Нормативное выражение процессуального статуса следователя
Успешное использование результатов оперативно-розыскной деятельности и формирование на их основе доказательственной базы по делу - результат, ожидаемый от эффективного взаимодействия следователя и оперативного работника.
Таким образом, мы можем выделить такие основные черты качественного взаимодействия, как согласованность, своевременный, основанный на взаимном доверии информационный обмен, сочетание в работе присущих следователям и оперативным работникам средств и методов. Положения действующих законов, подзаконных актов и ведомственных инструкций и распоряжений, с одной стороны, детально регулируют взаимодействие следователя и оперативного работника в процессе раскрытия и расследования преступлений, но с другой стороны оставляют неразрешенными ряд вопросов. Некоторые из них могут быть разрешены выработанными криминалистическими рекомендациями, другие требуют вмешательства законодателя. Несмотря на присущие организации
взаимодействия трудности, фундаментальные исследования, проведенные в данной сфере правоприменительной деятельности, позволяют следственным и оперативно-розыскным подразделениям эффективно взаимодействовать в борьбе с преступностью, добиваясь положительных результатов.
Наиболее полно и эффективно назначение уголовного судопроизводства может быть достигнуто тогда, когда взаимодействие следователя и органов дознания строится в определенном, строго регламентированном порядке. Исследуя процессуальное положение следователя необходимо рассмотреть его деятельность, осуществляемую совместно с сотрудниками органов дознания, урегулированную уголовно-процессуальным законом. В науке уголовного процесса такие виды деятельности принято именовать процессуальными формами взаимодействий. Анализ норм УПК РФ позволяет отнести к ним следующие формы взаимодействия:
1. Совместное рассмотрение следователем и оперативным работником материалов проверки заявлений и сообщений о фактах готовящихся и совершенных преступлений в целях решения вопроса о возбуждении уголовного дела, по которому обязательно производство предварительного следствия (ст. 140 УПК РФ). Необходимость существования данной формы взаимодействия обусловлена тем, что большинство сообщений о преступлениях в первую очередь поступает именно в органы дознания. В таких случаях сотрудник органа дознания обязан принять поступившее заявление или сообщение, выполнить все неотложные действия, в случае необходимости привлечь к расследованию преступления следователя. Такая совместная работа следователя и оперативного работника способствует быстрому, полному и объективному решению вопроса о своевременном и обоснованном возбуждении уголовного дела.
2. Принятие органом дознания оперативно-розыскных мер по делам, переданным следователю до установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (ч.4 ст. 157 УПК РФ). Данная форма взаимодействия возникает в ситуациях, когда ни органу дознания, ни следователю не удалось "по горячим следам" установить лицо, подлежащее привлечению в качестве обвиняемого. В таких случаях орган дознания после передачи уголовного дела следователю и без поручения последнего принимает необходимые меры к установлению и изобличению данного лица и сообщает о результатах своей работы следователю в письменном виде. Основным направлением принимаемых оперативно-розыскных мер при этом является собирание и фиксация данных о лице, совершившим преступление, свидетелях, документах или предметах, которые могли бы способствовать установлению обстоятельств совершенного преступления и лиц, виновных в его совершении.
3. Выполнение органом дознания поручений и указаний следователя о производстве розыскных и следственных действий (п.4 ч.2 ст.38, ч.4 ст.157 УПК РФ). Закон наделил следователя правом давать органу дознания обязательные для исполнения поручения и указания. На органе дознания лежит обязанность выполнять эти требования. Давая такое поручение, следователь ставит задачу перед органом дознания, но он не вправе предписывать органу дознания какие формы, средства и методы выполнения его поручений и указаний надлежит использовать при проведении ОРМ. По мнению специалистов, следователь имеет право знакомиться с результатами выполнения по его поручениям и указаниям действий, а придя к выводу о неудовлетворительном их выполнении, может сообщить об этом прокурору и руководству вышестоящего органа дознания с просьбой принять меры к активизации ОРД.
Следователь дает органу дознания розыскные поручения, поручения по производству отдельных следственных действий и различного рода мероприятий или по оказанию помощи в их проведении. Например, к выполнению поручений следователя можно отнести участие сотрудников органа дознания в операциях по задержанию вооруженного преступника, его преследованию (засады, погони, облавы, различные заградительные мероприятия), оцепление места происшествия, места производства обыска, пресечение случаев сопротивления следователю, помощь следователю в подготовке и проведении сложных и трудоемких следственных действий, таких, как осмотр места происшествия, следственный эксперимент, обыск, выемка, допрос, проверка показаний на месте, получение образцов для сравнительного исследования.
Как правило, не поручается органу дознания самостоятельное выполнение наиболее значимых следственных действий и принятие решений по делу (предъявление обвинения, назначение экспертизы, ознакомление обвиняемого и его защитника с материалами дела и т.п.). Розыскные поручения даются органу дознания без каких-либо ограничений, а поручения о производстве органом дознания отдельных следственных действий правомерны и оправданны в ситуациях, когда следователь не имеет возможности произвести эти действия лично. В подтверждение своих выводов можно сослаться на результаты изучения материалов следственной практики. В 100% изученных уголовных дел, помимо иных форм, взаимодействие между следователем и оперативным работником строилось посредством поручений.
4. Осуществление органом дознания по мотивированному постановлению следователя привода подозреваемого, обвиняемого, свидетеля, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика, эксперта, специалиста, переводчика, понятого (п.4 ч.2 ст. 38, ст. 111, 113 УПК РФ). Содержанием данной формы взаимодействия является осуществление органом дознания принудительного доставления в органы предварительного следствия участников уголовного процесса, которые уклоняются от явки к следователю. Осуществляется данная форма только при наличии двух, предусмотренных законом, фактических и юридических оснований: а) неявка участника процесса без уважительной причины; б) вынесение следователем мотивированного постановления. Причем отсутствие уважительной причины неявки участника процесса должно быть установлено следователем достоверно, так как, согласно ч.З ст.ПЗ УПК РФ, наличие уважительной причины не дает оснований для осуществления привода.
5. Выполнение администрацией мест предварительного заключения требования следователя о вызове подозреваемого или обвиняемого, находящегося под стражей, передача администрацией корреспонденции подозреваемого, обвиняемого (ст.ст. 126, 129, 172, 222 УПК РФ). Специфику данной формы взаимодействия следователя с органом дознания составляют следующие положения:
- она осуществляется только по уголовным делам, по которым в отношении подозреваемого или обвиняемого избрана мера пресечения в виде заключения под стражу;
- субъектами данной формы взаимодействия являются дознаватель, следователь, прокурор и начальник места предварительного заключения (следственного изолятора);
- данная форма взаимодействия применяется при необходимости производства с подозреваемым или обвиняемым каких-либо следственных действий;
- также взаимодействие в рассматриваемой форме осуществляется в случаях необходимости передачи жалоб, ходатайств и иных имеющих значение для дела документов от подозреваемого, обвиняемого, содержащегося под стражей, лицу, в чьем производстве находится уголовное дело, а также при вручении обвиняемому копии обвинительного заключения.
6. Принятие органом дознания по приостановленному уголовному делу оперативно-розыскных мер для установления лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого (п.1 ч.2 ст.209 УПК РФ). В случае приостановления предварительного следствия в связи с неустановлением лица, подлежащего привлечению в качестве обвиняемого, закон возлагает на следователя как непосредственно, так и через органы дознания принимать меры, направленные на его установление. Так как после приостановления предварительного следствия следователь не имеет права проводить по нему следственные действия, основным способом раскрытия преступления являются ОРМ и розыскные действия следователя. В ходе взаимодействия по приостановленному уголовному делу особое внимание уделяется обмену информацией между следователем и оперативным работником, так как сведения, полученные в результате ОРМ, нередко могут послужить основанием для возобновления предварительного следствия и проведения дополнительных следственных действий,
7. Розыск подозреваемого, обвиняемого, чье место нахождения не известно (ст.209, 210 УПК РФ), Розыск скрывшегося подозреваемого, обвиняемого может быть объявлен как во время производства по уголовному делу, так и одновременно с его приостановлением. Следователь, вынесший мотивированное постановление о розыске подозреваемого, обвиняемого и поручивший его органу дознания, не освобождается, однако, от выполнения самостоятельных действий по розыску обвиняемого. Также следователь вправе давать поручения органу дознания на выполнение отдельных следственных действий, связанных с розыском данного лица. До объявления в розыск лица следователь обязан установить, действительно ли оно скрывается. Для этого следователь собирает сведения о личности лица, которые он передает органу дознания в справке о личности разыскиваемого вместе с постановлением об объявлении в розыск. Вся работа в рамках данной формы взаимодействия строится на постоянном контакте следователя и оперативного работника, своевременном обмене информацией, совместном составлении планов мероприятий, возможности ознакомления с материалами уголовного и розыскного дел. Розыск скрывшегося подозреваемого, обвиняемого является одной из важнейших и сложных форм процессуального взаимодействия следователя и органа дознания.
8. Выполнение органом дознания поручений следователя в случае необходимости производства следственных или розыскных действий в другом месте (п.4 ч,2 ст.38, ч.1 ст. 152 УПК РФ), В случаях, когда возникает необходимость производства следственных действий или розыскных мероприятий на территории другого района или населенного пункта, следователь зачастую не имеет возможности провести их лично. Поэтому возникает необходимость взаимодействия с органами дознания, осуществляющими свою деятельность в интересующем следователя районе. Такое взаимодействие во многом схоже с уже рассмотренными формами взаимодействия, хотя имеет некоторые особенности. Важнейшей из таких особенностей является четко установленный законом срок исполнения поручений следователя в порядке ст. 152 УПК РФ, который не должен превышать 10 суток.
9. Предоставление следователем сотрудникам органа дознания, осуществляющего оперативно-розыскную деятельность, разрешения на встречи с подозреваемым, обвиняемым с целью проведения оперативно-розыскных мероприятий (ч.2 ст. 95 УПК РФ). Зачастую сотрудникам, уполномоченным на осуществление оперативно-розыскной деятельности с целью раскрытия преступлений, выявления дополнительных эпизодов преступной деятельности необходимо проводить работу с лицами, привлеченными к уголовной ответственности. На стадии предварительного расследования все встречи с подследственными даются следователем, в чьем производстве находится уголовное дело. При этом следует помнить, что полученные в процессе бесед объяснения подозреваемого, обвиняемого не будут являться доказательствами. Согласно Определения Конституционного Суда РФ от 01 декабря 1999 года об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Барковского К.О. на нарушение его конституционных прав частью четвертой статьи 127 УПК РСФСР, пунктом 1 части первой ст. 6 и пунктом 3 части первой статьи 7 Федерального закона «Об оперативно-розыскной деятельности», проведение оперативным работником опроса подозреваемого или обвиняемого, содержащегося под стражей, не может подменять собой допроса этого же лица следователем об обстоятельствах совершенного им преступления. В любом случае, недопустимо проводить 58 опросы подозреваемого или обвиняемого, содержащегося под стражей, в отсутствие защитника или без разъяснения ему права отказаться от участия в таких действиях. Формы объединения сил и средств, используемых в расследовании, различны, и отношение к ним далеко не одинаковое. Прежде всего, это касается следственно-оперативных групп, правомерность создания и функционирования которых порой ставиться под сомнение. Традиции организации раскрытия и расследования преступлений, положения внутриведомственных инструкций, новеллы уголовно-процессуального закона предопределяют значение данной формы взаимодействия.
"Инструкция по организации взаимодействия подразделений и служб органов внутренних дел в расследовании и раскрытии преступлений", утвержденная приказом МВД РФ от 20 июня 1996 года № 334, установила СОГ, как основную организационную форму взаимодействия служб Министерства в раскрытии и расследовании преступлений.
Следственной практикой апробированы четыре вида СОГ:
- дежурная СОГ (при дежурной части) - обеспечивает незамедлительное реагирование на сообщения о преступлениях, производство неотложных следственных действий и ОРМ по "горячим следам" и формируется в составе следователя, сотрудников оперативных и экспертно-криминалистических подразделений, кинолога. Также по необходимости в группу могут быть включены сотрудники и иных подразделений;
- целевая СОГ (временная) - для расследования и раскрытия преступлений по конкретному уголовному делу;
- специализированная СОГ (постоянно действующая) - для расследования и раскрытия определенной категории преступлений, в том числе по которым лица, их совершившие, не установлены;
- совместная СОГ (бригада) - для расследования и раскрытия тяжких и особо тяжких преступлений, в том числе совершенных организованными преступными группами, либо для расследования сложного уголовного дела с большим объемом работы. В состав группы (бригады) могут включаться по согласованию сотрудники органов прокуратуры, Федеральной службы безопасности, Федеральной службы по контролю за оборотом наркотиков и др.
Следственно-оперативная группа - это основанное на законе и ведомственных нормативных правовых актах временное организационное формирование, состоящее из следователя (следователей), сотрудников оперативных аппаратов субъектов ОРД и иных специалистов, возглавляемое следователем и создаваемое для оптимальной организации деятельности по раскрытию и расследованию преступлений.
Следователь, являясь руководителем СОГ, осуществляя взаимодействие с органами дознания и экспертно-криминалистическими подразделениями, решает следующие задачи:
- обеспечение неотложных следственных действий и оперативно-розыскных мероприятий при совершении преступлений;
- раскрытие преступлений;
- своевременное изобличение лиц и привлечение их к уголовной ответственности;
- всестороннее полное и объективное расследование преступлений;
- своевременный, исчерпывающий обмен информацией, необходимой для решения поставленных перед субъектами взаимодействия задач;
- организация совместной деятельности по розыску скрывшихся преступников;
- пресечение преступлений и принятие мер по их предотвращению;
- осуществление мероприятий, направленных на возмещение материального ущерба, причиненного гражданам и организациям вне зависимости от форм собственности преступными действиями виновных лиц.
Широкое применение на практике данной формы взаимодействия, несомненное повышение эффективности раскрытия и расследования преступлений СОГ, привлекли внимание законодателя и нашли отражение в ст. 163 УПК РФ, предусматривающей привлечение к работе следственных групп должностных лиц органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность.
Существует мнение, что создание СОГ в порядке, предусмотренном ч.2 ст. 163 УПК РФ, ведет к смешению их функций, к подмене средств процессуального доказывания оперативно-розыскными мерами. Однако, с данным утверждением трудно согласиться. В рамках действующей СОГ каждый из её участников выполняет только те функции, которыми наделен по роду своей деятельности.
Следователь осуществляет предварительное расследование: принимает процессуальные решения, производит следственные и иные процессуальные действия, руководит группой. Сотрудник органа дознания, уполномоченный на осуществление оперативно-розыскной деятельности, выполняет задания, поручения следователя в пределах своей компетенции. Как справедливо указывает В. Юдин, такая форма взаимодействия обеспечивает более тесное взаимодействие участников расследования, устраняет организационную разобщенность следователей и сотрудников органов дознания.
В уголовно-процессуальном законе нет четкого указания, в каком порядке должностные лица органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, могут быть привлечены к участию в расследовании, и каков порядок их сообщения со следователями и руководителем следственной группы.
По мнению некоторых авторов, при создании следственных групп с привлечением должностных лиц органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, указанные должностные лица подозреваемому, обвиняемому не объявляются. Приказ начальника органа дознания о выделении подчиненных ему должностных лиц для проведения ОРМ по уголовному делу о преступлениях, расследуемых следственной группой, процессуального значения не имеет и к уголовному делу не приобщается.
Данное суждение не бесспорно. Полагаем, что возможности привлечения сотрудников, уполномоченных на осуществление ОРД, к предварительному расследованию в "негласном порядке" достаточно широки. В случае создания следственно-оперативной группы, сотрудник, осуществляющий оперативно-розыскную деятельность должен быть указан в постановлении о создании группы, которое объявляется подозреваемому, обвиняемому.
Если проводить формальный анализ положений ч.2 ст. 163 УПК РФ, конечно, можно согласиться с первой точкой зрения, однако полагаем, что относительная новизна данного процессуального института является основной причиной его недостаточной разработанности. По нашему мнению, подозреваемый, обвиняемый вправе знать каким составом в отношении него осуществляется расследование уголовного дела, на каком основании отдельные члены СОГ принимают участие в следственных действиях.
Порядок привлечения оперативного работника к участию в следственных и иных процессуальных действия должен соответствовать ст.ст. 38, 39, 40 УПК РФ, однако при этом носить более упрощенный характер. Автор считает, что в случае поручения оперативному работнику выполнения каких-либо действий самостоятельно следует оформлять в письменном виде. Если же необходимо оказать помощь в производстве отдельных следственных действий (обыск, выемка, следственный эксперимент, проверка показаний на месте и др.), оперативный работник может быть привлечен следователем устно, без составления специальных документов. Потребность в конкретизации порядка участия должностного лица, уполномоченного на осуществление ОРД, в составе следственной группы, а также более четкой регламентации создания следственно-оперативной группы, обуславливает необходимость совершенствования ст. 163 УПК РФ. Предлагаем часть 3 ст. 163 УПК РФ изложить в следующей редакции, а части 3,4,5 ст. 163 УПК РФ считать соответственно частями 4,5,6 ст. 163 УПК РФ:
«3. В случае привлечения должностных лиц органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, созданная группа именуются следственно-оперативной. Поручения следователей сотрудникам органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, являющимися членами одной следственно-оперативной группы, обязательны для исполнения. Поручения для самостоятельного исполнения должностным лицом органов, осуществляющих оперативно-розыскную деятельность, входящим в состав следственно-оперативной группы, даются в порядке, предусмотренном п.4 ч.2 ст. 38 УПК РФ».
Автор полагает, что совершенствование уголовно-процессуального закона в данном направлении повлечет за собой снижение проблем организации взаимодействия между следователем и сотрудниками органа дознания, повышение эффективности выполнения основной функции следователя - расследование уголовного дела (разрешение уголовного дела на стадии предварительного расследования).
2.3 Процессуальная самостоятельность следователя в ходе производства по уголовным делам
Согласно п. 3 ч. 2 ст. 38 УПК РФ следователь уполномочен самостоятельно направлять ход расследования, принимать решения о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с действующим уголовно-процессуальным законом требуется получение санкции прокурора и судебного решения. Но при этом следователь, наряду с судьей, присяжными заседателями, прокурором и дознавателем свободен в оценке доказательств (ст. 17 УПК РФ), он оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на совокупности имеющихся в уголовном деле доказательств, руководствуясь при этом законом и совестью.
Закрепляя указанные положения в УПК РФ, законодатель попытался обозначить элементы процессуальной самостоятельности следователя.
Действительно процессуальная самостоятельность следователя является одним из важнейших средств реализации функции расследования уголовного дела (разрешения уголовного дела на стадии предварительного расследования), а также достижения, стоящих перед ним задач. «Наделение самостоятельностью в решении разнообразных вопросов в ходе проведения расследования - необходимое условие выполнения возлагаемых на него обязанностей. Без свободы выбора ни следователь, ни прокурор не могут осуществлять своих уголовно-процессуальных обязанностей» - подчеркивают авторы научно-практического комментария к УПК РФ.
В связи с этим далее необходимо остановиться на исследовании понятия и сущности процессуальной самостоятельности следователя.
В первую очередь следует отметить, что уголовно-процессуальное законодательство России, как и ранее действовавшее законодательство РСФСР, не содержит в себе определение процессуальной самостоятельности. В УПК РФ определяются лишь ее отдельные элементы.
В этой связи в науке уголовного процесса имеется достаточно большое количество точек зрения по поводу данной категории.
Большинство авторов процессуальную самостоятельность определяют как важный элемент его статуса, состоящий в праве самостоятельно принимать все решения о направлении следствия и производстве следственных действий и полной ответственности за их законное и своевременное проведение.
Многие авторы включают в данное понятие и ряд правомочий следователя: право на оценку доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном рассмотрении обстоятельств дела в их совокупности; право не согласиться с указаниями прокурора и начальника следственного отдела; право давать органам дознания поручения и указания о производстве следственных и розыскных действий.
Правовое начало предоставления возможности оценки доказательств лицу, осуществляющему производство по делу, означает его самостоятельность, независимость при оценке доказательств. Внутреннее убеждение исключает всякое внешнее принуждение, и это свойство убеждения оттеняется словом "внутреннее". В этом смысле внутреннее убеждение понимается как самоубеждение, как формирование собственного взгляда на фактические обстоятельства дела.
Принцип всесторонности, полноты и объективности исследования обстоятельств дела говорит сам за себя. Объективность и беспристрастность лица, осуществляющего предварительное расследование способствует лучшему выполнению поставленных перед ним задач, служит одной из гарантий установления истины и является необходимым условием усиления воспитательной роли предварительного расследования, укрепления авторитета следственных органов и органов дознания. Стоит заметить, что в настоящее время (с вступлением в действие УПК РФ) такого принципа нет, но все уголовное судопроизводство пронизано всесторонностью, полнотой и объективностью исследования обстоятельств дела, более того круг обстоятельств, подлежащих доказыванию при производстве по уголовному делу согласно ст.73 УПК РФ расширился по сравнению с аналогичной ст. 68 УПК РСФСР.
Анализируя нормы уголовно-процессуального закона, выделяются следующие элементы данного правового института:
- нормы, устанавливающие право следователя самостоятельно направлять ход расследования;
- самостоятельность в принятии решений о производстве следственных и иных процессуальных действий, за исключением случаев, когда в соответствии с УПК РФ требуется получение санкции прокурора и судебного решения;
- право следователя оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению;
- право не согласиться с указаниями прокурора и начальника следственного отдела;
- право вынесения постановлений, обязательных для исполнения и внесения представлений;
- право давать органу дознания обязательные для исполнения поручения;
- ответственность за законное и своевременное проведение следственных и иных процессуальных действий.
Однако, по нашему мнению, самостоятельность данного участника уголовного судопроизводства должна заключаться не в простом предоставлении ему определенных прав, таких как, например: право не соглашаться с указаниями прокурора или начальника следственного отдела и др., а в гарантиях невмешательства в его деятельность при принятии наиболее важных решений. Уголовно-процессуальное законодательство должно гарантировать, что если следователь пришел к определенному мнению, то никто не может его умолить - это и есть самостоятельность следователя. При этом, конечно, не ведется речь о том, что это решение не может быть проверено прокурором или судом на определение его законности и обоснованности.
Когда в российском уголовном судопроизводстве появилась фигура следователя, он назначался главой государства - императором, был наделен широкими полномочиями, несменяем, практически приравнен к судье. Разве сейчас роль следователя изменилась? Ведь и сегодня следователь уполномочен не только собирать необходимые материалы и доказательства, оценить их, но и принять решения о прекращении уголовного дела. Да, он поднадзорен прокурору, его решение может рассмотреть суд и не согласиться с ним, но все равно он правомочен принимать решение по делу».
Таким образом, процессуальная самостоятельность по своей сути означает, что следователь принимая решения, действует по своему внутреннему убеждению и несет полную ответственность за расследование уголовного дела. «Из этого следует, что решения должны изначально приниматься следователем самостоятельно даже тогда, когда требуется согласие прокурора или разрешение суда для придания им юридической силы. Не должно быть никаких обязательных предварительных согласований, коррективов с вышестоящими руководителями, прокурорами, судьями. Это позволит следователю реализовать свое внутреннее убеждение в полной мере, что обеспечит ему возможность не только принимать решения, соответствующие его внутреннему убеждению, но и не принимать иного, противоречащего его убеждению решения».
Все вышеизложенное дает возможность автору исследования утвердиться во мнении, что самостоятельность следователя представляет собой необходимую гарантию достижения непосредственно стоящих перед ним задач, а в конечном итоге и задач уголовного судопроизводства по защите прав и законных интересов лиц и организаций, потерпевших от преступлений, защите личности от незаконного и необоснованного обвинения, осуждения, ограничения ее прав и свобод.
Важно также отметить, что самостоятельность может быть у следователя, только в том случае, если он обладает функцией расследования уголовного дела (разрешения уголовного дела на стадии предварительного расследования), а не функцией обвинения. Следователь, будучи участником, со стороны обвинения и являясь лишь ее не основным элементом, не может быть самостоятелен и независим, какие бы доводы мы не представляли.
Фактическая возможность использования участниками стадии предварительного расследования своих прав во многом зависит от того, насколько объективно и беспристрастно следователь осуществляет производство по делу. Следователь не вправе забывать, что односторонность расследования, обвинительный уклон приводят к невосполнимым потерям. «Чрезмерное увлечение следователя одной версией, игнорирование не соответствующих ей данных, особенно если эти данные вообще не выясняются и не фиксируются в материалах дела, влечет за собой не только следственные, но в дальнейшем и тяжкие судебные ошибки». А ведь к односторонности расследования может привести и недостаточная самостоятельность следователя.
Ограничение самостоятельности следователя приводит к недостаткам в расследовании уголовных дел, к нарушению прав участников процесса. Обеспечение же процессуальной самостоятельности, в свою очередь является важным условием надлежащего обеспечения прав и интересов личности при производстве расследования.
Конституционные права граждан должны обеспечиваться путем совершенствования института процессуальной самостоятельности и независимости следователя. Ограничение самостоятельности значительно снижает творчество, инициативу и активность в работе следователя, отсюда и отношение к результатам расследования.
Справедливости ради следует отметить, что никаких существенных изменений в регламентации процессуальной самостоятельности следователя не произошло и на современный период. В юридической литературе вполне справедливо отмечается, что от процессуальной самостоятельности и ответственности следователей в настоящее время мало, что осталось.
Рассмотрим далее более подробно особенности правового регулирования процессуальной самостоятельности следователя в УПК РФ.
С введением в действие указанного закона с 1 июля 2002 года серьезные изменения коснулись самостоятельности следователя при возбуждении уголовного дела. Так, в соответствии с законом (п. 4 ч. 2 ст. 37 и ч. 4 ст. 146 УПК РФ), как указывалось выше, уголовное дело возбуждается органом дознания, дознавателем, следователем с согласия прокурора.
Введение данного института в УПК РФ, «с одной стороны, имеет целью обеспечить безотлагательную проверку законности и обоснованности принятия дознавателем, следователем такого важного процессуального решения, как возбуждение уголовного дела, с другой -закрепляет прерогативу (исключительное право) прокурора на возбуждение процедуры уголовного преследования, что имеет существенное значение в качестве гарантии обеспечение законности».
Действительно, на практике указанный институт фактически стал серьезным препятствием к своевременному возбуждению уголовного дела. Временные затраты на выполнение требований ч. 4 ст. 146 УПК РФ составляют от нескольких часов до нескольких суток. Для иллюстрации указанного приведем алгоритм действия следователя в случае, когда лицо застигнуто при совершении преступления. В данной ситуации в условиях ограниченного времени, установленного ч. 1 ст. 92 УПК РФ для составления протокола задержания лица, застигнутого при совершении преступления (3 часа с момента его доставления к следователю, а в данном случае - с момента фактического задержания) следователь, отобрав заявление у потерпевшего о совершенном преступлении, должен незамедлительно вынести постановление о возбуждении уголовного дела и представить его прокурору вместе с заявлением потерпевшего. После получения согласия на возбуждение уголовного дела следователь составляет протокол о задержании подозреваемого, после чего приступает к выполнению следственных действий: осмотру места происшествия, выемке у задержанного похищенных вещей, допросу потерпевшего и т.д.
Кроме того, как справедливо указывается в юридической литературе, зачастую возникающие в вечернее и ночное время вопросы остаются нерешенными до начала следующего дня. Например, в Самарской, Кировской и ряде других областей по материалам о неочевидных преступлениях, совершенных в вечернее или ночное время, прокуроры дают согласие на возбуждение уголовного дела только на следующий день в рабочее время. Указанное лишает возможности следователей и оперативных работников раскрывать преступления по горячим следам. Особую сложность вызывает процедура получения согласия прокурора на возбуждение уголовного дела у следователей органов внутренних дел на транспорте. Транспортные прокуроры зачастую находятся за несколько десятков, а иногда и сотен километров от соответствующих ОВД (УВД) на транспорте. Естественно Генеральная прокуратура РФ пытается повлиять в какой-то мере на указанную ситуацию. Так, согласно п. 2.6. Приказа Генерального прокурора РФ № 39 от 05 июля 2002 г. «Об организации прокурорского надзора за законностью уголовного преследования в стадии досудебного производства», в случае решения вопроса о согласии на возбуждение уголовного дела, но невозможности оперативного возвращения следователю или дознавателю материалов дела для производства расследования, о принятом решении следует уведомлять их по телефону, телеграфу, телетайпу, средствами факсимильной связи или электронной почтой, а постановления о возбуждении уголовного дела с материалами незамедлительно направлять следователю и дознавателю.
Однако, указанные меры, на наш взгляд, решающего воздействия на сложившуюся ситуацию не оказывают. Изложенный выше громоздкий и неповоротливый механизм приводит к следующим негативным последствиям:
1) грубо нарушаются права лиц, потерпевших от преступных посягательств (ст. 42 и 53 Конституции РФ, ст. 6 УПК РФ);
2) следователь и оперативные работники лишаются возможности оперативного раскрытия преступлений по горячим следам;
3) утрачивается оперативность в собирании доказательств;
4) свидетели и потерпевшие отказываются являться к следователю (дознавателю) под предлогом того, что они уже давали сведения (объяснения). Разъяснения о том, что доказательствами по делу являются показания, оформленные протоколом допроса, а не объяснения вызывают негативную реакцию у граждан;
5) у преступников остается реальная возможность скрыть следы преступления и продолжить свою преступную деятельность;
6) у следователя возникает сложность с задержанием лица по подозрению в совершении преступления, так как доставить его в ОВД можно не более чем на З часа.
Так же следует отметить, что если прокурор наделен правом дачи согласия на возбуждение уголовного дела, то он также должен нести ответственность за незаконное и необоснованное возбуждение уголовного дела. На следственной практике видна другая картина, именно следователь несет полную ответственность за незаконное и необоснованное возбуждение уголовного дела, не имея при этом права на его возбуждения без согласия прокурора. Это же подтверждают и результаты социологического опроса автора, которые показали, что 98,4% опрошенных лиц, осуществляющих производство по уголовному делу, говорят, что именно следователь несет ответственность за незаконно и необоснованно возбужденное дело.
А если еще идти дальше и говорить об ограничении самостоятельности следователя, необходимо также отметить, что в перечне решений и указаний прокурора, которые могут быть обжалованы следователем вышестоящему прокурору (ч. 3 ст. 38 УПК РФ), не предусмотрено право обжаловать отказ прокурора в даче согласия на возбуждение уголовного дела, а также решение о возвращении материалов для дополнительной проверки.
Следовательно, УПК РФ не предусматривает возможность обжалования вышестоящему прокурору указанных выше решений прокурора. Но, с другой стороны, отказ в даче согласия на возбуждение уголовного дела может быть обжалован заявителем в соответствии со ст. 125 УПК РФ.
В связи с этим, автор данного исследования придерживается позиции о необходимости исключения из УПК РФ положений, касающихся получения согласия прокурора на возбуждение уголовного дела. Достаточно направления прокурору копии постановления о возбуждении уголовного дела для обеспечения надзора за законностью принятия данного решения.
По указанным выше причинам не может быть поддержано предложение Р.Ю. Олисова о том, что в УПК РФ необходимо оптимизировать дачу согласия прокурора на возбуждение уголовного дела следующим образом: при возбуждении уголовного дела в отношении лица согласие со стороны прокурора необходимо, а в остальных случаях (возбуждение уголовного дела по факту совершения преступления) такого согласия не требуется.
При отсутствии основания для возбуждения уголовного дела следователь выносит постановление об отказе в возбуждении уголовного дела (ч. 1 ст. 148 УПК РФ). При этом согласно ч. 4 ст. 148 УПК РФ копия данного постановления в течение 24 часов с момента его вынесения направляется заявителю и прокурору.
Таким образом, законодатель предоставил следователю самостоятельность в принятии решения об отказе в возбуждении уголовного дела. В тоже время под предлогом обеспечения более качественного прокурорского надзора идут попытки лишь следователя и данного «островка самостоятельности». Так, в юридической литературе рядом