Смысл свободы как одной из общечеловеческих и национальных ценностей
Монтессори разработала педагогическую систему, в основу которой была положена гипотеза о том, что каждый ребенок от рождения наделен ему одному присущим потенциалом развития, который может быть реализован только в собственной деятельности ребенка. Задача педагога – создать среду, облегчающую ребенку раскрытие собственного потенциала, и позволить ему свободно действовать в этой среде, познавая через нее и окружающий мир. Среда строится с учетом возрастных особенностей ребенка на каждом этапе его развития. Монтессори определила три этапа в развитии ребенка от 3 до 12 лет:
Первый этап до 6 лет: ребенок – строитель самого себя. Это период «впитывающего» сознания, языкового и сенсомоторного развития. Организованная педагогом среда включает специальные материалы, взаимодействуя с которыми, ребенок развивает свою сенсорную сферу, мелкую моторику руки, формирует практические навыки.
Второй этап – от 6 до 9 лет: ребенок – исследователь. Он познает окружающий мир в процессе собственных активных действий, с помощью воображения создает его целостную картину.
Третий этап – от 9 до 12 лет: ребенок – ученый. Из исследователя – экспериментатора он превращается в маленького ученого, который не только ставит опыты, но и пытается их проанализировать.
Взгляды Монтессори – разновидность теории свободного воспитания. Она утверждала, что детям необходима свобода для «самовоспитания и самообучения», «мы также мало способны создавать внутренние качества человека, как и внешние формы тела».67
Начальная школа должна быть лабораторией, дающей возможность изучить психическую жизнь ребенка. Внутренние потребности нельзя «отгадать», а можно только определить, если оставить ребенка свободным в самопроизвольных, естественных проявлениях. Необходима такая обстановка, которая соответствовала его потребностям, и такие пособия, которые помогали бы выявить запросы ребенка и способствовали его самовоспитанию и самообучению»68.
В дошкольном и младшем школьном возрасте Монтессори придает особенно большое значение сенсорной культуре. Для усовершенствования слуха и зрения, осязания ею разработана система дидактических материалов.
Работа над материалом помогает ребенку самостоятельно обнаруживать свои ошибки, что требует сосредоточенного внимания, наблюдательности, терпения, упражняет волю. Это способствует преодолению «хаотичности», свойственной дошкольному возрасту и является основой для «самовоспитания и самодисциплины». В «домах ребенка» организованных ею был установлен определенный режим. Он начинался «упражнениями обыденной жизни»: руководительница учила детей навыкам самообслуживания, хорошо держаться, грациозно двигаться, приветливо здороваться, вежливо разговаривать, правильно сидеть и т.д. «Грубые» и «бесполезные» поступки детей подавлялись. Монтессори была сторонницей религиозного воспитания, утверждала, что корни религии заложены в природе человека. Прирожденным она считала и инстинкт послушания».
Главное упражнение активности, а задача приобретения знаний является попутной.
Монтессори предполагала, что ребенок сам себе построит систему идей, если педагог предоставит ему систематический материал. При методе Монтессори занятия детей происходят главным образом в индивидуальном порядке, по выбору в одно и то же время разные дети могут заниматься разными делами.
В России первые учреждения, работающие по принципу Монтессори, стали появляться с 1913 (детский сад Ю.И. Фаусек), В советский период в порядке изучения опыта работали 2 детских сада в Москве и Ленинграде, которые были реорганизованы в 1927 г. после критического анализа системы Монтессори дошкольной секцией ГУСа.
Рудольф Штейнер и вальдорфские школы.
Особое понимание смысла свободы дает вальдорфская педагогика, возникновение которой связано с деятельностью известного философа Рудольфа Штейнера.
Первая вальдорфская школа была открыта в 1919 г. в Штутгарте по инициативе Эмиля Мольта, директора и совладельца сигаретной фабрики «Вальдорф - Астория», для детей работников. В первой половине 20-х гг. в различных городах Германии возникло еще восемь подобных школ. Все они стали называться по «материнской школе» вальдорфскими.
Во второй половине 30-х гг. немецкие вальдорфские школы начали подвергаться притеснениям со стороны нацистского режима. К 1938 г. все они были закрыты, исключение составила школа в Дрездене, закрытая в 1941 г. В 1945 г. она вновь смогла открыться, но вскоре была опять запрещена, на сей раз уже социалистическими властями ГДР. Школа возобновила свою работу лишь в 1990 г. Довольно скоро после открытия первой штутгартской школы аналогичные учебные заведения появились и за пределами Германии. Например, начиная с 1925 г. такие школы появились в Швейцарии, где они именовались школами Рудольфа Штейнера. С 1923 г. начали основываться школы в Голландии, называвшиеся Свободными школами. Вскоре возникли школы в Англии (первая в 1925 г. в Лондоне), Португалии (в 1926 г. в Лиссабоне), Норвегии (1926 г.) и США (в 1928 г. в Нью-Йорке)69. Эти школы поддерживали духовную непрерывность вальдорфского движения в годы его запрета в Германии национал-социалистами. Эмигрировавшие из Германии учителя основывали вальдорфские школы в США, Бразилии, Южной Африке и других странах.
В 80 - 90-х гг. число вальдорфских школ резко возрастает, и к 2002 г. в ФРГ их насчитывается более 170. В целом в мире на сегодня имеется около 900 подобных учебных заведений. В рамках вальдорфского движения организовывались также детские сады, дошкольные учреждения (на сегодня - около 2000), а также лечебно-воспитательные учебные заведения и детские дома, общим числом около 500. Эта динамика отчетливо показывает рост общественного интереса к образовательным учреждениям вальдорфского типа во всем мире за последние двадцать лет.
В России в середине 2002 г. работали 26 вальдорфских школ и 59 вальдорфских детских садов. При этом 13 вальдорфских школ в Москве, Санкт-Петербурге, Самаре, Тюмени и т. д. - являются государственными (муниципальными) общеобразовательными учреждениями; 10 российских вальдорфских школ негосударственными образовательными учреждениями (в Москве, Санкт-Петербурге, Рязани, Ярославле, в г. Жуковском Московской области и т. д.)70. Некоторые инициативные группы работают как вальдорфские отделения в рамках государственных (муниципальных) школ, не образуя самостоятельного юридического лица (во Владимире, в Смоленске и т. д.). На начало 2002/03 учебного года в вальдорфских школах России обучалось примерно 3000 детей, в детских садах насчитывалось примерно 1600 детей. Имеется три центра подготовки вальдорфских учителей - в Москве, Санкт-Петербурге и Ярославле, проходят регулярные курсы повышения квалификации, организуемые Международной ассоциацией вальдорфской педагогики стран Восточной Европы.
Сохранилось свыше 200 лекций Штейнера по педагогике в виде более или менее полных стенограмм. Целевая установка школы была сформулирована Эмилем Мольтом, который при жизни Штейнера был заместителем председателя попечительского совета, а после смерти – председателем, во вступительной речи на открытии первой школы 7 сентября 1919 г.: «Главная мысль родилась из сознания того, что стало действительной необходимостью нашего времени. У меня, по правде говоря, просто возникла потребность претворить в жизнь первую так называемую общедоступную школу и через это оказать реальную помощь людям в удовлетворении социальных потребностей. Мне виделось, что в будущем не только сын или дочь из зажиточной семьи, но и дети простых рабочих должны быть поставлены в положение, позволяющее им овладеть полноценным образованием, которое необходимо сегодня для того, чтобы подняться на более высокую ступень культурного развития. И еще: сегодня недостаточно просто основать новое «учреждение», но необходимо наполнить это учреждение новым духом»71.
Педагогическое самоуправление72 школы существовало с самого ее начала: педагогический коллектив сам определял педагогические цели и установки, составлял учебные планы и программы, организовывал обучение. Все это основывалось, прежде всего, на собственном понимании развития ребенка и служило исключительно ему. Но во многом школа должна была и идет на компромиссы: с одной стороны, вальдорфская педагогика не может стремиться к проведению выпускных экзаменов (тестов), разово оценивающих сугубо абстрактные, формализуемые показатели, с другой стороны, с подобными экзаменами связаны права, закрепленные в документе об окончании школы (названные Шельским «жизненными шансами»). Поэтому вальдорфские школы не могут отказать своим ученикам в получении полноценных аттестатов.
Педагогика вальдорфской школы основывается на убеждении, что каждый независимо от его академических успехов, имеет право на получение образования в учебном заведении в течение всего времени, пока длится его биологически - телесное развитие. Иными словами, пока он растет и физически формируется, т. е., как минимум, до 18 лет. После 18 лет притязания на дальнейшее образование каждый должен реализовывать сам.
Школьные годы распределяются на 12 классов, включающих в себя младшую, среднюю и старшую ступень, в которых обучаются ученики различных способностей и социального происхождения.
В связи с особым пониманием возраста в вальдорфских школах второгодничества не существует73, т. е. каждый ученик переходит в следующий класс в соответствии со своим возрастом, независимо от внешне установленной нормы достижений. Никому не принесет пользы, если ученик потеряет свои накопленные доверительные привычные социальные связи, которые возникли у него в классе, из-за недостаточных школьных успехов и должен будет повторять тот же материал снова еще один школьный год. Ход жизни каждого человека74 имеет свой временной облик, гештальт, при котором развитие во времени происходит не линейно или поступательно, а подчиняется особому ритму, имеет внутри себя особые узловые точки. Этот временной ритм в жизни человека с точки зрения вальдорфской педагогики можно разделить примерно на 7-летние «шаги», как это делали греки. При этом телесное развитие - изменение облика, смена зубов, половое созревание, достижение социальной зрелости - сопровождается отчетливыми психологическими и физическими изменениями. Дальнейшее развитие (после 21 года) полностью переходит в область души, а позднее - в область духа. В пределах этих больших ритмических отрезков существуют более мелкие, на которые надо обращать пристальное внимание, например возраст 10 и 12 лет. Такой тип жизненных ритмов может рассматриваться как идеальный, фактически же от него существует множество отклонений.
Педагогические последствия изложенного выше подхода многосторонни. С одной стороны, они ведут к ориентации всего обучения, как по содержанию, так и по форме, на возрастные особенности детей, с другой стороны, влияют на организацию жизни школы в целом. Идеалом является равный учет индивидуально-личностной и общечеловеческой линии развития ребенка.
Главная заслуга Штейнера состоит в том, что ему удалось все эти различные аспекты и проблемы, о которых говорилось и в его время, и говорится сегодня, увязать в единую, цельную, осуществленную на практике школьную модель.
Центральным для вальдорфской педагогики является личность и педагогическая компетентность учителей, задействованных в образовательном процессе в конкретных школах, их способность понимать ребенка, а также организовывать и совершенствовать учебный процесс в сотрудничестве с коллективом принимать ответственные и взвешенные решения.
Идея классного учителя, ведущего свой класс в течение 7-8 лет75, преподающего все основные предметы, безусловно, является одним из краеугольных камней всей педагогической концепции вальдорфской школы. Как классный учитель, так и другие учителя - предметники имеют значительное пространство свободы и возможности для творческого самовыражения. Поскольку вальдорфские школы не зависят от государства, обучение – платное, но плата дифференцирована в зависимости от доходов семьи. В ряде стран государство оказывает значительную финансовую поддержку вальдорфским школам (до 70—80 % суммарных затрат) - но не претендуя при этом на вмешательство во внутришкольную жизнь и преподавание.
Конец ХIХ – начало ХХ веков принесли значительное развитие идеям и практике свободы в образовании. На сцену вышли различные философско-педагогические воззрения и школьные модели, в самых разных направлениях варьирующих основные мотивы педагогики свободы.
3.2. Развитие идеи свободного воспитания в отечественной педагогике
3.2.1. Идеи свободного воспитания в XVIII - XIX вв.
Модернизация российского образования становится актуальной проблемой с XVIII в.: петровские реформы сделали образование более гибким, разносторонним, оно становится частью общемировых образовательных процессов, активизируется внимание к запросам воспитанников. Несмотря на то, что многое еще оставалось традиционным (господство авторитарного подхода, жесткая дисциплина, телесные наказания), идеи природосообразного воспитания пробивали себе дорогу в среде российских деятелей близких европейскому просветительству (Е.Р.Дашковой, В.В. Крестинина, и др.).
Педагогическая деятельность И.И. Бецкого.
Идеи природосообразности воспитания и обучения проявились в деятельности И.И. Бецкого (1704-1795), главного директора кадетского корпуса (особенно в тексте Устава и в представленном им плане школьной реформы «Генеральное учреждение о воспитании обоего пола юношества»)
«Продуманная либеральная организация жизни учебного заведения по праву заслуживает не только доброй памяти и подробного анализа, но и практического применения сегодня»76. В корпусе, помимо обеспечения системы индивидуального учения, темпа учебной деятельности и ориентации на личный успех, а не на «круговую поруку было распространено изучение дисциплин по выбору (например, латинский язык и бухгалтерия). Существовал и выбор профили классов для старших кадетов. Так система Бецкого обеспечивали выбор каждым воспитанником собственного содержания и формы учения. Иным был стиль и характер преподавания — принуждение заменялось убеждением, текущие оценки отсутствовали, они ставились только во время экзаменов. В качестве поощрений использовали золотые медали и путешествия за границу за казённый счёт для продолжения образования и расширения кругозора выпускников.
Бецкой старался организовать образование по принципу «учиться легко и приятно». Он был против «подавления порядком», а также физических наказаний и унижения. «Обучать без принуждения» с учётом интересов и задатков ребёнка — его цель.
Основным средством инициирования интереса кадетов к наукам и учёбе было создание в учебном заведении особых условий образования — «моральной» (по словам Бецкого) или культурной среды. Образовательное пространство было организовано так, что незаметно влияло на учащихся. Основным его элементом была знаменитая каменная стена, огораживающая сад, а также включавшая часть внутренних помещений и коридоров. На всем ее протяжении были вывешены картины, написанные на различные исторические сюжеты: перед подростками проходила история народов и культур (идея Кампанеллы, высказанная в «Городе солнца»).
В самом же здании кадетского корпуса стараниями Бецкого были организованы библиотека, художественная галерея, арсенал, механическая и архитектурная «каморы» (кабинеты, мастерские), ботанический сад. После смены руководства культурную среду кадетского корпуса расширили: на специальных досках, установленных в зале появились новые афоризмы великих людей и даты выдающихся событий. В конце обучения выпускнику вручали подарок: сборник этих высказываний. Всё это делалось для того, чтобы оставить у кадетов наиболее приятные воспоминания о годах учения.
Бецкой старался распространить свою систему па другие учебные заведения — Смольный институт, воспитательные дома, коммерческие и мещанские училища, кадетские корпуса. Но многое зависело от личной позиции педагога, сама система образования оставалась консервативной и негибкой.
Проблемы свободного воспитания в первой половине XIX в.
В первой половине XIX в. авторитарный подход к воспитанию и образованию усиливает свои позиции, но интерес к идеям гуманного воспитания сохраняется и получает развитие в творчестве педагогов – И.И. Давыдова, сумевшего выразить суть концепции свободного воспитания «Не должно подавлять в дитяти того, к чему природа его назначила; не подавлять в душе искры господствующей способности, не выставлять себя образцом при его воспитании, не направлять его согласно со своим направлением»,77 И.М. Ястребцова, А.Г. Ободовского. Влияние либеральных и гуманистических идей на планы реформирования школы проявилось в деятельности «Вольного общества», объединявшего частные училища, в которых применялся метод взаимного обучения (авторы – английские педагоги Э.Белл, Дж. Ланкастер, образованного при участии будущих декабристов Ф.Н. Глинки, Ф.П. Толстого, С.П. Трубецкого, В.К. Кюхельбекера. Воспитать человека так, чтобы он был собственным своим воспитателем ставил целью педагогики П.Г. Редкий. Наиболее ярко принципы свободного воспитания были воплощены в педагогической практике Царскосельского лицея. Основу образования составляло нравственное воспитание, было продолжением идей Бецкого. Вместе с тем в педагогической деятельности ощущалось явное влияние теорий Монтеня, Локка, Руссо. Основная задача организации образования в Лицее — слить воспитание ума и сердца». Ценилось не знание фактов, а умение сравнивать, рассуждать, обосновать своё мнение. Вместо отметок преподаватели предъявляли развернутые характеристики успехов воспитанников, а заранее планируемые публичные экзамены побуждали всех показывать наилучшие результаты, поэтому так называемая «проверка знаний» всегда проходила в праздничной обстановке. Наказаний фактически не было. Е.А. Энгельгардт, один из директоров Лицея считал, что наказывать в обычном смысле слова не имеет смысла, по его мнению, школа должна быть для ученика родным домом, и чем больше разумной свободы, тем больше самостоятельности и сознания собственного достоинства в ученике.
Наиболее любимые лицеистами педагоги — А.П. Куницын, Н.Ф. Кошанский, В.Ф. Малиновский, И.К. Кайданов, Е.А. Энгельгардт, А.И. Галич и другие, каждый по-своему, реализовали один наиболее продуктивных педагогических приёмов — стимулировал интерес к учению с помощью творческих заданий и самостоятельных работ. Это было естественное воспитание свободолюбия, самостоятельности, независимости суждений, инициативы, активного интереса к выбранному делу.
Радикальные взгляды на понимание задач воспитания высказывал В.Г. Белинский, понимавший образование как создание каждым своего образа. Одно из его высказываний остаётся актуальным и сегодня «Воспитание! Оно везде, куда ни посмотрите, и его нет нигде, куда ни посмотрите. Отчего же это? Да оттого, что на свете бездна родителей, но мало отцов и матерей»78.
Распространение демократических идей в российском обществе середины XIX в. создавало условия для обновления понимания образования, у истоков которого стояли Н.И. Пирогов, К.Д. Ушинский и др.
Идеи обновления образования в творчестве Н.И. Пирогова.
Н.И. Пирогов (1810-1881), в статье «Вопросы жизни. Из забытых бумаг» обосновывал необходимость коренной реформы образования, он говорил о воспитании, основанном на самопознании, общечеловеческих идеалах и нравственных ценностях. Поэтому педагогика должна научиться понимать мир детства. Таким образом, Пирогов одним из первых ставит вопрос о необходимости понимания ребёнка и доминировании в образовании воспитательных процессов и нравственного развития. Условием нравственного развития ребёнка и его воспитания должна стать нравственность учителя, его способность внутренней работы над собой и способность осознать ошибки. Только то воспитание имеет шансы на успех, в котором педагоги сумеют учитывать индивидуальность своих воспитанников и её приспособить к жизни. Продуктивен только тот образовательный процесс, в котором активен не только учитель, но и ученик. Для этого важно задействовать все духовные силы ученика, а не только ум. Если же у ученика оказались не сформированы какие-либо способности, то это — результат неудачного педагогического воздействия. Основа преподавания — учёт, понимание индивидуальных особенностей ребёнка и уважение его личности.
Пирогов подчёркивал, что дело не в том, что преподаёшь, а в том, как это делается. Важны, по его мнению, четыре фактора успеха образования: личность ученика, личность учителя, индивидуальный подход, особенности учебного предмета.
Пирогов стремился, насколько мог, реконструировать систему образовани, сделать её либеральной. Он поддерживал инновации, творчество учителей, их самообразование. Однако его деятельность не поощрялась консервативным министерством просвещения, и Пирогов был отправлен в отставку. Многие из высказанных Пироговым суждений были подхвачены Ушинским и демократически настроенными публицистами и педагогами.
Значение педагогической деятельности К.Д. Ушинского.
Константин Дмитриевич Ушинский (1824 – 1870) – основоположник русской школы научной педагогики. Он блестяще окончил юридический факультет Московского университета, работал в Ярославском юридическом лицее, служил в Министерстве внутренних дел, одновременно сотрудничая с такими журналами как «Современник», «Библиотека для чтения». В 1854 г. был назначен на должность учителя Гатчинского сиротского института, а затем его инспектором, а далее инспектором Смольного института благородных девиц, и также редактором «Журнала Министерства народного просвещения».
С 1862 г., когда он был освобожден от работы, и вплоть до самой смерти Ушинский занимался научной деятельностью в области теории педагогики и методики начального образования.
Проблема соотношения научного и творческого в педагогике с первой же статьи становится одной из главных проблем, без решения которой, по мнению Ушинского, невозможно найти ответ ни на один вопрос, связанный с воспитанием и образованием.
Главную цель воспитания К.Д. Ушинский видел в духовном развитии человека, а достигнуть ее невозможно без опоры на культурно-исторические традиции народа, на особенности его национального характера. Работы К.Д. Ушинского «Родное слово» (1861), «О необходимости сделать русские школы русскими» (1867), «Общий взгляд на возникновение наших народных школ» (1870) как раз и посвящены рассмотрению этой проблемы. Начало этой серии работ положила статья «О народности в общественном воспитании» (1857), в которой К.Д. Ушинский на основе подробного анализа воспитательных традиций европейских стран сделал вывод о том, что воспитание, созданное самим народом и основанное на народных началах, имеет воспитательную силу, которой нет в самых лучших педагогических системах, построенных на абстрактных идеях. Основой воспитания, по мнению К.Д. Ушинского, является воспитание семейное, в котором конкретизируются цели и задачи общественного воспитания.
В статье «Педагогические сочинения Н.И. Пирогова» (1862) К.Д. Ушинский начал поиск пути решения одной из важнейших проблем педагогики — определения «основной идеи образования». Для этого он считал необходимым, прежде всего, уяснить, что является предметом воспитания и в чем состоит цель воспитания; разработать соответствующую национальному характеру и традициям модель образования; широко обсудить продуманную и обоснованную воспитательную идею.
По мнению самого К.Д. Ушинского, предметом воспитания является человек как таковой. Детальному рассмотрению этой проблемы и посвящена самая капитальная работа К.Д. Ушинского «Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии».79 Этот труд, в котором подводились итоги всем предшествующим исканиям К.Д. Ушинского, составил эпоху в истории русской педагогики. В полном объеме осуществить замысел начатой работы ему не удалось; завершены были две части — «Часть физиологическая» и «Часть психологическая», в которых К.Д. Ушинский рассмотрел физиологические законы деятельности человеческого организма и психические явления, ими обусловленные, с целью отыскать резервы воспитания и расширить сферу его влияния. Третий том, посвященный собственно педагогическим проблемам, не был завершен.
К.Д. Ушинский справедливо отмечал, что воспитание нередко кажется делом обычным и понятным, а иногда даже легким — и это тем более чем менее человек с ним знаком в теории или на практике. Искусство воспитания, утверждал К.Д. Ушинский, опирается на данные антропологических наук, на комплексное знание о человеке, который живет в семье, в обществе, среди народа, среди человечества и наедине со своей совестью. Все это совершенно необходимо знать учителю, воспитывающему молодое поколение80. Для подготовки таких учителей нужна была новая система педагогического образования, и К.Д. Ушинский предложил создавать в каждом университете педагогический факультет, где изучался бы человек во всех проявлениях его природы и эти знания прилагались бы к искусству воспитания81.
Антропологические знания в широком смысле слова дают возможность, по мнению К.Д. Ушинского, правильно, с учетом особенностей формирования и развития психики и физиологических особенностей развития определить содержание обучения и формы его организации. Поэтому он считал необходимым строить обучение на основе учета возрастных индивидуальных и физиологических особенностей детей, специфики развития их психики.
К.Д. Ушинский тщательно учитывал особенности развития внимания детей, памяти, воображения, чувственно-эмоциональной сферы, воли, факторов формирования характера. Отметив существование двух видов внимания, он указывал на то, что через стимулирование внимания пассивного необходимо развивать внимание активное, имеющее особое значение в процессе обучения для укрепления памяти.
В качестве одного из важнейших условий оптимального развития ребенка в процессе обучения К.Д. Ушинский обращал внимание на необходимость учитывать посильность содержания обучения и его последовательность. Особое значение К.Д. Ушинский придавал отбору содержания обучения. Он полагал, в частности, что ничем не оправдано чрезмерное увлечение классическим образованием как средством общего развития и его противопоставление реальному как средству подготовки к практической деятельности. К.Д. Ушинский отмечал, что реализм в образовании зависит не от набора предметов обучения, а от общей направленности образования. Общеразвивающее и практически полезное должны быть представлены во всем обучении, определяясь как влиянием науки, так и характером организации учебной деятельности школьников.
Исходя из психологических особенностей детского возраста, К.Д. Ушинский большое значение придавал соблюдению принципа наглядности как соответствующего специфике детского восприятия. Он указывал, что важнейшим источником получения новых знаний для детей является опыт, приобретаемый с помощью внешних чувств. В связи с этим важнейшим, по мнению К.Д. Ушинского, является использование в обучении игры, которая как воспитательно-образовательное средство может использоваться даже до 16—23 лет.
Дидактические идеи К.Д. Ушинского опирались на такие принципы, как основательность и прочность усвоения знаний. Так, им были детально разработаны методика повторения учебного материала, методика формирования у детей общих представлений и понятий на основе наглядных представлений, методика одновременного развития мышления и речи у детей. Следуя принципу развивающего обучения, ведущему начало еще от И.Ф. Гербарта и даже от Я.А. Коменского, он протестовал против разделения функций воспитания и обучения, справедливо указывая на единство двух этих начал в воспитании гармонично развитой личности. Понятие «учитель-предметник», по мнению К.Д. Ушинского, может означать лишь невысокий уровень профессиональной подготовки учителя. Это пояснение К.Д. Ушинского полностью применимо и в наши дни.
Главной формой организации обучения для обеспечения единства воспитания, образования и развития К.Д. Ушинский считал урок — важнейший элемент классно-урочной системы обучения, основой которой являются класс с твердым составом учащихся, твердое расписание классных занятий, сочетание фронтальных форм обучения с индивидуальными при ведущей роли учителя в ходе урока. В целом К.Д. Ушинский углубил классическое учение об уроке, определив его организационное строение, установив его отдельные виды. Вид урока определяется его целью, например урок объяснения нового материала, когда все другие элементы урока подчинены этой задаче, или урок закрепления знаний, или проверка знаний учащихся. Особое внимание К.Д. Ушинский уделял организации учебной деятельности в начальной школе, где целесообразно сочетание всех видов урока воедино. В целом, по мнению К.Д. Ушинского, урок достигает цели только тогда, когда ему придается определенное, строго продуманное направление и в его ходе используются разнообразные методы обучения.
Однако главное место в теоретическом наследии великого педагога занимает его теория воспитания, в основу которой должен быть положен принцип народности, понимаемый как соответствие духовно-нравственной традиции православия, речь идет, конечно, о воспитании русских детей. Исходя из принципа народности, К.Д. Ушинский считал патриотическое чувство самым высоким, наиболее сильным нравственным чувством в человеке.
В конечном счете, целью нравственного воспитания детей в школе должно быть формирование личности, качествами которой стали бы уважение и любовь к людям, искреннее, доброжелательное отношение к окружающему миру, чувство собственного достоинства. Поэтому К.Д. Ушинский протестовал против негуманного отношения к детям, против унижающих личность ребенка телесных наказаний. Из всех мер наказаний наиболее приемлемыми, по мнению К.Д. Ушинского, являются предупреждение, замечание, низкая оценка по поведению. При этом он подчеркивал, что особенно важно соблюдение педагогического такта и такое отношение к ребенку, которое не унижало бы его в глазах сверстников.
С позиции нравственного воспитания рассматривал К.Д. Ушинский и проблему поощрения, стимулирования активности в обучении соревнованием. Он полагал, что воспитатель должен хвалить ребенка, сравнивая его успехи с другими, отмечая при этом не только его собственное продвижение. Моральное поощрение является лучшим способом нравственного воспитания, развивающим в детях стремление идти вперед, сделав это естественной потребностью каждого ребенка.
К.Д. Ушинский особо выделял два фактора воспитательного воздействия на ребенка — семья и личность учителя. Говоря о качествах личности учителя, он отмечал, что учитель, прежде всего воспитатель. Личность воспитателя, по мнению К.Д. Ушинского, обладает такой воспитательной силой, которую не заменят ни учебники, ни морализирование, ни наказания и поощрения.
Собственно проблемам реализации принципа свободы в воспитании посвящен раздел во II части основной его работы «Человек как предмет воспитания. Опыт педагогической антропологии, который носит название «Воля»82. Под волей он понимает третий вид душевных явлений, помимо ума и сердца. Ушинский критически рассматривает различные теории воли и делает следующие выводы: «мы называем волей власть души над телом; воля – есть только вполне выработавшееся желание, овладевшее всей душой, и только противоборствующие представления, замедляющие такую выработку желаний, делают то, что у взрослого человека не всякое желание достигает ступени воли; мы говорим о воле как противоположности неволе».83 Соответственно, он определяет порядок рассмотрения проблемы. К.Д. Ушинский обращает внимание на то, что нельзя смешивать психологическое понятие воля с философским понятием свобода, «которая в действительности может быть стесняема страстями, посторонними влияниями, хотя воля остается неотъемлемой принадлежностью человека».84 Он указывает: «Совершенной, абсолютной свободы в жизни вообще не бывает и не может быть; так, когда мы говорим о свободе народа, о любви к свободе, об освобождении раба и т.п., то вовсе не разумеем безграничной свободы действий; мы здесь разумеем лишь возможность для народа или человека соображаться в своих поступках со своими желаниями».85 Ушинский очень точно