Малый бизнес место и роль в экономике
Однако больнее всего кризис ударил по малому предпринимательству Москвы. Столичные преимущества от близости финансовых потоков, относительно высокого уровня доходов населения враз обернулись потерей рынков сбыта, разрывом хозяйственных связей, обострением конкуренции. Как следствие, за 1998год численность работающих на московских МП сократилась на треть, объем производства товаров и услуг – на 40%, а совокупный убыток в 17253 млн. рублей в 1,3 раза превысил прибыль, полученную в 1997 году.
Таков безрадостный пейзаж, на фоне которого начался 1999 год. Смогли ли предприниматели переломить негативные тенденции и воспользоваться немногочисленными положительными результатами кризиса, главный из которых – высвобождение рыночного пространства из-за ухода импортеров и более слабого отечественного бизнеса. Ответ на этот вопрос дал анкетный опрос, проведенный Ресурсным центром малого предпринимательства среди делегатов II Всероссийского съезда представителей малых предприятий (Москва, 28 октября 1999г.). Всего было опрошено порядка 250 руководителей МП разных отраслей из 11 российских регионов.
Судя по результатам опроса, приведенным в диаграмме на рис. 9, через год после кризиса предприниматели в основном позитивно оценили его последствия для возможности развития бизнеса. Половина респондентов сочли влияние положительным, треть – отрицательным, каждый шестой / седьмой – нейтральным.

Рис. 9 График предположительного влияния на развитие бизнеса после кризиса
Среди основных факторов, определяющих предпринимательскую деятельность, наиболее сильное негативное влияние кризиса отмечено в таких областях, как возможность привлечения внешнего финансирования (см.рис.10) и величина платежеспособного спроса (см.рис.11). Половина руководителей МП оценили его последствия по этим вопросам как отрицательные.

Рис. 10 График влияния привлечения заемных средств после кризиса.

Рис. 11 График влияния кризиса на платеже способность.
Большей частью положительно кризис сказался на возможности освоения новых видов деятельности (см.рис.12), конкурентоспособности товаров и услуг (см.рис.13).

Рис. 12 График влияния кризиса на основную деятельность.

Рис. 13 График влияния кризиса на конкурентоспособность..
Интегральный показатель последствий кризиса – оценка общего состояния МП, также склоняется к положительной (см.рис. 14).

Рис. 14 График зависимости общего состояния МП.
Через год после кризиса лишь порядка десятой части предпринимателей оценили состояние своего бизнеса как плохое. Как удовлетворительное – порядка половины респондентов, как хорошее – две пятых. Прогноз на 2000 год еще более оптимистичен. Порядка двух третей руководителей МП спрогнозировали хорошее, а порядка трети – удовлетворительное состояние своих предприятий. Лишь каждый двенадцатый / тринадцатый – плохое.
За достаточно обнадеживающими общими показателями, как и за всякими усредненными, скрыты чьи – то выдающиеся успехи и сокрушительные неудачи. Так, среди МП разных отраслей по преимуществу положительное влияние кризиса зафиксировано в сфере материального производства и прежде всего в промышленности. Здесь значительно расширились возможности для предпринимательской деятельности за счет подъема уровня конкурентоспособности товаров и услуг, роста платежеспособного спроса. По результатам опроса, таково мнение 60% руководителей МП. Бизнес в торговле, напротив, столкнулся со значительным спадом спроса, с резким ограничением возможностей привлечения внешнего финансирования.
Влияние кризиса имеют и ярко выраженную территориальную специфику, характеризующуюся более четким проявлением его негативных последствий в наиболее крупных городах, прежде всего в Москве. Результаты опроса подтверждают, что за посткризисный год возможность для развития бизнеса в столице уменьшилась в большей мере, чем в целом по стране. Доля московских предпринимателей, констатировавших отрицательное влияние кризиса на развитие своего дела, в 1,3 раза превышает аналогичный показатель в целом по выборке. (Напомним, в ней представлены МП из 11 регионов – субъектов Федерации). Итоговая оценка общего состояния московских МП значительно ниже, чем в среднем по РФ. Москвичи признавали состояние своих фирм плохим в 1,7 раза чаще, а хорошим – в 1,6 раза реже. И перспективы на год 2000-ый для них менее радужны. На оценку «хорошо» рассчитывают в 1,4 раза меньше руководителей столичных МП, к оценке «плохо» заведомо готовы в 2 раза больше.
Итак, для малого бизнеса, прежде всего в отраслях материального производства, финансовый кризис со временем сдвинул стрелку экономической конъюнктуры по направлению к «ясно». И те МП, что сумели уцелеть в первые посткризисные месяцы, смогли этим воспользоваться. Статистические данные зафиксировали рост совокупных показателей масштабов и эффективности малого предпринимательства по итогам 1999 года. Общее число МП увеличилось на 2,6%, численность постоянных работников – на 4,5%, объем произведенной продукции – на 61,8%. Российские производители товаров потребительского назначения, и малые предприятия в том числе, сумели воспользоваться благоприятной экономической конъюнктурой, потеснив импортеров на отечественной потребительском рынке. К началу 1998г. доля импортных товаров на российском потребитель рынке составляла 49%, к концу – 37%. За 1999 год произошла стабилизация доли импортеров на уровне 30% (в сопоставимых ценах).
Однако, влияние конъюнктурных факторов недолговечно, а внутренний потенциал саморазвития малого бизнеса в значительной мере исчерпан. Для того, чтобы данный сектор смог реализовать возложенные на него функции, необходимо прежде всего стабилизировать экономику в целом. Предпринимательство не может сколь угодно долго генерировать «точки роста» в условиях, угнетающих предпринимательскую активность, не выродившись при этом в криминально-нелегальную деятельность.
2.2 Основные проблемы малого бизнеса
Многие характерные особенности становления малого предпринимательства в России напрямую связаны с основными проблемами, мешающими развитию нормальных рыночных отношений и частного предпринимательства в целом. Для оценки уровня значимости этих проблем можно использовать данные социологических опросов (таблица 5).
Таблица 5
Основные проблемы частного предпринимательства в России
| Порядок значимости по мере упоминания | Основные проблемы |
| 1 | Налоги |
| 2 | Законодательство |
| 3 | Инфляция |
| 4 | Экономическая ситуация в целом |
| 5 | Поставки, дефицит |
| 6 | Трудности получения и высокая ставка за кредит |
| 7 | Неплатежеспособность партнёров, клиентов |
| 8 | Несовершенство банковской системы |
| 9 | Политическая ситуация |
| 10 | Бюрократия |
| 11 | Действия правительства, властей, ЦБ; коррупция, взятки |
| 12 | Трудности с арендой, недостаток площадей, офисов |
| 13 | Недостаток информации, культуры, опыта |
| 14 | Кадровые проблемы |
| 15 | Рэкет |
| 16 | Отрицательное отношение к предпринимателям |
Августовский кризис в России показал, что в нашей стране средний класс, класс собственников, существует как реальность. Наличие прослойки, пусть очень маленькой, собственников-предпринимателей обозначило и их проблемы. В резолюции I Всероссийского съезда предпринимателей малых предприятий были выделены следующие проблемы:
медленно идет процесс создания инфраструктуры малого бизнеса;
низкими темпами происходит увеличение числа малых предприятий, особенно в производственной сфере;
не во многих регионах разработаны и приняты органами власти нормативные акты, региональные программы развития малого предпринимательства, а там где они приняты реализация их происходит далеко не в полной мере;
недостаточно налажено взаимодействие регионов, как в плане обмена информацией и опытом по развитию малого предпринимательства, так и в организации практического хозяйственного взаимодействия предпринимателей различных регионов между собой.
На состоявшейся, в рамках Всероссийского экономического форума, научно-практической конференции, Президент Российской ассоциации развития малых предприятий Александр Иоффе отметил, что властям нужны очень простые инструменты - ум, воля, совесть. «Ни Министерство антимонопольной политики и развития предпринимательства, ни Фонд поддержки, ни другие надстроечные структуры не смогут радикально изменить положение, если по-прежнему идеи совершенствования правового поля малого бизнеса будут звучать только на словах. Малый бизнес, - заявил А.Иоффе, - есть только тогда, когда его много, и только в этом случае он становится действенной силой экономики, важным социальным инструментом. Этого не будет пока, государство не скажет, что поддержка экономической инициативы граждан является важнейшим приоритетом. Лишь после этого будут возможны диалог бизнеса и власти, и обратная связь. И тогда удастся разобраться с налогами и административными барьерами».
Резко высказался по поводу чиновнических методов управления малым бизнесом председатель Российского профсоюза работников малого и среднего бизнеса Александр Попов: «…Жирующие чины власти, сказал он, придумывают ежегодное лицензирование, причем, на второй год могут и не дать работать. А это значит, что предприятие, заключившее договора, оказываются не в состоянии их выполнить, и попадает в отношения, связанные с расправой. На самом деле, эти препятствия создаются ради поборов.
Малый бизнес совершенно лишен и социальной защиты. Фонд социального развития, - считает А.Попов, - вследствие применяемой системы транзитных счетов, не дает возможности малым предприятиям использовать перечисляемые ими средства для оплаты лечения, отдыха. Материальной поддержки персонала.»
О вреде некомпетентности в бизнесе говорил проректор академии менеджмента и рынка Вениамин Каганов. "Чтобы принимались правильные решения чиновниками всех уровней, - считает В. Каганов, - их нужно вовлечь в систему обучения, может быть, даже восстановив прежнюю систему повышения квалификации. Сейчас все некомпетентны в бизнесе: и предприниматели, и налоговые инспекторы, и работники правовых органов. Должно стать правилом, что чиновники проходят подготовку для работы в поле предпринимательства".
Если затронуть проблему финансирования, то до октября 1995 года проблемой финансирования малого бизнеса никто официально не занимался. Многие банки, не проявляя особого желания вкладывать инвестиции в малые предприятия, объясняют это тем, что количество затрачиваемого времени и усилий на оформление кредита размером 100 тыс.долл. и 10 млн.долл. одинаково, а получаемый доход разнится во много раз. Кстати, здесь наши проблемы не отличаются от западных, и там финансовые структуры неохотно занимаются этим родом деятельности.
Большинство кредитных организаций, имеющих связи с малым бизнесом, находятся в регионах и не имеют достаточного оборотного капитала. В первую очередь кредиты получают те производства, продукция которых пользуется наибольшим спросом: переработка продуктов питания, деревообработка, разлив напитков, складские и транспортные услуги, легкая промышленность. И очень немногие занимаются финансированием инновационного бизнеса - новых наукоемких технологий, которые определяют будущее технологического прогресса.
Перейдем от общих проблем к более частным, которые непосредственно затрагивают предпринимателей и являются причиной развала предприятия. Многие малые предприятия угасают уже в самом начале своей деятельности. Например, из 600 тысяч новых предприятий, ежегодно возникающих в США, только половина дотягивает до 18 месяцев и только одно из пяти доживает до 10 лет.
Возможно, главной причиной является легкость создания предприятия. Но ведь свобода выбора означает не только свободу успеха, но и свободу неудач.
Сами же руководители малых предприятий выделяют следующие причины:
44% - опрошенных главной причиной называют некомпетентность;
17% - отсутствие управленческого опыта;
16% - несбалансированный опыт: недостаток опыта в маркетинге, финансах, снабжении и производстве;
15% - отсутствие опыта работы в отрасли;
1% - небрежность в ведении дел;
1% - мошенничество или бедствие;
6% - иные причины, с которыми сталкиваются руководители малых фирм.
Стоит также отметить, что лишь 20% руководителей предприятий имеют соответствующее образование.
Конечно, основной проблемой из всех выше названных является проблема, главным образом представляющая отношения малого бизнеса и государства.
Наиболее существенным негативным моментом была и остается криминализация малого предпринимательства. В этой связи очень показателен наиболее типичный ответ на вопрос выборочных обследований руководителей малых предприятий о влиянии на их деятельность криминальных структур. Значительная часть респондентов отвечают, что они вообще ничего не знают о криминальных структурах. В нынешней ситуации такой ответ указывает не на преодоление зависимости МП от криминальных структур, а как раз наоборот - на особо сильную их зависимость от этих структур и даже на прямую вовлеченность в эти структуры и страх перед ними. Криминальность продолжает оставаться существенным фактором, препятствующим нормальному развитию российского малого предпринимательства.
Далее обратимся к вопросу "обычного ненормативного" поведения - применению силовых действий, вымогательств и угроз в деловых взаимоотношениях. Известно, что в опросах общественного мнения преступность в течение последних пяти лет достаточно устойчиво ставится российским населением на второе место среди наиболее острых проблем (первое место занимает рост цен). Для российского бизнеса организованное насилие также превратилось в болезненную проблему. Только за 1994 г. было убито 94 (!) руководителя крупных коммерческих фирм. По отдельным данным, около 70% коммерческих предприятий вынуждены платить силовым группировкам.
По нашим данным, свыше 1/4 руководителей малых предприятий (26,2%) заявляют, что случаи силовых вымогательств и угроз часты, еще более половины (57,1%) считают это нередким явлением и только 16,7% опрошенных говорят, что подобные явления в малом бизнесе отсутствуют. В 1993 г. 1/6 руководителей заявили, что вообще не сталкивались с рэкетом. Контраст с сегодняшней ситуацией разителен (особенно если сравнивать полученные результаты с устойчивостью ответов о нарушении деловых обязательств). Отчасти это связано с тем, что заданный три года назад вопрос о рэкете был неудачен по форме, сужал проблему группового и организованного насилия.
В период перестройки было немало разговоров о рэкете в отношении новых хозяйственных структур. Сегодня ситуация в корне не изменилась, но произошло серьезное смещение акцентов. Речь идет уже не о рэкете, а об организованной охране. И малые, и крупные предприятия вынуждены искать профессиональную защиту, которую оказывают сегодня как минимум три категории организаций: представители официальных правоохранительных органов (на коммерческой основе); официально зарегистрированные частные охранные и сыскные агентства, образуемые, как правило, бывшими работниками правоохранительных органов; криминальные группировки, занимающиеся обеспечением так называемых "крыш". В результате бизнесмены систематически оплачивают услуги "своих" охранников, а не платят "чужим".
Спектр силовых методов достаточно широк. Как важная часть они включены в механизм контроля деловых обязательств. Профессиональные силовые группы широко используются для выяснения отношений с недобросовестными и необязательными партнерами и клиентами, для решения проблем, связанных с их задолженностями. Цена услуг высока. Утверждается, что привлечение "братков" обходится в половину возвращаемой суммы, официальные агентства берут от 15 до 40%.
Роль организованного насилия не исчерпывается криминальными факторами. Во многих случаях это замещение утерянных инструментов вертикального давления на партнеров (в том числе давления через партийные органы в советское время), своего рода "компенсация" за утерю административной защиты. При отсутствии действенного законодательного и судебного регулирования силовые методы вошли как нормальный (обычный) элемент в ткань хозяйственных отношений. Когда закон нем, а мораль слепа, зарвавшихся возвращают в нормативные рамки более грубыми и примитивными способами. И зона силовых методов, судя по всему, продолжает расширяться.
Общеизвестно, что объектом вымогательств чаще становятся финансовые и торговые структуры, активно работающие с наличным денежным оборотом. Действительно, опрошенные финансисты более других озабочены данной проблемой. А вот существенных отличий в оценках занятых в торговле и сфере услуг от общей массы предпринимателей зафиксировать не удалось.
Стоит упомянуть, что частота применения силовых методов хозяйственными руководителями напрямую увязывается с общей неблагоприятной оценкой условий для малого предпринимательства. Респонденты с более высоким образовательным уровнем несколько чаще указывают на наличие вымогательств (вряд ли они чаще с ними сталкиваются, скорее, мы опять имеем дело с более болезненной реакцией).
По мнению государственных служащих и деятелей общественных объединений, ситуация, как и при невыполнении обязательств, выглядит еще более тяжелой, причем различия с оценкой малых предпринимателей даже увеличиваются до 10 процентных пунктов.
Можно ли успешно хозяйствовать без угроз и применения силы - не в идеальном, заоблачном мире, а в реальных сегодняшних условиях? Более половины респондентов (52 %) уверены, что можно. Еще более трети (38,3%) считают, что это возможно с трудом. И только 9,4% поставили категоричное "нет". Причем руководители малых предприятий в данном случае явно выделяются своим оптимизмом на фоне всех прочих групп - более крупных предпринимателей, представителей государственного управления и общественных организаций. О возможности отказа от применения силы говорят "экономические оптимисты": те, кто прогнозирует рост всех основных хозяйственных показателей в сфере малого бизнеса и не ожидает массовых банкротств. А вот с финансовым положением собственного предприятия связь уже не наблюдается.
Теперь обратимся к "силовым методам" иного рода, связанным с вымогательством со стороны чиновников. Из области "горизонтальных" хозяйственных отношений переходим в область "вертикальных". Проблемы бюрократизма обычно характеризуются печально высоким рейтингом среди наиболее болезненных проблем, с которыми сталкиваются руководители малых предприятий (по результатам нашего опроса, бюрократизм и недостаточная безопасность бизнеса делят 5-6-ю позиции из полутора десятков наиболее острых проблем). Известно, что чиновники имеют немало возможностей для создания барьеров на пути малого предпринимательства. Усложненный порядок регистрации предприятий, необходимость платить за каждый документ (отнюдь не символические суммы), задержки с оформлением и даже отказы в регистрации (по сути, противозаконные) - со всем этим предприниматель вынужден сталкиваться, еще не начав свою деятельность. Но беды предприятия с его регистрацией не кончаются. Власти манипулируют ставками арендной платы и прочих платежей. Появляются многочисленные контролирующие инстанции, которые устраивают проверки по поводу и без повода. Представители властей не раз доказывали свою способность разрушить фактически любое предприятие, причем в самые кратчайшие сроки.
Бюрократизм является эффективным инструментом прямого вымогательства. Поборы осуществляются в трех основных формах: легальных, полулегальных и нелегальных. Легальные включают налоги и обязательные платежи (от 40 до 50 наименований). Налоговое бремя уже само по себе достаточно тяжело. Но оно, увы, не единственное. К полулегальным сборам относятся осуществляемые по инициативе властей отчисления предприятий, выходящие за пределы законодательных норм. Речь идет о "добровольно-обязательных" отчислениях на разного рода муниципальные нужды (благоустройство города, ремонт зданий, другие потребности коммунального хозяйства). Власти обладают достаточно мощными рычагами, чтобы вынудить предпринимателя стать "благотворителем". И действия их - по сути своей незаконные - в данном случае принимают вполне законную, официальную форму. Третья форма - нелегальные поборы, идущие непосредственно в карманы конкретных чиновников в виде банальных взяток.
По мнению экспертов, коррупция является наиболее распространенным незаконным хозяйственным действием. Причем перестройка и последующие реформы принесли серьезные административные послабления в этой области. Произошло явное расширение масштабов данного вида "торговли внутри государства". Зафиксированные факты коррупции по-прежнему единичны и разрознены. Но судя по всему, взятки достигли таких размеров, какие не могли присниться советскому чиновнику даже в самом фантастическом сне.
Мы не намерены в данном случае ограничиваться традиционными обвинениями в адрес чиновничества и "обелять" предпринимателей. У сделки как минимум есть две стороны. И корыстные наклонности власть имущих нередко используются, и весьма цинично, для решения собственных проблем: взятка помогает получить доступ к дешевым ресурсам и индивидуальные льготы, освободиться от части легальных платежей и избежать "благотворительных" сборов. Конечно, это не "рыночный торг равноправных сторон", ущемление предпринимателя здесь очевидно, но представлять его только лишь в качестве пострадавшей стороны было бы не совсем верно.
По результатам опроса, ситуация здесь далеко не блестящая для руководителей малых предприятий обращают внимание на наличие вымогательств со стороны чиновников, в том числе на частые вымогательства указывают 40,7%. И лишь 9,4% руководителей не наблюдают их в хозяйственной практике. Эти оценки близки к данным нашего опроса 1993 г., но все же частота бюрократических вымогательств несколько выросла (три года назад на их наличие указывали около 80% руководителей).
Здесь еще более заметно расхождение во мнениях между основными группами респондентов. Оценки руководителей крупных и средних предприятий более негативны: 56,0% считают вымогательства частым явлением. Но самыми яростными обвинителями коррупции выступают представители общественных организаций, поддерживающих малый бизнес (ее наличие в этой группе отмечают практически все). Для них вообще характерно дистанцирование от официальной власти, от "чиновников" (на деле эта дистанция зачастую не столь велика). Что же касается самих чиновников, то данную проблему они закономерно предпочитают не акцентировать. Конечно, мало кто утверждает, что коррупции нет вовсе (менее чем каждый пятый), но большинство все же не считают вымогательства частым явлением.
В отраслевом разрезе опять лидируют финансисты (к этой сфере сейчас наблюдается особо пристальное внимание), затем следуют занятые в сфере науки и консалтинга, торговли и транспорта. Чуть реже, судя по ответам, это касается сферы строительства.
Проявления силового давления выглядят как две стороны одной медали (их так и называют - "бюрократический и криминальный рэкет"). Складывается впечатление, что одни группы живут в зоне насилия, а другие - в мире относительного спокойствия. Где проходят границы между этими группами, еще предстоит выяснить исследователям.
Наиболее удручающий элемент вырисовывающейся картины связан с оценкой возможностей успешного хозяйствования при принципиальном отказе от дачи взяток должностным лицам. В этом пункте общий оптимизм предпринимателей сильно повыветрился. Только каждый шестой (16,6%) надеется, что это возможно. 42,1% руководителей считают, что этого можно добиться с трудом. И почти столько же (41,5%) не питают в данном случае никаких надежд. Если ситуация с деловой обязательностью неблагоприятна, но все же поправима, то на победу над коррупцией, похоже, мало кто всерьез рассчитывает. Здесь витает дух обреченности. Это относится и к другим опрошенным группам. За исключением самих чиновников, видящих ситуацию в более радужном цвете, все относительно единодушны (несколько пессимистичнее оценки руководителей крупных и средних предприятий). В отраслевом разрезе среди пессимистов лидируют занятые в сферах финансов, торговли и услуг населению. Но мнение производственников отличается несильно.
Делая следующий шаг, мы оставляем в стороне тех немногих, кому посчастливилось не наблюдать "аномальных" явлений в сфере малого бизнеса, чтобы посмотреть, каковы ценностно-нормативные представления основной части респондентов, указывающих на имеющиеся негативы. Назовем "оптимистами" или "несогласными" тех, кто признает наличие этих явлений, но считает возможным их устранение. Тех, кто такой возможности не видит, назовем "пессимистами" или "обреченными". Тех же, кто думает, что обойтись без таких явлений хотя и с трудом, но можно, будем считать "умеренными".
Когда речь идет о возможности не нарушать деловых обязательств, как это делается сегодня, оптимистов предостаточно (более половины опрошенных). Почти половина руководителей оптимистично смотрят на возможность избавиться от силовых действий, вымогательств и угроз в отношениях между партнерами. А вот в то, что можно благополучно существовать, не прибегая к взяткам, верит лишь каждый девятый. Пессимистами же в первых двух случаях можно назвать каждого девятого-десятого. А в случае с коррупцией 45% руководителей убеждены, что она не только существует сегодня, но и непреодолима в будущем. Наконец, умеренные позиции высказывают около 40% руководителей с небольшими вариациями в каждом случае.
В итоге представителей малого бизнеса при всей критичности их оценок современной ситуации можно считать оптимистами. Это, видимо, их "профессиональная" черта, помогающая им заниматься своим делом.
Те, кто занят государственным регулированием и поддержкой малого бизнеса, отстаивает интересы малого предпринимательства, в целом более пессимистичны. Возможно, управленцы и "общественники" лучше информированы (в соответствии с поговоркой: пессимист в нашей стране - это хорошо информированный оптимист). Оценки самих предпринимателей, исходящих из своего личного опыта, более надежны, менее подвержены негативному влиянию средств массовой информации и потому более умеренны? С уверенностью на этот вопрос сейчас ответить трудно.
Многие наши гипотезы не подтвердились. Например, не всегда отчетливо проявляются отраслевые различия. Отсутствуют также сколь либо заметные связи с географическим размахом хозяйственной деятельности. Одно дело, если связи малого предприятия замкнуты в пределах собственного города, другое - если имеются деловые партнеры по всей стране, третье - если существуют устойчивые контакты с дальним зарубежьем. Но различий в нашем случае не наблюдается, всех ожидают общие трудности.
Рассмотренные нами проблемы сегодня поднимаются чуть ли не в каждом обсуждении, касающемся вопросов предпринимательства или проводимом с участием предпринимателей. Но делаются ли какие-нибудь практические шаги по улучшению ситуации?
Первые попытки прочертить нормативные границы в хозяйственной деятельности, создать Кодекс чести предпринимателя были сделаны еще в 1990-1991 гг., но особого резонанса они не имели. В последнее время в этой области наблюдается прилив творческой активности. Только в 1995 г. были приняты: Кодекс чести банкира, Кодекс профессиональной этики российского общества оценщиков, Кодекс члена Российской гильдии риэлтеров, Правила добросовестной деятельности членов профессиональной ассоциации участников фондового рынка, Кодекс рекламной деятельности. Крупное объединение "Круглый стол бизнеса России" предложило "Хартию бизнеса", основной идеей которой является призыв к неприменению силы в деловых отношениях (трагическая смерть главного инициатора Хартии, председателя "Круглого стола" И.Кивелиди придает этому призыву особый оттенок). Почти одновременно Торгово-промышленная палата России открывает новую программу "Деловая культура". Конечно, неизвестно, будут ли подобные хартии и кодексы исполняться (в том числе теми, кто их подписал). И обоснованного скептицизма на этот счет предостаточно. Но по крайней мере понимание важности проблемы уже налицо. И потому не будем отказывать себе в надеждах на лучшую реальность.
2.3. Инвестиционная политика
Не менее важной проблемой является поиск инвестиционных ресурсов, иначе процесс становления малых форм предпринимательства будет чрезмерно длительным. У государства достаточных средств для этого нет и вряд ли они будут, но есть государственная собственность. Представляется целесообразным часть ее не выставлять на аукционах на продажу, а сдавать малым предприятиям на конкурсной основе в долгосрочную аренду (лизинг), при этом приоритет должен принадлежать предпринимательским структурам в регионах с благоприятным предпринимательским климатом.
Привлечение средств частных инвесторов в малый бизнес и сведение их рисков к минимуму возможны только при использовании специализированных фондов и соответствующего законодательства, регулирующего их деятельность. Одним из основных источников привлечения средств в государственные и региональные фонды могут стать капиталы частных инвесторов, аккумулируемые через облигационные займы.
Однако облигации под малый бизнес не будут ликвидными, а следовательно, и привлекательными для частных, особенно иностранных, инвесторов, если малые предприятия не получат налоговых льгот. В противном случае доходность (ликвидность) возможна только за счет построения финансовых пирамид.
Для