Функции прокуратуры Российской Федерации по обеспечению законности при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования
6) безусловного соблюдения требований закона о всестороннем, полном и объективном расследовании всех обстоятельств дела, выявлении как уличающих, так и оправдывающих обвиняемого обстоятельств, а также обстоятельств, как отягчающих, так и смягчающих его ответственность;
7) соблюдения требований закона о выяснении причин совершения преступлений и способствующих им условий и принятия мер к их устранению;
8) обеспечения законности и обоснованности задержания граждан по подозрению в совершении преступления и производства этих действий только в порядке и по основаниям, установленным уголовно-процессуальным законодательством (ст. ст. 91, 92 УПК РФ); обеспечения законного и обоснованного привлечения к уголовной ответственности или иному ограничению в правах;
9) обеспечения правовых гарантий законности избрания меры пресечения в отношении подозреваемых или обвиняемых в порядке и по основаниям, указанным в УПК РФ, а применения ареста только на основании судебного акта;
10) обеспечения точного и неуклонного исполнения требований УПК РФ при производстве предварительного расследования следователями, дознавателями, руководителями следственных органов1.
Указанные базовые задачи, стоящие перед прокурорами на любом временном этапе деятельности прокуратуры, дополняются требованиями Генерального прокурора РФ, вытекающими из его полномочий, предусмотренных ст. 17 Закона о прокуратуре, в части издания обязательных для исполнения всеми работниками органов и учреждений прокуратуры приказов, указаний и других нормативно-правовых актов, регулирующих вопросы организации деятельности системы прокуратуры РФ. К таким задачам следует относить:
1) соблюдение прав и законных интересов граждан, особенно жертв преступлений (потерпевших);
2) принятие личного участия в выездах на места происшествий по делам о бандитских налетах, террористических актах, массовых беспорядках, убийствах при отягчающих обстоятельствах, а также совершенных в условиях неочевидности;
3) организация проверок (не реже одного раза в месяц) законности разрешения заявлений и сообщений о совершенных преступлениях;
4) организация тщательных проверок соблюдения процессуальных требований по применению мер процессуального принуждения, проведению обысков; обеспечение соблюдения принципа презумпции невиновности, неприкосновенности жилища и т.д.;
5) решительное пресечение применения незаконных методов ведения следствия и дознания, обвинительного уклона при сборе доказательств, обеспечение выполнения требования УПК РФ о недопустимости использования доказательств, полученных с нарушением установленного законом порядка;
6) недопущение использования задержания и ареста как средства получения от подозреваемого признания вины в совершении преступления;
7) организация изучения (не реже одного раза в квартал) практики избрания меры пресечения в виде заключения под стражу с точки зрения законности и обоснованности1.
Все перечисленные задачи рассматриваемой отрасли прокурорского надзора органами прокуратуры решаются комплексно.
Характеризуя направления прокурорского надзора за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования, следует помнить, что они определяются Генеральным прокурором РФ исходя из предмета данной отрасли надзора.
В связи с этим рассмотрим содержание предмета данной отрасли надзора и пределы его осуществления. Предмет прокурорского надзора за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования, установлен ст. 29 Закона о прокуратуре. Им охватывается соблюдение прав и свобод человека и гражданина, установленного порядка разрешения заявлений и сообщений о совершенных и готовящихся преступлениях, выполнение оперативно-розыскных мероприятий, проведение расследования, а также обеспечение законности решений, принимаемых органами, осуществляющими ОРД, дознание и предварительное следствие.
Таким образом, предмет надзора рассматриваемой отрасли состоит из пяти элементов:
1) соблюдение прав человека и гражданина в досудебных стадиях уголовного судопроизводства;
2) соблюдение установленного законом порядка разрешения заявлений и сообщений о преступлениях;
3) законность выполнения ОРМ по выявлению преступлений и изобличению лиц, их совершивших;
4) законность производства расследования преступлений;
5) законность решений, принимаемых органами, осуществляющими ОРД, дознание и предварительное следствие.
Названные пять элементов предмета надзора исчерпывающим образом определяют сферу прокурорской деятельности за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования.
К сожалению, на современном этапе в практике прокурорского надзора подчас имеет место некоторое смещение акцентов, и на передний план нередко выдвигается задача усиления мер по борьбе с преступностью любыми средствами. Организация и осуществление надзора за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования, должны быть всецело подчинены решению задач обеспечения полного, всестороннего и объективного расследования уголовных дел, неотвратимости ответственности за совершенные преступления, изобличения виновных, а также охраны прав и свобод участвующих в деле лиц.
Вопрос о пределах прокурорского надзора за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования, имеет исключительное значение для организации деятельности по его осуществлению.
Пределы надзора за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования определяются объемом конституционных прав и свобод человека и гражданина, ограничение которых допускается по основаниям и в порядке, установленным УПК РФ, а также Законом об ОРД, регулирующим сферу правоотношений, возникающих при проведении оперативно-розыскных мероприятий, а также при производстве дознания и предварительного следствия.
Пределы надзора рассматриваемой отрасли в части обеспечения соблюдения установленного законом порядка разрешения заявлений и сообщений о преступлениях определяются сферой правоотношений, возникающих из обязанностей следователя и органа дознания принимать и разрешать заявления и сообщения о любом совершенном или подготавливаемом преступлении, т.е. реальным наличием повода и оснований к принятию решения о возбуждении уголовного дела.
Пределы прокурорского надзора за законностью выполнения ОРМ по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, установлению и розыску лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших, ограничиваются кругом поднадзорных прокурору в рамках данного элемента предмета рассматриваемой отрасли надзора субъектов.
Надзор за исполнением законов органами, осуществляющими ОРД, дознание и предварительное следствие в части обеспечения законности производства расследования преступлений ограничивается сферой правоотношений, возникающих в связи с производством следственных и иных процессуальных действий в ходе расследования конкретных уголовных дел.
Таким образом, в качестве вывода по первой главе исследования, отметим, что прокурорский надзор в Российской Федерации - это установленный Конституцией РФ и федеральными законами особый вид государственной правоохранительной деятельности специального органа государства - прокуратуры Российской Федерации - по надзору (наблюдению) за соблюдением Конституции и исполнением законов РФ, а также иных нормативно-правовых актов в целях обеспечения верховенства законов, а также защиты и восстановления прав и законных интересов человека, общества и государства. Указанная деятельность осуществляется в строгом соответствии с установленными федеральными законами предметами прокурорской деятельности и полномочиями, закрепленными за органами и учреждениями прокуратуры и их должностными лицами, и обеспечивается установленными уголовным и административным законодательством РФ гарантиями недопустимости вмешательства в осуществление прокурорского надзора и другой деятельности органов прокуратуры.
функция прокуратура надзор законность дело
Глава 2. Прокурорский надзор как средство обеспечения законности при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования
2.1 Полномочия прокурора по надзору за законностью при возбуждении уголовного дела и предварительного расследования
На стадии возбуждения уголовного дела и предварительного расследования роль прокурора имеет особое значение, о чем свидетельствует спектр процессуальных, надзорных и организационно-распорядительных полномочий, которые предоставлены ему ст. 37 УПК РФ, а также другими положениями уголовно-процессуального закона. Федеральным законом от 5 июня 2007 г. N 87-ФЗ, а впоследствии Федеральным законом Российской Федерации от 29 декабря 2010 г. N 433-ФЗ "О внесении изменений в Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации"1 были внесены изменения в УПК РФ и Закон о прокуратуре. В статье 37 УПК РФ, регламентирующей полномочия прокурора добавлен пункт о том, что в ходе досудебного производства по уголовному делу прокурор уполномочен истребовать и проверять законность и обоснованность решений следователя или руководителя следственного органа об отказе в возбуждении, приостановлении или прекращении уголовного дела и принимать по ним решение в соответствии с УПК РФ (п. 51), а также п. 12 изложен в следующей редакции: передавать уголовное дело или материалы проверки сообщения о преступлении от одного органа предварительного расследования другому (за исключением передачи уголовного дела или материалов проверки сообщения о преступлении в системе одного органа предварительного расследования) в соответствии с правилами, установленными статьей 151 УПК РФ, изымать любое уголовное дело или любые материалы проверки сообщения о преступлении у органа предварительного расследования федерального органа исполнительной власти (при федеральном органе исполнительной власти) и передавать его (их) следователю Следственного комитета Российской Федерации с обязательным указанием оснований такой передачи1.
Теоретической основой вышеперечисленных новаций, внесенных в законодательство, явилось представление о необходимости освободить прокурора от ответственности за руководство предварительным следствием и тем самым очистить его надзорную функцию от наслоений чуждых ей интересов. Этим Законом прокурор полностью лишился полномочий по руководству предварительным следствием - они остались у него только в отношении производства дознания. Теперь функция уголовного преследования осуществляется прокурором на предварительном следствии большей частью постольку, поскольку он участвует в подготовке и формировании будущего государственного обвинения в суде. Эта функция проявляет себя здесь в основном на завершающем этапе расследования - в полномочиях прокурора при рассмотрении уголовного дела, поступившего к нему от следователя с обвинительным заключением (гл. 31 УПК РФ). Лишь с этого момента, но не ранее прокурор становится ответственным за качество обвинения, которое прокуратуре придется поддерживать в суде. Таким образом, он становится свободен для осуществления более объективного надзора на более ранних этапах предварительного следствия и в стадии возбуждения уголовного дела.
При обсуждении вышеперечисленных Законов часто высказывались мнения, что прокурорский надзор в отсутствие полномочий по руководству следствием (в том числе при невозможности давать следователю обязательные указания) потеряет свою эффективность2, что гражданам придется обращаться за защитой своих прав не к прокурорам, а в суды, которые и без того загружены делами и не смогут обеспечить интересы участников процесса1. Как представляется, опасность возникновения таких негативных последствий преувеличена. Обладая правом утверждать (или не утверждать) обвинительное заключение, прокурор имеет полную возможность добиться от следственных органов выполнения своих требований и указаний даже без обращения к руководителям вышестоящих следственных органов с требованием об устранении допущенных нарушений. Думается, что на практике такие обращения будут направляться редко и лишь в исключительных случаях. Если только работа прокуроров, ответственных за надзор над следственными органами, будет оцениваться не по-старому, т.е. по количеству дел, направленных в суд с обвинительным заключением, а лишь по количеству и качеству актов прокурорского реагирования на допущенные на досудебном производстве нарушения, прокурорский надзор сможет оказаться наиболее быстрым и действенным средством защиты прав и законных интересов участников процесса на досудебных стадиях. В противном случае он вряд ли сделается по-настоящему эффективным.
В результате этих изменений строй российского уголовного процесса существенно меняется. Хотелось бы надеяться, что наше предварительное следствие еще на один шаг отступит от морально устаревшей инквизиционной модели процесса за счет того, что теперь до момента утверждения обвинительного заключения прокурор еще не становится в полном смысле слова уголовным преследователем и потому до некоторой степени способен выполнять роль арбитра между сторонами обвинения и защиты, принимая меры по устранению допущенных следователями нарушений. Однако такое разделение функций имеет пока не вполне последовательный и половинчатый характер. Все же прокуратуре, исторически сложившейся именно как орган уголовного преследования, всегда будут значительно ближе интересы следствия, нежели роль беспристрастного арбитра в споре сторон. Процессуальная судебная функция, характерная для состязательного процесса, подменяется здесь по сути заимствованной, государственно-правовой функцией прокурорского надзора, которая остается для уголовного процесса внешней. Окончательно вопрос может быть решен в состязательном ключе лишь тогда, когда между уголовным преследователем и стороной защиты на предварительном следствии будет поставлен независимый и беспристрастный судебный орган - следственный судья. В этом смысле прокурору и следственному органу в перспективе следовало бы поменяться местами: прокурору надо вернуться к более естественной для него роли руководителя уголовного преследования, имея в своем полном процессуальном подчинении органы дознания, а следственный орган должен производить - в основном по требованию сторон обвинения и защиты - следственные действия по легализации материалов, собранных сторонами, в качестве судебных доказательств, а также осуществлять судебный контроль за мерами процессуального принуждения и соблюдением органами уголовного преследования прав граждан1.
Надзорная функция прокурора конкретизируется в следующих его полномочиях:
1) проверять исполнение требований федерального закона при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях (п. 1 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);
2) отменять постановление о возбуждении уголовного дела, если прокурор признает постановление о возбуждении уголовного дела незаконным или необоснованным (ч. 4 ст. 146 УПК РФ). Как представляется, прокурор при осуществлении этого полномочия должен иметь возможность затребовать материалы доследственной проверки, изучить их и только после этого принять обоснованное и мотивированное решение. Одно постановление о возбуждении уголовного дела содержит только краткую информацию о событии, в отношении которого возбуждается уголовное дело, и не включает описания доказательств и иной информации, указывающих на наличие (или отсутствие) основания для возбуждения дела;
3) давать согласие дознавателю на возбуждение уголовного дела, которое в иных случаях относилось бы к категории частного обвинения, т.е. если преступление совершено в отношении лица, которое в силу зависимого или беспомощного состояния либо по иным причинам не может защищать свои права и законные интересы (ч. 4 ст. 20, ч. 4 ст. 147, ч. 3 ст. 318 УПК РФ);
4) требовать от органов дознания и следственных органов устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе дознания или предварительного следствия (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ). Следует отметить, что это полномочие прокурора подкреплено в УПК РФ нормой о том, что требования, поручения и запросы прокурора, предъявленные в пределах полномочий, установленных настоящим Кодексом, обязательны для исполнения всеми учреждениями, предприятиями, организациями, должностными лицами и гражданами (ч. 4 ст. 21 УПК РФ). Впрочем, обязательность мотивированных требований прокурора распространяется лишь на ознакомление с целью проверки с находящимися у следователя, руководителя следственного органа с материалами уголовного дела. Кроме того, в пункте 1.2 Приказа Генерального прокурора РФ от 10 сентября 2007 г. N 140 "Об организации прокурорского надзора за исполнением законов при приеме, регистрации и разрешении сообщений о преступлениях в органах дознания и предварительного следствия" предписано прокурору при осуществлении надзора, руководствуясь ст. 22 Федерального закона "О прокуратуре Российской Федерации", вызывать должностных лиц органов дознания и предварительного следствия, а также граждан для объяснений по поводу нарушений законов.
Однако надо иметь в виду, что требование прокурора (за исключением Генерального прокурора РФ - ч. 6 ст. 37 УПК РФ) о самом устранении нарушений федерального законодательства не является строго обязательным для следователя, поскольку согласно ч. 3 ст. 38 УПК РФ следователь при несогласии с требованиями прокурора об устранении нарушений законодательства может представить свои письменные возражения руководителю следственного органа. Руководитель же следственного органа рассматривает эти требования прокурора, а также письменные возражения следователя и дает последнему письменные указания об исполнении указанных требований либо информирует прокурора о несогласии с его требованиями (ч. 4 ст. 39 УПК РФ);
5) отменять незаконные или необоснованные постановления нижестоящего прокурора, а также незаконные или необоснованные постановления дознавателя в порядке, установленном настоящим Кодексом (п. 6 ч. 2 ст. 37 УПК РФ). Что же касается незаконных или необоснованных постановлений следователя, то правом отменять их обладает только руководитель следственного органа (п. 2 ч. 1 ст. 39 УПК РФ);
6) рассматривать представленную руководителем следственного органа информацию следователя о несогласии с требованиями (нижестоящего) прокурора и принимать по ней решение (п. 7 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);
7) давать согласие дознавателю на возбуждение перед судом ходатайства об избрании, отмене или изменении меры пресечения либо о производстве иного процессуального действия, которое допускается на основании судебного решения (п. 5 ч. 2 ст. 37 УПК РФ)1;
8) участвовать в судебных заседаниях при рассмотрении в ходе досудебного производства вопросов об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу, о продлении срока содержания под стражей либо об отмене или изменении данной меры пресечения, а также при рассмотрении ходатайств о производстве иных процессуальных действий, которые допускаются на основании судебного решения, и при рассмотрении жалоб в порядке, установленном статьей 125 настоящего Кодекса (п. 8 ч. 2 ст. 37 УПК РФ). Надо отметить, что в ч. 6 ст. 108 УПК РФ сохранилось положение, согласно которому прокурор либо по его поручению лицо, возбудившее ходатайство, обосновывает его в судебном заседании. На наш взгляд, эта норма нуждается в ограничительном толковании, если лицом, возбудившим ходатайство, является следователь. В соответствии с ФЗ от 5 июня 2007 г. N 87-ФЗ прокурор утратил полномочие давать следователю согласие на возбуждение перед судом ходатайства об избрании в качестве меры пресечения заключения под стражу.
Соответственно, прокурор предварительно не изучает ходатайство и прилагаемые к нему материалы, а значит, нелогично возлагать на него обязанность обосновывать это ходатайство в суде. Более того, дача подобного поручения прокурором следователю противоречит смыслу указанного Закона о разделении прокурорских и следственных функций. Обосновывая в ходе досудебной подготовки целесообразность применения к обвиняемому меры пресечения, прокурор раньше времени начинает принимать активное участие в выполнении функции уголовного преследования - в ущерб функции надзора. В этой связи представляется, что в судебном заседании по названным вопросам должен обязательно участвовать не только прокурор, но и следователь, причем обосновывать ходатайство должен именно следователь, прокурор же призван осуществлять здесь надзор за законностью действий и ходатайств следователя (п. 3 ч. 2; ч. 6 ст. 37 УПК РФ), а при необходимости и реагировать представлением на принятое судебное решение (п. 27 ст. 5 УПК РФ)1;
9) определять подследственность уголовных дел в случаях, предусмотренных ч. 3 ст. 146; ч. 8 ст. 151 УПК РФ. До принятия ФЗ от 5 июня 2007 г. N 87-ФЗ передача дела по подследственности от одного органа расследования другому всегда производилась по постановлению прокурора. Указанный Закон предусмотрел, что в целом ряде случаев дело передается через руководителя следственного органа (ч. ч. 3, 5 ст. 152; п. 3 ст. 149; ст. 155; ч. 3 ст. 157; ч. 1.1 ст. 319 УПК РФ). С учетом толкования данных правил в совокупности с полномочиями органов расследования (ст. ст. 37 – 41 УПК РФ) следует признать, что уголовное дело передается по подследственности следователем через руководителя следственного органа (который затем вправе направить его прокурору), а дознавателем или органом дознания - через прокурора. Споры о подследственности разрешает прокурор (ч. 8 ст. 151 УПК РФ);
10) получать от органов предварительного расследования уведомления:
- о возбуждении уголовного дела (ч. 4 ст. 146 УПК РФ);
- об отказе в возбуждении уголовного дела (ч. 4 ст. 148 УПК РФ);
- о произведенном задержании подозреваемого в течение 12 часов с момента задержания (ч. 3 ст. 92 УПК РФ);
- об освобождении подозреваемого, когда постановление судьи о применении к подозреваемому меры пресечения в виде заключения под стражу либо продлении срока задержания не поступит в течение 48 часов с момента задержания (ч. 3 ст. 94 УПК РФ);
- о направлении дознавателем уведомления о подозрении лица в совершении преступления, причем прокурору направляется копия этого уведомления (ч. 3 ст. 223.1 УПК РФ);
- о неотложном производстве ряда следственных действий (осмотра жилища, обыска и выемки в жилище, личного обыска, а также наложения ареста на имущество, указанного в ч. 1 ст. 104.1 УК РФ), ограничивающих конституционные права граждан (ч. 5 ст. 165 УПК РФ), а также об отмене ареста корреспонденции (ч. 6 ст. 185 УПК РФ)1;
- о приостановлении предварительного следствия (ч. 2 ст. 208 УПК РФ);
- о возобновлении предварительного следствия (ч. 3 ст. 211 УПК РФ);
- о прекращении уголовного дела (ч. 1 ст. 213 УПК РФ);
11) разрешать отводы, заявленные участниками процесса дознавателю, а также его самоотводы (п. 9 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);
12) отстранять дознавателя от дальнейшего производства расследования, если им допущено нарушение требований настоящего Кодекса (п. 10 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);
13) передавать уголовное дело от одного органа предварительного расследования другому (за исключением передачи уголовного дела в системе одного органа предварительного расследования) в соответствии с правилами подследственности, установленными ст. 151 (п. 12 ч. 2 ст. 37 УПК РФ);
14) давать письменные указания о передаче уголовных дел, обычно подследственных органам дознания (п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК РФ), для производства предварительного следствия (ч. 4 ст. 150 УПК РФ)1;
15) давать письменные указания органам дознания о производстве дознания по уголовным делам об иных (помимо тех, что указаны в п. 1 ч. 3 ст. 150 УПК РФ) преступлениях небольшой и средней тяжести (п. 2 ч. 3 ст. 150 УПК РФ). Данное полномочие, на наш взгляд, следует толковать ограничительно, ибо прокурор не наделен правом давать следователю указания о передаче дела дознавателю. Указания прокурора следователю предусмотрены законом только для трех случаев: а) когда он требует от органов дознания и следственных органов устранения нарушений федерального законодательства, допущенных в ходе дознания или предварительного следствия (п. 3 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); б) при возвращении прокурором уголовного дела следователю для производства дополнительного следствия с целью устранения выявленных недостатков проведенного расследования (п. 2 ч. 1 ст. 221 УПК РФ); в) при разрешении прокурором спора о подследственности (ч. 8 ст. 151 УПК РФ). Ни о нарушениях законодательства, ни об устранении выявленных недостатков здесь речи не идет; спор о подследственности в данном случае также отсутствует, поскольку имеется в виду лишь дискреционное полномочие прокурора определять форму предварительного расследования. Таким образом, реализовать свое право перераспределять в пользу органов дознания производство расследования по уголовным делам об "иных преступлениях небольшой и средней тяжести" прокурор практически может (в отсутствие споров о подследственности), если только дело еще не находится в производстве следователя, а именно: а) при вынесении прокурором мотивированного постановления о направлении материалов в орган дознания для решения вопроса об уголовном преследовании по фактам выявленных прокурором нарушений уголовного законодательства (п. 2 ч. 2 ст. 37 УПК РФ); б) по окончании производства органом дознания неотложных следственных действий по делам, по которым производство предварительного следствия в другом случае являлось бы обязательным (ст. 157 УПК РФ). Однако и это невозможно, когда дознание должно производиться следователями Следственного комитета при прокуратуре РФ по уголовным делам о преступлениях, предусмотренных всей ч. 3 ст. 150 УПК РФ, совершенных лицами, указанными в подп. "б" и "в" пункта 1 ч. 2 ст. 151 (п. 7 ч. 3 ст. 151 УПК РФ);
16) установив, что следователь нарушил требования ч. 5 ст. 109 Кодекса, а предельный срок содержания обвиняемого под стражей истек, отменять данную меру пресечения (ч. 2 ст. 221 УПК РФ);
17) давать дознавателю согласие ходатайствовать перед судом о переводе лица, содержащегося под стражей, в психиатрический стационар (ч. 1 ст. 435 УПК РФ);
18) признавать недопустимыми доказательства, полученные с нарушением требований УПК и федеральных законов (ч. ч. 2, 3 ст. 88 УПК РФ);
19) принимать решение о направлении уголовного дела вышестоящему прокурору для утверждения обвинительного заключения, если оно подсудно вышестоящему суду (п. 3 ч. 1 ст. 221 УПК РФ);
20) принимать предусмотренные гл. 18 УПК РФ меры по реабилитации лица в случаях прекращения уголовного дела по основаниям, предусмотренным п. п. 1 и 2 ч. 1 ст. 24 и п. 1 ч. 1 ст. 27 (ч. 2 ст. 212 УПК РФ);
21) вносить надзорные представления о пересмотре вступивших в законную силу приговора, определения, постановления суда (ст. 402 УПК РФ);
22) возбуждать производство ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств (ст. 415 УПК РФ);
23) рассматривать жалобы на действия дознавателя и следователя (ст. 124 УПК РФ).
Перечислив все надзорные полномочия прокурора, необходимо более подробно остановиться на прокурорском надзоре за исполнением законов при производстве следственных действий, который является важной составляющей надзора за процессуальной деятельностью органов дознания и органов предварительного следствия. Его объекты - порядок производства конкретных следственных действий, о законности которых прокурор судит по результатам анализа процессуальных документов, отражающих факт, ход и результаты этих действий. Значение рассматриваемого участка прокурорской деятельности постоянно подчеркивается в организационно-распорядительных документах, решениях коллегии, информационных письмах Генеральной прокуратуры РФ.
Критерии допустимости доказательств, основным средством собирания и проверки которых в досудебном производстве по уголовному делу являются следственные действия, содержатся: 1) в статьях УПК, определяющих принципы уголовного судопроизводства; 2) в ст. 75 УПК, где названы отдельные процессуальные нарушения, влекущие признание недопустимыми полученных доказательств; 3) в главах 23 - 27 УПК, регламентирующих порядок производства отдельных следственных действий и назначения судебной экспертизы. В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 31 октября 1995 г. N 8 "О некоторых вопросах применения судами Конституции Российской Федерации при осуществлении правосудия" прямо указано, что доказательство признается полученным с нарушением закона, если оно получено, наряду с другими отступлениями от него, в результате действий, не предусмотренных процессуальными нормами. Материалы опубликованной и неопубликованной судебной, следственной, надзорной практики изобилуют примерами исключения доказательств в связи с признанием их недопустимыми. По данным опроса слушателей Института повышения квалификации руководящих кадров Академии Генеральной прокуратуры РФ, при рассмотрении уголовных дел городскими, районными судами удовлетворяются от 10 до 15% ходатайств защитников об исключении недопустимых доказательств. В судах субъектов Российской Федерации этот показатель колеблется в пределах 5 - 7%. В частности, при рассмотрении уголовных дел об убийстве чаще всего исключаются протоколы осмотра места происшествия1.
Основными невосполнимыми в судебном следствии недостатками, влекущими признание доказательств недопустимыми, являются: а) несоответствие фактической обстановки места происшествия ее описанию в протоколе осмотра; б) отсутствие в деле фототаблиц и других приложений к протоколу осмотра, препятствующее оценке объективности фиксации в нем обстановки места происшествия и состояния трупа; в) неправильное описание посмертных явлений на трупе или отсутствие их описания в протоколе (в последующем это затрудняло установление фактического времени наступления смерти потерпевшего и доказывание факта совершения убийства во время, указанное в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и в обвинительном заключении); г) нарушения УПК РФ, влекущие недопустимость доказательств, полученных с применением технических средств; д) различного рода нарушения положений ст. 60 УПК РФ об участии понятых в следственных действиях. Перечисленные и другие процессуальные нарушения устанавливаются, как правило, в результате допросов в суде в качестве свидетелей понятых и других участников осмотра по ходатайствам защитников2.
Распространены случаи исключения протоколов допросов подозреваемых, произведенных в отсутствие защитника. Это влечет последующее признание недопустимыми доказательствами протоколов проверки показаний этих лиц на месте, других следственных действий с их участием. Основание к исключению заключений экспертов по результатам исследования орудий преступления, других объектов - их осмотр после производства экспертизы, а не сразу после обнаружения, т.е. до их направления в судебно-экспертные учреждения. Неустранимое нарушение конституционных прав участников следственных действий - отсутствие переводчика при допросах лиц, не владеющих или недостаточно владеющих языком судопроизводства. Восполнить последствия приведенных и других нарушений в судебном следствии не представляется возможным, несмотря на усилия государственных обвинителей. С одной стороны, это свидетельствует о еще недостаточном прокурорском надзоре как в ходе, так и на завершающем этапе расследования, что влечет направление в суды уголовных дел с неустранимыми процессуальными нарушениями, допущенными при производстве следственных действий, с другой - возникает вопрос: достаточны ли характер и объем процессуальных полномочий прокурора для обеспечения законности производства следственных действий?
Результаты анализа норм УПК РФ, определяющих эти полномочия, дают основания для вывода, что прокурор может оценивать доказательства, полученные в результате производства отдельных следственных действий, с точки зрения их допустимости в следующих процессуальных ситуациях:
1) при рассмотрении материалов проверок сообщений о преступлениях, в ходе которых проводились разрешенные уголовно-процессуальным законом на данном