Право собственности

числу таких элементов относятся и права хозяйственного ведения и оперативного управления. Ведь участниками нормальных рыночных отношений всегда являются собственники, самостоятельно распоряжающиеся своим имуществом.

Право хозяйственного ведения и право оперативного управления являются производными, зависимыми от прав собственника и не могут существовать в отрыве от этого основного права. Данным обстоятельством определяется их юридическая специфика. Субъектами прав хозяйственного ведения и оперативного управления могут быть только юридические лица, и притом не любые, а лишь существующие в специальных организационно-правовых формах - предприятия и учреждения.

Характер деятельности субъектов прав хозяйственного ведения и оперативного управления предопределяет и различия в содержании и объеме правомочий, которые их обладатели получают от собственника на закрепленное за ними имущество. Право хозяйственного ведения, принадлежащее предприятию как коммерческой организации, в силу этого является более широким, нежели право оперативного управления, которое может принадлежать либо некоммерческим по характеру деятельности учреждениям, либо казенным предприятиям.

Объектами этих прав являются имущественные комплексы, закрепленные на балансе соответствующих юридических лиц (и остающиеся объектами права собственности их учредителей). Закон специально оговаривает, что результаты хозяйственного использования имущества, находящегося в хозяйственном ведении или в оперативном управлении, в виде плодов, продукции и доходов, включая имущество, приобретенное унитарным предприятием или учреждением по договорам или иным основаниям, поступают соответственно в хозяйственное ведение или в оперативное управление предприятия или учреждения (п. 2 ст. 299 ГК). Из этого прямо вытекает, что данное имущество становится объектом права собственности учредителей предприятий и учреждений, а не самих этих юридических лиц. Ведь имущественной базой для их появления, как правило, становится имущество собственника-учредителя, находящееся у предприятия или учреждения на ограниченном вещном праве.

Следовательно, предприятие или учреждение ни при каких условиях не может стать субъектом права собственности, что лишает всякой почвы рассуждения о возможности появления "права собственности трудовых коллективов", "права собственности работников" или их "коллективной собственности" на какую бы то ни было часть имущества предприятия или учреждения, включая фонды участия в прибылях ("фонды экономического стимулирования") или вещи, подаренные учреждению частным собственником. Все это имущество остается (или становится) объектом права собственности учредителя.

Право хозяйственного ведения или оперативного управления на имущество собственника возникает у предприятия или учреждения с момента фактической передачи им этого имущества, если иное не установлено законом, иным правовым актом или решением самого собственника (п. 1 ст. 299 ГК). Таким моментом можно считать дату утверждения баланса предприятия или поступления имущества по смете. Важность этого момента связана с тем, что начиная с него на предприятие или учреждение переходят обязанности по сохранности соответствующего имущества, закрепленного за ними собственником, и они вправе и обязаны рассчитываться этим имуществом по обязательствам перед своими кредиторами, тогда как учредитель-собственник по общему правилу уже не отвечает этим имуществом перед своими кредиторами.

Прекращение названных вещных прав происходит не только по общим основаниям прекращения соответствующих правоотношений, но и в случаях правомерного изъятия имущества собственником (по основаниям, допускаемым законом). Важно, что в соответствии с п. 3 ст. 299 ГК в качестве таких общих оснований названы основания прекращения права собственности. Это означает, что изъятие данного имущества помимо воли самих предприятий и учреждений допустимо лишь в том же порядке и при тех же условиях, что и изъятие имущества у собственников (ст. 235 ГК). Исключения из этого правила составляют те случаи, которые отражают ограниченный характер прав названных субъектов. Например, они не вправе прекращать свои правомочия путем отказа от прав на имущество в порядке, предусмотренном ст. 236 ГК, ибо это нарушает право собственности на данное имущество их учредителя.

В соответствии со ст. 294 ГК право хозяйственного ведения - это право государственного или муниципального унитарного предприятия владеть, пользоваться и распоряжаться имуществом публичного собственника в пределах, установленных законом или иными правовыми актами.

При этом имущество данного предприятия по прямому указанию закона целиком принадлежит его собственнику-учредителю (п. 4 ст. 214, п. 3 ст. 215 ГК) и не делится ни в какой-либо части, ни тем более полностью на "паи" или "доли" его работников или "трудового коллектива". Это обстоятельство подчеркивает и термин "унитарное", т.е. единое (единый имущественный комплекс).

Субъектами этого права могут быть только государственные или муниципальные унитарные предприятия (но не казенные предприятия, обладающие на закрепленное за ними федеральное имущество лишь правом оперативного управления). Объектом данного права является имущественный комплекс (ст. 132 ГК), находящийся на балансе предприятия как самостоятельного юридического лица.

Поскольку имущество, передаваемое унитарному предприятию на праве хозяйственного ведения, выбывает из фактического обладания собственника-учредителя и зачисляется на баланс предприятия, сам собственник уже не может осуществлять в отношении этого имущества, по крайней мере, правомочия владения и пользования (а в определенной мере и правомочие распоряжения). Следует учитывать и то, что имуществом, находящимся у предприятий на праве хозяйственного ведения, они отвечают по своим собственным долгам и не отвечают по обязательствам создавшего их собственника, поскольку оно становится "распределенным" государственным или муниципальным имуществом. Поэтому собственник - учредитель предприятия (уполномоченный им орган) ни при каких условиях не вправе изымать или иным образом распоряжаться имуществом (или какой-либо частью имущества) унитарного предприятия, находящимся у него на праве хозяйственного ведения, пока это предприятие существует как самостоятельное юридическое лицо.

В отношении переданного предприятию имущества собственник-учредитель сохраняет лишь отдельные правомочия, прямо предусмотренные законом (п. 1 ст. 295 ГК). Он вправе:

во-первых, создать предприятие-несобственника (включая определение предмета и целей его деятельности, т.е. объема правоспособности, утверждение устава и назначение директора); во-вторых, реорганизовать и ликвидировать его (только в этой ситуации допускается изъятие и перераспределение переданного собственником предприятию имущества без согласия последнего, но, разумеется, с соблюдением прав и интересов его кредиторов); в-третьих, осуществлять контроль за использованием по назначению и сохранностью принадлежащего предприятию имущества (в частности, проведение периодических проверок его деятельности); в-четвертых, получать часть прибыли от использования переданного предприятию имущества.

Конкретный порядок осуществления этих прав должен предусматриваться специальным законом о государственных и муниципальных унитарных предприятиях.

Вместе с тем теперь невозможно, как ранее, говорить о полной самостоятельности и свободе унитарного предприятия за пределами перечисленных правомочий и возможностей собственника-учредителя. Осуществление принадлежащих ему правомочий может быть дополнительно ограничено специальным законом или даже иными правовыми актами (т.е. указами Президента и постановлениями федерального Правительства). Из правомочия распоряжения в соответствии с п. 2 ст. 295 ГК теперь прямо изъята возможность самостоятельного распоряжения недвижимостью, без предварительного согласия собственника (в лице соответствующего комитета по управлению имуществом). Продажа, сдача в аренду или в залог, внесение в качестве вклада в уставный или складочный капитал обществ и товариществ и иные формы отчуждения и распоряжения недвижимым имуществом унитарного предприятия без согласия собственника не допускаются.

Что касается движимого имущества, то им предприятие распоряжается самостоятельно, если только законом либо иным правовым актом не будут предусмотрены соответствующие ограничения. Закон, однако, не предусматривает и возможности для учредителя-собственника произвольно ограничивать правомочия по владению и пользованию закрепленным за унитарным предприятием имуществом, в частности изымать его без согласия такого предприятия (если речь не идет о его ликвидации или реорганизации). Подобные ограничения во всяком случае не могут устанавливаться ведомственными нормативными актами.

Право хозяйственного ведения сохраняется при передаче государственного или муниципального предприятия от одного публичного собственника к другому (в чем также проявляется его вещно-правовая природа). При переходе права собственности на соответствующий имущественный комплекс к частному собственнику речь должна идти о приватизации этого имущества, при которой предприятие-несобственник обычно преобразуется в акционерное общество, что, в свою очередь, исключает сохранение права хозяйственного ведения.

В соответствии с п. 1 ст. 296 ГК право оперативного управления - это право учреждения или казенного предприятия владеть, пользоваться и распоряжаться закрепленным за ним имуществом собственника в пределах, установленных законом, в соответствии с целями его деятельности, заданиями собственника и назначением имущества.

Субъектами данного права теперь могут быть как унитарные (казенные) предприятия, строго говоря, относящиеся к категории коммерческих организаций, так и финансируемые собственниками учреждения, относящиеся к некоммерческим организациям. Собственник-учредитель создает субъекты права оперативного управления, определяя объем их правоспособности, утверждая их учредительные документы и назначая их руководителей. Собственник может также реорганизовать или ликвидировать созданные им учреждения (или казенные предприятия) без их согласия.

Составляющие право оперативного управления правомочия имеют строго целевой характер, обусловленный выполняемыми учреждением (или казенным предприятием) функциями. Собственник устанавливает таким юридическим лицам прямые задания по целевому использованию выделенного им имущества (в частности, в утвержденной им смете расходов учреждения). Он также определяет целевое назначение отдельных частей (видов) имущества, закрепленных за субъектами права оперативного управления, путем его распределения (в учетных целях) на соответствующие специальные фонды. При этом имущество, включая денежные средства, числящееся в одном фонде, по общему правилу не может быть использовано на цели, для которых существует другой фонд (при недостатке последнего).

Объектом рассматриваемого права является имущественный комплекс - все виды имущества, закрепленного собственником за учреждением или приобретенного им в процессе участия в гражданских правоотношениях. При этом собственник - учредитель вправе изъять у субъекта права оперативного управления без его согласия излишнее, не используемое или используемое не по назначению имущество и распорядиться им по своему усмотрению (п. 2 ст. 296 ГК). Однако такое изъятие допускается лишь в этих трех предусмотренных законом случаях, а не по свободному усмотрению собственника.

Столь "узкий" характер правомочий субъекта права оперативного управления обусловлен ограниченным характером его участия в имущественном (гражданском) обороте. Вместе с тем это обстоятельство не должно ухудшать положение его возможных кредиторов. С учетом весьма ограниченных возможностей учреждения (или казенного предприятия) распоряжаться закрепленным за ним имуществом собственника закон предусматривает субсидиарную ответственность последнего по долгам созданных им учреждений (или казенных предприятий), считая ее одной из основных особенностей имущественно-правового статуса этих юридических лиц (п. 5 ст. 115, п. 2 ст. 120 ГК).

В зависимости от субъектного состава право оперативного управления имеет и свои особенности (разновидности). Они обусловлены различиями в содержании правомочия распоряжения имуществом собственника, а также в условиях (порядке) наступления его субсидиарной ответственности по долгам субъекта этого права. С этой точки зрения следует различать право оперативного управления, признаваемое за казенным предприятием и за финансируемым собственником учреждением.

Казенное предприятие вправе распоряжаться закрепленным за ним имуществом по общему правилу лишь с предварительного согласия собственника (Российской Федерации), что свидетельствует о его весьма ограниченных возможностях самостоятельного участия в гражданском обороте. Оно не вправе отчуждать или иным образом распоряжаться ни движимым, ни недвижимым имуществом собственника без его специального согласия, если только речь не идет о производимой им (готовой) продукции (п. 1 ст. 297 ГК). В отношении последней закон устанавливает иной порядок: этой продукцией казенное предприятие по общему правилу может распоряжаться самостоятельно, если иное не установлено законом либо иными правовыми актами.

Собственник устанавливает также и порядок распределения доходов казенного предприятия, не согласуя его с самим предприятием (п. 2 ст. 297 ГК), что отличает его возможности от аналогичных возможностей по отношению к обычному унитарному предприятию, где он лишь "вправе получить часть прибыли" от использования унитарным предприятием его имущества.

Казенные предприятия отвечают по своим обязательствам всем своим имуществом, а не только денежными средствами (п. 5 ст. 113 ГК), ибо они все-таки являются производственными предприятиями, постоянно участвующими в имущественном обороте. Однако при недостатке у них имущества для погашения требований кредиторов Российская Федерация несет по их долгам дополнительную (субсидиарную) ответственность, что исключается для обычных унитарных предприятий - субъектов права хозяйственного ведения (п. 5 ст. 115 ГК).

Учреждение в соответствии с прямым указанием п. 1 ст. 298 ГК вообще лишено права распоряжения, в том числе и отчуждения любого закрепленного за ним имущества, если только речь не идет о денежных средствах, расходуемых им по смете в строгом соответствии с их целевым назначением (а также о сделках дарения вещей, совершаемых с согласия собственника имущества в соответствии с п. 1 ст. 576 ГК). Таким образом, учреждение по общему правилу даже с согласия собственника не вправе отчуждать закрепленное за ним как движимое, так и недвижимое имущество собственника. При возникновении такой необходимости оно вправе просить собственника о том, чтобы он сам (от своего имени) произвел отчуждение принадлежащего ему имущества.

Кредиторы учреждений могут требовать обращения взыскания не на все имущество этих юридических лиц, а только на находящиеся в их распоряжении денежные средства. При недостаточности последних для погашения обязательств к дополнительной (субсидиарной) ответственности привлекается собственник-учредитель. Таким образом, можно говорить о том, что имущество учреждений, за исключением имеющихся у них денежных средств, забронировано от взыскания кредиторов. Это ограничение имущественной базы ответственности учреждений является прямым следствием весьма ограниченного характера предоставленных им как некоммерческим организациям прав участия в имущественном обороте.

Особенностью правового положения учреждения как финансируемой собственником некоммерческой организации является возможность осуществления им "приносящей доходы" (т.е. предпринимательской) деятельности в соответствии с учредительными документами, т.е. с закрепленным в них разрешением собственника. Полученные от ведения такой деятельности доходы и приобретенное за их счет имущество поступают в самостоятельное распоряжение учреждения и учитываются им на отдельном балансе (п. 2 ст. 298 ГК).

Данное правило закона обусловлено широко встречающимися в практике недостатками финансирования собственниками, прежде всего публичными, всех необходимых потребностей созданных ими учреждений. Этим и вызвана необходимость более широкого участия учреждений-несобственников в имущественном обороте в роли, весьма близкой к роли унитарных предприятий. В связи с реализацией указанной возможности учреждение получает два вида имущества, закрепленных за ним на разном правовом режиме и даже по-разному оформленных.

Одна часть имущества учреждения, полученная им от собственника по смете, находится у него на праве оперативного управления. Другая часть, "заработанная" самим учреждением и учитываемая на отдельном балансе, поступает в его "самостоятельное распоряжение". Можно ли считать это "распоряжение" особым вещным правом, существующим наряду с правами оперативного управления и хозяйственного ведения?

При ответе на этот вопрос следует учитывать как отмеченные ранее признаки ограниченных вещных прав, так и подход законодателя к оформлению рассматриваемого права. Впервые "право самостоятельного распоряжения" учреждением полученными им доходами и приобретенным за их счет имуществом появилось в п. 4 ст. 5 российского Закона о собственности 1990 г. В п. 2 ст. 48 Основ гражданского законодательства 1991 г. было прямо указано, что данное имущество принадлежит учреждению на праве полного хозяйственного ведения. Такой подход ясно показал нежелание законодателя искусственно создавать новые ограниченные вещные права, не известные обычному имущественному обороту.

Не случайно также нигде в ГК не раскрывается содержание этого права, а правила о нем помещены в гл. 19 ГК, прямо озаглавленной "Право хозяйственного ведения, право оперативного управления" и не содержащей правил ни о каких иных вещных правах. А ведь перечень вещных прав в отличие от прав обязательственных является закрытым и не может включать права, содержание которых прямо не раскрыто законом. Необоснованным поэтому представляется рассмотрение данного права в качестве особого, самостоятельного вещного права.

В судебно-арбитражной практике имеется взгляд, согласно которому право оперативного управления учреждения в отношении полученного в результате самостоятельной деятельности имущества "расширено" законом за счет правомочия самостоятельного распоряжения им (и которое в действительности тоже является ограниченным). Иначе говоря, "право самостоятельного распоряжения" рассматривается, по сути, как еще одна разновидность права оперативного управления, субъект которого в данном случае приобретает некоторые дополнительные правомочия в отношении части закрепленного за ним имущества. Но при этом учредитель-собственник в соответствии с п. 2 ст. 120 ГК несет субсидиарную ответственность по всем обязательствам своего учреждения при недостатке у последнего денежных средств (а полученное за счет самостоятельных доходов имущество также становится, следовательно, забронированным от взыскания кредиторов, с чем, по существу, вряд ли можно согласиться).

К сожалению, не вполне четкая формулировка п. 2 ст. 298 ГК дает основания и для такого подхода. При его принятии учреждения получают весьма льготный режим в отношении самостоятельно приобретенного ими имущества, а субсидиарная ответственность их учредителей - собственников существенно расширяется. Такое положение можно было бы признать достаточно выгодным как для самих учреждений, так и для их кредиторов, если бы в роли учредителей в подавляющем большинстве случаев не выступали публичные собственники с бюджетными средствами как основным объектом возможного взыскания. Это положение также заставляет усомниться в обоснованности данного подхода.

Изложенное приводит к выводу, что рассматриваемое право в действительности является правом хозяйственного ведения. Поэтому к праву учреждения на полученное им указанным образом имущество должны применяться правила ст. 295 ГК. Это означает, что данным имуществом учреждение самостоятельно отвечает по долгам, возникшим в связи с его участием в приносящей доходы деятельности. В таких отношениях не должны применяться ограничения, касающиеся возможности обращения взыскания по долгам учреждения только на его денежные средства, но отсутствует и субсидиарная ответственность учредителя-собственника. Объектом взыскания кредиторов учреждения здесь, следовательно, может быть любое имущество, полученное учреждением от участия в указанной деятельности и обособленное прежде всего для этих целей на отдельном балансе. Следовательно, правовой режим имущества учреждения дифференцирован в рамках двух прямо предусмотренных законом для таких ситуаций ограниченных вещных прав.


2.4 Право пожизненного наследуемого владения земельным участком


Статья 49 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик 1991 г. предусмотрела возможность предоставления земельных участков гражданам в пожизненное наследуемое владение или в пользование, а юридическим лицам — во владение или пользование. Статьи 7 и 12 Земельного кодекса РСФСР 1991 г. закрепили право пожизненного наследуемого владения граждан земельными участками, а также право бессрочного (постоянного) пользования юридических лиц земельными участками.

В развитие данных положений были разработаны соответствующие нормы ГК РФ. Статья 216 ГК РФ закрепляет возможность принадлежности земельных участков на основании таких ограниченных вещных прав, как право пожизненного наследуемого владения и право постоянного (бессрочного) пользования. Содержание этих прав раскрыто в гл. 17 ГК РФ.

Введенный в действие с 30 октября 2001 г. Земельный кодекс РФ также содержит нормы, посвященные упомянутым ограниченным вещным правам. Они внесли определенные изменения в регулирование указанных отношений, которые порой кардинально расходятся с соответствующими нормами ГК РФ. В связи с изложенным представляется целесообразным провести сравнительный анализ норм ГК РФ и ЗК РФ, определив, в каких случаях нормы одного из них имеют приоритет перед нормами другого. Для решения этой задачи необходимо иметь в виду, что согласно п.3 ст. 129 ГК РФ земля может отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой ее оборот допускается земельным законодательством. «Отсюда следует, что вопрос о пределах включения земли в экономический оборот должен решаться Земельным кодексом РФ, а правила, по которым этот оборот будет осуществляться (купля-продажа, аренда, мена и т.д.), — это уже сфера гражданско-правового регулирования». Из анализа п. 2 ст. 209 ГК РФ можно сделать следующий вывод: собственник вправе своей волей и в своем интересе владеть, пользоваться и распоряжаться принадлежащим ему имуществом, но пределы такой свободы устанавливаются федеральными законами, указами Президента РФ и постановлениями Правительства РФ. То есть ГК РФ допускает возможность ограничения правомочий собственника (а также правомочий землевладельцев, землепользователей) иными, помимо самого Кодекса, федеральными законами.

Одновременно п. 3 ст. 3 ЗК РФ предусматривает, что имущественные отношения по владению, пользованию и распоряжению земельными участками, а также по совершению сделок с ними регулируются гражданским законодательством, если иное не предусмотрено земельным и иными отраслями законодательства в области природных ресурсов, а также специальными федеральными законами. То есть, согласно п.3 ст. 3 ЗК РФ, нормы земельного законодательства как специальные имеют приоритет перед нормами гражданского законодательства. Поскольку ЗК РФ — федеральный закон, то он может содержать нормы, по-иному регулирующие вещные права на земельные участки, чем это имеет место в ГК РФ.

На основании вышеизложенного попробуем рассмотреть соотношение норм ГК РФ и ЗК РФ, регламентирующих право пожизненного наследуемого владения и право постоянного (бессрочного) пользования земельными участками.

Согласно ст. 265 ГК РФ субъектами права пожизненного наследуемого владения земельным участком являются исключительно граждане, объектом — земельные участки, находящиеся в государственной и муниципальной собственности. Иные собственники земельных участков не вправе предоставлять их каким-либо лицам на этом вещном праве. Статья 21 ЗК РФ установила, что право пожизненного наследуемого владения, приобретенное гражданином до введения в действие ЗК РФ, сохраняется, однако после введения в действие ЗК РФ предоставление земельных участков на таком праве не допускается. Граждане, имеющие земельные участки на праве пожизненного наследуемого владения, имеют право приобрести их в собственность, причем в соответствии с п. 3 ст. 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» предоставление таких участков в собственность граждан сроком не ограничивается.

В соответствии с п. 2 ст. 266 ГК РФ гражданин, имеющий земельный участок на праве пожизненного наследуемого владения, обладает широкими полномочиями по владению и пользованию таким участком, вплоть до возведения на нем построек, на которые он приобретает право собственности. В данной части ЗК РФ каких-либо новелл не содержит (ст. 40,41 ЗК).

Пункт 3 ст. 264 ГК РФ устанавливает, что владелец земельного участка, не являющийся собственником, не вправе распоряжаться этим участком, если иное не предусмотрено законом или договором. Одновременно ст. 267 ГК РФ предусматривает определенные изъятия из этого правила — владелец земельного участка, находящегося в пожизненном наследуемом владении, может по собственному усмотрению передавать его другим лицам в аренду или безвозмездное срочное пользование, но ему запрещается совершать сделки, которые могут повлечь отчуждение земельного участка в собственность других лиц. Однако в соответствии с п. 1 ст. 266 ГК РФ гражданин может передать права владения и пользования земельным участком по наследству.

ЗК РФ в данном вопросе стоит на иных позициях — согласно п. 2 ст. 21 распоряжение земельным участком, находящимся на праве пожизненного наследуемого владения, не допускается. Исключение из этого правила сделано лишь для перехода прав на земельный участок по наследству, что совпадает с п. 1 ст. 266 ГК РФ.

Рассматривая упомянутые нормы ГК РФ и ЗК РФ по-разному регулирующие порядок распоряжения земельным участком, следует отметить, что анализ п. 3 ст. 129, ст. 209, п. 3 ст. 264 ГК РФ, п. 3 ст. 3 ЗК РФ позволяет сделать следующий вывод — с момента введения в действие ЗК РФ нормы ст. 267, предоставляющие гражданам определенные полномочия по распоряжению земельными участками, применяться не должны. Вместе с тем данное положение нельзя рассматривать как ущемляющее права граждан, поскольку, как уже упоминалось, ЗК РФ предоставляет им право приобрести соответствующие земельные участки в собственность и тем самым получить широкие возможности по распоряжению такими участками.


2.5 Право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком


Право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком отличается от рассмотренного выше ограниченного вещного права своим субъектным составом — обладать земельным участком на таком праве могут как граждане, так и юридические лица (причем в отношении юридического лица при его реорганизации п. 3 ст. 268 ГК РФ допускает преемство в праве).

Объектом такого права могут быть земельные участки, находящиеся как в государственной (муниципальной), так и в частной собственности (п. 1 ст. 264 ГК РФ).

В связи с этим необходимо отметить, что согласно ст. 20 ЗК РФ в постоянное (бессрочное) пользование земельные участки предоставляются только государственным и муниципальным учреждениям, федеральным казенным предприятиям, а также органам государственной власти и органам местного самоуправления. Иным юридическим лицам, а также гражданам земельные участки в постоянное (бессрочное) пользование со дня введения в действие ЗК РФ предоставляться не могут. Вместе с тем, соответствующее право, возникшее у граждан и юридических лиц до введения в действие ЗК РФ, сохраняется. В силу положений п. 2, 3 ст. 3 Федерального закона «О введении в действие Земельного кодекса Российской Федерации» юридические лица должны переоформить право постоянного (бессрочного) пользования на право аренды до 1 января 2004 г. либо в течение того же срока приобрести такие участки в собственность. Граждане могут приобрести такие участки в собственность; срок приобретения законом не ограничивается.

На первый взгляд возникает впечатление, что указанные положения ЗК РФ входят в противоречие с нормами ГК РФ. Тем не менее, при анализе данных положений можно сделать вывод о том, что они касаются только земель, находящихся в государственной или муниципальной собственности, и не распространяются на иных собственников земли. Представляется, что названые нормы никак не должны ограничивать права юридических лиц или граждан, имеющих в собственности земельные участки, предоставить их на праве постоянного пользования другим гражданам или юридическим лицам, что предусмотрено п. 1 ст. 264 ГК РФ. Вместе с тем соответствующие положения п. 1 ст. 268 ГК РФ, который допускает предоставление земельных участков на праве постоянного (бессрочного) пользования любым юридическим лицам, а также гражданам, подлежат приведению в соответствие с ЗК РФ.

Право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком, находящимся в государственной или муниципальной собственности, возникает у лиц, перечисленных в п. 1 ст. 20 ЗК РФ, на основании решения государственного или муниципального органа, уполномоченного предоставлять земельные участки в такое пользование. В отношении иных земельных участков право постоянного (бессрочного) пользования чаще всего возникает на основании договора, но может возникнуть и в силу закона (например, п. 1 ст. 271 ГК РФ предусматривает, что право постоянного пользования частью земельного участка возникает у собственника здания, сооружения, находящегося на земельном участке, принадлежащем другому лицу, если законом или договором не установлено иное).

Существенным образом по сравнению с правом пожизненного наследуемого владения ограничены у субъекта права постоянного (бессрочного) пользования правомочия владения, пользования и распоряжения земельным участком (ст. 269,270 ГК РФ). Владение и пользование земельным участком он может осуществлять в пределах, установленных законом, иными правовыми актами и актом о предоставлении участка в пользование (зачастую эти пределы ограничены целевым назначением земельного участка). Однако постройки, правомерно возведенные на участке пользователем, становятся его собственностью. Распоряжение земельным участком, находящимся в постоянном пользовании, также очень ограничено — закон предоставляет пользователю право сдавать этот участок в аренду или безвозмездное срочное пользование только с согласия собственника участка. В отношении земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности и предоставленных гражданам и юридическим лицам на праве постоянного (бессрочного) пользования, п. 4 ст. 20 ЗК РФ запрещает указанным лицам любым образом распоряжаться такими участками.

Прекращается право постоянного (бессрочного) пользования земельным участком в случае смерти гражданина, которому был предоставлен земельный участок (поскольку это право не наследуется), или ликвидации юридического лица-пользователя; их отказа от права или приобретения земельного участка в собственность; в случае выкупа участка для государственных или муниципальных нужд; либо его изъятия при ненадлежащем использовании.

Подводя итог, хотелось бы отметить, что между нормами гражданского и земельного законодательства, регулирующими ограниченные вещные права на землю, имеются определенные расхождения. Практическое применение ГК РФ и ЗК РФ способно вызвать определенные трудности, для преодоления которых необходимо широкое обсуждение названных норм, результаты которого позволили бы выработать определенные подходы к соответствующему согласованию, а при необходимости и изменению норм земельного и гражданского законодательства.


2.6 Сервитут


Под сервитутом (от латинского servitus — рабство, служение вещи) понимается ограниченное вещное право на недвижимое имущество, не соединенное с владением им, заключающееся в праве одного лица пользоваться какой-либо одной или несколькими полезными сторонами такого имущества, принадлежащего другому лицу, или устранять от известного пользования им других лиц, включая и собственника.

Этот институт берет свое начало в римском праве. Возникновение частной собственности на землю и раздробление крупных имений на мелкие участки объективно подготовило почву для развития сервитутов. В связи с этим справедливо высказывание Л.В. Щенниковой, которая полагает, что «история развития сервитутов — это история развития частной собственности на землю. Причем чем мельче поземельная собственность, тем значительнее роль сервитутов, которые сохраняли экономическое назначение земли, дополняли частную собственность, сглаживали ее суровые последствия».

Для эксплуатации земельного участка собственник нуждался в воде (источника которой могло и не оказаться на его участке), в доступе к общим дорогам (от которых его участок мог быть отделен земельными участками, принадлежащими на праве собственности другим лицам) и т.п. Для удовлетворения указанных и иных потребностей собственника земельного участка, для восполнения полезности последнего устанавливались сервитуты, которые связывались непосредственно с земельным участком, являлись его обременением, например, iter — право проходить и проезжать через соседний земельный участок, aquaehaustus — право черпать воду на соседнем участке и др.3

Еще в римском праве существовали различные основания для отнесения определенных сервитутов к той или иной группе, которые сохраняются до

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: