Исковая давность
данном случае24. С точки зрения В. П. Грибанова25 и С. М. Корнеева26, субъективное право утрачивается лишь с момента вынесения судом решения об отказе в иске на основании пропуска истцом исковой давности. Наконец, по мнению многих авторов, с истечением исковой давности субъективное право не погашается, а продолжает существовать, хотя и не может быть реализовано в принудительном порядке27.
Наиболее убедительной представляется последняя точка зрения как в наибольшей степени согласующаяся с правилами, установленными действующим законодательством. Так, в случае исполнения обязанности должником по истечении срока исковой давности он не вправе требовать исполнение обратно, хотя бы в момент исполнения он и не знал об истечении давности (ст. 206 ГК). Закрепляя подобное правило, закон исходит из того, что должник исполняет лежащую на нем правовую, а не только моральную обязанность. Подтверждением сохранения у истца субъективного права служит также предоставленная суду возможность признать причины пропуска давности уважительными. Если исходить из того, что истечение давностного срока автоматически погашает субъективное право, пришлось бы констатировать, что в этом случае суд наделяет лицо субъективным правом, что не входит в его полномочия и противоречит основным принципам гражданского судопроизводства. Кроме того, необходимо учитывать, что исковая давность применяется судом, арбитражным или третейским судом только по заявлению сторон в споре. Если связывать с истечением давности само существование субъективного права, а не только возможность его принудительного осуществления, необходимо было бы заключить, что вопрос о праве истца зависит от усмотрения ответчика, что также не согласуется с принципами гражданского права. Наконец, введение в закон приобретательнои давности, т. е. установление особых правил приобретения права собственника по давности владения, также, хотя и косвенно, подтверждает, что истечение исковой давности само по себе не прекращает субъективного права, но его обладатель лишается возможности осуществить это право в принудительном порядке28. При рассмотрении этого вопроса следует иметь в виду, что в некоторых странах институт исковой (погасительной) давности в принципе не применяется к праву собственности.
Например, как свидетельствует французская судебная практика, право собственности не погашается вследствие его неосуществления, право на виндикацию не прекращается давностью29. Согласно п. 2 ст. 167 ГК Японии право собственности не имеет погасительной давности, что является выражением идеи абсолютности права собственности30. В отличие от этих стран в России на виндикационные иски распространяются положения ГК РФ об исковой давности.
Приведенное сравнение имеет своей целью обратить внимание на то, что в России защита права собственности с помощью виндикационного иска в принципе ограничена во времени. Если начало течения давностного срока связать е моментом, когда собственник узнает о личности фактического владельца, это может практически привести к отсутствию какого-либо временного ограничения и к неопределенности в положении того и другого лица. Вместе с тем было бы несправедливо совсем не принимать во внимание незнание собственником фактического владельца имущества, к которому он мог бы предъявить иск.
В связи с этим будет уместным поставить вопрос о поиске компромисса при разрешении рассматриваемой проблемы. Вариантом такого компромисса могло бы быть de lege ferenda установление временного предела (например, 20-30 лет со дня нарушения права собственника), в рамках которого суд мог бы восстановить срок исковой давности31.
Нельзя не обратить также внимание на вероятность коллизии, которая может возникнуть в связи с приобретательной давностью. В силу ст. 234 ГК РФ лицо, не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество32.
Возникает вопрос: можно ли предъявить виндикационный иск к лицу, ставшему легитимным собственником на основании приобретательной давности? Ответ на этот вопрос не может быть положительным, поскольку согласно ст. 301 ГК РФ виндикационный иск может быть предъявлен только к незаконному владельцу, но не к собственнику. Отсюда следует вывод, что первоначальный собственник, не предъявивший виндикационный иск к моменту приобретения другим лицом права собственности по давности владения, утрачивает свое право собственности. В связи с изложенным можно привести следующее высказывание Г. Ф. Шершеневича: "Приобретение кем-либо права собственности на земельный участок по давности владения необходимо сопровождается потерей того же права со стороны прежнего собственника"'33.
Сроки исковой давности продолжают течь и в случаях правопреемства участников гражданских правоотношений. Это относится как к универсальному преемству, происходящему при реорганизации юридических лиц — участников или при наследовании имущества граждан, так и к частичному преемству по отдельным обязательствам, где замена участника согласно ст. 201 ГК не влияет ни на продолжительность давностного срока, ни на порядок его исчисления.
Исковая давность применяется к большинству, но не ко всем гражданским правоотношениям. Законом установлены требования, на которые исковая давность не распространяется (ст. 208 ГК). Это требования о защите прав, существование которых по общему правилу не ограничено каким-либо сроком. Прежде всего, к ним относятся требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ (за некоторыми изъятиями, специально установленными законом) и вещно-правовые требования собственника или иного законного владельца об устранении нарушений его права на вещь, в том числе не связанных с лишением владения этой вещью (негаторный иск). Исковая давность не распространяется на некоторые обязательственно-правовые требования: вкладчиков к банкам о выдаче вкладов и потерпевших к причинителям о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью. В последнем случае требования, предъявленные по истечении трехлетнего срока с момента возникновения права на возмещение, удовлетворяются на будущее время, а за прошлое время — не более чем за три года, предшествовавшие предъявлении иска. Решением суда Петрову отказано в иске к акционерному обществу о возмещении ущерба, причиненного повреждением здоровья. Определением кассационной инстанции решение суда было отменено с направлением дела на новое рассмотрение. Постановлением Президиума областного суда определение суда кассационной инстанции отменено с оставлением в силе решения суда по тем основаниям, что правоотношения по возмещению вреда здоровью, причиненного работнику увечьем, связанным с исполнением им трудовых обязанностей, регулируются трудовым законодательством. В связи с этим, по мнению Президиума, вывод суда первой инстанции о пропуске истцом без уважительных причин срока исковой давности является правильным34.
Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда РФ отменила постановление Президиума областного суда, оставив в силе определение суда кассационной инстанции по следующим основаниям.
В соответствии со ст. 1 Правил возмещения работодателями вреда, причиненного работникам увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, в редакции Федерального закона от 24 ноября 1995 года, отношения по возмещению вреда, причиненного работнику увечьем, профессиональным заболеванием либо иным повреждением здоровья, связанным с исполнением им трудовых обязанностей, регулируются Гражданским Кодексом Российской Федерации и указанными Правилами. Согласно ст. 208 Гражданского Кодекса Российской Федерации, ст. 14 Правил возмещения вреда, на требования о возмещении вреда причиненного работникам увечьем, связанным с исполнением ими трудовых обязанностей, исковая давность не распространяется35.
Законом могут быть установлены и иные требования, на которые не распространяется действие исковой давности. Так, законодатель воспринял выдвигавшиеся в научной литературе рекомендации и установил, что исковая давность не распространяется на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения. Это положение обосновано О.С.Иоффе. Представляется, что исковая давность не должна распространяться и на иные требования, если правонарушение носит длящийся характер. Неприменение исковой давности может также вытекать из самого существа подлежащего защите требования (например, требования к поднанимателю или временному жильцу об освобождении занимаемого помещения)36.
Сроки исковой давности, отличающиеся от других видов сроков, ближе всего к срокам существования прав и пресекательным срокам. Во всех этих случаях с истечением срока закон связывает погашение тех возможностей, которые заложены в субъективном праве.
Однако есть и различия37. при определенных в законе условиях приобретается право собственности (см. ст. 234 ГК и коммент. к ней).
Пресекательный (преклюзивный) срок — это срок, по истечении которого погашается само право требования. По его истечении нельзя путем обращения в суд получить защиту нарушенного права. В ГК такого рода сроки предусмотрены применительно к искам кредиторов к поручителю (см. п. 4 ст. 367). Аналогичен характер срока представления бенефициаром требования по банковской гарантии (п. 2 ст. 374). Установлены такие сроки и в Положении о переводном и простом векселе (ст. 70). Как отмечалось выше, требует дополнительного выяснения вопрос о том, не являются ли пресекательными сроки, предусмотренные ГК для требований из чеков (п. 3 ст. 885).
Претензионные сроки — это сроки, предусмотренные законом или договором для предъявления к обязанному лицу требования в Досудебном порядке. ГК (п. 1 ст. 797) предусмотрено, что такие сроки по требованиям к перевозчикам, вытекающим из перевозки грузов, Устанавливаются соответствующим транспортным уставом или кодексом. Так, при внутренних воздушных перевозках (ст. 126 ВК) претензия к перевозчику может быть предъявлена в течение 6 месяцев. Согласно АПК (п. 3 ст. 4) спор может быть передан на рассмотрение арбитражного суда лишь после соблюдения претензионного порядка, если он установлен федеральным законом или предусмотрен договором. В практике арбитражных судов исходят из того, что для приня-гия иска к рассмотрению, когда претензионный порядок предусмотри Договором, достаточно факта направления претензии. Несоблюдение претензионного срока само по себе не влечет отказа в приняти иска к рассмотрению. От претензионных сроков следует отличать обнаруженном несоответствии товара, переданного по договором купли-продажи (п. 1 ст. 483 ГК). Последствия его несоблюдения установлены законом (пп. 2, 3 ст. 483). Также иной юридический характеп имеет гарантийный срок (по купле-продаже см., в частности, ст 470 471, 477).
Положения об исковой давности подлежат применению и к встречным искам, поскольку они предъявляются по общим правилам о предъявлении иска (см. ч. 2 ст. 131 ГПК, п. 2 ст. 110 АПК). В тоже время они неприменимы к возражению ответчика по иску (отзыву объяснению) как к средству защиты, не являющемуся самостоятельным требованием (см. ст. 30 ГПК, ст. 109 АПК). Вместе с тем исковая давность подлежит применению к требованию, предъявляемому к судебному зачету, если ответчик ссылается на пропуск срока (см. ст. 411 ГК и коммент- к ней). В качестве возражения по иску, а не требования о судебном зачете, должно квачифицироваться заявление ответчика о снижении иены переданного товара, выполненных работ или оказанных услуг, когда иск предъявлен в связи с их полной или частичной неоплатой ответчиком, который ссылается на их несоответствие установленным требованиям38.
2.Исчисление сроков исковой давности.
Применительно к исковой давности используются общие правила исчисления сроков. При этом большое значение имеет правильное определение начала течения давностного срока. В соответствии со ст. 200 ГК исковая давность начинает течь со дня, когда лицо узнало или должно узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются только ГК и иными законами. Таким образом, начало течения исковой давности закон связывает, с одной стороны, с объективным моментом, т. е. нарушением субъективного права, а с другой стороны, с субъективным моментом, т. е. моментом, когда управомоченный узнал или должен был узнать о нарушении своего права. Очевидно, что эти моменты не всегда совпадают, хотя и предполагается, что потерпевший узнает о нарушении своего права в момент его нарушения. Однако если истец докажет, что он узнал и мог узнать о нарушении лишь позднее, предпочтение отдается субъективному моменту. Такое решение вопроса представляется вполне справедливым, так как если управомоченное лицо не знает о нарушении своего права, то оно, естественно, не может воспользоваться правом на защиту. Но в этом случае уже ответчик может доказывать, что о нарушении права истец должен был узнать раньше, чем он узнал об этом фактически. И если действительно будет установлено, что истец не узнал своевременно о нарушении своего права из-за своей халатности, давность начинает течь с того момента, когда по обстоятельствам дела истец должен был узнать о нарушении. Однако течение исковой давности, не может начаться ранее дня, когда собственник узнал или должен был узнать о нарушении его права и о субъекте, являющемся нарушителем права.
И. Б. Новицкий по этому поводу обоснованно указывал,
что "пока собственнику неизвестно, кто является нарушителем его прав, он лишен возможности предъявить иск к нарушителю права; засчитывать ему этот период (неизвестности личности нарушителя права) в срок исковой давности было бы неправильным, так как такая норма все равно не стимулировала бы к скорейшему предъявлению иска. Поэтому следует признать, что пока собственнику неизвестно, в чьем фактически владении находится его вещь, не может начаться и течение давности срока, хотя о самом факте потери вещи собственнику известно"39.
Возражая против этого, М. Я. Кириллова указывает, что подобный подход неубедителен, ибо фактическая невозможность предъявления иска может наступить и в обязательственном правоотношении, когда недобросовестный должник скрывается от кредитора и отыскать его весьма затруднительно. Здесь необходимо учитывать возможное существенное различие фактических обстоятельств. Если должник скрывается, но известен кредитору, ничто не мешает последнему предъявить иск, равно как и в случае с собственником, когда личность правонарушителя не представляет для него секрета, хотя бы местонахождение ответчика и было неизвестно.40
Момент начала исковой давности для защиты некоторых субъективных прав имеет определенную специфику. В относительных правоотношениях решающее влияние на начало давностного срока оказывает содержание этих правоотношений. В том случае, если обязанность должника состояла в совершении им определенного действия в обусловленный договором срок, исковая давность начинает течь с момента наступления (истечения) срока исполнения. Когда исполнение обязательства определено моментом востребования (ст. 314 ГК), давность исчисляется с момента истечения 7-дневного льготного срока, если обязанность немедленного исполнения не вытекает из закона, договора или существа обязательства. Если обязанность должника состоит в совершении ряда последовательных однородных действий, например в осуществлении поставок или оказании услуг, срок исковой давности применяется по каждому требованию отдельно41.
В тех относительных правоотношениях, в которых обязанностью должника является, среди прочего, воздержание от каких-либо действий (например, по авторскому договору о передаче исключительных прав автор должен не передавать свое произведение для использования определенным способом другим лицам в течение всего срока договора), исковая давность начинает течь с того дня, когда кредитору стало или должно было стать известным о совершении должником соответствующего действия. В таком же порядке определяется момент начала давностного срока при нарушении большинства абсолютных прав. По регрессным обязательствам течение исковой давности начинается с момента исполнения основного обязательства.
Применительно к отдельным требованиям гражданский закон устанавливает особые правила о начале течения срока давности. Так, специальный годичный срок давности для требований, предъявляемых в связи с ненадлежащим качеством работы, выполненной по договору подряда, начинается со дня заявления о недостатках, которое, в свою очередь, должно быть сделано в пределах гарантийного срока (п. 3 ст. 725 ГК)42.
Таким образом, при применении этого правила следует учитывать следующее. Во-первых, в п. 2 ст. 314 ГК предусмотрено, когда подлежит исполнению обязательство, в котором срок исполнения не определен либо определен моментом востребования. Во-вторых, этим же положением установлен порядок применения семидневного льготного срока (если обязанность исполнения в другой срок не вытекает из закона, иных правовых актов, условий обязательства или существа обязательства). В-третьих, ошибочным является утверждение, согласно которому в силу п. 2 ст. 200 по обязательству, в котором не определен срок исполнения, у кредитора возникает право требовать его сразу же после возникновения обязательства. Согласно ч. 1 п. 2 ст. 314 такое обязательство подлежит исполнению в разумный срок. И лишь в случае его неисполнения в этот срок наступают последствия, предусмотренные ч. 2 п. 2 ст. 314.
По обязательствам, право требования по которым возникает не единовременно, а последовательно по дням или периодам (например, пени или проценты за пользование чужими денежными средствами), срок исковой давности исчисляется отдельно по каждому из них (с момента возникновения соответствующего права требования).
Правила ст. 477, 483 и 513 ГК дают основания для вывода, что в настоящее время сохраняют силу указания Пленума ВАС РФ от 22 декабря 1992 г. № 21 (в ред. постановления Пленума ВАС РФ от1 июля 1993 г. № 13), согласно которому (п. 16) течение срока исковой давности для требований, вытекающих из поставки товаров не надлежащего качества, начинается со дня установления покупателем внадлежащем порядке недостатков поставленных ему товаров43.
Исчисление срока исковой давности по регрессным обязательствам (п. 3 коммент. статьи) соответствует сложившейся судебно-арбитражной практике. Так же решался этот вопрос и в Основах ГЗ (ч. 3 п. 3 ст. 42). В этой связи во избежание недоразумений необходимо учитывать норму ГК ст. 965), регулирующую переход к страховщику прав страхователя на возмещение ущерба (так называемая суброгация). При суброгации страховщик занимает место страхователя (выгодоприобретателя) в отношениях с лицом, ответственным за убытки. Соответственно исчисление срока исковой давности начинается с того момента, когда у страхователя возникло право на требование к такому лицу44. Имеются особенности в определении начального момента течения срока исковой давности по требованиям, возникающим из перевозки грузов. Согласно п. 3 ст. 797 ГК он начинается с момента, определяемого в транспортных уставах и кодексах. В них установлено, что течение исковой давности по требованиям, предъявляемым к перевозчикам, начинается с момента получения ответа на заявленную претензию или по истечении срока, установленного для ответа на нее45.
Таким образом, к исковой давности применяются как общие положения о течении сроков, так и специфические, которые относятся исключительно к ней. Особенно важным является вопрос относительно начала ее течения, который достаточно подробно регламентируется ГК.
3.Приостановление, перерыв и восстановление исковой давности.
В большинстве случаев исковая давность, начавшись, течет непрерывно. Однако закон учитывает, что в реальной жизни могут возникнуть такие обстоятельства, которые препятствуют (или по крайней мере затрудняют) управомоченному лицу предъявить иск в пределах давностного срока. Эти обстоятельства носят различный характер и могут служить основанием для приостановления, перерыва или восстановления исковой давности.
Сущность приостановления течения исковой давности состоит в том, что время, в течение которого действует обстоятельство, препятствующее защите нарушенного права, не засчитывается в установленный законом срок исковой давности. К числу оснований, приостанавливающих течение давностного срока, в соответствии со ст. 202 ГК относятся: 1) непреодолимая сила, т. е. чрезвычайное и непредотвратимое при данных условиях обстоятельство; 2) нахождение истца или ответчика в составе Вооруженных Сил, переведенных на военное положение; 3) установленная на основании закона Правительством РФ отсрочка исполнения обязательств (мораторий); 4) приостановление действия закона или иного правового акта, регулирующего соответствующее отношение46.
Понятием «непреодолимая сила» (или форс-мажорным обстоятельством) охватываются как стихийные бедствия (землетрясения, наводненияснежные заносы и т. п.), так и общественные явления (беспорядки, гражданские войны, забастовки и т.п.), которые нарушают нормальную работу транспорта, связи, судов и иных органов и тем самым препятствуют своевременному предъявлению иска. Чтобы то или иное событие могло квалифицироваться как непреодолимая сила, оно должно характеризоваться прежде всего чрезвычайностью, т. е. быть необычным, выпадающим из нормального хода развития и, как правило, непредвидимым заранее явлением. Кроме того, оно должно быть объективно непредотвратимым с помощью наличных при данных условиях технических и иных средств. Последнее обстоятельство свидетельствует об относительности понятия «непреодолимая сила», поскольку то, что нельзя предотвратить при одних условиях места и времени, может быть предотвращено при иных условиях. Поэтому оценка тех или иных событий в качестве непреодолимой силы должна опираться на конкретные жизненные обстоятельства.
Нахождение истца или ответчика в Вооруженных Силах, переведенных на военное положение, само по себе не исключает предъявление иска, но делает это крайне затруднительным, в силу чего также учитывается законом в качестве приостанавливающего исковую давность обстоятельства. Однако давностный срок не приостанавливается в связи с простым призывом гражданина на службу в Вооруженные Силы или на военные сборы47.
Однако здесь прежде всего, обращает на себя внимание то, что такая редакция неточна. Согласно ст. 87 Конституции РФ в случае агрессии против Российской Федерации или ее непосредственной угрозы Президент РФ вводит военное положение на территории Российской Федерации или в отдельных ее местностях, а не в Вооруженных Силах.
В
соответствии
с Федеральным
конституционным
законом от 30
января 2002 года
№ 1-ФКЗ "О военном
положении"
режим военного
положения
включает в себя
комплекс
экономических,
политических,
административных,
военных и иных
мер, направленных
на создание
условий для
отражения или
предотвращения
агрессии против
РФ. В период
действия военного
положения могут
ограничиваться
права и свободы
граждан, на них
могут возлагаться
дополнительные
обязанности.
Вооруженные
Силы могут быть
привлечены
для обеспечения
режима военного
положения.
Таким
образом, если
иметь в виду
чисто редакционную
сторону вопроса,
то точнее было
бы говорить
не о нахождении
в составе Вооруженных
Сил, переведенных
на военное
положение, а
о нахождении
в составе Вооруженных
Сил во время
действия режима
военного положения
на территории
РФ или в отдельных
ее местностях.
Но
можно рассмотреть
и содержательную
сторону этого
вопроса: не
слишком ли узка
диспозиция
нормы ст. 202 ГК
РФ?48
В Федеральном законе от 28 марта 1998 года № 53-ФЗ "О воинской обязанности и военной службе"21 предусмотрено: "Особенности прохождения военной службы при введении чрезвычайного положения и военного положения, а также в условиях вооруженных конфликтов определяются федеральными конституционными законами, федеральными законами, Положением о порядке прохождения военной службы и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации". В п. 3 ст. 2 упомянутого Положения говорится о возможности направления военнослужащих для выполнения задач в условиях "вооруженных конфликтов (для участия в боевых действиях)".
Как известно, после окончания Отечественной войны на территории России не вводилось военного положения. Вместе с тем граждане, состоявшие в Вооруженных Силах, принимали участие в боевых действиях. В соответствии с действующим законодательством на этих граждан не распространяются положения о приостановлении течения срока исковой давности. Справедливо ли это? Для военнослужащих, принимающих участие в боевых действиях, по-видимому, должно быть не меньше оснований для тех или иных привилегий, чем у граждан, находящихся в составе Вооруженных Сил во время действия военного положения.
В
силу Федерального
конституционного
закона от 30 мая
2001 года № 3-ФЗ "О
чрезвычайном
положении"
в исключительных
спучаях на
основании указа
Президента
РФ для обеспечения
режима чрезвычайного
положения могут
привлекаться
Вооруженные
Силы РФ, другие
войска и воинские
формирования.
В
связи с изложенным
представляется
de lеgе ferenda целесообразным
сформулировать
подп. 2 п. 1 ст. 202 ГК
РФ следующим
образом: "...если
истец или ответчик
находятся в
составе Вооруженных
Сил во время
действия режима
военного положения,
чрезвычайного
положения, а
также в условиях
вооруженных
конфликтов".
Мораторий
как
основание
приостановления
исковой давности
отличается
от непреодолимой
силы тем, что
создает не
фактические,
а юридические
препятствия
для предъявления
иска. В данном
случае компетентный
государственный
орган в лице
Правительства
РФ отодвигает
срок исполнения
обязательств
и тем самым
«замораживает»
на определенный
период существующие
права требования
принудительного
исполнения
обязательства
должниками.
Мораторий может
относиться
ко всем обязательствам
(общий мораторий)
или распространяться
лишь на отдельные
их виды (частный
мораторий).
например, был
объявлен в
условиях
Отечественной
войны в целях
отсрочки уплаты
задолженности
по денежным
обязательствам
государственных
и кооперативных
организаций,
находящихся
в освобожденных
от оккупации
районах страны)49.
На какой круг
обязательств
распространяется
действие моратория?
Прежде всего
на обязательства,
которые возникли,
но иск об исполнении
этих обязательств
предъявлен
не был. Сложнее
обстоит дело
с обязательствами,
об исполнении
которых был
предъявлен
иск. Предъявление
иска прерывает
течение исковой
давности, но
после перерыва
давность начинает
течь заново.
Поэтому мы
склоняемся
к тому, что действие
моратория
распространяется
и на такие
обязательства,
хотя в действующем
процессуальном
законодательстве
не решен вопрос,
как в данном
случае следует
поступать суду
с возбужденным
производством
по делу: то ли
приостанавливать
производство
по делу, то ли
прекращать
его, то ли оставлять
исковое заявление
без рассмотрения.
Но если решение
суда об удовлетворении
иска состоялось,
то мораторий
исполнению
этого решения
препятствовать
не может, поскольку
мораторий
влечет приостановление
исковой давности,
но не давности
исполнения
судебного
решения (так
называемой
исполнительной
давности)50.
К мораторию близко примыкает приостановление действия закона или иного правового акта, регулирующего соответствующее отношение. Решение об этом может быть принято компетентным государственным органом, который, не отменяя нормативный акт в принципе, блокирует его действие на период существования определенных, как правило чрезвычайных, обстоятельств51. Сопоставим теперь мораторий с таким расположенным по соседству с ним основанием приостановления исковой давности, как приостановление действия закона или иного правового акта, регулирующего соответствующее отношение. Прежде всего, основанием для приостановления исковой давности в данном случае может быть приостановление как закона, так и иного правового акта, т.е. исходя из смысла п.6 ст.3 ГК, Указа Президента и постановления Правительства РФ. Поскольку в данном случае речь идет о приостановлении исковой давности, имеется в виду ситуация, когда возникает нуждающееся в исковой защите субъективное гражданское право, в частности обязательство, но действие закона или иного правового акта, рассчитанного на эту ситуацию, приостановлено. Кто может приостановить действие этого акта? По-видимому, либо сам орган, его издавший, либо орган, акты которого обладают более высокой юридической силой (например, постановление Правительства может быть приостановлено как самим Правительством, так и Указом Президента; в свою очередь Указы Президента и постановления Правительства могут быть приостановлены Государственной Думой).
Что же влечет за собой приостановление действия соответствующего правового акта? Вроде бы ответ на этот вопрос дан в самом ГК и предельно прост: приостановление исковой давности. Однако за этим простым ответом скрывается немало подводных рифов. Приведем пример. Согласно п.3 ст.30 Закона РСФСР о собственности, принятого 24 декабря 1990 г., ущерб, нанесенный собственнику преступлением, возмещается государством по решению суда. Понесенные при этом государством расходы взыскиваются с виновного в судебном порядке в соответствии с законодательством РСФСР. Закон о собственности был введен в действие с 1 января 1991 г., однако введение в действие п.3 ст.30 с самого начала было отодвинуто - он был введен в действие с 1 июля 1991 г52. Вскоре, однако, выяснилось, что волна преступности нарастает, а государственная казна и так трещит по всем швам, и мы явно не готовы к тому, чтобы приступить к реализации этой нормы на практике. Как говорится, не до жиру - быть бы живу. Поэтому власти и дали отбой, приостановив действие указанной нормы вначале на 1993, а затем и на 1994 г. В настоящее время признаны утратившими силу как Закон о собственности, так и постановление о порядке его введения в действие. Вроде бы вопрос снят с повестки дня или, как принято говорить, закрыт. Однако это далеко не так. Какова судьба обязательств по возмещению вреда, возникших как в тот период, когда п3 ст.30 Закона о собственности действовал, так якобы и в период, когда его действие было приостановлено?
Что касается первой группы обязательств, то если судом были