Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Защита права собственности

Защита права собственности

нарушителю гражданских прав и обязанностей непосредственно управомоченным лицом как стороной в гражданском правоотношении, без обращения за защитой права к компетентным государственным органам88. В отличие от мер самозащиты гражданских прав меры оперативного воздействия, несмотря на то, что они применяются самим управомоченным лицом без обращения к государственным органам, носят юридический, а не фактический характер, т.е. всегда влекут соответствующее изменение прав и обязанностей, прежде всего для правонарушителя (например, прекращение права на оплату товара при обнаружении его недоброкачественности или появление обязанности устранить за свой счет дефекты в поставленном оборудовании и т.д.)89.

Меры оперативного воздействия следует включать в неюрисдикционную форму защиты права, поскольку они обладают следующими признаками, позволяющими считать их весьма эффективными средствами защиты права в целом и права собственности в частности. Во-первых, меры оперативного воздействия применяются управомоченным лицом лишь тогда, когда обязанная сторона допустила те или иные нарушения, что с учетом ранее принятого нами определения права на защиту собственности свидетельствует об их правоохранительном характере. Другая особенность мер оперативного воздействия состоит в том, что их применение носит односторонний характер, управомоченное лицо не обращается к компетентным государственным органам для защиты своего права. Однако в литературе названы условия применения мер оперативного воздействия: во-первых, они могут применяться управомоченным лицом к нарушителю только в тех случаях, когда они прямо предусмотрены законом или соглашением сторон, и, во-вторых, их применение не устраняет возможности обязанного лица оспорить правильность их применения в суде или арбитражном суде90. Поскольку в отношении защиты права собственности гражданским законодательством (в частности, гл. 20 ГК РФ) случаев применения мер оперативного воздействия не установлено, а соглашения между собственником и иными лицами переводят их отношения в сферу обязательственных отношений, мы полагаем, что применение мер оперативного воздействия для защиты права собственности невозможно.

Полагаем, что это отнюдь не является достоинством современного правового регулирования, поскольку эффективность мер оперативного воздействия не вызывает сомнений, так как их применение влечет за собой невыгодные последствия для обязанного лица, которые могут быть отменены при устранении допущенных нарушений, то есть основным положительным моментом их применения является ярко выраженный превентивный эффект.

С теоретических позиций применение мер оперативного воздействия может быть легализовано гражданским законодательством, если в ГК РФ будут закреплены меры возможного поведения собственника. С позиций юридического моделирования можно предложить законодателю закрепить в соответствующих статьях Кодекса, посвященных судебной защите права собственности путем негаторного иска, возможностей собственника самостоятельно своими действиями устранить нарушения права собственности за свой счет с отнесением произведенных затрат на нарушителя.

При этом такой порядок, на наш взгляд, не должен применяться при нахождении имущества в чужом незаконном владении, поскольку при изъятии собственником имущества у "несобственника" может возникнуть спор о праве, который должен быть разрешен исключительно судебными органами. Иной порядок защиты владения может привести к злоупотреблениям как собственников, так и "несобственников", то есть создаст условия для совершения гражданских правонарушений, что при современном уровне правосознания недопустимо.

Второй возможностью применения неюрисдикционной формы является самозащита гражданских прав. В качестве самостоятельного способа защиты права самозащита была введена в отечественное законодательство ГК РФ 1994 г., однако легальная дефиниция данного понятия отсутствует. Более того, самозащита включена в перечень универсальных способов защиты гражданских прав (ст. 13 ГК РФ), в то время как, по сути, она является не способом, а формой защиты права91. Очевидно, поэтому в ст. 14 ГК РФ речь идет не о самозащите как о способе защиты права, а о "способах самозащиты".

Несмотря на то что в законодательстве сам термин "самозащита" появился совсем недавно, доктрина гражданского права использовала это понятие и ранее. В частности, действия лица, совершаемые в состоянии необходимой обороны или крайней необходимости, рассматривались как способы самозащиты гражданских прав, т.е. как действия правомерные, направленные на пресечение правонарушения и восстановление нарушенного права.

Понятие "самозащита" существует в широком и узком смыслах слова. В широком смысле - это любые действия лица, обладающего субъективным правом, связанные с защитой данного права от нарушения (включая подачу иска, жалобы, самостоятельную защиту гражданских прав в суде без помощи адвоката и т.п.). В узком, гражданско-правовом, смысле - это действия лица, направленные на пресечение нарушения и ликвидацию его последствий92.

Существует несколько точек зрения в отношении данной правовой категории. В рамках первого подхода под самозащитой понимаются действия, направленные на защиту от нарушения своих гражданских прав только во внедоговорных отношениях. В частности, этого мнения придерживался В.П. Грибанов93, аналогичны представления В.П. Рясенцева94.

Вторая точка зрения ограничивает сферу применения самозащиты договорными отношениями95.

Третий подход объединяет мнения представителей первой и второй точек зрения. Согласно ему самозащита представляет собой действия, направленные на защиту от нарушения гражданских прав как во внедоговорных, так и в договорных отношениях. Таковы представления о самозащите М.И. Брагинского96, А.П. Сергеева97.

Вторым дискуссионным вопросом является проблема характера действий, являющихся способами самозащиты. Так, В.П. Грибанов под самозащитой понимал "совершение управомоченным лицом дозволенных законом действий фактического порядка, направленных на охрану его личных или имущественных прав и интересов"98.

Согласно другой точке зрения самозащитой являются не только фактические действия управомоченного лица по защите прав, но и всякие допускаемые законом односторонние действия заинтересованного лица в целях обеспечения неприкосновенности права, т.е. и действия юридического характера99. Но при таком толковании понятие самозащиты охватывает также меры оперативного воздействия, которые, как было указано ранее, имеют юридический характер.

Полагаем, что следует разграничивать эти две разновидности неюрисдикционной формы защиты права. Их объединяет лишь одно - участники гражданских правоотношений могут защитить свои права без обращения к органам государственной власти, однако различия между ними существенны. При применении мер оперативного воздействия в отличие от самозащиты круг действий управомоченного лица ограничен нормами закона либо соглашением, более того, такого рода действия направлены на ущемление имущественной сферы нарушителя, что разрешается в данном случае законодательством. Самозащиту же составляют лишь действия фактического характера.

Проблема дефиниции понятия "самозащита" теснейшим образом связана с определением права на защиту, а в частности, с моментом возникновения данного права.

Если придерживаться мнения, что "защита гражданских прав является самостоятельным субъективным правом, пронизывающим все сферы гражданского права", "но реализуется оно лишь при наличии такого факта, как нарушение"100, то путем фактических действий, направленных на защиту права собственности, управомоченное лицо может осуществить указанное правомочие, предоставленное ему в рамках субъективного права.

Согласно другому представлению право на защиту "в качестве реальной правовой возможности появляется у обладателя регулятивного гражданского права лишь в момент нарушения или оспаривания последнего и реализуется в рамках возникающего при этом охранительного гражданского правоотношения"101, следовательно, меры самозащиты, применяемые собственником, превращаются в таких случаях в меры охраны в широком смысле этого слова.

Очевидно, что различие между приведенными точками зрения существенно. Если придерживаться первой, следует признать, что право на защиту (а соответственно и на самозащиту) существует и до нарушения субъективного гражданского права (в отношении самозащиты права собственности это может быть, например, установка запоров, замков, охранной сигнализации и т.п.). Если принять за точку отсчета другую, то способы самозащиты перестают быть таковыми и становятся мерами охраны права собственности.

Для формулирования теоретических выводов рассмотрим небольшую практическую ситуацию: собственник квартиры установил охранную сигнализацию. Являются ли его действия самозащитой?

Если считать, что право на защиту как элемент субъективного права собственности возникает с момента возникновения права собственности, то действия владельца участка будут являться самозащитой. Однако если придерживаться точки зрения, что право на защиту собственности возникает только тогда, когда право собственности было нарушено, то данные действия нельзя называть защитой права. В данном случае это превентивные меры, направленные на предупреждение нарушения права частной собственности, т.е. с юридической точки зрения это меры охраны, а не защиты. Самозащита права собственности будет иметь место, когда будет совершено нарушение права собственности и посягающему действиями вневедомственной охраны будет причинен вред, однако это уже сфера действия другой отрасли права - уголовного.

Возвратимся к позиции законодателя. Не давая определения понятию самозащиты, ГК РФ содержит лишь требования к способам самозащиты (ст. 14). Во-первых, эти способы должны быть соразмерны нарушению и, во-вторых, они не должны выходить за пределы действий, необходимых для его пресечения.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем совместном Постановлении № 6/8 от 1 июля 1996 г. указал, что "при разрешении споров, возникших в связи с защитой принадлежащих гражданам или юридическим лицам гражданских прав путем самозащиты (ст. 12 и 14 ГК РФ), следует учитывать, что самозащита не может быть признана правомерной, если она явно не соответствует способу и характеру нарушения и причиненный (возможный) вред является более значительным, чем предотвращенный"102.

Итак, неюрисдикционной формой защиты права собственности охватываются действия граждан и организаций по защите гражданских прав и охраняемых законом интересов, которые осуществляются ими самостоятельно, без обращения за помощью к компетентным государственным органам. При неюрисдикционной форме может использоваться применение мер оперативного воздействия и самозащита. Полагаем, что применение мер оперативного воздействия может быть легализовано гражданским законодательством, если в ГК РФ будут закреплены меры возможного поведения собственника при нарушении его права. Помимо этого, ГК РФ должен закреплять все возможные способы самозащиты права собственности, поскольку согласно ст. 12 ГК РФ право собственности можно защищать только способами, установленными законом.

Глава III. Виды исков о защите права собственности


3.1 Виндикационный иск


В силу сформировавшейся цивилистической традиции защита права собственности на объекты недвижимого имущества прежде всего ассоциируется с судебными способами: предъявлением виндикационного (против лишения собственника владения) или негаторного иска (против иных посягательств на право собственника на вещь)103. Сущность данных исков не претерпела радикальных изменений со времен кодификации Юстиниана, по этой причине небезынтересным будет совместное рассмотрение современного отечественного регулирования и его римского протографа.

В первом случае нарушенное право защищается при помощи иска об истребовании вещи из чуждого владения. Данный иск известен римскому праву с ранних времен, когда он сформировался в рамках сакрального производства (legis actio sacramenti in rem)104, затем приобрел форму спонсии, чтобы окончательно утвердиться в традиционной для нас виндикации как петиторном (основанном на праве лица) иске. Следует сразу заметить, что классическое и постклассическое право не предполагало ограничений виндикации, обращая ее не только ко всякому, qui tenet et restituendi facultatem, но даже и к тем, кто уже произвел отчуждение либо, не владея, заявил о владении105.

Отечественный законодатель провозглашает, что собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения. Однако современный оборот не мог бы существовать при неограниченной виндикации, так что законодатель устанавливает случаи ее невозможности. В связи с данной формулировкой надлежит определить, что же означает в данном контексте определение "незаконное" владение. Представляется, что незаконное владение в смысле ст. 301 ГК РФ означает не собственно "не основанное на законе или ином титуле", а скорее "беститульное владение, при котором закон не предоставляет владельцу защиты от истребования". Иное приводит нас к внутренне противоречивой фигуре незаконного добросовестного владельца106, у которого в соответствии с законом по общему правилу имущество изъято быть не может.

Для того чтобы установить возможность истребования собственником его имущества от владельца, необходимо рассмотреть вопрос о владении вообще. Существенным отличием владения как от обязательственных, так и от вещных прав является то, что оно представляет собой фактическое состояние, тем не менее имеющее юридическое значение. Как наиболее юридически примитивное отношение лица к вещи владение можно рассматривать как исторически первичное по отношению к иным имущественным правам, прежде всего к собственности. Однако впоследствии владение не вытесняется собственностью, но существует наравне с ней. К сожалению, в объеме данной работы нет возможности для анализа всех точек зрения на владение и анализа его правовой сущности. Обратим лишь внимание, что для владения как протоюридического феномена важно совпадение объективного физического господства и субъективного намерения - воли осуществлять это господство сейчас и в дальнейшем. Представляется, что именно наличие второго элемента давало посессору интердиктную защиту от любого насильственного захвата имущества.

Право собственности на жилой дом, другое строение, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законном, может быть признано судом в силу п. 3 ст. 222 ГК РФ лишь при условии, что данный участок будет в установленном порядке предоставлен этому лицу под возведенную постройку.

Решением мирового судьи судебного участка N 46 г. Самары удовлетворен иск Л. о признании права собственности на реконструированный жилой дом и сделанный к нему пристрой.

Советский районный суд решение отменил, указав следующее.

В соответствии с п. 34 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.1996 "О некоторых вопросах, связанных с применением части 1 ГК РФ" право собственности на жилой дом, другое строение, созданное на земельном участке, не отведенном для этих целей в порядке, установленном законом может быть признано судом в силу п. 3 ст. 222 ГК РФ лишь при условии, что данный участок будет в установленном порядке предоставлен этому лицу под возведенную постройку.

При разрешении таких споров должны быть представлены доказательства, свидетельствующие о предоставлении в установленном порядке земельного участка, на котором расположена самовольная постройка.

Между тем, Л. не имеет документов на земельный участок и с заявлением о предоставлении ему участка в комитет по управлению имуществом не обращался.

В связи с этим решение мирового судьи о признании за Л. права собственности на пристрой является незаконным и подлежит отмене107.

Однако анализ положения владельца-несобственника весьма важен для стабильного имущественного оборота. Как уже отмечалось, не следует смешивать владение как чистое фактическое держание вещи и титульное владение несобственников. Речь идет об арендаторах, держателях личных сервитутов, ретенторах и иных владельцах, основывающих свое владение на законе или соглашении, и соответственно защищаемых исками из договоров, а также наравне с собственником вещными исками (ст. 305 ГК РФ).

Итак, более всего применительно к владению помещениями в многоквартирных домах нас интересует фигура добросовестного владельца, который в данном контексте является добросовестным приобретателем. Статья 302 ГК РФ определяет добросовестного приобретателя как лицо, которое не знало и не могло знать о неуправомоченности отчуждателя. Кроме того, отчуждено имущество должно быть возмездно, поскольку безвозмездное начало для оборота нехарактерно и в любом случае влекло бы кондиционные последствия.

В соответствии с известным решением Конституционного Суда те владельцы, что проявили добрую волю, разумную осмотрительность и осторожность при приобретении имущества, полагая, что приобретают имущество в собственность, не могут быть его лишены, иначе как если оно выбыло из владения собственника помимо его воли108. Представляется, здесь мы имеем дело с особым случаем приобретения права собственности, отличным от приобретательной давности.

Таким образом, в случаях, когда виндикация ограничена, собственник может обратить свое требование лишь к лицу, которому вещь была вверена и который в отсутствие надлежащих полномочий произвел неправомочное отчуждение. Такое же требование остается у собственника при юридической гибели вещи (например, сносе дома или изъятии участка для публичных нужд)109. Соответственно, это будет общее требование о возмещении причиненного имущественного вреда, предусмотренное ст. 15 ГК РФ. Учитывая стоимость квартир и иной недвижимости, можно предположить, что у отчуждателя уже не будет такой суммы, да и иного подлежащего реализации имущества. Для случаев, когда собственник жилого помещения не вправе его истребовать от добросовестного приобретателя и не может взыскать в течение года присужденное возмещение вреда, законодатель предусматривает право на разовую компенсацию в сумме не более миллиона рублей за счет казны Российской Федерации.

Виндикация может быть сопряжена и с кондикционными требованиями (ст. 303 и п. 2 ст. 1103 ГК РФ): с недобросовестного владельца - за все время владения, с добросовестного, но не защищенного ст. 302, - с того времени, когда тот узнал (должен был узнать) о неправомерности владения. При этом лицо должно возвратить не только полученные доходы, но и те доходы, которые оно должно было извлечь за время неправомерного удержания вещи: например, размер такого дохода можно считать за размер арендной платы за аналогичное помещение в таком доме. При истребовании держатели могут потребовать от собственника возмещения понесенных необходимых затрат на содержание помещения (текущий ремонт, плата за содержание общего имущества и коммунальные услуги), а добросовестный владелец - и возмещения произведенных улучшений в размере увеличения стоимости имущества.


3.2 Негаторный иск


Наряду с виндикационным классическим вещным иском является иск негаторный, сформировавшийся в древнем праве как защита собственника от недобросовестного установления сервитута, а затем включенный в ставшую универсальной формулу110. Следует помнить, что, несмотря на то что негаторный иск - это иск владеющего собственника, он является иском петиторным и требует доказательства собственником своего права111 (но не его полноты), а также нарушения такого права ответчиком, последний же может доказывать свои права на имущество собственника. При этом, как указывает профессор Краснокутский, в требование истца могли входить и гарантии от нарушений в будущем112.

В настоящее время негаторный иск (ст. 304 ГК РФ) является универсальным иском против всех не связанных с лишением владения нарушений частными лицами прав собственника113. Исходя из общих положений ГК РФ, собственник может требовать не только пресечения действий, нарушающих его право, и восстановления положения, существовавшего до такого нарушения, но и обращать свои притязания к лицам, создающим реальную угрозу его нарушения в будущем.

Добросовестный приобретатель собственности согласно ст. 304 ГК РФ может требовать устранения всяких нарушений его права на эту собственность.

Решением Промышленного районного суда Щ. отказано в удовлетворении жалобы на неправомерные действия должностных лиц МРЭО ОГИБДД УВД г. Самары по отказу в регистрации автомобиля.

Судебная коллегия по гражданским делам решение суда отменила, указав следующее.

Отказывая Щ. в удовлетворении жалобы, суд сослался на то, что в ходе проверки Промышленным РУВД г. Самары установлено, что ПТС 63ЕВ779377 является поддельным, и в соответствии с Правилами регистрации автотранспортных средств и прицепов к ним, заявителю обоснованно отказано в регистрации транспортного средства, а его доводы о том, что отказом в регистрации нарушены его права собственника не могут быть приняты во внимание при разрешении данной жалобы, так как он не лишен возможности обратиться в суд за защитой своего права собственности в исковом порядке.

Между тем, из материалов дела видно, что Щ. приобрел автомобиль через комиссионный магазин - ЗАО "Автоком" и является добросовестным приобретателем и не имеет никакого отношения к подделке документов.

По данным АИПС ИЦ УВД, данная автомашина и ее номерные агрегаты в розыске не значатся. Договор купли-продажи автомашины не признан недействительным, и таким образом, в силу п. 2 ст. 218 ГК РФ право собственности у Щ. возникло по основаниям, предусмотренным законом.

Согласно ст. 304 ГК РФ собственник может требовать устранения всяких нарушений его права.

При наличии таких обстоятельств решение суда нельзя признать законным и обоснованным114.

Следует при этом помнить, что негаторный иск не может быть предъявлен к сособственнику имущества при недостижении соглашения относительно пользования общим имуществом115. Однако устранение нарушений прав собственника истца является требованием негативным и не должно возлагать на ответчика позитивных обязанностей относительно способствования истцу в осуществлении его прав116.


3.3 Иные иски


Юридическая природа исков о признании права собственности оценивается спорна: является ли этот иск самостоятельным вещно-правовым требованием либо требование о признании права собственности следует рассматривать в качестве одного из притязаний в составе виндикационного или негаторного исков. Законодатель определил нормативно только два первых способа защиты права собственности - истребование имущества из чужого незаконного владения (ст. ст. 301 - 303 ГК) и защита прав собственника от нарушений, не связанных с лишением владения (ст. 304 ГК). Глава 20 ГК «Защита права собственности и других вещных прав» не содержит даже упоминания о третьем способе защиты права собственности. Между тем он широко используется на практике.

Наиболее приемлема, думается позиция Сергеева А.П. и Толстого Ю.К., согласно которой помимо виндикационного и негаторного исков право собственности может защищаться с помощью ещё одного вещно-правового средства – иска о признании права собственности.117

Иски о признании права собственности весьма часты в судебно-арбитражной практике, но большинство их них носит обязательственно-правовой характер, ибо вытекают из относительных правоотношений сторон.

Иски о признании права собственности направлены на устранение препятствий к осуществлению собственником (или титульным владельцем) своего права и исключение притязаний на принадлежащее собственнику имущество посредством подтверждения в судебном порядке факта принадлежности ему спорного имущества на праве собственности либо ином ограниченном вещном праве.

Подобным иском может быть, например, требование владельца строения о признании за ним права собственности, обращенное к органу местной администрации, который отказывается выдать правоустанавливающие документы ввиду того, что они не сохранились или не были своевременно оформлены. Не признавая самостоятельности рассматриваемого иска, отличного от виндикационного и негаторного требований, невозможно юридически квалифицировать притязания собственников в целом ряде конкретных случаев.

Решением Автозаводского районного суда г. Тольятти от 15.06.2005 иск Б. удовлетворен, за ней признано право собственности на нежилое помещение - двухэтажное здание, состоящее из комнат NN 66 - 101 и NN 1 - 5 общей площадью 612 кв. м, находящееся по адресу: г. Тольятти, Автозаводский район, Московский проспект, 8г.

В кассационном порядке дело не рассматривалось.

Президиум Самарского областного суда решение отменил, указав следующее.

Б. обратилась в суд с иском к ЗАО "Лада-Восход-Плюс" о признании права собственности на строение - двухэтажное здание общей площадью 612 кв. м по адресу: г. Тольятти, Московский проспект, 8г, ссылаясь на то, что это здание ею было приобретено у ЗАО "Лада-Восход-Плюс" за 336 000 руб. по договору купли-продажи от 16.12.2004. В соответствии со ст. ст. 219, 223 ГК РФ для возникновения права собственности необходима его регистрация.

Удовлетворяя иск, суд принял признание иска ответчиком, указав, что оно не противоречит закону и не нарушает права и интересы других лиц.

При этом мотивировочная часть решения изложена по правилам ч. 4 ст. 198 ГПК РФ - "в случае признания иска ответчиком в мотивировочной части решения суда может быть указано только на признание иска и принятие его судом", т.е. без изложения обстоятельств дела, доказательств и оценки доказательств.

Кроме того, как следует из решения, при рассмотрении дела суд руководствовался ст. 218 и ст. 219 ГК РФ.

Между тем, применяя ст. 218 ГК РФ, суд не выяснил, какое из оснований, перечисленных в ст. 218 ГК РФ (изготовление новой вещи, сделка и т.д.), свидетельствует о приобретении истицей права собственности на спорное здание. Если это договор купли-продажи, на который ссылается истица в иске, то применять ст. 219 ГК РФ, регулирующую приобретение права собственности на вновь создаваемое недвижимое имущество у суда оснований не имелось.

Из материалов дела следует, что тольяттинским предприятием "Инвентаризатор" зарегистрировано временное строение по Московскому проспекту, 8д за производственным кооперативом "Восход", в связи с чем кооперативу 26.12.1997 выдано регистрационное удостоверение временного строения. По данным акта технической инвентаризации от 18.05.2005, произошло изменение строения в площади за счет сноса и возведения новых пристроев и здание стало состоять из бывших строений и вновь созданных площадью 612 кв. м.

Таким образом, из материалов дела усматривается, что было зарегистрировано временное строение, а не строение, которое было продано истице и право собственности на которое признано судом118.

Однако в нарушение ст. 56 ГПК РФ судом не дана правовая оценка договору купли-продажи, по которому истица приобрела нежилые помещения, не выяснено, могло ли спорное строение быть предметом сделки при отсутствии доказательств того, что право собственности на него за продавцом - ЗАО "Лада-Восход-Плюс" - не зарегистрировано.

Суд руководствовался ст. 219 ГК РФ, но при этом не выяснил обстоятельства, позволяющие применить данную норму. В частности, не выяснено, является ли строение вновь созданным, был ли истице в установленном законом порядке выделен земельный участок, получена ли ею разрешительная документация на его возведение и т.п.

Принимая признание иска ответчиком, суд в нарушение ст. 39 ГПК РФ не выяснил, не противоречит ли закону и не нарушает ли права и законные интересы других лиц признание иска ответчиком.

В связи с этим заслуживают внимания и нуждаются в проверке доводы надзорной жалобы мэрии городского округа Тольятти, о том, что решением суда затронуты права и интересы муниципального образования г. Тольятти, на земельном участке которого расположено спорное строение. К участию в деле мэрия как орган, уполномоченный действующим законодательством на распоряжение земельными участками в пределах черты городского округа Тольятти и осуществление контроля за градостроительной деятельностью на землях муниципального образования, не привлечена.

Нуждаются в проверке и доводы о том, что спорное строение является самовольной постройкой, поскольку в материалах дела имеются сведения только о предоставлении земельного участка в аренду для эксплуатации объектов временного использования, но не для строительства спорного объекта.

Кроме того, из материалов дела следует, что ответчик, являясь продавцом спорного строения, не оспаривал право собственности на него за Б. Однако судья выяснил причину обращения истицы в суд при фактическом отсутствии спора между сторонами. Обращение истицы в суд с настоящим иском в целях государственной регистрации ее права собственности на спорное строение не может свидетельствовать о наличии у нее спора с продавцом - ЗАО "Лада-Восход-Плюс".

Решение Автозаводского районного суда г. Тольятти отменено, дело направлено на новое рассмотрение в тот же суд.

Поскольку ГК не признает самостоятельности подобного иска, отличного от виндикационного и негаторного требований, в ряде случаев затрудняется юридическая квалификация притязаний собственников. Например, в судебной практике встречаются дела, когда граждане, требуя освободить имущество от ареста, доказывают свое право собственности, но не добиваются его возврата, так как имущество находится во владении контрагента на законном основании. Такие требования с точки зрения их юридической природы можно квалифицировать лишь как иски о признании права собственности.

Подобный иск можно определить как внедоговорное требование собственника имущества о констатации перед третьими лицами факта принадлежности истцу права собственности на спорное имущество, не соединенное с конкретными требованиями о возврате имущества или устранении иных препятствий, не связанных с лишением владения.

Требование о признании права собственности предъявляется в суд общей юрисдикции либо арбитражный в соответствии с правилами подведомственности согласно общим нормам, установленным процессуальным законодательством. 119

Иск о признании права собственности может быть предъявлен собственником индивидуально-определенной вещи, как владеющем, так и не владеющем ею. Правом на этот иск обладает и титульный владелец имущества (субъект права хозяйственного ведения или права оперативного управления).

Ответчиком выступает третье лицо, как заявляющее о своих правах на вещь, так и не предъявляющее таких прав, но не признающее за истцом вещного права на имущество.

Предмет иска – только констатация факта принадлежности истцу права собственности, иного вещного права на имущество, но не выполнение ответчиком каких-либо конкретных обязанностей.

Основанием иска являются обстоятельства, подтверждающие наличие у истца права собственности или иного права на имущество. Правовой основой данного иска является ст.12 ГК РФ, предусматривающая такой способ защиты гражданских прав, как их признание.

Подтверждение в суде права собственности или иного вещного права на имущество, составляющее предмет спора, осуществляется посредством опровержения в суде установленных фактов (например, факта безвестного отсутствия, факта объявления лица умершим и т.д.).

Так как иски о признании права собственности, не связаны с конкретными нарушениями правомочий собственника и диктуются продолжающимся незаконным поведением третьего лица, на них, как и на негаторные иски, не распространяется действие исковой давности.

Значительную долю в группе исков о признании права собственности составляют иски об освобождении имущества (об исключении имущества из описи). Они отличаются от иных исков в этой группе тем, что кроме требования подтвердить в суде право собственности на вещь (иное вещное право), составляющую предмет спора, рассматриваемый иск содержит требование исключить спорную вещь из описи, следствием которой явилось фактическое либо юридическое изъятие вещи и лишение собственником права владеть, пользоваться, распоряжаться ею либо

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: