Порядок заключения договора
Например, ООО "S" (далее - общество) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО "Р" о признании недействительным договора купли-продажи доли в уставном капитале общества "В" от 16.05. 2007, заключенного обществом и ООО "Р".
К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО "С" и ООО "В".
Решением Арбитражного суда Ростовской области от 24.12. 2007, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05. 2008, в удовлетворении иска отказано со ссылкой на то, что общество имело информацию о совершении сделки и одобрило ее получив на расчетный счет 10 млн. рублей во исполнение сделки.
В кассационной жалобе общество просит отменить решение и постановление апелляционной инстанции, считая их незаконными и необоснованными, и принять новый судебный акт, мотивируя тем, что подписание С.16.05. 2007 договора от имени общества является ничтожной сделкой. Доказательств одобрения надлежащим органом юридического лица сделки, совершенной С., не имеется. По мнению заявителя, суды пришли к неправильному выводу о том, что перечисление на расчетный счет истца денежных средств расценивается как его конклюдентные действия.
Отзывы на кассационную жалобу не представлены.
В судебном заседании представитель ООО "Р" поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе, представитель ООО "В" выступил против их удовлетворения.
Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и выслушав представителей сторон, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.
Как видно из материалов дела, согласно выписке из Единого государственного реестра от 14.09. 2007 общество зарегистрировано в Инспекции Федеральной налоговой службы России по Каменскому району Ростовской области 26.12. 2006. Единственный учредитель и он же директор общества – С. Общество являлось учредителем ООО "В" с долей в уставном капитале 50% номинальной стоимостью 10 млн рублей.
16 мая 2007 года С. перестал быть единственным учредителем общества, продав долю ООО "В" в уставном капитале общества (истца) ООО "Р".
Заявитель, полагая, что С. не мог действовать от имени общества, поскольку директором общества на момент заключения договора являлся В., обратился в суд с иском.
Пункт 1 статьи 183 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что при отсутствии полномочий действовать от имени другого лица или при превышении таких полномочий сделка считается заключенной от имени и в интересах совершившего ее лица, если только другое лицо (представляемый) впоследствии прямо не одобрит данную сделку. Последующее одобрение сделки представляемым создает, изменяет и прекращает для него гражданские права и обязанности по данной сделке с момента ее совершения.
16 мая 2007 года С. (продавец), действуя от имени общества, и ООО "Р" (покупатель) заключили договор купли-продажи доли в уставном капитале ООО "В". Во исполнение условий названного договора на расчетный счет общества покупатель перечислил 10 млн. рублей, о чем свидетельствует платежное поручение от 18.05. 2007.
28 мая 2007 года платежными поручениями N 1 и 2, подписанными электронной цифровой подписью С., указанная сумма по 5 млн. рублей перечислена ООО "Рег" и ООО "Д".
Согласно письму Каменского филиала Сбербанка новый директор общества В. представил карточку с образцом своей подписи по данному счету 29.12. 2007, следовательно, все предыдущие операции проведены С.
В. не обращался с просьбой заблокировать операции по счету, более того, неоднократно подписывал платежные поручения об уплате государственной пошлины при подаче заявлений в суд от имени общества. В материалах дела отсутствуют доказательства обращения в правоохранительные органы с требованием о привлечении С. к ответственности за неправомерное распоряжение чужими денежными средствами.
Таким образом, суд правильно установил, что С. действовал с ведома и согласия В. и в интересах общества. Одобрение сделки имело место путем конклюдентных действий, по расходованию денежных средств, полученных от ООО "Р". Кроме того, полномочия директора 10.05. 2007 не переданы С. В-у, поскольку в материалах дела имеются доверенности, подписанные от имени общества С. датированные 14.05. 2007, заверенные печатью общества.
В силу пункта 1 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации договор признается заключенным в момент получения лицом, направившим оферту, ее акцепта.
Офертой следует считать сам договор от 16.05. 2007 N 1-2510, содержание которого стало известно на следующий день после его заключения, а акцептом следует считать подтверждение банком плательщика (ООО "Р") получения оплаты по договору.
Таким образом, суды правомерно признали договор от 16.05. 2007 N 1-2510 заключенным.
Учитывая изложенные обстоятельства, суд кассационной инстанции считает, что основания для отмены или изменения судебных актов отсутствуют.
Доводы кассационной жалобы направлены на переоценку обстоятельств, установленных судами.
В соответствии со статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не имеет полномочий на исследование и установление новых обстоятельств дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.
Нормы права при разрешении спора применены судом правильно, нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), отсутствуют.
Руководствуясь статьями 274, 284, 286 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа постановил:
решение Арбитражного суда Ростовской области от 24.12. 2007 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05. 2008 по делу N А53-19817/2007-С1-52 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения. 15
Вследствие того, что ГК РФ жестко придерживается теории "зеркального соответствия" акцепта оферте (ст.443 и п.1 ст.438 ГК РФ), простое указание оферентом в оферте какого-либо условия предлагаемого договора превращает такое указание, предусматриваемое в ст.432 ГК РФ, в заявление об условии, по которому "должно быть достигнуто соглашение". Несогласие акцептанта с предложенными условиями повлечет отклонение оферты и, как следствие, незаключенность договора. Если о необходимости достичь согласия по определенному условию будущего договора заявляет акцептант, то в соответствии с российским законодательством, это заявление всегда будет означать выдвижение им контроферты. ГК РФ устанавливает, что условие, относительно которого необходимо достичь понимания, не обязательно должно точно соответствовать первоначальному варианту, выдвинутому сделавшей заявление стороной. Контрагенты могут выработать и компромиссный вариант, важно лишь, чтобы было достигнуто согласие. Это дает возможность как оференту, так и акцептанту не предлагать заранее определенную формулировку указанного условия, а лишь заявить о необходимости обсудить его. Например, сторона может не уточнять, что она считает единственно приемлемой поставку товара в ящиках, а предложить согласовать способ упаковки товара, так как это условие является для нее существенным. В ходе согласования стороны могут прийти к соглашению о поставке товаров как насыпью, так и в ящиках, главное, чтобы это условие было приемлемо для обеих сторон. Такое заявление превратит условие об упаковке в существенное, однако оно не будет содержаться в оферте и не превратит акцепт в контроферту. Во избежание недоразумений, стороне, выступающей с таким заявлением, необходимо специально указать, что, во-первых, без согласования этого существенного условия договор не будет считаться заключенным и, во-вторых, это заявление является лишь предложением обсудить указанное условие, а не предложением включить его в договор в предлагаемой формулировке (если условие выдвигает оферент) или отклонением оферты на предложенных условиях и выдвижением контроферты с обязательным включением указанного условия (если такое условие выдвигает акцептант). Это придаст гибкость договорному процессу.
Таким образом, с одной стороны, право стороны заявить о необходимости согласования какого-либо существенного условия в России определено менее жестко, чем, например, в США и иных странах. Согласно ГК РФ, заявление стороны может касаться лишь необходимости достичь соглашения по данному условию (не обязательно именно предложенный оферентом вариант этого условия должен быть принят другой стороной). С другой стороны, в свете теории "зеркального соответствия акцепта оферте", это право установлено в ГК РФ достаточно жестко, так как любое условие, установленное в оферте (или контроферте), автоматически означает требование оферента согласиться именно на это условие, т.е. в итоге - на все условия оферты. Требование согласия на все условия оферты гораздо более жестко, чем необходимость согласиться на определенные условия, о которых заявила сторона, и тем более чем необходимость их согласовать. Указанное правило ГК РФ влечет усложнение и меньшую гибкость договорного процесса (если стороны в качестве альтернативы не прибегнут к механизму "предложения согласовать условие" вместо выдвижения условия в качестве элемента оферты или контроферты. Однако, как было указано, об использовании такого особого механизма необходимо сделать специальное заявление и сформулировать его как предложение обсудить условие, а не предложение определенной формулировки этого условия).
Обязательным признаком оферты, который закреплен во всех правовых системах, является направленность оферты конкретному лицу (лицам). Общее право жестко придерживается этого принципа. Континентальное же право, учитывая реалии рыночных отношений, а также технические возможности, позволяющие довести предложение до большого круга лиц (причем оферент может не только не знать адресата, но и не догадываться, кого его предложение достигнет в конечном итоге), стремится найти некий компромисс, позволяющий в ряде случаев считать надлежащей офертой предложение неопределенному кругу лиц. Такое допущение возможно, когда оференту безразлично, кто отзовется на его предложение, так как он готов заключить договор с любым лицом, которого устраивают предложенные оферентом условия. Таким образом, если оферент четко укажет, что он считает свое предложение офертой, хотя оно направлено неопределенному кругу лиц, а значит, готов заключить договор с любым, кто отзовется на его предложение, то нет оснований считать такую оферту ненадлежащей, если она соответствует остальным признакам оферты, т.е. является определенной и выражает намерение заключить договор. Пункт 1 ст.437 ГК РФ гласит: "Реклама и иные предложения, адресованные неопределенному кругу лиц, рассматриваются как приглашение делать оферты, если иное прямо не указано в предложении".
ГК РФ также содержит специальное правило о публичных офертах в договоре розничной купли-продажи (ст.494 "Публичная оферта товара"). В отношении договоров розничной продажи ГК РФ прямо устанавливает, что намерение оферента заключить договор с любым отозвавшимся не обязательно должно быть прямо указано или иным образом усматриваться из оферты. В этом случае сама форма оферты - выставление на витрине, предложение в рекламе, каталогах должна считаться указанием на наличие такого намерения. Это правило ориентировано на защиту прав потребителей и представляется наиболее далеко идущим в плане отклонения от классического требования о наличии адресного признака оферты.
Однако ГК РФ устанавливает, что "содержащее все существенные условия договора предложение, из которого усматривается воля лица, делающего предложение, заключить договор на указанных в предложении условиях с любым, кто отзовется, признается офертой (публичная оферта)" (п.2 ст.437). Таким образом, если предложение содержит все существенные условия договора и отражает намерение оферента заключить договор с любым, кто отзовется, то такое предложение не обязательно должно содержать прямое указание на то, что оно является офертой, так как оно и без данного указания в соответствии с законом будет признаваться публичной офертой.
Возникает вопрос: чем такое предложение отличается от того, которое, будучи также обращенным к неопределенному кругу лиц, становится офертой только при прямом указании на это (п.1 ст.437 ГК) ? В обоих случаях предложение должно содержать существенные условия договора, иначе оно по определению не может выступать в качестве оферты. Также в обоих случаях оно должно выражать намерение оферента заключить договор с любым отозвавшимся. Если же лицо, выдвигающее предложение, намеревается заключить договор не с любым, а лишь с тем отозвавшимся лицом, которое соответствует определенным критериям, то такое предложение не может считаться офертой, а будет лишь предложением делать оферты, которые такое лицо может акцептовать или нет. В случае, если лицо, выдвигающее предложение, прямо укажет, что такое предложение является офертой, а потом откажет отозвавшемуся лицу в принятии акцепта, то, если такая оферта являлась безотзывной, его отказ не будет иметь силы, так как лицо остается связанным своим предложением, и договор будет считаться заключенным.
Из этого следует, что между такими двумя предложениями не существует разницы, а значит, ГК РФ воспринял более либеральный подход к офертам, обращенным к неопределенному кругу лиц, установив, что оферта, обращенная к неопределенному кругу лиц, будет надлежащей, если намерение оферента заключить договор с любым отозвавшимся будет как прямо указано в оферте, так и иным образом будет следовать из нее.
ГК РФ, следуя традициям континентального права, устанавливает презумпцию безотзывности оферты (ст.436 ГК РФ). Особое внимание при анализе возможности отозвать оферту по российскому праву необходимо обратить на срок для отзыва. ГК РФ не определяет, до какого момента оферта может быть отозвана. ГК РФ исходит исключительно из теории "получения" сообщения, а значит, при отсутствии указания на иное необходимо считать, что оферта, если она отзывна, может быть отозвана до получения акцепта. В соответствии с ГК РФ риск отзыва несет акцептант, так как он, уже отправив акцепт и считая вопрос о заключении договора практически решенным, может узнать об отзыве оферты, отправленном до получения акцепта, что превращает акцепт в недействительный. С одной стороны, этот подход нельзя не признать верным, так как договор считается заключенным с момента получения акцепта, и акцепт вступает в силу с момента его получения. С другой - он несправедлив по отношению к акцептанту, который из-за возможного решения оферента отозвать оферту оказывается в неопределенном состоянии до тех пор, пока оферент не получит его акцепт. Принимая во внимание тот факт, что отзывность оферты является исключением из общего правила, представляется не совсем справедливым возлагать риск такого отзыва на акцептанта. Тем не менее, ГК РФ предлагает именно такое решение вопроса.
Еще одна проблема, связанная с определением сроков, возникает и в связи с тем, что ГК РФ не уточняет, с какого момента начинает течь срок для акцепта, если оферта устанавливает определенный срок для ответа. В статье 440 ГК РФ указано, что акцепт должен быть получен до истечения срока для ответа, т.е. при определении того, был ли акцепт совершен в надлежащий срок, применяется общая теория "получения". Однако в отношении вопроса о том, с какого момента начинает течь определенный для акцепта срок с момента получения или отправки оферты, - сохраняется неопределенность.
В отсутствие указания на иное можно сделать вывод о том, что ГК РФ и в этом вопросе не отходит от общего принципа "получения" сообщения. А значит, срок для акцепта необходимо отсчитывать с момента получения оферты. Однако необходимо признать, что такое решение вопроса в ГК РФ неудобно для оферента, так как он не будет точно знать, в какой момент его предложение было получено, т.е. с какого момента он должен отсчитывать срок для акцепта. Если для оферента точность сроков имеет существенное значение, он может в оферте попросить акцептанта известить его о моменте получения. Это извещение не будет иметь юридического значения (т.е. за неизвещение нельзя привлечь к ответственности, от извещения не зависят права и обязанности сторон) и может использоваться только для удобства оферента. Таким образом, можно сделать вывод, что оферта – это предложение заключить договор с изложением его существенных условий. Но перечень данных условий не является исчерпывающим, акцептант может предложить свои существенные условия, которые для него имеют значение. Это является выражением диспозитивности договорных отношений в цивилистике.
1.2 Акцепт
В соответствии с двучленным делением процедуры заключения договора (направление оферты - принятие оферты) акцепт является второй необходимой стадией договорного процесса. Трактовка акцепта как положительного ответа на предложение заключить договор традиционно использовалась в отечественной юриспруденции, легальное же определение данного понятия впервые появилось лишь в Гражданском кодексе Российской Федерации 1994 г.: "Акцептом признается ответ лица, которому адресована оферта, о ее принятии" (п.1 ст.438). ГК РФ гораздо подробнее, чем предшествовавшие кодексы, регулирует отношения сторон, связанные с акцептом. Чтобы оферент мог расценивать сообщение акцептанта как согласие на предложение о заключении договора, такое согласие должно быть выражено в определенной форме. "Классической" формой акцепта является подписание договора или направление письма, свидетельствующего о согласии заключить договор на предложенных условиях. Современное гражданское законодательство допускает выражение согласия на заключение договора и в иных формах, позволяющих оференту воспринять волю акцептанта, направленную на установление договорных отношений. Рассмотрим подробнее два таких варианта ответа: акцепт молчанием и акцепт действием. В соответствии с общим правилом само по себе молчание (бездействие) не может стать юридическим фактом, влекущим изменение, прекращение или возникновение прав и обязанностей сторон, в том числе договорных. Чтобы молчание могло быть расценено как выражение воли одной из сторон, должно быть соблюдено еще одно условие: необходимо установить значение молчания в качестве акцепта в законе, обычае делового оборота или прежних деловых отношениях сторон (п.2 ст.438 ГК РФ). На стадии установления договорных отношений никакой практики договорных отношений между потенциальными контрагентами еще нет, значит, отсутствуют и соглашения о значении молчания. Если между сторонами уже существовали определенные отношения (например, они ранее заключали договоры или имеется предварительное соглашение о заключении договора купли-продажи), то это позволяет, применив широкое толкование (чтобы включить и предварительный договор) использованного в п.2 ст.438 ГК РФ понятия "прежние деловые отношения сторон", допустить признание контрагентами молчания в качестве надлежащего акцепта. Когда же просто имеется "джентльменское соглашение" сторон о порядке ведения переговоров, в котором установлено, что молчание будет расценено оферентом как согласие на договор, оно не будет считаться надлежащим исключением из общего правила о значении молчания. Это означает, что стороны не смогут ссылаться на указанное соглашение при возникновении спора о заключенности договора, во всяком случае, до тех пор, пока выполнение такого соглашения не приведет к установлению практики деловых отношений между сторонами. Но и в этом случае доказательством значения молчания будет не само по себе "джентльменское соглашение", а установившаяся на его основании практика. 16 ГК РФ не устанавливает, когда вступает в силу акцепт молчанием, в связи с чем возникают сложности при установлении момента, с которого подобный договор будет считаться заключенным. Следовательно, необходимо ориентироваться на "разумный срок", правда, данная категория чаще всего не позволяет однозначно определить дату и время заключения договора. Поэтому предпочтительно, чтобы срок, с которого договор будет считаться заключенным при акцепте молчанием, был установлен в оферте или соглашении сторон. В связи с этим рекомендуется при решении вопроса о возможности акцепта молчанием одновременно уточнять, с какого момента договор будет считаться заключенным в случае акцепта. Пункт 3 ст.438 ГК РФ устанавливает общее правило о возможности акцепта действием: "Совершение лицом, получившим оферту, в срок, установленный для ее акцепта, действий по выполнению указанных в ней условий договора: отгрузка товаров, предоставление услуг, выполнение работ, уплата соответствующей суммы и т.п. считается акцептом, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или не указано в оферте". Таким образом, ГК РФ достаточно гибко подходит к решению данного вопроса. Вместе с тем формулировка п.3 ст.438 ГК РФ не лишена недостатков и позволяет неоднозначно толковать данную норму: неясно, возможен ли акцепт действием только в отношении оферты, в которой установлен срок для акцепта, либо он применим также к оферте, в которой такой срок не указан (подобное предложение может быть акцептовано в разумный срок). Представляется, что данная норма распространяется на все предложения, так как оферт без срока для ответа не существует. Вопрос только в том, где этот срок установлен - в самой оферте или же в ГК РФ (который указывает на применение разумного срока). Поскольку ГК РФ не ставит возможность акцепта действием в зависимость от того, кто установил срок для акцепта оферты, а просто обращает внимание на то, что действие должно быть совершено в срок для акцепта (т.е. в том числе в разумный срок), нет оснований ограничивать возможность акцепта действием только офертами, включающими в свой текст указание на срок принятия. Более того, такое ограничение сделало бы в принципе невозможным акцепт действием оферты без указания срока для ее акцепта (даже если оферент сам укажет на возможность принятия его предложения путем совершения действий). Такой подход вряд ли можно считать целесообразным.
На практике возникает вопрос о том, можно ли считать надлежащим акцептом частичное исполнение договора (когда совершены лишь первые действия по исполнению). В постановлении пленумов Высшего Арбитражного Суда РФ и Верховного Суда РФ было разъяснено, что "для признания соответствующих действий адресата оферты акцептом Кодекс не требует выполнения условий оферты в полном объеме. В этих целях для квалификации указанных действий в качестве акцепта достаточно, чтобы лицо, получившее оферту (в том числе проект договора), приступило к ее исполнению на условиях, указанных в оферте, и в установленный для ее акцепта срок". 17 Данный подход представляется справедливым, так как речь идет не об исполнении договора в установленные в нем сроки, а о выражении воли акцептантом, решившим подписать соглашение. О наличии такой воли можно судить и по частичному исполнению, так как разумный человек вовсе не станет выполнять условия договора, не имея намерения его заключить. Акцепт действием, как и акцепт молчанием, часто применяется в ситуации, когда стороны в процессе переговоров "поменялись местами". Например, адресат первоначальной оферты высылает оференту согласие на иных условиях (например, что он согласен приобрести меньшее количество товара, чем было указано в первоначальной оферте). Согласно ст.443 ГК РФ такой ответ будет представлять собой контроферту. Отправка первоначальным оферентом товара в адрес контроферента будет означать акцепт контроферты действием. В качестве надлежащего акцепта можно также рассматривать разрешительную надпись на оферте уполномоченного лица акцептанта. Кассационная инстанция Федерального арбитражного суда Северо-Кавказского округа приняла постановление от 11 мая 1999 г. по делу N Ф08-779/99, в котором определила, что "разрешение об оплате, данное руководителем акцептанта на основании акта приемки... является акцептом и порождает обязательство... по оплате выполненных работ". 18
Еще один вопрос, который возникает в связи с акцептом действием, касается необходимости извещения оферента акцептантом о совершенном исполнении. Например, если акцептант во исполнение договора отправит партию товара в адрес оферента и транспортировка товара будет очень продолжительной, причем этот срок может превысить разумный для акцепта, как оферент сможет узнать, было ли его предложение принято, был ли заключен договор и если был, то когда?
На практике разумный акцептант в любом случае сообщит оференту об акцепте действием (например, о том, что отправил по указанному адресу требуемые товары). Он тем более должен позаботиться об извещении оферента, если знает, что товары могут идти дольше, чем предусматривает разумный для акцепта срок, или если товар отправляется в соответствии с условиями договора не непосредственно оференту, а третьему лицу. Таким образом, если срок, в течение которого оферент узнает об акцепте действием без специального сообщения (например, срок поступления к нему товаров), будет меньше, чем разумный срок для оферты, то специального сообщения со стороны акцептанта об акцепте действием не требуется. Но когда разумный срок для акцепта может истечь ранее, чем оферент естественным образом узнает о заключении договора в силу акцепта действием, оферента необходимо специально известить о состоявшемся акцепте. 19 ГК РФ прямо не говорит о том, что уведомлять оферента о совершенном акцепте действием нет необходимости, поэтому данный вопрос неоднозначно толкуется учеными и практиками.
ГК РФ прямо не устанавливает, что акцепт действием вступает в силу с момента совершения соответствующих действий. Это дает возможность определять время вступления в силу акцепта действием по общим правилам, т.е. связывать его с фактом получения акцепта. Даже если акцептант совершит действия по акцепту оферты в срок, установленный для акцепта, договор будет считаться заключенным только после получения оферентом информации о состоявшемся акцепте действием (например, в форме доставки ему отправленного товара). Например, МУП "ЕРКЦ" (далее - предприятие) обратилось в арбитражный суд с иском к ООО "ЭС" (далее - общество) о расторжении соглашения о поставке контрольно-кассовой машины ЭКР-3102Ф УФПС с комплектом приложений и взыскании 45 050 рублей неосновательного обогащения, а также 21 083 рублей 40 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами.
Определением от 19.07.06 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечена ИФНС России по г. Таганрогу.
Решением от 10.08.06 с общества в пользу предприятия взыскано 45 050 рублей неосновательного обогащения и 7 798 рублей 15 копеек процентов за пользование чужими денежными средствами. В остальной части иска отказано. Судебный акт мотивирован тем, что сумма, перечисленная предприятием обществу, является неосновательным обогащением и подлежит возврату истцу. В удовлетворении требования о расторжении соглашения о поставке отказано в связи с его незаключенностью.
В апелляционной инстанции дело не рассматривалось.
В кассационной жалобе общество просит отменить решение и направить дело на новое рассмотрение. По мнению заявителя, стороны заключили договор купли-продажи путем направления обществом предприятию оферты в виде счета на оплату товара и ее акцепта посредством оплаты этого счета. В письме от 25.11.04 общество уведомило предприятие о наличии оплаченного товара и предложило принять товар в течение семи дней. Заявитель полагает, что суд, отказав в удовлетворении ходатайства об истребовании у истца книги регистрации входящей корреспонденции предприятия за 2004 г. и вызове секретаря директора общества в качестве свидетеля, нарушил часть 2 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Заявитель не согласен с выводом суда о неисполнении обществом договорных обязательств, так как он сделан без учета доказательств наличия товара и его готовности для передачи истцу. Кроме того, в материалах дела отсутствуют доказательства просрочки ответчиком срока исполнения обязательства.
В отзыве на жалобу предприятие просит решение оставить без изменения, а кассационную жалобу - без удовлетворения.
В судебном заседании представители общества и предприятия поддержали доводы жалобы и отзыва.
Изучив материалы дела и выслушав представителей общества и предприятия, Федеральный арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что решение надлежит отменить по следующим основаниям.
Как видно из материалов дела, общество выставило предприятию счет от 02.09.04 N 259 на оплату следующего товара: ЭКР-3102Ф УФПС, принтер Star SP 298 стоимостью 29 500 рублей; принтер Star SP 298 с блоком питания стоимостью 14 950 рублей; пакет документов стоимостью 200 рублей; паспорт стоимостью 150 рублей и СВК на 2004 г. стоимостью 250 рублей, всего на сумму 45 050 рублей. Платежным поручением от 02.09.04 N 2980 предприятие перечислило обществу 45 050 рублей.
Предприятие направило ответчику письмо от 10.09.04, в котором заявило отказ от приобретения ККМ по счету от 02.09.04 N 259 и