Риторика Сталина военного времени. Приказ № 70
О том, что это место - ключевое в данном приказе свидетельствует его риторическая изощренность. Сталин использует сложные, многоуровневые риторические фигуры – фигуры окружения с параллелизмом, которые позволяют сделать акцент на ключевом слове-понятии. В данном случае это контекстная метафора врага–зверя (А) и его страны-берлоги (Б). "Немецкие войска напоминают теперь раненого зверя, который вынужден уползать к границам своей берлоги – Германии для того, чтобы залечить раны. Но раненый зверь, ушедший в свою берлогу, не перестает быть опасным зверем. Чтобы избавить нашу страну и союзные с нами страны от опасности порабощения, нужно преследовать раненого немецкого зверя по пятам и добить его в его собственной берлоге". Формула периода: АБ. АБА. АБ.
Не только виртуозный вдохновитель масс, но и опытный дипломат, Сталин понимал, что любые его подобные заявления тщательно анализируются на Западе. Упоминание союзников, совместно с которыми можно "сокрушить гитлеровскую Германию", было стратегически необходимым в данном контексте: "Понятно, что эта задача представляет более трудное дело, чем изгнание немецких войск из пределов Советского Союза. Ее можно решить лишь на основе совместных усилий Советского Союза, Великобритании и Соединенных Штатов Америки, путем совместных ударов с Востока – силами наших войск и с Запада – силами войск наших союзников. Не может быть сомнения, что только такой комбинированный удар может полностью сокрушить гитлеровскую Германию". Внимательный анализ аргументов этой части выступления дает основания предполагать, что сам Сталин был менее всего склонен верить в необходимость такого комбинированного удара. Об этом сигнализируют две вводные модальные конструкции: "понятно" и "не может быть сомнения", употребленные в этом коротком абзаце. Обычно Сталин использует вместо доводов такие апеллирующие к здравому рассудку конструкции в качестве обоснования, когда выведение доводов не представляется возможным или может привести к прямо противоположным выводам. Например, в этой речи мы уже встречались с подобными ситуациями в предложениях "Надо полагать, что народам этих стран придется самим взять в свои руки дело своего освобождения от немецкого ига" и "Преследуя же врага, мы должны вызволить из немецкой неволи наших братьев поляков…". Вместо того чтобы искать заведомо слабые доводы, Сталин использует ресурс своей влиятельности: если у вождя нет сомнений и ему все понятно, значит, оно так и есть, и незачем анализировать ситуацию в деталях. Это уход от спорной аргументации за счет своего авторитета, но именно такие "пробелы" в линии аргументации дают представление о внутреннем восприятии ситуации Сталиным и его неуверенной позиции.
Однако упоминание Великобритании и Соединенных Штатов Америки нужно Сталину, чтобы соблюсти важный для него образ ритора, уважающего международные соглашения и считающегося с планами своих союзников. Отмеченный компонент образа руководителя Советского государства старательно выдерживался с первого военного выступления Наркома обороны. Эта линия в поведении и в риторике, во-первых, обеспечивала Сталину уважение и дружбу руководителей величайших держав мира, во-вторых, позволяла зримо дистанцировать свой образ от образа другого амбициозного тирана этой эпохи, открыто нарушавшего многие международные соглашения, в-третьих, повышала авторитет руководителя Советского государства в глазах сограждан.
Итак, основная мысль – необходимость продолжать зарубежную военную кампанию – заявлена; нужная для реализации этого замысла риторическая эмоция – ощущение своей исключительности и миссионерства – сформирована; правила дипломатии – соблюдены. Замысел реализован. Приказ традиционно заканчивается детализированным обращением к различным категориям советских граждан, распоряжением произвести салют в крупнейших городах страны и цепочкой лозунгов-здравиц и лозунгов-призывов.
Мы уже отмечали, что состав заключительных лозунгов менялся незначительно на протяжении пяти циклов сталинской военной риторики. Все изменения свидетельствовали о коренных изменениях либо в исторической обстановке, либо в мировидении вождя. Сталинские лозунги были не просто ритуально-формальным заключением его выступлений, в них концентрировались и мысль и пафос его воззваний. Эта необычайная энергия мысли-воления вождя мобилизовывала миллионы людей, воодушевляя их на победу, формируя их эмоции и образ мыслей. Растиражированные в миллионах газет, плакатов и листовок, эти чрезвычайно проникновенные лозунги надолго закреплялись в сознании советских людей, в культуре и языке. Сегодня не многие помнят, что авторство большого количества клише и устойчивых словосочетаний, которыми мы активно пользуемся и по сей день ("кадры решают всё", "жить стало лучше, жить стало веселее", "наше дело правое – враг будет разбит, и победа будет за нами" и многие другие), принадлежит Иосифу Виссарионовичу Сталину. Многие из этих вошедших в культуру формулировок впервые прозвучали именно в военных речах Сталина.
Так, например, в анализируемом приказе впервые прозвучала проникновенная фраза "Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей родины!", которую с этого дня Сталин включал во все свои обращения. Из речей Сталина она была заимствована в стихи и песни о войне, она застыла в мраморе сотен памятников героям Великой Отечественной войны. В этом же приказе в ряду других привычных лозунгов-здравиц Сталин впервые прославляет "великий советский народ":
"Да здравствует наше Советское Отечество!
Да здравствует наша Красная Армия и Военно-Морской Флот!
Да здравствует великий советский народ!
Да здравствует дружба народов Советского Союза!
Да здравствуют советские партизаны и партизанки!
Вечная слава героям, павшим в боях за свободу и независимость нашей родины!
Смерть немецким захватчикам!"
Примечательно, что тема величия, лексема "великий", впервые в военной риторике Сталина появляется в приказе 23 февраля 1943. Это время первых крупных побед Красной Армии. Тогда Сталин впервые употребил лозунг "Да здравствует наша Великая Родина!" В этом виде лозунг повторится в докладе 6 ноября 1943 и приказах от 7 ноября 1943 и 23 февраля 1944 года. Начиная с приказа 1 мая 1944 года Сталин будет использовать лозунг "Да здравствует великий советский народ", который в приказе 1 мая 1945 года превратится в лозунг "Да здравствует великий советский народ, народ-победитель!"
Обращает внимание сведенный к минимуму коммунистический словарь сталинских лозунгов: из богатого арсенала коммунистической пропаганды довоенного периода остались только определение "советский" и словосочетание "Красная Армия", которые, строго говоря, к этому времени носили уже терминологический характер. Доминирование державно-русской лексики над советско-коммунистической прослеживалось на протяжении всего приказа. С риторической точки зрения, это речь потомка Суворова и Кутузова, а не Ленина и Троцкого. Эта тенденция во многом определяет стиль военных выступлений Сталина, в особенности, второй половины войны.
Мы видели, как тема исключительности советского народа, его особой роли в истории развивалась в приказе №70, с его риторически продуманной структурой, восходящей аргументацией, приравниванием подвига тыла к подвигу армии, восхвалением каждого класса советского общества. В следующем своем обращении – в докладе на торжественном заседании Московского совета депутатов – Сталин еще смелее разовьет эту тему: целая часть доклада будет называться "Великий подвиг советского народа в Отечественной войне": "Теперь, когда Отечественная война идет к победоносному концу, во всем величии встает историческая роль советского народа. Ныне все признают, что советский народ своей самоотверженной борьбой спас цивилизацию Европы от фашистских погромщиков. В этом великая заслуга советского народа перед историей человечества" [22: т.2, 163].
Так в своих обращениях и приказах военных лет И.В.Сталин риторическими средствами создает образ великого советского народа, который еще полвека питал советскую идеологию и воодушевлял советский народ на новые достижения и победы. Утверждая риторическую природу концепции о величии советского народа, мы ни в коей мере не хотим умалить беспримерность подвига советских людей в Великую отечественную войну. Но подвиг этот мог быть не замечен, недооценен или истолкован в совершенно другом ключе, если бы один властолюбивый человек и умелый ритор однажды не захотел стать вождем великого народа. Он создал риторику, воодушевившую советские народы на великий подвиг, и риторику, этот подвиг опоэтизировавшую и прославившую.
Риторическое видение роли советского народа в войне, разработанное Сталиным, безусловно, было упрощенной и опоэтизированной интерпретацией правды. Оно не учитывало судьбы отдельных народов, этносов, людей, оказавшихся на распутье истории. Оно скрывало захватнические амбиции самого вождя и, в конечном счете, служило его интересам.
Великий тиран умер более полувека назад, уже нет его страны и того народа, но риторика его, закрепившаяся в школьных учебниках, сохраняющаяся в художественном наследии той эпохи и – главное – в языке, продолжает во многом формировать наше мышление и самооценку сегодня.
Список литературы
1. Антонов-Овсеенко. А.В. Портрет тирана. - Нью-Йорк,: Хроника, 1980. - 380с.
2. Бажанов Б. Воспоминания бывшего секретаря Сталина. - Спб.: Всемир.слово, 1992. - 310с.
3. Баткин Л. Сон разума: О социо-культурных масштабах личности Сталина // Осмыслить культ Сталина: Сб.ст..-М.: Прогресс, 1989. -С.9-53.
4. Вайскопф М.Я. Писатель Сталин. - М.: Новое лит.обозрение, 2002. - 380с.
5. Волков А.А. Основы риторики: учебное пособие для вузов. - М., Академический Проект, 2003. - 304с.
6. Волкогонов Д.А. Триумф и трагедия: Политический портрет И.В.Сталина. В 2-х книгах. 2-е изд.доп.- М.: Новости, 1990. - Кн.1 - 620с.; Кн.2 - 683с.
7. Выступления, приказы, приветствия товарища И.В.Сталина за годы Великой отечественной войны (1941-1945). Библиографический указатель - М., 1945. -143с.
8. Гордон А. Писатель Сталин. Беседа с М.Я.Вайскопфом и Л.Ф.Кацисом. // Гордон А. Диалоги. М.: Предлог, 2004. - С.239-271.
9. И.В.Сталин: Миф, осмысление, преодоление: ( Научно-образовательный форум / Рос. гос. гуманитар. ун-т, Ин-т науч. информ. по обществ. наукам Рос. акад. наук) - М. :Рос. гос. гуманитар. ун-т, 2003. - 153с.
10. К историко-психологическому постижению духовного мира Иосифа Сталина (церковная риторика и стилистика сталинских выступлений) // Историческая психология сталинизма и ее судьба. - СПб, "Минерва-2"
11. Кондакова Н.И. Духовная жизнь России и Великая Отечественная война, 1941-1945. - М., Луч, 1995. - 202с.
12. Левин Ю.И. Семиотика советских лозунгов // Левин Ю.И. Избранные труды. Поэтика. Семиотика. - М., Языки русской культуры, 1998. C.542-556.
13. Михальская А.К. Русский Сократ: Лекции по сравнительно-исторической риторике. - М.: Изд.центр "Academia", 1996. - 189 с.
14. Молотов В.М. Выступление по радио заместителя председателя Совета народных комиссаров Союза ССР и народного комиссара иностранных дел тов.В.М.Молотова 22 июня 1941 года, - М.: Госполитиздат, 1941. - 8с.
15. Мы слышали Сталина, 6-7 ноября 1941 года: Сб. воспоминаний и документов. / Комис. по истории.Велик.Отеч.войны; Сост. Л.Зак. - [М].: Госполитиздат, 1942. - 159с.
16. Ножин Е.А. Основы советского ораторского искусства. М.: "Знание", 1973.
17. Окара А.Н. Стиль "Сталин": смерть вождя предопределила конец эпохи квазиклассицизма // wwwss/politics/20030305-okara.html
18. Паперный В.З. Культура Два. - М., Новое литературное обозрение,1996. -382с.
19. Радзинский Э.С. Сталин. - М: Вагриус, 2001. - 637с.
20. Романенко А.П. Образ ритора в советской словесной культуре: Учебное пособие. - М., Флинта: Наука, 2003.-432с.
21. Сталин И.В. Сочинения в 13-ти томах. - М.: Гос.изд.ролит., 1946-1951.
22. Сталин И.В. Сочинения: т.1-3. - Stanford (California): The Hoover Insitute on war, revolution and peace. Stanford University, 1967
23. Сталин: в воспоминаниях современников и документах эпохи / [Авт.-сост. М. Лобанов]. - М. :Эксмо: Алгоритм, 2002- 637с.
24. Тазмина А.Т. Проблемы современной американской президентской риторики. -Абакан: Изд-во Хакас.гос ун-та им.Н.Ф.Катанова, 2001. - 154с.
25. Хазагеров Г.Г. Политическая риторика.// evartist.narod/text7/10htm
26. Чуев Ф.И. Сталин и его окружение (Последняя встреча с Молотовым) // Мужество, 1991, №4.