Полномочия, структура и организация деятельности судов общей юрисдикции
Порядок наделения полномочиями судей федеральных судов общей юрисдикции. Хотя в действующем законодательстве (в первую очередь в Конституции РФ, Законе РФ «О статусе судей» и ФКЗ «О судебной системе») порядок наделения полномочиями судей федеральных судов общей юрисдикции изложен достаточно подробно, многие вопросы по-прежнему остаются предметом дискуссий.
За время реформ порядок наделения судей полномочиями менялся неоднократно. Основой сложившегося в советский период порядка наделения судей полномочиями являлся принцип выборности судей всех судов, причем судьи районных (городских) народных судов избирались непосредственно населением соответствующего административного образования, судьи вышестоящих судов избирались советами народных депутатов соответствующего уровня, в том числе и Верховный Суд СССР, который избирался Верховным Советом СССР.
С началом перестройки была сделана попытка усилить независимость судей путем изменения порядка их избрания – в 1988 году были приняты поправки к Конституции СССР, а в 1989 г. – принят союзный Закон «О статусе судей в СССР», в соответствии с которыми был введен порядок выборов всех судей вышестоящими советами народных депутатов, кроме судей Верховного Суда и судей судов автономных округов и областей, которые избирались советами одного с ними уровня – соответственно Верховным Советом РСФСР и Советами народных депутатов автономного округа или автономной области. Позже этот порядок получил закрепление и в Законе РФ «О статусе судей» (ст. 6).
Такое решение преследовало цель уменьшить влияние местных властей на судей, однако полностью проблему обеспечения независимости судей оно не решало, особенно с учетом того, что срок полномочий судей был по-прежнему ограничен (10 лет). Имело значение также и то, что избрание судей вышестоящими Советами нередко ставилось в зависимость от разрешения ими конкретных дел.
Принятая в декабре 1993 г. Конституция РФ вновь изменила порядок наделения судей полномочиями. В соответствии с ч. 2 ст. 128 судьи Конституционного, Верховного и Высшего Арбитражного судов Российской Федерации назначаются Советом Федерации РФ по представлению Президента РФ, а судьи иных федеральных судов назначаются Президентом РФ в порядке, установленном федеральным законом.
Изменение порядка наделения судей полномочиями были направлены, в первую очередь, на обеспечение дополнительных гарантий независимости судей, в том числе от местных органов власти. Однако следствием установленного Конституцией РФ порядка стали, во-первых, преобладающая роль исполнительной власти при формировании судов, а во-вторых достаточно жесткая централизация судебной системы, что не является характерным для судебных систем федеративных государств.
Для смягчения возникших противоречий и во исполнение п. «л» ст. 72 Конституции РФ, отнесшего к совместной компетенции Российской Федерации и ее субъектов кадры судебных органов, в 1995 году в Закон РФ О статусе судей» были внесены изменения. В соответствии с ними при назначении судей Верховного Суда РФ Президент РФ при внесении кандидатуры в Совет Федерации «учитывает мнение» Председателя Верховного Суда РФ, а судьи иных федеральных судов общей юрисдикции назначаются Президентом РФ по представлению Председателя Верховного Суда РФ «с учетом мнения законодательного (представительного) органа соответствующего субъекта Российской Федерации». Обязательным условием назначения на должность судьи стало также наличие положительного заключения соответствующей квалификационной коллегии судей. В формировании судейского корпуса стали принимать то или иное участие все ветви власти, что не только позволило сбалансировать роль Президента РФ в назначении судей, но и дало основания надеяться на усиление гарантий независимости судей.
Тем не менее, следует отметить, что и такой порядок наделения судей полномочиями не смог полностью гармонизировать интересы всех федеральных и региональных властей в этом вопросе и в скором времени также был изменен.
Приобретение федеральным центром в лице Президента полномочий по назначению судей почти всех существующих в стране судов общей юрисдикции (кроме судей Верховного Суда РФ и мировых судей) вызывало серьезные возражения со стороны ряда субъектов Федерации, поскольку после принятия Конституции РФ они практически лишились возможности влиять на формирование судейского корпуса в своем регионе. В связи с этим в сложившейся в то время политической ситуации руководители некоторых субъектов Федерации вновь стали возвращаться к обсуждению вопросов о необходимости создания собственной системы судов
Пытаясь компенсировать ограничение возможностей субъектов, Федерации по созданию собственной системы судов, законодатель расширил права субъектов Федерации при назначении судей федеральных судов. Ст. 13 ФКЗ «О судебной системе» предусматривает, что судьи федеральных судов, действующие в субъектах Федерации, назначаются на должность по согласованию с законодательными (представительными) органами государственной власти соответствующих субъектов Федерации (напомним, что Закон РФ «О статусе судей» предусматривал в этом случае только «учет мнения» органов власти субъектов). При этом процедура разрешения противоречий (в случае несогласия согласия субъекта Федерации с предложенной кандидатурой судьи федерального суда) законодательством до настоящего времени не установлена.
Последствия такого подхода не замедлили сказаться – процесс назначения судей федеральных судов превратился в достаточно сложную многозвенную процедуру, причем достаточно растянутую во времени. При этом органы власти субъектов Федерации получили возможность фактически блокировать назначение судей федеральных судов в результате страдает право граждан на судебную защиту.
Таким образом, вопрос о порядке наделения полномочиями судей судов общей юрисдикции, изначально связанный с обеспечением их независимости, превратился в современной России в один из элементов проблемы соотношения полномочий Российской Федерации и субъектов Федерации в сфере судебной власти. На мой взгляд, это может иметь ряд негативных последствий, в первую очередь – именно для независимости судей.
Проблема соотношения участия трех ветвей федеральной власти в назначении на должность судей также сохраняет свою актуальность. Ряд авторов считает, что роль Президента в формировании судейского корпуса по-прежнему остается доминирующей. В качестве альтернативы некоторыми авторами предлагается создание особого органа, обладающего полномочиями по назначению судей – Высшего Судебного Совета РФ, в который бы входили Президент РФ, министр юстиции, председатели Верховного и Высшего Арбитражного Судов РФ, представители Федерального Собрания и избранные на съездах судей представители судов разных уровней. Целесообразность введения такого порядка наделения полномочиями судей федеральных судов общей юрисдикции вызывает сомнения, поскольку велика вероятность того, что столь широкое представительство всех ветвей власти превратит этот орган в аморфную и неработоспособную структуру.
В соответствии со ст. 13 ФКЗ «О судебной системе» замещение должностей председателей и заместителей председателей федеральных судов общей юрисдикции всех уровней происходит в порядке, аналогичном наделению полномочиями судей соответствующих судов – т.е. они назначаются на указанные должности Советом Федерации РФ или Президентом РФ. Поскольку судья несменяем (ст. 121 Конституции РФ), он не может быть назначен на другую должность или в другой суд без его согласия, и при этом полномочия судей федеральных судов не ограничиваются определенным сроком (ст. 14 ФКЗ «О судебной системе), складывается следующая ситуация: лица, назначенные на «руководящие должности» в судах общей юрисдикции могут занимать их пожизненно, независимо от того, насколько в действительности они соответствуют своим должностям, независимо от результатов их работы. Возможности профессионального и служебного роста для иных судей при этом существенно сокращаются.
Каковы пути решения этой проблемы? Вряд ли уместно проводить аналогию с порядком замещения должности Председателя, заместителя Председателя и судьи-секретаря Конституционного Суда РФ, которые избираются в пленарном заседании из состава судей этого суда (ст. 23 ФКЗ «О Конституционном Суде»). Следует иметь в виду, что председатели и заместители председателей судов общей юрисдикции обладают определенными процессуальными полномочиями (правом принесения протеста в порядке надзора на решения нижестоящих судов), и их назначение – важный элемент судебной политики государства. Поэтому оптимальным представляется следующий порядок: все судьи соответствующих судов наделяются полномочиями в общем порядке, при этом замещение должностей председателя суда и заместителя председателя суда производится путем назначения пусть на достаточно длительный (10–12 лет), но все же ограниченный срок. По истечении указанного срока проводится новое назначение, причем лица, занимавшие соответствующие должности, вправе претендовать на назначение на новый срок. В случае, если назначение на новый срок не произошло, лица, ранее занимавшие те или иные руководящие должности, сохраняют статус судьи соответствующего суда.
Целесообразно также предусмотреть возможность досрочного освобождения лица от занимаемой в суде руководящей должности в случае недобросовестного исполнения им своих обязанностей или злоупотребления своими правами, при этом, если отсутствуют обстоятельства, влекущие прекращение полномочий судьи, бывший руководитель сохраняет полномочия судьи соответствующего суда.
Несменяемость и срок полномочий судей. Несменяемость судьи является одной из наиболее существенных гарантий его независимости и возведена в ранг конституционных норм – согласно ст. 121 Конституции РФ судьи несменяемы и их полномочия могут быть прекращены «не иначе как в порядке и по основаниям, предусмотренным федеральным законом»1. Более подробно понятие несменяемости раскрыто в ст. 12 Закона РФ «О статусе судей» и ст. 15 ФКЗ «О судебной системе»2. Принцип несменяемости состоит в том, что судья не может быть назначен или избран на другую должность или переведен в другой суд без его согласия, а его полномочия могут быть прекращены или приостановлены только по решению соответствующей квалификационной коллегии в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом.
«Половинчатость» принятых в конце 80-х годов изменений порядка и сроков назначения судей в первую очередь проявлялась в том, что законодатель не отказался от существовавших институтов подотчетности и досрочного отзыва судей – принцип несменяемости судей по-прежнему был неизвестен нашему законодательству. И только с принятием Закона РФ «О статусе судей» впервые за советский период несменяемость была установлена в качестве одного из важнейших элементов статуса судей.
Закон РФ «О статусе судей» содержал еще одну важнейшую новеллу – он ввел норму о неограниченном сроке полномочий судей (ст. 11). Бессрочное наделение судей полномочиями, которое предлагалось ведущими правоведами, наконец стало частью российской правовой системы. Впрочем, это правило не было абсолютным – формулировка «Полномочия судьи в Российской Федерации не ограничены определенным сроком, поскольку иное не установлено Конституцией и законами Российской Федерации» позволяла делать исключения из данного правила. Так, ФКЗ «О Конституционном Суде» определил, что судья Конституционного Суда РФ назначается на должность на двенадцать лет (ст. 12). Сам Закон РФ «О статусе судей» в ч. 2 этой же статьи устанавливал, что мировые судьи избираются сроком на пять лет. 14 апреля 1993 года по предложению Президента РФ данная статья была дополнена нормой, устанавливающей пятилетний срок полномочий впервые избранных судей районных (городских) народных судов и военных судов первого звена (гарнизонов, армий, флотилий, соединений), после которого они могут быть избраны без ограничения срока их полномочий (в 1995 году срок первоначального назначения судей этих судов был сокращен до трех лет).
Установление своеобразного «испытательного срока» для судей, по завершению которого можно было делать определенные выводы о пригодности данного лица для судейской деятельности, в целом положительно оценивалось специалистами, были даже сделаны предложения распространить данную практику на судей вышестоящих судов. Однако принятый в 1996 г. ФКЗ «О судебной системе» содержал два весьма «тонких» уточнения, касающихся срока полномочий судей. Он установил, что во-первых, не ограничены определенным сроком только полномочия судей федеральных судов, а во-вторых, что такие ограничения могут быть установлены только Конституцией РФ или федеральным конституционным законом. Такая формулировка, по сути, означала, что полномочия судей судов субъектов федерации могут быть ограничены определенным сроком, причем этот срок может быть ограничен как федеральным законом (ч. 2 ст. 11 Закона РФ «О статусе судей»), так и законами субъектов федерации (ч. 1 ст. 7 ФЗ «О мировых судьях»). Вторым (осмелюсь предположить, не предусмотренным законодателем) следствием такой формулировки ст. 14 ФКЗ «О судебной системе» явилось то, что ч. 3. ст. 11 Закона РФ «О статусе судей», устанавливающая срок полномочий впервые назначенных судей районных судов и военных судов первого звена, утратила силу, как противоречащая федеральному конституционному закону (ч. 3 ст. 76 Конституции РФ). В ФКЗ «О военных судах», как и в проекте закона «О судах общей юрисдикции в РФ» таких положений пока не содержится.
Соотношение принципа несменяемости судей и ограничения их полномочий определенным сроком представляет собой отдельную конституционно – правовую проблему, а именно: является ли бессрочность полномочий неотъемлемой частью принципа несменяемости судей? Конституция РФ (ст. 121), провозглашая принцип несменяемости судей, вообще не содержит указания на срок полномочий судей. Часть 2 этой статьи устанавливает, что «Полномочия судьи могут быть прекращены или приостановлены не иначе как в порядке и по основаниям, установленным федеральным законом. Ст. 15 ФКЗ «О судебной системе», озаглавленная «Несменяемость судей» в ч. 2 содержит указание на то, что в случае если судья избран или назначен на определенный срок, его полномочия прекращаются по истечении этого срока. Таким образом, несомненно, что установленный срок полномочий определенным образом ограничивает несменяемость судьи.
Некоторые авторы считают, что назначение или избрание судьи на определенный срок не только ограничивает принцип несменяемости судей, но и вообще с ним несовместимо.
Представляется, что в данном вопросе такие категорические суждения могут привести к ошибке. Основным содержанием принципа несменяемости судей все-таки является установление гарантированного срока полномочий, в течение которого они не могут быть произвольно отозваны, переведены на работу в другой суд и т.д. Установление же каких-то сроков осуществления полномочий (выхода на пенсию, переизбрания) обычно направлено на достижение иных социально значимых целей – например, для обеспечения участия граждан в выборах государственных органов (если судьи избираются), или во избежание конфликтных ситуаций при прекращении полномочий судьи, который в силу возрастных особенностей не способен нести это высокое звание. Принципу несменяемости судей может противоречить именно злоупотребление законодателем своим правом устанавливать срок полномочий судей, точнее – неоправданно краткий срок, а не сама такая возможность.
Неприкосновенность судей. Неприкосновенность судей является одним из важнейших элементов статуса судей, она служит гарантией их независимости, обеспечивает способность судей осуществлять правосудие беспристрастно и справедливо. Нормы о неприкосновенности судей содержатся в Конституции РФ (ст. 122), и конкретизируются в Законе РФ «О статусе судей» (ст. 16) и ФКЗ «О судебной системе» (ст. 16)1. Неприкосновенность судьи заключается в законодательном запрете привлечения его к административной и дисциплинарной ответственности, установлению особого порядка привлечения судьи к уголовной ответственности (уголовное дело в отношении судьи может быть возбуждено только Генеральным прокурором РФ при наличии на то согласия соответствующей квалификационной коллегии судей) и установлению дополнительных гарантий осуществления таких конституционных прав, как личная неприкосновенность, неприкосновенность жилища, неприкосновенность частной жизни, тайна переписки и некоторых других прав.
Поскольку судьи «никому не подотчетны», они вправе не давать объяснений своим действиям и решениям (помимо содержащихся в самих судебных актах изложения мотивов), и никто не вправе от них таких объяснений требовать. Вынесение судьей решений, противоречащих закону, не является основанием для прекращения или приостановления его полномочий (в отличие от любого государственного служащего, который в случае систематического или даже однократно допущенного нарушения закона может быть подвергнут дисциплинарной ответственности или просто освобожден от занимаемой должности). Вышестоящий суд может отменить незаконное решение, но право судьи оценивать доказательства и толковать законы «по внутреннему убеждению» не подвергается сомнению.
В совокупности, указанные обстоятельства могут создать впечатление, что судья, в установленном порядке назначенный на должность, сохраняет свое место практически независимо от выносимых по делу решений и совершения поступков, не вполне соответствующих своему высокому званию. Особый порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи и подчас противоречивая практика квалификационных коллегий по вопросам прекращения полномочий судьи в случае совершения поступка, умаляющего авторитет судебной власти, или по вопросам дачи согласия Генеральному прокурору на возбуждение уголовных дел в отношении судей, во многом способствуют формированию таких взглядов.
При этом проблема состоит не в том, соответствуют ли действительности подобные представления граждан о вершителях правосудия в своем государстве. Опасно другое – на этой волне в прессе уже появились предложения ограничить срок полномочий всех судей пятью годами а также предоставить право возбуждать дела в отношении судей прокурорам субъектов Федерации. Появляются призывы к Минюсту и прокуратуре «взять под свою пристальную опеку» судебные органы.
То, что Конституционный Суд РФ в решении по делу о проверке п. 3 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей» пришел к выводу о соответствии этой нормы Конституции РФ, не препятствует изучению возможностей по улучшению «особого процедурного механизма» привлечения судьи к уголовной ответственности, каким, в соответствии с п. 4 этого решения Конституционного Суда РФ, по существу и является указанная формулировка Закона РФ «О статусе судей».
Представляется, что придание решению квалификационной коллегии судей значения обязательного условия возбуждения уголовного дела или привлечения судьи к уголовной ответственности не может быть признано оптимальным. Любое решение квалификационной коллегии может быть обжаловано в Высшую квалификационную коллегию судей, решение которой также может не быть окончательным. Одним из важнейших выводов Конституционного Суда РФ при рассмотрении дела о конституционности п. 3 ст. 16 Закона РФ «О статусе судей» является то, что постольку, поскольку решением квалификационной коллегии затрагиваются права самого судьи или гражданина, пострадавшего от его действий, оно может быть обжаловано в суд. Решение суда, в свою очередь, подлежат проверке вышестоящими судебными инстанциями. Уже существуют примеры, когда дело, пройдя весь указанный путь, дошло в конечном итоге до Верховного Суда РФ, который (через два года!) признал-таки правомерным решение о возбуждении уголовного дела в отношении судьи. Можно сказать, что действующий порядок возбуждения уголовного дела в отношении судьи и привлечения судьи к уголовной ответственности создает значительные препятствия для реализации права доступа к суду.
3. Место судов общей юрисдикции в Судебной системе России
Система судов в России традиционно, на протяжении многих веков, была достаточно сложной и отличалась большим количеством судов и судебных органов. Однако влияние этого исторического опыта на современное развитие судебной системы в России практически не ощущается: после октябрьской революции 1917 г. все ранее существовавшие судебные органы были ликвидированы, а концепция «единого народного суда» не предусматривала создание каких-либо специализированных судов. Указанный подход в целом оставался неизменным и после формирования в начале 20-х годов централизованной системы судов, поскольку практически все подведомственные судам дела рассматривались в рамках одной системы судов – судов общей юрисдикции, хотя в то время они назывались просто «суды». Созданная подсистема военной юстиции процессуально замыкалась на Верховный Суд СССР.
Политические, экономические и правовые реформы, проводимые в России на протяжении последнего десятилетия, привели к радикальному изменению судебной системы государства. По сравнению с системой судов, существовавшей в советский период, она приобретает достаточно сложную структуру.
В 1991 году создается Конституционный Суд РФ. С начала 90-х годов в ряде субъектов Федерации стали формироваться специальные судебные и судебные органы для рассмотрения вопросов соответствия нормативных актов субъектов Федерации конституциям (уставам) соответствующих субъектов Федерации. В 1992 году – существовавшая более 60 лет система органов Госарбитража преобразуется в систему арбитражных судов, создается Высший Арбитражный Суд РФ. На формирование современной судебной системы России также оказали влияние процессы распада Союза ССР (после чего в судебную систему России оказались включены все созданные на ее территории военные трибуналы, относившиеся ранее к судам СССР) и развития федерализма в самой России, что привело к появлению абсолютно новых судов – судов субъектов федерации. С 1990 года в ряде субъектов Федерации стали формироваться специальные органы для рассмотрения вопросов соответствия нормативных актов субъектов Федерации конституциям (уставам) соответствующих субъектов Федерации.
Конституция РФ (как и большинство современных конституций) не определяет полный перечень функционирующих в стране судов. Непосредственно в Конституции РФ названы только три федеральных суда (ст. 125–127):1 Конституционный Суд РФ, как орган конституционного контроля; Верховный Суд РФ – как высший судебный орган по делам, подсудным судам общей юрисдикции, и Высший Арбитражный Суд РФ, который является высшим судебным органом по разрешению экономических споров и иных дел, рассматриваемых арбитражными судами.
Ст. 118 Конституции РФ предусматривает, что судебная система Российской Федерации должна быть установлена федеральным конституционным законом. В настоящее время в соответствии с Конституцией РФ и ФКЗ «О судебной системе» (ст. 4) в Российской Федерации действуют следующие суды:
– Конституционный Суд РФ;
– система судов общей юрисдикции во главе с Верховным Судом РФ.
– система федеральных арбитражных судов во главе с Высшим Арбитражным Судом РФ;
– конституционные (уставные) суды субъектов Федерации.
ФКЗ «О судебной системе» в качестве одного из главных принципов организации судебной системы провозглашает принцип ее единства (ст. 3). Однако многие авторы отмечают, что в настоящее время это законоположение остается в большей степени декларативным, и фактически единой судебной системы в России нет. Такая точка зрения действительно имеет под собой веские основания. Основополагающий принцип организации судебной власти – независимость судей и самостоятельность судов (ст. 5 ФКЗ «О судебной системе») предопределяет, что единство судебной системы, строго говоря, возможно только в одном – процессуальном смысле (применительно к правилам производства по рассматриваемым делам и инстанционной взаимосвязи судов). Но именно при таком подходе явно проявляется обособленность четырех названных подсистем друг от друга. ГПК РСФСР и УПК РСФСР определяют правила производства только в судах общей юрисдикции; судопроизводство в арбитражных судах регулируется АПК РФ; порядок производства в Конституционном Суде РФ определен Конституцией РФ и ФКЗ «О Конституционном Суде», а правила производства в конституционном (уставном) суде субъекта Федерации вообще устанавливаются законами соответствующего субъекта (тем самым, помимо правил производства в Конституционном Суде РФ, возможно установление до восьмидесяти девяти разновидностей конституционного судопроизводства).
Важным фактором является также то, что каждое из этих образований судебной системы обладает полномочиями по окончательному разрешению дел, отнесенных к их компетенции. Верховный Суд РФ и Высший Арбитражный Суд РФ прямо определены Конституцией РФ в качестве высших судебных органов по делам, рассматриваемым соответствующими нижестоящими судами; Конституционный Суд РФ, хотя и не характеризуется в Конституции РФ и ФКЗ «О Конституционном Суде» в качестве «высшего» суда, однако по своему положению несомненно является одним из высших конституционных органов; наконец, решение, принятое конституционным (уставным) судом субъекта Федерации, также «не может быть пересмотрено иным судом» (ч. 4 ст. 27 ФКЗ «О судебной системе»).1
Таким образом, несмотря на декларируемое в ст. 3 ФКЗ «О судебной системе РФ» единство судебной системы Российской Федерации, фактически она складывается из четырех практически независимых судебных образований, одним из которых являются суды общей юрисдикции. Дела, отнесенные к компетенции соответствующих судов, получают окончательное разрешение в рамках именно этой подсистемы и в целом возможность влияния судебных подсистем друг на друга минимальна. Тем не менее, оценить то место, которое суды общей юрисдикции занимают в судебной системе России, вполне возможно.
Конституция РФ (ст. 2) установила, что «человек, его права и свободы являются высшей ценностью». Поэтому основным критерием для определения места, которое суды общей юрисдикции занимают в судебной системе России, должна служить оценка их роли в деле признания, соблюдения и защиты прав и свобод человека.
Одним из наиболее существенных результатов судебной реформы явилось приобретение судами полномочий по осуществлению контроля за действиями и решениями исполнительной и законодательной властей. Судебный контроль играет важнейшую роль в правовом механизме обеспечения прав и свобод человека, превращая суд в центральный элемент системы гарантий этих прав. То, что именно суд является универсальным средством защиты прав и законных интересов граждан в значительной мере обусловлено как раз его обособленностью и независимостью от других властей и возможностью не только самостоятельно принимать решения, затрагивающие интересы граждан, но и контролировать соответствующие действия законодательной и исполнительной власти.
Нельзя сказать, что в советский период суды вовсе не осуществляли контроль за действиями и решениями иных органов. Отдельные элементы судебного контроля присутствовали и в то время. В ГПК РСФСР был определен порядок подачи жалобы на неправильности в списках избирателей (гл. 23 ГПК РСФСР), была возможность обжаловать наложение административного взыскания (гл. 24 ГПК РСФСР), был установлен особый судебный (не исковой!) порядок взыскания с граждан недоимки по налогам (гл. 25 ГПК РСФСР). В то же время, в уголовном процессе функция судебного контроля отсутствовала практически полностью. По сути, до конца 1980-х годов судебный контроль распространялся только на небольшой круг прямо указанных в законе отношений граждан с государственными (преимущественно) органами.
Не будет преувеличением сказать, что именно суды общей юрисдикции играют ведущую роль в обеспечении права на судебную защиту. Конечно, решения судов общей юрисдикции по конкретным делам в большинстве случаев не имеют того значения и общественного резонанса, как, например, решения Конституционного Суда РФ. Но каждодневная практика судов общей юрисдикции, в т.ч. отмена незаконных решений исполнительной власти, контроль за законностью в деятельности органов предварительного расследования, играет важнейшую роль в становлении России, как демократического правового государства, в формировании соответствующего правосознания граждан.
Только суды общей юрисдикции осуществляют правосудие по уголовным делам и судебный контроль в уголовном судопроизводстве – т.е. в тех сферах, где права и свободы граждан могут быть ограничены наиболее существенным образом.
Таким образом, с точки зрения обеспечения судебной защиты прав физических и юридических лиц, суды общей юрисдикции можно назвать центральным элементом судебной системы России. Безусловное признание современным российским правом приоритета судебного решения по любым вопросам, затрагивающим права и свободы человека, позволяет говорить о том, что эта роль судов общей юрисдикции будет сохраняться и в дальнейшем, независимо от создания новых судов специальной юрисдикции или возможной ликвидации существующих. Поскольку суды специальной юрисдикции осуществляют судебную власть в пределах строго определенной компетенции, в случаях, если установленные законодательством нормы, определяющих подсудность дел судам специальной юрисдикции, не позволяют этим судам обеспечить защиту прав граждан по той или иной категории дел, именно суды общей юрисдикции непосредственно на основании ст. 46 Конституции РФ принимают такие дела к рассмотрению и обеспечивают судебную защиту лицам, права которых нарушены.
Поэтому надлежащая организация работы подсистемы судов общей юрисдикции приобретает особое значение. Все проблемы, с которыми сталкиваются суды общей юрисдикции, наиболее болезненно сказываются на общем уровне обеспечения прав и свобод человека в России. Завершение судебной реформы, в первую очередь применительно к организации и деятельности судов общей юрисдикции, развитие демократических принципов, лежащих в основе Концепции судебной реформы – должны стать одной из главных задач государственного строительства России в новом веке. Необходимо, чтобы научная разработка современных проблем правовой реформы стала тем базисом, на котором основываются преобразования. По крайней мере, именно эти цели ставились в ходе настоящего исследования системы судов общей юрисдикции.
3.1 Разграничение компетенции между судами общей юрисдикции и иными судами в Российской Федерации
Формирование в судебной системе России новых судебных подсистем – Конституционного Суда РФ, арбитражных судов и конституционных (уставных) судов субъектов Федерации явилось причиной появления комплекса проблем, связанных с определением юрисдикции этих судов. Все названные суды являются судами специальной юрисдикции, их компетенция строго определяется соответствующими законами, при этом и суды общей юрисдикции, и указанные суды специальной юрисдикции обладают полномочиями по окончательному разрешению дел, отнесенных к их компетенции.
Такая обособленность четырех существующих в России подсистем судов в значительной мере усугубляет сложность разграничения компетенции между ними и законодательного урегулирования порядка взаимодействия этих судов – проблем, которые изначально присущи конструкции любого суда специальной юрисдикции. Непосредственная связь указанных вопросов с реализацией конституционного права на судебную защиту позволяет отнести их к числу наиболее актуальных в настоящее время. Кроме того, изучение вопросов соотношения компетенции различных судебных подсистем позволяет более точно определить место судов общей юрисдикции в судебной системе страны.
Разграничение компетенции судов общей юрисдикции и Конституционного Суда РФ. Конституционный Суд РФ впервые был создан в 1991 году для осуществления достаточно необычной для России процедуры – конституционного контроля, в ходе которой осуществляется проверка соответствия законодательства Конституции государства. Поскольку выделение конституционного контроля из полномочий судов общей юрисдикции достаточно характерно для стран статутного права, создание особой конституционной юстиции в нынешней России – явление вполне закономерное и это решение законодателя в настоящее время практически не является предметом научной дискуссии. В то же время, в литературе отмечается, что структура, формы и методы деятельности органов конституционного контроля в различных странах весьма разнообразны. Неудивительно, что в современной России проблемы разграничения компетенции судов общей юрисдикции и Конституционного Суда РФ находятся в центре внимания правоведов и в последнее время обсуждаются весьма активно и в научной литературе, и в прессе.
К числу наиболее острых относятся, на мой взгляд, два вопроса:
обязанность судов общей юрисдикции обратиться с запросом в Конституционный Суд РФ если при рассмотрении дела суд придет к выводу о несоответствии Конституции РФ закона, подлежащего применению в этом деле;
значение для судов общей юрисдикции правовых позиций, выявляющих конституционный смысл закона, сформулированных при рассмотрении дел Конституционным Судом РФ.
По вопросу об обязательности обращения судов общей юрисдикции в Конституционный Суд РФ во всех случаях неприменения закона, противоречащего Конституции РФ, сформировались две принципиально разные точки зрения. Ряд научных и практических работников считает, что поскольку Конституция РФ имеет высшую юридическую силу, прямое действие и применяется на всей территории РФ (ч. 1 ст. 15 Конституции РФ), положения п. 4 ст. 125 Конституции РФ (о рассмотрении Конституционным Судом РФ по запросам судов вопросов о проверке конституционности закона, примененного или подлежащего применению в конкретном деле) указывают лишь на право, но не устанавливают обязанности суда обратиться с таким запросом в Конституционный Суд РФ.