Ответственность за вред, причиненный актами власти
В п.1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.04.93 г. приведен примерный перечень юридических актов, классифицированных по субъекту их принятия, которые могут рассматриваться судами по заявлениям прокуроров.
Так, судам, в частности, подведомственны рассмотрения заявления прокуроров о признании противоречащие закону правовых актов принятых представительными органами власти краев, областей, автономных областей, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга, органами местного самоуправления и местной администрацией, министерствами, ведомствами, иными органами государственного и хозяйственного управления и контроля, предприятиями, учреждениями, организациями и объединениями независимо от их подчиненности, органами военного управления, воинскими частями и учреждениями, общественными, политическими организациями и движениями, должностными лицами.
В перечне не указаны акты представительных и исполнительных органов государственной власти республик в составе РФ, но это вовсе не означает, что прокуроры не вправе оспорить их в судебном порядке.
Так, согласно ст. ст. 1, 4 ФЗ «О прокуратуре РФ» прокуратура как единое федеральная централизованная система осуществляет надзор за исполнением законов и соблюдением прав и свобод человека и гражданина на территории всей страны, в том числе представительными (законодательными) и исполнительными органами власти всех субъектов РФ. В случае принятия этими органами незаконного акта прокурор или его заместитель в соответствии с их полномочиями обязаны принять все необходимые меры для устранения нарушения требований права, в том числе и путем обращения в суд с заявленьем о признании такого акта недействительным (ст. ст. 22, 23 ФЗ «О прокуратуре РФ»).
Согласно п. 3 постановления Пленума от 27.04.93 г. дело, возбужденное по заявлению прокурора, поданному в порядке ст. 41 ГПК РСФСР и п. 3 ст. 31 Закона РФ «О прокуратуре РФ» в интересах конкретного лица, рассматривается судом с обязательным участием этого лица, в исковом производстве, если имеется спор о праве гражданском, котором указанное лицо в силу ч. 2ст. 33 ГПК РСФСР участвует в качестве истца, а лицо, нарушившее его права, - в качестве ответчика; либо как жалоба на действия органа власти, управления, должностного лица, если этим действием, совершенным в сфере административно-правовых отношений, нарушаются права гражданина, но спора о праве не возникает (п. 2 ст.231, ст. ст. 2391, 2398 ГПК РСФСР, Закон РФ «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан»).
Судья не в праве отказать в принятии заявления прокурора по тем мотивам, что:
А) опротестован правовой акт в орган или должностному лицу, издавшие этот акт, прокурор уже использовал один из установленных законом способов реагирования на такой акт, т. е. Закон РФ «О прокуратуре РФ» предоставляет ему право по своему усмотрению в зависимости от конкретных обстоятельств обратиться в суд непосредственно или предварительного опротестования акта в орган, либо должностному лицу, которые издали этот акт, если иное не предусмотрено другими законами;
В) до обращения в суд правовой акт не был опротестован прокурором в орган или должностному лицу, издавшие этот акт, т. к. Закон РФ «О прокуратуре РФ» не предусматривает обязательного предварительного оспаривания противоречащего закону правового акта.
Так, определение судьи областного суда отказано в принятии заявления прокурору по п. 2 ч. 1 ст. 129 ГПК РСФСР из-за несоблюдения установленного п. 2 ст. 61 Закона РФ от 5.03.92 г. «О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации» порядка предварительного внесудебного разрешения дела.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила данное определение и направила заявление прокурора в тот же суд для рассмотрения по существу ФЗ РФ «О прокуратуре РФ», принятым позже Законом РФ «О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации «прокурору предоставлено право обращения по своему выбору либо в орган и должностному лицу, издавшим оспариваемый нормативный акт либо в суд. Законные основания для отказа в принятии данного заявления к рассмотрению. 1
Правовой акт может быть признан судом противоречащим закону, если он издан органом либо должностным лицом с превышением предоставленных им законом компетенций или в пределах компетенции, но с нарушением действующего законодательства (Конституции РФ, других законов, указов, распоряжений Президента РФ, решений представительных органов власти краев, областей и т. д.).отсутствовали1. .
Резомотивная часть решения по делу о признании правового акта противоречащим закону должна содержать вывод суда об удовлетворении либо отказе в удовлетворении заявления прокурора о признании правового акта недействительным.
В случае удовлетворения заявления суду не следует обязывать орган или должностное лицо отменить признанный недействительным правовой акт, поскольку признание такого акта недействительным по мотивам противоречия закону означает, что он не порождает правовых последствий со дня издания, о чем целесообразно указать в резомотивной части решения. В некоторых случаях суд в резомативной части решения вправе обязать редакцию средства массовой информации опубликовать в установленный судом срок сообщения о принятом решении, если признанный недействительным правовой акт ранее был опубликован данными СМИ (ст. 35 Закона РФ «О средствах массовой информации»).
Решение по делу по заявлению прокурора о признании правового акта противоречащим закону может быть обжаловано и опротестовано в кассационном порядке, за исключением специально предусмотренных законом случаев (например, ст. 17 Закона РСФСР «О выборах главы администрации», в силу которой решение суда по делу о признании недействительным решения избирательной комиссии является окончательным).
Наряду с гражданами и прокурорами субъектами оспаривания нормативного акта в суд могут выступать и организации. Здесь возникает определенные трудности.
Так, в настоящие время нет федерального закона, который бы мог содержать прямое указание о праве организации обжаловать в суд нормативные акты органов государственной власти автономных округов и республик в составе РФ.
В отношение те других субъектов РФ право организаций на судебное обжалование нормативных актов их органов государственной власти вытекает из положений ст. 60 Закона РФ «О краевом, областном Совете народных депутатов и краевой, областной администрации».
Однако, согласно ч. 4 ст. 5 Конституции России, во взаимоотношениях с федеральными органами государственной власти все субъекты РФ между собой равноправны. Исключение из юридических федеральных судов дел о признании нормативных актов государственных органов отдельных субъектов РФ недействительными по заявлению организаций нарушало бы конституционное положение.
Противоречило бы такое исключение и требованиям ст. ст. 3, 4 ГПК РСФСР о праве организаций на судебную защиту по подведомственному суду дулу.
В ч.3 ст. 116 ГПК РСФСР установлена подсудность Верховному Суду РФ дел об оспаривании нормативных федеральных министерств, касающихся прав и свобод граждан. А так как граждане и организации имеют равные права на судебную защиту, Верховный Суд стал принимать к своему производству и рассмотрению такие дела и по заявлениям организаций. Это положение было подтверждено и ст. 23 ФЗ от 17.12.97 г. «О правительстве РФ» (в редакции Федерального конституционного закона от 31.12.97 г.), предусмотревшей право на судебное обжалование нормативного акта Правительства не только для граждан, но и для организаций.
Признание актов «не подлежащими применению» в связи с противоречием Конституции РФ осуществляется и Конституционным Судом.
Так, согласно ст. 125 Конституции РФ, ст. 3 Закона РФ «О конституционном Суде РФ» от 24.06.94 г. Конституционный Суд РФ по запросам Президента, Совета Федерации, Государственной Думы, одной пятой членов Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительства РФ, Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ, органов законодательной и исполнительной власти субъектов РФ разрешает дела о соответствии Конституции России нормативных актов федерального уровня и нормативных актов субъектов РФ. К первой группе относятся федеральные законы, нормативные акты Президента РФ, Совета Федерации, Государственной Думы, Правительства РФ; со второй – конституции республик, уставы, а также законы и иные нормативные акты субъектов РФ.
Граждане и организации также могут быть инициаторами разрешения дела Конституционным Судом РФ путем подачи ими жалобы на нарушение конституционных прав граждан законом, который был применен по конкретному делу.
Таким образом, основанием к рассмотрению дела в Конституционном Суде РФ является обнаруживающаяся неопределенность в вопросах о том, соответствует ли Конституции РФ нормативный акт.
Согласно ч. 3 ст. 2398 ГПК РСФСР с момента вступления в законную силу решения суда о признании индивидуального или нормативного акта либо отдельной его части незаконным, этот акт или его отдельная часть считается недействующими, что в соответствии с ч. 2 ст. 13 ГК РФ влечет восстановление или защиту нарушенного права.
§2 Ответственность за вред, причиненный актами правоохранительных органов и суда.
Особым случаем ответственности за вред, причиненный государственными органами, выступает ответственность органов дознания, предварительного следствия и суда.
Институт возмещения вреда, причиненного гражданину незаконными действиями данных органов власти, развивался непоследовательно. Общие принципы ответственности органов государственной власти за нарушение законов были сформулированы в постановлении IX Всероссийского съезда Советов от 1921 года. В нем говорилось: «Строгая ответственность органов и агентов власти и граждан за нарушение созданных советской властью законов и защищаемого ей порядка должна идти рядом с усилением гарантии личности и имущества граждан». В первом Гражданском кодексе РСФСР 1922 г. в ст. 407 было закреплено положение об ответственности государственных учреждений за вред, причиненный неправильными служебными действиями их должностных лиц (эта ответственность предусматривалась лишь в случаях, особо указанных законом).
В соответствии со ст. 407 ГК РСФСР (1922 г.), постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 28.03.27 г. было установлено, что потерпевшие имущественный ущерб от незаконной реквизиции или конфискации в праве требовать его компенсации с учреждений, должностными лицами которые эти действия были совершены. На основании дополнительно принятой ст. 407-а ГК РСФСР на учреждения возлагалась ответственность за действия должностных лиц, не обеспечивающих сохранность изъятого или сданного в государственные учреждения имущества граждан. Циркуляром Наркомата юстиции, Наркомата внутренних дел и Прокуратуры СССР от 5.12.36 г. предусматривалось, что гражданину, впоследствии реабилитированному, полностью возместятся суммы, удержанные из его заработка в процессе исполнения приговора. Однако перечисленными специальными нормативными актами предусматривалась ответственность не за виды вреда, причиненного гражданину неправильными действиями должностных лиц органов государственной власти, и не в полном размере. В них не разграничивались виды и субъекты ответственности в зависимости от органа государственной власти, причинившего вред.
В ст. 89 Основ гражданского законодательства Союза ССР союзных республик (1961 г.) ответственность государственных органов за вред, причиненный гражданину, предусматривалась в зависимости от функций, должностными лицами этих органов. В ч. 1 ст. 89 Основ и ч. 1 ст. 446 ГК РСФСР (1964 г.) устанавливалась ответственность за вред, причиненный неправильными служебными действиями их должностных лиц в области административного управления, на общих основаниях. Однако в ч. 2 ст. 447 ГК РСФСР (1964 г.) отношения по возмещению вреда, причиненного гражданину неправильными служебными действиями должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, были урегулированы иначе.
В ни четко был определен субъект ответственности: нанесенный вред возмещает соответствующий орган, в котором работает должностное лицо. Но оговаривалось, что на эти органы имущественная ответственность возлагалась в « случаях и пределах, специально предусмотренных законом», но такого закона не было, и возмещение вреда в рамках гражданского законодательства не осуществлялось. И лишь 18.05.81 г. Президиумом Верховного Совета СССР был принят Указ «О возмещении ущерба, причиненного гражданам незаконными действиями государственных и общественных организаций, а также должностными лицами при исполнении ими служебных обязанностей"» Этим же Указом было утверждено Положение о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, суда. Указом в общем виде было определено, кто, в каких случаях и при каких условиях возмещает вред. В этом Указе содержалась принципиально новая норма, согласно которой за вред, причиненный гражданину незаконными действиями правоохранительных органов и суда, ответственность возлагалась на государство. В положении устанавливался объем подлежащего возмещению ущерба, источники и порядок возмещения и т. п. Нормы Указа и Положения были детализированы в Инструкции по применению Положения от 2.03.82 г.
С принятием Указа были внесены соответствующие изменения в Основы гражданского законодательства и ГК РСФСР (1964 г.). Особенностью этого этапа развития законодательства можно считать то, что в сферу субъектов ответственности было включено государство, на которое возлагалась обязанность по возмещению вреда вне зависимости от вины должностных лиц правоохранительных органов и суда, незаконными действиями которых такой вред был причинен. К тому же не допускалась и регрессная ответственность непосредственно причинителей.
Применение ст. 447 ГК РФ (1964 г.) в редакции от 24.02.87 г. в основном удовлетворяло потребностям обновления складывающихся общественных отношений при реабилитации граждан. Ее содержание соответствовало собственно не только принципу деликтных обязательств о полном объеме возмещения вреда, но и закрепленному в ст. 1 нового Гражданского кодекса РФ одному из более общих принципов гражданского права – обеспечение восстановления нарушенных прав. Поэтому ст. 1070 ГК РФ вобрала в себя текст ст. 447 ГК РСФСР (1964 г.) полностью.
Так, в ст. 1070 ГК РФ дан исчерпывающий перечень актов правоохранительных органов и суда, незаконность которых может привести к возникновению обязательства вследствие причинения вреда.
Особый режим возмещения вреда действует лишь тогда, когда вред причинен в результате незаконного осуждения гражданина, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения к нему в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ.
Кроме того, Федеральный Закон «О содержании под стражей подозреваемых и обвиняемых в совершение преступлений «отождествляет правовое положение подозреваемых и обвиняемых, находящихся в изоляторах временного содержания и следственных изолятора. Эти лица имеют равные права и несут одинаковые обязанности исходя из п. 1 ст. 17 данного Закона.
Таким образом, право на возмещение ущерба имеют лица, не только незаконно содержащиеся под стражей, но и незаконно задержанные.
Ст. 511 проекта УПК РФ принятого, в первом чтении, предусматривает возмещение вреда и в результате незаконного задержания, а так же незаконного применения домашнего ареста.
Как уже сказано выше, норма ст. 1070 п. 1 ГК РФ по существу воспроизводит ст. 447 ГК РСФСР (1964 г.) и п. 2 Указа от 18.05.81 г., что вызвало в юридической литературе критику. Так, многие ученые и практики считают, что законодатель должен был бы отказаться от попытки дать какой-либо перечень незаконных актов правоохранительных органов и суда, т.к. многие действия этих органов (например, незаконное проведение обыска, незаконное применение принудительных мер медицинского характера) вообще не попали в этот перечень. Проще бы было указать в ГК РФ, что ответственность по ст. 1070 ГК наступает за любое незаконное действие этих органов.
Вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, неповлекшие последствий, предусмотренных законом (п. 1 ст. 1070 ГК РФ), возмещаются на общих основаниях, т.е. посредством предъявления исков к виновным должностным лицам, в соответствии с положениями гражданского законодательства. Однако в этом случае права пострадавших вряд ли могут быть защищены надлежащим образом в связи с трудностями доказывания вины причинителя, длительностью и высокой стоимостью проведения процедур, неплатежеспособностью ответчиков.
По мнению Л. Бойцовой, ответственность государства независимо от вины причинителя должна быть расширена и наступать во всех случаях признания неправомерности действий органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры. Пострадавшему гражданину следует предоставить право предъявить требования о возмещении вреда непосредственно к государству; в этом случае виновное физическое лицо несет личную ответственность в регрессом порядке перед государством.1
Исключение образует случай причинения вреда при осуществлении правосудия. Вред, причиненный при осуществлении правосудия, возмещается в случае, если вина судьи установлена приговором суда, вступившим в законную силу (п. 2 ст. 1070 ГК РФ). Простая отмена судебного решения, постановления или определения ввиду их незаконности или необоснованности права на возмещение вреда, причиненного этими актами, не предоставляет. Например, если в результате незаконного решения о расторжения договора аренды и освобождения в связи с этим арендованного помещения фирма понесла убытки, она сможет получить возмещение лишь в том случае, если судья при вынесении решения действовал преступно и это подтверждено приговором суда.
Обязательным условием возникновения права на возмещение вреда причиненного незаконными действиями правоохранительных органов и суда (п. 1 ст.1070 ГК), является либо вынесение оправдательного приговора, либо прекращение уголовного дела по реабилитирующим основаниям (за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления (п. 1, 2 ст. 5 УПК РСФСР) или за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления (п. 2 ст. 208 УПК РСФСР)), либо прекращении дела об административном правонарушении за отсутствием события или состава административного правонарушения, а так же при наличии других обстоятельств, исключающих производство по делу об административном правонарушении (ст. 227 КоАП РФ).
Право на возмещение вреда возникает лишь в случае полной реабилитации гражданина.
Например: Пасхалов обратился в суд с иском к Ленинградскому объединенному авиаотряду о выдаче дубликата трудовой книжки с изъятием из нее порочащих его записей. В исковом заявлении он указал, что работал у ответчика инженером по эксплуатации наземных сооружений и был осужден народным судом по ч. 1 ст. 93 и ч. 3 ст. 196 УК РФ к 1 г. 6 мес. Лишению свободы условно с обязательным превличением к труду в местах определенных органами, ведающими исполнением приговоров. Приказом командира авиаотряда Пасхалов был уволен по п. 7 ст. 29 КЗоТа в связи с вступлением приговора в законную силу и невозможностью в связи с этим продолжения работы в авиаотряде.
Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ в порядке надзора приговор в части осуждения Пасхалова по ч. 1 ст. 93 УК отменила и дело по этому обвинению производством прекратила за отсутствием состава преступления, а по ч. 3 ст 196 УК с учетом положительных характеристик Пасхалова, отсутствия в прошлом судимости и конкретных обстоятельств дела определила ему наказание в виде 100 рублей штрафа. Это обстоятельство, по мнению Пасхалова, исключает возможность увольнения его по п. 7 ст. 29 КЗоТ, однако администрация отказывается выдать ему дубликат трудовой книжки с изъятием из нее порочащих его записей.
Народный суд в иске Пасхалову отказал. Кассационная инстанция это решение отменила, и дело направила на новое рассмотрение.
Решением судебной коллегии по гражданским делам Ленинградского городского суда исковые требования Пасхалова удовлетворили.
Заместителем Председателя Верховного Суда РФ на эти судебные постановления был применен протест. Президиум Верховного Суда РФ протест удовлетворил, решение народного суда об отказе в иске Пасхалову оставил без изменения, а все последующие судебные постановления отменил, указав следующее.
Назначенная Пасхалову мера наказания исключала возможность продолжения им работы в авиаотряде, поэтому издание приказа о его увольнении по п. 7 ст. 29 КЗоТ после вынесения приговора в законную силу было обоснованным.
Ссылка Пасхалова на то, что приговор народного суда в части его осуждения по ч. 1 ст. 93 отменен в порядке надзора и дело производством по этому обвинению прекращено за отсутствием состава преступления, а наказание назначенное по ч. 3 ст. 196 УК в виде 100 рублей штрафа, исключало, по его мнению, возможность расторжения трудового договора по п. 7 ст. 29 КЗоТ, не может служить основанием к удовлетворению иска Пасхалова. В соответствии с ч. 2 ст. 2 Указа от 18.05.81 г. право на возмещение ущерба возникает при условии постановления оправдательного приговора; прекращение уголовного дела за отсутствием события преступления; за отсутствием в деянии состава преступления или за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления; прекращении дела об административном правонарушении.
Так как приговор в отношении Пасхалова отменен и дело производством прекращено лишь в части, а не полностью, отсутствуют упомянутые условия, при наличии которых у гражданина возникает право на возмещение ущерба на основании Указа от 18.05.81 г.
С учетом изложенного народный суд пришел к правильному выводу о том, что избрание Пасхалову более мягкой меры наказания без изменения квалификации так же не может служить основанием для возмещения ущерба в соответствие с Указом от 18.05.81 г. Кроме того, в соответствии со ст. 5 Положения о порядке возмещения ущерба, причиненного гражданину незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда, запись, занесенная в трудовую книжку, признается недействительной лишь в случаях незаконного осуждения либо незаконного привлечения к уголовной ответственности, т. е. При вынесении оправдательного приговора или при вынесении постановления о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления или за недостаточностью участия гражданина в совершении преступления.
Поскольку обстоятельства, имеющие значение для дела, полностью установлены судом I инстанции, они подтверждены представленными доказательствами и им в решении народного суда дана оценка, выводы суда соответствуют закону, то такое решение в силу ст. 306 ГПК не могло быть отменено. В связи с тем, что это решение законно и обосновано, оно оставлено без изменения, а все последующие судебные постановления отменены.1
Прекращение дела по так называемым нереабилитирующим основаниям: амнистия, недостижения возраста, с которого наступает уголовная ответственность; примирение обвиняемого с потерпевшим; отсутствие жалобы потерпевшего; смерть обвиняемого; передача виновного на поруки и др. (п.п. 3-9 ст. 5 УКП) не дает права на возмещение вреда.
Согласно ст. 2 Указа от 18.05.81 г. и Положения, ущерб не подлежит возмещению, если гражданин в процессе дознания, предварительного следствия и судебного разбирательства путем самооговора препятствуют установлению истины и тем самым, способствуют наступлению вреда. Причина, по которой он сделал это, не указывается.
В литературе сделан вывод, что ст. 2 Указа Президиума Верховного Совета СССР от 18.05.81 г., устраняющая деликтную ответственность перед потерпевшим при его самооговоре, не подлежит применению, т. к. ст. 53 Конституции РФ и п. 1ст. 1070 ГК РФ устанавливает право на возмещение вреда без подобного ограничения.1
Между тем, в подавляющем большинстве случаев, как показывает практика, «оговор» связан с применением незаконных действий, проявляющихся в физическом смысле и психическом насилии. Такие действия могут рассматриваться как разновидность пытки. Исходя же из ст. 21 Конституции РФ, «никто не должен подвергаться пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению или наказанию». Показания, полученные в результате применения пытки, следует рассматривать как полученные с нарушением закона. Они не могут рассматриваться в качестве доказательств, тем более – самообороны. Таким образом, если человек оговорил себя в результате применения психического и физического воздействия (факт применения которого установлен следственными органами, прокурором или судом) и был незаконно задержан имеет право на возмещение ущерба.
В качестве потерпевшего от незаконных действий правоохранительных органов и суда выступают граждане, к которым эти незаконные меры были непосредственно применены. Лишь в случае смерти потерпевшего право на возмещение вреда переходит к его наследникам. Иногда, однако, в результате незаконного применения мер принуждения к конкретному гражданину убытки возникают у юридического лица. Например, в результате незаконного осуждения руководителя коммерческого предприятия может не только серьезно пострадать деловая репутация этого предприятия, но и возникнуть прямые имущественные потери. Как представляется, по смыслу закона и опираясь на ст. 53 Конституции РФ, ст. 16, 1069 ГК, такое предприятие имеет право на возмещение свего понесенного ими ущерба.
Вред, причиненный незаконными действиями органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда возмещается независимо от вины должностных лиц, совершивших эти действия (в случаях предусмотренных п. 1 ст. 1070 ГК).
Статья 581 УПК предусматривает, что при прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, отсутствием в деянии состава преступления или за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления, а также при постановлении оправдательного приговора орган дознания, следователь, прокурор и суд обязаны разъяснить гражданину порядок восстановления его нарушенных прав и принять предусмотренные законом меры к возмещению ущерба, причиненного гражданину в результате незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключение под стражу. Орган дознания, следователь прокурор или суд обязаны предоставить такому лицу лично или направить по почте заверенную копию постановления о прекращении уголовного дела или о вынесении оправдательного приговора.
Проектом УПК РФ предусмотрено направление реабилитирующему лицу извещения с разъяснениями порядка возмещения вреда.
Условия и порядок возмещения ущерба определяется действующим законодательством, а именно – Указом от 18.05.81 г., Положением, утвержденным этим Указом и Инструкцией по применению указанного Положения.
Вред возмещается в полном объеме. В Положении о порядке Возмещения ущерба от 18.05.81 г. имеется примерный перечень имущественных потерь потерпевшего, подлежащих возмещению.
Так гражданину возмещается:
1. имущественный ущерб. Возмещается имущество (в том числе деньги, денежные вклады и % на них, облигации государственных займов и выпавшие на них выигрыши иные ценности) конфискованное или обращенное в доход государства судом либо изъятое органами дознания или предварительного следствия, а также имущество, на которое наложен арест.
Проектом УПК РФ предусмотрено, что имущественный вред включает в себя возмещение заработка, пенсии, пособия, других средст, которых гражданин лишился в результате незаконных действий, штрафов и процессуальных издержек, сумм, выплаченных за оказание юридической помощи и иных расходов. Согласно разъяснению Главного управления федерального казначейства Минфина при возмещении стоимости конфискованных или утраченных вещей применяются индексы цен, исчисленные органами Государственного комитета по статистике (Финансовая газета, 1995, № 42).
2. происходит восстановление трудовых прав: гражданину, освобожденному от работы (должности) в связи с незаконным осуждением либо отстранение от должности в связи с незаконным привлечением к уголовной ответственности, должна быть предоставлена прежняя работа (должность), а при невозможности этого (ликвидация предприятия, учреждения, организации, сокращение должности, а также наличие иных предусмотренных законом оснований, препятствующих восстановлению на работе (должности) – другая равноценная работа (должность). Работа (должность) предоставляются гражданину не позднее месячного срока со дня обращения, если оно последовало в течение трех месяцев с момента вступления в законную силу оправдательного приговора либо вынесение постановления (определения) о прекращении уголовного дела по реабилитирующим основаниям.
Запись, занесенная в трудовую книжку, признается недействительной. По просьбе гражданина администрация предприятия, учреждения выдает ему дубликат трудовой книжки без внесения в нее записи, признанной недействительной (ст. 5 Положения).
Время содержания под стражей, время отбывания наказания, а также время, в течение которого гражданин не работал в связи с отстранением от должности, засчитывается как в общий трудовой стаж, так и в стаж работы по специальности.
Это время включается также в непрерывный стаж, если перерыв между днем вступления в законную силу оправдательного приговора либо вынесения постановления (определения) о прекращении уголовного дела за отсутствием события преступления, за отсутствием в деянии состава преступления или за недоказанностью участия гражданина в совершении преступления и днем поступления на работу не превышает трех месяцев.
Трудовой стаж, стаж работы в колхозе учитывается во всех случаях, когда рабочим, служащим и колхозником предоставляется различные льготы и преимущества, в том числе при назначении пенсии и пособий по государственному социальному страхованию.
Рабочим и служащим этот стаж учитывается также при назначении пенсии на льготных условиях,