Свобода договора
Она дополняется классификацией договорных обязательств по иным основаниям. С этой точки зрения прежде всего выделяются договоры односторонние и двусторонние. В одностороннем договоре у одной из сторон имеются только права, тогда как у другой — исключительно обязанности. Примером такого договора является договор займа, в котором у заимодавца есть только право, а у заемщика — только обязанность (п. 1 ст. 807 ГК РФ). В отличие от этого в двустороннем договоре у каждой из сторон есть и права и обязанности (например, у продавца и покупателя в договоре купли-продажи). Односторонний договор есть не что иное, как простое (одностороннее) обязательство, участник которого является либо кредитором, либо должником, тогда как в сложном двустороннем обязательстве каждый из участников одновременно выступает в роли и кредитора и должника.
Кроме того, выделяются договоры в пользу третьего лица (ст. 430 ГК РФ), которым противопоставляются все остальные договоры как «договоры в пользу контрагента» (кредитора), а также дополнительные, или акцессорные, договоры, обеспечивающие исполнение «основных» договоров (например, договор о залоге или о поручительстве). Как и в предыдущих случаях, речь здесь, по сути, идет о соответствующих разновидностях договорных обязательств.
По субъектному составу обособляются предпринимательские договоры и договоры с участием граждан-потребителей, которые имеют особый правовой режим. Однако такое различие не может быть проведено последовательно для всех гражданско-правовых договоров, ибо многие из них могут иметь различный субъектный состав и в зависимости от этого способны быть и предпринимательскими, и «потребительскими» (например, кредитные договоры и другие банковские сделки).[3]
Также существуют и другие основания классификации договоров. Некоторые авторы делят договора на организационные и имущественные. В числе организационных, в свою очередь, выделяют предварительные, генеральные, учредительные договоры. Имущественные договоры подразделяют на обязательственные и вещные.[4]
Из принципа свободы договора вытекает возможность заключения договоров как предусмотренных, так и не предусмотренных законодательством. На этом основано деление договоров на поименованные (названные в ГК РФ или в ином законе) и непоименованные (неизвестные закону, но не противоречащие общим началам и смыслу гражданского законодательства). Такие договоры иногда называют также договорами sui generis («своего», т. е. особого, «рода») или «нетипичными договорами».
К ним применяются нормы о наиболее сходном с конкретным договором виде или типе договоров (в чем и проявляется практическое значение типизации договорных обязательств) и общие положения обязательственного (договорного) права, т. е. правило об аналогии закона, а при невозможности этого — аналогия права. Этим непоименованные (нетипичные) договоры отличаются от смешанных договоров, которые представляют собой определенный «набор» известных договорных обязательств, что в соответствии с п. 3 ст. 421 ГК РФ влечет применение к ним в соответствующих частях конкретных правил об этих поименованных договорах и тем самым исключает всякую аналогию.
Глава 2. ЭЦП - как способ защиты договора.
2.1. Необходимость цифровых технологий при заключении договора
Развивающиеся и находящие применение в нашей стране электронно – цифровые технологии позволяют участникам рыночных отношений расширять свой рынок, более оперативно следить за соотношением спроса и предложения. Вместе с тем, возникают следующие трудности: поскольку рыночные отношения (сделки) закрепляются договором, то появляется необходимость его заключения (регистрации) и иногда быстрота заключения решает его судьбу; иногда участники товарооборота просто не имеют возможности непосредственного общения для заключения договоров, или же материальные затраты необходимые для заключения контрактов будут превышать возможные выгоды и стоимость сделки.
В последнее время мы наблюдаем повышенную законодательную активность в области правового регулирования электронной цифровой подписи (далее ЭЦП). Принимаются законы, регулирующие применение цифровых технологий в РФ[5] , в странах ЕС, принимаются также международные правовые акты. Например, Директива Европейского Парламента и Совета № 1999/93/ЕС «Об общих рамочных условиях для электронных подписей» 1999 года[6] (далее — Директива). Некоторые из них направлены непосредственно на нормативно-правовое регулирование применения ЭЦП, другие — на нормативно-правовое регулирование электронной коммерции и применения информационных технологий, в том числе ЭЦП.
Объективной необходимостью для столь бурного развития нового направления законодательства стало изменение характера общественных отношений в экономике, управлении и банковской сфере, связанного с широким внедрением информационных технологий в сферу коммуникаций. В этой связи возникло новое понятие — электронный документ. Он отличается от традиционного документа прежде всего тем, что имеет не физическую, а логическую природу. А это, в свою очередь, приводит к отрыву свойств документа от свойств носителя и, соответственно, к невозможности применения таких традиционных реквизитов, как рукописная подпись, печать, бланк и защитные элементы бланка, при совершении различного рода сделок, в том числе договоров.
Сегодня, когда говорят о необходимости скорейшего становления законодательства об электронной цифровой подписи (ЭЦП), прежде всего упоминают Интернет и электронную коммерцию. Это действительно важные, но далеко не единственные его предпосылки. Вопросы правового регулирования применения ЭЦП должны играть не меньшую роль и в обеспечении внутреннего документооборота предприятий, учреждений, административных органов.
ЭЦП позволяет защитить и дополнительно идентифицировать документ.
Для достижения соответствия воли и волеизъявления, выраженного в документе, необходимо, чтобы его реквизиты не только аутентифицировали содержание документа, но и идентифицировали личность его создателя (владельца, предъявителя). В обычной практике это основывается на том, что предъявитель документа и его потребитель имеют либо непосредственный, либо опосредованный, но непременно материальный контакт. Если контакт опосредованный, документ может иметь дополнительные заверяющие реквизиты, представленные третьей уполномоченной стороной, например нотариусом. С электронными документами стороны могут не иметь материального контакта и быть недосягаемо разнесены как в пространстве, так и во времени.
2.2. Основные понятия в области правового регулирования ЭЦП
Технологии несимметричного шифрования начали развиваться сравнительно недавно. Именно они и легли в основу современного представления об электронной подписи. Создатель документа делает два ключа: открытый и закрытый. Эти ключи взаимосвязаны: все, что зашифровано одним ключом, может быть дешифровано другим (и наоборот).
Закрытый и открытый ключи образуют неразрывную пару. Для ее создания нужны специальные программные средства — средства электронной цифровой подписи, или сокращенно средства ЭЦП.
Открытый ключ обычно широко публикуется или прикладывается к каждому исходящему сообщению, зашифрованному закрытым ключом. Любой получатель сообщения имеет возможность его прочитать. Таким образом, шифрование документа закрытым ключом не имеет целью скрыть содержание, но однозначно идентифицирует его создателя при условии, что владельца закрытого ключа можно объективно установить.
Чтобы потребитель документа мог объективно установить личность предъявителя, требуется участие третьей стороны. Она свидетельствует, что открытый ключ, прилагаемый к документу, действительно корреспондирует с закрытым ключом, принадлежащим известному юридическому или физическому лицу. Организации, выполняющие сертификацию ключей ЭЦП, называются удостоверяющими центрами или центрами сертификации.
Создатель документа прикладывает к нему не только свой открытый ключ, но и так называемый сертификат ключа ЭЦП, выданный удостоверяющим центром. Для защиты от подделки этот сертификат шифруется закрытым ключом центра. Далее к документу прилагаются:
открытый ключ органа сертификации (для чтения сертификата);
сертификат ключа органа сертификации (для проверки полномочий центра).
Потребитель электронного документа может быть не удовлетворен сертификатом, выданным удостоверяющим центром, на том основании, что этот центр ему не известен, и он ему не доверяет. В этом случае по сертификату ключа центра сертификации можно обратиться в вышестоящий центр и так далее. Движение вверх по цепочке продолжается до тех пор, пока не будет получен сертификат от органа, которому потребитель готов выразить доверие. Такой орган называется доверенные центром сертификации.
Если при движении вверх не встретится ни одного доверенного центра сертификации, то потребитель документа достигнет так называемого корневого центра сертификации. Далее цепочка прерывается, так как подтверждать правомочность этого центра уже некому, кроме как органам государственного управления.
Особого внимания заслуживает вопрос доступности средств шифрования и, в том числе, средств ЭЦП.
Законодательства зарубежных государств регламентируют деятельность системы удостоверяющих центров. В частности, в Европейском союзе Директивой удостоверяющий центр определяется как «орган или юридическое или физическое лицо, которое выдает сертификат или предоставляет другие услуги, связанные с электронной цифровой подписью». Под сертификатом понимается «электронное удостоверение, с помощью которого происходит идентификация средств проверки подписи лица и подтверждение его личности».
Директива устанавливает также ряд требований к деятельности удостоверяющих центров. В частности, удостоверяющий центр должен:
а) доказать наличие необходимой надежности для оказания услуг по сертификации;
б) обеспечить быстрое и безопасное оказание услуг по регистрации, а также безопасный и немедленный отзыв сертификата открытого ключа ЭЦП;
в) обеспечить точное определение даты и времени выдачи или отзыва сертификата открытого ключа ЭЦП;
г) проверить подходящими средствами, в соответствии с правом отдельных государств, личность и, в случае необходимости, специфические черты лица, обратившегося за получением сертификата открытого ключа ЭЦП;
д) предоставить работу персоналу, обладающему специальными знаниями, опытом и квалификацией, в особенности знаниями в области управления, технологии и применения ЭЦП, а также основательными знаниями в области процедур обеспечения достаточной безопасности;
е) в дальнейшем соблюдать необходимые процедуры управления и иные нормы;
ж) применять пользующиеся доверием системы и продукты, защищенные от внесения изменений и обеспечивающие техническую и криптографическую защиту соответствующих процедур;
з) принять меры против фальсификации сертификатов, а в случаях, когда производятся средства и элементы ЭЦП, обеспечить конфиденциальность данных при их производстве;
и) обладать достаточным количеством финансовых средств для работы в соответствии с требованиями Директивы; быть в состоянии нести риск ответственности за убытки, например посредством заключения соответствующих договоров страхования;
к) указать всю соответствующую информацию о квалифицированном сертификате и о сроке его действия, чтобы, особенно в судебном процессе, можно было доказать сертификацию;
л) не разрешать хранение и копирование средств и элементов ЭЦП лицам, оказывающим услуги по управлению ключами ЭЦП;
м) информировать владельцев сертификатов об условиях применения сертификата открытого ключа ЭЦП, о существовании свободной системы лицензирования удостоверяющих центров, о жалобной и согласительной процедурах.
2.3. Российское законодательство об ЭЦП
Развитие электронной коммерции и электронного документооборота в России сталкивается с недостаточностью правового регулирования применения ЭЦП и электронного документооборота.
Базовыми нормативно-правовыми актами, регулирующими первоначальные основы правового регулирования ЭЦП, являются Гражданский кодекс РФ, а также Федеральный закон «Об информации, информатизации и защите информации». Они указывают лишь на условия, при которых возможно применение таких подписей.
В России порядок применения средств ЭЦП по сравнению с зарубежными странами регламентирован гораздо более жестко. В настоящее время действует Указ Президента Российской Федерации от 3 апреля 1995 года № 334 «О мерах по соблюдению законности в области разработки, производства, реализации и эксплуатации шифровальных средств, а также предоставления услуг в области шифрования информации»[7] . В соответствии с ним запрещена деятельность юридических и физических лиц, связанная с разработкой, производством, реализацией и эксплуатацией шифровальных средств, а также защищенных средств хранения, обработки и передачи информации, предоставлением услуг в области шифрования информации без лицензий.
Такая политика государства в области регулирования применения и реализации криптографических средств, в том числе и средств ЭЦП, по-видимому, объясняется стремлением использовать только средства, сертифицированные уполномоченными государственными органами. Содержание нормативно-правовых актов России, регулирующих применение шифровальных средств, в том числе и средств ЭЦП, демонстрирует существующую тенденцию установления «тоталитарного подхода» в этом деле.
Безусловно, для решения множества проблем, связанных с национальной безопасностью, необходимо наличие определенных ограничений в области разработки, применения и оборота средств ЭЦП. Однако навязывание продукции только одного или нескольких производителей в этой области (а для самих производителей — обязательная платная сертификация их деятельности), особенно если оно сопровождается закрытостью алгоритма, может в итоге приводить к усилению коррупции и снижению подлинной, а не декларированной защищенности средств ЭЦП. Правовое регулирование применения средств ЭЦП должно стремиться к большей гибкости в отражении требований объективной действительности. Возможно, учитывая особенности России, было бы целесообразно рассмотреть многоуровневый подход к признанию действительности ЭЦП и лицензирования ее средств: одни требования — для административной сферы, другие — для корпоративной и третьи — для личного документооборота. В зарубежном законодательстве мы наблюдаем отдельные признаки многоуровневого подхода, например введение понятия квалифицированной ЭЦП в Директиве.[8]
Федеральный закон от 10.01.2002 N 1-ФЗ " Об электронной цифровой подписи " определяет что электронная цифровая подпись - реквизит электронного документа, предназначенный для защиты данного электронного документа от подделки, полученный в результате криптографического преобразования информации с использованием закрытого ключа электронной цифровой подписи позволяющий идентифицировать владельца сертификата ключа подписи, а также установить отсутствие искажения информации в электронном документе.
Ст. 5 ФЗ "Об ЭЦП" говорит об ответственности и возмещении убытков, причиненных в связи с созданием ключей электронных цифровых подписей несертифицированными средствами электронной цифровой подписи, однако не говорится ни о виде, ни об объеме ответственности, ни о том в какой форме будет возмещен ущерб. Законом определяются также другие требования. В общих чертах эти требования сводятся к необходимости защиты ключей, применяемых при создании ЭЦП, от неправомерного их использования третьими лицами, не обладающими законными правами на них, а также от подделки. Что же касается средств ЭЦП, то они не должны в процессе ее создания изменять содержание электронного документа или препятствовать доступу владельца подписи к данным, содержащимся в электронном документе. Кроме того, средства ЭЦП должны быть защищены от несанкционированного доступа к ним со стороны третьих лиц.
В России, действует общая норма п. 2 ст. 160 ГК РФ, устанавливающая, что «использование при совершении сделок... электронно-цифровой подписи... допускается в случаях и в порядке, предусмотренных законом, иными правовыми актами или соглашением сторон». В соответствии с п. 2 ст. 434 ГК РФ «договор в письменной форме может быть заключен путем... электронной... связи, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору». Эти положения устанавливают лишь первоначальный базис для более детального правового регулирования, потому что не говорится о возможности использования электронных средств для фиксации содержания самой сделки.[9]
Заключение
Электронная цифровая подпись является технической основой общественных отношений с применением информационных технологий в сфере коммуникаций, является на сегодняшний день единственным средством, с помощью которого можно идентифицировать владельца и защитить электронный документ. Это, в частности, способствует развитию экономических отношений и дает возможность применять принцип гражданского права – свободу договора – в информационных сетях, заключая сделки и оформляя договора в короткие сроки.
Однако, применение ЭЦП, средств ЭЦП на сегодняшний день крайне затруднено. Частично это вызвано отсутствием практики в построении отношений в электронных сетях, но в основном можно отметить недостаточную разработанность понятия ЭЦП в части его практического применения субъектами гражданского оборота. Несмотря на существование отдельного закона по данной тематике, автору видится необходимость в его официальном комментировании государственными органами. Необходимо организовать государственный орган, который будет заниматься регистрацией, учётом, подтверждением ЭЦП, выдачей сертификатов ЭЦП.
Недостаток законодательства автору данной курсовой видится в следующем: 1) понятие электронно-цифровой подписи даётся с употреб-лением других понятий, при раскрытии которых используется понятие ЭЦП; 2) применение федерального закона "Об электронно-цифровой подписи" невозможно без приведения в соответствие ФЗ "О связи", ФЗ "Об информации, информатизации и защите информации".
Изменение характера общественных отношений, связанных с широким внедрением информационных технологий в сферу коммуникаций, делает объективно необходимым появление нового направления в законодательстве России, которое регулировало бы отношения возникающие между участниками информационных сетей общего пользования.
Список литературы
I. Нормативная литература:
1) КОНСТИТУЦИЯ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ от 12.12.1993"Российская газета", N 237, 25.12.1993
2) ГРАЖДАНСКИЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ