Влияние бизнес-групп на эффективность производства российских фирм
Имущественные ИБГ стали появляться в российской экономике, начиная с 1993 г. Инициаторами их создания и одновременно центральными элементами были три типа структур:
– крупные банки;
– крупнейшие предприятия;
– специально создаваемые финансовые структуры (в форме одного, а чаще нескольких юридических лиц).14
Следует также отметить, что в нефтяной промышленности основным инициатором создания ИБГ было государство, которое в процессе приватизации сформировало в отрасли вертикально интегрированные компании. Также государством были созданы такие крупнейшие сырьевые ИБГ, как Газпром, РАО ЕЭС России и РАО Норильский никель.
Большая часть имущественных ИБГ была создана банками, которые непосредственно или через созданные ими финансовые компании уже в первой половине 90-х гг. стали активно скупать акции промышленных предприятий. Опираясь на приобретенный пакет акций (а также на неформальные права кредиторов), банки стали активно участвовать в процессе управления предприятиями.
В период ваучерной приватизации 1993–1994 гг. крупные пакеты акций промышленных предприятий чаще всего приобретались на чековых аукционах. Затем наиболее распространенной формой стали конкурсы с инвестиционными условиями. В конце 1995 г. контрольные пакеты акций ряда крупнейших промышленных предприятий были куплены несколькими ведущими банками на так называемых залоговых аукционах
Почему российские банки стали скупать предприятия реального сектора? Сами финансисты и наиболее лояльные к ним аналитики чаще всего называли три причины.
1. Аксиому, согласно которой в долгосрочном плане банки не могут жить лучше, чем их клиенты, российские банкиры после окончания периода гиперинфляции усвоили достаточно быстро. Началась острая конкуренция за обслуживание счетов крупных промышленных предприятий. Стала расти доля кредитов, выдаваемых промышленности и другим отраслям производственной сферы, а также единичные объемы и сроки кредитования. Но всем было очевидно, что в российских условиях кредитовать предприятие, которое не контролируешь, дело слишком рискованное. Стало ясно и другое: стандартные механизмы контроля банка над заемщиком недостаточны.
2. Опасение иностранной конкуренции (которая, впрочем, так и не стала сколько-нибудь существенным фактором). До кризиса августа 1998 г. многие полагали, что относительно скоро в Россию придут крупнейшие иностранные банки и получат право обслуживать российские предприятия. И тогда российские банки, которые не смогут конкурировать с ними по широте спектра и качеству предоставляемых услуг, потеряют своих лучших клиентов, если только не будут одновременно их совладельцами.
3. Крупнейшие российские, и в особенности московские, банки с начала 90-х гг. сосредоточили у себя лучших отечественных аналитиков и менеджеров, в том числе и в области промышленности. Тех самых, которые способны разрабатывать и анализировать бизнес-планы, организовывать технологические цепочки, реструктурировать предприятия.
Однако у каждой медали есть, как известно, и оборотная сторона. Во-первых, российские банки были заинтересованы в промышленных предприятиях не только как в заемщиках. Был и другой, не менее важный интерес установить контроль над финансовыми потоками предприятий со всеми вытекающими отсюда последствиями. Во-вторых, как показала практика, сам банковский контроль над предприятием оказывался нередко первым шагом на пути перехода этого предприятия в частную собственность хозяев или менеджеров банка, которые справедливо полагали, что владение крупными промышленными активами обеспечивает им в долгосрочном плане более надежное положение в российской экономической элите. И наконец, экспертный и менеджерский потенциал банков оказался в большинстве случаев недостаточным для того, чтобы обеспечить необходимую реструктуризацию подконтрольных предприятий.
Можно указать еще две причины активной экспансии российского банковского капитала в промышленность, относящиеся уже к сфере психологии. Так, есть основания полагать, что ряд создателей и собственников крупных банков по своему менталитету не были банкирами изначально, и так и не стали ими. Ценности реального дела и владения чем-то реальным оставались для них приоритетными. Экспансия в промышленность (которая никуда не денется и которой все равно не дадут умереть), возможно, была для некоторых банкиров реакцией на эту перспективу. 15
В случае, когда инициатором формирования и центральным элементом ИБГ становилось крупное промышленное предприятие, оно, как правило, начинало с того, что создавало свои карманные банки или устанавливало контроль над уже существующими. Затем достраивалось прочее необходимое финансовое и торговое окружение, т.е. учреждались или покупались торговые дома, страховые и инвестиционные компании, пенсионные фонды и т.д. Крупномасштабная экспансия таких ИБГ в другие отрасли промышленности была достаточно редким явлением, характерным прежде всего для крупнейших компаний сырьевого сектора топливно-энергетических и металлургических. Обычно она сводилась к движению вверх или вниз по основной технологической цепочке.
В истории формирования имущественных ИБГ естественным образом выделяются три этапа:
1993 г. лето 1995 г.;
осень 1995 г. зима 1997 г.;
весна 1997 г. август 1998 г.
Нетрудно заметить, что эти этапы совпадают с периодами преимущественного использования государством различных схем приватизации. 1993 г. первая половина 1995 г. период ваучерной приватизации и первых инвестиционных конкурсов. Прокламируемые цели того периода создание массового слоя собственников; фактически достигнутая цель вовлечение промышленности в рыночные отношения при сохранении социальной стабильности на предприятиях и лояльности директорского корпуса существующей власти. Получение государством значительных доходов от приватизации и привлечение средств финансового сектора в промышленность не было ни прокламируемой, ни реальной целью того этапа.
Залоговые аукционы конца 1995 г. начала 1996 г. формально представляли собой конкурсный механизм получения правительством кредитов от ведущих частных российских банков под залог контрольных пакетов акций крупнейших промышленных предприятий. Но при этом заранее предполагалось, что кредиты возвращаться не будут и залогодержатель через год-два превратится в собственника. Прокламируемая цель ликвидация бюджетного дефицита. Однако полученные суммы оказались невелики, а победители аукционов в каждом случае фактически определялись заранее, причем попытки конкуренции жестко пресекались. Реально достигнутая цель того периода формирование прочных альянсов между российскими банками и промышленностью, появление у крупнейших предприятий отечественных стратегических собственников и инвесторов, обеспечение политического союза правительства и финансового капитала.
Весной 1997 г. конкурс по продаже блокирующего пакета телекоммуникационного холдинга Связьинвест положил начало третьему этапу российской приватизации. Его важнейшими вехами стали также продажи контрольных пакетов акций Восточной и Тюменской нефтяных компаний. На этом этапе изменились и цели государства, и его отношения с большим бизнесом. Можно утверждать, что и прокламируемая, и фактическая задачи были чисто фискальными обеспечить максимальные поступления в бюджет к необходимому сроку. С этой целью была допущена реальная конкуренция между различными ИБГ (в отличие от индивидуализированного патронажа, характерного для предыдущего этапа), а также участие иностранных инвесторов. С другой стороны, российский большой бизнес впервые позволил себе в ряде случаев не пойти навстречу невыгодным для него пожеланиям государства (вспомним об отказе покупать дополнительные акции Восточной и Тюменской нефтяных компаний после приобретения контрольного пакета и об отказе в 1998 г. покупать Роснефть по первоначально объявленной цене).
В развитии управленческих ИБГ в постсоветской России можно выделить две основные, причем принципиально различные, линии. Первую линию можно определить как естественную, и состояла она из двух основных процессов.16
Первый процесс состоял в постепенном установлении тесных связей между рядом промышленных предприятий (в особенности экспортеров) и обслуживающими их крупными трейдерами и банками и взятии на себя последними некоторых управленческих функций, но без приобретения доминирующего объема прав собственности. Этот процесс начался и приобрел масштабность еще в первые годы рыночных реформ. Важнейшим стимулом для него было широкое распространение в российской экономике неденежных форм расчетов и вытекающей отсюда необходимости выстраивания сложных вексельно-зачетно-бартерных схем.
Второй процесс получил развитие лишь во второй половине 90-х гг. и связан с началом относительно широкого применения в российской промышленности механизмов банкротства. Управленческие ИБГ стали формироваться путем введения на предприятиях на длительный срок процедуры внешнего управления и назначения на должность внешнего управляющего представителей кредиторов.
Вторая линия формирование и развитие официальных (зарегистрированных) финансово-промышленных групп (ФПГ). Эту линию можно назвать индуцированной. Данная характеристика отражает тот факт, что широкое обсуждение темы ФПГ началось за несколько лет до их реального появления.
Широкое обсуждение тематики, связанной с ФПГ, началось еще в СССР в разгар перестройки, когда бесперспективность системы управления промышленностью, основанной на отраслевых министерствах и отделах ЦК КПСС, стала очевидной для всех, и возник вопрос, чем ее заменить. Наиболее популярным стало предложение заменить изжившую себя систему промышленными группами, которые должны быть межотраслевыми и формироваться вокруг предприятий-лидеров, находящихся на уровне лучших мировых стандартов или превосходящих их. Считалось, что несколько десятков таких групп, получивших приоритетный доступ к качественным ресурсам, освобожденных от бюрократического контроля и одновременно пользующихся всеми формами государственного покровительства, станут локомотивами, которые втянут СССР в XXI век. Тогда речь шла именно о промышленных группах, поскольку банки или иные финансовые структуры либо еще не существовали, либо уже существовали, но пока не могли рассматриваться как серьезные экономические игроки.
Идея промышленных групп поддерживалась самым широким спектром политических сил от тех, кто видел в ней легальный способ демонтажа административной системы управления экономикой, а затем и политического режима, до тех, кто рассчитывал с их помощью восстановить действенность народно-хозяйственного планирования и реализовать наконец преимущества социализма (или советского варианта мобилизационной экономики).
Интерес к группам, уже финансово-промышленным, вновь возник в 1992–1993 гг., когда стало ясно, что в российской экономике все решают деньги, а деньги стали концентрироваться у частных банков. Тогда многие руководители промышленных предприятий, главным образом не самых успешных, а также представляющие их интересы общественные и политические деятели выдвинули примерно следующую идею: государство должно, используя властные рычаги, заставить банки вступить в некоторые тесные альянсы с группами промышленных предприятий, одновременно обеспечив таким альянсам большие льготы. Среди наиболее активных лоббистов этой идеи было довольно много влиятельных в то время общественных и политических организаций: Российский союз промышленников и предпринимателей (президент А. Вольский), Лига содействия оборонным предприятиям (президент А. Шулунов), Гражданский союз и т.д.17
До второй половины 1993 г. идея ФПГ нигде не находила реальной поддержки. Власти главное внимание уделяли процедуре либерализации экономики, банки снимали пенки с гиперинфляции, а директора большинства промышленных предприятий не были готовы расстаться хотя бы с частью обретенной самостоятельности. В большинстве отраслей в начале 90 х гг. вместо реальных хозяйственных объединений возникли аморфные и малодейственные отраслевые ассоциации, впоследствии либо распавшиеся, либо превратившиеся в чисто общественные организации.
Ситуация изменилась лишь к концу 1993 г. Прежде всего к тому моменту и банки, и промышленность стали проявлять значимый интерес к мягким формам интеграции (т.е. к таким, которые не базируются на правах собственности, но налагают некоторые регулярные взаимные обязательства). Кроме того, государство заложило необходимую правовую базу: в декабре 1993 г. Б. Ельцин подписал Указ О создании финансово-промышленных групп в Российской Федерации; в ноябре 1995 г. появился Закон О финансово-промышленных группах.
Официальные (зарегистрированные) ФПГ не оправдали большинства надежд, возлагавшихся на них как на инструмент развития российской экономики. Для промышленных предприятий эти группы чаще всего являются элементом оборонительной, а не прорывной стратегии. И не случайно у наиболее успешных российских предприятий эта форма интеграции не вызвала серьезного интереса. С другой стороны, ФПГ все-таки выполняли и выполняют значимые конструктивные функции, позволяя в целом ряде случаев сохранить старые или создать новые хозяйственные связи и являясь одновременно этапом на пути к более зрелым формам ИБГ.
Итак, субъектами ИБГ могут быть и промышленные предприятия, и торговые дома, и байки, и страховые компании, и негосударственные пенсионные фонды.
К числу механизмов, реально формировавших в 90 е годы подавляющую часть российских ИБГ относятся:
а) выполнение центральным элементом ИБГ функций исполнительного органа для других ее членов (иначе говоря предоставление полного комплекса управленческих услуг);
б) предоставление комплекса финансово-инвестиционных услуг;
в) управление снабжением и сбытом;
г) лоббирование и обеспечение мер государственной поддержки.
2. Анализ влияния бизнес-группы АСПО «Каспийская энергия» на эффективность производства астраханских предприятий
Группа «Каспийская Энергия» (CNRG Group) создана в 2006 году. Ключевыми направлениями деятельности являются проектирование, строительство и установка в море технических средств освоения морских нефтегазовых месторождений. В Группу входят три дивизиона: инженерный (ООО «Центр Морских Технологий «Шельф», включающего ЦКБ «Коралл» (Севастополь), КБ «Вымпел» (Нижний Новгород), КБ «Каспий» и КБ «Астрамарин» (Астрахань), производственный (Астраханское Судостроительное Производственное Объединение (АСПО), объединяющее AСПО Головная верфь, АСПО Лотос, АСПО III Интернационал и Центр производственного персонала) и сервисный (ООО «Крейн Марин Контрактор»). Выручка компании в 2007 году составила 3, 707 млрд. рублей, чистая прибыль – 509 млн. рублей.18
Астраханское судостроительное производственное объединение учреждено тремя ведущими судостроительными предприятиями Астраханской области – ОАО «Астраханский корабел», ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала» и ОАО «Лотос». Производственные мощности АСПО располагаются в Астрахани и г. Нариманов. На предприятиях АСПО работают более 3500 сотрудников.
aspo.su/ОАО «Астраханское судостроительное производственное объединение " является опытным судостроительным предприятием, обладающим всем необходимым оборудованием и технологиями для строительства объектов освоения оффшорных нефтегазовых месторождений – буровых установок различного типа, технологических и жилых модулей, металлоконструкций для добывающих комплексов.19
Астраханское судостроительное производственное объединение учреждено тремя ведущими судостроительными предприятиями Астраханской области – ОАО «Астраханский корабел», ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала» и ОАО «Лотос»
АСПО организовано по принципу технологического единства.
Цель организации – достижения экономического синергетического эффекта за счет образования материальных и нематериальных хозяйственных взаимосвязей и аккумуляции финансовых и прочих ресурсов.
Принцип организации управления – смешанный. В группе присутствуют
технологически вертикально и горизонтально интегрированные объединения.
По степени имущественной зависимости ИБГ АСПО «Каспийская Энергия» является размытой.
2.1 Анализ занятости и производительности труда на предприятиях до вхождения их в бизнес-группу
Астраханская область входит в южный экономический регион и ввиду своего географического положения такие услуги как ремонт, обслуживание и строительство судов являлись ведущими в производственной деятельности многих предприятий области. В период перестройки эти предприятия в борьбе за экономическую выживаемость прошли через реорганизацию, которая позволила им уцелеть на рынке предлагаемых услуг.
Ключевыми вопросами в период перестройки экономики были:
– как выжить и сохранить экономическую независимость среди конкурентных предприятий;
– каким должен быть ассортимент предлагаемых услуг;
– где найти финансы и инвестиции для развития предприятия.
Развитие экономики области не стоит на месте и адаптация предприятий к современным тенденциям рынка происходит непрерывно. Укрупнение бизнеса не обошло и нашу область. Объединение предприятий, оказывающих подобного рода услуги, в группу АСПО «Каспийская Энергия» повлияло на качество и ассортимент предлагаемых услуг.
Проведем анализ занятости и производительности труда на предприятиях группы АСПО «Каспийская Энергия» до входения их в бизнес – группу.
В качестве субъектов анализа выступают следующие предприятия:
ОАО «Астраханский корабел», ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала» и ОАО «Лотос».
Обобщив некоторые доступные показатели, сделаем выводы по эффективности производства этих предприятий.
В качестве показателя труда использовались данные о среднесписочной численности занятых, в качестве показателя капитала – стоимость основных фондов.
Таблица 1. Экономические показатели предприятий за 2003–2005 гг. не входящих в бизнес – группу
| Наименование предприятия, не входящего в бизнес-группу | Среднесписочная численность, чел. | Производительность труда, чел. час. | Стоимость основных фондов, тыс. руб. | ||||||
| 2003 | 2004 | 2005 | 2003 | 2004 | 2005 | 2003 | 2004 | 2005 | |
| ОАО «Астраханский корабел» | 45 | 50 | 60 | 102375 | 11900 | 134400 | 234,5 | 308,4 | 365,2 |
| ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала» | 68 | 75 | 63 | 176800 | 19500 | 161280 | 217,9 | 230,0 | 119,0 |
| ОАО «Лотос». | 99 | 108 | 78 | 253440 | 276480 | 199680 | 234,7 | 217,8 | 108,9 |
Из приведенных данных видно, что по всем анализируемым предприятиям наблюдается снижение как численности работающих, так и производительности труда. Намечена тенденция снижения стоимости основных фондов.
Скорее всего это объясняется отсутствием инвестиций в развитие предприятия, кризисной ситуацией по выплате заработной платы, что в свою очередь повлекло сокращение работающих.
2.2 Анализ занятости и производительности труда на предприятиях после входения их в бизнес – группу
Теперь рассмотрим те же показатели по предприятиям, но уже за 2006–2008 гг., т.е. после их вхождения в группу (таб. 2.):
Таблица 2. Экономические показатели предприятий за 2003–2005 гг. не входящих в бизнес – группу
| Наименование предприятия, не входящего в бизнес-группу | Среднесписочная численность, чел. | Производительность труда, чел. час. | Стоимость основных фондов, тыс. руб. | ||||||
| 2006 | 2007 | 2008 | 2006 | 2007 | 2008 | 2006 | 2007 | 2008 | |
| ОАО «Астраханский корабел» | 60 | 175 | 250 | 134,4 | 1990,0 | 2523,7 | 365,2 | 1308 | 365,2 |
| ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала» | 63 | 125 | 218 | 161,3 | 1745,0 | 1912,8 | 217,9 | 230,0 | 119,0 |
| ОАО «Лотос». | 78 | 108 | 185,77 | 153,4 | 1648,0 | 1896,8 | 108,9 | 207,8 | 218,9 |
Принадлежащие к бизнес-группам предприятия в период 2006–2008 гг. демонстрировали более высокие темпы роста численности занятых, нежели до вхождения их в группу, резко увеличилась стоимость основных фондов.
Относительные успехи предприятий связаны в первую очередь с фактором спроса – с существенно более высокими показателями обеспеченности заказами по сравнению с не входящими в группу предприятиями. Среди входящих в группы предприятий в два-три раза ниже доля тех, кто обеспечен заказами на короткие сроки (до 1 месяца) и, напротив, в два-три раза выше доля обеспеченных заказами на срок свыше года (табл. 3). Отсюда и более высокая загрузка производственных мощностей, и более высокая субъективная оценка экономического положения предприятия.
Таблица 3. Средняя обеспеченность производственными заказами предприятий до и после вхождения в групп
| Рост выпуска продукции в реальном выражении, (раз) | Рост среднесписочной численности занятых, (раз) | |||
| 2006 | 2007 | 2006 | 2007 | |
| Предприятия до вхождения в группу |
243 6,56 0,83 |
244 4,68 1,03 |
272 1,05 0,93 |
284 1,13 0,96 |
|
Предприятия после вхождения в группу |
363 5,13 0,90 |
362 5,64 1,06 |
401 1,18 0,94 |
416 1,25 0,97 |
* Данные в ячейках последовательно представляют: число наблюдений, среднее (стандартное отклонение), медиану.
Относительные успехи принадлежавших к группам предприятий связаны в первую очередь с фактором спроса – с существенно более высокими показателями обеспеченности производственными заказами по сравнению с не входящими в группу предприятиями. Среди входящих в группы предприятий в два-три раза ниже доля тех, кто обеспечен заказами на короткие сроки (до 1 месяца) и, напротив, в два-три раза выше доля обеспеченных заказами на срок свыше года (табл. 4). Отсюда и более высокая загрузка производственных мощностей, и более высокая субъективная оценка экономического положения предприятия.
Повышение, причем резкое, стоимости основных фондов связано с вовлечением инвестиций на восстановление и расширение производства головной компании: было приобретено новое производственное оборудование и мощности, позволившее расширить ассортимент выпускаемой продукции и оказания услуг. Это в свою очередь повысило производительность работающих
Таблица 4. Средняя обеспеченность заказами предприятий, входящих и не входящих в бизнес-группу
| Средняя обеспеченность заказами | Предприятия, не входящие в группу | Предприятия после вхождения в группу |
| До 1 го месяца | 25 | 8,75 |
| До 1–3 месяцев | 25,3 | 15,0 |
| До 3–6 месяцев | 14,4 | 21,2 |
| От 6–12 месяцев | 28,5 | 37,5 |
| Свыше 12 месяцев | 6,7 | 17,5 |
У входящих в группы предприятий была изменена структура управления и состав менеджеров, повышалась квалификация менеджеров, вводились новые формы учета и планирования, увеличивались расходы на НИОКР и маркетинг, были реализованы инвестиционные проекты. Если устранить из приведенного перечня мероприятия, связанные с большим расширением масштабов производства (новые производственные мощности), можно сделать вывод, что объединенные в группы предприятия более интенсивно осуществляют мероприятия, связанные с маркетингом как сферой внешних сделок предприятия, и несколько реже – связанные с обновлением ассортимента продукции (если не считать расходы на НИОКР, которые могут иметь целью совершенствование как продукта, так и процессов). Принадлежность к группе обычно сопровождается обновлением в структуре и составе управления компанией.
По сравнению с предприятиями, не входящими в группу, предприятия групп в большей степени осуществляют «внутреннюю» или управленческую реструктуризацию по сравнению с «внешней» или маркетинговой реструктуризацией.
Причины подобного различия можно искать в отраслевых особенностях, размере предприятий, а также особенностях структуры собственности и корпоративного управления. Обратимся к последнему вопросу более подробно.
Входящие и не входящие в различного типа объединения акционерные общества не обнаруживают – что удивительно, – существенных отличий ни в структуре собственности, ни в характеристиках исполнительных органов.
Показатели концентрации собственности выше у АО, принадлежащих к оформленным объединениям, однако тенденции изменения концентрации собственности в различных типах компаний совпадают (Таблица 5). Совпадает и типичная численность совета директоров (7 человек), и показатели представительства различных групп в советах директоров. Независимо от принадлежности к группе, директор типичного предприятия имеет значительный стаж работы как в данной должности, так и на других должностях, что указывает на высокую роль в корпоративном управлении инсайдеров.
Таблица 5. Концентрация собственности в акционерных обществах, входящих и не входящих в бизнес-группы в 2004 и 2007 гг.
| Предприятия не входящие в бизнес группу | Предприятия входящие в группу | |
| Доля крупнейшего акционера в 2004 г. |
129 36,26 30,00 |
43 39,79 39,00 |
| Доля крупнейшего акционера в 2005 г. |
141 40,39 34,00 |
47 43,69 48,50 |
| Доля крупнейшего акционера в 2006 г. |
103 46,99 45,10 |
32 55,50 52,50 |
| Доля крупнейшего акционера в 2007 г. |
115 54,49 54,00 |
36 64,49 67,00 |
В качестве непосредственных стимулов включения компаний в состав группы называются разные соображения. Однако практически для всех респондентов, представляющих приватизированные предприятия, основанные еще в советский период, основное преимущество холдингов проявляется в том, что холдинг берет на себя организацию внешних сделок предприятий, обслуживание «финансового контура», оставляя на предприятием функции «производственной площадки». Именно такое разделение, по мнению респондентов, приводит к расширению сбыта.
В разделении полномочий и ответственности между предприятиями холдингами можно найти признаки жесткой централизации полномочий на уровне контролирующего собственника, но это относится почти исключительно к полномочиям в области внешних сделок по «финансовому контуру»
Разделение полномочий между холдингами и предприятиями скорее укладывается в схему «финансовые решения» – «производственные решения» или «маркетинг» «управление ресурсами», нежели в схему «стратегическое управление» – «оперативное управление».
Финансовые вопросы оперативного управления централизованы на уровне холдинга, в то время как стратегические вопросы ассортимента или кадров или кадровой политики переданы на уровень предприятия.
В этом контексте данную бизнес-группу можно рассматривать как логичное развитие модели «рассеянной компании». В этой системе формально рыночные сделки между самостоятельными участниками фактически обслуживали потребности иерархической координации. В модели «рассеянного предприятия» финансовые и маркетинговые функции вынесены за пределы «основной производственной площадки».
Необходимо отметить и важные различия. Развитие «рассеянного предприятия» сопровождало становление инсайдерской модели собственности и контроля, обеспечивая в том числе и недивидендные способы получения дохода от собственности. Сохранение и углубление подобного разделения полномочий в рамках данной бизнес-группы требует дополнительного объяснения.
В условиях несовершенного правоприменения задача обеспечения соответствия поведения менеджера целям собственника должна быть выполнена контрактом с менеджером (в широком смысле слова). Контракт менеджера должен при этом обладать свойствами низких издержек верификации и ограничений возможностей оппортунизма. Кроме того, менеджерам (директорату) предприятия должен быть обеспечен стимул перераспределения пакета акций как оснований для контроля в пользу внешнего собственника.
Описанная выше модель организации данной бизнес-группы удовлетворяет этим требованиям. Цели менеджера, сформулированные в терминах производственных заданий, позволяют, во-первых, экономить на издержках мониторинга поведения менеджера, во-вторых, ограничивать возможности его оппортунизма (поскольку роль менеджера при заключении внешних контрактов компании сводится практически к технической). В свою очередь, директора согласились на перераспределение контрольного пакета акций в пользу внешнего собственника (учитывая, что он обладает возможностями предотвратить этот процесс), так как функционирование в качестве «производственной площадки» приносит большие выигрыши, нежели сохранение всего комплекса полномочий по организации деятельности компании в своих руках.
Особенность стимулов к отказу от формально закрепленных прав контроля в российской промышленности может состоять в том, что эти стимулы связаны просто с возможностью более эффективной организации маркетинговой деятельности предприятия. Кроме того, принципал должен обеспечить директору сохранение значительной части источников текущих доходов. Учитывая недивидендный характер доходов, это может предполагать сохранение достаточно высокой автономии менеджмента (директората) в решении «производственных» вопросов, вместе с возможностями извлечения соответствующих выигрышей. Возможности радикальной внутренней реструктуризации компаний в рамках действия подобного контракта между внешним собственником и директором существенно ограничены.
2.3 Бизнес-группа и влияние её на конкурентоспособность предприятий, входящих в неё
Описанная модель функционирования бизнес-группы может в дальнейшем оказывать противоречивое воздействие на конкурентоспособность входящих в нее предприятий.
С одной стороны бизнес-группы относительно удачно решают вопросы маркетинга как системы сбыта продукции. Финансовые потоки направляются на те инвестиционные проекты, которые приводят к созданию конкурентоспособной продукции, новые формы управления и учета позволяют лучше оценивать результаты экономической деятельности и предпринимать усилия по ее совершенствованию.
С другой стороны, воздействие бизнес-группы на внутреннюю политику предприятия остается ограниченным. Поэтому развитие бизнес-группы описанного типа является компромиссом в условиях необходимости рыночно-ориентированной реструктуризации и относительной устойчивости инсайдерского контроля (независимо от распределения прав собственности).
Данное распределение принятия решений может препятствовать повышению конкурентоспособности в силу разделения центров принятия решений разного типа.
Те агенты, которые непосредственно воспринимают рыночные сигналы, имеют ограниченные возможности для адаптации производства в соответствии с этими стимулами и не всегда достаточно хорошо представляют возможности адаптации производственных единиц. В свою очередь, располагающие специфическими знаниями производства менеджеры не получают достаточно детализированной информации о тенденциях изменения рыночного спроса. Такая структура управления может снижать эффективность не только собственно производственной, но и маркетинговой политики компаний.
Поэтому, в частности, для бизнес-групп при расширении объема продаж характерно более медленное обновление ассортимента (особенно в части снятия продукции с производства).
Аналогично, если внешние собственники, в том числе бизнес-группы не осуществляют реструктуризацию, нацеленную на снижение издержек, то менеджеры (директорат), не обладают соответствующими стимулами не только потому, что не являются претендентами на остаток, но и потому, что важным источником их выигрышей остаются доходы аффилированных «обслуживающих» компаний.
Общие результаты деятельности описанной категории бизнес-групп во многом определяются динамикой спроса на продукцию предприятий. В условиях импортозамещения и экономического подъема – когда благодаря росту спроса можно в 10 увеличивать продажи и без существенного повышения эффективности использования ресурсов, – бизнес-группы продемонстрировали себя достаточно успешными. Однако неблагоприятное изменение спроса может продемонстрировать ограниченность возможностей принятия решений в рамках описанной организационной структуры.
Вместе с тем, нельзя не заметить, что охарактеризованная модель определенно носит переходный характер, представляя одну из возможностей реструктуризации деятельности предприятий.
Заключение
Изучив теоретическую часть дипломной работы, обобщим полученные знания и сделаем выводы:
1. ИБГ - это объединение предприятий и компаний, работающих в разных отраслях и даже секторах экономики и связанных единством экономических интересов. Его обеспечивает наличие общей группы собственников и высших менеджеров, технологического единства в ИБГ нет.
2. Характеристика ИБГ включает в себя такие понятия как:
– наличие технологического единства и цели и способа формирования ИБГ;
– технологическая вертикальность-горизонтальность;
– финансовая вертикальность-горизонтальность;
– степень имущественной зависимости и значимость неформальных связей, преобладающий тип связей;
– количество предприятий в группе, в том числе, дочерних и контролируемых;
– количество учредителей ИБГ;
– наличие Управляющей компании;
– наличие постоянно действующего Руководящего органа (оперативное управление);
– самый тип оргструктуры (линейно-функциональная, дивизиональная, матричная, конгломеративная);
– метод управления (людьми, процессом, показателями, проектами).
3. Интегрированная бизнес-группа – это новая форма организации бизнеса в России, одна из форм предпринимательской деятельности. В переходный период именно эта форма существования предприятий обеспечила им выживаемость на рынке, сохранила их конкурентоспособность.
4. ИБГ классифицируются:
– по цели создания: для достижения экономического синергетического эффекта за счет образования материальных и нематериальных хозяйственных взаимосвязей и аккумуляции финансовых и прочих ресурсов; для получения выгоды от совместного налогового планирования и управления финансами, построения финансовых и налоговых схем; для укрепления контроля над бизнесом;
– в зависимости от того, какой тип связей является критическим для данной ИБГ выделяются две группы, в которых основным интегрирующим фактором выступают: 1) имущественные связи и 2) персональные связи – между физическими лица ми и хозяйственные.
– по принципам организации управления: структура управления будет разной для технологически вертикально и горизонтально интегрированного или смешанного объединения. Принципы организации управления будут отличаться для технологически взаимосвязанного холдинга (концерна) и диверсифицированного объединения – конгломерата. Влияние оказывает также степень субординированности группы.
– по степени жестокости: Степень жесткости ИБГ мы определяем, основываясь на силе имущественных связей между предприятиями, входящими в группу. По степени имущественной зависимости ИБГ могут быть жесткими и размытыми, и этот показатель определяет, насколько будут взаимосвязаны или объединены их управленческие структуры.
5. Субъектами ИБГ могут быть и промышленные предприятия, и торговые дома, и байки, и страховые компании, и негосударственные пенсионные фонды.
К числу механизмов, реально формировавших в 90 е годы подавляющую часть российских ИБГ относятся:
а) выполнение центральным элементом ИБГ функций исполнительного органа для других ее членов (иначе говоря предоставление полного комплекса управленческих услуг);
б) предоставление комплекса финансово-инвестиционных услуг;
в) управление снабжением и сбытом;
г) лоббирование и обеспечение мер государственной поддержки.
Во второй главе дипломной работы на базе теоретических данных, была рассмотрена бизнес-группа АСПО «Каспийская Энергия», принцип ее влияния на эффективность производства предприятий г. Астрахани: ОАО «Астраханский корабел», ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала», ОАО «Лотос» до и после их вливания в группу.
На основании проведенного исследования обобщим полученные результаты:
1. Группа «Каспийская Энергия» (CNRG Group) создана в 2006 году. Ключевыми направлениями деятельности являются проектирование, строительство и установка в море технических средств освоения морских нефтегазовых месторождений. В Группу входят три дивизиона: инженерный, производственный и сервисный.
Астраханское судостроительное производственное объединение учреждено тремя ведущими судостроительными предприятиями Астраханской области – ОАО «Астраханский корабел», ОАО «Астраханский завод им. III Интернационала» и ОАО «Лотос»
АСПО организовано по принципу технологического единства.
Цель организации – достижения экономического синергетического эффекта за счет образования материальных и нематериальных хозяйственных взаимосвязей и аккумуляции финансовых и прочих ресурсов.
Принцип организации управления – смешанный. В группе присутствуют технологически вертикально и горизонтально интегрированные объединения.
По степени имущественной зависимости ИБГ АСПО «Каспийская Энергия» является размытой.
2. Объединение предприятий, в группу АСПО «Каспийская Энергия» повлияло на качество и ассортимент предлагаемых услуг.
Сравнивания экономические показатели: занятость, производительность труда, стоимость основных фондов, количество и ассортимент предлагаемых на рынке работ и услуг, до и после присоединения анализируемых предприятий видно, что по всем этим показателям намечено устойчивое повышение.
3. Положительный эффект был достигнут в результате того, что ведущая компания взяла на себя организацию внешних сделок предприятий, обслуживание «финансового контура», оставляя за предприятиями функции «производственной площадки». Именно такое разделение привело к расширению выпуска и сбыта продукции, работ и услуг: финансовые вопросы оперативного управления были централизованы на уровне управляющей компании, а стратегические вопросы ассортимента или кадров или кадровой политики переданы на уровень предприятий
4. С макроэкономической точки зрения, создание, организация и функционирование АСПО дало возможность предприятиям, вошедшим в него решить следующие задачи:
– сконцентрировать инвестиционные ресурсы на приоритетных направлениях развития экономики области и получить относительно дешевые финансовые ресурсы, аккумулируемых в финансовых организациях группы;
– повысить экспортный потенциал и конкурентоспособность выпускаемой продукции, работ и услуг;
– сформировать долгосрочные хозяйственные связи;
– улучшить инвестиционный климат и стабилизировать производство;
– снизить риски;
– обеспечить долгосрочное отвлечение финансовых ресурсов с гарантией их сохранения и целевого использования.
5. Общие результаты деятельности описанной бизнес-группы во многом определяются динамикой спроса на продукцию предприятий. В условиях импортозамещения и экономического подъема – когда благодаря росту спроса можно в 10 увеличивать продажи и без существенного повышения эффективности использования ресурсов, – данная бизнес-группа будет демонстрировать себя достаточно успешной Однако неблагоприятное изменение спроса может продемонстрировать ограниченность возможностей принятия решений в рамках описанной организационной структуры.
Охарактеризованная модель определенно носит переходный характер, представляя одну из возможностей реструктуризации деятельности предприятий, имеет тенденцию дальнейшего усовершенствования организационной структуры вошедших в нее предприятий, которая позволит и дальше повышать эффективность производства.
Список литературы
Монографии
1. Авдашева C.Б., Балюкевич В.П., Горбачев А.В., Дементьев В.Е., Паппэ Я.Ш. Анализ роли интегрируемых структур на российских товарных рынках Москва: ТЕИС, 2008. – 213 с.-ISBN 7–89564–90–4
2. Авдашева С.Б. Интеграционные процессы в промышленности. В: Российская промышленность: институциональное развитие./ под ред. Долгопятовой Т.Г. Издательство ГУ-ВШЭ, 2008. – 217 с.-ISBN 8–54323–90–0
3. Авдашева С.Б. Интеграционные процессы в промышленности. В: Российская промышленность: институциональное развитие./ под ред. Долгопятовой Т.Г. Издательство ГУ-ВШЭ, 2007. – 315 с.-ISBN 7–89015–56–3
4. Бляхман Л.С. Корпорации и их роль в российской экономике: под редакцией Н.Ф. Фроловой. – М: ЮНИТИ, 2008. – 115 с.-ISBN 3–87173–087–2
5. Долгопятова Т.Г., Ивасаки И. Исследование российских корпораций: первые итоги совместного российско-японского проекта: Препринт WP1/2006/01. М.: Изд. дом ГУ ВШЭ – 2006. – 56 с.-ISBN 5–12453–87–0
6. Кузнецов П., Горобец Г., Фоминых А. Неплатежи и бартер как отражение повой формы организации промышленности в России. В кн.: Российские предприятия: корпоративное управление и рыночные сделки. М.: ГУ-ВШЭ, 2006 – с. 28–78.-ISBN 7–89065–17–9
7. Мотылев В.Е. Финансовый капитал и его организационные формы. М.: Финансы и статистика, 2007. - с. 235 ISBN 4–27085–12–9
8. Пичужкин