Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Освобождение от уголовной ответственности

Освобождение от уголовной ответственности

числе связанных с управлением механическим транспортным средством), в ограничении пребывания вне дома после определенного времени суток и выезда в другие местности без разрешения специализированного государственного органа. Подростку может быть предъявлено также требование возвратиться в образовательное учреждение либо трудоустроиться с помощью специализированного государственного органа. Вместе с тем необходимо иметь в виду, что исполнение такого требования как трудоустройство представляется проблематичным ввиду излишков рабочей силы на рынке труда.

В некоторых случаях целесообразно назначение несовершеннолетнему правонарушителю не одной, а нескольких различных по содержанию принудительных мер, и закон это позволяет (ч.3 ст.90 УК РФ). Например, одновременно могут быть назначены такие меры, как: предупреждение, возложение обязанности загладить причиненный вред и требование возвратиться в образовательное учреждение. Этот перечень, как указывает законодатель в ч.4 ст.91 УК РФ, не является исчерпывающим. По мнению некоторых авторов, и мы считаем это справедливым, тем самым созданы реальные условия для расширительного толкования ч.4 ст.91 УК РФ, что может привести к нарушению конституционных прав и свобод несовершеннолетнего1. Поэтому суд, принимая соответствующее решение, должен прежде всего руководствоваться принципами целесообразности, подчиняя свой выбор одной цели — достижению исправления подростка-правонарушителя.

Несмотря на то, что перечень принудительных мер воспитательного воздействия, указанных в ч.2 ст.90 УК РФ, является исчерпывающим, в юридической литературе некоторым авторам представляется перспективной идея об их расширении. Так, В.И. Горобцов полагает необходимым дополнить данный перечень помещением в специальное воспитательное и лечебно-воспитательное учреждение, помещением в центр временной изоляции для несовершеннолетних на срок до десяти суток, возложением обязанности пройти курс психолого-педагогической коррекции либо курс лечения от алкоголизма, наркомании или токсикомании передачей несовершеннолетнего под наблюдение коллективу по месту его работы или учебы, общественным формированиям либо отдельным гражданам по их просьбе1.

Конечно, следует поддержать такое мнение данного автора, однако, как и сам он отмечает, что на сегодняшний день остается открытым вопрос о нормативно-правовой основе исполнения принудительных мер воспитательного воздействия, а также законодательного закрепления системы специализированных государственных органов и учреждений, исполняющих принудительные меры воспитательного воздействия, являющихся по существу разновидностью уголовно-правового принуждения2.

Кроме того, суд поручает в течение установленного им срока применения принудительных мер воспитательного воздействия осуществлять контроль за исполнением своего решения специализированному государственному органу. Если в этот период несовершеннолетний систематически не исполняет установленные ему судом ограничения (например, досуга), не подчиняется воспитательному воздействию родителей или лиц, их заменяющих, а также специализированного государственного органа, то такой орган на основании ч.4 ст.90 УК РФ входит в суд с представлением об отмене назначенных мер воспитательного воздействия и привлечения несовершеннолетнего к уголовной ответственности. Однако в данной норме законодателем не раскрыто содержание систематичности неисполнения несовершеннолетним возложенных на него принудительных мер, как и те нарушения, которые можно квалифицировать как неисполнение. Это обстоятельство позволяет по-разному толковать положения ч.4 ст.90 УК РФ и порождает в связи с этим противоречивую практику. Так, А.Е. Якубов считает, что «под систематическим неисполнением понимается неисполнение несовершеннолетним принудительных мер более двух раз»1. С.Ф. Шумилин в комментарии к УК РФ указывает, что «систематическим неисполнением несовершеннолетним принудительной меры воспитательного воздействия следует считать отказ или уклонение от обязанностей, совершенных несмотря на предупреждения специализированного государственного органа третий раз в течение года»2.

Таким образом, основным отличием рассматриваемой уголовно-правовой нормы является то, что она обладает важным, неизвестным ст. 10 УК РСФСР, свойством — условностью. Пол условным характером применения ст.90 УК РФ понимается условное прекращение уголовных правоотношений, при котором лицо, совершившее преступление, освобождается при условии сохранения возможности возобновления указанных отношений в случае невыполнения им требований уголовно-правовой нормы, регламентирующей данный вид освобождения от уголовной ответственности. Главное преимущество условного освобождения состоит в том, что оно (в отличие от безусловного) не является окончательным и позволяет организовать в определенный судом на основании ч. 3 ст.90 УК РФ период контроль за процессом исправления лица, совершившего преступление. Представляется, что освобождение от ответственности под условием, в отличие от безусловного, оказывает дисциплинирующее воздействие на освобожденных, стимулирует и ориентирует их на должное поведение. При этом несовершеннолетние знают, что в случае невыполнения ими предъявляемых к ним требований наказание станет для них реальным. Кроме того, условное освобождение от ответственности является еще одним подтверждением того, что освобождение от уголовной ответственности — не прощение содеянного и преступника, а эффективное средство борьбы с преступностью. При этом постоянный контроль и надзор за поведением условно освобожденных, помимо дисциплинирующего, оказывает и общепредупредительное воздействие1.


3.2 Освобождение от уголовной ответственности на основании норм Особенной части УК РФ


Специальные виды освобождения от уголовной ответственности предусмотрены соответствующими нормами-примечаниями Особенной части УК РФ. Эти нормы содержатся в различных главах Особенной части, но по сути своей они в большинстве своем однородны: это специальные случаи деятельного раскаяния, когда субъект выполняет те конкретные позитивные постпреступные действия, которые предписаны уголовным законом с целью освобождения от уголовной ответственности.

Некоторые авторы видят причину появления анализируемых норм в потребности борьбы с конкретными преступлениями, которые являются сложными для раскрытия и расследования. Поэтому они считают применение специальных видов освобождения от уголовной ответственности компромиссом, на который государство вынуждено идти в целях обеспечения раскрываемости этих преступлений2. Мы согласны с данными авторами, но не считаем это единственной причиной появления таких норм.

Целью введения в законодательство поощрительных норм Особенной части УК является не только потребность борьбы с уже совершенными преступлениями, но и. предупреждение их, а также связанных с ними других преступных деяний, зачастую более опасных3.

На наш взгляд, законодатель, вводя в уголовный закон рассматриваемые поощрительные нормы, конечно же, преследует цели профилактики тяжких преступных деяний и обеспечения раскрываемости латентных преступлений, но прежде всего должен ставить задачу социальной переориентации правонарушителя: его отказа от продолжения преступления или добровольного заявления о совершенном преступлении. И уже посредством его активных действий добивается раскрытия преступления и восстановления нарушенного преступными действиями правоотношения.

Данным специальным видам деятельного раскаяния присущи те же самые признаки, которые мы отмечали, рассматривая положения ч.1 ст.75 УК РФ. Вместе с тем анализ выделенных групп по нормам-примечаниям Особенной части УК РФ позволяет выделить специфические признаки, характерные для большинства или нескольких специальных видов освобождения от уголовной ответственности.

Почти во всех рассматриваемых случаях (исключение составляют примечания к ст.228 УК) законодатель при решении вопроса об освобождении липа, совершившего соответствующее преступление, ставит условием применения рассматриваемых поощрительных норм отсутствие в действиях субъекта иного состава преступления. Представляется, что, если в действиях рассматриваемого субъекта содержится состав иного преступления, то он подлежит привлечению к уголовной ответственности, но только за иное преступление. Такую же позицию занимает Президиум Верховного суда РФ1.

Другое толкование неизбежно приведет к тому, что нормы-примечания к статьям Особенной части УК РФ практически утратят смысл своего существования, и в этом мы поддерживаем мнение некоторых авторов. Так, в своем диссертационном исследовании А.В. Павликов отмечает, что в примечании к ст.208 УК предусматривается специальное основание освобождения от уголовной ответственности участника незаконного вооруженного формирования при наличии следующих условий в совокупности: 1) добровольного прекращения участия в незаконном вооруженном формировании; 2) сдачи оружия; 3) отсутствия в его действиях иного состава преступления. «Однако если в действиях лица содержится еще иной состав преступления, но остальные 2 условия оно выполнило, то такое лицо освобождается от ответственности за участие в незаконном вооруженном формировании, но подлежит ответственности за совершение иного преступления»1.

Однако зачастую, как отмечает Р. Соловьев, эта оговорка «если в его действиях не содержится состава иного преступления» понимается таким образом, что если иной состав преступления есть, то он «перечеркивает» и позитивное посткриминальное поведение2.

Следует отметить, что наличие в тексте норм-примечаний указанной оговорки вводит правоприменителя в заблуждение и становится препятствием для вынесения правильного решения по делу. Эту оговорку в юридической литературе справедливо называют «непоследовательной и лукавой, влекущей многозначное толкование»3. Чтобы избежать ошибок в правоприменительной практике, необходимо исключить рассматриваемое условие применения освобождения от уголовной ответственности из текста всех примечаний к статьям Особенной части УК РФ. А в соответствующих нормах-примечаниях после слов «освобождается от уголовной ответственности» дополнить текст словами «за данное преступление» или указать за какое именно преступление.

Во всех специальных случаях освобождения от уголовной ответственности нормы-примечания Особенной части УК РФ предусмотрены только в статьях, где основной состав преступления по конструкции объективной стороны является формальным, т.е. для признания данного преступления оконченным необходимо только совершения соответствующего общественно-опасного деяния. Однако данное деяние может повлечь за собой наступление общественно опасных последствий. И как мы уже ранее отмечали, цель введения рассматриваемых поощрительных норм — это именно предупреждение наступления таких последствий. Поэтому, если последствия, указанные как квалифицирующие признаки данного деяния, наступили, то лицо, его совершившее, по нашему мнению, освобождаться от уголовной ответственности не должно. И хотя, на наш взгляд, деяние с квалифицирующими признаками не образует «иного состава преступления» (иначе действие примечания будет распространяться только на основной состав преступления, предусмотренный в части первой соответствующей статьи УК РФ), в указанных случаях гуманное отношение государства к лицу, совершившему такое деяние, неоправданно, т. к. противоречит целям и основаниям применения данных поощрительных норм.

Поэтому в случаях, когда квалифицирующими признаками совершенного деяния является наступление различных последствий (например, п. «в» ч.2 и п. «в» ч. 3 ст.126, п. «в» ч.2 и ч.3 ст.206 УК РФ), примечание, позволяющее освободить от уголовной ответственности лицо, совершившее данное преступление, применяться не должно. Для этого в самом примечании необходимо отметить, на какие нормы данной статьи действие примечания не распространяется.

В трех специальных видах освобождения от уголовной ответственности по нормам-примечаниям Особенной части УК РФ законодатель указывает совокупность позитивных постпреступных действий липа, совершившего преступление, разной направленности. Так, в соответствии с примечанием к ст.228 УК РФ освобождается от уголовной ответственности за данное преступление лицо, добровольно сдавшее наркотические средства или психотропные вещества (т.е. прекратившее преступную деятельность) и активно способствовавшее раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем.

Согласно примечания 1 к ст. 1271 УК РФ освобождается от уголовной ответственности лицо, впервые совершившее деяние, предусмотренное частью первой или пунктом «а» части второй данной статьи, добровольно освободившее потерпевшего и способствовавшее раскрытию совершенного преступления. А примечанием к ст.210 УК РФ предусматривается освобождение от уголовной ответственности лица, добровольно прекратившего участие в преступном сообществе (преступной организации) или входящем в него (нее) структурном подразделении либо объединении организаторов, руководителей или иных представителей организованных групп и активно способствовавшего раскрытию или пресечению этого преступления.

Во всех указанных случаях для применения поощрительной нормы-примечания необходимо именно совокупность указанных в ней действий. Данное требование вытекает из анализа самого состава преступления и тех позитивных постпреступных действий, которые лицо должно совершить в целях освобождения от уголовной ответственности. Однако Пленум Верховного Суда РФ в п. 10 постановления № 9 от 27 мая 1998 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами» подчеркивает, что закон не исключает возможности освобождения от уголовной ответственности лица хотя и не сдавшего наркотические средства или психотропные вещества в связи с отсутствием у него таковых, но активно способствовавшего раскрытию или пресечению преступлений, связанных с незаконным оборотом наркотических средств или психотропных веществ, изобличению лиц, их совершивших, обнаружению имущества, добытого преступным путем1. Представляется, что тем самым. Верховный Суд РФ считает, что освобождение от уголовной ответственности должно повлечь любое из двух действий, соединенных союзом и» в примечании к ст.228 УК РФ, а не их совокупность.

В связи с этим некоторые авторы для избежания неясностей при применении данной нормы предлагают изменить уголовный закон, заменив в тексте примечания к ст.228 УК РФ союз «и» на сочетание «и (или)»1. На наш взгляд, реализация такого предложения, наоборот, вызовет споры и приведет к различным оценкам положения закона. Решение данного вопроса видится в правильном толковании закона. Мы уже отмечали в § 1 главы 2 настоящего исследования, анализируя условия применения ч.1 ст.75 УК РФ, что законодатель предусматривает обязательную совокупность действий, составляющих позитивное постпрестпное поведение лица, совершившего преступление, в том случае, если оно действительно могло их совершить. Поэтому, как фактически указывает Пленум Верховного Суда РФ в п.10 вышеупомянутого постановления, положения закона, освобождающие от уголовной ответственности, распространяются и на случаи, когда лицо объективно не могло выполнить какую-то часть условий применения поощрительной нормы, связанных с регламентацией его постпреступного поведения.

В четырех специальных случаях освобождения от уголовной ответственности законодатель предусматривает наличие объективных оснований освобождения от уголовной ответственности лица, совершившего данные преступления. Так, в примечаниях к ст. 204, 291 УК РФ предусмотрено освобождение виновного в случаях вымогательства у него незаконного вознаграждения, а в примечаниях к ст. 337, 338 УК РФ — в случаях совершения данных деяний вследствие стечения тяжелых обстоятельств. В данных случаях обозначается проблема: являются ли данные нормы-примечания специальными случаями освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. И если да, то, в соответствии с правилом, заложенным в ч.2 ст.75 УК РФ, помимо наличия данных объективных условий применения рассматриваемых норм должны иметь место условия, предусмотренные ч.1 ст.75 УК РФ. То есть иными словами, кроме этих объективных условий лицо, совершившее преступление, должно еще совершить позитивные постпреступные действия, что выражает его деятельное раскаяние. А может быть юридическая природа рассматриваемых в данной группе случаев освобождения от уголовной ответственности иная, т.е. освобождение от уголовной ответственности таких лиц не связывается с наличием каких-либо его позитивных постпреступных действий, т.е. деятельного раскаяния? Поэтому данные нормы-примечания образуют самостоятельную группу оснований освобождения от уголовной ответственности1.

Как мы уже ранее отмечали, законодатель в Общей части Уголовного кодекса закрепил в ч.1 ст.75 УК РФ общее правило освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Согласно ч.2 ст.75 УК РФ «лицо, совершившее преступление иной категории, при наличии условий, предусмотренных частью первой настоящей статьи, может быть освобождено от уголовной ответственности только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части Кодекса». Таким образом, в данной норме закреплено общее правило применения норм-примечаний Особенной части УК РФ, предусматривающих освобождение от уголовной в связи с деятельным раскаянием. Однако с момента принятия нового УК РФ 1996 года не прекращается дискуссия о соответствии или несоответствии специальных видов освобождения от уголовной ответственности правилу, предусмотренному в ч.2 ст.75 УК. Следует отметить, что данной дискуссии способствуют редакции самих рассматриваемых норм-примечаний. Существует несколько точек зрения по обозначенному вопросу, в том числе и о том, что ряд примечаний имеют иную юридическую природу, носят самостоятельный характер и действуют параллельно с нормами закона о деятельном раскаянии1.

Так, Ю.М. Ткачевский и Н.Е. Крылова полагают, что «рассогласованность в данном вопросе положений Особенной части и ч.1 и ч.2 ст.75 УК РФ приводит на практике к тому, что освобождение от уголовной ответственности предоставляется тем. кто выполнил лишь условия, названные в примечании к конкретной статье Особенной части», а это представляется им неприемлемым2. Вместе с тем, данные авторы считают, что, несмотря на указание, содержащееся в ч.2 ст.75, о том, что освобождение от уголовной ответственности по специальным нормам возможно только при наличии условий, предусмотренных в ч.1 ст.75, анализ положений УК показывает, что во многих рассматриваемых примечаниях к статьях Особенной части имеются значительные отступления от предписаний общей нормы.

Некоторые авторы решают эту проблему иначе и полагают, что «в самих формулировках специальных оснований дается описание позитивного поведения лица, совершившего преступление, которое является достаточным для принятия решения об освобождении его от уголовной ответственности и прекращения уголовного дела»3. Подобные утверждения возможны вследствие анализа уголовно-правовых норм, предусматривающих специальные случаи освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Так, Х.Д. Аликперов считает, что в поощрительных нормах Особенной части Уголовного кодекса «законодатель не ставит одновременно всех условий и оснований, указанных в ч.1 ст.75 УК, а требует выполнения одного или двух из них либо вводит новые условия или основания. Иными словами, здесь основания и условия освобождения, предусмотренные ч.1 ст. 75 УК, не обязательны. Таковыми они являются только при совершении преступлений небольшой тяжести»1.

В связи с вышеизложенным следует остановиться на ряде проблем института освобождения от уголовной ответственности по нормам-примечаниям Особенной части УК РФ.

Одна из проблем, на наш взгляд, связана с соотношением ч.1 ст.75 УК РФ и норм-примечаний, предусматривающих специальные случаи освобождения от уголовной ответственности лиц, совершивших конкретные преступления, но отнесенные законодателем к категории небольшой или средней тяжести.

Так, проведенный анализ всех норм-примечаний рассматриваемого института, показал, что освобождение от уголовной ответственности по правилам, указанным в соответствующих нормах-примечаниях Особенной части УК РФ, распространяется на 41 общественно-опасное деяние (22 основных состава преступлений, 19 — квалифицированных), из которых 7 преступлений отнесены законодателем к категории небольшой тяжести (ч.1 ст. 122, ч.1 ст.204, ч.4 ст.222, ч.4 ст.223, ч.1 ст.307, ч.1 и 2 ст.337 УК РФ), а 11 преступлений — к категории средней тяжести (ч.2 ст. 122, ч.1 ст.1271, ч.2 ст.204, ч.2 ст.208, ч.1 ст.222, ч.1 ст.223, ч.1 ст.228, ч.1 ст.291, ч.2 ст.307, ч. 3 и 4 ст.337 УК РФ).

В ряде этих случаев закон предусматривает иные дополнительные, не предусмотренные ч.1 ст.75 УК РФ, условия для освобождения ляпа от уголовной ответственности. В некоторых случаях, например, коммерческий подкуп (ч.1 и 2 ст.204 УК РФ), дача взятки (ч.1 ст.291 УК РФ) в примечаниях указаны по существу такие же позитивные постпреступные действия, что и в ч.1 ст.75 УК РФ. Говорить о том, что указанные нормы имеют иную юридическую природу, нежели чем ст.75 УК РФ, и поэтому никакого отношения к ней не имеют, неверно. Так как, несмотря на то, что в некоторых случаях это специфические позитивные постпреступные действия (например, сдача оружия, наркотических средств и психотропных веществ, прекращение участия в незаконном вооруженном формировании, освобождение похищенного и т. д.), но их сущность именно в деятельном раскаянии.

Несомненно, что, решая рассматриваемую проблему, необходимо руководствоваться правилами конкуренции общей и специальной нормы. Представляется, что ч.1 ст.75 УК РФ является общей нормой освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием лиц, совершивших впервые преступления небольшой или средней тяжести. Вышеперечисленные нормы-примечания Особенной части УК РФ являются специальными нормами по отношению к ч.1 ст.75 УК РФ, так как улучшают положение лица, совершившее конкретное преступление, где имеется такое примечание. Доказательством тому являются следующие обстоятельства:

во-первых, в указанных нормах-примечаниях предусмотрена обязанность правоприменителя, а не его право (как в ч.1 ст.75 УК РФ) на освобождение лица от ответственности;

во-вторых, в большинстве случаев (за исключением примечаний к ст.1271, 337 УК РФ) закон не ставит необходимым условием применения данной нормы совершение лицом преступления впервые (что является обязательным условием применения ч.1 ст.75 УК РФ);

в-третьих, в рассматриваемых нормах-примечаниях указаны позитивные постпреступные действия, которые являются специальными по отношению к общим видам деятельного раскаяния, предусмотренным в ч.1 ст.75 УК РФ.

В связи с изложенным следует отметить, что к правилу, предусмотренному в ч.2 ст.75 УК РФ, указанные нормы вообще не имеют никакого отношения, потому что там идет речь лишь о лицах, совершивших преступления иной категории (то есть кроме преступлений небольшой или средней тяжести).

Проблема соотношения ч.2 ст.75 УК РФ с нормами-примечаниями Особенной части УК РФ, предусматривающими случаи освобождения от уголовной ответственности лица, совершившего соответствующее преступление иной категории.

Правило, заложенное в ч.2 ст.75 УК РФ должно быть общим правилом применения норм-примечаний Особенной части УК РФ, предусматривающих освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием лиц, совершивших преступление иной категории тяжести (кроме небольшой или средней тяжести).

Казалось бы, безоговорочно, можно применить данное правило лишь к ст.338 УК РФ, в примечании к которой предусмотрено, что военнослужащий, впервые совершивший дезертирство, предусмотренное ч. 1 данной статьи, может быть освобожден от уголовной ответственности, если дезертирство явилось следствием стечения тяжелых обстоятельств. В данной норме законодатель не указывает, какие постпреступные позитивные действия должно выполнить такое лицо для освобождения его от ответственности, а лишь связывает освобождение лица от ответственности с совершением деяния в особых условиях, а именно, — если совершение такого деяния явилось следствием стечения тяжелых обстоятельств. Однако по смыслу ч.2 ст.75 УК РФ ясно, что такое лицо должно выполнить действия, указанные в части первой данной статьи, а именно как минимум должно добровольно явиться с повинной, способствовать раскрытию преступления. В противном случае такое лицо не может быть освобождено от уголовной ответственности. Однако непонятно, для чего в таком случае в данной норме- примечании законодатель вновь повторяет такое условие освобождения от уголовной ответственности как совершение данного преступления впервые? Если следовать предписаниям ч.2 ст.75 УК РФ, то освобождение от уголовной ответственности в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ возможно при наличии условий, предусмотренных ч.1 ст.75 УК РФ, где совершение преступления впервые уже указано как обязательное условие применения данной нормы.

В связи с изложенным представляется, что в примечаниях к ст.337 и 338 УК РФ, как справедливо указывает А.В. Савкин, «вряд ли может идти речь о примечаниях к статьям Особенной части УК РФ как о нормах закона о деятельном раскаянии. В таких случаях, указывает автор, — примечания к статьям Особенной части УК РФ носят самостоятельный характер, так как они являются законным основанием освобождения от уголовной ответственности и согласно УК РФ действуют параллельно с нормами закона о деятельном раскаянии»1. Вступая в полемику с учеными, А.В. Савкин приходит к выводу о том, что согласно ст.75 УК РФ ее требования распространяются на примечания к статьям Особенной части УК РФ об освобождении лиц от уголовной ответственности, если в их действиях имеются признаки деятельного раскаяния2.

В Особенной части УК РФ предусмотрено еще 19 специальных случаев освобождения от уголовной ответственности, а именно в примечаниях к статьям: 122, 126, 1271, 204, 205, 205', 206, 208, 210, 222, 223, 228, 275, 276, 278, 2821, 2822, 291, 307. В каждой такой норме законодателем указаны конкретные позитивные действия, являющиеся специальными видами деятельного раскаяния, которые должно выполнить лицо, совершившее соответствующее преступление, а в некоторых случаях (примечания к ст.204, 291 УК) указаны и объективные обстоятельства, при которых лицо, совершившее преступление, освобождается от уголовной ответственности, что по сути отражает их иную юридическую природу.

По смыслу рассматриваемых норм (примечаний к указанным статьям) ясно, что освобождение от уголовной ответственности в данных случаях носит не факультативный (диспозитивный), т.е. возможный, а обязательный (императивный) характер. То есть правоприменитель обязан освободить от уголовной ответственности лицо, выполнившее требования, указанные в данных нормах, независимо от других обстоятельств. Как отмечает А.И. Рарог, «это делается с учетом как специфики самих преступлений, так и форм поведения лица после совершения преступлений, чтобы стимулировать отказ от продолжения преступной деятельности на стадии оконченного преступления и стремление нейтрализовать или смягчить негативные последствия совершенного преступления»1.

Однако вновь встает вопрос — почему в ст. 75 УК РФ, которая является общим правилом применения освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, в обеих частях употреблено одно и то же словосочетание «может быть освобождено»! В соответствии с положениями норм-примечаний Особенной части УК РФ следовало бы в ч.2 ст.75 УК РФ закрепить обязательный характер освобождения от уголовной ответственности в данных случаях.

Далее, ч.2 ст.75 УК РФ указывает, что лицо, совершившее преступление иной категории, может быть освобождено от уголовной ответственности только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части Кодекса, лишь при наличии условий, предусмотренных ч.1 данной статьи. Из этого правила следует, что для освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием лиц, совершивших преступления иной категории (кроме указанных в ч.1 ст.75 УК), требования, изложенные в примечаниях в статьям Особенной части УК РФ, должны дополняться условиями, перечисленными в ч.1 ст.75 УК РФ, то есть добровольной явкой с повинной, способствованием раскрытию преступления, возмещением причиненного ущерба или иным заглаживанием вреда, причиненного преступлением, а также совершением преступления впервые.

В тексте большинства норм Особенной части УК, где предусмотрены специальные случаи деятельного раскаяния, не отмечено, что данное лицо освобождается от ответственности, если оно впервые совершило данное преступление. И это правильно, если считать требования ч.2 ст.75 УК РФ общим правилом применения соответствующих норм. Однако, например, в примечании 1 к ст.1271 УК РФ говорится, что «лицо, впервые совершившее деяние, предусмотренное частью первой или пунктом «а» части второй настоящей статьи, добровольно освободившее потерпевшего и способствовавшее раскрытию совершенного преступления, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления».

Возникает следующий вопрос — если наличие такого условия как совершение лицом преступления впервые, является обязательным и в специальных случаях деятельного раскаяния (как нам на то указывает ч.2 ст.75 УК), то для чего потребовалось в отдельных рассматриваемых нормах Особенной части Кодекса особо выделять это обстоятельство? Если же субъектом остальных специальных случаев деятельного раскаяния, предусмотренных нормами Особенной части УК, может быть любое лицо, то совершенно не ясно, зачем в тексте ч.2 ст.75 УК законодательно закреплена фраза «...при наличии условий, предусмотренных ч.1 данной статьи...».

Далее, в некоторых нормах Особенной части УК РФ (в примечаниях к ст.228, ст.1271, ст.222) помимо специальных видов деятельного раскаяния законодатель указывает и позитивные постпреступные действия, которые являются общими видами деятельного раскаяния, предусмотренными ч.1 ст.75 УК РФ (речь идет о способствовании в раскрытии преступления). При этом и те, и другие действия должны быть выполнены лицом, совершившим указанное преступление, в совокупности, т.е. невыполнение хотя бы одного из них не может влечь за собой освобождения от уголовной ответственности. В остальных же нормах-примечаниях законодатель указывает лишь отдельные конкретные позитивные постпреступные действия (специальные виды деятельного раскаяния, например: сообщение о даче взятки или подкупе, освобождение похищенного человека и т. п.), не называя каких-либо действий, указанных в ч.1 ст.75 УК, и тем самым не определяя их необходимую совокупность.

Таким образом, если понимать положения ч.2 ст.75 УК РФ буквально, то получается, что законодатель в некоторых примечаниях дублирует указания на те или иные условия, предусмотренные ч.1 данной нормы. Из изложенного следует вывод о том, что если в соответствующей поощрительной норме-примечании законодатель указывает лишь одно из условий применения данной нормы, то наличие других также необязательно.

Такая позиция поддерживается Пленумом Верховного Суда РФ. Так, в постановлениях Пленума Верховного Суда РФ от 27 мая 1998 г. «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с наркотическими средствами, психотропными, сильнодействующими и ядовитыми веществами»1, а также от 10 февраля 2000г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе»2 нет рекомендаций установления и доказывания каких-либо дополнительных условий, кроме названных в соответствующих нормах-примечаниях.

Поэтому, применительно к большинству поощрительных норм Особенной части УК, фраза «...при наличии условий, предусмотренных ч.1 данной статьи...» в тексте ч.2 ст. 75 УК, на наш взгляд, представляется излишней. Это требование не согласуется с теми, что имеется в примечаниях самих специальных статей. В последних описание позитивного поведения дается как уже достаточное и независимое от других условий для принятия решения об освобождении от уголовной ответственности3.

Таким образом, 19 норм Особенной части УК РФ, где определены ситуации обязательного освобождения от уголовной ответственности, составляют особую группу оснований освобождения от уголовной ответственности, но общего правила их применения в уголовном законе по-прежнему не указано. Норма, содержащаяся в ч.2 ст.75 УК РФ, фактически не играет никакой роли в правоприменительной практике.

Следует отметить, что в литературе существует мнение о целесообразности расширения перечня специальных случаев деятельного раскаяния1. Авторы, исследуя институт деятельного раскаяния, предлагают и далее совершенствовать уголовное законодательство путем увеличения соответствующих норм-примечаний Особенной части Уголовного кодекса, предлагая данное уголовно-правовое поощрение применить к ряду иных норм. Так, P.M. Мелтонян предлагает предусмотреть примечание к ст.127 УК РФ, указав в

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: