Мошенничество: анализ состава и проблемы квалификации
Такая классификация может базироваться на таком критерии как отсутствие или наличие правомочий виновного в отношении имущества, обращаемого им в свою пользу или пользу других лиц. Основываясь на этом критерии, указанные способы можно подразделить на три группы:
1) хищения путем изъятия и обращения в свою пользу или пользу других лиц чужого имущества с использованием своего служебного положения;
2) хищения посредством изъятия и обращения в свою пользу или пользу других лиц имущества, находящегося в оперативно-хозяйственном управлении виновного;
3) хищения способом незаконного оформления документов, создающих права на изъятие и обращение в свою пользу или пользу других лиц чужого имущества.
При хищениях, отнесенных к первой группе, лицо злоупотребляет представленными ему по службе полномочиями по доступу к чужому имуществу. Например, следователь при производстве обыска или выемки изымает имущество, не указывая факт его в соответствующем протоколе, тем самым обращая это имущество в свою пользу или пользу других лиц.
При совершении хищений, включенных во вторую группу, лицо использует предоставленные ему по службе полномочия отдавать приказы и распоряжения материально-ответственным лицам, которым вверено имущество. Злоупотребляя этими полномочиями, оно отдает приказы и распоряжения о незаконном безвозмездном изъятии имущества из собственности или владения предприятия и передаче его в свою пользу или пользу третьих лиц.
Такое хищение может выразиться в сознании в процессе производства излишков продукции, неоприходовании и изъятии их с обращения в свою пользу или пользу других лиц; в списании имущества, пригодного к употреблению, и реализации его на строну; в передаче в свою пользу другого лица имущества, выданного согласно документам для производственных нужд, и т.д.
Для хищений способами, составляющими третью группу, характерно то, что лица ранее указанных категорий злоупотребляют представленными им полномочиями совершать имеющие юридическое значение действия, создающие права на приобретение имущества.
При этом они сами или другие лица приобретают права на его получение. Но последние лишь внешне легальны, а по существу незаконны.
Разновидностями таких хищений, в частности, являются: умышленное незаконное получение средств в качестве премий, надбавок к заработной плате, а также пенсий, пособий и других выплат; заведомо незаконное назначение или выплата в корыстных целях таких средств в качестве различных платежей людям, не имеющим права на их получение, и другие.
В рассмотренных случаях хищение является оконченным в момент незаконного безвозмездного изъятия и обращения в свою пользу или пользу других лиц чужого имущества, т.е. когда виновный или другие лица получают реальную возможность распорядится этим имуществом, а не в момент когда, например, отдан приказ об изъятии имущества или незаконно назначены те или иные платежи.
Содеянное в подобных ситуациях с учетом конкретных обстоятельств представляет собой совокупность преступлений: кражи или грабежа и злоупотребления должностными полномочиями (ст.285 УК РФ), превышения должностных полномочий (ст.286 УК РФ) или злоупотребления полномочиями (ст.201 УК РФ).
От мошенничества с использованием лицом своего служебного положения данные деяния отличаются тем, что при их совершении виновные не используют такие способы обращения чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц, как обман или злоупотребление доверием, а изымают имущество, обращая его в свою пользу или пользу других лиц, тайно или открыто, злоупотребляя при этом представленными им полномочиями или превышая их.
Моральный облик мошенника определяет, прежде всего, само совершенное им деяние. Будучи сознательным актом поведения, преступное деяние всегда связано с нравственными и психическими особенностями человека и в той или иной степени выражает сущность его личности.
В особенности личности мошенника всегда присутствует склонность к притворству, фантазии, актерской игре и т.п. Но указанные черты характера не у всех мошенников проявляются достаточно ярко. Поэтому даже самый ловкий мошенник, прежде всего стяжатель, а потом уже мистификатор. Не из-за склонности к притворству и фантазии совершаются мошенничества, а вследствие склонности к легкой наживе.
В ходе прохождения преддипломной практики в УВД по Центральному району были изучены обвинительные заключения, утвержденные прокурором района, по 100 уголовным делам, возбужденным в отношении лиц по признакам состава преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ.
Были исследованы следующие криминологические характеристики субъекта преступления, предусмотренного ст.159 УК РФ: возраст, половая принадлежность, образовательный уровень, род занятий, наличие или отсутствие в прошлом судимости.
По изученным данным, лица совершившие мошенничество, характеризуются следующими возрастными характеристиками, табл. 3.1
Таблица 3.1
Возрастная характеристика лиц, совершивших мошенничество
| Возраст субъекта | Мошенничество |
| От 16 до 18 лет | 9 |
| От 19 до 25 лет | 18 |
| От 26 до 30 лет | 23 |
| От 31 до 40 лет | 35 |
| От 41 до 50 лет | 11 |
| От 51 года и выше | 4 |
Из представленных цифр мы видим, что в качестве субъекта мошенничества выступают в основном лица более зрелых возрастов. Это легко объяснимо, если учесть способ совершения этого преступления, предполагающий известную ловкость, хитрость, изворотливость, знание человеческих слабостей. Среди мошенников немало лиц, достигших не только зрелого возраста (старше 30 лет), но и пожилых – старше 50 нет.
Тревожна цифра, касающаяся несовершеннолетних. В последнее время преступность среди несовершеннолетних набирает обороты. Самое распространенное мошенничество среди данной категории лиц – это мошенничество, связанное с мобильными телефонами либо денежными средствами. Потерпевшими, как правило, выступают ранее знакомые лица. В большинстве случаев несовершеннолетний совершает мошенничество в группе совместно с взрослым 18-20 лет. Из приведенных 9 несовершеннолетних, только 3 совершили преступление самостоятельно.
Интерес представляет исследование вопроса о половой принадлежности лиц, совершивших мошенничество. Как показало изучение статистических данных, большинство преступлений указанного состава совершают мужчины, табл. 3.2
Таблица 3.2
Соотношение мужчин и женщин, совершивших мошенничество
| Состав преступления | Мужчины | Женщины |
| Мошенничество | 79 | 21 |
Причина того, что женщины много реже совершают преступления, чем мужчины, определяется комплексом социальных факторов. Женщины, совершающие преступление морально неустойчивы, опустошенные, не имеющие семьи, не обременяющие себя заботами ни о ком. Нередко женщины вообще утрачивают те специфические особенности психического склада и поведения, которые присущи подавляющему большинству женщин. Следует отметить, что 14 женщин из 21 употребляют наркотические средства.
Лица, привлеченные к уголовной ответственности за совершение мошенничества, по уровню образования характеризуются следующими данными, табл. 3.3
Таблица 3.3
Уровень образования лиц, совершивших мошенничество
| Образование | Мошенничество |
| 5-8 классов | 4 |
| 9 классов | 33 |
| 11классов | 31 |
| Средне-специальное | 25 |
| Высшее | 7 |
Большинство лиц, совершивших мошенничество, имеют не высокий образовательный уровень.
Следует отметить, что уровень образования влияет и на способы совершения мошенничества. Лица, имеющие высшее и средне-специальное образованием совершают преступления, как правило, экономической направленности. Остальная категория лиц совершает мошенничества общеуголовной направленности.
По роду занятий лица, совершившее мошенничество, характеризуются следующими данными, табл. 3.4
Таблица 3.4
Род занятий лиц, совершивших мошенничество
| Мошенничество | |
| Работающие (официально трудоустроены) | 21 |
| Работающие (не официально трудоустроены) | 39 |
| Учащиеся | 11 |
| Не имеющие определенных занятий | 29 |
Среди работающих лиц относительно не много квалифицированных специалистов. Многие из преступников не стремились к повышению образования и профессиональной квалификации, удовлетворяясь работой в качестве разнорабочих, подсобных рабочих, грузчиков.
Бывают случаи, когда обвиняемый превращается в «лицо без определенных занятий» не к моменту совершения первого преступления, а после того, как преступная деятельность стала для него источником нетрудового дохода.
Среди лиц, совершивших мошенничество, довольно высок процент ранее судимых за совершение аналогичных преступлений и иных преступлений имущественного характера, табл. 3.5
Таблица 3.5
Соотношение ранее судимых и не судимых лиц,
совершивших мошенничество
| Мошенничество | |
| Судимые | 41 |
| Не судимые | 59 |
3.2 Субъективная сторона мошенничества
С субъективной стороны мошенничество характеризуется наличием у виновного прямого умысла, направленного на хищение чужого имущество или приобретение права на это имущество. Прямой умысел свойственен вообще всем формам хищения. В законодательном определении мошенничества к тому же назван такой способ действия (обман), который выражается в умышленной деятельности. Неосторожного обмана быть не может. Если субъект своими действиями неосторожно вводит кого-либо в заблуждение, то он, естественно, не может стремиться к завладению чужим имуществом.
Мошенничество – преступление, общественная опасность которого очевидна для всякого вменяемого лица, достигшего возраста уголовной ответственности. Поскольку субъект, сознающий все фактические обстоятельства, соответствующие признакам объекта и объективной стороны мошенничества, сознает и общественно опасный характер своего деяния, вопрос об установлении сознания общественной опасности (или противоправности) по делам о мошенничестве не возникает.
В сознание умысла мошенника входит не только сознание общественно опасного характера своих действий, но и предвидение развития причинной связи и наступления общественно опасных последствий. Преступник сознает, что он совершает обман путем искажения истины или умолчания об истине, предвидит, что тем самым он вводит потерпевшего в заблуждение, в результате которого потерпевший передает ему имущество либо право на имущество. При мошенничестве путем злоупотребления доверием виновный сознает, что он злоупотребляет доверием потерпевшего и таким путем завладевает имуществом.
Поскольку необходимый признак мошенничества – отсутствие у виновного права на имущество, которое он похищает, это обстоятельство также входит в содержание умысла. Совершая мошенничество, субъект сознает, что это имущество ему не принадлежит. Отсутствие такого сознания исключает возможность квалификации деяния как мошенничество (при определенных условиях речь может идти о самоуправстве).
Субъект сознает и принадлежность похищаемого имущества. При мошенничестве сам потерпевший (или его представитель) обычно сам передает имущество преступнику, поэтому возможность ошибки в принадлежности имущества практически незначительна. Если же такое заблуждение имело место, то оно должно расцениваться по общим правилам об ошибке в объекте. При неопределенном (неконкретизированном умысле), когда субъект намерен завладеть имуществом независимо от его принадлежности, деяние квалифицируется в соответствии с фактической принадлежностью похищенного по ст.159 УК РФ.
Совершение квалифицированных видов мошенничества предполагает сознание виновным всех обстоятельств, квалифицирующих содеянное (причинение значительного ущерба, совершение преступления группой лиц по предварительному сговору, лицом с использованием своего служебного положения, организованной группой, в крупном размере). Достаточно, чтобы виновный сознавал фактические обстоятельства, имеющие значение для квалификации, но не требуется, чтобы он давал им правильную юридическую оценку.
Волевой элемент умысла при мошенничестве состоит в том, что виновный желает путем обмана или злоупотребления доверием похитить имущество или приобрести таким путем право на него.
В мошенничество можно выделить психологическое отношение субъекта к своим действиям и их последствиям. Однако, поскольку при мошенничестве психическое отношение всегда однотипно, это деяние нельзя считать преступлением со «сложной» или «смешанной» формы вины. Мошенник всегда сознает, что он совершает обман, и желает обмануть потерпевшего. В то же время он предвидит, что результатом обмана будет переход к нему чужого имущества, и желает этого.
Науке уголовного права и судебной практике известно деление умысла по условиям его формирования на заранее обдуманный и внезапно возникший. Для мошенничества наиболее типичен заранее обдуманный умысел. Мошенник обычно тщательно обдумывает наиболее существенные моменты преступления. Об этом свидетельствует сам характер обманных действий и большой удельный вес предварительной преступной деятельности (подготовка подложных документов, фальсификация предметов, искусственное создание обстановки доверия и т.п.).
Совершается мошенничество и с внезапным умыслом, когда преступные намерения приводятся в исполнение сразу же после их возникновения. Внезапный умысел характерен для пассивного обмана: субъект неожиданно для себя обнаруживает заблуждение потерпевшего и тут же решает им воспользоваться. Внезапный умысел более свойственен также мошенничеству, совершенному путем злоупотребления доверием.
В диспозициях норм о мошенничестве не говорится, о цели преступления. В соответствии с выработанным наукой уголовного права понятием хищения, следует считать, что обязательным элементом состава мошенничества, как и всякого иного хищения, является корыстная цель.
Субъективную сторону преступления составляет также мотив преступления, под которым понимается то побуждение, которым руководствуется виновный при совершении общественно опасного деяния. В мошенничестве мотив, как правило, является корыстным. Это вполне закономерно, так как цель и мотив преступления обычно носят одинаковый характер. В то же время мотив отвечает на вопрос, что движет человеком, а цель - куда направлено данное действие.
Отсутствие корыстной цели свидетельствует об отсутствии состава мошенничества. Этого нельзя сказать о корыстном мотиве, который не является обязательным признаком мошенничества или другой формы хищения. Например, мотив не будет корыстным, если при мошенничестве совершенным группой лиц, один из соисполнителей отказывается от похищенного в пользу другого участника, чтобы помочь ему выйти из трудного материального положения. Между тем цель в данном случае – дать возможность преступной наживы другому лицу – корыстная.
Возможно также мошенничество с целью передачи похищенного имущества другому лицу из чувства благодарности за ранее оказанную услугу или под иным мотивом. Корысть не является здесь движущим побуждением, но цель преступления, безусловно, будет корыстной.
Следовательно, независимо от того, какими мотивами руководствовался преступник, если целью его является обращение чужого имущества в свою пользу или пользу других лиц, - он по существу одинаково преследует корыстную цель.
Установление прямого умысла и корыстной цели – необходимое условие для привлечения лица к ответственности за совершение мошенничества. Несоблюдение этого условия приводит к неправильной квалификации содеянного.
Отграничение мошенничество от гражданско-правового невыполнения обязательств имущественного характера невозможно без учета субъективной стороны правонарушения. Получение имущества от другого лица под условием выполнения какого-либо действия, в пользу дающего с умыслом на завладение этим имуществом является мошенничество. При отсутствии такого умысла возможна гражданско-правовая ответственность.
При прохождении преддипломной практики в УВД по Центральному району нам представилась возможность выяснить у следователей, специализирующихся на расследовании уголовных дел экономической направленности, какие трудности возникают при расследовании. Оказалось, что большие трудности представляет установление субъективной стороны преступления.
Было установлено, что трудности порождаются рядом обстоятельств.
Во-первых, познавать приходится не внешнюю доступную для восприятия сторону поведения преступника, а его психологию: помыслы, мотивы, намерения и т.д.
Во-вторых, осуществляя мошеннический замысел, виновные тщательно маскируют противоправную деятельность, скрывают свои действительные цели и намерения. Соответственно этому избираются способы и средства совершения преступления. Нередко мошенники прибегают к использованию в качестве прикрытия различные гражданско-правовые сделки. В таком случае преступный замысел распознается с трудом: мошенническая операция по виду мало, чем отличается от обычной сделки. К тому же обман при мошенничестве под видом сделки весьма специфичен. Он заключается в обещании исполнить обязательства по сделке. Это может быть обещание доставить и передать имущество, уплатить деньги, выполнить определенную работу, возвратить ссуду и проценты по ней и т.д. Это обман в намерениях. Он обнаруживается, обычно, когда не исполняются обязательства по сделке. Однако к этому времени виновные лица, как правило, успевают распорядиться по своему усмотрению полученным имуществом, придумать оправдательные версии, подготовить надежные доказательства своей «невиновности».
Этому может способствовать заключение сделки от имени юридического лица. Действуя от имени фирмы, мошенники маскируют свое участие в противоправной деятельности. Формальным собственником полученного имущества становиться само юридическое лицо. Соответственно, последствия невыполнения обязательства ложатся на него. Именно это обстоятельство нередко позволяет мошенникам уклониться от уголовной ответственности.
Завладев имуществом от имени юридического лица, мошенники избегают прямого обращения его в свою собственность. Они используют право юридического лица распорядиться имуществом по своему усмотрению (продать его, обменять на другую вещь, и т.д.). Выстраиваются целые цепочки таких сделок. Причиненный ущерб в таких случаях представляется не как хищение, а как результат неудачной финансово-хозяйственной деятельности. Распознать ее противоправный характер очень непросто. Более того, завладев чужим имуществом от имени юридического лица и переведя его активы на счета других фирм, мошенники не прячутся, а демонстрируют желание возместить ущерб, сами инициируют процедуру банкротства юридического лица, использованного для совершения хищения. Объявление о банкротстве является завершающей стадией мошеннической операции.
В-третьих, трудности познания субъективной стороны мошенничества порождаются противодействием расследованию. Мошенники редко признают свою вину. Они подтверждают факт причинения материального ущерба, выражают готовность его возместить, правда, для этого у них недостает или нет вовсе требуемого имущества. Но при этом всегда отрицают умышленный характер причинения вреда. Ответственность за последствия они обычно перекладывают на других лиц, якобы причастных к хищению. Нередко в этом качестве выставляются юридические лица: лжефирмы и фирмы-однодневки, прекратившие свое существование.
В этих условиях правильно установить субъективную сторону мошенничества можно лишь на основе достаточной совокупности прямых и косвенных доказательств.
Важную информацию о направленности умысла виновного может дать анализ его поведения в период, предшествующий заключению сделки: создание фирмы по подложным документам, смена учредителей, аренда офиса на короткий срок.
О направленности умысла может говорить и деятельность лица после завладения имуществом. Например, продажа имущества, полученного во временное пользование сразу после завладения им.
При установлении умысла и вины лица в совершении мошенничества следует учитывать и обстоятельства, относящиеся к личности подозреваемого либо обвиняемого. Безусловно, как бы негативно не характеризовалось лицо, насколько большим мошенническим опытом оно не обладало, эти данные сами по себе еще не говорят о его виновности в совершении преступления. Однако эти данные обретают иной смысл, если их рассматривать в совокупности со всеми имеющимися в уголовном деле доказательствами. Так, наличие определенных профессиональных знаний и навыков, опыт работы в определенной сфере деятельности и иные сведения о личности подозреваемого либо обвиняемого могут указывать на то, что лицо не могло не знать о характере и последствиях совершаемых действий.
Иными словами, профессиональные знания, опыт работы в качестве руководителя предприятия были приняты во внимание судом при доказывании объективной стороны мошенничества. Это пример показывает, что и следователь и суд не вправе пренебрегать определенными данными о личности при доказывании умысла и вины лица в совершении преступления. В совокупности с другими доказательствами они способствуют установлению истины по уголовному делу.
В этой связи важно обратить внимание и на такую сторону личности подозреваемого (обвиняемого), как его образ жизни. В. Н. Кудрявцев указывает, что «с началом преступных действий личность преступника, его поступки, преступные и непреступные, образ жизни, социальные контакты и вся сфера общения могут претерпевать значительные изменения» [19. С.101].
Поэтому сопоставив образ жизни до и после совершения преступления, можно обнаружить в нем разительные перемены, что также служит косвенным доказательством вины лица в совершении преступления. Выше уже отмечалось дело по обвинению Б., рассмотренное Президиумом Верховного Суда РФ по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ.
Президиум Верховного суда РФ, оценивая доказательства его виновности, сослался на показания целого ряда свидетелей, из которых следовало, что он нигде не работал, реальной возможности поставить сахарный песок и крупу не имел, покупал много дорогостоящих вещей, вел праздный образ жизни. Высший судебный орган учел данные о личности обвиняемого, в частности его образ жизни до и после преступления для доказывания умысла и вины лица в совершении хищения.
3.3 Проблемы квалификации мошенничества
Квалификация преступления – это установление и юридическое закрепление точного соответствия между признаками совершенного деяния и признаками состава преступления, предусмотренного уголовно-правовой нормой.
Процесс квалификации преступлений осуществляется на всех стадиях уголовного процесса.
Так, согласно статье 146 УПК РФ при наличии повода и основания, орган дознания, дознаватель или следователь в пределах компетенции, возбуждает уголовное дело, о чем выносится соответствующее постановление. В постановлении о возбуждении уголовного дела указываются: дата, время и место его вынесения; кем оно вынесено; повод и основание для возбуждения уголовного дела; пункт, часть, статья Уголовного Кодекса РФ, на основании которых возбуждается уголовное дело.
В дальнейшем следователь, приняв решение о привлечении лица в качестве обвиняемого, руководствуясь ст.171 УПК РФ, выносит соответствующее постановление. В постановлении о привлечении лица в качестве обвиняемого, согласно п.4 и 5 ч.2 ст.171 УПК РФ указывается описание преступления с указанием времени, места его совершения, а также иных обстоятельств подлежащих доказыванию и пункт, часть, статья Уголовного Кодекса РФ, предусматривающие ответственность за данное преступление.
После завершения расследования следователь составляет в порядке ст.220 УПК РФ обвинительное заключение. В обвинительном заключении, согласно п.3 и 4 ст.220 УПК РФ указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия; формулировку предъявленного обвинения с указанием пункта, части, статьи Уголовного Кодекса РФ, предусматривающих ответственность за данное преступление.
Дальнейшим рассмотрением вопроса квалификации преступлений занимается суд. Так, в случае вынесения обвинительного приговора, согласно ч.1 ст.307 УПК РФ, в его описательно-мотивировочной части указывается описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления. Согласно ч.3 ст.307 УПК РФ, в случае признания обвинения в какой-либо части необоснованным или установления неправильной квалификации преступления указываются основания и мотивы изменения обвинения. В соответствии с п.3 ст.308 УПК РФ в резолютивной части обвинительного приговора указывается пункт, часть, статья Уголовного Кодекса РФ, предусматривающие ответственность за преступление, в совершении которого подсудимый признан виновным.
Также вопросы квалификации рассматриваются судом при постановлении оправдательного приговора и в других случаях, предусмотренных Уголовно-процессуальным Законом РФ. Первостепенное значение имеет этот вопрос также в кассационном и надзорном производстве по уголовным делам.
Вопросы квалификации преступлений имеют важнейшее практическое значение. Проблема квалификации преступления возникает у следователя, прокурора, судьи, адвоката практически по каждому уголовному делу.
Законодательной моделью для квалификации преступления является состав преступления, т.е. система объективных и субъективных признаков, которые являются необходимыми и достаточными для признания лица совершившим определенного рода преступление.
Мошенничество отличается от других форм хищения чужого имущества особым способом действия, которым являются обман или злоупотребление доверием. Но обман нередко применяется при краже, грабеже, разбое, вымогательстве. Например, если во время разбойного нападения преступник угрожает игрушечным пистолетом, выдавая его за настоящий, он совершает обман. Злоупотребление доверием тоже может сопутствовать многим имущественным преступлениям. Поэтому одного лишь факта использования обмана или злоупотребления доверием при хищении чужого имущества недостаточно для квалификации содеянного как мошенничество.
При отграничении мошенничества от других форм хищения следует исходить из того, что в составе мошенничества обман играет роль обстоятельства, под влиянием которого сам потерпевший или лицо, в ведении которого находится имущество, передает это имущество виновному. Когда обман используется только для того, чтобы облегчить совершение хищения, содеянное должно квалифицироваться в зависимости от применения способа завладения имуществом.
Примером кражи, совершенной с применением обмана, может служить дело в отношении Р., который встретил ранее знакомую З., у которой при себе находилась сумочка. У Р. возник умысел на тайное хищение чужого имущества – сумочки, принадлежащей З. Осуществляя свой преступный умысел, действуя умышлено, из корыстных побуждений Р. предложил зайти в продовольственный магазин и приобрести спиртное, чтобы отметить встречу. Зайдя вместе в помещение магазина, Р. предложил З. сдать свою сумочку в камеру хранения магазина. З. не догадываясь о преступных намерениях Р., в присутствии последнего положила свою сумку в кабинку № 5, закрыла ее, и ключ передала Р. В торговом зале Р. сообщил З., что ему необходимо срочно осуществить телефонный звонок и для этого ему нужно выйти на улицу, где он и будет ее ждать. После чего, Р., воспользовавшись тем, что З. за его действиями не наблюдает, действуя умышленно, из корыстных побуждений, воспользовавшись переданным З. ключом, открыл кабинку № 5 и тайно похитил ее сумочку. С похищенным имуществом Р. с места преступления скрылся, причинив З. значительный материальный ущерб [53].
Преступники нередко комбинируют обман и иные способы завладения имуществом. Ошибка в квалификации в данном случае заключается в том, что рассматриваются такие действия как совокупность различных форм хищения. Однако, эта совокупность мнимая, так как всегда оказывается, что только один из примененных способов непосредственно направлен на завладение имуществом. Этот способ и будет определять квалификацию преступления.
Н., Ш., Д. обратили внимание в ТД «Центральный» на Л., который осматривал продающиеся телевизоры. Считая, что у Л. при себе большая сумма денег, Н., Ш., и Д. решили ими завладеть. Под видом покупателей они подошли к Л. и сообщили ему, что в соседнем магазине цены на телевизоры ниже и выбор больше. Л. отправился в указанный ими магазин. На улице его обогнал Н. и умышленно обронил пустой портмоне. Л. окликнул Н., но тот сделал вид, что не слышит. Л. поднял портмоне и, догнав Н., вручил его последнему. Н. взял портмоне, раскрыл его и потребовал он Л. вернуть деньги, которые якобы были в портмоне. Тут же подошел Ш. и заявил, что он видел, как Р., подняв портмоне, опустил свою руку в карман. Л. стал с ними спорить и доказывать, что денег из портмоне не брал. К ним подошел Д., представился сотрудником милиции и предложил пройти в отделение. Не зная, где находится милиция, Л. пошел с ними. Н., Ш., Д. завели Л. в подъезд жилого дома где, применяя насилие не опасное для жизни и здоровья, обыскали его и похитили деньги в сумме 25000 рублей.
Следственные органы квалифицировали содеянное по совокупности – по ч.2 ст.161 и ч.2 ст.159 УК РФ. В обвинительном заключении указывалось, что обвиняемые путем обмана завели Л. в подъезд дома и там ограбили его.
Такая квалификация является ошибочной. Непосредственным способом завладения имуществом здесь было открытое хищение чужого имущества, совершенное с применением насилия не опасного для жизни и здоровья, т.е. грабеж. Обман был использован преступниками лишь для создания условий для ограбления. Самого мошенничества преступниками совершено не было. Поэтому суд исключил из обвинения Н., Ш. и Д. ст.159 УК РФ [54].
В юридической литературе нет единого мнения по вопросу о том, как квалифицировать действия преступника, который похищает квитанцию, жетон, гардеробный номерок и т.п., а затем получает имущество, выдавая себя за законного владельца.
Сами по себе жетоны, квитанции, номерки практически не имеют материальной ценности, а потому не могут быть предметом кражи. В случаях, подобных приведенным выше, потерпевший лишается имущества (а виновный завладевает им) не в тот момент, когда изымается имущественный документ, квитанция, номерок, а несколько позже, когда преступник предъявит в надлежащем месте, обманным путем выдав себя за законного владельца.
В отличие от кражи и грабежа мошенничество характеризуется тем, что потерпевший передает имущество преступнику как бы по своей воле. Однако добровольность передачи имущества здесь только кажущаяся. Вследствие обмана потерпевший может заблуждаться не только в отношении фактических обстоятельств, служащих основанием для передачи имущества. Нередко он заблуждается и относительно самого характера передачи. Например, потерпевший полагает, что передал имущество во временное пользование или для какой-нибудь другой цели, а виновный обращает имущество в свою пользу.
Отсутствие у потерпевшего сознания противоправности действий виновного сближает мошенничество с кражей. Однако мошенник не совершает тайного изъятия имущества, а получает его обычно непосредственно от самого потерпевшего. Главной причиной передачи имущества при мошенничестве является обман. Эту особенность мошенничества необходимо иметь ввиду, когда по обстоятельствам трудно бывает установить, какой именно способ завладения имуществом применил преступник. К числу спорных случаев относится завладение имуществом граждан, переданным виновному для переноски, ремонта, на хранение и т.п.
Примером можно привести известные случаи хищения имущества на железнодорожном вокзале. Когда предлагают якобы посмотреть за вещами. Ничего не подозревающий потерпевший уходит по делам, оставляя вещи «под присмотр» преступникам. По возвращении потерпевший не находит ни своих вещей, ни преступников. В данном случае в действиях преступников усматривается мошенничество, для совершения которого используется обман и злоупотребление доверием. Войдя путем обмана в доверие к своей жертве, они употребляли оказанное доверие во вред потерпевшим.
Мошенник может прямо предложить потерпевшему поднести, подержать, покараулить вещи последнего, но может также путем различных ухищрений поставить его в такие условия, когда потерпевший сам просит об этой услуге. В том и другом случае обман находится в причинной связи с завладением имуществом. Использование обмана в качестве средства для получения имущества и передача имущества самим потерпевшим исключают возможность считать действия виновного кражей.
Допускаются ошибки при квалификации действий лиц, которые выдают себя за представителей власти, производят «обыски» и при этом изымают ценности, обращая их в свою пользу. Здесь в качестве способа завладения чужим имуществом выступает обман в личных качествах субъекта, сопровождаемые обманом относительно самого характера передачи (потерпевший не сознает, что его имущество переходит в собственность мошенника).
В юридической литературе можно встретить мнение о том, что указанные действия представляют собой грабеж. Мотивируется это тем, что, проникая в чужую квартиру под видом представителя власти, преступник не ставит перед собой цель убедить путем обмана потерпевших о том, чтобы они добровольно передали ему деньги, как якобы ему принадлежащие. Выдавая себя за представителя власти, преступник рассчитывает лишь на то, чтобы именем представителей власти психологически парализовать волю потерпевших к сопротивлению и, независимо от их согласия, добиться передачи ему денег или ценностей, завладеть ими в присутствии потерпевших, не применяя к ним физического насилия.
Мы согласны с таким мнением. Если потерпевший вследствие обмана считает, что он обязан подчиниться требованию «представителя власти» и передать имущество,