Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Уголовная ответственность свидетеля и потерпевшего

Уголовная ответственность свидетеля и потерпевшего

6 статьи 56 УПК РФ запрещает свидетелю при наличии определенных условий разглашать данные предварительного расследования. О "разглашении" данных предварительного расследования речь идет также в ч. 9 той же статьи. Разглашение данных, о котором идет речь в анализируемой норме права, не может быть осуществлено ни в какой форме: ни устно, ни письменно, ни лично, ни посредством иного лица и т.п.

Под данными предварительного расследования, ставшими известными свидетелю в связи с участием в уголовном деле, понимается информация:

- о ходе предварительного расследования (порядке, субъектах, времени и др. производства процессуальных действий);

- о содержании, ходе и результатах следственного действия, в котором он принимал участие;

- полученная от участников следственного (судебного) действия, в котором он принимал участие;

- иная, относящаяся к предварительному расследованию информация.

Во-первых, содержание данной информации или же способ ее получения должен указывать свидетелю на то, что предусмотренный ст. 161 УПК РФ запрет касается и этих сведений.

Во-вторых, полученная свидетелем информация, которую он не вправе распространять, должна быть четко определенной. Иначе говоря, он должен знать, что именно, когда произошло и кто принимал в этом участие. Если свидетелю стало известно, что кто-то когда-то кого-то задержал, разглашение такой информации не может для него иметь неблагоприятных последствий. Сообщая эти сведения кому-либо, он не нарушает требования возложенной на него обязанности, так как сам не знает, кого именно, кто именно и когда задержал.

В-третьих, законодатель говорит о данных, ставших "ему" известными. Соответственно, если сведения стали известны не ему лично, свидетель не может нести ответственности за разглашение этой информации.

И, наконец, в-четвертых. Свидетель не вправе разглашать лишь ту информацию, которая ему стала известна в связи с участием в производстве по уголовному делу. Иначе говоря, если бы он не принимал участия в деле, такой информацией он бы не обладал. Если же этими сведениями свидетель по роду своей профессиональной или иной деятельности обладал бы и без привлечения его к участию в процессуальном действии, такого рода данные не могут быть отнесены к тем, о которых идет речь в п. 3 ч. 6 ст. 56 УПК РФ30.

Свидетель не вправе разглашать вышеуказанные данные предварительного расследования, если он был заранее об этом предупрежден.

Исходя из содержания ст. 161 УПК РФ, процедура предупреждения свидетеля о неразглашении данных предварительного расследования, ставших ему известными в связи с участием в уголовном деле, следующая. Следователь (дознаватель и др.) и (или) суд (судья) сначала устно предупреждают свидетеля о недопустимости разглашения без его на то разрешения вышеуказанных сведений. Затем должностное лицо (орган), производящий следственное (судебное) действие, у свидетеля об этом берет подписку с предупреждением об ответственности в соответствии со ст. 310 УК РФ, которая оформляется с соблюдением особой уголовно-процессуальной формы. Эта форма предусмотрена бланком, закрепленным в приложении № 50 к ст. 476 УПК РФ.

Законодатель закрепил в УПК РФ новый подход к статусу потерпевшего. Институт потерпевшего, опирающийся на положение ст.52 Конституции РФ о гарантиях таким лицам в деле правосудия, охраны их прав, равного доступа к осуществлению такого правосудия и возмещения ущерба, претерпел в Кодексе существенное изменение. По смыслу ст.22 потерпевшим в уголовном процессе может быть не только физическое лицо, которому причинен преступлением физический, моральный и имущественный вред (как это было в ч.1 ст.53 УПК РСФСР), но и юридическое лицо. При этом юридическое лицо будет считаться потерпевшим лишь в том случае, когда преступлением причинен вред только его имуществу или деловой репутации31.

Физическое лицо - гражданин, причем независимо от того, является ли он гражданином России или лицом без гражданства. Факт причинения вреда физическому лицу - основание для признания его потерпевшим (вред физический, имущественный и моральный)32.

Причиненный вред квалифицируется на:

физический вред - расстройство здоровья, причинение телесных повреждений, физических и нравственных страданий;

имущественный вред - хищение имущества, повреждение и (или) уничтожение материальных ценностей, их уменьшение. Однако это понятие должно рассматриваться шире - сюда должны включаться и убытки, о которых сказано в ч.2 ст.15 ГК РФ: утрата имущества кредитора (потерпевшего), а также расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно произвести для восстановления нарушенного права, включая неполученные доходы, которые это лицо получило при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода). Следует отметить, что суды общей юрисдикции, как правило, взыскивают упущенную выгоду по делам о преступном нарушении авторских и смежных прав (ст.146 УК РФ) с "пиратов" в пользу правообладателя, используя при этом формулировку: ":учитывая снижение покупательского спроса на реализацию легальной видеопродукции правообладателя" (ст.49 Закона РФ "Об авторском праве и смежных правах"33);

моральный вред - нравственные и физические страдания личности (ст.151, 1099-1101 ГК РФ), при этом верно вести речь не о возмещении, а о компенсации морального вреда. Потерпевшим физическое лицо может быть признано независимо от степени дееспособности, в связи с возрастом, физическим или психическим состоянием (п.2 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 1 ноября 1985 г. № 16 "О практике применения судами законодательства, регламентирующего участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве"34).

Причем вред должен быть причинен только непосредственно преступлением35.

Понятие юридического лица и основные положения о нем даются в ст.48-51 ГК РФ. Основанием для признания юридического лица потерпевшим является факт причинения ему преступлением вреда его имуществу и деловой репутации. При этом речь идет не о компенсации морального вреда в пользу юридического лица, а о возмещении именно имущественного вреда.

Следовательно, физическое лицо по общему правилу должно быть признано в уголовном деле сначала потерпевшим, а уже затем гражданским истцом. Однако если ему причинен только физический вред (это лицо не желает заявлять иск о компенсации ему морального вреда), то оно может быть признано только потерпевшим.

Потерпевший - активный участник уголовного процесса, например круг его правомочий больше, нежели у гражданского истца36.

В силу ч.5 ст. 42 потерпевший не вправе:

уклоняться от явки по вызову дознавателя, следователя, прокурора и а суд;

давать заведомо ложные показания или отказываться от дачи показаний;

разглашать данные предварительного расследования, если он был об этом заранее предупрежден в порядке, установленном ст.161.

Признание потерпевшим может иметь место как по заявлению физического или юридического лица, так и по инициативе должностного лица, в производстве которого находится уголовное дело. Потерпевший вступает в уголовный процесс с момента вынесения постановления дознавателя, следователя, прокурора, суда о признании его потерпевшим по уголовному делу и разъяснения его уголовно-процессуальных прав37.

Процессуально-правовое решение о признании физического или юридического лица потерпевшим должно быть принято сразу же, как только будут обнаружены фактические данные, указывающие на то, что лицо стало жертвой преступного деяния (действия или бездействия), предусмотренного уголовным законом, но не ранее момента возбуждения уголовного дела. Однако только по приговору суда (ст.49 Конституции РФ) устанавливается факт совершения преступления, а значит, и наступление преступления в виде вреда признает только суд38.

Особо следует подчеркнуть, что для потерпевшего дача показаний является не только правом, но и обязанностью. Давая показания по делу, он может использовать их для защиты своих интересов. Соответственно, дознаватель, следователь, прокурор, суд обязаны принять его показания тогда, когда он пожелает их дать, и в установленной форме зафиксировать в материалах дела. В то же время по требованию указанных лиц и суда потерпевший обязан правдиво ответить на поставленные перед ним вопросы в любой момент производства по делу. Его допрос проводится по общим правилам, предусмотренным ст.189 УПК РФ, за изъятиями, установленными ст.173 "Допрос обвиняемого", с предупреждением об ответственности за отказ от дачи показаний и за дачу ложных показаний (ст.161 и 164)39.

По делам о тех преступлениях, последствием которых явилась смерть лица, права и процедуры, указанные в ст.42, осуществляют его близкие родственники, и один из них, с учетом достигнутой между ними договоренности, признается потерпевшим. Если на предоставлении прав потерпевшего настаивают несколько лиц из числа близких родственников погибшего, они также могут быть признаны потерпевшими. Перечень близких родственников содержится в п.4 ст.5 и является исчерпывающим.

В случае если потерпевшим будет признано юридическое лицо, его интересы должен осуществлять представитель на основании выданной ему доверенности по правилам ст.185-189 ГК РФ. Если же потерпевшим является несовершеннолетний или лицо, которое в силу своих физических или психических недостатков не может осуществлять предоставленные ему законом права, необходимо обеспечить участие его представителя в уголовном деле.

Характерно, что и тогда, когда в уголовном процессе участвует представитель потерпевшего, то и это обстоятельство не лишает его прав, предусмотренных нормами УПК РФ.


Глава 2. Уголовно–правовая характеристика ответственности потерпевшего и свидетеля по российскому уголовному праву


2.1 Ответственность за заведомо ложные показания


Без свидетелей практически не обходится ни один судебный процесс. В этой роли может оказаться любой гражданин - и очевидец преступления, и тот, чье сообщение об обстоятельствах, казалось бы, второстепенных, на самом деле обладает большой информационной ценностью. Поэтому правосудие заинтересовано в том, чтобы свидетели, как предусмотрено в тексте свидетельской присяги некоторых стран, говорили всю правду, только правду, ничего, кроме правды40.

Объектом ложных показаний являются общественные отношения, исключающие получение органом дознания, следствия и судом недоорокачественнои доказательственной информации41. В некоторых случаях, когда в результате ложных показаний принимаются неверные правоприменительные решения, могут пострадать также интересы граждан42.

Лжесвидетельство особенно опасно по делам с ограниченной доказательственной базой, где единственными доказательствами являются показания немногочисленных свидетелей (иногда даже одного), в связи с чем резко повышается вероятность вынесения неверного решения43.

Необходимо отметить также, что результаты борьбы с этим деянием неудовлетворительны. Органы следствия, прокуратура и суды недооценивают опасность лжесвидетельства, редко возбуждают дела и привлекают виновных к ответственности44. Ранее одной из причин подобного поведения было то, что действовавшее уголовно-процессуальное законодательство затрудняло возбуждение уголовных дел. В соответствии с ч. 3 ст. 256 УПК РСФСР дела о ложных показаниях возбуждались судом одновременно с постановлением приговора по делу, по которому давались эти показания. Тем самым органы расследования и прокуратура были лишены возможности самостоятельно возбуждать дела, даже если факт ложных показаний был установлен в период расследования. В настоящее время это правило уже не действует — постановлением Конституционного Суда РФ от 14 января 2000 г. № 1-П установлено, что суды вообще не должны возбуждать уголовные дела, в связи с чем ч. 3 ст. 256 УПК РСФСР признана противоречащей Конституции РФ. В новом УПК РФ отсутствует норма, ограничивающая возможность возбуждения таких дел на стадии расследования45. Но недооценка опасности лжесвидетельства осталась46.

Объективная сторона преступления, предусмотренного ст. 307 УК заключается в:

— заведомо ложном показании свидетеля,

— заведомо ложном показании потерпевшего,

— заведомо ложном заключении или показании эксперта,

— заведомо ложном показании специалиста;

— заведомо неправильном переводе.

Исходя из целей нашего исследования мы рассмотрим только ответственность свидетеля и потерпевшего.

Однако прежде необходимо определить сферу действия ст. 307 УК в зависимости от вида судопроизводства и содержания рассматриваемых дел. В соответствии с ч 2 ст. 118 Конституции РФ судебная власть осуществляется посредством конституционного, гражданского, административного и уголовного судопроизводства. Однако это не значит, что уголовная ответственность наступает за ложную информацию, сообщаемую при осуществлении всех этих видов судопроизводства Безусловно, ст. 307 УК должна быть применена, когда ложная информация дается при расследовании и судебном рассмотрении уголовных и гражданских дел в судах общей юрисдикции (федеральных и мировых) и арбитражных судах.

Спорным оказался вопрос о распространении действия ст. 307 УК на конституционное судопроизводство Т. В. Кондрашова полагает, что Конституционный Суд РФ хотя и относится к органам судебной власти, но не разрешает уголовные, гражданские и административные дела по существу, а является органом конституционного контроля47. Из этого можно сделать вывод, что Конституционный Суд РФ не является частью правосудия и, следовательно, действия, нарушающие его нормальную работу, не могут считаться преступлениями против правосудия48.

Однако с этим мнением согласиться нельзя Конституционный Суд РФ действительно осуществляет конституционный контроль, т е проверяет конституционность законов и других актов. Но в процессе этого контроля он в соответствии со ст. 96-100 Федерального конституционного закона «О Конституционном Суде Российской Федерации»49 рассматривает дела о конституционности законов по жалобам на нарушение прав и свобод граждан. Практически это жалобы граждан на судебные решения, основанные на законах, примененных по данному делу, и если Конституционный Суд РФ признает эти законы противоречащими Конституции РФ, то следует предписание о пересмотре дела компетентным органом. Имеется много примеров, когда Конституционный Суд РФ давал такие предписания Верховному Суду РФ, в результате пересматривались решения по уголовным и гражданским делам. Следовательно, Конституционный Суд РФ оказывает существенное влияние на разрешение конкретных дел и в этом отношении является органом правосудия.

Еще одно соображение в пользу такого вывода привел Ю И Кулешов в соответствии со ст. 63-64 указанного Федерального конституционного закона эксперты к свидетели, выступающие в Конституционном Суде РФ, приводятся к присяге и предупреждаются об ответственности за дачу соответственно заведомо ложных заключении или показании. Поэтому за дачу ложных заключении (показаний) они подлежат ответственности по ст. 307 УК, иначе предупреждение потеряло бы всякий смысл и юридическое значение. Однако пробелом в этом Федеральном конституционном законе является то. что в нем ничего не говорится о переводчиках, поэтому следует считать, что уголовная ответственность за заведомо неправильный перевод при рассмотрении дела в Конституционном Суде РФ не предусмотрена50.

В ряде субъектов Федерации созданы и продолжают создаваться суды для проверки соответствия нормативных актов, издаваемых органами власти субъектов, их основным законам (Конституциям, Уставам и т. д.). Эти суды, в зависимости от наименования основного закона субъекта, называются соответственно конституционными или уставными и в соответствии с Федеральным законом от 31 декабря 1996 г «О судебной системе Российской Федерации» являются частью судебной системы Российской Федерации. По содержанию своей деятельности они аналогичны Конституционному Суду РФ, т е осуществляют конституционное (уставное) судопроизводство, но на территории не всей страны, а только определенного субъекта Федерации. В законах некоторых субъектов Федерации об уставных судах (например, в г. Санкт-Петербурге. Красноярском крае) указано, что по аналогии с Конституционным Судом РФ в эти суды могут вызываться эксперты и свидетели, причем они также приводятся к присяге и предупреждаются об ответственности за дачу заведомо ложных заключений или показаний. Из этого вытекает, что ст. 307 УК включает ответственность за дачу ложных заключений и показаний в конституционных и уставных судах субъектов Федерации.

Видом правосудия является административное судопроизводство, во время которого также может предоставляться ложная информация. По характеру нарушений и правовым последствиям административные проступки существенно отличаются от преступлений и гражданско-правовых деликтов. Поэтому за заведомо ложные показания свидетеля, заключение эксперта или заведомо неправильный перевод при рассмотрении дел об административно-правовых нарушениях предусмотрена не уголовная, а административная ответственность (ст. 17.9 КоАП), что исключает применение ст. 307 УК. Она не может также применяться за ложную информацию, предоставляемую в суды, которые не являются частью судебной системы (третейские суды, суды чести, товарищеские суды и др.).

Теперь необходимо изложить непосредственно признаки объективной стороны преступления, предусмотренного ст. 307 УК, начав с первого вида деяния - заведомо ложных показаний.

В соответствии со ст. 56 УПК свидетелем по уголовному делу является лицо, которому могут быть известны какие-либо обстоятельства, имеющие значение для расследования и разрешения уголовного дела, и которое вызвано для дачи показаний, а потерпевший согласно ст. 42 УПК — это физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред.

Как указано в ст. 78-79 УПК, показания — это сведения, сообщенные потерпевшим или свидетелем в ходе досудебного производства (во время дознания или предварительного следствия) или в суде. Эти сведения сообщаются не только при допросе в узком смысле этого слова, но также и при производстве других процессуальных действий, когда свидетели или потерпевшие сообщают об известных им данных: на очной ставке, при опознании, проверке показаний на месте, следственном эксперименте (ст. 181, 192-194 УПК).

Не является показаниями в смысле ст. 307 УК информация, передаваемая при общении с органами дознания или следствия, но не в процессе расследования или судебного рассмотрения дел. В ст. 144 УПК предусмотрено, что органы дознания, следствия и прокурор могли, не возбуждая уголовных дел, проводить проверки сообщений о преступлениях. Во время проверок у граждан можно брать письменные объяснения. В соответствии с Законом об оперативно-розыскной деятельности оперативные сотрудники милиции могут проводить беседы. Темой объяснений и бесед нередко являются факты, касающиеся преступлений, участниками выступают лица, которые фактически выполняют роль свидетелей или потерпевших, однако объяснения и беседы не являются показаниями в процессуальном смысле и поэтому сообщение ложной информации в объяснениях и при беседах не образует признаков преступления, предусмотренного ст. 307 УК.

Свидетели и потерпевшие могут быть допрошены о любых обстоятельствах, подлежащих доказыванию по уголовному или гражданскому делу.

В соответствии с ч. 1 ст. 73 УПК предметом доказывания по уголовному делу являются:

1) событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления):

2) виновность лица в совершении преступления, форма его вины и мотивы;

3) обстоятельства, характеризующие личность обвиняемого;

4) характер и размер вреда, причиненного преступлением;

5) обстоятельства, исключающие преступность и наказуемость деяния:

6) обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание;

7) обстоятельства, которые могут повлечь за собой освобождение от уголовной ответственности и наказания.

В ст. 78-79 УПК уточняется, что потерпевшие могут быть допрошены о любых относящихся к уголовному делу обстоятельствах, в том числе о своих взаимоотношениях с подозреваемым, обвиняемым, а свидетели - о тех же обстоятельствах и дополнительно о личности обвиняемого, потерпевшего и своих взаимоотношениях с ними и другими свидетелями. Следовательно, сведения об указанных личностях и взаимоотношениях с ними также относятся к предмету доказывания.

Ложными являются показания, не соответствующие действительности и искажающие подлинные факты, которые воспринимались свидетелем или потерпевшим. Анализируемый состав имеется независимо от того, какие ложные сведения содержались в показаниях - оправдывающие обвиняемого, смягчающие его вину или же, наоборот, усугубляющие его положение.

Однако не любая ложь, сообщенная на допросе, влечет ответственность по ст. 307 УК. Критериями ответственности считаются относимость показании, их допустимость и существенное значение для дела.

Установить конкретное содержание этих критериев для всех случаев жизни практически невозможно, так как любое событие обладает индивидуальными особенностями. Можно лишь выделить некие общие признаки.

Допустимость определяется с учетом требований ст. 75 УПК. К недопустимым относятся доказательства, полученные с нарушением требований УПК и не имеющие юридической силы — в частности, показания потерпевшего, свидетеля, основанные на догадке, предположении, слухе, а также показания свидетеля, который не может указать источник своей осведомленности. Такие показания не могут использоваться как доказательства, поэтому их ложность не может влечь ответственность по ст. 307 УК.

Более сложным является вопрос об относимости и связанной с ней существенности показаний для разрешения дела. Относимость показаний как доказательств определяется тем, входят ли они в предмет доказывания, а существенность — их значением, т. е. тем, насколько показания могут повлиять на вынесение решения органами расследования или судом. Отношение к существенности показаний как признаку состава ст. 307 УК породило вопрос о том, возможна ли «юридически безвредная ложь»51. М. X. Хабибуллин присоединяется к авторам, которые считают, что вообще нельзя говорить о безвредности лжи при рассмотрении дела в суде52. Иную позицию занимает Л.В. Лобанова: сообщаемые сведения должны касаться таких обстоятельств, которые имеют существенное значение для дела53. Оригинальную позицию высказал Ю. И. Кулешов: любая ложь, заявленная при расследовании или судебном разбирательстве, формально содержит признаки ст. 307 УК, однако в соответствии с ч. 2 ст. 14 УК сознательное искажение обстоятельств, не влияющих на принятие судом решения по делу, в силу малозначительности может быть признано не представляющим общественной опасности, а следовательно, непреступным, поскольку оно не затрагивает интересы правосудия54.

По нашему мнению, в ст. 307 УК имеется в виду все же не любая ложь, а только такая, которая препятствует правильному разрешению дела. Если очевидец автоаварии правильно рассказывает о том, как все происходило, но сообщает неверные сведения о том, откуда он шел или куда направлялся, то эта информация безразлична для рассмотрения дела об автоаварии и поэтому не может расцениваться как дача заведомо ложных показаний в смысле ст. 307 УК. Причем в подобных случаях отсутствует не только общественная опасность, но и формальная противоправность, ибо вообще нет посягательства на интересы правосудия. О применении ч. 2 ст. 14 УК можно говорить в другой ситуации — когда свидетель дал в основном правдивые показания об основных обстоятельствах происшествия, но сказал неправду по поводу его деталей, которые не оказали существенное влияние на выводы по делу.

Ложные показания потерпевшего обладают теми же объективными признаками, что и показания свидетеля. Однако потерпевший, помимо обязанности давать правдивые показания, в силу ст. 42 УПК наделен определенными правами (заявлять ходатайства, приносить жалобы, поддерживать обвинение и т. д.). Соображения, выводы и предложения, изложенные при этом потерпевшим, даже заведомо неправильные, не являются показаниями, поэтому за их высказывание ответственность по ст. 307 наступать не может. Кроме того, ответственность потерпевшего обладает некоторыми особенностями в связи с его заинтересованностью в исходе дела. Решение этого вопроса тесно связано с признаками субъекта и будет изложено при анализе этого признака.

Весьма спорным является вопрос о том, обязательно ли ложные показания представляют собой действие или же могут быть осуществлены также путем бездействия, т. е. когда свидетель или потерпевший умалчивают об известных им существенных обстоятельствах дела. Поскольку умолчание может быть способом отказа от дачи показаний (ст. 308 УК), то данный вопрос целесообразно рассмотреть дальше, при изложении признаков отказа и его отграничения от дачи ложных показаний55.

По гражданским делам доказыванию подлежат любые фактические данные, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, и иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

В соответствии с правилами процедуры (ст. 164, 278 УПК) свидетель и потерпевший перед допросом предупреждаются об ответственности за дачу ложных показаний, о чем дают подписку. Будет ли наступать уголовная ответственность по ст. 307 УК при отсутствии такого предупреждения? В литературе на этот вопрос даны противоположные ответы: некоторые авторы считают, что ответственность не исключается, поскольку показания не теряют своей доказательственной силы56; другие — что в подобных случаях ответственность не может наступать57.

Более правильной представляется первая точка зрения. Предупреждение об ответственности имеет важное информационное и профилактическое значение, но не более — опасность ложных показаний очевидна и общеизвестна независимо от того, было ли сделано предупреждение. Да и в диспозиции ст. 307 УК нет прямого указания на предупреждение как на условие уголовной ответственности. Предложения такого рода вносились58, но пока они в законодательстве не реализованы.

В ряде стран для обеспечения истинности показаний свидетелей их приводят к присяге. Присяга существовала в дореволюционной России (ст. 263 Устава уголовного судопроизводства), обсуждаются предложения о введении присяги (клятвы) и в настоящее время. Они не лишены оснований, но пока действующим законодательством присяга предусмотрена только при производстве в Конституционном Суде РФ.

Дискуссии развернулись вокруг момента окончания дачи ложных показаний. Все авторы считают, что этот состав формальный, т. е. преступление окончено в момент дачи показаний независимо от дальнейших последствий (вынесения неправильного решения по делу). Споры же касаются того, когда саму дачу показаний следует считать оконченной, причем вопрос рассматривается отдельно относительно показаний во время расследования и при рассмотрении дела в суде. От правильного его решения зависят выводы о возможности добровольного отказа либо деятельного раскаяния.

Относительно стадии расследования разногласий нет - преступление считается оконченным, когда показания свидетеля или потерпевшего занесены в протокол и удостоверены его подписью59. Этот в целом правильный вывод необходимо все же уточнить с учетом реальной ситуации, в которой происходят допросы. Допрос - это процесс, иногда весьма длительная беседа, которая ведется в устном виде, начинается с рассказа допрашиваемого, а затем допрашивающий задает вопросы. При этом допрашиваемый может изменять показания (ложные на истинные или наоборот, либо одни ложные на другие, тоже ложные) по личной инициативе или под влиянием допрашивающего, в том числе в результате предъявленных ему доказательств, что характерно, например, для проведения очной ставки. Показания могут записываться с использованием аудиотехники. Но изменение показаний в процессе допроса, пока протокол не подписан, даже если признать, что они формально содержат признаки оконченного преступления, все же не могут служить основанием для возбуждения уголовного дела о лжесвидетельстве — для этого необходимо, чтобы ложные сведения были занесены в протокол60. Строго говоря, фактическую дачу ложных показаний до занесения их в протокол можно было бы считать покушением, но вряд ли эту идею можно реализовать, ибо изменение ложных показаний на правдивые в процессе допроса практически влечет освобождение от уголовной ответственности на основании примечания к ст. 307 УК.

Момент окончания ложных показаний, данных в судебном заседании, в литературе определяется по-разному: это либо сам факт дачи ложных показаний61, либо окончание допроса62, либо окончание судебного следствия63, либо занесение показании в протокол судебного заседания.

По нашему мнению, дачу ложных показаний в судебном заседании следует считать оконченной, когда эти показания фактически изложены перед судом, восприняты судьями как доказательства и подлежат оценке наряду с другими доказательствами Подтверждением такого вывода может служить правовая оценка последующего заявления свидетеля о том, что данные им ранее показания были ложными, т е является ли это заявление добровольным отказом, который происходит до окончания преступления и всегда на основании ст. 31 УК служит основанием освобождения от ответственности, или же деятельным раскаянием, которое, по общему правилу, является смягчающим обстоятельством и только при наличии специального указания в законе освобождает от уголовной ответственности. Такое указание содержится в примечании к ст. 307 УК, в соответствии с которым свидетель, потерпевший, эксперт, специалист или переводчик освобождаются от уголовной ответственности, если они добровольно до вынесения приговора или решения суда заявили о ложности данных ими показаний. Подробный анализ этого примечания приводится ниже, однако очевидно, что в нем речь идет не о добровольном отказе, а о деятельном раскаянии, которое может иметь место только после окончания преступления, и, следовательно, само преступление должно считаться оконченным в момент дачи в суде ложных показаний, заключения или перевода.

В литературе внесено несколько предложений по совершенствованию ст. 307 УК НС Косякова считает, что, во-первых, дачу заведомо ложного заключения и заведомо неправильный перевод необходимо выделить из ст. 307 УК в отдельную норму, так как они имеют разную степень общественной опасности по сравнению с дачей ложных показаний свидетелями или потерпевшими и их значимость для разрешения уголовных дел по существу различна, во-вторых, нельзя уравнивать ответственность за дачу ложных показаний при рассмотрении гражданских и уголовных дел, когда на основе ложных показаний человека могут лишить свободы и даже жизни, поэтому целесообразнее было бы установить за ложные показания по гражданским делам административную ответственность (немедленную и решительную, с огромным штрафом)64.

С первым из приведенных предложений можно согласиться, но второе вряд ли верно. Рассмотрение гражданских дел — вид правосудия, особенно важным оно становится в условиях рыночной экономики, когда предметом спора становятся многомиллионные суммы, от решения суда нередко зависят судьба крупных организаций и отсюда многих граждан. Поэтому лжесвидетельство по гражданским делам не

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: