Уголовно-правовая характеристика преступлений против безопасности движения и эксплуатации транспорта ст. 264 УК РФ
Таким образом, под безопасностью дорожного движения следует понимать состояние защищенности прав участника дорожного движения при осуществлении этого движения. Объем охраняемых указанных прав достаточно широк: это отношения собственности, отношения, охраняющие жизнь, здоровье, телесную неприкосновенность и иные. Однако, исходя из содержания ст. 264 УК РФ, к объекту посягательства следует относить только отношения безопасности, связанные с охраной жизни и здоровья человека.93
Данный вывод основывается на том, что в качестве обязательных последствий законодатель предусмотрел только причинение вреда здоровью или смерти потерпевшему. Поэтому безопасность дорожного движения как объект преступного посягательства рассматриваемого преступления охватывает только отношения, связанные с охраной жизни и здоровья человека.
На основании сказанного, непосредственным объектом преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, является совокупность общественных отношений, обеспечивающих защищенность участников дорожного движения от причинения вреда их жизни и здоровью.
Следует заметить, что на уровне непосредственного объекта в науке уголовного права России принято выделять понятия основного и дополнительного объектов преступления. Основной непосредственный объект - это те общественные отношения, которые охраняются конкретной уголовно-правовой нормой и на причинение вреда которым направлено конкретное деяние. Дополнительный непосредственный объект - это те общественные отношения, на которые также посягает преступление, но в отличие от основного - дополнительный объект относится к другому родовому объекту.94
К основному объекту в исследуемом нами преступлении следует относить отношения, обеспечивающие безопасность дорожного движения, то есть защищенность от причинения вреда жизни или здоровью при осуществлении дорожного движения.95 Данные отношения тесно связаны с отношениями, складывающимися по поводу права человека на здоровье и жизнь, но не поглощают их. В связи с тем, что интересам личности в сфере охраны жизни и здоровья при совершении преступного нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств всегда причиняется вред, отношения, по поводу охраны здоровья и жизни человека следует рассматривать как дополнительный объект преступления.96
От объекта преступления необходимо отличать предмет преступления, в качестве которого выступают материальные предметы внешнего мира и на которые непосредственно воздействует преступник, осуществляя преступное посягательство на соответствующий объект. Предмет преступления имеет важное уголовно-правовое значение, особенно для квалификации преступления, когда он является обязательным признаком соответствующего состава преступления.97
В составе преступного нарушения правил дорожного движения и эксплуатации транспортных средств законодатель под предметом преступления обозначил автомобиль, трамвай или другое механическое транспортное средство. Понятие «другие механические транспортные средства» распространяет действие ст. 264 УК РФ на все иные виды механических транспортных средств.
Указанное понятие разъясняется законодателем в примечании к ст. 264 УК РФ. На основании данных разъяснений к другим механическим транспортным средствам относятся троллейбусы, трактора, иные самоходные машины, мотоциклы и иные механические транспортные средства. Здесь законодатель, перечисляя конкретные виды транспортных средств, использовал два общих понятия: иная самоходная машина и иное механическое транспортное средство.
Автомобиль и трамвай являются конкретными видами механических транспортных средств. Российское законодательство не содержит утвержденного понятия автомобиля. В международном праве под автомобилем понимается любое механическое самоходное транспортное средство, используемое обычно для перевозки по дорогам людей или грузов или для буксировки по дорогам транспортных средств, используемых для перевозки людей или грузов, кроме сельскохозяйственных тракторов. В российском законодательстве, исходя из технических требований, предъявляемых к данному виду транспортных средств, под автомобилем следует понимать четырехколесные транспортные средства, осуществляющие движение за счет двигателя внутреннего сгорания, предназначенные для перевозки людей и грузов по дорогам.98 Трамвай в соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения является маршрутным транспортным средством, то есть транспортным средством общего пользования, предназначенным для перевозки по дорогам людей и движущимся по установленному маршруту с обозначенными местами остановок. Отличие его от остальных маршрутных транспортных средств заключается в том, что трамвай является рельсовым транспортом, движущимся за счет электрического двигателя.
Термин «самоходная машина» схож с термином «механическое транспортное средство», однако он уже его и полностью входит в его содержание.99 Под иной самоходной машиной в соответствии с п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 6 октября 1970 года № 11 «О судебной практике по делам об автотранспортных преступлениях»100 следует понимать любые дорожные, строительные, сельскохозяйственные и другие специальные машины (экскаватор, грейдер, автокран, скрепер, автопогрузчик и т.п.).
Таким образом, под самоходной машиной следует понимать устройства технико-производственного назначения, которые по своей сути не предназначены для перемещения по дорогам грузов и людей. Отнесение их к механическим транспортным средствам производится только в связи со способом перемещения данных устройств в пространстве, то есть по дорогам самостоятельно и за счет силы собственного двигателя.
Понятие иного механического транспортного средства в уголовном законе не разъясняется. Поэтому норму, предусматривающую ответственность за преступное нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, следует отнести к категории бланкетных, то есть отсылающих к иным отраслям права.101 В данном случае мы должны обращаться к указанным ранее Правилам дорожного движения, так как только там нормативно закрепляется понятие механического транспортного средства. Исходя из этого, к иным механическим транспортным средствам следует относить те транспортные средства, которые соответствуют признакам, указанным в Правилах дорожного движения для данной категории транспорта. Кроме того, к иным механическим транспортным средствам нельзя относить транспортные средства, изъятые правилами дорожного движения из числа таковых.
Обращает на себя внимание тот факт, что законодатель в ст. 264 УК РФ предмет преступления обозначил как механическое транспортное средство.
В Федеральном законе «О безопасности дорожного движения» от 10 декабря 1995 года законодатель указал только понятие транспортного средства, не указав, что следует понимать под механическим транспортным средством. Поэтому для более полного понимания содержания термина «механическое транспортное средство» необходимо обратиться к специальному нормативному акту, регулирующему порядок осуществления дорожного движения, -Правилам дорожного движения, введенных в действие Постановлением Совета Министров РФ от 23 октября 1993 года.
В соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения под механическим транспортным средством следует понимать транспортное средство, кроме мопеда, приводимое в движение двигателем. Таким образом, в качестве транспортных средств, предусмотренных законодателем в ст. 264 УК РФ, выступает самодвижущийся транспорт, приводимый в движение двигателем. Из данного определения следует, что к механическим транспортным средствам не относятся мопеды. Под мопедом в соответствии с п. 1.2 Правил дорожного движения принято понимать двух- или трехколесное транспортное средство, приводимое в движение двигателем с рабочим объемом не более 50 см и имеющие максимальную конструктивную скорость не более 50 км/час. Здесь важно учесть, что к мопедам приравниваются велосипеды с подвесным двигателем и другие транспортные средства с аналогичными характеристиками. К другим транспортным средствам с аналогичными характеристиками относятся мотоколяски, мотонарты и иные самодвижущиеся механизмы с объемом двигателя менее 50 см и конструктивной скоростью менее 50 км/час.
Исходя из сказанного, при определении предмета преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, необходимо учитывать характеристики двигателей транспортных средств, так как самодвижущиеся транспортные средства с рабочим объемом двигателя не более 50 см и с максимальной конструктивной скоростью не более 50 км/час к механическим транспортным средствам не относятся.
Кроме того, из всего сказанного следует, что предметом рассматриваемого преступления не могут являться устройства, движущиеся за счет мускульной силы человека или животного (например, велосипед без двигателя или гужевая повозка), а также за счет внешних сил природы (например, ветра).102 Если нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств совершено лицами, управляющими транспортными средства, предназначенных для осуществления дорожного движения и не относящихся к категории механических транспортных средств, и повлекло причинение последствий, указанных в ст. 264 УК РФ, то действия данных лиц следует квалифицировать по ст. 268 УК РФ.
Таким образом, законодатель указал, что преступления, закрепленные в данной главе, посягают на порядок использования транспортных средств, но не источников повышенной опасности. При этом в самом названии ст. 264 УК РФ опять же содержится указание только на транспортные средства. Несомненно, что многие транспортные средства, осуществляющие дорожное движение, являются источником повышенной опасности. И все же видовой объект предусматривает нарушение порядка эксплуатации любых транспортных средств, а не тех, которые относятся к источникам повышенной опасности. К числу объективных признаков состава преступления, предусмотренного ст. 264 УК РФ, наряду с объектом относится объективная сторона. Объективная сторона преступления - это внешняя сторона общественно опасного посягательства. Как правильно определял В.Н. Кудрявцев: «Объективная сторона преступления есть процесс общественно опасного и противоправного посягательства на охраняемые законом интересы, рассматриваемый с его внешней стороны с точки зрения последовательного развития тех событий и явлений, которые начинаются с преступного действия (бездействия) субъекта и заканчиваются наступлением преступного результата».103 Таким образом, объективная сторона - это процесс, протекающий во времени и пространстве, характеризующий поведение человека с точки зрения его общественной опасности и противоправности. В рамках состава преступления объективная сторона — это один из четырех элементов состава преступления. Она характеризуется наличием трех обязательных признаков: общественно опасного деяния, общественно опасных последствий и причинной связи между деянием и наступившими последствиями. Данные признаки относятся к категории конститутивных, то есть являющихся всегда обязательными для состава преступления.104 Все остальные признаки объективной стороны являются факультативными.
2.2 Субъективные признаки состава преступления против безопасности движения и эксплуатации транспорта
В науке уголовного права выделяют два субъективных элемента состава преступления: субъект преступления и субъективную сторону преступления.105
Субъективная сторона преступления - это психическая деятельность лица, непосредственно связанная с совершением преступления. В отличие от наблюдаемой внешне объективной стороны преступления субъективная сторона составляет внутреннее, психологическое содержание общественно опасного деяния.106 Субъективная сторона преступления как элемент состава преступления позволяет отграничить преступное поведение от непреступного, а также отграничить рассматриваемое преступление, от сходных по объективным признакам составов преступлений.107 Установление признаков субъективной стороны состава преступления в значительной мере определяет степень общественной опасности преступления и лица, его совершившего.
Содержание субъективной стороны преступного деяния раскрывается через понятия вины, мотива и цели. Вина - это психическое отношение лица к совершенному им общественно опасному деянию, предусмотренному уголовным законом.108
В диспозиции ч. 1 ст. 264 УК РФ законодатель указал, что наступление общественно опасных последствий должно характеризоваться неосторожной формой вины. В соответствии с положением ч. 2 ст. 24 УК РФ эти последствия могут наступать только по неосторожности. Таким образом, неосторожная форма вины в исследуемом преступлении устанавливается по отношению к последствиям, а не к общественно опасному деянию.
В связи с тем, что общественно опасное деяние, предусмотренное в рассматриваемой нами норме уголовного закона, может быть совершено с умышленной формой вины109 (сознательное превышение скорости, сознательное совершение запрещенного маневра и т.д.) возникает вопрос о том, не характеризуется ли субъективная сторона преступного нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств двойной формой вины. Как представляется, здесь может быть дан только отрицательный ответ.
В п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда СССР от 6 октября 1970 года № 11 «О судебной практике по делам об автотранспортных преступлениях»110 указывается, что преступное нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств является только неосторожным преступлением. В соответствии с положениями, закрепленными в ст. 27 УК РФ, двойная форма вины проявляет себя только в случае совершения умышленного преступления, когда помимо основного состава преступления присутствует квалифицирующее обстоятельство, выполненное по неосторожности.111
В ч. 1 ст. 264 УК РФ общественно опасное деяние, хотя и может быть совершено умышленно, само по себе не является оконченным преступлением. Нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств без наступления последствий, указанных в ст. 264 УК РФ, является административным правонарушением, относящимся к сфере действия административного права России, а не уголовного. В связи с тем, что общественно опасное деяние не является оконченным преступлением, то применение положений ст. 27 УК РФ к рассматриваемому преступлению исключается. Исходя из этого, определение формы вины в составе, закрепленном в ч. 1 ст. 264 УК РФ, следует проводить по отношению субъекта к наступившим последствиям.112
Таким образом, в данном составе преступления форма вины определяется как неосторожная, и с иной формой вины это преступление совершаться не может. На основании всего изложенного можно утверждать, что составы преступлений, закрепленных в ч. 2 и 3 ст. 264 УК РФ, могут быть выполнены также только с неосторожной формой вины.
В случае установления умышленной формы вины по отношения к указанным последствиям (как прямой, так и косвенный умысел) деяние следует квалифицировать как преступление против личности, и вменение конкретного состава будет зависеть от наступивших последствий (ст. 111 УК РФ или ст. 105УКРФ).
В связи с тем, что преступное нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств совершается только по неосторожности, в субъективной стороне данного преступления отсутствуют иные признаки (мотив и цель). Мотив и цель, как признаки субъективной стороны преступления возможны только при умышленной форме вины.113
Однако, говоря о мотивах и целях, не следует забывать, что, совершая общественно опасное деяние в неосторожном преступлении, лицо руководствуется определенными мотивами и целями.114 Данные мотивы и цели характеризуют отношение лица к деянию, но не к последствиям. Фактически они являются мотивами и целями поведения субъекта и соответственно квалифицирующего значения не имеют.115 Данные мотивы и цели являются социальной характеристикой личности виновного.
Уголовное законодательство России предполагает два вида неосторожной формы вины: преступное легкомыслие и преступная небрежность (ст. 26 УК РФ).
Вина состоит из двух моментов, описывающих психическую деятельность человека. Первый характеризует сознание и называется интеллектуальным моментом, второй характеризует волю и называется волевым моментом. По совокупности данных признаков определяется конкретный вид вины и его характеристика.116
Интеллектуальный момент преступного легкомыслия при совершении преступного нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств заключается в предвидении возможности причинения вреда здоровью человека в результате нарушения требований безопасности при дорожном движении. При этом само нарушение правил, обеспечивающих безопасность движения, может быть как осознанным, так и неосознанным.117
Волевой момент выражается в самонадеянном расчете на предотвращение этих последствий. Самонадеянность следует понимать как расчет на некие конкретные обстоятельства, которые, по мнению виновного, должны не допустить наступление общественно опасных последствий.118 К самонадеянному расчету в рассматриваемом преступлении следует отнести расчет на свои водительские навыки, исправность автомобиля, надежду на быстрые действия потерпевшего и иное.119 Важно при оценке вины установить, что расчет на данные обстоятельства был неосновательным, завышенным. Если расчет лица будет принят судом как достаточный, то наличие преступного легкомыслия в преступном деянии исключается. Достаточность (обоснованность) расчета основывается на том, что в данной ситуации было сделано все возможное для не наступления последствий, и с точки зрения опыта и здравого смысла данных последствий наступить было не должно. Здесь мы видим, что развитие причинной связи происходило вне сознания и воли субъекта, поэтому по отношению к наступившему вреду здоровью отсутствует вина. Эту ситуацию необходимо квалифицировать как невиновное причинение вреда. Причем оценку обоснованности расчета следует проводить из своеобразной идеальной конструкции «среднего человека», то есть на основании общепризнанных положений не правового характера.
Преступная небрежность по интеллектуальному моменту характеризуется не предвидением возможности наступления общественно опасных последствий, то есть оценкой своего поведения как общественно не опасного. Наступление уголовной ответственности при данном виде вины связывается с волевым моментом. Волевой момент преступной небрежности выражается в двух обязательных признаках: обязанности предвидеть наступление общественно опасных последствий при совершении деяния и возможность данные последствия предвидеть. При преступном нарушении правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств обязанность предвидеть наступление общественно опасных последствий вытекает из осведомленности лица о том, что транспортное средство является источником повышенной опасности, и наличия специальных познаний в области правильного осуществления дорожного движения (при получении прав на вождение механического транспортного средства каждое лицо обязано сдать экзамен на знание Правил дорожного движения и умение управлять данным транспортным средством). Возможность предвидеть наступление общественно опасных последствий решается индивидуально для каждого конкретного случая. Здесь необходимо учитывать личные качества водителя, стрессовость ситуации, скорость протекания событий, наличие технической возможности предотвратить наступление последствий и т.д. В случае отсутствия какого-то из указанных признаков волевого момента преступной небрежности дорожно-транспортное происшествие следует признавать невиновным причинением вреда (случаем).120
К преступной небрежности в преступлении, предусмотренном ч. 1 ст. 264 УК РФ, относится совершение дорожно-транспортного происшествия, когда лицо в результате невнимательности на дороге не увидело дорожного знака. В соответствии с п. 1.3 Правил дорожного движения каждый участник дорожного движения (в том числе и водитель) обязан проявлять необходимую внимательность и соблюдать дорожные знаки. В соответствии с ч. 3 ст. 26 УК РФ волевой момент небрежности включает в себя обязанность предвидеть последствие деяния, а в описанной нами ситуации обязанность направлена на соблюдение дорожных знаков. Однако не соответствие признаков приведенного нами общественно опасного деяния признакам преступной небрежности только кажущееся.
В п. 1.5 Правил дорожного движения указывается, что каждый водитель должен не допускать причинения вреда при осуществлении дорожного движения. Соблюдение установленных дорожных знаков является одним из факторов, направленных на недопущение дорожных аварий, и каждый водитель в силу наличия необходимой подготовки должен предвидеть, что несоблюдение данных знаков приведет к аварии. Таким образом, обязанность соблюдать знаки дорожного движения является составляющей обязанности предвидеть возможность причинения вреда при невыполнении правил дорожного движения.
Субъектом преступления в уголовном праве называется лицо, совершившее общественно опасное деяние, запрещенное уголовным законом, и способное понести за него уголовную ответственность. Субъект преступления как элемент состава преступления является обязательным, так как без него немыслимо само понятие преступления.121
В теории уголовного права нет единого мнения о том, к какому виду субъектов преступления относится субъект преступного нарушения правил безопасности дорожного движения. Большинство ученых обозначает субъект рассматриваемого преступления как специальный.122 Данное мнение основывается на том, что законодатель в диспозиции ч. 1 ст. 264 УК РФ указал признак управления транспортным средством применительно к субъекту преступления. Поэтому ученые, поддерживающие эту позицию, полагают, что субъектом преступления является лицо, фактически управляющее транспортным средством, то есть водитель.123
Другое мнение по поводу субъекта преступления, закрепленного в ст. 264 УК РФ, заключается в признании субъекта в качестве общего.124 Это мнение основано на том, что законодатель не установил каких-либо критериев, характеризующих субъекта преступления как специального. Субъектом данного преступления может быть любое лицо, соответствующее признакам общего субъекта.
В научной литературе было высказано и третье мнение, согласно которому субъектом преступления должно признаваться лицо, на которое возложена обязанность нести ответственность за правильное управление транспортным средством.125 Указанное мнение предполагает, что субъектом преступления, закрепленного в ч. 1 ст. 264 УК РФ, должен признаваться водитель транспортного средства, фактически управляющий им, а также водитель, незаконно передавший функции управления транспортом, лицу, не имеющему навыков вождения.
Диспозиция ч. 1 ст. 264 УК РФ указывает на управление механическим транспортным средством и не содержит указания на обязанность отвечать за правильное осуществление вождения другими лицами (исключением является только учебная езда). Кроме того, в отношении ст. 211 УК РСФСР 1960 года, которая была аналогом ст. 264 УК РФ, Пленум Верховного Суда РФ в п. 12 своего Постановления от 22 октября 1969 года № 50 «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения (ст. 211, 2112, 1481 УК РСФСР)» указал, что по данной статье квалифицируются действия только того лица, которое непосредственно осуществляло управление транспортным средством.126
На основании сказанного, мы полагаем, что нет оснований к расширительному толкованию понятия управления транспортным средством, содержащегося в ч. 1 ст. 264 УК РФ. Деяние лица, которое в нарушение правил дорожного движения передало водительские функции лицу, не имеющему навыков вождения, следует квалифицировать по ст. 268 УК РФ. Этот вывод обусловлен тем, что ст. 268 УК РФ устанавливает уголовную ответственность за преступное нарушение правил безопасности дорожного движения участников данного движения, не подлежащих ответственности по ст. 264 УК РФ.
В отношении вопроса о том, является ли субъект преступления, закрепленного в ч. 1 ст. 264 УК РФ, общим или специальным, считаем, что признак «управление транспортным средством» характеризует деяние, а не субъект преступления.
На этом основании, субъект рассматриваемого преступления является общим, так как законодатель не указал каких-либо специальных критериев в отношении лица, выполняющего общественно опасное деяние в виде управления транспортным средством. Таким образом, уголовную ответственность за противоправное управление транспортным средством, повлекшее наступление тяжких последствий, должно нести любое лицо, соответствующее признакам общего субъекта преступления.
Общий субъект преступления - это субъект, обладающий признаками характерными для всех субъектов преступлений. В соответствии со ст. 19 УК РФ к признакам общего субъекта относится: физическое лицо, достижение возраста уголовной ответственности и вменяемость. По признаку возраста уголовная ответственность за совершение рассматриваемого преступления наступает с 16 лет. При этом следует учесть, что возраст субъекта может быть и выше, так как к управлению маршрутными транспортными средствами (трамваем, троллейбусом, автобусом) допускаются только совершеннолетние.
Понятия вменяемости уголовный закон не содержит, поэтому наука уголовного права выводит его из противоположного ему понятия невменяемости. Невменяемость — это особое состояние психики, когда лицо не могло осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими вследствие хронического психического расстройства, временного психического расстройства, слабоумия либо иного болезненного состояния психики (ст. 21 УК РФ). Следовательно, вменяемость — это способность лица понимать характер и значимость совершаемых им действий (бездействия) и сознательно руководить ими.127
Применительно к составу преступления, закрепленному в ст. 264 УК РФ, лицо должно признаваться субъектом преступления независимо от наличия у него прав на вождение транспортного средства, а также вообще навыков вождения. Кроме того, законность нахождения лица за управлением транспортным средством также не имеет значения для квалификации (например, в вождение транспортного средства в результате его угона). Имеет значение только возраст виновного и факт того, что именно он управлял транспортным средством.128
Кроме всего ранее сказанного, особое внимание следует обратить на случаи, когда водителем при совершении рассматриваемого преступления транспортным средством управлял обучающийся езде. По общему правилу, за аварии, допущенные учеником во время практической езды на автомобиле с двойным управлением, ответственность несет инструктор, а не ученик.129
Так, курсант С. выехал с инструктором Г. для учебной езды на автомашине ГАЗ-51. Во время поездки в кузов необорудованной для перевозки пассажиров машины с разрешения Г. сели трое граждан. На крутом спуске, следуя с превышением скорости, С. не справился с управлением и растерялся, а Г. не принял своевременных мер к предотвращению аварии, в результате чего машина перевернулась. Один из пассажиров скончался. С. и Г. были осуждены по ч. 2 ст. 2111 УК РСФСР 1960 года (аналог ч. 2 ст. 264 УК РФ). Кассационная инстанция признала С. невиновным в инкриминируемом ему преступлении. Суд в своем решении основывался на том, что хотя С. и находился за рулем, фактическое управление осуществлял инструктор Г., который был обязан своевременно выключить сцепление и затормозить. Однако Г. в нарушение Правил дорожного движения посадил в кузов необорудованного для перевозки людей автомобиля пассажиров, производил учебную езду по дороге со сложными условиями и не выполнил требования Правил о внимательном наблюдении за дорожной обстановкой и своевременном принятии мер к остановке транспорта.130
Однако следует заметить, что согласно п. 1.2 Правил дорожного движения, обучаемый тоже относится к водителям, так как управляет транспортным средством и обязан выполнять все требования правил. Поэтому в случае, когда курсант игнорирует указания инструктора и нарушает указанные Правила, он подлежит ответственности за дорожно-транспортное преступление.131
Несколько иначе решается вопрос о разграничении ответственности водителей-наставников и стажеров. Здесь общим правилом является привлечение к уголовной ответственности только стажера. Ибо он обладает не только необходимыми теоретическими познаниями, но и имеет навыки практического вождения. Водитель-наставник помогает закрепить эти навыки.
Заканчивая изложение субъективных признаков преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 УК РФ, полагаю, что обозначила основные проблемы применительно к рассматриваемому вопросу.
Глава III. Квалифицирующие признаки преступлений против безопасности движения и эксплуатации транспорта и разграничение указанного преступления
Наука уголовного права различает несколько видов конкретных составов преступлений. Учитывая различную общественную опасность преступных посягательств, законодатель конструирует их составы в самостоятельных статьях или разных частях одной и той же статьи Особенной части УК РФ, наделяя их различными признаками, свидетельствующими о повышении опасности подобных преступлений или, наоборот, о ее снижении. При этом избираются качественные и количественные характеристики. Составы конкретных преступных посягательств, содержащие признаки, указывающие на повышенную общественную опасность данных преступлений, наука уголовного права именует составами с отягчающими обстоятельствами или квалифицированными составами.132
Введение квалифицирующих обстоятельств в нормы Особенной части УК РФ объясняется необходимостью ужесточить уголовную ответственность лиц, совершивших деяния, содержащие данные признаки. Соответственно совершение деяния, содержащего признаки квалифицированного состава, влечет усиление наказания в рамках санкции соответствующей нормы.
В ст. 264 УК РФ во второй и третьей части вводятся дополнительные обязательные признаки, указывающие на повышение степени общественной опасности совершаемого деяния по сравнению с основным составом, содержащимся в ч. 1 данной статьи. Эти признаки разделены по степени тяжести и характеризуют потерпевшего от преступления.
Основной состав преступления, закрепленный в ч. 1 ст. 264 УК РФ, является определяющим базовые первоначальные характер и степень общественной опасности рассматриваемого преступления. В данном составе в качестве обязательного признака преступления выступает наступление общественно опасных последствий в виде причинения тяжкого вреда здоровью. В связи с этим под признаками, которые должны отягчать наказание, законодатель подразумевает наступление более опасных последствий, чем в ч. 1 ст. 264 УК РФ.
В ч. 2 ст. 264 УК РФ законодатель ввел квалифицирующий признак -причинение смерти человеку по неосторожности. Таким образом, законодатель усиливает уголовную ответственность в связи с наступлением более опасного последствия, чем предусмотрено в ч. 1 ст. 264 УК РФ. Момент наступления смерти в рассматриваемой нами норме законодателем не оговаривается. Исходя из смысла нормы, смерть, наступившая сразу же после дорожно-транспортной аварии, не требует каких-либо разъяснений.
Однако в практике дорожно-транспортных происшествий смерть потерпевшего часто наступает по прошествии некоторого промежутка времени после аварии. Для решения вопроса о том, к какому признаку относить данную ситуацию (к причинению тяжкого вреда здоровью или причинению смерти), необходимо обратиться к нормативным актам иных отраслей права.
Так, в Правилах учета дорожно-транспортных происшествий, утвержденных постановлением Правительства РФ от 29 июня 1995 года, содержится понятие погибшего от дорожно-транспортного происшествия. Погибшим признается лицо, погибшее на месте дорожно-транспортного происшествия либо умершее от его последствий в течение 7 последующих суток. В связи с тем, что преступное нарушение правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств объективно всегда выражается в дорожно-транспортном происшествии, использование критериев погибшего лица применительно к ч. 2 ст. 264 УК РФ юридически вполне допустимо.133
Законодатель связывает наступление смерти с последствиями дорожно-транспортного происшествия. Это означает, что в результате нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств потерпевшему причиняется вред здоровью, не совместимый с жизнью.
Таким образом, следует указать, что по ч. 2 ст. 264 УК РФ потерпевшему должен быть причинен тяжкий вред здоровью, который закономерно приводит к наступлению смерти. Смерть может наступить сразу по причинению данного вреда здоровью либо, в связи с особенностями организма потерпевшего или характером повреждений, по истечении промежутка времени. Именно закономерность смертельного исхода является основанием вменения виновному ч. 2 ст. 264 УК РФ, а не ч. 1 данной статьи при наступлении смерти через определенное время после аварии.134
Кроме сказанного при квалификации по ч. 2 ст. 264 УК РФ возможны ситуации, когда наступление смерти возможно было предотвратить путем своевременного медицинского вмешательства. В данном случае смерть была закономерным итогом причиненного вреда здоровью, поэтому теоретическая вероятность предотвращения смерти при своевременности оказания медицинской помощи не влияет на квалификацию.135
В ч. 3 ст. 264 УК РФ в качестве квалифицирующего обстоятельства предусматривается причинение смерти двум и более лицам. В п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда РФ^ «О судебной практике по делам о преступлениях, связанных с нарушением правил безопасности движения и эксплуатации транспортных средств, а также с их неправомерным завладением без цели хищения (ст. 211, 2112, 1481 УК РСФСР)» от 22 октября 1969 года № 50 содержится указание на то, что смерть может причиняться только двум или более потерпевшим.136 Из этого следует, что при вменении лицу ч. 3 ст. 264 УК РФ суду необходимо устанавливать причинную связь между общественно опасным деянием и смертью каждого из потерпевших. Смерть нескольких лиц в результате совершения разных общественно опасных деяний ч. 3 ст. 264 УК РФ не охватывается. Данную ситуацию следует квалифицировать как реальную совокупность преступлений.137
Кроме того, важной характеристикой рассматриваемого последствия преступления является соотношение по времени момента причинения вреда здоровью потерпевшим, повлекшего их смерть. Вред здоровью в данном случае всем потерпевшим должен причиняться либо одновременно, либо за краткий промежуток времени. Данная позиция обусловлена особенностями механизма дорожно-транспортного происшествия, телесные повреждения нескольким лицам в результате одного общественно опасного деяния объективно не могут быть причинены за длительный промежуток времени.
Здесь следует отметить, что при совершении преступного нарушения правил дорожного движения или эксплуатации транспортных средств как единого деяния нескольким потерпевшим может быть причинен различный вред (одному потерпевшему тяжкий вред здоровью, другому смерть). В данном случае суд в приговоре обязан указать все наступившие последствия, имеющие уголовно-правовое значение, но общая квалификация должна проводиться по тому составу преступления, который содержит наиболее опасное последствие.138 Так, например, при одновременном причинении тяжкого вреда здоровью и смерти квалифицировать следует по ч. 2 ст. 264