шпоры

они составляют своего рода диалектику единства и многообразия реального мира, но эта диалектика в данном случае достигается дорогой ценой - ценой идеализма, поскольку все субстанции роднит между собой общая их духовная природа.


20(2). Бэкон.

Основную цель своих сочинений, как и призвание всей философии, Ф. Бэкон видел в том, чтобы "восстановить в целом или хотя бы привести к лучшему виду то общение между умом и вещами, которому едва ли уподобится что-либо на земле или по крайней мере что-либо земное". С философской точки зрения, особого сожаления и срочного исправления заслуживают ставшие смутными и бесплодными понятия, употребляемые в науках. Отсюда - необходимость "заново обратиться к вещам с лучшими средствами и произвести восстановление наук и искусств и всего человеческого знания вообще, утвержденное на должном основании". Бэкон считал, что науки со времени древних греков мало продвинулись по пути непредвзятого опытного исследования природы. Иное положение наблюдается в "механических искусствах: "они, как бы восприняв какое-то живительное дуновение, с каждым днем возрастают и совершенствуются...". Но и люди, "пустившиеся в плавание по волнам опыта", мало задумываются об исходных понятиях и принципах. Итак, Бэкон призывает своих современников и потомков обратить особое внимание на развитие наук и сделать это ради пользы жизни и практики, именно для "пользы и достоинства человеческого". Бэкон выступает против ходячих предрассудков относительно науки, чтобы сообщить научному исследованию высокий статус. Именно с Бэкона и начинается резкая смена ориентации в европейской культуре. Наука из подозрительного и праздного в глазах многих людей времяпрепровождения постепенно становится важнейшей, престижной областью человеческой культуры. В этом отношении многие ученые и философы нового времени идут по стопам Бэкона: на место схоластического многознания, оторванного от технической практики и от познания природы, они ставят науку, еще тесно связанную с философией, но в то же время опирающуюся на специальные опыты и эксперименты. " Деятельность же и усилия, способствующие развитию науки, - пишет Бэкон в Посвящении королю ко Второй книге " Великого восстановления наук", - касаются трех объектов: научных учреждений, книг и самих ученых"- Во всех этих областях Бэкону принадлежат огромные заслуги. Он составил подробный и хорошо продуманный план изменения системы образования (включая мероприятия по ее финансированию, утверждению уставов и положений). Одним из первых в Европе политиков и философов он писал:". вообще же следует твердо помнить, что едва ли возможен значительный прогресс в раскрытии глубоких тайн природы, если не будут предоставлены средства на эксперименты...". Нужны пересмотр программ преподавания и университетских традиций, кооперация европейских университетов. Тот, кто сейчас знакомится с размышлениями Ф. Бэкона на все эти и подобные темы, не может не подивиться глубокой прозорливости философа, ученого, государственного мужа: его программа "Великого восстановления наук" не устарела и в наши дни Можно представить себе, какой необычной, смелой и даже дерзкой выглядела она в XVII в. Несомненно, в немалой степени благодаря великим, опережающим свое время идеям Бэкона XVII в., особенно в Англии, стал веком науки и великих ученых. И не случайно к Бэкону как родоначальнику возводят свои истоки такие современные дисциплины, как науковедение, социология и экономика науки. Однако свой главный вклад философа в теорию и практику науки Бэкон видел в том, чтобы подвести под науку обновленное философско-методологическое обоснование. Он мыслил науки как связанные в единую систему, каждая часть которой в свою очередь должна быть тонко дифференцирована.

КЛАССИФИКАЦИЯ СИСТЕМЫ НАУК И РОЛЬ ФИЛОСОФИИ

"Наиболее правильным разделением человеческого знания является то, которое исходит из трех способностей разумной души, сосредоточивающей в себе знание. История соответствует памяти, поэзия - воображению, философия - рассудку. Историю -сообразованную с памятью - Ф. Бэкон делит на естественную и гражданскую (а каждую из них классифицирует еще более конкретно: так, гражданская история разделена на церковную, на историю наук и собственно гражданскую историю). Поэзия - коррелируемая с воображением - разделена на эпическую, драматическую, параболическую. Наиболее дробно разделена и классифицирована философия, которая понимается весьма широко и делится на множество видов и подвидов знания. Но еще до того Бэкон отделяет ее от "теологии боговдохновения"; подразделения последней он предоставляет теологам. Что же касается философии, то она прежде всего разделяется на два больших блока: на учение о природе, или естественную философию, и первую философию (учение об общих аксиомах наук, о трансценденции). В первый блок, или философское учение о природе, входят теоретические учения (физика с ее приложениями, метафизика) и практические (механика, магия с их приложениями). "Великим приложением к теоретической и практической естественной философии" становится математика (в свою очередь дифференцированная).

Бэкон широко и масштабно мыслит и философию в целом, и философию человека в частности. Так, в философию человека входит учение о теле (в которое включаются медицина, косметика, атлетика, "искусство наслаждения", т. е. изобразительное искусство и музыка) и учение о душе.


8(2). Протагор.

Был основателем "софистики". В нашем языке это слово имеет вполне определенный оценочный смысл. Первоначально же оно обозначало любопытную вещь: все учителя учили своих учеников бесплатно, софисты же были первыми, кто начал брать плату — появились первые профессиональные преподаватели — "учителя мудрости" — софисты, философами их не называли.

Развитие этого направления дало ему дурную славу. Софисты старшего поколения (Протагор и др.) не заслуживают такой суровой оценки.

Протагор - продолжатель учения Гераклита. Гераклит считал, что о каждом предмете можно сделать противоположные утверждения и это говорит о противоречивости нашего мира — единство противоположностей. Протагор делает другой вывод: наше познание относительно — философский релятивизм.

Вопрос: а относительно чего оно относительно?

Ответ Протагора: оно относительно относительно человека.

Отсюда тезис: "человек — мерило всех вещей", и его уточнение: " всех вещей существующих, так как они существуют и всех вещей несуществующих, так как они не существуют".

Относительно вещей несуществующих тезис Протагора абсолютно верен, т.к. мерой сфантазированных вещей является сам человек.

Отступление: история — реальный процесс, а с другой стороны — дисциплина, которая его изучает ( то же с психологией, физиологией и др.) На это четко обратил внимание Ф. Бэкон в труде "Новый органом" 1820 г. Фактор неоднозначности языка он назвал "идолом рынки" или "идолом площади".

Я надеюсь, что в дальнейшем, когда я говорю "история", вы из контекста поймете, идет речь о процессе или о дисциплине.

В истории философии ( дисциплина) утверждается, что Сократ был создателем новой философской проблематики, он поставил проблему взаимоотношения субъекта и объекта. Но тот же вопрос раньше поставил Протагор.

Все наши суждения относительны по отношению к данному человеку.

Два направления:

1все суждения надо оценивать с точки зрения полезности для данного человека. В XIX веке эта идея получила распространение под названием "Прагматизм".

2 Скептицизм

Протагор развивает позицию, с точки зрения которой наши знания носят сомнительный характер. Это проявляется в вопросе о существовании богов: "Я не знаю, существуют они или нет, и многое этому мешает: и краткость человеческой жизни и неясность вопроса".

Протагор — родоначальник скептицизма


Учение о душе имеет много подразделов. Надо иметь в виду, что речь идет здесь именно о философском учении о душе, уже отмежеванном от чисто теологических рассуждений. И поэтому неудивительно, что оно включает такие разделы, как логика (понимаемая также не вполне традиционно - не только как теория суждения, но и как теория открытия, запоминания, сообщения), этика и "гражданская наука" (которая делится в свою очередь на три учения - о взаимном обхождении, о деловых отношениях, о правлении или государстве). Полная классификация наук Ф. Бэкона не оставляет без внимания ни одной из существовавших тогда или даже возможных в будущем областей знания. Это был, правда, лишь проект, набросок, и самим Бэконом он не был и не мог быть реализован в сколько-нибудь полной мере. В бэконовской классификации наук, на что не преминул, например, обратить внимание Гегель, наряду с физикой или медициной фигурировали теология и магия. Но тот же Гегель с признательностью отмечал: "Этот набросок, несомненно, должен был вызвать сенсацию у современников. Очень важно иметь перед глазами упорядоченную картину целого, о которой раньше не помышляли".

По стилю своего философствования Ф. Бэкон - великий систематизатор и классификатор, что надо понимать не в чисто формальном смысле. Вся его работа философа и писателя строится так, что любая глава книги служит как бы частью заранее составленной и строго выполняемой классификаторской схемы.


26(2). Джордж Беркли

Философское учение Джорджа Беркли направлено на опровержение материализма и обоснование религии. "Все, что существует, единично". Это номиналистическое основоположение служит для Беркли отправным пунктом, из которого следует, что ничто соответствующее действительности не может быть неединичным. Беркли различает общие и абстрактные идеи. Первые - это такие, которые могут быть восприняты как наглядные представления. Беркли различает при этом два вида отвлечения. При первом, из них представляются отдельные части или свойства предмета, которые в действительности могут существовать порознь. При втором виде отвлечения - такие, которые в действительности неотделимы друг от друга. Их-то и отвергает Беркли как иллюзорные, как пустые слова, которым не соответствует никакое восприятие. В качестве примеров таких абстрактных понятий приводятся: протяжение, движение, число, пространство, время, счастье, добро. Беркли отрицает роль абстрактного мышления в познании мира. Вся теория абстракции Беркли направлена к тому, чтобы доказать, что реально только то, что воспринимаемо или представляемо, но не то, что мыслимо. Понятие сводится им к представлению, рациональное к эмпирическому; общее к отдельному. Вторым, из того на что опирался Беркли при построении своей философской концепции, был локковский сенсуализм. Локк разделил качества на два рода, один из которых признается первичным, присущим вещам самим по себе, а второй рассматривается как вторичный, производный, неадекватный. К первичным качествам, объективным и объективно отражаемым в восприятии, относятся, по Локку, протяжение, плотность, движение (трактуемое только как механическое), фигура и число. Все остальное чувственное многообразие дает неадекватное воспроизведение в сознании перечисленных первичных форм существования материи. Беркли строит свою теорию идеалистического сенсуализма, беря за основу локковское понятие вторичных качеств. Беркли отрицает разделение качеств на первичные и вторичные, сводя первые ко вторым. При этом он абсолютизирует локковское противопоставление вторичных качеств первичным. Исходя из Локка, он порывает с локковским делением качеств, используя относительность восприятия любых качеств. Все замыслы Беркли были устремлены к тому, чтобы покончить не с механицизмом, как таковым, а с механицизмом как с единственной в то время формой материализма. Беркли, абсолютизируя сенсуализм, признает непосредственное чувственное восприятие единственно истинным и достоверным, не допуская никакого иного критерия истины. Ощущение, отождествляемое им с качеством, выступает у Беркли под названием "идея": "Чувственные объекты, будучи вещами непосредственно воспринимаемыми, иначе называются идеями". "Идея" в этом смысле является центральным понятием всего его учения. Благодаря такой терминологии "качество" сразу приобретает у него субъективное содержание. Качество для Беркли - "идея", элемент чувственности, а не свойство вещи. Назвав качество "идеей", он сразу становится на идеалистическую почву.

"Идея" первична. "Вещь" не что иное, как сочетание, комплекс "идей". "Вещь", таким образом, вторична. Идеалистически переработав номинализм и сенсуализм, Беркли пришел к выводу о несуществовании материи. Для него нет более отвлеченного, более абстрактного (а потому менее оправданного) понятия, чем бытие как таковое, чем понятие носителя качеств как чего-то отличного от самих качеств как субстанции. К этому Беркли присоединяет еще и сенсуалистические аргументы. Если вещь не более чем коллекция "идей", она не предполагает ничего сверх чувственных качеств, никакого особого их обладателя, субстрата. А раз ни одно из наших чувств не знакомит нас с нею, нам ничего о ней неизвестно и не может быть известно. Основой берклианского отрицания материи служит его номиналистически-сенсуалистическая концепция познаваемости: наше познание не дает никаких оснований для признания существования материи, поскольку материя как субстанция не есть "идея", не есть то, благодаря чему мы только и можем утверждать о существовании чего-либо. Если же материя не может быть воспринята, если она есть нечто незримое, неосязаемое и т. д. , то на каком основании мы можем утверждать, что она существует? Беркли не проводит отрицания субстанции вообще, а ограничивается отрицанием материальной субстанции. Как же решает Беркли вопрос "что такое бытие?". Первоначальное, предварительное его решение феноменалистично "быть - это быть воспринимаемым". Тем самым исчезает различение содержания восприятия и объекта восприятия: это одно и то же. Быть - это не только быть воспринимаемым, но и нечто иное. Идеи, оказывается, не единственная форма познания и не единственный первоэлемент бытия. Помимо идей, чувственных восприятий мы познаем также "понятия". Под этим термином у Беркли фигурирует постижение духом своей собственной деят-ти. Душа наша, согласно Беркли, познает себя самое не посредством "идей". То, что мы знаем о духе, не есть идеи. "Духи" совершенно отличны от "идей", м/у ними нет ничего сходного или общего. Идея совершенно пассивна, недеятельна, и ее сущ-ие состоит в том, что она воспр-ся. Понятие же - форма познания активного сущ-ва, сущ-ие кот сост не в том, что оно восприн-ся, а в том, что оно восприн-ет идеи. Данная ранее формула бытия расширяется: сущ-ть - это воспр-ся или воспр-ть, быть - значит быть воспр-ым или воспр-щим.

ФИЛОСОФСКОЕ УЧЕНИЕ ДАВИДА ЮМА.

Юм стремился создать философию "здравого смысла", философию осторожную, "сдержанную", чуждую как материализму, так и наивному спиритуализму. Исходный пункт рассуждений Юма заключается в убеждении, что имеется факт непосредственной данности нам ощущения, а отсюда и наших эмоциональных переживаний. Юм сделал вывод, будто мы в принципе не знаем и не можем знать, существует или же не существует материальный мир как внешний источник ощущений.

Почти вся последующая философия Юма строится им как теория познания, описывающая факты сознания. Превращая ощущения в абсолютное "начало" познания, он рассматривает структуру субъекта в изоляции ее от его предметно-практической деятельности. Эта структура, по его мнению, состоит из атомарных впечатлений и из тех психических продуктов, которые от этих впечатлений производны. Более всего из числа этих производных видов психической деятельности Юма интересуют "идеи". "Впечатления" и "идеи" в совокупности Юм называет "восприятиями". "Впечатления" - это те ощущения, которые получает тот или иной субъект от событий и процессов, разыгрывающихся в поле действия его органов чувств. Итак, "впечатления" суть ощущения субъекта. Но не только. Нередко под "впечатлениями" Юм понимал и восприятия в смысле, отличающем их от ощущений (ощущаются отдельные свойства вещей, а воспринимаются вещи в их интегральном виде). Таким образом, его "впечатления" это не только простые чувственные переживания, но и сложные чувственные образования. В состав впечатлений он включает кроме ощущения эмоции, в том числе и бурные (страсти) и "спокойные" переживания морального и эстетического характера.

Что же понимал Юм под "идеями"? "Идеи" в его теории познания - это образные представления и чувственные образы памяти, а кроме того, продукты воображения, в том числе продукты искаженные, фантастические. К числу "идей" Юм относил также и понятия, так как он был склонен растворять теоретическое (абстрактное) мышление в переживаниях эмпирических (конкретно-чувственных) образов, подобно тому как это делал и Беркли.

Итак, "идеи" в системе терминологии Юма представляют собой приблизительное, более слабое или менее яркое (не столь "живое") воспроизведение "впечатлений", то есть их отражение внутри сферы сознания.

Человек не может ограничиваться только простыми впечатлениями. Для успеха своей ориентировки в среде он должен воспринимать сложные, составные впечатления, структура и группировка которых зависят от структуры самого внешнего опыта. Но кроме впечатлений есть еще идеи. Они также бывают сложными. Как же образуются последние? На этот вопрос Юм дает свой ответ: они образуются посредством ассоциирования простых впечатлений и идей.

В ассоциациях Юм видит главный, если не единственный способ мышления посредством чувственных образов, а таковым для него является не только художественное, но и всякое мышление вообще.

Решая общую проблему субстанции, Юм занял такую позицию: "невозможно доказать ни существование, ни несуществование материи". Такова же его формула и в отношении субстанционального "высшего духа", то есть бога, хотя в практической жизни Юм был атеистом. Он убежден, что никаких душ - субстанций нет.

Юм отрицает существование "Я" как субстракта актов восприятия и утверждает, что то, что называют индивидуальной душой - субстанцией, есть "связка или пучок различных восприятий, следующих друг за другом с непостижимой быстротой и находящихся в постоянном течении"

Перерывы в восприятиях оказываются, по его мнению, источником веры в бытие субстанциальной их основы, если после перерывов те же самые восприятия появляются вновь и вновь. Для Беркли проблема субстанции сводилась к тому, чтобы как-то истолковать устойчивое сосуществование явлений, а для Юма это прежде всего проблема истолкования связи явлений друг с другом во временной их последовательности. Поэтому, по Беркли, убеждению в существовании материальной субстанции мешает наличие самих временных перерывов в ощущениях, а по Юму, помехой этому убеждению оказываются изменения в характере взаимосвязанных друг с другом восприятий, то есть перемены в "наборе" их сочетаний.


14(2). Стоики.

Родиной стоицизма является Греция, здесь начал учить и основал свою школу Зенон (ок. 300 г. до н. э.). Чему учил Зенон? Трудно ответить на этот во­прос однозначно. Из сочинений Зенона до нашего времени не дошло ни одного. Исследователи античной философии излагают и анализируют учение стоиков раннего периода «в целом», и сказать, что именно из этого учения принадлежит Зенону, а что последователям, в большинстве случаев невозможно. Вот то немногое, что известно достоверно. Зенон первым ввел разделение философского учения на три части: физику, этику и логику. При этом сам он в, отличие от некоторых своих последователей логику ставил на первое место, фи­зику на второе, этику на третье.

Учение ранних греческих стоиков ставило своей задачей ответить на вопрос о смысле и цели жизни, и складывалась как целостная политическая система (в борьбе с враждебным эпикуреизмом), в рамках которой ответ на любой кон­кретный вопрос возможен только в том случае если он хорошо обоснован. Зенон, например, учил, что цель человека жить «согласно с природой». Но что же такое «природа»? Жить согласно с природой, продолжает Зенон, это то же самое, что жить согласно с добродетелью: сама природа ведет нас к доброде­тели.

В Рим стоицизм был перенесен Панаэцием из Родоса (ок. 185-110 гг. до н.э.). Панаэций и его младший современник Посейдоний из Апамеи (ок. 135-51 гг. до н. э.)

В Риме стоицизм поистине обрел свою вторую родину. Здесь он и умер, и здесь он свое бессмертие. История стоицизма на римской почве на первый взгляд может показаться своеобразным историко-философским парадоксом. Во-первых, начиная уже с Панаэция, стоицизм все чаще входит в самые разнооб­разные «эклектические» связи с другими учениями (прежде всего с платониз­мом и неоплатонизмом), начинает «смягчаться». Во-вторых, весьма проблема­тично говорить и о творческом развитии стоицизма в Риме: каждый из поздних стоиков, имеем в виду только трех: Сенеку, Эпиктета и Марка Аврелия, если оценивать их учение чисто академически, не может быть признан вполне ори­гинальным мыслителем; каждый из них лишь усиливает ту или иную стоиче­скую категорию, ту или иную сторону учения, мало или почти не изменяя его в целом. Кроме того, римские стоики не столь последовательно, как Зенон, при­держивались принципов собственного учения. Иногда их жизненное поведение лишь слегка и не в главном расходилось с теми принципами, которые они про­поведовали, но случалось - и Сенека тому примером - что оно полностью им противоречило. И, тем не менее, стоит только произнести слово «стоик» или «стоицизм», и в сознании людей возникает образ Рима, образ того же Сенеки или Марка Аврелия.…Лишь немногие вспомнят при этом, что изначальной ро­диной стоицизма была все-таки Греция и почти все с философской точки зрения ценное и оригинальное в стоицизме разработано греческими философами, а от­нюдь не римлянами. В чем же дело?

Римские стоики, прежде всего и главным образом – «учители жизни», «веч­ные спутники человечества, точнее, той ее части, которая по складу ума и ха­рактера близка к стоикам. Короче говоря, стоики для стоиков. Римляне воины, «мужи», «государственники» и завоеватели – были стои­ками чуть ли не от рождения. Их не интересовал вопрос, «оригинальна или не­оригинальна» та или иная философия, их волновало лишь одно: насколько она созвучна их умонастроению, может ли она помочь в их нелегкой жизни, на­сквозь пронизанной идеей государства и права, насколько она к ней прило­жима». Стоицизм приложился прекрасно. Философия «героического пессимизма» (именно так логично охарактеризо­вать стоицизм) была очень созвучна мировоззрению римского народа. Тем бо­лее что в Рим стоицизм проник в то время, когда тот по своему историческому возрасту соответствовал эпохе Зенона: исторические сумерки сгущались уже и над ним. Как капитан должен покинуть тонущий корабль последним, так и стоику римлянину предстояло в ближайшей исторической перспективе проде­монстрировать «городу и миру» свою абсолютную выдержку и доказать свою непоколебимую верность вскормившей его империи. Роптать ему было не на кого, надеяться не на что, нужно было только молча и с достоинством умереть, дабы не уронить себя перед лицом вечности. Но стоик всегда должен знать (и он знал это), что каждый его поступок встречался скептической ухмылкой ци­ника и что плодами его трудов воспользуется не он сам, а некий «эпикуреец»… Вот те причины, в силу которых философия стоиков оказалась для римлян в бу­квальном смысле слова «философией жизни». Разумеется, сказанное относится не ко всем римлянам поголовно, а лишь сознательным носителям «римской идеи». Была и еще одна причина счастливой судьбы стоицизма в Риме (точнее ска­зать: «посмертной судьбы стоицизма в Риме»): это особые отношения, которые сложились здесь между умирающим стоицизмом и нарождающимся христиан­ством. Многие идеи и образы Нового Завета почти дословно совпадают с цита­тами из сочинений Сенеки. Эта близость идей Сенеки христианству уже в древ­ности породила легенду о его христианстве (якобы в христианство Сенеку обра­тил апостол Павел), что дало повод к составлению мифической переписки ме­жду ним и апостолом Павлом. Много родственного с христианством и у Эпик­тета, который к тому же по своему социальному положению был близок к чле­нам раннехристианских общин. «Родство» между стоицизмом и христианством не стоит, конечно, преувеличивать: стоики все же, несмотря на целый ряд своих созвучных христианству идей, оставались язычниками, например, Марк Авре­лий, «хотя и по долгу службы», все-таки организовал гонения на христиан. Но это родство не следует и игнорировать. И может быть самое глубокое родство между стоицизмом и христианством следует искать не в совпадении отдельных мыслей и высказываний, а в том самоуглублении личности, на котором история стоицизма заканчивалась, а история христианства начиналась.

Переворот, совершенный стоиками в философии можно назвать, если вос­пользоваться современным термином «экзистенциальным»: чем безразличней становится мудрей к окружающему его миру (в том числе и социальному), тем сильнее он проникал в сокровенные глубины собственного Я, обнаруживая в своей личности целую вселенную, ранее совершенно неведомую и недоступ­ную. В «Размышлениях» Марка Аврелия достигнута, по-видимому, предельная глубина самопознания и исповедальности, доступные античному человеку. Без этого открытия «внутреннего мира» человека («внутреннего человека» по тер­минологии Нового Завета), совершенного стоиками, едва ли была бы возможна победа христианства. Поэтому римский стоицизм можно в определенном смысле, рассматривать как «подготовительную школу» христианства, а самих стоиков (Сенеку, Эпиктета и Марка Аврелия) – как «искателей Бога».

Со смертью Марка Аврелия умер и стоицизм. Точнее, началось бессмертие стоицизма. В той или иной степени, в той или иной форме стоицизм (уже не столько как философское учение, а как определенное умонастроение, опреде­ленный склад ума и характера) возрождался неоднократно. Стоиками были анг­лийские пуритане, носители «духа капитализма» и основатели Новой Англии. В России несомненным стоиком был протопоп Аввакум и многие, многие тысячи других.

Разумеется, стоики, как наиболее активная и твердая в своих убеждениях часть населения, в любой стране всегда составляли меньшинство. Но это было социально значимое меньшинство, которому нередко удавалось переломить не­благоприятную ситуацию в лучшую сторону, хотя бы при этом им самим почти никогда не удавалось воспользоваться плодами своей победы.


.

24(2). Дж. Локк

Первым, в наиболее общем виде, задачу исследования происхождения, достоверности и объема человеческого знания поставил перед собой английский философ, врач по образованию и политик по роду своей практической деятельности, Джон Локк (1632-17-4). В своем главном научном труде «Опыт о человеческом разуме»(1690) Локк задался целью всесторонне обосновать положение об опытном происхождении всякого человеческого знания. Первый вопрос, который он должен был решить на пути осуществления своего замысла, это высказать отношение к имевшей широкое распространение теории «врожденных идей». Д. Локк категорически отвергает возможность существования такого рода идей.

Поскольку Д.Локк отверг существование врожденных идей, то закономерно встал следующий вопрос: каков же ис­точник этих идей? Отвечая на этот вопрос, английский фи­лософ ясно формулирует исходный принцип эмпиризма. "На опыте основывается все наше знание, от него, в конце концов, происходит наше наблюдение, направленное или на внешние предметы или на внутренние действия нашей ду­ши, воспринимаемые и рефлектируемые нами самими, до­ставляют нашему разуму весь материал мышления.

Как видно из высказывания Д.Локка, он различает два вида опыта: внешний опыт, состоящий из совокупности определений и внутренний опыт, образующийся из наблю­дений ума над своей внутренней деятельностью. Источни­ком внешнего является объективный материальный мир, который воздействует на органы чувств человека и вызыва­ет ощущения. На этой основе, утверждает английский мыс­литель, в нас и возникают простые идеи, имеющие реальное (т.е. объективное) содержание, сообразное самим вещам.

Внешний опыт или рефлексия — это деятельность нашего ума, когда он занимается переработкой приобретен­ных идей. Разъясняя свое понимание внутреннего опыта или рефлексии, Д.Локк подчеркивает мысль о том, что "этот источник идей каждый человек целиком имеет внутри себя", что он "не имеет никого дела с внешними предметами и хотя этот источник не есть чувство..., ...тем не менее он очень сходен с ним и может быть довольно точно назван внутр. чувством". Эта хар-ка внут­р. опыта призвана подчеркнуть большое значение де­ятельности ума, рефлексии. Но все же, обосновывая главное

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: