Канцелярия главного заводов правления - орган управления горнозаводской промышленностью Урала во второй половине XYIII века.
Другой очень важной обязанностью членов присутствия были осмотры положения дел на заводах , рудниках и пристанях , находящихся в подчинении КГЗП , кроме того канцелярские члены должны были свидетельствовать частные домны. По этому поводу в Е.И.В. указе В.Н. Татищеву от 23 июня 1737 г. “написано господину советнику с товарищи накрепко надзирать , чтоб приход и расход денег и припасов на всех заводах содержан был правильно и книги порядочно , також чтоб управители и надзиратели во всем поступали с верною и радетельною прилежностию , и для того должны он советник и прочие чины по переменкам по малой мере однова в год и все заводы осмотреть и правильные репорты о своем осмотре в Канцелярию подать , и ежели где управитель или надзиратель явится неисправен от недознания того , исправить ...”[75] [75] О том , как часто следует проводить инспекции на заводы , рудники и казенные пристани дает информацию сообщение президента Берг-коллегии А.Ф. Томилова от 28 октября 1746 г. : “... господам членам должно ежегодно на заводы и рудники ездить , дальние хотя по единожды , а на ближние наичаще...”[76] [76]
Категория дел , связанная с интересами казны , была наиболее важной , поэтому ежегодно один из членов присутствия и секретарь из Ревизии свидетельства заводских счетов должны были проверять казну , т.е. как “в наказе губернаторском и воеводском , состоявшемся в 1728 году в 23-м , да в регламенте Ревизион-коллегии 1733 года в 1-м пунктах напечатано : когда год окончается , тогда в первом или втором числах генваря месяца у прежнего расходчика всю денежную казну осмотреть ... и приходные , и расходные книги запечатать , и что налицо явиться принять другому приходчику с распискою и тот остаток записать в приход в новые приходные книги... “[77] [77]
КГЗП , будучи представителем центрального горного ведомства России , имела право представлять кандидатов на унтер- и обер-офицерские чины , направляя аттестаты в Берг-коллегию. Так например 20 декабря 1751 г. было решено писать в Берг-коллегию “ о даче офицерам деревень и о учреждении горного корпуса мундиров представления , также и о даче им патентов требовать милостивой резолюции... “ , [78] [78] на что в ответ пришел указ от 1 марта 1753 г. “ о пожаловании в число , положенное по штату при Канцелярии и ведомства оной при заводах на упалые места по линии и старшинству в повышение чинами...”[79] [79] За повышение чина взыскивалась пошлина в размере месячного оклада. Самым младшим офицерским чином было звание унтер-шихтмейстера , которое подразделялось на три класса или статьи. Обычно в унтер-шихтмейстеры определяли их школ тех , кому “кому знания и твердости наук понятные и прилежные , также по воздержанному и житию и бодрому состоянию , и порядочным поступкам ... “[80] [80] Все берг-офицеры , начиная с шихтмейстеров , носили шпаги , им полагалось дополнительное жалование на денщиков , количество которых зависело от ранга. Аттестация на повышение чинами как правило проводилась группами , когда на освободившуюся вакансию назначались берг-офицеры с более низким званием с последующим его повышением.[81] [81] Хотя конечное определение выносилось в Берг-коллегии , и не всем аттестованным могли повысить звание , но тем не менее мнение КГЗП учитывалось. Что касается наказания провинившихся берг-офицеров , то здесь Канцелярия обычно обходилась собственными силами. Меры воздействия были различны в зависимости от проступка и занимаемой должности. Унтер-офицеров могли наказать батожьем. На остальных же воздействовали штрафами в виде вычета из жалования , могли выплачивать половинное , могли вообще удержать до выяснения обстоятельств. Еще одной мерой наказания было понижение в звании и отстранение от должности , что тоже сказывалось и на материальном положении офицера. Так например в декабре в 1750 г. управитель Кушвинского завода гитенфорвалтер Леонтий Бекетов и шихтмейстер Пешехонов за беспутное и непорядочное поведение были отстранены от своих должностей , так как по их вине “в заводском правлении не без замешательства , да и приказных делах не без остановки состоит...”[82] [82] Но это не помогло в “воспитательном” процессе , и в октябре 1751 г. было решено “гитенфорвалтера Бекетова за безмерное пьянство и непорядочные и противные по указам поступки , унизить одним рангом...”[83] [83]
При смене на какой-нибудь должности одного берг-офицера другим , в соответствии со 2-м пунктом губернаторского и воеводского наказа , составлялись росписные списки передачи всего подотчетного имущества (прихода и расхода денежной казны , припасов и т.д.) в двух экземплярах , один из которых оставался на месте , а другой отсылался Ревизию свидетельства заводских счетов.
КГЗП постоянно пыталась “прибрать к рукам” учреждения , которые находились на подведомственной ей территории , стремясь использовать ресурсы этих учреждений на заводских работах , извлечь свою выгоду и т.д. В феврале 1751 г. в Екатеринбурге была учреждена Ратуша.[84] [84] Хотя она и представляла в Канцелярию доношения , но по характеру своей деятельности она не находилась в ее ведении , а подчинялась Главному Магистрату , но тем не менее Канцелярия всячески вмешивалась в работу Ратуши через своих депутатов , пытаясь привлечь купечество в заводские работы и прочие службы. Поэтому в январе 1752 г. в КГЗП пришел указ из Главного Магистрата от 14 ноября 1751 г. , в котором говорилось , что Канцелярия и судная контора не должны вмешиваться в дела Ратуши , а также не чинить “купечеству обид и притеснений , а наипаче в их купечестве и торгах помешательства... “ , [85] [85] но Канцелярия не подчинилась этому указу , мотивируя это тем , что из Берг-коллегии указа по этому поводу еще не поступало , и только через месяц , после поступления ожидаемого указа , КГЗП вынесла определение “о неведении ... Екатеринбургского купечества и Ратуши”.[86] [86] Другой пример вмешательства Канцелярии в дела учреждений , подчиненным другим ведомствам : это “промеморий из консистории преосвященного Сильвестра , митрополита Тобольского и Сибирского “ , который напоминает об указе Синода “ о невступании здешней Канцелярии в духовные дела... “[87] [87]
Почти все время штаты КГЗП не были укомплектованы. В мае 1751 г. не хватало главного правителя (генерал-майора) , маркшейдера , а также в соответствии с Сенатским указом от 29 октября 1750 г. сверх штата для инспекций на частные заводы Сибири по выплавке чугуна и годовому обложению полагался еще один асессор. В следствии этого в одном из доношений в Берг-коллегию от 5 февраля 1752 г. КГЗП просит секретаря Евдокима Яковлева “ от секретарской должности отреша , определить в здешнюю Канцелярию для присутствия...” , так как “без прибавки членов при Канцелярии обойтись не по которой мере невозможно...”[88] [88] Здесь же напоминалось , что при КГЗП по штату 1737 г. кроме того полагалось быть одному пробирному мастеру , трем пробирщикам , восьми пробирным ученикам , двум геодезистам с четырьмя учениками и двум маркшейдерам с четырьмя учениками ,[89] [89] а также в феврале 1758 г. было дополнительно определено “для отводу под заводы мест и рудников и для надзирания и содержания в добром порядке горных работ , и для прочих посылок быть при Канцелярии маркшейдеру с двумя учениками и двум берггешворенам , унтер-механику с двумя учениками , геодезисту с двумя учениками , пробователю с двумя учениками”.[90] [90] Поэтому в мае 1752 г. КГЗП требовала от Берг-коллегии назначения в Канцелярию обер-маркшейдера в звании капитана , в Канцелярию и Пермское горное начальство двоих маркшейдеров в звании капитанов-поручиков , пятерых заводских управителей (гитенфорвалтеров) в звании поручиков , механика , пробирного мастера и шестерых берггешворенов в звании подпоручиков и десятерых шихтмейстеров в звании прапорщиков.[91] [91] Но так как процесс назначения и дорога до Екатеринбурга занимали длительное время , КГЗП выходила из трудного положения с кадрами , назначая на вакансии до прибытия из Берг-коллегии ожидаемых указов , берг-офицеров , чье звание было ниже и не соответствовало пустующим должностям.[92] [92] Что касается свидетельства частных домен , для ревизии обычно посылали берг-офицеров из старших горных чинов с надлежащими инструкциями. Так например в марте 1753 г. для свидетельства демидовских домен был направлен присутствующий в Пермской судных и земских дел конторе обер-гитенфорвалтер Егор Арцыбашев.
Принимая во внимание недостаток канцелярских членов , в марте 1753 г. Берг-коллегия определила для присутствия в КГЗП маркшейдера Степана Владычина , находившегося в горной и заводской службе с 1729 г. Канцелярия определила “по прибытии сюда Владычина , что в особливом ведении и смотрении было господина бергмейстера Райзера , то все поручить в ведение и смотрение ему Владычину” , [93] [93] так как Райзер был отправлен в Москву. С 29 апреля 1753 г. С. Владычин приступил к исполнению своих обязанностей. Ему было поручено также “при Березовском и Пышминском золотосодержащих рудниках смотрение иметь...”[94] [94] За старание и прилежание 16 февраля 1754 г. маркшейдер С. Владычин был произведен в обер-гитенфорвалтеры ,[95] [95] а по Сенатскому указу от 22 декабря 1754 г. в коллежские асессоры.
В июле 1753 г. по указу Берг-коллегии от 29 марта 1753 г. в КГЗП был прислан обер-маркшейдер Петр Зеленый.[96] [96] Таким образом , теперь в присутствие Канцелярии входили надворный советник Н.Г. Клеопин , обер-маркшейдер П. Зеленый , маркшейдер С. Владычин , но по-прежнему не хватало еще двух человек. С введением в состав Присутствия новых членов , потребовалось и новое распределение обязанностей между ними , поэтому 21 сентября 1753 г. Канцелярия вынесла определение , первая часть которого дословно повторяла определение от 31 декабря 1747 г. , а вторая вносила некоторые изменения и дополнения : “... в случае бытности из Канцелярии членов на заводах и рудниках , подлежащее управление и осмотр чинить не смотря на разделение предписанных экспедиций , також кому из членов за совершенною невозможностию или отлучкою в присутствии в Канцелярии быть нельзя , то ... в таковых случаях имеют отправлены быть дела наличными присутствующими в Канцелярии чинами , для нужных же и немалого рассуждения требующих дел (если надобно будет) , можно призывать для общего совета и управления членов здешней судной и земской конторы , также , смотря по случаю нужды , из старших горных и заводских офицеров. Ныне асессора Юдина и бергмейстера Райзера в здешней Канцелярии не имеется , а выбыли в другие места , вместо которых находятся с надворным советником господином Клеопиным в присутствии ... Зеленый и ... Владычин , и для того ... отправление по вышепрописанным экспедициям дел и прочего иметь Зеленому во второй , а Владычину в третьей экспедиции , сверх того Березовские , Пышминские и Шилово-Исетские золотосодержащие рудники , также и каменнорезные фабрики с их принадлежностьми ему ж Владычину по своей экспедиции иметь...”[97] [97]
Корме того , с 5 октября 1754 г. для присутствия в КГЗП был определен коллежский асессор Степан Неелов ,[98] [98]но буквально через месяц из Берг-коллегии пришел указ Сената от 22 декабря 1754 г. о произведении “ из асессоров в надворные советники С. Неелова и П. Зеленого ... и об отставке помянутого Зеленого от всех дел вовсе за старостию его и болезньми ...и о присутствии в КГЗП господам надворному советнику Неелову , асессору Владычину , обер-цегентнеру Яковлеву ...”[99] [99]Таким образом , П. Зеленый был членом присутствия КГЗП всего полтора года . За этот короткий период такой старый и больной человек как П. Зеленый не мог существенно повлиять на улучшение работы подведомственных заводов и рудников .
При отставке офицеры должны были собрать подписки от различных контор , что никаких долгов за ними не числится . Люди , вновь определенные в Канцелярию для присутствия , были довольно пожилыми и со слабым здоровьем , поэтому канцелярские члены с 1755 г. практически не ездили инспектировать заводы и рудники , все больше посылая других обер-офицеров . Например , “поданным в Канцелярию репортом Екатеринбургского госпиталя штаб-лекарь Шнезе объявил , что по свидетельству его ... надворный советник Неелов давно находится в каменной болезни...”[100] [100](камни в почках ). Поэтому Неелову было определено “ присутствие иметь по прежнему в ... судной и земской конторе ...”[101] [101], не привлекая его для присутствия в Канцелярии.
По Сенатскому указу от 15 сентября 1755 г. . удовлетворяя неоднократные требования Канцелярии , в Екатеринбург Главным командиром в КГЗП был назначен действительный статский советник Его превосходительство господин Андрей Григорьевич Щербинин[102] [102] , а в Канцелярии предписывалось к его приезду составить подробные ведомости. А.Г. Щербинин прибыл в Екатеринбург со своим сыном коллегии юнкером Петром Щербининым . который также был определен в распоряжение КГЗП , 23 октября 1755 г. и сразу приступил к исполнению своих обязанностей . По указу Берг- коллегии было решено производить ему жалованье “как и прежде бываемы при здешних заводах действительному статскому советнику Василию Татищеву производилось ...", т. е. 1058 рублей 10 копеек в год .[103] [103]Уже на следующий день после приезда , 24 октября А. Г. Щербинин записал в протоколах свое повеление