Внешняя торговля и внешнеэкономические связи России
Третья группа конкурентных преимуществ, которыми располагает Россия, - это преимущества более высокого порядка, дающие возможность сохранения позиций в состязании с зарубежными соперниками в динамике. В стране имеются уникальные передовые технологии в ряде секторов промышленности, которые опираются на достижения отечественной фундаментальной и прикладной науки, традицию российской научно-технической мысли и воплощены в изделиях, по многим параметрам не уступающих мировым аналогам. Сосредоточены они, прежде всего в авиакосмической и атомной промышленности, судостроении, производстве лазерной техники и средств информатики, картографии и геодезии, разработке программного обеспечения, проведении геологических изысканий. Освоение экспортного потенциала этих и других наукоемких отраслей предполагает адаптацию воплощенных в их продукции технологий к требованиям, предъявляемым мировым рынком к эффективности производства.
Таким
образом,
перспективная
задача России
заключается
в том, чтобы
постепенно
переходить
к использованию
конкурентных
преимуществ
более высокого
порядка:
оптимизируя
экспорт сырья,
расширять
вывоз продуктов
его углубленной
переработки
и готовых
изделий
- трудоемкой
и техникоемкой
продукции.
Использование существующих и потенциальных конкурентных преимуществ сопряжено с необходимостью преодоления очевидных слабостей отечественного народного хозяйства. В их числе - значительная энергоемкость и материалоемкость производства, влекущая за собой дороговизну большинства видов отечественной готовой продукции в сравнении с зарубежными аналогами; технологическая отсталость многих отраслей промышленности, не позволяющая выпускать продукцию с высокими качественными характеристиками; недостаточная развитость транспортной инфраструктуры, сферы коммуникаций, банковской системы; незавершенность процесса адаптации экономических субъектов к работе в рыночных условиях; высокий уровень криминализации сферы, внешнеэкономической деятельности и некоторые другие. В настоящее время конкурентные преимущества отечественной экономики во многом блокируются ее слабостями. Результатом этого является, в частности, то, что российский и мировой экспорт имеют абсолютно несхожую структуру: на долю топлива, руд и металлов приходится почти три четверти отечественного экспорта, на машины и оборудование - всего около 6%; в мировом экспорте удельный вес машин и оборудования составляет примерно 38%, а на топливо, руды и металлы приходится менее 14%. В экспорте российских обрабатывающих отраслей представлена главным образом низкотехнологичная (55%) и среднетехнологичная (42%) продукция, а на наукоемкие изделия приходится менее 3% поставок за рубеж.
Современное состояние экспортной базы страны, таким образом, не дает оснований рассчитывать на быстрый эффект от использования стратегии экспортоориентированного развития. Вместе с тем в обозримом будущем у России нет иного выхода, кроме коренной модернизации производств, имеющих перспективы на внешних рынках, и изменения на этой основе специализации страны в системе международного разделения труда с учетом своих, конкурентных преимуществ и потенциальных "ниш" на внешних рынках. Упор на импортозамещение, как показывает опыт, не дает серьезных стимулов к повышению эффективности производства, наращиванию конкурентных преимуществ и подтягиванию технического уровня выпускаемых изделий к стандартам мирового рынка. Отечественный внутренний рынок с его неизбирательным и нетребовательным спросом не в состоянии будет обеспечить конкурентную среду для «обкатки» товаров и технологий, предшествующей их продвижению на мировой рынок.
Меру сочетания импортозамещающей и экспортоориентированной стратегий государственным органам предстоит определить при разработке структурной и промышленной политики на начало XXI века. Не определив их, государство рискует законсервировать стагнацию в экономике при отсутствии качественных сдвигов в ней. Опыт последних лет показывает, что неясность представлений об основных направлениях структурной перестройки народного хозяйства и средствах ее обеспечения, слепая вера во всесилие рынка, проявлявшиеся в действиях российских экономических ведомств в течение последних лет, привели, наряду с другими причинами, к серьезным негативным последствиям. В их числе утеря заметной части научно-технического потенциала, утяжеление структуры промышленности за счет добывающих отраслей, сдача российскими производителями своих позиций иностранным конкурентам на внутреннем и внешним рынках и некоторые другие. Представляется, что выбор приоритетов экономической политики государства должен быть результатом анализа возможностей народного хозяйства и тенденций мирового развития.
Проведение государством экономической политики, способствующей росту и повышению конкурентоспособности отечественного производства, - необходимое, но не достаточное условие утверждения прочных позиций страны на мировом рынке готовой продукции: в конкурентной борьбе сталкиваются не столько страны в целом, сколько их конкретные предприятия и фирмы. Поэтому направляющее и поддерживающее воздействие государства может дать нужный результат лишь при условии ориентации отечественных предпринимательских кругов на укрепление и создание эффективных и высокотехнологичных производств, обеспечивающих новый уровень конкурентоспособности, на осуществление инвестиций и инноваций. Именно от деятельности отечественного бизнеса в первую очередь будут зависеть успех или неуспех привлечения иностранного капитала к техническому перевооружению промышленности, освоение прогрессивных технологий, внедрение современного опыта управления. Соответственно, и обновление внешнеэкономической специализации России в конечном счете будет связано со способностью отечественных деловых кругов выбирать оптимальную стратегию развития своей фирмы, организовывать маркетинг, тесное взаимодействие с клиентами, мобилизовывать такие необходимые в условиях конкуренции факторы, как капитал, ресурсы, квалифицированный персонал, информация и другие.
Следовательно, только согласованные усилия государства и предпринимательских кругов, как показывает опыт других стран, могут привести к желаемым результатам: улучшению пропорций осуществляемого страной внешнеэкономического обмена, укреплению позиций России на мировых рынках.
Открытость экономики и экономическая безопасность
Россия в сравнительно короткие сроки вышла на достаточно высокий уровень открытости. В настоящее время она направляет на цели международного обмена более пятой части ВВП и по этому показателю находится в одном ряду с такими странами, как Германия, Италия, Великобритания и другие. Торговый и валютный режимы страны за последние годы заметно либерализованы. Государство отказалось от монополии на внешнеторговые операции и регулирует трансграничные потоки товаров и услуг с помощью общепринятых мировым сообществом инструментов. Введена внутренняя и внешняя обратимость национальной валюты по текущим операциям: и резиденты, и нерезиденты могут свободно обменивать в рамках таких операций российские рубли на иностранную валюту и наоборот: Иностранные инвесторы допущены на финансовый и фондовый рынки России, к участию в приватизационных конкурсах.
Открыв свою недостаточно конкурентоспособную экономику, Россия объективно оказалась не в состоянии воспользоваться в полной мере преимуществами открытого развития. Переход к открытости, обеспечив поддержание шаткого равновесия в экономике, в то же время породил новые проблемы в производстве, кредитно-денежной сфере, финансах и других секторах хозяйства, которые, несомненно, осложнили экономическое развитие страны и ее взаимодействие с внешним миром. В связи со всем этим многие экономисты оценивают уровень открытости отечественной экономики как чрезмерный.
Вместе с тем, при всех негативных последствиях открытия неподготовленной к состязательности с иностранными конкурентами экономики стало очевидным, что уменьшение степени включенности страны в мировое хозяйство на нынешнем этапе может обернуться для нее дополнительным ущербом. Обострение финансового кризиса в России осенью 1998 г. имело своим следствием резкое сокращение импорта и объемов иностранных инвестиций, заметное удорожание импортной продукции и последующий рост цен на товары отечественного производства. Это дестабилизировало ситуацию по существу во всех отраслях и секторах отечественного народного хозяйства, в каждом из регионов страны. Оказалось, что изоляция от мирового хозяйства, даже частичная, не снимает угроз экономическому развитию, а, напротив, осложняет его.
Таким образом, на пороге XXI века Россия сталкивается с проблемой обеспечения своей экономической безопасности в условиях возросшей открытости отечественной экономики. Поддержание необходимого уровня экономической безопасности становится одной из стратегических задач российской внешнеэкономической политики.
Под экономической безопасностью принято понимать такое состояние экономики и системы государственного управления, при котором обеспечиваются гарантированная защита национальных интересов, социальная направленность политики, достаточный оборонный потенциал даже при неблагоприятных условиях развития внутренних и внешних процессов. Сущность экономической безопасности находит свое выражение в системе соответствующих критериев и показателей - индикаторов экономической безопасности, имеющих определенные пороговые значения. Пороговые значения - это предельные величины показателей, при выходе, за которые возникают препятствия нормальному ходу развития различных элементов воспроизводства, складываются негативные, разрушительные тенденции, наносящие ущерб обществу и среде обитания, ведущие к росту социальной напряженности и другим нежелательным последствиям. В число индикаторов экономической безопасности в сфере взаимодействия с внешним миром отнесены такие показатели, как доля импорта в потреблении населения (пороговое значение - 30%), коэффициент обслуживания внешнего долга (25%), величина золотовалютных резервов (не менее стоимости квартального импорта) и некоторые другие.
Отечественная наука и практика в настоящее время выделяют следующие ключевые угрозы экономической безопасности, проявляющиеся в сфере внешнеэкономических связей: тенденцию к превращению России в топливно-сырьевую периферию развитых стран; усиление импортной зависимости; утечку из страны валютных ресурсов; рост государственного внешнего долга; чрезмерную открытость экономики.
На наш взгляд не все эти явления можно с полным основанием считать угрозами экономической безопасности: не каждое из них препятствует нормальному процессу воспроизводства и подрывает тем самым социальную стабильность в обществе, надлежащий уровень обороноспособности страны. Так, если отбросить соображения престижа, следует признать, что включение России в мировую экономику в качестве поставщика сырья имеет своим результатом отнюдь не возникновение труднопреодолимых преград на пути развития народного хозяйства, а главным образом невысокую эффективность осуществляемого страной внешнеторгового обмена. Конечно, такая модель взаимодействия с внешним миром не позволяет добиться ускорения экономического роста. Но она, как представляется, не является для экономики источником повышенной опасности, чреватой взрывом в воспроизводственном процессе.
Постановка вопроса о чрезмерной открытости российской экономики, которая по существу подразумевает необходимость снижения степени открытости, по меньшей мере дискуссионна.
Россия вряд ли выиграет от сокращения внешнеторговой квоты: экспортеры потеряют часть рынков сбыта, на которые ориентировано их производство в настоящее время, и будут вынуждены снизить степень загрузки мощностей и занятости персонала; одновременно с уменьшением экспортной выручки сократятся возможности приобретения за рубежом продукции инвестиционного назначения, необходимой для модернизации производства, и товаров, не производимых в стране, включая медикаменты и продукты питания (кофе, чай, цитрусовые и т.д.); возникнут дополнительные трудности в обслуживании внешнего долга и функционировании внутреннего валютного рынка. Необходимость делиберализации торгового и валютного режимов также вызывает определенные сомнения. В настоящее время, например, планка тарифных ограничений импорта, применяемых Россией, заметно выше, чем у промышленно развитых стран. Средневзвешенная ставка отечественного тарифа находится на уровне 13%, в упомянутых странах - примерно 6%. В отношении импортных товаров действуют те же ставки налогов (НДС и акциза), что и в отношении отечественных. Вместе с тем, нельзя не признать, что Россия, в отличие от других участников международной торговли, в очень незначительных масштабах применяет нетарифные ограничения (лицензирование, квотирование и «технические барьеры» в торговле), которые являются весьма эффективным средством защиты национальных производителей и внутреннего рынка. Возможность использования таких средств закреплена нормами российского законодательства, и включение этих регуляторов могло бы сыграть положительную роль в сдерживании экспансии импортных товаров, предотвращении наполнения внутреннего рынка некачественной зарубежной продукцией.
Иными словами, суть проблемы заключается не столько в том, что внешнеэкономическая деятельность слишком либерализована, сколько в том, что государство, перейдя от командного управления к регулированию, пока не освоило в надлежащей мере новых функций и не использует всех принятых в мировой практике форм и методов протекционистской защиты своей экономики. Следовательно, более корректным было бы ставить вопрос не об угрозе экономической безопасности в связи с "чрезмерной" открытостью экономики, а об отсутствии в арсенале средств государственного регулирования внешнеэкономических связей действенных инструментов защиты различных секторов отечественного народного хозяйства в условиях формирования открытой рыночной экономики. Другими словами, «чрезмерная» открытость - это не собственно угроза, это - недостаточность действующих методов регулирования для отражения реально существующих угроз.
Из всего этого вытекает, что в предстоящие годы было бы необходимым «построить» механизм внешнеэкономического регулирования и несколько усилить протекционистские акценты во внешнеэкономической политике.
Степень
импортной
зависимости
России.
Специалисты
считают, что
превышение
30 процентного
уровня доли
импорта в объеме
ресурсов внутреннего
потребительского
рынка ставит
под вопрос
независимость
страны. В России
на протяжении
последних лет
розничный
товарооборот
во все возрастающей
мере формировался
за счет импортных
товаров. Если
в 1991 г. ресурсы
внутренней
торговли состояли
на 86% из отечественной
продукции и
только на 14% из
импортных
товаров, то в
1995-1997 гг. отечественные
и импортные
товары занимали
в этих ресурсах
уже практически
равные доли.
Импортным
продовольствием
обеспечивалось
примерно 30%
внутреннего
потребления,
импорт давал
населению
70% телевизоров,
84% обуви, 58% чулочно-носочных
изделий, 17%
хлопчатобумажных
тканей. Такая
степень зависимости
от поставок
из-за рубежа
обоснованно
оценивалась
как чрезмерная.
В прошедшем году, однако, ситуация заметно изменилась. Трехкратная девальвация рубля, увеличение темпов инфляции до 84% против 11% в 1997 г. и сокращение реальных доходов населения в 2,5 раза, последовавшие за финансовым кризисом осени 1998 г., существенно ограничили возможности осуществления импорта в прежних масштабах.
Очевидно, что существующие ограничители закупок за рубежом будут действовать и в ближайшей перспективе. Кризис, таким образом, оказался в известной мере полезным для отечественной экономики, поставив серьезную преграду на пути экспансии зарубежных товаров на внутренний рынок и частично сняв вопрос о чрезмерной импортной зависимости страны.
Вместе с тем и при снижении импортной зависимости сохраняется необходимость повышения эффективности механизмов регулирования импорта в интересах российских производителей и потребителей
Тарифные и нетарифные ограничения необходимо использовать, прежде всего для того, чтобы помочь «встать на ноги» потенциально способным выдерживать конкуренцию предприятиям, секторам и отраслям экономики. Протекционизм, однако, ни в коем случае не может быть тотальным и всеохватывающим, сколь угодно долгим и неизменным по уровню поддержки Защитные меры следовало бы вводить на избранных направлениях на сравнительно короткие промежутки времени (4-7 лет), в течение которых по мере становления защищаемых производств происходило бы последовательное снижение уровня их поддержки государством Другими словами, защита национального производства не должна препятствовать «выбраковке» неэффективных производств, полной либо частичной замене импортом отдельных видов отечественной продукции.
Разумеется, повышение степени протекционистской защиты не должно выходить за принятые в мировой практике рамки ограничений импорта в противном случае России не избежать применения ответных мер со стороны стран-партнеров и возникновения новых трудностей в переговорах о ее вступлении в ВТО.
Желаемое и действительность. Пути развития экономического потенциала и повышения конкурентоспособности российской продукции
Технологическая перестройка экспорта - это сложная и трудная задача, решение которой требует времени и крупных инвестиций. Очевидно, что топливно-сырьевую направленность нашего экспорта в короткий срок не изменить, стране еще долгие годы придется в своем экспорте преимущественно ориентироваться на эти товары
К тому
же в условиях
системного
кризиса российской
экономики и
обострения
валютно-финансовой
ситуации в
стране, экспорт
выступает
практически
как единственный
крупный источник
валютных доходов,
крайне необходимых
для решения
острых хозяйственных
и социальных
проблем
В этой связи в среднесрочной перспективе на первый план выходят, по меньшей мере, две задачи
- максимально возможная мобилизация ресурсов топливно-сырьевого экспорта как основного источника валютных поступлений,
- последовательное создание условий для наращивания экспорта готовых, прежде всего наукоемких, изделий и коммерческих услуг
Решение этих задач объективно требует усиления управленческих и регулирующих функций государства, адекватных складывающимся рыночным отношениям, выработки баланса интересов государственных, предпринимательских и потребительских структур в целях выхода экономики из кризиса и обеспечения экономической безопасности страны.
Среднесрочные
перспективы
реальных поставок
на внешние
рынки основных
топливно-сырьевых
товаров и продукций
первого предела
складываются
по-разному, в
зависимости
от многих внешних
факторов (ресурсная
база, динамика
производства,
устойчивость
внешнего спроса,
условия сбыта
и рентабельность
сделок, перспективы
увеличения
внутреннего
потребления
по мере оживления
отечественной
экономики и
др.)
Наиболее благоприятны, на наш взгляд, перспективы экспорта природного газа, который рассматривается основное, наиболее чистое топливо XXI века. Значительная ресурсообеспеченность (33% доказанных мировых запасов) и высокий уровень его добычи (около 28% мирового производства) наряду с внутреннего спроса выводят нашу страну в число крупнейших экспортеров этого энергоносителя. Уже заключенные крупные долгосрочные контракты на поставку газа в Европу и Турцию гарантируют его решающую роль в российском топливном экспорте в рассматриваемый период. В условиях спада и ожидаемого дальнейшего снижения общего объема экспорта нефти и нефтепродуктов, а также ограниченных перспектив вывоза угля, присутствие России на мировом энергетическом рынке в дальнейшем, несмотря на обострение конкуренции, все в большей мере будет связано с природным газом. Прорабатываются конкретные проекты его поставки в азиатско-тихоокеанский регион (Китай, Корея и др.), рассматриваются возможности его сбыта в южноазиатском направлении. Таким образом, экспорт природного газа стал стратегическим приоритетом российской энергетики, важным средством осуществления ее локомотивной роли в восстановлении и подъеме отечественной экономики.
Имеются возможности для существенного увеличения экспорта электроэнергии в Европу путем использования свободных мощностей РАО «ЕЭС России» и восстановления трансевропейского транзита «Восток-Запад», учреждения общеевропейского рынка электроэнергии в рамках Европейской энергетической хартии. Рассматриваются проекты создания Ангаро-Тихоокеанского энергетического моста, реализация которых позволит не только обеспечить экспорт электроэнергии в Китай и Японию, но и будет способствовать ликвидации энергодефицита во многих районах Сибири и Дальнего Востока. В рассматриваемый период можно рассчитывать на сравнительно стабильные экспортные поставки драгоценных металлов и камней (платина-палладий, необработанные алмазы), никеля и продуктов его переработки, лесоматериалов и лесобумажных товаров, химикатов, море и рыбопродуктов и некоторых других товаров.
В то же время ограниченные перспективы складываются в отношении наращивания физического объема экспорта цветных и черных металлов и продукции их первичной переработки, удобрений, некоторых исходных продуктов базовой химии и нефтехимии и некоторых других. Это связано как с насыщенностью рынков наших контрагентов российской продукцией, ростом конкуренции и волной антидемпинговых мер, так и достижением максимальных размеров экспортных квот, которые неизбежно будут уменьшаться по мере оживления деловой активности в стране.
Как представляется, топливно-сырьевой сектор экономики может развиваться преимущественно на основе самофинансирования путем использования экспортных доходов, а также за счет привлечения прямых иностранных инвестиций в разработку крупных и перспективных месторождений и модернизацию производственно-технологических процессов на современном уровне. Прямая государственная поддержка и меры организационного порядка необходимы лишь в исключительных случаях.
Подчеркивая необходимость сохранения и, по возможности, наращивания вывоза топливно-сырьевых товаров в ближайшие годы за счет мобилизации внутренних резервов и поддержки государства, нельзя упускать из виду и стержневую проблему российского экспорта - постепенного облагораживания товарной структуры и тем самым придания ему динамизма.
В среднесрочном плане определенного увеличения промышленного экспорта можно добиться за счет выпуска освоенных нашей промышленностью изделий машиностроения и других видов готовой продукции при условии улучшения финансового положения предприятий и активной поддержки продвижения продукции на внешние рынки. По данным Института народнохозяйственного прогнозирования РАН, от 20 до 30% свободных мощностей в промышленности при ограниченных вложениях, главным образом в оборотный капитал, в состоянии производить конкурентоспособную продукцию. Такая продукция может быть востребована на рынках многих развивающихся стран, в государствах СНГ.
Однако простое наращивание количественных показателей вывоза промышленной продукции, выпускаемой на основе разработок 70-80-х годов (даже в модернизированном виде), узловую проблему российского экспорта не решит. Это объясняется тем, что центр тяжести в конкурентной борьбе на мировом рынке все более смещается в сферу НИОКР и технологического лидерства, интеллектуального потенциала страны.
Решающую роль в этом отношении могла бы сыграть концентрация усилий государства на одном направлении - завершении конверсии ВПК, который является основным резервом расширения и увеличения экспорта высокотехнологичной и наукоемкой продукции гражданского и двойного назначения. Равноправное участие России в международном разделении труда может быть обеспечено только максимальным использованием лучших отечественных технологий и разработок, а они почти полностью сосредоточены в оборонных отраслях.
Актуальность и сложность решения стоящей перед Россией задачи заключается в том, что на долю нашей страны приходится лишь 0,3% мирового производства наукоемкой продукции, а ее удельный вес в российском экспорте составляет 1,5-2%1. Несмотря на определенные потери в пореформенные годы, ВПК располагает крупным научно-техническим потенциалом, который по многим направлениям отвечает мировому уровню, а в отдельных случаях превосходит его.
Вместе
с тем экспорт
вооружений
и военной техники
(ВВТ) имеет
определенные
пределы роста
в связи как с
насыщенностью
мирового рынка
вооружений,
так и с возрастающей
конкуренцией
на нем не только
со стороны
других крупных
экспортеров
(США, Франция,
Англия и др.),
но и новых, включая
поставщиков
ВВТ из бывших
союзных республик
и стран Центральной
Европы. В силу
специфики
данного рынка
(военно-политические
факторы преобладают
над экономическими)
экспорт отечественных
ВВТ нуждается
в активной
дипломатической
поддержке
и определенной
стабильности
в его организации.
ВПК располагает также рядом отраслей и производств, технологические заделы которых позволяют выпускать продукцию двойного назначения мирового уровня. К ним относятся авиационная, атомная, ракетно-космическая, электронная и судостроительная промышленность, тяжелое энергомашино и станкостроение, СВЧ и лазерная техника, биотехнология и др. Характерно, например, что для реализации американской программы запуска 48 космических спутников системы «Глобстар» (стоимость всей системы - 2,7 млрд. долл.) предпочтение было отдано российским ракетам «Союз».
На наш взгляд, имеются определенные перспективы развития экспорта технологий двойного назначения в Китай, Индию и некоторые другие страны, в том числе на началах кооперации и инвестиционного сотрудничества.
Очевидно, что в ближайшей перспективе страна не в состоянии добиться высокого технико-экономического уровня и должной конкурентоспособности по широкой товарной номенклатуре готовых изделий, догнать и перегнать конкурентов по многим направлениям; разброс усилий в этой области не даст желаемых результатов.
Концентрация усилий на немногих, но потенциально высокоэффективных и быстроокупаемых экспортных проектах, помимо наращивания экспорта и облагораживания его структуры, будет увеличивать спрос на продукцию смежных отраслей и тем самым, содействовать последовательному технологическому обновлению и подтягиванию на более высокий уровень отстающих отраслей и производств, работающих на внутренний рынок.
Несмотря на бедственное положение российских научных центров, в последнее время появился целый ряд уникальных научных разработок мирового уровня.
Национальный институт авиационных технологий разработал концепцию по превращению производства передовой наукоемкой продукции в высокодоходный сектор российской экономики. Однако приводимые расчеты - в начале XXI века Россия может претендовать на 10-15% мирового рынка такой продукции, что будет приносить стране 120-180 млрд. долл. в год - на наш взгляд, являются чрезмерно оптимистичными. Слишком в критическом состоянии находится наша экономика и чересчур сложна и трудна поставленная задача, чтобы ее решить в такой короткий срок.
Россия в многополюсном мире будущего
Основная тенденция развития мировой экономики на пороге XXI века - ее глобализация, под которой понимается возрастание объемов и разнообразия мирохозяйственных связей, сопровождающееся нарастанием экономической взаимозависимости стран мира.
В процессе глобализации просматриваются в настоящее время два вектора. С одной стороны, в мировой экономике происходит усиление позиций США. Несмотря на снижение их удельного веса в мировом производстве и торговле. Соединенные Штаты в заметной мере контролируют деятельность международных экономических институтов, в рамках которых вырабатываются правила ведения мировой торговли и перемещения капитала между странами (ВТО, МВФ, МБРР и т.д.).
С другой стороны, все более четкие очертания приобретает процесс нарастания полицентризма. По оценкам специалистов, этот процесс может стать определяющим в начале следующего века.
В первой четверти нового века можно ожидать завершения формирования трех мощных торгово-экономических суперблоков:
- расширенного Евросоюза, в который наряду с нынешними его членами будут входить европейские страны бывшего СЭВ и страны Балтии;
американской зоны свободной торговли, включая участников сегодняшней НАФТА (североамериканской зоны свободной торговли) и страны Латинской Америки;
- азиатско-тихоокеанской зоны свободной торговли и на базе нынешней Организации азиатско-тихоокеанского экономического сотрудничества.
ЕС, намерившийся расшириться к 2005 г. на восточном направлении, заметно нарастит свой ресурсный потенциал - территорию на 34% население на 29%, станет весьма крупным рынком, охватывающим 26 стран с 500 млн. потребителей. Доля этого суперблока в мировом ВВП может составить 22-23%.
В западном полушарии к середине первого десятилетия нового века намечается создать еще более крупное либерализованное рыночное пространство в составе трех десятков стран с населением 850 млн. человек. Программу формирования этого пространства поддержали два панамериканских форума (в 1994 г. и 1997 г.). На этот регион будет приход 27-28% мирового ВВП.
Страны азиатско-тихоокеанского бассейна (21 государство, включая Россию) провозгласили программу создания в регионе к 2020 г. зоны свободной торговли и инвестиций. На долю этих стран (включая США и Канаду) уже сегодня приходится 1/2 мирового ВВП. По прогнозам, страны Восточной и Юго-Восточной Азии, составляющие основу этого суперблока, скорее всего, предпочтут ориентироваться не на западных партнеров, а на ведущие азиатские державы - Японию и Китай (в перспективе), что со временем может способствовать подчинению стратегии всего блока интересам прежде всего азиатских стран тихоокеанского региона.
Таким образом, вырисовывается перспектива формирования на планете по меньшей мере трех полюсов экономической мощи - европейского, американского и восточноазиатского.
Перечисленные торгово-экономические суперблоки объединят практически половину государств планеты. К ним волей-неволей будут тяготеть страны экономической периферии. Суперблоки во многом станут определять правила и нормы международного перемещения товаров, услуг и капитала. Обходить эти правила будет все труднее и опаснее, за их нарушение придется платить все более высокую экономическую и политическую цену.
Очевидно, что главным направлением эволюции правил и норм международных экономических отношений в русле целей создания данных суперблоков может быть повышение степени открытости национальных хозяйств, дальнейшая либерализация режимов международного перемещения материальных, финансовых и интеллектуальных ресурсов.
Мировой опыт показывает, что открытие экономики расширяет возможности использования внешнего фактора в интересах ускорения развития.
Оно позволяет в более значительных масштабах применять в национальном хозяйстве уже освоенные за рубежом передовые технологии, новые поколения машин и оборудования, современный опыт управления производством и сбытом, привлекать из-за границы дополнительные материальные и финансовые ресурсы, включаться в международную производственную кооперацию.
Вместе с тем экономическая открытость несет с собой, в особенности странам с развивающейся и переходной экономикой, определенные опасности. Они связаны в первую очередь с возникновением угроз подавления национальных производителей иностранными конкурентами, возрастания зависимости отдельных отраслей хозяйства от мировой конъюнктуры, торговой и финансовой политики промышленно развитых стран, дестабилизации финансовой системы и денежного обращения и развития других негативных процессов.
Россия, будучи членом АТЭС, а в перспективе и ВТО, в принципе будет вынуждена идти по пути дальнейшей либерализации торгового и валютного режимов или, по крайней мере, не вводить новых ограничений на внешнеэкономические операции. Опыт последних лет позволяет говорить о том, что выигрыш от усиления открытости при нынешнем состоянии отечественной экономики вряд ли окажется большим, чем потери, связанные с отмеченными опасностями внешнеэкономической либерализации в странах с переходной экономикой. Недостаточная конкурентоспособность отечественной экономики, неразвитость российского финансового рынка и банковской системы страны, неустойчивость финансового состояния предприятий вряд ли позволят России в полной мере воспользоваться теми преимуществами, которые несет с собой экономическая открытость. Это - самое общее соображение, вытекающее из прогноза перспектив формирования многополярного мира.
Не менее важно, видимо, ответить на вопросы о том, каким путем и в каком качестве будет взаимодействовать Россия со складывающимися полюсами экономической мощи, в чем состоят достоинства и недостатки каждой из возможных моделей ее экономического сотрудничества с внешним миром.
На наш взгляд, существует несколько вариантов включения России в меняющуюся мировую экономику:
в качестве участника одного или сразу двух суперблоков (европейского и восточноазиатского);
- в качестве лидера самостоятельного интеграционного объединения постсоветских государств;
- в качестве независимого аутсайдера.
При любом из этих вариантов Россия, скорее всего, не может рассчитывать на то, чтобы занять ведущие позиции в мировой экономике:
ее доля в мировом ВВП составляет ныне 1,7%. Потенциальные конкурентные преимущества России - ресурсный потенциал ее сибирской и дальневосточной частей, в которых сосредоточено, по оценкам, до 40% всех доступных запасов планеты, и уникальные научно-технические разработки, воплощенные в не имеющих аналогов в мире изделиях, - требуют для своей реализации громадных финансовых затрат. На такие затраты страна в ближайшем будущем не способна.
Вариант подключения к суперблокам. По мнению сторонников сближения России с ЕС, членство в Евросоюзе либо более «мягкая» форма присоединения сулит очевидные выгоды. Этот шаг мог бы позволить объединить усилия с Европой в освоении и использовании природных богатств Сибири и Дальнего Востока. К тому же, сближение с ЕС не стало бы препятствием для развития сотрудничества России с восточно-азиатским суперблоком. Напротив, страны АТР имели бы возможность подключиться к российско-европейским проектам, ускорив тем самым их реализацию.
Однако вхождение России и в европейское, и в азиатско-тихоокеанское интеграционные сообщества вовсе не гарантирует России автоматического прилива финансовых и материальных ресурсов из входящих в эти сообщества стран. Оно отнюдь не возлагает на эти страны обязательств по сотрудничеству в освоении российских природных ресурсов.
Важно
также иметь
в виду то обстоятельство,
что включение
сразу в два
экономических
блока чревато
для России
невольным
усилением
тяготения
ее европейских
областей к
Западу, а территории
за Уралом - к
Востоку. Это
- достаточно
реальная угроза
сохранению
территориальной
целостности
страны и распада
ее на отдельные
независимые
образования.
Как известно,
некоторые
авторитетные
эксперты,
3.
Бжезинский,
например, анализируя
перспективы
мирового развития,
связывают
будущее России
с вариантом
ее раздела на
европейскую,
сибирскую и
дальневосточную
республики.
Вариант интенсивного развития интеграции в СНГ. По мнению приверженцев данного варианта, создание единого экономического пространства на территории бывшего СССР (исключая страны Балтии) могло бы помочь оживить экономически оправданные и технологически детерминированные производственно-кооперационные связи российских предприятий с партнерами из постсоветских республик. Такие связи могли бы возродиться в оборонных отраслях, металлургии, химии, машиностроении. Это способствовало бы экономическому росту и поддержанию занятости в отечественном народном хозяйстве, сохранило бы для России освоенный рынок в условиях, когда рынки развитых и развивающихся стран в основном поделены и пробиться на них даже с качественной продукцией чрезвычайно сложно.
Реализуя этот вариант, Россия, кроме того, получала бы преференциальный режим доступа к источникам сырья, находящегося в странах СНГ, за счет которого ранее покрывалось 70-100% ее потребностей (уран, марганец, хром, титан и т.д.).
Экономический союз со странами СНГ, прежде всего с Украиной и Белоруссией, облегчил бы также проблему транспортировки российских внешнеторговых грузов на европейском направлении" сопредельные страны, как и Россия, заинтересованы в надежном и доходном функционировании транспортных объектов и магистралей, являвшихся некогда их общей собственностью
Весьма
важными здесь
являются еще
два обстоятельства.
Пространство
СНГ,
во-первых,
превратилось
бы в достаточно
крупный рынок
с 300 млн. потребителей.
Во-вторых,
страны содружества
получили бы
возможность
сообща отстаивать
свои экономические
интересы в
соперничестве
с другими
экономическими
группировками.
В интегрированном сообществе стран СНГ Россия объективно заняла бы лидирующее положение, ее экономический и научно-технический потенциал заметно выше, чем у всех остальных стран содружества, вместе взятых.
По нашему мнению, этот вариант в обозримом будущем является наиболее предпочтительным
Варианты отношений России с мировым хозяйством в качестве независимого аутсайдера. В принципе они маловероятны, но могут реализоваться в случае обострения внешнеполитической обстановки при захвате власти в стране крайне радикальными элементами.
Они могут состояться также в тех случаях, если попытка создания на территории бывшего СССР экономического, таможенного и валютного союзов потерпит неудачу, либо подключение к суперблокам окажется чисто формальным. При таких вариантах развития событий России вряд ли удастся уйти от нынешней неэффективной схемы взаимодействия с внешним миром, и внешнеэкономические связи останутся для нее инструментом решения текущих задач сбалансирования внутреннего спроса и предложения.
Итак, сегодня Россия стоит перед выбором пути дальнейшего развития. Обсуждение связанных с таким выбором проблем приобрело, и будет иметь неизмеримо важное значение. Именно этим определяется тот факт, что данные проблемы постоянно находятся в поле зрения Центра внешнеэкономических исследований РАН.
Внешняя торговля России в 90-е годы и перспективы ее развития
Основные тенденции 90-х годов
В 90-е годы торгово-экономическое сотрудничество России успешно развивалось и в