Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ

Анализ теоретических и практических проблем уголовной ответственности за мошенничество по УК РФ

своих вещей), а тайное хищение, то есть кража (ст. 158 УК РФ). Иной будет квалификация, когда слепому на подпись под видом одного документа дается другой, предоставляющий виновному право на имущество потерпевшего или иные выгоды имущественного характера. Такие действия являются мошенническим обманом, ибо потерпевший введен в заблуждение относительно содержания документа. Точно также следует считать обманом (который сочетается со злоупотреблением доверием) аналогичные действия в отношении совершеннолетнего и полностью дееспособного лица, которое подписывает документ, не читая (вследствие неопытности, невнимательности, доверчивости и т.д.). Обманом является также выдача расписки, содержание которой не соответствует действительности, в расчете на невнимательность лица передающего имущество.

От указанных случаев следует отличать злоупотребление бланковой подписью, когда потерпевший доверяет внести виновному необходимые реквизиты в заранее подписанный документ имущественного характера. Такие действия будут злоупотреблением доверием, если сама выдача бланковой подписи не связана с лживыми обещаниями или иным обманом со стороны виновного.

При мошенническом злоупотреблении доверием, как и при обмане, потерпевший сам по своей воле передает имущество или право на имущество, а виновный обращает это имущество в свою пользу или в пользу третьих лиц либо присваивает указанное право. Так, например, Д., находясь в подъезде, с целью хищения чужого имущества под ложным предлогом позвонить, попросил у К. сотовый телефон. К., находясь в неведении относительно намерений Д., передал сотовый телефон. Д., желая ввести К. в заблуждение, сообщил, что позвонит по телефону с улицы. Осознавая, что преступный характер его действий потерпевшим и находившимся рядом С. не замечен, он вышел из подъезда, после чего с телефоном скрылся92. Аналогично И. с целью хищения чужого имущества под предлогом позвонить попросила у У. сотовый телефон «Samsung А-800», последняя передала ей сотовый телефон, не догадываясь о преступных намерениях И., которая, завладев сотовым телефоном, вышла из кабинета школы, где они находились, и скрылась93.

Таким образом, можно сделать следующий вывод: особенность мошенничества заключается в том, что потерпевший, будучи введен в заблуждение, как бы добровольно передает свое имущество или переуступает свои имущественные права, принимает на себя определенные имущественные обязательства. Здесь нет ни тайного, ни открытого насильственного или ненасильственного похищения, отсутствует изъятие имущества, а имеет место как бы добровольная передача имущества, прав на имущество или имущественных выгод в силу обмана или злоупотребления доверием. Потерпевший, введенный путем обмана в заблуждение, побуждается к деятельности, определяемой преступником.

В заключении следует отметить, что злоупотребление доверием сравнительно редко играет роль самостоятельного способа мошенничества не только потому, что оно обычно сочетается с обманом. Так как многие имущественные посягательства, совершенные путем злоупотребления доверием, квалифицируются по другим статьям УК РФ.


§3. Иные признаки мошенничества


Состав любого преступления образуют четыре элемента: объект, объективная сторона, субъект, субъективная сторона, которые в свою очередь характеризуются соответствующими признаками. Первый элемент состава – объект и его обязательные признаки: общественные отношения, охраняемые уголовным правом, и предмет мы рассмотрели в §2 первой главы настоящей работы.

Объективная сторона мошенничества складывается из четырех основных признаков: общественно опасного действия (бездействия); последствий преступления (преступного результата); причинной связи между этим действием (бездействием) и наступившим результатом; способов: обман или злоупотребление доверием. Общественно опасное действие при мошенничестве заключается в хищении чужого имущества или приобретении прав на таковое путем обмана или злоупотребления доверием. Его содержание и признаки мы раскрыли в § 3 первой главы, а способы - соответственно в §§1 и 2 настоящей главы.

Необходимо рассмотреть два оставшихся признака: преступный результат и причинную связь. Как уже отмечалось, обязательным признаком объективной стороны мошенничества является наступление преступного результата, так как оно относится к преступлениям с "материальным" составом. В уголовно - правовой норме о мошенничестве, характер вредных последствий не конкретизируется. В общей форме можно считать, что преступным результатом мошеннических действий вляется либо завладение чужим имуществом, либо противоправное приобретение права на чужое имущество.

Завладение имуществом является типичным результатом любой формы хищения, в том числе хищения совершенного путем мошенничества. Оно сопряжено с причинением материального ущерба потерпевшему и одновременно с неправомерным увеличением имущества, находящегося в сфере распоряжения виновного. Таким образом, завладение понимается как преступный результат, включающий в себя причинение имущественного ущерба, но к нему не сводится. Иногда вредные последствия мошенничества (и других форм хищения) характеризуется как обогащение виновного или других лиц, извлечение или материальной выгоды, прибыли. По нашему мнению, термин "обогащение" неудачен, так как создается представление о крупной наживе, непомерно большой выгоде, что не является обязательным признаком хищения. Что касается имущественной выгоды вообще, то ее следует понимать шире, чем получение прибыли. Преступник может передать имущество потерпевшего (или обманом добиться, что потерпевший передаст его) какому - то третьему лицу, не получая от последнего ничего взамен. Но такая передача представляет собой противоправное увеличение имущества, находящегося в сфере распоряжения виновного. В этом и состоит извлечение имущественной выгоды.

Для привлечения виновного к уголовной ответственности за общественно опасный результат, требуется установить причинную связь между действием (бездействием) и этим результатом. Основу преступного действия (бездействия) в мошенничестве составляет обман или злоупотребление доверием. Поэтому принято говорить о причинной связи между обманом (злоупотреблением доверием) и завладением имуществом (приобретении права на имущество). Причинная связь при мошенничестве, совершенном путем обмана, развивается своеобразно: в акте перехода имущества из владения потерпевшего к виновному принимает участие непосредственно сам потерпевший, действующий под влиянием заблуждения. Причиной передачи имущества преступнику является заблуждение потерпевшего, а причина этого заблуждения - обман. Таким образом, заблуждение потерпевшего является необходимым средним звеном в цепи причинной связи: с одной стороны, оно является условием перехода имущества (права на имущество), с другой стороны, оно выступает как своего рода результат обмана. Выпадение этого звена разрушает всю цепь причинной связи. Поэтому, в любом случае, должно быть установленно, что заблуждение имело место в результате обмана со стороны виновного или, хотя и возникло вначале помимо действий виновного (при пассивном обмане), но было использовано им. Если нет заблуждения, нет и мошенничества, как, например, в случае, когда субъект, обманывая потерпевшего в цене товара, а тот, сознавая это, готов уплатить по завышенной цене. Многое зависит не только от искусности обмана, но и от личных качеств потерпевшего, его общего умственного развития, знания или тех обстоятельств, по поводу которых совершается обман, отношения к мошеннику, и т.д. Поэтому, включать заблуждение в понятие обмана неверно. Обман - это действие виновного. Заблуждение - состояние потерпевшего, которое не возникает с механической неизбежностью вслед за обманом. Заблуждение должно быть действительным, а не мнимым. Если потерпевший передает имущество виновному не потому, что поверил его лжи, а по какой - либо иной причине, например, из сострадания, то состав мошенничества отсутствует, так как между обманом и передачей имущества нет причинной связи. Для признания деяния мошенничеством не требуется, чтобы заблуждение было полным и безоговорочным. Возможны случаи, когда потерпевший колеблется, верить или не верить утверждениям данного лица. Причинная связь между обманом и завладением налицо. Она имеется и тогда, когда потерпевший признал истинными утверждениями мошенника.

Подлинно добровольный характер носит передача имущества при мошенничестве, совершенным путем злоупотребления доверием. Здесь сам акт доверия, предшествующий завладению, обычно выражается в добровольной передаче имущества или права распоряжаться имуществом. Обман как средство завладения может применяться и после фактической передачи имущества. Например, при расчете за купленную вещь преступник завладевает той частью имущества, которая не оплачена, не с получением имущества, а в момент передачи потерпевшему возмещение, не соответствующей стоимости вещи. Завладение осуществляется здесь путем обмана после фактического перехода имущества. При мошенничестве путем злоупотребления доверием передача имущества, как правило, предшествует злоупотреблению доверием и причинно связанному с ним завладению имуществом.

Следует отметить, что степень общественной опасности мошенничества проявляется, в первую очередь, в степени вреда, причиненного объекту, т.е. размером материального ущерба. Даже самая малая степень искусности обмана, фактически послужившего средством завладения имуществом, не может сама по себе, без учета размера причиненного ущерба явиться основанием для исключения уголовной ответственности. Тоже самое следует сказать и о тех случаях, когда обманными действиями был достигнут лишь первый непосредственный результат - заблуждение потерпевшего, но завладения имуществом не состоялось по причинам, не зависящих не от виновного не от потерпевшего (например, преступление не доведено до конца, т.к. преступник задержан милицией). По иному оценивается обман, который не вызвал заблуждение, вследствие чего преступнику не удалось овладеть чужой собственностью. Поскольку преступный результат не наступил, не было и причинной связи, вопрос об уголовной наказуемости действий виновного в таких случаях должен решаться, исходя из того, на сколько реальной была опасность наступления вредных последствий с учетом общественной значимости объекта и размера возможного вреда94. Степень искусности обмана в таких случаях должна учитываться при оценке реальной опасности завладения имуществом.

Субъект мошенничества общий. Им может быть физическое вменяемое лицо, достигшее 16-летнего возраста. В соответствии с ч.3 ст. 159 УК РФ субъект должен обладать специальными признаками, в частности характеризующими его служебное положение. Более подробно этот вопрос будет рассмотрен в следующей главе.

Субъективная сторона мошенничества характеризуется двумя обязательными признаками – виной в виде прямого умысла и корыстной целью. Только при условии доказанности всех названных субъективных и объективных признаков содеянное может рассматриваться как один из видов хищения - мошенничество. При отсутствии какого либо из этих признаков, деяние может быть одним из преступлений против собственности. С субъективной стороны мошенничества характеризуется наличием у виновного прямого умысла, направленного на завладение чужим имуществом или на приобретение прав на чужое имущество. О наличии умысла могут свидетельствовать, в частности, заведомое отсутствие у лица реальной финансовой возможности исполнить обязательство или необходимой лицензии на осуществление деятельности, направленной на исполнение его обязательств по договору, использование лицом фиктивных документов или фальшивых гарантийных писем и т.д.

Наряду с целью, субъективную сторону преступления составляет также мотив преступления, под которым обычно понимается то побуждение, которым руководствуется виновный при совершении общественно - опасного деяния. Это вполне закономерно, так как цель и мотив преступления носит одинаковый характер. В то же время мотив отвечает на вопрос, что движет человеком, а цель - куда направляется данное действие95.Отсутствие корыстной цели свидетельствует об отсутствии состава мошенничества. Этого нельзя сказать о корыстном мотиве, который не является обязательным признаком мошенничества или другой формы хищения. Установление прямого умысла и корыстной цели - необходимое условие для привлечения к ответственности за мошенничество. Не соблюдение этого приводит к объективному вменению или к неправильной квалификации содеянного.


Глава 3. ВОПРОСЫ КВАЛИФИКАЦИИ МОШЕННИЧЕСТВА И РАЗГРАНИЧЕНИЕ МОШЕННИЧЕСТВА ОТ СМЕЖНЫХ ПРЕСТУПЛЕНИЙ


§1. Квалифицирующие и особо квалифицирующие признаки мошенничества


Помимо общих признаков состав мошенничества содержит и ряд квалифицирующих (ч. 2 ст. 159 УК РФ) и особо квалифицирующих (ч. 3 ст. 159 УК РФ) признаков.

Частью 2 ст. 159 УК РФ 1996 года предусмотрены два квалифицирующих признака, характеризующих совершение мошенничества:

группой лиц по предварительному сговору и с причинением значительного ущерба гражданину.

Определение первого признака основывается на законоположении, содержащимся в ч. 2 ст. 35 УК РФ, согласно которому «преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления». Для наличия этого признака необходимы, с одной стороны, участие в совершении мошенничества в качестве соисполнителей не менее двух лиц, каждое из которых обладает всеми признаками общего субъекта, т.е. является физическим вменяемым лицом, достигшим 16-летнего возраста, и, с другой стороны, сговор между этими лицами, состоявшийся до начала преступления. При этом, как отмечается в теории уголовного права, необходимо, чтобы участники группы были осведомлены о совершении именно мошенничества либо допускали возможность совершения этого преступления96.

При хищениях возможны обе разновидности соисполнительства. При параллельном соисполнительстве все участники группы параллельно во времени и пространстве выполняют объективную сторону хищения полностью или частично. При последовательном (что более распространено) объективная сторона хищения делится участниками группы на несколько этапов, и каждый из соучастников выполняет свой этап. Сговор следует признавать предварительным во всех случаях, когда он достигнут до начала выполнения объективной стороны. По форме сговор может быть письменным, устным, с помощью конклюдентных жестов, мимики, молчаливого согласия. Поскольку началом любого преступления признаются умышленные действия, непосредственно направленные на совершение преступления, т.е. покушение на него (ч. 3 ст. 30 УК РФ), то следует признать, что предварительный сговор может состояться в любой момент, включая стадию приготовления к преступлению, но до начала действий, непосредственно направленных на тайное изъятие чужого имущества. Поэтому если сговор на совместное совершение преступления возник в процессе непосредственного изъятия имущества, он утрачивает свойство «предварительности» и, следовательно, исключает рассматриваемый квалифицирующий признак. При групповом мошенничестве соучастник в виде подстрекателя, пособника, организатора (не принимавшего участия в изъятии имущества) несет ответственность по ст. 33 и ч. 2 ст. 158 УК РФ.

Второй признак – причинение значительного ущерба гражданину необходимо устанавливать с учетом рекомендации Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»97, а также на основании объективного и субъективного критериев. Объективный критерий складывается из трех моментов: 1) стоимости, похищенного имущества; 2) материального, в частности финансового, положения потерпевшего и 3) соотношения того и другого. В соответствии с примечанием к ст. 158 УК РФ значительный ущерб гражданину в статьях главы 21 УК определяется с учетом имущественного положения, но не может составлять менее 2,5 тыс. рублей. Субъективный критерий заключается в осознании виновным названных моментов и, исходя из того, ущерба потерпевшему как значительного98.

В ч. 3 и ч.4 ст. 159 УК РФ предусмотрены особо квалифицирующие признаки, состоящие в совершении мошенничества:

1) с использованием своего служебного положения;

2) в крупном размере;

3) организованной группой;

4) в особо крупном размере.

Совершение мошенничества лицом с использованием своего служебного положения – новый квалифицирующий признак, не известный УК 1960 г., в котором вопрос о квалификации хищений, совершаемых должностными лицами, решался по-разному в зависимости от того, какое имущество похищено. Хищение государственного или общественного имущества путем злоупотребления служебным положением рассматривалось как самостоятельное преступление (ст. 92 УК 1960 г.). Хищение же личного имущества при таких же обстоятельствах квалифицировалось по совокупности как мошенничество и злоупотребление служебным положение (ст. 147 и ст. 170 УК 1960 г.)99.В новом УК такого разделения нет. Этот признак имеет место при наличии совокупности трех обстоятельств, первым из которых является статус субъекта, вторым – использование последним своего служебного положения и третьим – особенности правовой природы имущества как предмета данного вида мошенничества100. Субъект в данном случае специальный. В качестве таковых могут выступать как должностные лица либо лица, выполняющие управленческие функции в коммерческих и иных организациях, так и не обладающие статусом должностного лица, например государственные и муниципальные служащие, работники иных предприятий. Главное, чтобы они при совершении мошенничества использовали свои служебные обязанности, полномочия относительно изымаемого имущества101.

Л.Д. Гаухман считает, что использование служебного положения это злоупотребление для хищения чужого имущества или приобретения права на чужое имущество полномочиями, предоставленными лицу любой из перечисленных категорий для исполнения возложенных на него служебных обязанностей102. Таким образом, имущество как предмет мошенничества, совершенного лицом с использованием своего служебного положения, по своей правовой природе не является вверенным виновному, поскольку имущество, вверенное виновному, представляет собой предмет присвоения или растраты, но не мошенничества.

Второй и четвертый признак также определен законодательно в примечании к ст. 158 УК РФ, где закреплено, что «крупным размером в статьях настоящей главы признается стоимость имущества, превышающая 250 тыс. рублей, а особо крупным – соответственно свыше 1 млн рублей». При определении стоимости имущества, ставшего предметом преступного посягательства, следует исходить из его фактической стоимости на момент преступления. При отсутствии сведений о цене похищенного имущества его стоимость может быть установлена на основании заключений экспертов. Крупный размер может быть вменен как при совершении единичного эпизода, так и нескольких, когда они признаны единым продолжаемым хищением. Необходимо отметить, что, если виновный имел конкретизированный (определенный) умысел на завладение чужим имуществом в крупном размере, но не смог его осуществить по не зависящим от его воли обстоятельствам, содеянное квалифицируется как покушение на хищение в крупном размере. При этом фактическое завладение имуществом в размере меньшем, чем предполагает виновный, самостоятельной правовой квалификации как оконченное преступление не требует. При совершении кражи группой лиц по предварительному сговору или организованной группой стоимость похищенного каждым ее участником в отдельности суммируется, и вся сумма похищенного вменяется каждому из ее участников. Если общий размер такой кражи в денежном выражении достигает предела, установленного законом для крупного или особо крупного размера, действия каждого из участвующих в преступлении лиц надлежит квалифицировать по ч. 3 ст. 159 УК РФ. При этом доля, полученная каждым соучастником группового хищения, при последующем дележе влияния на квалификацию их действий не оказывает, поскольку все они соисполнители мошенничества, совершенного в крупном размере.

Следующий признак определяется п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 года, в котором установлено, что «преступление признается совершенным организованной группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений». Основным критерием, отличающим такую группу от группы лиц по предварительному сговору, является устойчивость. Указанное свойство организованной группы характеризуется стабильностью состава членов группы, распределением ролей между ними в подготовке к преступлению и непосредственном его совершении. В практическом плане такое отграничением имеет значение для квалификации действий соучастников.

Установление квалифицирующих и особо квалифицирующих признаков мошенничества, безусловно, имеет важное теоретическое и практическое значение. В следующем параграфе проведем отграничение мошенничества от иных преступлений.


§2. Отличие мошенничества от иных преступлений

Размещено на

Мошенничество как форму хищения необходимо отграничивать, прежде всего, от иных форм хищения (кража, грабеж, присвоение и растрата, разбой), поскольку ему присущи все признаки хищения, которые мы рассмотрели в 1 главе.

Общим признаком, отличающим мошенничество от хищения, является внешняя добровольность передачи имущества преступнику103. Ошибки при квалификации возникают тогда, когда виновный при совершении краж, а также грабежа или разбоя виновный прибегает к обману. Однако в отличие от мошенничества обман используется не как способ завладения имуществом, а как способ обеспечить доступ к имуществу.

Г. Борзенков правильно отмечает, что «при отграничении мошенничества от других форм хищения следует исходить из того, что в составе мошенничества обман играет роль обстоятельства, под влиянием которого сам потерпевших или лицо, в ведении которого находится имущество, передает это имущество виновному. Будучи причиной заблуждения потерпевшего, обман, в конечном счете, находится здесь в причинной связи с преступным результатом»104. Эта точка зрения разделяется и другими юристами. Так В.А. Владимиров пишет, что «нет мошенничества и там, где обман хотя и имел место, но выступал не как способ приобретения чужого имущества, а лишь как средство получить доступ к ценностям, затем похищаемым виновным не только без всякого участия, но и помимо воли и сознания потерпевшего»105.

Следует присоединиться к мнению ученых, которые утверждают, что специфика любого хищения за исключением мошенничества состоит в том, что изъятие имущества виновный осуществляет путем его захвата, помимо или против воли лица, в ведении или под охраной которого оно находится106. В частности, Д., находясь в помещении Интернет – центра, с целью хищения сотового телефона у малолетнего Х., вступил в преступный сговор с малолетним М. Реализуя свой преступный умысел, согласно заранее распределенных ролей М., под предлогом поиграть, попросил у Х. сотовый телефон «SIEMENS CX-65». М. осознавая, что преступный характер его действий потерпевшим и третьими лицами не замечен, с телефоном скрылся107. В другом случае, Б., находясь около фонтана, расположенного на площади, увидел ранее знакомого несовершеннолетнего П., подошел к последнему поговорить. После чего, достоверно узнав, что у П. имеется сотовый телефон «PHILIPS 636», с целью хищения чужого имущества, попросил у него телефон посмотреть. П., находясь в неведении относительно его (Б.) намерения, передал сотовый телефон. Б., желая ввести П. в заблуждение, сообщил ему, что покажет телефон своему другу, который находится неподалеку. После чего, осознавая, что преступный характер его действий для П. и посторонних лиц не является очевидным, скрылся108. В обоих приведенных случаях, по мнению авторов109, действия виновных следует квалифицировать как кража, поскольку собственники телефонов не передавали их виновных в собственность (пользование, владение или распоряжение), соответственно имущество было изъято помимо воли собственника, а не вопреки ей.

При мошенничестве виновный воздействует не на само имущество, а на сознание распоряжающегося им лица, склоняя его путем обмана или злоупотребления его доверием к передаче имущества в свое владение.

При мошенничестве имущество преступнику должно передавать дееспособное лицо, чьи действия по распоряжению имуществом являются юридически значимыми. Если путем обмана или злоупотребления доверием завладевают имуществом недееспособного либо ограниченно дееспособного в силу возраста или психического расстройства лица, то поведение преступника образует кражу, а не мошенничество, поскольку воля таких лиц юридически ничтожна110. Сказанное распространяется и на случаи обманного получения имущества от лиц, формально, хотя и дееспособных, но находившихся в момент распоряжения имуществом в состоянии, исключающем возможность правильной оценки и понимания ими характера совершаемых действий или руководства ими (сильное опьянение, высокая температура и т.д.). Также следует учитывать, что при мошенничестве имущество передается виновному для осуществления каких-либо юридических полномочий: владения, пользования, иногда распоряжения. Если собственник сам передает преступнику имущество, но не для осуществления каких-либо полномочий, а для чисто технических функций (для примерки, осмотра, оценки) – налицо кража, а не мошенничество. Так В.А. Владимиров и Ю.И. Ляпунов пишут, что «как кража, например, должно быть квалифицировано присвоение вещей, врученных виновному под временный присмотр»111.

Исследование уголовных дел показало, что не всегда при квалификации таких хищений оценивается характер полномочий виновного в отношении похищаемого имущества. Так, Айтмухаметов А.М. в микрорайоне Энергетиков г. Сургута встретил несовершеннолетнего Мальцева, которого попросил проехать с ним к знакомому, где под предлогом показать куртку-пилот, принадлежащую Мальцеву знакомому попросил ее на 15-20 минут. Однако при этом возвращать ее Айтмухаметов не собирался и поднявшись на другой этаж скрылся112. В другом случае Угрюмов и Еремина попросили у Васина дубленку для примерки. Затем Еремина поднялась на верхний этаж якобы для того чтобы пригласить подругу. Через некоторое время Угрюмов попросил Васина помочь Ереминой вызвать нужную девушку. Когда Васин поднялся на указанный этаж, то никого не обнаружил. А Еремина с Угрюмовым вместе с похищенной дубленкой скрылись113. Аналогичным образом Головин похитил куртку у Бессонова, попросив ее для примерки и демонстрации знакомому114. Во всех перечисленных нами случаях действия виновных были необоснованно квалифицированы как мошенничество, поскольку в этих случаях собственник не передавал даже часть своих полномочий собственника (право владения, пользования или распоряжения), а вещи давались виновным для примерки.

Очень сложно отграничивать мошенничество от присвоения и растраты, поскольку способ завладения имуществом может совпадать. Как при мошенничестве, так и при присвоении и растрате собственник сам добровольно передает преступнику свое имущество. И в том, и в другом случае виновный совершает хищение, злоупотребляя доверием собственника либо законного владельца. Особенно сложно разграничить данные преступления в настоящее время, когда в мошенничестве появился новый квалифицирующий признак – с использованием служебного положения лица, По нашему мнению, разграничение можно провести по следующим критериям. Во-первых, при мошенничестве потерпевший передает имущество преступнику под влиянием обмана или злоупотребления доверием; при присвоении и растрате имущество передается виновному на законных основаниях, вытекающих из трудовых или гражданско-правовых отношений. Во-вторых, при мошенничестве передача имущества носит законный характер только внешне, по существу владение имуществом незаконно, поскольку данная сделка совершается с пороком воли субъекта и юридически ничтожна. При присвоении и растрате передача имущества и, стало быть, владение этим имуществом со стороны виновного носит законный характер не только по форме, но и по содержанию. В-третьих, могут различаться полномочиями, которые передаются виновному лицу. При мошенничестве имущество может передаваться преступнику в собственность, при присвоении и растрате передача собственности или права собственности на имущество материально ответственному лицу в принципе невозможна. Имущество ему передается для распоряжения, управления, доставки или хранения. В-четвертых, при мошенничестве умысел виновного на завладение переданным имуществом возникает до передачи имущества, до заключения договора. При присвоении и растрате умысел у виновного возникает лишь в тот момент, когда имущество находится у него на законных основаниях. Поэтому при мошенничестве с использованием своего служебного положения виновный завладевает чужим имуществом, заранее зная, что он не выполнит своих обязательств перед собственником. Например, работник страховой компании заключает договор страхования, заранее зная, что страховая сумма выплачена не будет. Иное дело – присвоение и растрата с использованием служебного положения. Здесь страховая компания действительно выполняла свои обязательства по договорам и выплачивала суммы. Но одно из должностных лиц этой компании с использованием своего служебного положения завладевает уже не деньгами клиентов, с деньгами компании, которые ему вверены.

Мошенничество следует отличать, как ни странно это звучит от насильственного грабежа и разбоя, а также от вымогательства. Необходимость в разграничении возникает в том случае, если потерпевший сам, своими руками передает при грабеже и разбое принадлежащее ему имущество. Но при мошенничестве виновный убеждает потерпевшего в правомерности своих имущественных притязаний и поэтому потерпевший добровольно, с осознанием законности, правомерности своих и чужих действий передает имущество виновному115. При грабеже и разбое, так же как и при вымогательстве, передача имущества происходит вынужденно; потерпевший осознает неправомерность как своих, так и чужих действий. Различаются данные преступления и по характеру насилия. В принципе, обман – это так называемое информационное насилие. При грабеже и разбое насилие носит неинформационный характер.

Наиболее тесно мошенничество соприкасается с составом преступления, предусмотренного ст. 165 УК, - причинением имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием. Способ обогащения при этих двух преступлениях одинаков – использование обмана или злоупотребления доверием. Различается механизм обогащения. Причиняя имущественный ущерб путем обман или злоупотребления доверием, преступник не дает возможность поступить данному имуществу в фонды собственника, т.е. речь идет об ущербе в виде упущенной выгоды116.

Мошенничество может соприкасаться с таким преступлением, как лжепредпринимательство. У этих преступлений достаточно много общих черт. И то, и другое - преступления экономические, причиняющие ущерб правоохраняемым интересам; сущность обоих – обман. Поэтому на практике возникает вопрос о разграничении этих преступлений, в том случае, когда способом мошенничества является создание лжепредприятий и заключение заведомо фиктивных договоров от имени данных предприятий с целью завладеть имуществом или денежными средствами. Здесь возможно несколько вариантов юридической оценки.

При первом варианте предприятия как юридического лица вообще не существует, оно не зарегистрировано в установленном законом порядке, уставные документы, юридический адрес, печати и все остальные реквизиты, характерные для юридического лица, - поддельные, фиктивные. В данной ситуации состава ст. 173 УК РФ не возникает, создание лжефирмы – это способ мошенничества, поэтому действия виновных должны квалифицироваться только как мошенничество. Второй вариант состоит в том, что предприятие существует юридически, оно зарегистрировано в установленном законом порядке, имеет подлинные печати, уставные документы, на законных основаниях открыло расчетный счет. Но предприятия как юридического лица не существует фактически, ибо оно создано не для коммерческой деятельности, а для обманного получения кредитов, прикрытия незаконной деятельности, в нашем случае – мошеннической деятельности. При такой ситуации договоры от имени лжепредприятия заключаются заведомо с целью мошенничества, без намерения возврата кредита или исполнения обязательств такого лжепредприятия по заключенным договорам. В данном случае действия виновных следует квалифицировать по двум статьям Уголовного кодекса: мошенничество и лжепредпринимательство, поскольку страдают разные объекты, каждый из которых нуждается в самостоятельной уголовно-правовой оценке. Наконец, возможна третья ситуация, когда фирма действительно является лжепредприятием, но в момент получения кредита незаконным путем не преследовала цель завладения кредитными средствами, а намеревалась использовать полученный кредит либо для производственной деятельности другой реально существующей коммерческой организации, либо на личные нужды должностных лиц, но с намерением возврата кредита. При таких обстоятельствах мошенничество отсутствует и действия следует квалифицировать только по ст. 173, а в случае невозврата кредита – еще и по ст. 177 УК РФ.

Как справедливо подчеркивает Н. Лопашенко, «хищение в форме мошенничества не включает в число своих обязательных признаков создание фиктивной организации. В то же время в хищении содержание обмана практически не ограничено»117. То есть законодатель предусматривает ответственность за самостоятельное общественно опасное деяние – создание коммерческой организации без намерения осуществлять предпринимательскую или банковскую деятельность, повлекшее вредные последствия. Изъятие

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: