Понятие и признаки преступления
Между тем при решении вопроса о наличии либо отсутствии в действиях Путинцева, Калиниченко и Павлова признаков преступления необходимо руководствоваться положениями ч. 2 ст. 14 УК РФ, согласно которой не являются уголовно наказуемыми только те деяния (действия или бездействия), которые, хотя формально и содержат признаки преступления, в силу малозначительности не представляют общественной опасности, т.е. не создают угрозы причинения вреда личности, обществу или государству.
На предварительном следствии и в судебном заседании установлено, что Путинцевым, Калиниченко и Павловым совершено несколько краж стекла, принадлежащего районной больнице.
При этом действия виновных, кроме их неоднократности, были сопряжены с проникновением в хранилище и совершены по предварительному сговору. В результате преступного посягательства виновными за короткий промежуток времени (в течение двух дней) похищено 6 тафелей стекла и причинен непосредственный ущерб туберкулезной больнице, т.е. организации системы здравоохранения, финансируемой из бюджета государства. Эти обстоятельства не были приняты во внимание ни кассационной, ни надзорной инстанциями.
Кроме того, не учтено, что преступление совершено не в силу стечения каких-либо тяжелых жизненных обстоятельств, а на почве злоупотребления спиртными напитками, что Путинцев совершил кражи в период отбывания наказания по предыдущему приговору после условно - досрочного освобождения от наказания за совершение аналогичного корыстного преступления.
Судебная коллегия Верховного Суда РФ отменила решения судов кассационной и надзорной инстанций и направила дело на новое кассационное рассмотрение в Алтайский краевой суд.12
Итак, степень общественной опасности преступления определяется:
а) характером и размерами ущерба, который оно причиняет или может причинить отношениям, охраняемым соответствующей нормой уголовного права;
б) уголовной политикой, которая руководствуется иерархией социальных ценностей, существующих в обществе. Она в дальнейшем указывает законодателю на коррективы, которые надо внести, если неправильно были определены параметры степени опасности либо в диспозицию или санкцию вкрались ошибки, неточности, технические погрешности, и т. п. Иерархия социальных ценностей подсказывает систему как Особенной, так и Общей частей У К. Существенную помощь в этой операции оказывают принципы и правила законодательной техники.
Свое окончательное выражение степень общественной опасности преступления находит в санкции. Как уже сказано, основным показателем общественной опасности является ущерб, причиненный объекту преступления, что должно быть в первую очередь отражено в санкции. Далее должна быть отражена субъективная сторона преступления, в особенности умысел или неосторожность, ибо они могут иметь особое значение в определении характера и размера санкции. Затем идут возраст, рецидив и иные обстоятельства, характеризующие личность, и т. п. Существуют и технические правила, которые определяют степень и характер санкции.
2.2 Противоправность
Противоправность - второй признак преступления, неразрывно связанный с общественной опасностью. Он означает, что такое деяние противозаконно, то есть уголовный закон рассматривает его как преступное. Согласно УК преступлением признается только такое деяние, которое предусмотрено уголовным законом.
Лицо, совершившее преступление, нарушает содержащееся в норме закона запрещение подобного поведения. Применительно к уголовному праву речь идет об уголовно-правовой противоправности. Противоправны и другие правонарушения (например, административные), но они предусмотрены не уголовным законом.
Противоправность является юридическим выражением общественной опасности деяния. Как не может быть преступного деяния, не причиняющего существенного вреда, так не может быть преступным деяние, которое не является противоправным. Для признания деяния преступным необходимо, чтобы оно было обязательно предусмотрено уголовным законом.
В статье 3 УК подчеркивается, что «Преступность деяния, а также его наказуемость и иные уголовно-правовые последствия определяются только настоящим Кодексом» и «Применение уголовного закона по аналогии не допускается». В статье 8 говорится, что «Основанием уголовной ответственности является совершение деяния, содержащего все признаки состава преступления, предусмотренного настоящим Кодексом». В статье 9 Уголовного кодекса указывается, что преступность и наказуемость определяются законом, действовавшим во время совершения этого деяния.
Таким образом, в Российской Федерации никто не может быть привлечен к уголовной ответственности и осужден, если совершенное им деяние не противоправно, если оно непосредственно не предусмотрено уголовным законом.
Хотя общественная опасность и противоправность два обязательных взаимосвязанных признака преступления, тем не менее, для признания преступлением решающее значение имеет общественная опасность. Именно общественная опасность является основанием для признания деяния преступным, для его криминализации.
Для правильного понимания соотношения указанных двух признаков преступления важное значение имеет положение, закрепленное в части 2 статьи 14 УК. Здесь сказано: "Не является преступлением действие или бездействие, хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного Особенной частью настоящего Кодекса, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу или государству".
В таких случаях налицо формальный признак - противоправность, но нет характерного для преступления признака - существенного вреда охраняемым уголовным законом объектам.
Следовательно, одно лишь внешнее формальное соответствие совершенного деяния признакам конкретного преступления не позволяет считать его таковым, если оно не представляет такой степени опасности, которая присуща преступлению (существенный вред). При наличии таких случаев уголовное дело не может быть возбуждено, а возбужденное подлежит прекращению.
Закон не раскрывает понятие малозначительности и выяснение его необходимо производить применительно к каждому конкретному случаю, подвергая рассмотрению, оценке все обстоятельства дела. Они должны показать, что таким деянием не был причинен существенный вред.
Нельзя при этом не учитывать содержание и направленность умысла. Поэтому если умысел был направлен на убийство, но по независящим от лица причинам не было нанесено даже ранения потерпевшему, то такое деяние не может рассматриваться как малозначительное, поскольку была серьезная угроза жизни человека.
2.3 Виновность и наказуемость
Стремление законодателя к созданию прочных гарантий против необоснованных репрессий, которыми так изобилует наша история, нашло свое выражение в том, что вопрос об уголовной ответственности гражданина только при наличии вины, установленной судом, решается на конституционном уровне. Так, Конституция РФ (ст.49) провозглашает: «Каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в силу приговором суда»13. Принцип ответственности за вину исключает объективное вменение, то есть вменение в вину фактически наступивших от деяния последствий независимо от психического отношения к ним виновного лица.
Виновность предполагает определенное психическое отношение лица к совершаемому им деянию и его последствиям. Такое психическое отношение может выражаться в виде умысла или неосторожности. Виновность - обязательное условие наступления уголовной ответственности и наказания. Невиновное причинение вреда полностью исключает ответственность за содеянное.
Уголовная противоправность представляет собой юридический признак преступления, в отличие от общественной опасности - социального признака. Уголовная противоправность, с одной стороны, означает, что признаки преступного деяния описаны в диспозиции уголовно-правовой нормы, т. е. преступно только то, что запрещено уголовным законом. Это свойство непосредственным образом связано с рассмотренными выше признаками преступления - общественной опасностью и виновностью, поскольку только то, что составляет опасность для общества и совершено виновно, запрещено уголовным законом.
С другой стороны, составной частью уголовной противоправности является угроза наказанием, так как установление запрета в уголовном законе означает и установление наказания за его нарушение. Но речь идет, действительно, лишь об угрозе наказанием, поскольку фактическая наказуемость деяния, не будучи признаком преступления, не всегда реализуется. В российском уголовном праве, как мы уже об этом говорили, существуют институты освобождения от уголовной ответственности и наказания, в связи с чем не каждое преступление оказывается реально “наказанным”.
Названные признаки преступления являются чисто юридическими. Конечно, уголовная противоправность уже предполагает наличие виновности и, как правило, наказуемости.
Указание в определении понятия преступления на виновность как необходимый его признак призвано лишний раз подтвердить, что вина субъекта является одним из главных и абсолютно необходимым элементом любого преступления — от самого тяжкого до самого незначительного. Ведь всякое право обращено только к людям, как к разумным и мыслящим существам. Оно предполагает сознательное поведение, выражающееся в форме умысла или неосторожности.
Однако виновность присуща как признак и другим правонарушениям, в частности, административным проступкам и большинству гражданских правонарушений. В философском смысле подлинная свобода воли представляет собой не простой произвол, являющиеся лишь видимостью свободы, но выбор, основанный на знании дела, т. е. сознательно принятое решение о модели поведения в конкретной ситуация, которую субъект предварительно изучил, взвесил все «за» и «против» и принял решение действовать на основе реальной оценки всех основных и сопутствующих обстоятельств. Все остальные действия можно назвать действиями «вслепую». Нормальный человек, имеющий здоровую психику, всегда понимает, как и зачем он совершает противоправные поступки, каковы могут быть последствия его деятельности, и в этом состоит суть его вины. Но при этом всегда нужно иметь в виду, что это возможно, только если человек вменяем.
Именно вменяемость представляет собой необходимую предпосылку вины. Невменяемость или отсутствие вины делает бессмысленным уголовную ответственность и наказание, которые в таких условиях не могут иметь каких-либо целей, кроме нерациональной мести. Наказание в подобных случаях не может выполнить задач общего и специального предупреждения.
Рассудочное поведение человека возможно только при условии, что он правильно ориентируется в окружающей действительности, понимает внешние обстоятельства, видит конечный результат своей деятельности, словом, действует свободно. Любое поведение, полностью исключающее такую свободу (непреодолимая сила и т. п.), исключает вопрос не только об ответственности, но и о вменяемости. Нормальный человек, имеющий определенную сумму знаний об окружающем мире, способен ориентироваться в нем так, чтобы в своем обычном поведении достигать поставленных целей.
Это, собственно, и есть вменяемость, т. е. способность не только оценить фактическую сторону, но и социальную значимость своего поведения, о чем сказано в ст. 21 УК РФ (ч. I):
«Не подлежит уголовной ответственности лицо, которое во время совершения общественно опасного деяния находилось в состоянии невменяемости, т. е. не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действии бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия, либо иного болезненного состояния психики».
Как уже отмечалось, действия невменяемого по своей природе лишь внешне сходны с человеческим поведением именно в объективных его признаках (способ, средства, манеры поведения и т. п.), но от подлинных человеческих поступков их отличает отсутствие разума. Более того, именно способность причинить материальный или иной ущерб и отсутствие разумного руководства этим разрушительным действием сближают действия невменяемого с разрушительным действием сил природы и животных. Следовательно, по своей социальной сущности они относятся к чисто физическим, а не социальным силам воздействия. Конечно, объективный ущерб от землетрясения, наводнения или пожара причиняет обществу тот же самый вред, что и преступления, однако совершенно иными представляются социальные, моральные и прочие последствия, а главное — способы и средства их предотвращения и борьбй с ними.
Сказанное, однако, не означает, что действия невменяемых не опасны для окружающих. Поэтому к подобным лицам вполне правомерны принудительные меры медицинского характера в условиях изоляции от общества, которые в большой степени зависят от характера и тяжести заболевания.
Итак, невменяемость исключает вину, а следовательно, и уголовную ответственность.
Невменяемость взрослого человека определяется следствием или судом на основе соответствующего заключения судебно-психиатрической экспертизы, для несовершеннолетних же достаточно точной констатации возраста на момент совершения преступления.
В ст. 22 УК РФ предусматривается и так называемая ограниченная вменяемость: она указывает на то, что лицо, которое не могло в полной мере осознавать значение своих действий или руководить ими вследствие болезненного психического расстройства, подлежит уголовной ответственности, но подобное состояние может учитываться при назначении наказания и служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера. Определить ограниченную вменяемость довольно сложно, но вполне очевидно, что должны быть учтены те же критерии, что и при невменяемости полной: наличие определенных дефектов психики и пониженная способность руководить своими поступками.
Общественно опасное деяние влечет за собой уголовную ответственность при достижении субъектом определенного возраста. Это условие предусмотрено практически во всех УК мира.
Законодательство различных стран по разному решает вопрос о начальном возрасте уголовной ответственности, причем разброс точек зрения очень значителен: от восьми-девяти до 14 и даже 16 лет.
В ст. 20 УК РФ указывается минимальный возраст уголовной ответственности — 16 лет, а по наиболее опасным преступлениям — 14 лет.
Только с определенного возраста человек начинает понимать социальную значимость своих поступков, предвидеть развитие причинной связи и ближайшие результаты своего поступка, т. е. становится способным к критическому анализу своего поведения и соразмерению его с определенными нормами, принятыми в обществе. В данном случае несовершеннолетнего можно условно приравнять к невменяемому.
Вина предполагает различную комбинацию сознания и воли у вменяемого лица. Под умышленной виной подразумевается, что лицо сознает фактическую и социальную значимость своего поведения, т. е. понимает, что оно причиняет другому телесные повреждения, крадет чужое имущество и т. п. Бесспорно, когда лицо не осознает фактической стороны своего поведения, то оно не понимает и ее социальной значимости. В данном случае о вине не может быть и речи.
Характерными чертами умысла являются:
а) сознание общественной опасности поведения;
б) предвидение общественно опасных последствий этого поведения.
Сказанное означает, что, действуя преступным образом умышленно, субъект сознает, что его действия (поведение) причиняют или могут причинить существенный вред интересам общества, государства, личности. Преступные последствия бывают материальными (имущественный ущерб либо упущенная выгода), физическими (смерть, вред здоровью, нормальному развитию организма), экологическими (загрязнение воды, воздуха, т. е. окружающей среды; причинение вреда флоре и фауне), моральными (причинение вреда нравственным устоям общества), социальными (создающими опасность для общества и государства или для правопорядка).
Опасность моральных и социальных последствий заключается не столько в причинении конкретного вреда, сколько в создании определенной опасной ситуации, имеющей тенденцию к усилению, способной привести к известной социальной напряженности в общественных отношениях людей.
В зависимости от характера общественной опасности, а следовательно, и ущерба, грозящего общественным отношениям, законодатель пользуется двумя приемами в законодательном описании составов преступлений. В формальных составах преступлений (дезертирство, самовольное оставление части) предвидением субъекта может охватываться лишь само преступное поведение (действие), его общественная опасность. Все остальное лежит за пределами объективной стороны состава, а следовательно, и не включается в содержательную часть умысла. В материальных же составах преступления предвидением субъекта охватывается не только социальная сущность поведения, но, главным образом, общественная опасность его последствий.
При этом, поскольку закон принят и опубликован, существует предположение (презумпция), что лицо, его нарушившее, знало о запрете и сознавало общественно опасный характер своего поведения.
Итак, субъективным компонентом преступного поведения является презумпция того, что всякий вменяемый и достигший определенного законом возраста человек сознает общественную (социальную) опасность своего поведения, и это обстоятельство не подлежит специальному доказыванию со стороны обвинения. Поэтому заранее презюмируется, что бремя доказывания извинительного заблуждения лежит на обвиняемом.
Таким образом должен решаться вопрос о субъективной стороне умышленных преступлений, а равно преступлений, совершенных по легкомыслию, ибо интеллектуальная сторона их такова же, как и при умысле, но проявляется в значительно более неопределенной форме. Ущербность сознания опасности действий при легкомыслии заключается в том, что возможность наступления последствий для виновного кажется абстрактной и предотвратимой, хотя в действительности это не так.
При небрежности сознание хотя бы абстрактной возможности предвидения последствий отсутствует вообще, но ущербность сознания виновного состоит в том, что он, как вменяемый человек, должен был действовать более осторожно, ибо имел возможность предвидеть наступление общественно опасных последствий, но не воспользовался ею.
Последний признак преступления — его наказуемость — некоторыми криминалистами оспаривается. Однако такое мнение ошибочно. Правильно заметил Н. Д. Дурманов: «Исключение наказуемости из числа признаков преступления стирает грань между преступлением и непреступлением, так как законодательство проводит грань между ними именно путем установления санкции за деяния преступные»14.
Действительно, аморальных проступков великое множество. Их гораздо больше, чем преступления во всяком даже самом большом уголовном кодексе, но государственная и общественная реакции на них совершенно иные, чем на преступления. Различие в том и заключается, что последние наказываются от имени государства, и поэтому наказуемость и должна быть признаком преступления.
ГЛАВА 3. ОТЛИЧИЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ ОТ ПРАВОНАРУШЕНИЙ И АМОРАЛЬНЫХ ПРОСТУПКОВ
3.1. Разграничение преступлений от иных правонарушений
Разграничение преступлений и иных правонарушений (гражданско-правовых, административных, дисциплинарных) проводится по объекту посягательства, степени вредоносности, характеру противоправности и правовым последствиям совершения.
Объектами преступлений, в отличие от других правонарушений, могут выступать основы конституционного строя, мир и безопасность человечества, общественная безопасность и др. Иные правонарушения на такие объекты не посягают.
Преступление отличается от прочих правонарушений степенью вредоносности. В преступлении последняя достигает такой степени, что мы должны говорить об опасности деяния для общества, т. е. общественной опасности, а не просто “вредности”.
Преступление обладает уголовной противоправностью, т. е. нарушает нормы, закрепленные в уголовном законе. Другие правонарушения этим признаком не обладают. Административные правонарушения, дисциплинарные проступки, гражданско-правовые деликты представляют собой нарушения иных нормативных актов, включая подзаконные.
Характер юридической ответственности за совершение преступления и за совершение других правонарушений различен. Только уголовная ответственность связана с применением к виновному наказания и наличием судимости как определенного правового последствия совершения преступления. Даже при внешней схожести некоторых санкций (например, штраф применяется в административном праве как вид административного взыскания и в уголовном праве как вид наказания) уголовная ответственность, связанная с осуждением виновного лица от имени всего государства, с судимостью и другими обстоятельствами, все же наиболее строгий вид юридической ответственности.
Для уяснения преступлений существенное значение имеет вопрос об их отграничении от иных видов правонарушений. Являясь разновидностью правонарушений, преступления обладают общими чертами, известными всем видам противоправных деяний. Вместе с тем для них характерны присущие только им признаки и свойства, которые отражают сущностные отличия преступлений от гражданско-правовых деликтов, административных, дисциплинарных и иных правонарушений. Без учета отличий преступных видов противоправного поведения от иных правонарушений невозможно составить полное представление о сущности и неотъемлемых признаках преступления.
В действующем законодательстве последовательно проводится отражается общественная опасность преступлений и проступков, но при этом со своей очевидностью проводится мысль о том, что степень их общественной опасности неоднозначна. Именно она должна быть поставлена во главу угла, когда речь идет об отграничении преступлений от других видов правонарушений, вследствие чего им вне всяких сомнений соответствует большая степень общественной опасности, которая, достигая определенной критической массы, и сигнализирует о преступном характере противоправных деяний, запрещенных уголовным законом.
Различие противоправности преступлений и проступков прежде всего означает, что если первые запрещаются только федеральными законами, то вторые – и федеральными законами, и законами субъектов РФ. Помимо этого важно учитывать, что противоправность административных и дисциплинарных проступков может вытекать из подзаконных актов как государственных, так и муниципальных органов власти, а в отношении гражданско-правовых деликтов она может быть следствием нарушения не нормы права, а условий договора.
Следует указать на существующие различия и применительно к виновности как обязательному признаку преступлений и иных правонарушений. Для преступных посягательств характерно, что форма вины имеет, как правило, юридическое значение. В зависимости от нее могут выстраиваться различные составы умышленных и неосторожных преступлений, определяться вид и размер наказания. В отношении же проступков она не только не влияет на квалификацию содеянного, но и нередко не может быть учтена даже при выборе меры принудительного воздействия на нарушителя.
Наказуемость преступлений и других правонарушений также характеризуется принципиальным отличием. Во-первых, если наказуемость преступления может быть реализована в течение довольно продолжительного времени, исчисляемого годами, то наказуемость административных проступков, например, утрачивает свое юридическое значение по истечении двух месяцев с момента совершения правонарушения. Во-вторых, последствием применения наказания за преступление является судимость, которая ни при каких условиях не может быть результатом других правонарушений, для которых характерно наступление наказанности лица, совершившего административное или дисциплинарное нарушение. В-третьих, судимость отличается дифференциацией ее сроков в зависимости от видов преступлений, следствием которых она является, в то время как административная наказанность проступков имеет унифицированный характер, не зависящий от категории административного правонарушения.
3.2. Малозначительность деяния
Развивая и закрепляя социальное свойство преступления – общественную опасность, ч. 2 ст. 14 УК устанавливает: «Не является преступлением действие (бездействие) хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозу причинения вреда личности, обществу или государству».15
Малозначительное деяние не является преступлением при наличии одновременно двух условий. Первое: оно должно формально подпадать под признаки преступления, предусмотренного уголовным законом. Иными словами, в нем чисто внешне должна присутствовать уголовная противоправность. Второе: в нем отсутствует другое свойство преступления – общественная опасность. Как правило, она отсутствует потому, что ущерб, причиненный деянием, мизерный. Отсюда деяние в целом оказывается непреступным. Чаще всего определенный вред, некоторая антисоциальность в малозначительных деяниях имею место. Но она – не криминальной степени, а гражданско-правовой, административной, дисциплинарной, аморальной. Поэтому, прекращая дело или не принимая его к производству ввиду малозначительности деяния, следователь или суд рассматривают вопрос о возможности иной, не уголовно-правовой меры ответственности за него.
Согласно ч. 2 ст. 14 УК, "не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, то есть не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу или государству". Следовательно, для признания деяния малозначительным необходимо, чтобы, во-первых, оно обладало всеми признаками состава преступления (формальное основание) и, во-вторых, не представляло общественной опасности (социальное основание).
Не могут считаться малозначительными деяния, наличие состава преступления в которых связывается с фактом наступления вреда (к примеру, "вред правам и законным интересам граждан" при нарушении равноправия граждан - ст. 136 УК и нарушении неприкосновенности частной жизни - ст. 137 УК) либо общественно опасных последствий, выраженных в оценочных понятиях (допустим, "существенное нарушение прав и законных интересов" при злоупотреблении должностными полномочиями - ч. 1 ст. 285 УК, превышении должностных полномочий - ч. 1 ст. 286 УК и халатности - ч. 1 ст. 293 УК либо "значительный ущерб" при умышленном уничтожении или повреждении имущества - ч. 1 ст. 167 УК), если этот вред или такие последствия не были причинены (здесь не имеются в виду случаи неоконченного преступления). В подобных ситуациях в деянии просто отсутствует один из признаков состава преступления.
Малозначительность деяния может быть двух видов. Первый вид, когда действие (бездействие), формально содержащее признаки преступления, не представляет общественной опасности. Это случаи, когда похищается, например, коробок спичек, карандаш и т.п. В таких деяниях нет общественной опасности, они, по существу, не причиняют вреда чужой собственности, охраняемой нормами уголовного права, и не нарушают общественных отношений, урегулированных другими отраслями права. Этот вид малозначительности деяний на практике встречается редко и в силу очевидности затруднений в уяснении обычно не вызывает.
Второй вид прямо не предусмотрен уголовным законом, но логически из него вытекает. Это те случаи, когда деяние обладает общественной опасностью, но она невелика, не превышая гражданско - правового, административного или дисциплинарного проступка, в силу чего деяние не может считаться преступным. Этот вид малозначительности сравнительно распространен и довольно труден для понимания. Затруднение состоит в том, как отличить проступок от преступления и какими при этом пользоваться критериями.
В отличие от ч. 2 ст. 7 УК РСФСР в ч. 2 ст. 14 УК предпринята попытка раскрыть эти критерии, согласно которым не представляющим общественной опасности признается деяние, "не причинившее вреда и не создавшее угрозы причинения вреда личности, обществу или государству". Вместе с тем как общественная опасность преступления отличается от общественной опасности проступка, так и вред, значимый в качестве основания для признания деяния преступным, существенно отличается от вреда, причиняемого проступком. Иными словами, деяние может причинять вред, вполне соответствующий по тяжести проступку, но при этом не достигающий вреда, подразумеваемого ч. 2 ст. 14 УК для преступления.16
О сложности решения рассматриваемого вопроса свидетельствует и судебная практика.
Так, судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ по делу Исайкина, Гнатиева и др. (трое четырнадцати- пятнадцатилетних подростков были осуждены за тайное хищение чужого имущества, совершенное по предварительному сговору группой лиц: в августе 1995 г. с целью кражи они пришли на дачный участок, где собрали 26 арбузов общим весом 28 кг стоимостью 1000 руб. за 1 кг, причинив потерпевшей ущерб на сумму 28400 руб.), приняв во внимание, что арбузы похищены на незначительную сумму (минимальный размер оплаты труда на момент совершения преступления составлял 55000 руб.), возвращены потерпевшей, считавшей причиненный ей ущерб незначительным и просившей не привлекать подростков к уголовной ответственности, пришла к выводу, что действия несовершеннолетних, хотя формально и содержат признаки преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 144 УК РСФСР (кража), но в силу малозначительности не представляют общественной опасности.17
Малозначительные деяния лишь тогда не признаются преступными, когда малозначительность была и объективной, и субъективной, т.е. когда лицо желало совершить малозначительное деяние, а не потому, что по независящим от него обстоятельствам так в конкретном случае произошло. При расхождении фактически совершенного и умысла лица ответственность наступает за покушение на то преступление, совершить которое лицо намеревалось.
В то же время по делу Никитина, похитившего 50 л дизельного топлива на сумму 12180 руб., с учетом того, что ст. 49 КоАП РСФСР предусматривает ответственность лишь за мелкое хищение государственного или общественного имущества (дизельное топливо принадлежало коллективному предприятию "Ямаш", которое состояло из имущества отдельных членов коллектива), президиум Верховного суда Чувашской Республики указал: "Если стоимость похищенного чужого имущества не превышает одного минимального месячного размера оплаты труда, уголовная ответственность по ст. 144 УК РСФСР не исключается".18
По делу же Холодова, ранее признанного особо опасным рецидивистом, похитившего у С. имущество на сумму в 23000 руб. (минимальный размер оплаты труда на момент совершения преступления составлял 43700 руб.), судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, отменяя кассационное определение и постановление президиума Мурманского областного суда, указала, что "уголовная ответственность за кражу чужого имущества наступает независимо от стоимости (размера) похищенного"19.
Отсутствует малозначительность деяния также при совершении преступления с неконкретизированным умыслом, т.е. когда лицо предвидело и желало наступления любого из возможных вариантов причинения вреда. Ответственность наступает тогда за фактически причиненный вред. Однако прекращения уголовного дела за малозначительностью деяния не последует. 20
В обществе существует множество норм, регулирующих поведение человека, в том числе и чисто технических. Последние не регулируются правом, хотя могут быть включены в правовые нормы, если они затрагивают общественные интересы и выступают уже как правовые запреты. В зависимости от того, какой отраслью права регулируется то или иное правонарушение, оно может быть административным, гражданским и уголовным. Административный проступок по своим признакам весьма схож с преступлением, но от последнего отличается меньшей степенью опасности и, следовательно, другим характером ответственности, которая регулируется уже не УК, а соответствующими административными актами, уставами; гражданский — Гражданским кодексом и другими нормами.
Как уже было замечено, общественная опасность свойственна и уголовным, и административным правонарушениям, но степень и характер их различны.
Характер общественной опасности преступления выражает его качественную характеристику, т. е. ценность объекта посягательства и другие его свойства. В общем, суть характера опасности соответствует специфике защищаемых отношений, определяет последствия их нарушения, их вредность и субъективные моменты, свойственные правонарушению. Степень же общественной опасности отражает значение объективных и субъективных моментов, характеризующих преступление и проступок. Речь идет главным образом о сравнительной ценности нарушаемого блага, тяжести последствий, форме вины и т. п. Свое окончательное выражение все эти характеристики находят в санкции соответствующей нормы.
Итак, можно сделать два вывода:
а) отличие общественной опасности различных правонарушений состоит, главным образом, в ее степени, что служит основным критерием разграничения преступлений и других правонарушений;
б) граница между преступлениями и административными правонарушениями в известной мере условна и подвижна. Поэтому в известные периоды развития общества уголовные правонарушения могут стать лишь административными и, наоборот, административное правонарушение по велению закона может стать уголовно наказуемым деянием. Основным ориентиром в этих акциях является принцип социальной справедливости.
Справедливость — это масштаб оценки реальной жизни, общественной действительности с точки зрения должного поведения или отношения, каким оно является (представляется) общественному сознанию. Именно справедливость как социальная и этическая категория лежит в основе понятия и правовой справедливости строгости юридической санкции, степени общественной опасности деяния. Конечно, сказанное является в некоторой степени условным, однако полный разрыв между официальным правосознанием и общественным мнением может быть причиной настоящего паралича уголовной юстиции. Поэтому уголовный законодатель должен в определениях преступного и меры ответственности за него опираться на мнение народа, во всяком случае значительного его большинства, и при этом учитывать в полном объеме интересы государства.
Многообразие условий, в которых совершаются преступления, учитывается нашим уголовным законодательством в полной мере. Особенно полно это определено в ч. 2 ст. 14 УК: «Не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности...».
Как известно, основанием уголовной ответственности является состав преступления в действиях обвиняемого. Но это формальная сторона дела. Любой закон содержит лишь общее описание преступного деяния, которое может формально соответствовать всем объективным признакам законного состава, но по существу не представлять собой уголовно-правовой общественной опасности. В этих условиях нет никакой необходимости привлекать субъекта к уголовной ответственности, ибо его действия малозначительны и вследствие их совершения не наступили какие-либо весомые последствия. Рассматриваемые деяния отличаются от всех других проступков, являющихся юридическим фактом в уголовно-правовом смысле, тем, что вмещают в себя чисто внешние, т. е. формальные признаки состава преступления.
Здравый смысл подсказывает, что если форма действия не соответствует по своему содержанию фактической общественной опасности, то предпочтение должно отдаваться содержанию, а отнюдь не форме. Практически, в данном случае отсутствует состав преступления при наличии его оболочки, т. е. видимости состава. В подобных обстоятельствах отсутствует и та степень общественной опасности деяния, которая присуща преступлению, а значит нет и никаких оснований для уголовной ответственности вообще.
Правило, заложенное в ч. 2 ст. 14 УК, полностью вытекает