Общество с ограниченной ответственностью
Право на участие в управлении делами общества обеспечивается также предоставлением участникам общества возможности обжаловать решения органов управления общества. Обжалованы могут быть не только решения общего собрания участников, но и решения совета директоров общества, а также исполнительного органа общества (единоличного или коллегиального) либо управляющего. Подробнее вопрос об обжаловании будет рассмотрен ниже.
Во-вторых, участники общества вправе получать информацию о деятельности общества, знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в порядке, установленном учредительными документами.
Данное право реализуется посредством наделения участников возможностью требовать предоставления копий учредительных документов общества, а также изменений к ним (ст. 12 Закона), знакомиться с протоколами общих собраний и получать выписки из них (ст. 37 Закона), знакомиться с материалами, подлежащими предоставлению участникам при подготовке общего собрания (ст. 48 Закона).
В случае отказа общества в предоставлении информации, участник вправе требовать в судебном порядке предоставления необходимой информации.
Участник товарищества с ограниченной ответственностью «Захар-фото» Березовская Н.Н. обратилась в суд с иском к товариществу об истребовании документов. Исковые требования основаны на том, что директор ТОО «Захар-фото» отказал истцу в предоставлении информации, касающейся деятельности товарищества (проектов учредительных документов, передаточного акта, бухгалтерских балансов за 1999-2001 годы и девять месяцев 2002 года).
Решением Арбитражного суда Самарской области от 3 февраля 2003 года исковые требования удовлетворены - на ТОО «Захар-фото» возложена обязанность ознакомить истца и представить ему копии бухгалтерских балансов за 1999 - 2001 годы с компенсацией затрат на изготовление копий.
Судом установлено, что ответчик нарушил статью 8 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», лишив участника общества возможности получить информацию о деятельности общества79.
В-третьих, участники общества имеют право на получение части прибыли общества. По общему правилу п.2 ст. 28 Закона соответствующая часть прибыли общества распределяется между его участниками пропорционально их долям в уставном капитале общества. Однако данный порядок может быть изменен уставом общества при его учреждении либо путем внесения в устав соответствующих изменений в процессе его деятельности. В последнем случае такое решение может быть принято лишь единогласно всеми участниками общества. Законом предусмотрены и обстоятельства, при которых общество не вправе принимать решение о распределении прибыли между участниками либо выплачивать прибыль, которая уже распределена между участниками (в частности, если общество отвечает признакам несостоятельности). Важно отметить, что перечень этих обстоятельств, предусмотренный ст. 29 Закона, хотя и не носит исчерпывающего характера, все же может быть дополнен лишь другими федеральными законами. Устав общества не может предусматривать таких дополнительных обстоятельств. Это является важной гарантией права участников общества с ограниченной ответственностью на получение части его прибыли. Другой гарантией является возможность участников в судебном порядке взыскать с общества причитающуюся им часть прибыли в случае, если общим собранием участников общества принято решение о распределении части прибыли общества между его участниками, однако общество не производит соответствующие выплаты либо произвело их в меньшем размере, чем предусмотрено решением. В то же время, суд не вправе удовлетворить подобное требование, если общим собранием участников общества не принималось решение о распределении части прибыли, поскольку принятие решения о распределении прибыли Законом отнесено к исключительной компетенции общего собрания участников общества80.
В-четвертых, участники общества имеют право на получение при ликвидации общества части его имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, либо его стоимости (ст. 58 Закона). Распределение оставшегося имущества между участниками осуществляется ликвидационной комиссией общества. Если обществом до начала процесса ликвидации было принято решение о распределении между его участниками части прибыли, но эта часть не выплачена, то в первую очередь осуществляется выплата участникам этой части прибыли. Оставшееся после этого имущество общества распределяется между его участниками пропорционально их долям в уставном капитале общества. Однако если у общества недостаточно имущества для выплаты распределенной части прибыли, то все имеющееся имущество распределяется между его участниками, т.е. очередность в данном случае не применяется.
В-пятых, участник общества вправе в любое время выйти из общества независимо от согласия других его участников и самого общества. В п. 27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ и Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 01.07.96 г. № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что данное положение является императивной нормой, а условия учредительных документов общества, лишающие участника этого права или ограничивающие его, должны рассматриваться как ничтожные, т.е. не порождающие правовых последствий. В случае выхода участника его доля переходит к обществу, и общество обязано выплатить участнику действительную стоимость его доли, которая определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества за год, в течение которого было подано заявление о выходе из общества. Вместо этого, с согласия участника, ему может быть выдано имущество в натуре такой же стоимости (ст. 26 Закона). Выплата должна быть произведена не позднее шести месяцев по окончании финансового года, в течение которого было подано заявление о выходе. Меньший срок для этого может быть предусмотрен уставом общества81.
На практике нередко возникают споры, связанные с выплатой выходящему участнику общества с ограниченной ответственностью действительной стоимости его доли. Так, Артемов Р.В. обратился в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Аванс» о взыскании с него 990 000 рублей, составляющих действительную стоимость доли в связи с выходом истца из участников общества. Впоследствии истец уточнил исковые требования и просил взыскать с ответчика 1 061 400 рублей - действительную стоимость доли и проценты за пользование ответчиком чужими денежными средствами за период с 1 июля 2002 года по день исполнения решения суда.
Решением Арбитражного суда Воронежской области в иске отказано со ссылкой на то, что действительная стоимость доли не может быть выплачена истцу ввиду отсутствия соответствующей разницы между стоимостью чистых активов общества и его уставным капиталом, за счет которой выплачивается такая доля. Величина чистых активов общества не превышает размера его уставного капитала, но общество на день рассмотрения дела не произвело уменьшения размера своего уставного капитала на недостающую сумму, необходимую для выплаты вышедшему из него участнику действительной стоимости его доли. Постановлением суда апелляционной инстанции решение оставлено без изменения. Не нашел оснований для отмены состоявшихся по делу судебных актов и Федеральный арбитражный суд Центрального округа.
Президиум Высшего Арбитражного Суда РФ названные судебные акты отменил и дело направил на новое рассмотрение в первую инстанцию, указав следующее.
Содержащаяся в абзаце втором пункта 3 статьи 26 Закона норма, в соответствии с которой действительная стоимость доли выплачивается за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером уставного капитала, а в случае если таковой разницы недостаточно, общество обязано уменьшить свой уставный капитал на недостающую сумму, не исключает обязанности общества выплатить участнику общества, вышедшему из него, действительную стоимость его доли с соблюдением названного порядка. Абзац второй пункта 3 статьи 26 Закона определяет лишь механизм последующего изыскания обществом средств для приведения чистых активов в соответствие с уставным капиталом общества после выплаты участнику, вышедшему из общества, действительной стоимости его доли.
Состоявшиеся по делу судебные акты об отказе Артемову Р.В. в иске не основаны на нормах действующего Закона и приняты в результате неправильного толкования судебными инстанциями этих норм82.
Хотя порядок выхода участника из общества Законом урегулирован достаточно подробно (по крайней мере, по сравнению с положением, существовавшим до принятия Закона), многочисленные практические проблемы, связанные с этим, остаются. Так, в частности, законодатель, защищая исключительно права участников общества, не уделяет абсолютно никакого внимания правам самого общества с ограниченной ответственностью. Очевидно, что при выходе участника общества его интересы противопоставляются интересам самого общества. Более того, интересы выходящего участника прямо противоположны интересам участников, остающихся в обществе. Если первые заинтересованы получить как можно большую сумму и дальнейшая судьба общества их не интересует, то интересы вторых направлены, в первую очередь, на обеспечение дальнейшего существования предприятия, его эффективной и прибыльной работы, т.е. они заинтересованы в выплате меньшей суммы. Закон не должен защищать права одних участников (как правило, меньшинства) в ущерб правам других участников (как правило, большинства)83. Механизм выхода участников из общества, предусмотренный Законом, создает возможность того, что «конкретное ООО может быть «растащено» на части при выходе отдельных участников, что уже нередко встречается на практике»84.
Многие авторы критикуют положения Закона и Гражданского кодекса, устанавливающие ничем не ограниченную возможность выхода участника из общества с ограниченной ответственностью без согласия других участников либо самого общества, отмечая возникающие при этом негативные последствия реализации такого права для общества с ограниченной ответственностью.
Так, Е.А. Суханов отмечает, что реализация участником своего права на выход из общества с ограниченной ответственностью «...связана с необходимостью выплаты уходящему участнику действительной стоимости его доли (либо выдачи с его согласия соответствующего имущества в натуре), что может поставить общество в нелегкое положение. Согласно абз. 2 п. 3 ст. 26 Закона такая выплата должна осуществляться за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала (а при недостатке этого имущества - за счет уменьшения уставного капитала, что само по себе влечет крайне неблагоприятные для общества последствия)»85.
П. Пантелеев и Т. Глушецкий указывают на то, что реализация участниками общества с ограниченной ответственностью ничем не ограниченного права на выход из общества «...чревата для общества незапланированной потерей значительных средств. Более того, для большинства российских обществ (товариществ) с ограниченной ответственностью последствием получения нескольких заявлений участников о выходе является выбор между добровольным и принудительным банкротством. В непростой ситуации оказываются и партнеры (кредиторы) общества. Следует принять как факт то обстоятельство, что предъявление требования о выходе участниками обществ (товариществ) уже стало распространенной попыткой "попользоваться" законом без оглядки на дальнейшую судьбу общества»86.
По мнению А. Глушецкого, общество с ограниченной ответственностью дает возможность участникам по их желанию «изымать» вложенные средства через процедуру выхода. Однако это ведет к негативной возможности потерь в имуществе общества с ограниченной ответственностью. «Острая ситуация складывается в сферах торговли и общественного питания, где особенно велика доля обществ с ограниченной ответственностью, созданных путем приватизации государственных и муниципальных предприятий. В силу ухудшения экономической конъюнктуры происходит сокращение работающих в этих сферах. Уволенные работники, как правило, подают заявления о выходе из ООО и требуют выплат значительных сумм, которые складываются главным образом не за счет наработанной прибыли, а за счет переоценки основных фондов. У коммерческой организации, естественно, нет свободных оборотных средств, и она вынуждена продавать имущество и сворачивать свою деятельность»87.
Подобной точки зрения придерживается и О.А. Серова, также указывающая на то, что выход участника из общества во многих случаях влечет за собой выплату значительных денежных средств, и, следовательно, ухудшает финансовое положение самого общества. По ее мнению, предусмотренное действующим законодательством право участника на выход из общества с ограниченной ответственностью «...подрывает основу для стабильной работы многих обществ, а, в конечном счете, ведет к дискредитации самой идеи создания общества с ограниченной ответственностью»88.
В литературе предлагаются различные варианты решения вопроса о выходе участника из общества с ограниченной ответственностью в целях устранения негативных последствий реализации участниками общества такого права. Так, уже упоминавшаяся Серова О.А. предлагает вообще устранить право участника на выход из общества с ограниченной ответственностью, исключив ст. 94 Гражданского кодекса и ст. 26 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью». Тем самым права участников общества с ограниченной ответственностью будут приравнены к правам акционеров. В качестве второго варианта она считает необходимым изменить императивное содержание нормы ст. 26 Закона, придав ей диспозитивный характер. Таким образом порядок и условия выплаты стоимости доли выходящему участнику будут определяться в уставе конкретного общества с ограниченной ответственностью89.
Считаем, что наиболее приемлемым вариантом решения проблем, связанных с выходом участника из общества с ограниченной ответственностью является введение в Закон некоторых ограничений права участника на выход из общества.
Для обеспечения равной защиты прав всех участников общества, а также самого общества, считаем целесообразным внести в Закон норму, устанавливающую возможность выхода участников из общества в течение например, первых трех лет его существования только с согласия самого общества либо остальных его участников. Исключение можно сделать только для тех случаев, когда лицо в силу закона утрачивает право быть участником общества (например, при поступлении на государственную службу). Введение подобного моратория на выход участника из общества позволит обществу в течение первых лет деятельности окрепнуть, наработать прибыль, увеличить имущественную базу и в дальнейшем более или менее безболезненно перенести выход участника. Если же и в течение первых лет деятельности общество имеет возможность рассчитаться с участником, намеренным выйти из общества, то оно может и в этот период дать согласие на выход участника.
В то же время необходимо отметить, что и права выходящих участников Закон защищает недостаточно последовательно. Декларируя безусловное право участников на выход из общества с получением действительной стоимости доли. Закон устанавливает такой механизм выплаты участникам действительной стоимости доли, который способен свести это право на нет90.
Участник, подавший заявление о выходе из общества, с этого момента теряет какие-либо права по отношению к обществу (кроме права на получение стоимости доли), в том числе и право на участие в управлении его делами. Это означает, что данный участник не имеет возможности влиять на принимаемые обществом решения, в том числе и непосредственно затрагивающие его имущественные интересы. Поскольку стоимость чистых активов общества определяется по итогам финансового года, в котором подано заявление о выходе, этот период неопределенности для участника может продолжаться достаточно длительное время. Так, если участник подал заявление о выходе в марте, стоимость чистых активов общества будет определяться как минимум лишь в январе следующего года. Практически же это будет происходить только в марте следующего года (т.е. через год после подачи заявления о выходе), ведь годовая бухгалтерская отчетность подлежит сдаче именно в это время, а стоимость чистых активов как раз и определяется по данным бухгалтерского баланса. Не нужно обладать особыми познаниями в области бухгалтерского учета или экономики, чтобы за этот период резко уменьшить стоимость чистых активов и свести ее всего лишь к размеру уставного капитала общества, что приведет к выплате выходящему участнику только суммы, внесенной в уставный капитал общества. Для этого обществу даже не нужно отчуждать свое имущество, достаточно лишь увеличить сумму кредиторской задолженности. При этом сам выходящий участник никак не может повлиять на данную ситуацию. Закон не предоставляет ему даже возможности обжаловать решения органов управления общества, непосредственно затрагивающие его имущественные интересы. В литературе указывается на то, что участник, подавший заявление о выходе из общества, все же имеет право обжаловать решение общего собрания участников общества с ограниченной ответственностью в части обоснованности утверждения годового отчета и годового бухгалтерского баланса. Такое обжалование производится не в порядке ст. 43 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», предоставляющей право обжаловать решения общего собрания только участникам общества, а путем предъявления иска к обществу о признании недействительным решения общего собрания участников общества как нарушающего права и законные интересы вышедшего участника. Граждане, являющиеся участниками общества могут обжаловать такие решения общего собрания в соответствии с Законом об обжаловании в суд91. Мы поддерживаем данную точку зрения, считая возможность такого обжалования единственной на сегодняшний день мерой, защищающей права и интересы участника, подавшего заявление о выходе из общества с ограниченной ответственностью. Уточним лишь, что в настоящее время порядок обжалования регулируется главой 25 Гражданского процессуального кодекса РФ от 14 ноября 2002 г. № 138-ФЗ92.
В существующей в настоящее время ситуации участникам общества следует рекомендовать подавать заявления о выходе из общества как можно ближе к окончанию финансового года, чтобы избежать вышеизложенных негативных последствий. Однако это не всегда возможно, поскольку необходимость немедленного выхода из общества может быть продиктована самыми различными обстоятельствами. Но, конечно, нуждается в корректировке и сам механизм определения действительной стоимости доли.
В Законе необходимо установить, что действительная стоимость доли выходящего участника определяется на основании данных бухгалтерской отчетности общества не за год, в течение которого подано заявление о выходе, а за последний отчетный период (квартал), предшествующий подаче заявления о выходе. Тем более, что сам Закон устанавливает именно такой порядок определения действительной стоимости доли в случае исключения участника из общества (п. 4 ст. 23 Закона) и обращения взыскания на долю участника его кредиторами (абз. 3 п. 2 ст. 25 Закона). Это позволит защитить интересы выходящего участника, ведь тогда он будет точно знать какая сумма ему должна быть выплачена.
В-шестых, участник общества вправе продать или иным образом уступить свою долю в уставном капитале общества либо ее часть одному или нескольким участникам данного общества в порядке, предусмотренном Законом и уставом общества. При этом согласие общества или других его участников на совершение такой сделки не требуется, хотя устав общества может предусматривать иное. Но и данная норма носит декларативный характер и не соответствует реальному положению вещей. Все дело в том, что размер доли каждого из участников общества указывается в учредительном договоре общества (п.1 ст. 12 Закона). Следовательно, при уступке доли или ее части одним участником общества другому, изменяются размеры долей этих участников либо даже состав участников общества (при уступке всей доли), а значит должны быть внесены изменения в учредительный договор общества93.
В соответствии с абз.2 п.8 ст. 37 Закона решение о внесении изменений в учредительный договор может быть принято только всеми участниками общества единогласно. Таким образом, любой участник общества может наложить вето на уступку доли, проголосовав против внесения изменений в учредительный договор. Теоретически уступка доли все-таки будет считаться состоявшейся с момента уведомления общества об указанной уступке. Но, в то же время, Закон прямо указывает на то, что изменения, внесенные в учредительные документы общества, приобретают силу для третьих лиц с момента их государственной регистрации (абз. 3 п.4 ст. 12 Закона).
Что касается уступки доли или ее части третьим лицам, то она допускается лишь в том случае, если это не запрещено уставом общества (п,2 ст. 21 Закона). Несмотря на то, что Закон устанавливает презумпцию, допускающую уступку доли третьим лицам, на практике в уставы большинства обществ включаются запреты на такую уступку. Это обусловлено тем, что только такое положение наиболее соответствует правовой природе общества с ограниченной ответственностью как юридического лица, в котором очень силен личностный элемент и большое значение имеет доверительность в отношениях между учредителями, а в последствии и участниками. Именно закрытость данного общества является одним из его главных положительных качеств, свободная же уступка доли третьим лицам такую закрытость исключает. Если уступка доли третьим лицам допускается, то участники общества пользуются преимущественным правом ее покупки. Уступка доли с нарушением правил о преимущественном праве покупки является основанием для признания сделки недействительной.
Так, Арбитражным судом Волгоградской области признан недействительным договор купли-продажи доли в уставном капитале общества с ограниченной ответственностью «Типография ВгТЗ», заключенный между Бондаренко Л.И. и третьим лицом - Руденко А.А.
Основанием к удовлетворению иска послужило следующее.
Отчуждение участником общества своей доли третьим лицам допускается, если иное не предусмотрено уставом общества. Участники общества пользуются преимущественным правом покупки доли участника пропорционально размерам своих долей, если уставом или соглашением его участников не предусмотрено иное. Вместе с тем, устав ООО «Типография ВгТЗ» предусматривал право участников общества продать свою долю в уставном капитале общества третьим лицам лишь с согласия остальных участников. Пункт 5.5. устава предусматривал также преимущественное право покупки доли участниками общества перед третьими лицами.
Как следует из материалов дела, при отчуждении участником общества Бондаренко Л.И. своей доли лицу, не являющемуся участником общества, не было получено согласие остальных участников общества, при этом нарушено преимущественное право участников на приобретение доли.
В-седьмых, участник общества вправе заложить принадлежащую ему долю в уставном капитале общества. При этом доля может быть заложена другому участнику общества без каких-либо ограничений. Что касается залога доли третьему лицу, то он допускается только в случае, если это не запрещено уставом общества. При этом на такой залог требуется согласие общества, которое принимается простым большинством участников общества, однако устав может предусматривать необходимость большего числа голосов для принятия такого решения. При решении подобного вопроса не учитываются голоса участника общества, намеренного заложить свою долю.
В-восьмых, участники общества, обладающие в совокупности не менее чем 10% уставного капитала, вправе в судебном порядке требовать исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет (ст. 10 Закона).
Исключение участника из общества с ограниченной ответственностью фактически является изменением условий соответствующего учредительного договора (расторжением его в отношении данного участника), которое может быть осуществлено лишь в случаях, предусмотренных законом, а также при существенном нарушении соответствующим участником общества условий учредительного договора (ст. 450 ГК РФ)94.
В судебной практике под действиями (бездействием) участника, которые делают невозможной деятельность общества либо существенно ее затрудняют, в частности, понимается систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников95.
Самостоятельным основанием к исключению участника из общества является грубое нарушение им своих обязанностей. При этом суд обязан принимать во внимание степень вины участника, а также наступление либо возможность наступления негативных для общества последствий.
Необходимо отметить, что и здесь Закон содержит весьма расплывчатые формулировки оснований к исключению участника из общества, поэтому ст. 10 Закона нуждается в доработке. Данная статья должна содержать хотя бы примерный перечень нарушений, которые могут послужить основанием для исключения участника из обществ (например, невнесение вклада в уставный капитал общества в установленный срок, неисполнение возложенных на участника общества уставом дополнительных обязанностей, причинение обществу убытков и т.п.). В противном случае применение этой нормы на практике крайне затруднено, что подтверждается следующим примером.
Арбитражным судом Самарской области вынесено решение об исключении двух участников из ООО КТПФ «Нива». Основанием для исключения послужило систематическое уклонение ответчиков от участия в общих собраниях участников, в результате чего общество было лишено возможности принять новую редакцию учредительных документов в целях их приведения в соответствие с Законом. При этом судом не признано в качестве уважительной причины отсутствия на собраниях даже нахождение одного из ответчиков в течение длительного времени на стационарном лечении96.
По другому аналогичному делу судом вынесено иное решение. Добрянский А.В. обратился с иском к Бутову А.Г. и обществу с ограниченной ответственностью «Транзит-21» об исключении Бутова А.Г, из ООО «Транзит-21».
Решением Арбитражного суда Самарской области от 17 декабря 2002 года исковые требования удовлетворены. Суд первой инстанции признал неявку ответчика на годовое общее собрание участников общества (перенос даты собрания три раза) грубым нарушением своих обязанностей, выразившемся в систематическом уклонении от участия в общих собраниях, при наличии надлежащего уведомления. Постановлением апелляционной инстанции Арбитражного суда Самарской области от 26 февраля 2003 года решение оставлено без изменения.
Федеральный арбитражный суд Поволжского округа решение суда первой инстанции и постановление апелляционной инстанции отменил и в иске отказал, сославшись на то, что решение об исключении участника ООО «Транзит-21» Бутова А.Г. было принято с нарушением статьи 10 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», поскольку материалы дела не доказывают надлежащим образом бездействие ответчика, которое делает невозможной деятельность общества, а также грубое нарушение им своих обязанностей, В материалах дела отсутствуют надлежащие доказательства извещения ответчика не позднее чем за тридцать дней о проведении собрания. Так, уведомление о назначении собрания на 29 июня 2001 года, направленное 19 июня 2001 года, не соответствует данным требованиям, и не может служить доказательством грубого бездействия Бутова А.Г. и быть основанием к его исключению из общества. Вина со стороны ответчика в данном случае полностью отсутствует.
Более того, участник общества Бутов А.Г. не получал оснований для совершения каких-либо действий или проявления бездействия, поэтому судебные инстанции, удовлетворяя исковые требования, не указали в чем состоит бездействие или чем определена степень грубости нарушения. С учетом изложенного вина ответчика в систематическом уклонении без уважительных причин от участия в общем собрании не доказана97.
Наряду с правами участники общества несут определенные обязанности, перечень которых в общем виде закреплен в ст. 9 Закона. Участники общества имеют следующие основные обязанности.
Во-первых, участники общества обязаны вносить вклады в порядке и размерах, предусмотренных Законом и учредительными документами общества. Как правило, речь идет о внесении вкладов в уставный капитал общества при его учреждении или в процессе его деятельности в случае принятия решения об увеличении уставного капитала.
Однако закон допускает возможность возложения на участников общества и обязанности по внесению вкладов в имущество общества. Такая обязанность может быть возложена на участников уставом общества. Решение о внесении соответствующих изменений в устав общества может быть принято только всеми участниками общества единогласно. Вклады, вносимые в имущество общества, не влияют на размер доли участника.
Во-вторых, участники обязаны не разглашать конфиденциальную информацию о деятельности общества. Понятие конфиденциальной информации включает в себя понятие коммерческой тайны. На сегодняшний день вопрос о том, какая именно информация может быть признана конфиденциальной, регламентируется Гражданским кодексом, который дает лишь общее определение информации, составляющей коммерческую тайну.
Перечень сведений, которые не могут составлять коммерческую тайну, определяется соответствующим постановлением Правительства РФ. Однако данный перечень настолько широк, что охватывает практически все сведения, которые содержат необходимую коммерческую информацию о субъекте предпринимательства.
Помимо прав и обязанностей, четко оговоренных в Законе, участники могут иметь так называемые дополнительные права и обязанности, которые предоставляются отдельным участникам или группе участников уставом общества при его учреждении или позднее по единогласному решению участников. Уставом общества может быть предусмотрено, например, право одного из участников (независимо от размера его доли) назначать одного из членов правления или совета директоров, либо может быть предусмотрена обязанность участника периодически оказывать обществу какие-либо услуги.
«Идея таких дополнительных прав и обязанностей заимствована нашим Законом из германского права. Однако здесь дополнительные права или обязанности участника общества с ограниченной ответственностью обычно оформляются дополнительным соглашением (договором) общества с участником и, как правило, привязываются к его доле. Следовательно, при отчуждении доли они могут переходить к новым участникам общества. В отличие от этого российский Закон считает такие права и обязанности принадлежащими исключительно участнику общества и потому не переходящими при отчуждении его доли (абз. 2 п. 2 ст. 8, абз. 2 п. 2 ст. 9 Закона)»98.
Возложение дополнительных обязанностей на конкретного участника общества, а также прекращение или ограничение принадлежащих ему дополнительных прав, возможны только по решению общего собрания, принятому большинством не менее двух третей голосов участников общества.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Подводя итоги исследования необходимо сказать, что правоприменительная практика выявила как положительные, так и отрицательные стороны законодательства, регулирующего создание и деятельность обществ с ограниченной ответственностью в России.
Реальное осуществление права стоит в прямой зависимости от содержания правовых норм, в которых мысль законодателя должна быть выражена четко и ясно, не допуская разночтения и неоднозначного толкования. Наличие коллизий и пробелов в законодательстве создает обширные возможности для злоупотреблений со стороны участников гражданского оборота. Общество с ограниченной ответственностью является формой осуществления предпринимательской деятельности, получившей наибольшее распространение в сфере малого и среднего бизнеса, поэтому здесь нет необходимости в жестком контроле со стороны государства и в детальном правовом регулировании. В результате изучения действующего законодательства об обществах с ограниченной ответственностью и работы над исследованием мы пришли к следующим заключениям:
Федеральный закон «Об обществах с ограниченной ответственностью» достаточно подробно регламентирует права и обязанности участников общества с ограниченной ответственностью. Однако здесь необходимо найти разумный баланс между интересами общества как самостоятельного участника гражданского оборота и интересами его участников. В частности, это проявляется в решении вопроса о праве участника общества с ограниченной ответственностью на выход из общества. Существующий порядок выхода не отвечает ни интересам общества, ни интересам выходящего участника, поэтому изменения этого порядка назрели.
Защите прав и законных интересов участников общества с ограниченной ответственностью способствуют нормы Закона, устанавливающие ответственность самого общества, а также его должностных лиц за нарушение прав участников. С этой же целью необходимо изменить сложившийся подход к разграничению компетенции органов управления обществом с ограниченной ответственностью.
1. Отличительным признаком общества с ограниченной ответственностью является его закрытость (даже по сравнению с закрытым акционерным обществом), которая обеспечивает стабильность субъектного состава участников и защищает их от приобретения долей в уставном капитале третьими лицами. Предлагается установить последствия объединения всех долей