спиноза отрицает существование сверхприродного существа, растворяет Бога в природе и тем самым обосновывает материалистическое понимание природы. Гилозоизм Спинозы состоит в том, что он считал, что не только органической (живой) природе, но и всей природе в целом (следовательно и неорганической, неживой) присущи жизнь и сознание т.к. сознание является атрибутом субстанции.
Единая субстанция обладает двумя свойствами - протяжением и мышлением. Материя способна мыслить, а сознание человека - это частный случай мышления. Мышление - самосознание природы, а не особая субстанция. Спиноза начинает свой главный труд "О Боге" с учения о бытии: порядок и связь бытия точно соответствуют порядку и связи мышления. Человек может лишь постигнуть ход мирового процесса, чтобы сообразовать с ним свою жизнь, желание и поступки. Мышление тем совершеннее, чем шире круг вещей, с которыми человек вступает в контакт. Существование только двух определенных атрибутов говорило бы об ограниченности сущности субстанции. Но это не затрагивает реальную бесконечную сущность субстанции, постольку ограничена только познавательная возможность. Как Бог (субстанция) связан с многокачественным миром? Понятия атрибутов и модусов в философии Спинозы и служат для объяснения связи между Богом и материальными телами; между Богом, его разумом — и разумом, мышлением человека. Речь идет о философской реконструкции единства и разнообразия мира. В Боге Спиноза объединяет бесконечное множество атрибутов, которое может быть освоено человеком частично. Вот почему относительно мира природы и человека, Спиноза ограничивается двумя атрибутами, наиважнейшими свойствами субстанции — протяженностью и мышлением, в аспектах которых человеческий ум постигает субстанцию. Две субстанции Декарта были, таким образом, трансформированы Спинозой в два атрибута единой субстанции.
Если мышление, согласно Спинозе, атрибут субстанции (в силу чего "Бог есть вещь мыслящая), если протяжение есть также атрибут Бога (в силу чего "Бог есть вещь протяженная"), то отдельные мысли и тела являются модусами. "Под телом, — пишет Спиноза, — я разумею модус, выражающий сущность Бога, поскольку он рассматривается как вещь протяженная". Мышление — атрибут субстанции (один из бесконечно многих атрибутов Бога). Но у самого мышления есть различные модусы: любовь, желание, аффекты души и т.д. Так Спиноза переходит от общеметафизических рассуждений о Боге-субстанции-природе к философской антропологии, т.е. к концепции человека.
Теория познания Спинозы обосновывается им, исходя из понятия субстанции и ее атрибутов, и, прежде всего, мышления. Поскольку атрибут мышления существует в нас в форме идей, философ рассматривает проблему истинности в виде отношения идей к реальности. Все идеи как бы заранее (априорно) содержатся в Боге. Этим Спиноза подчеркивает их объективность. В Боге бытие идеи содержится вместе с бытием сущности, бытием существования и бытием возможности.
Необходимость причин и следствий, проистекающих из внутренних законов единой субстанции - единственный принцип мирового порядка. Причинное отношение для Спинозы ценно само по себе, так как все остальное обосновывается через причину. Без причины нет действия, знание действия зависит от знания причины и заключает в себе причину. Для всего должна быть причина или основание ее существования или несуществования. Для бога нет причины несуществования."[24] Спиноза делает причинность универсальной, хотя не указывает необходимости этого, кроме того, причина предполагается принципиально познаваемой.
Заслуга Б.Спинозы заключается в том, что он практически отождествил субстанцию и материю и тем самым вынужден был поместить причину существования и движения материи в нее самое, то есть рассматривать субстанцию как субъект.
2.2 Джон Локк (1632- 1704)
Понятие субстанции в определении Локка является аналогом схоластического субъекта, предполагаемого, но неизвестного носителя тех качеств, которые мы считаем существующими. Дж.Локк- представитель материалистического эмпиризма. Его процесс познания - комбинирование простых идей. При образовании сложных идей проявляется активность сознания, а простые идеи, пассивно воспринимаясь, "получены" умом. Сложные идеи разделены Локком на разряды по признаку сочетания входящих в них идей на модусы, субстанции и отношения. Сложные идеи называются модусами, если из них образуются формы, не имеющие самостоятельности в существовании, то есть зависящие от других идей (субстанций и свойств). Идея субстанции также соединяет идеи более простого порядка. Таким образом, сложные идеи складываются из простых, но представляют собой в то же время не агрегат последних, а новое качество.
Локк не одинаково оценивает реально существующую субстанцию и ее понятие. Он полагает, что отвлеченная идея субстанции не ясна. О механизме образования этого понятия Локк пишет, что к сочетанию чувственных качеств философы примысливают в качестве гипотезы идею лежащей в их основе "подпоры ".Согласно Локку, в состав философской идеи "субстанции вообще" (в отличие от эмпирически воспринимаемой субстанции) никакие чувственные идеи не входят. Такое объяснение субстанции противоречит его концепции опытного происхождения идей и предполагает, что понятие "подпоры" является врожденной идеей, несуществование которых Локк постоянно подчеркивает. Локк пишет: "…сцепление частиц в теле также трудно понять, как и мышление в душе" и делает вывод: "…мы не знаем ничего, кроме наших простых идей, полученных нами от ощущения или рефлексии. Основанием нашего познания является простые идеи свойств или качеств. Зная только простые качества, мы объединяем их в единичный предмет, но мы не знаем, как сочетаются эти качества, и тогда предполагаем их носителя, общую основу, хотя и не имеем ясной и отличной от других идеи того, что предполагаем носителем. Реальная сущность, реальное строение, принцип соединения, представляющие собой основание всех свойств, которые соединены в номинальной сущности, только предполагается нами, но остаются неизвестными. Так обстоит дело со всеми нашими идеями субстанций, включая и идею бога."
"В то время как я познаю посредством зрения и слуха, что вне меня есть некоторый физический предмет, объект данного ощущения, я могу познать с большей достоверностью, что внутри меня есть некоторое духовное существо, которое видит и слышит. Тем самым, если объективная достоверность существующего предмета имеет для Локка чисто прикладное значение, и функциональное наименование в идее субстанции, то онтологическая достоверность мыслящего субъекта представляется ему более очевидной.
Онтологический статус материального и духовного субъекта в метафизике Локка не имеет принципиального значения в его концепции. Отдельные высказывания о приоритете существования духовной субстанции носят эпизодический характер, и последовательно развиваемой идеей Локка следует считать только признание реальностей доступных нам в восприятии простых качеств.Об онтологической интерпретации понятия субстанции в учении Локка можно говорить лишь в отношении трансцендентного Бога, не выходя за рамки средневекового понимания понятия субстанции и Бога. Локк не отдает приоритета ни человеку как "мере всех вещей" (в субъективистском смысле), ни абсолютно реальному существованию чего-либо, кроме Бога. В 4 книге "Опытов..." Локк делает вывод о реальности существования материальной субстанции и сомнительности бытия субстанции духовной, и здесь же этот вывод отвергается как маловероятный. Существование двух субстанций предполагается опытом, а решать этот вопрос с необходимостью Локк для себя не находит возможным не только в отношении мышления, но и тела.
Уступкой идеализму было учение Локка о вторичных качествах: объективный характер носят лишь наши идеи о протяжённости, движении покое, фигуре; они суть копии, образы объектов, существующие вне нас. В противоположность им, "вторичные качества"- цвет, запах, вкус- носят, по Локку, субъективный характер, не отражают реальных свойств самих вещей. Локк приводит чисто механистический взгляд на материю, утверждая, что ей присущи только величина, объём и фигура, что она лишена многокачественности.[27] Локк одним из первых ученых в западноевропейской философии поставил проблему личного тождества, различая при этом "тождество человека" (тождество непрерывно сменяющихся частиц, соединяющихся с одним и тем же организмом) и "тождество личности" как разумного существа, наделенного самосознанием (последнее сближается у Локка с памятью); в этом смысле личность может сохраняться и при перемене телесной субстанции.
2.3 Готфрид Лейбниц (1646-1716)
Подобно Декарту и Спинозе, Лейбниц основывал свою философию на понятии "субстанции", но он радикально отличался от них в рассмотрении отношения духа и материи и числа субстанций. Декарт допускал три субстанции: Бога, дух и материю, где протяженность является сущностью материи. Спиноза допускал одного Бога-Природу, где протяженность и мышление - атрибуты Бога. По мысли Лейбница, из одной-единственной субстанции неповторимое многообразие вещей и качеств бесконечной Вселенной произойти не может, так что принцип качественного многообразия должен быть введен в саму субстанцию. Единственным атрибутом субстанции является мышление, протяженность не может быть атрибутом, так как заключает в себе множественность и может принадлежать только совокупности субстанций; каждая единичная субстанция должна быть непротяженной. Лейбниц верил в бесконечное число субстанций, которые называл "монадами". Каждая из них имеет свойства физической точки, когда ее рассматривают абстрактно, фактически монада является душой. Лейбниц отрицает реальность материи и заменяет ее бесконечным собранием душ.
Центральное понятие философии Лейбница - понятие монады. Монада - простая неделимая сущность, и весь мир - собрание монад, не зависящих друг от друга и замкнутых в себе. По словам Лейбница, "они не имеют окон, через которые что-либо могло бы в них входить или из них выходить". Каждая монада- особый мир, в котором отражается мировой порядок, все другие монады и весь мир: "монада - это живое зеркало Вселенной". Монады обладают качествами, отличающие одну от другой, абсолютно тождественных монад не существует. Они располагаются от низших к высшим и в конце к Богу. Низшие монады - уровень материального бытия, они ("пребывают в смутном сне"), Богу принадлежит ясное знание всего и максимум действия, активности. Весь мир монад есть отражение Бога как верховной монады, и в это основание концепции философского оптимизма Лейбница, провозглашающей, что наш мир есть лучший из всех мыслимых миров. Плюралистический мир пронизан единством содержания, гармонией, олицетворенной верховной монадой.[24] Каждая монада является носителем определенных качеств, которыми она отличается от остальных. В этой связи Лейбниц формулирует и свой известный принцип тождества. Если бы две монады были полностью одинаковы, они были бы тождественны, т. е. неразличимы.
Вопрос гармонии - важнейший в философии Лейбница. Она является внутренним порядком всего мира монад. Образование совокупностей монад не является случайным. Оно определено "предустановленной гармонией". Все монады постоянно изменяются, развиваются и при этом их развитие не "подвержено влиянию извне". Отсутствие взаимодействия между субстанциями, между душой и телом вынуждают Лейбница доказывать принцип "предустановленной гармонии" не только между телом и душой, но и между всеми вещами. "Бог с самого начала создал душу в таком виде, что она развивается и в строгом порядке представляет все, что совершается в теле, а тело - в таком виде, что оно само собой исполняет то, что требует душа. Законы, приводящие мысли души в порядок должны вызывать образцы, сочетающиеся с телесными впечатлениями в наших органах; законы движения в теле гармонируют и согласуются с мыслями души так, что тело вынуждено действовать именно в то время, когда этого желает душа". Тела и души, действуя самостоятельно, дополняют друг другом гармонию.
По степени развития он различает монады трех видов: Низшая форма, или монады нижайшей степени, характеризуется "перцепцией" (пассивной способностью восприятия). Они способны образовывать неясные представления. Самые низшие монады Лейбниц называл "голыми"- "спят без сновидений"; они составляют главным образом неорганическую природу, и их нельзя назвать ни мертвыми, поскольку смерти нет, ни живущими той жизнью, которой живут сознающие души.
Между так называемой неживой природой и живой существует непрерывная связь через цепочку посредствующих звеньев, т.е. промежуточных существ. Здесь вступает в силу принцип непрерывности метода Лейбница. Ступени перехода есть и внутри органической природы - между растениями и животными и людьми.
Монады высшей степени- монады-души способны иметь ощущения и созерцать. Самым неразвитым представителям этого класса свойственны пассивные, т.е. подсознательные и полусознательные, смутные созерцания. Излюбленными примерами служат у Лейбница едва слышный для нас шорох, издаваемый падающей песчинкой, и слабый шум прибрежных волн. Но это значит, что смутные перцепции, по Лейбницу, имеются не только у низших, но и у развитых монад (душ). "… Душами, - пишет Лейбниц в "Монадологии" , можно назвать только такие монады, восприятия которых более отчетливы и сопровождаются памятью" .
Монады наибольшей степени развития способны к апперцепции (наделены сознанием). Их Лейбниц определяет как монады-духи. Это духи - активные сознания, обладающие памятью, способностью к рассуждению. Таким образом, перцепцией, восприятием обладают все монады, но только наиболее развитые монады обладают такой индивидуальной программой, при которой им свойственно самосознание.
Соединения монад, различаются согласно тому, из каких монад они состоят.
Тела, содержащие монады низшей степени развития (т. е. тела, в которых не содержатся монады, способные к сознанию или ощущениям),-это тела физические (предметы неживой природы). Они "спят без сновидений" и составляют камни, землю, траву и т.п.
Тела, в которых монады способны к ощущениям и представлениям (содержат монады-души), являются биологическими объектами. Основной состав второго класса животные. Их деятельность преимущественно страдательна, пассивна; самосознание им не свойственно.
Третий, самый высокий из известных нам класс монад образуют души людей. Человек- совокупность монад, в которой организующую роль играют монады, наделенные сознанием.
Итак, монады при всем безграничном их качественном разнообразии, составляют всеобщую последовательность, систему. Развитие монад низшего класса достигает состояния монад более развитых, животных, а их развитие устремлено к состоянию духов. Но и у высших, духовных монад, т.е. людей, наблюдается та же картина - их сознательной жизни, развитию их научного и философского мышления, предшествуют примитивные состояния, как в детстве, так и на начальных стадиях познания, что начинается с пассивной чувствительности. В монаде более высокого ранга всегда присутствуют низшие состояния. Так получает новое осмысление теория Аристотеля о трех уровнях (видах) души - растительном, животном и разумном, т.е. мыслящем. Рациональное содержание этой теории в том, что высшие функции организма не могут осуществляться иначе как на основе низших.
Лейбниц считает, что душа и тело независимы и согласованы. Монады совершенствуются от бессознательного состояния совершенному знанию. Здесь Лейбниц согласен с эмпириками, что чувства - исходная ступень познания. Но только исходная! Мы можем постичь монады лишь разумом. Достоверное, логически и математически доказательное знание, согласно Лейбницу, не может быть дано Богом или получено из воспринимаемых вещей. Оно возникает благодаря деятельности души, в которой, заложенные в виде задатков идеи должны быть развиты в отчетливые знания. Деятельность эта - эквивалент саморазвития монады, ее стремления к самовыражению. Лейбниц изменяет декартовскую теорию врожденных идей. Они- возможность, к которой мы можем придти, как к бессознательному в нас.
Теория, утверждающая, что субстанции не могут взаимодействовать, развитая последователями Декарта, поддержана Лейбницем. Он считал, что не может быть двух монад, которые могли бы иметь причинные отношения между собой, это лишь видимость. Монады, как он говорит, "не имеют окон". Это приводит к двум трудностям: 1-я в динамике, где тела влияют друг на друга, особенно при столкновении; другая вытекает из действия воспринятого объекта на воспринимающего. Лейбниц считал, что каждая монада отражает Вселенную не потому, что Вселенная воздействует на нее, но потому, что Бог дал ей такую природу, которая самопроизвольно порождает этот результат.[24] Лейбниц признает "только идеальное влияние одной монады на другую", возможное лишь через посредство бога и установленную им гармонию между замкнутыми в себе субстанциями.
Определение простоты субстанции следует из того, что в опыте мы находим сложные субстанции как агрегаты простых. А абсолютная субстанция содержит это единство многоразличия в превосходной степени.
Заслугу Лейбница большинство историков философии находят в перенесении на субстанцию третьего момента, присущего мышлению - деятельности, самоопределения. "Способность действовать присуща всякой субстанции и из нее всегда порождается какое-то движение". В философии Лейбница впервые в эпоху Нового времени была выдвинута идея универсальности развития. Каждая монада - источник развития и движения, так как обладает активной силой. Динамические свойства монад не носят векторного характера, силы монад не имеют направлений. Понимая мир целостно, Лейбниц подчеркивал динамичный характер всего мира. Монады, действующие целесообразно, образуют такой мир, который постоянно развивается ко все более совершенным образованиям. Это постоянное совершенствование мира достигает своего пика в познающем человеческом духе. Монады развиваются под действием разных причин: те из них, которые вызывают изменения в телах, он называет действующими, внутренние причины называет "целевыми" и "финальными". Развитие монад осуществляется непрерывно преодолением бесконечно малых величин "малых перцепций". Поэтому в каждый данный момент монада содержит в себе и будущее и прошлое, т.е. развитие заключается в том, что последовательно развертывается изначальное содержание монады.
Лейбницем рассматривается соотношение души и тела. Неделимое-монада - это душа, все же телесное бесконечно делимо. Возникал вопрос: может ли тело как непрерывное и составное состоять из простых монад - душ? Для Лейбница тело- совокупность множества монад, объединенных в целое высшей монадой. Такое тело проблематично, если оно состоит из духовных элементов. По Лейбницу телесное реально. Сущностью телесного является не протяженность, а сила. Лейбниц сравнивает тело с прудом - пруд полный рыбы от того, что наполнен одушевленными существами, сам еще не является одушевленным. Не меньше проблем и с материей, которая реальна, но не есть субстанция, а есть нечто составленное из субстанций. Реальность материи только декларируется Г.Лейбницем. Лейбниц постулирует континуум из атомов-монад между которыми нет промежутков, скачков, т.е. он в отличии от Декарта принимает аксиоматически актуальную бесконечность. Бог по Лейбницу не создает материю и ее механические законы. Он творит только монады, будучи сам "верховной монадой", материя же, протяженные тела "суть только формы проявления бытия", "глубинной сути вещей", "абсолютной реальности", присущей нематериальной субстанции или монадам.
Так же, как Декарт и Спиноза, Лейбниц стремится решить проблему взаимного отношения материи и духа, предполагая их из опыта уже существующими. "Ощущение и мышление не есть нечто естественное для материи, они могут возникать в ней…". "Бог присоединил к материи некоторую субстанцию, которой по природе свойственно мыслить...". "Материя не может существовать без нематериальных субстанций, то есть без монад", но и отличие сотворенного духа - кроме того, что он мыслит, он должен обладать телом. Это еще одно ограничение конечного духа, наряду с другими субстанциями и ограниченного способа своего выражения. Несмотря на принцип деятельности, вводимый Лейбницем, он остается еще в пределах субстанциальной парадигмы 17 века. В теории познания Лейбница речь идет о построении познавательного процесса, научной картины, отвечающей требованиям логического идеала знания и "универсальной математики", свойственной рационализму 17 века. Воплощение универсальной метафизической картины с помощью формально-логических законов и математики приводит к понятию абсолютного Бога, в качестве "высшего и всеобщего духа, последней производящей основы истин", самотождественной и самодостаточной субстанции, которое делает недоказуемым и излишним само существование реального мира.
3. Заключение
Главными вопросами философии всегда являлись коренные вопросы мировоззрения: что собой представляет окружающий нас мир, существует ли он вечно или возник тем или иным способом, какое место занимает человек в мире, что собой представляет наше сознание, как оно относится к миру и т.д. Основным вопросом мировоззрения является вопрос отношения мышления к бытию, духа к природе. Что является изначальным: природа (бытие, материя) или дух (разум, сознание, идея)? Материальное и духовное - это предельно широкие понятия, охватывающие всё, что существует в мире.
Философы-дуалисты, например Декарт, (от латинского слова duo- два) признавали материю и дух самостоятельными субстанциями и не могли установить связь между ними. Монистическое мировоззрение (от греческого "монос"- один) исходит из признания единой субстанции и признаёт первичность либо материи, либо духа.
Метафизическая концепция Спинозы восприняла в себя основные принципы ближайших предшественников. Отправляясь от учения Декарта и преодолев его дуализм, Спиноза обосновал монистическое материалистическое понимание природы. Согласно учению Спинозы, существует лишь одна субстанция, бесконечная, вечная и неделимая, составляющая основу всех природных явлений. Эту субстанцию Спиноза называет Богом и Природой одновременно. Тем самым в отличие от Декарта он становится на точку зрения философского монизма, признающего единое первоначало мира. Эта субстанция обладает бесчисленным множеством атрибутов, из числа которых человеку открыты только два: протяженность и мышление. Каждый из атрибутов заключает в себе всю полноту содержания субстанции и предстает перед нами как множество единичных вещей (модусов), в которых мы открываем проявление отдельного атрибута, образующего их сущность. Тело и душа суть разные выражения одной сущности человека. Познавая тело, мы познаем душу, и наоборот. Это единство того и другого открывается нам лишь при условии ясного знания, действия интеллектуальной интуиции. Таким образом, в метафизике Б.Спинозы, с одной стороны, выражены все элементы новоевропейского типа мышления, обозначенные в исследовании понятием "субстанциальная парадигма". Сущность этого понятия состояла в поиске предельного основания бытия и познания, которое бы обладало предикатами самодостаточности, самотождественности, простоты, невыводимости, преданности и могло быть объяснено из него самого. В рамках этой парадигмы понятие субстанция первоначально выступает в качестве проблемы нахождения гносеологического основания. С другой стороны, философия Спинозы обозначила все противоречия, к которым приводит набор необходимых предикатов понятия субстанции.
Г.Лейбниц представляет определенное завершение европейского философского рационализма. В философии Лейбница отразились почти все философские импульсы его времени. Он был подробно знаком не только с философией Декарта, Спинозы, Бойля, но и с философскими трудами представителей эмпирически ориентированной английской философии, в частности с работами Дж. Локка, и давал им оценку. Так, он был не согласен с концепцией картезианского дуализма, отвергал определенные элементы картезианской теории познания, в частности тезис о врожденных идеях, возражал и против спинозовской единой субстанции (бога), которая является и всем, и субстанцией. Утверждая, что субстанций бесконечно много, Лейбниц смешивал две различные проблемы - философского и естественнонаучного многообразия вещей. Ядро философской системы Лейбница составляет учение о "монадах" - монадология. Монада - основное понятие системы - характеризуется как простая, неделимая субстанция. Лейбниц отвергает учение Спинозы о единой субстанции, которое, по его представлениям, вело к тому, что из мира исключаются движение, активность. Он утверждал, что субстанций бесконечное множество. Они, согласно его воззрениям, являются носителями силы, имеют духовный характер[22]. Философское мышление Лейбница представляет собой вершину европейской рационалистической философии. Лейбниц был творцом одной из самых оригинальных и плодотворных философских систем нового времени. Диалектика, логика и глубоко научный стиль - вот что характеризует лучшие стороны его философского творчества. Эта философия впитала в себя достижения предшественников и современников, дала свой ответ на их искания, а во многом и обогнала свое время.
Таким образом: В философии Нового времени выделяются две линии анализа субстанции. Первая из них, связанная с онтологическим понятием субстанции, как предельного основания бытия, была начата в эмпиризме Ф.Бэкона на пути качественного описания субстанциальных форм и отожествления субстанции с формой конкретных вещей. Этой качественной трактовке субстанции Р.Декарт противопоставлял учение о двух субстанциях: материальной(для которой характерны протяжённость и количественная измеримость) и духовной (мыслительной) Трудности дуализма в объяснении взаимоотношения субстанций были преодолены Б.Спинозой на основе пантеистического монизма: для него мышление и протяжённость- не две субстанции, а два атрибута единой субстанции. Г.Лейбниц в своей монадологии вычленял множество простых и неделимых субстанций, обладающих самостоятельностью, активностью и изменчивостью.
Вторая линия анализа субстанции- гносеологическое осмысление понятия субстанции, его возможности и необходимости для научного знания. Она была начата Дж.Локком в его анализе субстанции, как одной из сложных идей и критике эмпирически-индуктивного обоснования идеи субстанции. Дж.Беркли вообще отрицал понятие материальной субстанции, хотя и допускал существование духовной субстанции. Д.Юм, отвергая существование как материальной так и духовной субстанции, видел в идее субстанции лишь гипотетическую ассоциацию восприятий в некоторую целостность, присущую обыденному, а не научному знанию. Впоследствии И.Кант, развивая гносеологический анализ понятия субстанции, указывал на необходимость этого понятия для научно-теоретического объяснения явлений.[26]
В заключении данной работы необходимо отметить, что философские концепции Нового времени, благодаря развитию науки в целом, вплотную подошли к истинному пониманию устройства мира. Материя, природа- вечна, бесконечна, безгранична. Материя не есть нечто единообразное и однокачественное. Она существует в форме бесчисленно разнообразных тел, объектов, качественно и количественно отличающихся друг от друга. Сложным объектом изучения являются тела органической природы и особенно человек. В новое время человеческий опыт был провозглашён главным источником знания о природе(Ф.Бэкон), человек был признан главным орудием познания мира(Р.Декарт). Мир был объявлен познаваемым с помощью тех средств, которые были доступны человеческому разуму. В 17 веке громче зазвучали голоса, требующие отделения научного знания от религиозных верований (Паскаль). При переходе от Нового времени к эпохе Просвещения 18 века в различных отраслях научного знания появляются теории, пытающиеся раскрыть и объяснить реальное развитие Космоса, Солнечной системы, Земли, земной коры, поверхности земного шара и его обитателей. Эти тенденции свидетельствуют о стремлении к единству в создании научной картины мира на основании общей идеи естествознания 17-18 веков о том, что все явления происходят в результате движения материи.
Литература
1. Философия и методология познания: Учеб. для магистров и аспирантов/Под. ред. В.Л.Обухова. Ю.Н.Солонина., В.П. Сальникова, В.В. Васильковой. - СПб. Фонд "Университет", 2003. С.154.
2. Философия: Учебник для высших учебных заведений. - Ростов н/Д.: "Феникс", 1997.С.64.
3. Краткий очерк истории философии. Под ред. М.Т. Иовчука, Т.И. Ойзермана, И.Я. Щипанова. Изд. 2-е, переработ.: М., "Мысль",1971. С.194.
4. Розов М.А. Знание как объект исследования// Вопр. Философии. -1998.-№1.-С.91.
5. Лекторский В. Историческое познание//Свободная мысль.-2001.-С.87.
6. Васильев В.В. "Высшее проникновение" новоевропейской философии//Вопр. философии.-1997.-№1.-С.112,108
7. Бычко И.В. Познание и свобода. - М.: Политиздат, 1969.-С.34.
8. Субботин А. Л. Фрэнсис Бэкон. М., 1974.
9. Введение в философию. //под ред. Фролова С.С., М., 1996
10. История философии в кратком изложении/Пер. с чеш. И.И. Богута - М.:Мысль, 1991.-С.386,397.
11. Демокаров К.Х. Рационализм и социосинергетика//ОНС - обществ. науки и современность. - 1997.-№1.-С.120.
12. Философия и методология науки./Под ред. В.И.Купцова. - М.:Аспект Пресс,1996.-С.84.
13. В.В.Игнатьева, Н.Б.Оконская, О.В.Панченко. Философия. Конспекты лекций и планы семинарских занятий. – Севастополь.:СНУЯЭиП,2002г.-с.14.
14. Блинников Л.В. Краткий словарь философских персоналий.
15. Богомолов Ю.А. Буржуазная философия кануна и начала империализма. -
М.,1987.
16. Декарт Р. Сочинения в двух томах. Том 1.- М.: Мысль, 1989
17. Ляткер