Проблемы экономического роста в России
Кризисы перепроизводства сопровождаются промежуточными спадами, нарушающими общую картину и механизм цикла. Наиболее глубокое падение производства наблюдалось в период кризисов 1957-1958 гг., 1966-1967 гг., 1973—1975 гг. и 1979—1981 гг.
Кризис 1973—1975 гг. восстановил синхронность очередного цикла, но уже в 1990—1991 гг. вновь возникла асинхронность. В то время как в США происходило снижение производства, в Японии продолжался его рост, во Франции наблюдалась стагнация. В дальнейшем в США наступает рекордный по длительности экономический подъем, наблюдаются постепенное улучшение конъюнктуры в Европе и серьезные финансовые трудности в Японии. Все это свидетельствует о том, что каждый экономический цикл имеет свою специфику и развертывается под воздействием многих факторов. В 90-е гг. в развитых странах наблюдаются волнообразные колебания производственного процесса без глубокого снижения производства, уменьшилась острота кризисных проявлений, усилились факторы, противодействующие падению производства.
Народное хозяйство представляет собой сложную систему, состоящую из многих макроэкономических элементов, теснейшим образом связанных друг с другом. Соотношение между этими элементами и есть экономическая структура.
Экономическая структура имеет огромное значение для сбалансированности народного хозяйства, его эффективного и устойчивого роста. Так, успех в экономическом росте большинства стран Запада в немалой степени объясняется глубокими структурными изменениями, обеспечившими общий динамизм производства и другие положительные качественные изменения. Быстрый рост производства в ряде новых индустриальных стран Юго-Восточной Азии произошел прежде всего за счет форсирования развития нетрадиционных для этих стран отраслей, т.е. в результате резкого изменения структуры хозяйства.
Отраслевая структура представляет собой соотношение различных отраслей и подотраслей в системе национального хозяйства. Она сложна, динамична и подвергнута количественным и качественным изменениям под воздействием научно-технического прогресса, циклического развития экономики и ряда других факторов. Формируется отраслевая структура на основе общественного разделения труда.
Деление национального хозяйства на основные сферы экономики (сельское и лесное хозяйство, промышленность и строительство, транспорт, торговля и другие отрасли сферы услуг) выражает общее разделение труда. В свою очередь, частное разделение труда предполагает наличие в каждой из этих сфер целого ряда отраслей. Так, в промышленности существуют добывающие и обрабатывающие отрасли, в обрабатывающих отраслях — легкая и пищевая промышленность, машиностроение. В машиностроении выделяются станкостроение, приборостроение и т.д. Наконец, во многих отраслях существуют подотрасли, отражающие внутриотраслевое разделение труда.
В процессе общественного воспроизводства между отраслями формируются тесные взаимосвязи, изучение которых необходимо для прогнозирования развития экономики. Анализ этих взаимосвязей был осуществлен в модели межотраслевого баланса, разработанной в 30-х гг. американским ученым русского происхождения Василием Леонтьевым (1906—1999), получившим за это звание лауреата Нобелевской премии по экономике. Данная модель называется «затраты — выпуск», так как в ней рассматриваются количественные соотношения между затратами ресурсов и выпуском продукции каждой отрасли и показано движение товаров и услуг из одной отрасли национального хозяйства во все другие.
На протяжении XX в. отраслевая структура экономики неоднократно изменялась. В начале века в создании общественного продукта стран Запада преобладали природоэксплуатирующие отрасли (первичной переработки природного сырья), сельское хозяйство; начало развиваться машиностроение. К середине века происходит стремительное сокращение в производстве ВВП доли сырьевых отраслей и сельского хозяйства и резко возрастает доля сферы услуг.
Переход к постиндустриальному обществу в конце XX в. сопровождается кардинальными изменениями в отраслевой структуре развитых стран, что выражается в следующем:
в создании ВВП продолжается неуклонное снижение доли сельского и лесного хозяйства, добывающих отраслей, тяжелой промышленности;
одновременно наблюдается опережающий рост наукоемких отраслей материального производства, таких как электронное машиностроение, ракетно-космическая техника, контрольно-измерительные и аналитические приборы и т.д.;
растет доля сферы услуг, прежде всего таких ее отраслей, как здравоохранение, наука, образование, социальное обеспечение и т.д.
Структурные изменения в экономике вызвали аналогичные тенденции в структуре занятости.
Воспроизводственная структура – ‘то срез хозяйственной системы, который отражает возможности роста экономики и ее эффективности. Наиболее важно соотношение между потреблением и накоплением, так как оно является основным, определяющим условием расширенного воспроизводства. В принципе чем выше доля валового накопления, тем выше темпы роста экономики. Для бывшего Советского Союза была характерна норма валового накопления, составлявшая примерно 30—40% ВВП. В дальнейшем эта норма снизилась и в 1990 г. в России была на уровне 20,7%. Структурная перестройка экономики осуществляется в условиях ограниченности инвестиционных ресурсов.
За счет сокращения инвестиций можно временно расширить объем потребления, в особенности если удастся повысить эффективность капиталовложений. Однако в перспективе свертывание инвестиционных программ может отрицательно сказаться на общей динамике народного хозяйства.
В развитых странах сложились довольно разнообразные и нестабильные пропорции между накоплением и потреблением. Многое зависит от циклической конъюнктуры. Чаще всего накопление колеблется в пределах 15—20% национального дохода. Однако, например, в Японии в отдельные годы норма накопления была более 30%.
Резкие изменения структуры могут приводить к глубоким и достаточно острым последствиям, охватывающим как национальные, так и международные экономические отношения.
В отличие от циклических кризисов перепроизводства структурные кризисы проявляются в изменении не общей экономической конъюнктуры, а в каких-то отдельных отраслях или сферах экономики. Нередко структурные кризисы оказывают влияние на многие отрасли хозяйства и даже на многие сферы мирового хозяйства.
В определенных условиях структурные кризисы могут оказывать глубокое воздействие на экономическое развитие в течение довольно длительного времени. Например, энергетический кризис, начавшийся с резкого роста мировых цен на нефть в 1973 г., оказал длительное влияние на экономику большинства стран мира. Экономическая история знает также аграрные, валютные, финансовые и другие виды структурных кризисов. Валютные кризисы выражаются в резкой изменчивости валютных курсов ряда стран. Аграрные кризисы проявляются в периодических затруднениях в реализации сельскохозяйственной продукции на национальных или мировых рынках.
Экономическая структура не остается раз и навсегда данной. Она подвержена изменениям, причем чем быстрее происходят эти изменения, чем эластичнее подгоняется структура к требованиям времени, тем успешнее развивается экономика. Структурные изменения после Второй мировой войны охватили практически все страны, и хотя пути их не были одинаковыми, можно выделить из них два основных.
В одном превалируют стихийные силы, порождаемые чисто рыночными отношениями. Структура изменяется в результате изменений в норме прибыли. Разоряются или удовлетворяются меньшей доходностью хозяева предприятий, переставших быть перспективными. Капитал, рабочая сила, предпринимательская энергия устремляются туда, где сегодня стало выгоднее.
Другой путь — широкое использование государственных рычагов для ускорения прогрессивных структурных изменений. Здесь обычно применяют необходимые прогнозные оценки, которые помогают заранее определить, какие элементы структуры должны подвергнуться сокращению, а каким целесообразно оказать содействие.
Первый путь с известной степенью условности можно назвать американским. По нему в 80-х гг. шла и Великобритания. Здесь опорой служила преимущественно стихия рынка при пассивном государственном вмешательстве. Этот путь оказался долгим, со значительными социальными издержками, сопровождался замедленным темпом роста эффективности производства.
Второй путь — японский (по которому за Японией вот уже более 40 лет идет Южная Корея), с опорой на централизованные рычаги регулирования, государственное планирование и ускоренный межотраслевой перелив ресурсов. Этот путь более быстрый, с меньшими социальными издержками и значительными темпами роста производительности.
Темпы и эффективность экономического роста
Необходимость увеличения объемов производимых человеком потребительских благ существовала всегда. При определенных количественных и качественных изменениях в структуре потребностей каждого человека и общества в целом проблема расширения производства остается актуальной.
То, что развитие экономических и социальных потребностей безгранично, является неоспоримой экономической наукой истиной, которая подтверждается практикой. В этой области действует закон возвышения потребностей, механизм действия которого состоит в постоянном переходе потребностей высшего порядка в обычные, последних — в потребности низшей степени необходимости; одни потребности угасают, наряду с этим возникают все новые. Сущность проблемы расширения потребностей состоит в том, что тенденция к их безграничному количественному возрастанию и качественному обновлению наталкивается на ограниченность экономических возможностей, обусловленных факторами производственного процесса: работника и производительности его труда, рабочего времени, природных ресурсов, средств труда и т.д. Поэтому не менее явно выраженной тенденцией возрастания и обновления экономических потребностей выступает и тенденция преодоления ограничений к расширению производства и потребностей.
К числу главных факторов, способствующих расширению производства и повышению степени удовлетворения экономических потребностей были и остаются разделение труда как в рамках отдельного предприятия, так и в рамках всего общества и научно-технический прогресс.
История развития человеческого общества выделяет несколько этапов в общественном разделении труда, способствовавших росту его производительности. Однако наиболее заметной, революционной границей в эволюционном процессе общественного разделения труда следует признать его функциональное разделение: между собственником средств производства и наемным работником. Именно эта форма общественного разделения труда положила начало развитию современного капиталистического хозяйства, которое создало условия как для ускоренного роста производства, так для экономических потребностей и возможностей к их расширению.
В лице наемных работников, составляющих подавляющую часть трудоспособного населения каждой страны, капиталистическое общество имеет экономически зависимых от капитала потребителей конечной продукции.
Количество и качество потребляемых наемным работником материальных благ определяется наличием рабочего места и величиной заработной платы, предоставляемой работодателем.
Для самих же собственников основного капитала и создаваемых рабочих мест расширение объемов производимой продукции и снижение издержек производства (в том числе и за счет заработной платы своих работников) стало средством для накопления богатства. Накопление богатства становится средством выживания собственников капитала в условиях рыночной экономики. Об этом очень хорошо сказал Д. Сорос, понимающий толк как в размерах богатства, так и средствах его увеличения. «Когда все стремятся иметь как можно больше денег, конкуренция обостряется настолько, что даже те, кто добился наибольших успехов, низводятся до положения, когда им приходится бороться за выживание. Люди упрекают Билла Гейтса, председателя корпорации «Microsoft» за то, что он не отдает более значительную часть своего богатства; они не понимают, что сфера его деятельности развивается столь стремительно и в условиях настолько ожесточенной конкуренции, что он не может даже думать о филантропии. Независимость и свобода распоряжаться деньгами присущие в прошлом привилегированным слоям, теперь утрачены. Выживание самых сильных превратилось в цель нашей организации»4.
За «выживание» ведут борьбу в современной рыночной экономике предприниматели, корпорации, страны. В этих условиях призывы к защите окружающей среды, социальной справедливости, помощи бедным выглядят по меньшей мере наивными.
Корпорации не ставят цели создавать рабочие места; они нанимают людей (как можно меньше и по более низкой цене), чтобы получать прибыль. Компании в сфере здравоохранения созданы не для спасения жизней; они оказывают медицинские услуги, чтобы получать прибыли ... «Невидимая рука» не способна судить об интересах, которые не входят в ее компетенцию5.
Однако было бы необъективным подходить так прямолинейно к экономическому росту в условиях современной рыночной экономики. Как видно далее, увеличение объемов производства и прибыли зависит от доходов всего населения. Прибыль имеет натурально-вещественную структуру, должна найти своих конкретных потребителей и быть реализованной.
Сегодня на всех уровнях власти вполне осознано, что «более широкое и равномерное распределение доходов является более целесообразным с точки зрения развития экономики, так как обеспечивается более стабильный суммарный спрос. И поэтому есть все основания полагать, что чем более неравномерно распределяются доходы, тем меньшую функциональную нагрузку они несут»6.
Экономические интересы работодателей и наемных работников взаимосвязаны и взаимообусловлены. Заработная плата надомных работников выступает не только элементом издержек производства, но и фактором трудовой мотивации работника, его заинтересованности в результатах труда. Небезразлична для него величина и норма прибыли, поскольку она служит единственным источником увеличения заработной платы наемного работника в текущем периоде и увеличения в будущем за счет расширения производства.
На рынке товаропроизводитель и наемные работники встречаются как продавцы и покупатели. Реализация произведенной продукции состоится лишь при условии наличия средств у покупателей.
Расширение потребностей возможно лишь посредством расширения производства потребительских благ. Чудес в экономике не бывает. Богатство страны, высокий уровень доходов и потребления ее граждан возможны лишь на основе устойчивых и эффективных темпов роста отраслей, производящих материальные блага.
Рыночная экономика, с ее частной собственностью на средства производства, конкуренцией, привязанностью наемных работников к рабочему месту и заработной плате, а собственников капитала — к прибыли, создает исключительно благоприятные условия для ускорения темпов экономического роста. Даже незначительная разница в темпах экономического роста оказывает существенное влияние на социально-экономическое положение населения страны. Так, в 1870 г. реальный душевой доход ВНП в Великобритании был на 21% выше, чем в США. За 1870—1985 гг. среднегодовой темп экономического роста США составил 1,85%, а Великобритании — 1,24%.7
За 115 лет эта, казалось бы, мизерная разница в темпах роста привела к тому, что реальный среднедушевой доход в США стал на 62% выше, чем в Великобритании. Время удвоения выпускаемого продукта оказалось равным в США 40-ка, а в Великобритании — 60-ти годам.
Высокие темпы экономического роста Республики Кореи, Японии, Китая позволили за 8-10 лет удвоить производство национального дохода.
Однако ускорение темпов расширения производства сталкивается со множеством ограничений, среди которых наибольшее влияние оказывают интересы потребления и эффективность процесса накопления капитала. Темпы экономического роста, являясь в основном количественным показателем, оказывают решающее влияние на динамику уровня доходов и потребления населения страны. Чем выше темпы роста национального дохода страны, тем выше уровень ее социально-экономического развития, определяемый отношением национальный доход/население. При стабильной численности населения доходы в среднем на человека растут прямо пропорционально темпам экономического роста.
Правительство, заинтересованное в экономическом процветании государства и росте доходов всего населения, предпринимает все меры для роста экономики. Любые преобразования в социально-экономическом развитии страны, а также радикальные реформы, как свидетельствует история, направлены в конечном счете на повышение благосостояния населения страны. Эту цель практически возможно реализовать только в том случае, если правительству и народу страны удается поднять и ускорить развитие национальной экономики.
В самом обобщенном виде формула темпов экономического роста может быть представлена в виде взаимосвязи двух факторов: численности занятых в реальном секторе экономики страны и уровня производительности их труда.
Казалось бы, что страны, располагающие большой численностью населения и огромным свободным резервом рабочей силы, могут рассчитывать на высокие темпы экономического роста. В действительности большинство стран с многочисленным населением имеют очень низкие темпы экономического роста, зачастую оказывающимися ниже темпов естественного прироста населения.
Дело в том, что экономический рост имеет не только натурально-вещественный, но и финансовый аспект. Для вовлечения незанятого в производстве трудоспособного населения страны необходимо создать новые рабочие места, а для этого необходимы чистые инвестиции у предпринимателей. Наличие чистых инвестиций обусловлено накоплением капитала, главная отличительная черта которого состоит в выборе между сегодняшним и завтрашним потреблением, т.е. в необходимости в чем-то ограничить себя сейчас, чтобы получить больше в будущем. Чем выше уровень экономического развития страны, тем выше техническая вооруженность труда и, следовательно, дороже стоимость создания нового рабочего места. Решающее воздействие на темпы экономического роста оказывает вторая составляющая формулы экономического роста — производительность живого труда.
На производительность труда, в свою очередь, оказывает влияние множество факторов не только экономического, но и неэкономического характера. Главным экономическим фактором в общей системе факторов повышения производительности труда, безусловно, служит технический прогресс. На первых этапах развития индустриализации технический прогресс способствовал росту производительности труда в основном за счет увеличения инвестиций в физический капитал и сокращения численности занятых в отраслях, использующих новые технику и оборудование.
Вместе с тем сектора экономики, на продукцию которых имел место повышенный спрос, увеличивали производство как за счет роста фондовооруженности труда, так и за счет создания новых рабочих мест, т.е. увеличения занятости.
Научно-техническая революция второй половины XX в. внесла существенные изменения как в факторы экономического роста и их соотношение, так и в саму экономическую науку и экономическую теорию, пытавшихся уловить происходящие в экономическом росте изменения и системно их представить.
Наиболее существенным теоретическим вкладом в осмысление основных изменений в факторах экономического роста является введение в научный оборот понятий «экстенсивный и интенсивный типы экономического роста». Эти понятия связаны с необходимостью разделения количественных и качественных факторов экономического роста и измерения их вклада в темпы экономического роста. Первая попытка подобного рода предпринята американским профессором С. Кузнецом, получившим в 1971 г. Нобелевскую премию за исследования в области проблем экономического роста. С. Кузнец доказывал, что технический прогресс является основой экономического роста, его объективно необходимым условием. Однако во второй половине XX в. технический прогресс расценивается С. Кузнецом как недостаточное условие для нормального развития зрелой рыночной экономики. Для реализации заложенного в новой технологии потенциала роста необходимы институциональные, поведенческие и идеологические изменения. Без них новые технологии не будут эффективны. С. Кузнец считал экономический рост «долгосрочным увеличением способности хозяйства обеспечивать все более разнообразные потребности населения с помощью все более эффективных технологий и соответствующих или институциональных и идеологических изменений»8.
В дальнейшем проблема экстенсивного и интенсивного типов экономического роста получает развитие в работах Г. Мюрдаля, В. Леонтьева, Р. Солоу, Денистона, Столярю и др.
С позиций исследуемых аспектов экономического роста — его эффективности — наиболее значимым представляются работы Р. Солоу, получившего в 1987 г. Нобелевскую премию за исследование факторов экономического роста. К сожалению, автор мало известен не только в нашей стране, но и за рубежом. Между тем. Р. Солоу ближе и полнее всех своих современников — экономистов подошел к пониманию экономической эффективности производства как относительно самостоятельного фактора экономического роста и материального источника социального прогресса в последней четверти XX века.
Р. Солоу предложил формулу «золотого правила накопления», которое указывает на наличие оптимального для потребления уровня капиталовооруженности. «Золотое правило» определяет запас капитала, необходимый для устойчивого состояния экономики с наивысшим уровнем потребления. В отличие от традиционных подходов наивысшее потребление определяется не величиной (как можно большей) капитала, а его оптимальным размером и экономической эффективностью — капиталоотдачей на единицу общественного продукта. С развитием научно-технической революции увеличиваются затраты на научно-исследовательские работы, на внутренние нововведения. Вместе с тем производительная сила научно-технических достижений последней четверти XX в. потенциально оказалась намного выше затрат на их изобретение и практическую реализацию.
Извлечение потенциально заложенных в научно-технической революции возможностей к повышению эффективности производства связано с повышением качественных характеристик рабочей силы на всех уровнях организации производства и труда. Новые тенденции в темпах и факторах экономического роста были замечены странами с развитой рыночной экономикой и прежде всего США. В этой стране не только успешно развивается собственная научно-исследовательская база, увеличиваются затраты на науку и образование, но и принимаются активные меры по привлечению в страну высококвалифицированных специалистов из всех стран мира. Этот процесс получил название в экономической литературе «утечки умов». Западные, прежде всего, американские, ученые вводят в научный оборот понятие «человеческий капитал» и пытаются измерить затраты на образование и их экономическую эффективность.
Человеческий капитал» приобретает особое значение в эффективном экономическом росте как в смысле накопления знаний, важности образования и повышения уровня профессионализма, так и в смысле появления новых тенденций в структуре потребностей, а также в связи с ростом заработной платы (стоимости труда) как элемента издержек производства.
Эффективность производства становится в последней четверти XX в. как в США, так и других развитых странах фактором экономического роста и источником увеличения затрат в сферу социальных услуг — фундаментальные научные исследования, образование, здравоохранение, спорт. Эффективность производства обеспечивается в этих странах за счет перехода к преимущественно интенсивному типу экономического роста, суть которого состоит не только в увеличении прироста общественного продукта за счет повышения уровня производительности труда уже действующих рабочих мест, но и за счет снижения коэффициентов капиталоемкости (фондоемкости) и материалоемкости производимой продукции.
Хозяйственная практика последней четверти XX в. преодолела мнение некоторых экономистов о том, что «выход соответствует входу, т.е. увеличения производства можно ожидать в меру дополнительно вложенных совокупных затрат труда. В реальной действительности в последние два-три десятилетия экономический рост в развитых странах достигался за счет повышения эффективности производства. Эффективность производства является результатом сложного взаимодействия живого и овеществленного труда (как накопленного — основного капитала, так и потребленного — материально-производственного).
Эффективность экономического роста получает отражение в коэффициентах фондоемкости (фондоотдачи), материалоемкости (материалоотдачи), зарплатоемкости (зарплатоотдачи) и производительности живого труда (трудоемкости или трудоотдачи). Эти коэффициенты образуют систему, главное место в которой принадлежит производительности живого труда (отношению продукция/работник).
Проблема экономической эффективности успешно решается при условии, что темпы роста производительности труда опережают темпы роста фондо- и материаловооруженности труда, а средняя заработная плата растет в меру повышения производительности труда или отстает от нее. Как показывают фактические данные и исследования западных экономистов, именно такая ситуация была характерна для большинства экономически развитых западных стран.
При этом 60-70 годы характеризовались снижением фондоемкости промышленного производства, а начиная с 80-х годов, после энергетического кризиса и активного развития ресурсосберегающих технологий, экономическому росту способствует и снижение материалоемкости продукции. Снижение коэффициентов фондо- и материалоемкости продукции создает благоприятные условия для повышения заработной платы работникам реального сектора экономики и роста доходов всего населения. Высокие доходы обеспечивали рост потребительского спроса и изменение его структуры, а как следствие — приводили к структурным перестройкам в хозяйствах и спросу на новые технологии.
Эффективность экономического роста стала объектом исследования в 80-е годы экономистов СССР и других социалистических стран. Обостренное внимание к исследованию этой проблемы было реакцией на явно обнаружившиеся в этих странах тенденции к снижению экономической эффективности общественного производства и замедлению темпов экономического роста.
Однако на объективное исследование существенное влияние оказывали мотивы политического характера. Считалось, что экономика в условиях социализма не может быть неэффективной. Экономически неэффективной может быть хозяйственная деятельность лишь отдельного предприятия. Поэтому исследование эффективности экономического роста в социалистических странах было направлено не на методологию, а на количественную оценку эффективности производства на уровне страны. В связи с этим экономистами социалистических стран изобретались формулы количественной оценки эффективности экономического роста, заведомо призванные показать рост эффективности.
Часть экономистов утверждала, что пока растет производительность живого труда, эффективность производства не может падать. Недооценка темпов роста производительности и оплаты живого труда в темпах экономического роста — одно из основных слабых мест в механизме социалистического хозяйствования.
Начиная с 1959-1960 гг. растет фондоемкость производства, вначале в сельском хозяйстве, затем распространяется на транспорт и все отрасли промышленности. Однако рост фондоемкости не рассматривается в связи с падением темпов роста производительности труда, т.е. как следствие опережающих темпов роста фондовооруженности труда по сравнению с темпами роста его производительности. Более того, многие экономисты социалистических стран развивают теорию закономерного наличия фондоемкого варианта интенсивного типа экономического роста в последней четверти XX в.
Практически эта теория означает признание закономерности опережающих темпов роста фондовооруженности труда по сравнению с темпами роста его производительности. Такие утверждения отрицают прогрессивность научно-технических достижений, их главную социально-экономическую предназначенность — снижение совокупных затрат труда в расчете на единицу производимой продукции.
При таком подходе к преимущественно интенсивному типу экономического роста упускается из виду его главная социально-экономическая сущность — достижение экономического роста исключительно за счет роста производительности труда и получения экономического эффекта от снижения коэффициентов фондо- и материалоемкости производства.
Для интенсивного типа экономического роста характерно усиление процесса интенсификации производства. В советской экономической литературе доперестроечного периода понятия «интенсивный тип экономического роста» и «интенсификация производства» смешивались. Между тем интенсификация производства — это процесс усиления напряженности в использовании как живого, так и овеществленного труда. Интенсификация производства присуща интенсивному типу экономического роста более, чем экстенсивному. Это объясняется тем, что экономический рост при интенсивном его типе осуществляется исключительно за счет роста производительности труда и повышении качественных характеристик всех факторов последнего: НТП, рабочей силы, управления и организации производства. Процесс интенсификации выступает при интенсивном типе относительно беззатратным фактором экономического роста, а возможности к усилению эффективности в использовании живого и овеществленного труда при интенсивном типе по существу безграничны, поскольку основываются на качественном обновлении всех составляющих экономического роста.
Смешение понятий интенсивного типа экономического роста и процессов интенсификации приводит советских экономистов доперестроечного периода к выводу об относительной беззатратности интенсивного типа экономического роста. В действительности же интенсивный тип экономического роста требует повышенных совокупных затрат капитала и труда за счет их увеличения на повышение качественных характеристик всех факторов экономического роста. Вместе с тем потенциальные возможности к повышению эффективности интенсивного типа экономического роста за счет повышения степени интенсификации производства огромны, но реализуются они лишь на основе активности и заинтересованности живого труда.
Экономическая эффективность используемых в производстве затрат является главным пределом темпов экономического роста. Именно падение эффективности (отношения результаты / затраты) советской экономики привело к сокращению объемов и накопления, и потребления, что оказало обратное, негативное воздействие на темпы экономического роста. Основная причина сложившейся в советской экономике ситуации состояла в том, что советская модель хозяйствования не содержала в себе элементов, способствующих эффективному использованию научно-технических достижений. Научно-техническая революция второй половины XX в в основном миновала советскую экономику. Попытка централизованного «внедрения» (сверху) новых технологий наталкивалась на отсутствие экономической заинтересованности как директоров предприятий, так и работников всех уровней.
Исследуя конкурентоспособность 53 стран и России в их числе, Всемирный экономический форум в обзоре за 1997 г. «Конкурентоспособность, глобальный обзор. 1997 г.», характеризует современную Россию как страну, занимающую последнее или предпоследнее место среди 53 стран мира, на которые приходится 95% мирового производства, торговли и новых капиталовложений9.
Авторы обзора исследуют темпы экономического роста, исходя из восьми факторов: открытость, правительство, финансы, технология, инфраструктура, менеджмент, труд, институциальная среда. Наиболее сильная сторона рассматриваемого исследования состоит в конкретном наполнении факторов и их количественном измерении.
Для нас особый интерес представляет оценка России по фактору «технологии». По состоянию этого фактора Россия в «Обзоре...» занимает 50-е место. Однако влияние фактора научно-технического прогресса на темпы экономического роста России рассматривается, исходя из двух составляющих: исходных условий и эффективности их использования. Условия развития НИОКР оцениваются достаточно высоко: распространение высшего образования — 12-е место, уровень научно-исследовательских институтов — 15-е, численность ученых и инженеров — 16-е. Однако по эффективности заимствования иностранных инвестиций Россия занимает одно из последних мест в мире, по способности абсорбировать новые технологии — последнее, 53-е место.
Диагноз застарелой болезни «внедрения» поставлен достаточно точно. Ценность представленного в «Обзоре...» рейтинга современной России по технологии состоит не только в представленных количественных показателях, но в тех выводах по существу, которые следуют из приводимых цифр. Сопоставляя две составляющие научно-технического прогресса — исходные условия и эффективность их использования — видно наличие громадного разрыва между высоким потенциалом технологического развития в России и низкой эффективностью его использования.
Необходимость преодоления указанного разрыва и повышения темпов эффективного экономического роста за счет этого фактора стала важнейшим стимулом перехода к рыночной системе хозяйствования. Однако десятилетнее реформирование не привело к улучшению положения в этой сфере деятельности.
Экономический рост в России: тенденции и перспективы
Основные итоги рыночных преобразований и их влияние на социально-экономическое развитие России
Рыночные преобразования, начатые с надеждой на улучшение условий жизни, так и не увенчались успехом. В ходе смен правительств и реформаторов были забыты как цели реформирования, так и средства достижения изначально поставленных целей. При объективном анализе предпринимаемых правительством решений и их практическом воплощении видно, что вопрос об экономическом росте в 1992-1997 гг. даже не поднимался. Все эти годы в России делили собственность и власть.
В сфере экономики проводилась политика увеличения налогов, сокращения расходов в государственном бюджете, предпринимались настойчивые усилия по получению внешних кредитов и т.п. При этом забывалось, что расходы государственного бюджета это лишь оборотная сторона его доходов — налоговых поступлений от предприятий и населения. И если отечественная экономика «не работает», то и налоговых поступлений также нет. Сколько не сокращай бюджетные расходы, от этого ситуация не улучшится. Это лишь означает отказ выплаты заработной платы всем работающим в социальной сфере, оборонной промышленности, военнослужащим. Снижение же заработной платы работникам отраслей социальной сферы и прямая невыплата даже мизерных ее размеров — это ничто иное, как разрушение условий для подъема отечественной экономики.
Замедление спада отечественного производства в 1995-1996 гг. ряд экономистов прямо связывает с сокращением государственных расходов.
Они предлагают сократить государственные расходы до уровня как минимум 31% ВВП, а чтобы добиться устойчивого экономического роста в 5-7% в год требуется, по мнению авторов этих рекомендаций, сокращение до 24-25% ВВП10.
При рассмотрении государственных расходов необходимо прежде всего подходить с позиций целесообразности их сокращения или увеличения в разрезе элементов затрат. Так, судя по публикациям, в настоящее время расходы на содержание управленческого аппарата всех уровней сегодня в России в несколько раз превышают аналогичную статью в бюджете всего Советского Союза. Рост бюрократического чиновничьего аппарата при одновременном ослаблении контроля за его деятельностью служит одним из основных факторов развития коррупции в постсоветской России.
Неоправданны и ссылки на структуру расходной части бюджетов западных стран: сопоставляются иные доходные базы, отражающие иной уровень развития экономики и налоговых поступлений.
Почти 10-летний период экономических преобразований в России не привел к перелому в экономической сфере. Из всех стран Восточной Европы, входивших в социалистическую систему, Россия и Украина имеют самые неблагоприятные результаты экономического роста.
К ответу на первый вопрос еще долго и много будут возвращаться экономисты и историки не только России, но и других стран. Критический анализ проводимых в России и странах Центрально-Восточной Европы реформ, а также объективные исследования российских и западных экономистов позволяют со всей очевидностью заключить, что несмотря на объективные трудности рыночного реформирования во всех странах, Россия имела несколько факторов, усложняющих системную трансформацию по сравнению со странами Центрально-Восточной Европы. Это, во-первых, более длительное господство социалистической системы, «взращенной» самой Россией; во-вторых, стремительный распад единого государства, образование на территории бывшего СССР целого