как бы очевидными. Здесь нет отвлеченного
начала с последующим развитием (развертыванием) дискурса. Материал подается как
очевидно явленный по форме, но требующий развития своего содержания. Это
принуждает к глоссированию темы и углублению ее содержания. Автор не ищет
истины и не принуждает слушателя (читателя) порождать ее предложенным им
способом. Здесь нет столь волнительных для последующих поколений вопросов:
является ли сущность и существует ли явление . Суть мира явлена самим актом
Творения, где Слово стало Миром. Не только Ветхая, но и Новая история
демонстрирует тот же подход: Христос является в мир, чтобы указать на
очевидное, давно и всем известное, но не понимаемое, не принимаемое или
забытое. К истине не надо подводить , она дается сразу и очевидно. «Я есмь путь
и я есмь истина» говорит Христос. Бог явлен и означен миром, мир означает Бога.
Знаковость бытия является универсальной характеристикой средневекового
миросозерцания и смысл здесь открывается через знак. Всё ясно, сущность открыта
и только зашоренность человека отклоняет его от истины. Нужно напомнить,
разбудить человека к истине, удивить его парадоксом (ср. аристотелевское
определение начала философии как удивления). Нужно отдаться очевидности
(«истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдете в
Царство Небесное». Матф. 18,3 ), а не углубляться в опосредования и «хитрости
разума». Прорыв к сущности бытия не требует многоступенчатого пути через
накопление относительных истин и уточнения их, а возможен из любой точки. В
этом смысле все проявления бытия равнозначны и одинаково пригодны для
формирования структуры смысла. Однако, одновременно, не один момент бытия не
является абсолютным и требует удержания универсальности мира. Чем шире точка
зрения, чем больше моментов включает она в себя, тем аутентичней позиция
наблюдателя. Средневековый мыслитель именно универсальный наблюдатель, ему
чуждо стремление к о предел ению, к begreiffen, он стремится к освоению данного
и мысль его кружит и плетет узоры вокруг некого центра в попытках найти новые
траектории или использовать уже известные для приближения к нему. Отсюда
странные для современного человека повторы мысли, бесконечное апеллирование к
разнообразным авторитетам, круг которых повторяется почти у всех авторов.
Задачей ставится увидеть по-новому в уже явленном, а не породить новизну. Этот
своеобразный гностицизм стремит к простоте (ибо, Бог — прост), которая
достигается либо непосредственной «детскостью» понимания, либо упрощением через
повтор одного и того же разными авторами и эпохами. И здесь необходим вводящий
контекст, исходной пропедевтикой которого является подразумеваемое христианство
читателя и слушателя. Как мир так и текст создан для посвященных,
подготовленных для восприятия, иначе «…умы их ослеплены, ибо тоже самое
покрывало доныне остается неснятым при чтении Ветхого завета, потому что оно
снимается Христом» ( 2-е Коринф., 3, 14 ).
Готовность к восприятию,
определяемая включенностью в традицию (в качестве первой необходимости которой
выступает христианство) и соответствующий контекст у апостола Павла получает
название «духовного знания». «'Духовное знание', терминологически
кодифицированное в апостолическом письме, впоследствии образует в христианской
письменности основное гнездо большого семантического поля, семиотически
соотносимого со всяким проявлением просвещения и книжно-богословской
начитанности. Например, протопоп Аввакум, споря с никонианами, называет их
'невелегласами' и 'невеждами' (т.е. 'незнающими') — в смысле христианского
гностицизма» [ 13 ].
Классический рационализм
предлагает метод познания в качестве пути понимания. Однако в русской
средневековой духовности историческая традиция образует контекст блоков доверия
и является важнейшей детерминантой отечественного философствования, определяя и
маркируя поле понимания.
Список литературы
Еремин И.П. Литературное
наследие Кирилла Туровского. // ТОДРЛ. М.-Л., 1958. Т. 12. С. 361.
Истрин В. Первая книга
Хроники Иоанна Малалы. // Записки Академии наук. VIII серия. По
историко-филологическому отделению. СПб., 1897. Т. I. № 3. С. 5.
Дильтей В. Литературные
архивы и их значение для изучение истории философии. // Вопросы философии.
1995. № 5. С. 126.
Декарт Р. Рассуждение о
методе, чтобы верно направлять свои разум и отыскивать истину в науках. //
Декарт Р. Соч. в 2-х тт. Т. 1. М., 1989. С. 260.
Лейбниц Г.В. Соч. в 4-х
тт. Т. 2. М., 1983. С. 382.
Лейбниц Г.В. Соч. в 4-х
тт. Т. 1. М., 1982. С. 530.
См.: Вернадский В.И.
Избранные труды по истории науки. М., 1981. С. 205. Примечание.
Евфимий. Рассуждение —
учиться ли нам полезнее грамматике… // Сменцовский М. Братья Лихуды. Опыт
исследования из истории церковного просвещения и церковной жизни конца XVII и
начала XVIII веков. СПб., 1899. Приложения, С. XIII.
См.: Лихачев Д.С.
Развитие русской литературы X–XVII веков: Эпохи и стили. Л., 1973. С. 20-30.
Буланин Д.М. О некоторых
принципах работы древнерусских писателей. // ТОДРЛ. XXXVII. Л., 1983. С. 6.
См.: Калугин В.В.
«Кънигы»: Отношение древнерусских писателей к книге. // Древнерусская
литература: Изображение общества. М., 1991.
Панченко А.М. Русская
культура в канун петровских реформ. Л., 1984. С. 70.
Мончева Л.Н.
Апостолическое письмо и становление художественно-эстетической традиции
средневековой литературы. ТОДРЛ. XLII. Л., 1989. С. 190-191.
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Поможем написать работу на аналогичную тему
Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному
проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.