Кража как форма хищения
Согласно ст. 128 ГК РФ в понятие имущества включаются вещи, в том числе деньги и ценные бумаги, а также имущественные права, однако в связи с отсутствием легального определения понятия имущества в гражданском праве данное понятие может применяться для обозначения: 1) совокупности вещей и материальных ценностей, состоящих в собственности лица или в отношении которых у него есть иное вещное право; 2) совокупности вещей и имущественных прав на получение вещей или иного имущества от других лиц; 3) совокупности вещей, имущественных прав и обязанностей, которые характеризуют имущественное положение их носителя.
В уголовном праве применительно к хищениям под имуществом понимаются вещи и права на имущество. При этом предмет хищения характеризуется с физической стороны как предмет материального внешнего по отношению к человеку мира, доступный благодаря своей материальной субстанции чувственному восприятию; с экономической стороны - как предмет, обладающий экономическим свойством меновой стоимости; с юридической стороны - как объект вещного права, не изъятый из гражданского оборота и являющийся чужим для виновного [11, с. 110 – 151].
Представляется, что в качестве предмета кражи можно рассматривать не только вещи, но и имущественные права, т.е. те объекты, которые обладают потребительской стоимостью, способностью удовлетворять те или иные человеческие потребности. Что касается имущественных обязанностей, то вряд ли можно представить себе их изъятие или обращение в пользу виновного или других лиц.
Весьма спорным представляется положение, что предмет кражи должен обладать материальным свойством, т.е., иначе говоря, быть вещью в физическом понимании. В связи с этим следует обратить внимание, что объективная сторона хищения, как следует из законодательного определения его понятия, слагается из двух действий: изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц. Союзы "и" и "или", заложенные законодателем в понятие хищения, позволяют предположить, что указанные действия могут осуществляться виновным как альтернативно, так и совместно. Отсюда следует, что хищение с объективной стороны может совершаться путем: изъятия чужого имущества, обращения его в пользу виновного или других лиц, изъятия и обращения этого имущества в пользу виновного или других лиц.
Так, если в процессе завладения имуществом собственнику предоставляется возмещение в полном объеме, то такие действия нельзя считать хищением, поскольку они не причиняют имущественного ущерба (уменьшения имущественных фондов не происходит). Частичное же возмещение стоимости изъятого имущества не означает отсутствия состава хищения, но может быть учтено при определении размера хищения [47, с. 8 – 10]. Вопрос о том, было ли предоставленное возмещение эквивалентным, решается судом на основе анализа конкретных обстоятельств дела, с учетом в необходимых случаях мнения потерпевшего.
Как справедливо указывает С. Скляров, кража, исходя из смысла закона, фактически представляет собой обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, которое может осуществляться как с изъятием имущества, так и без такового [32, с. 21]. Без изъятия имущества как такового может происходить завладение правом на имущество, что может иметь место в отношении недвижимого имущества, которое не может быть перемещено в пространстве без ущерба его назначению, и в таком случае завладение может выражаться в оформлении прав на недвижимость, в результате чего потерпевший лишается возможности осуществлять свои правомочия по владению, пользованию и распоряжению этим имуществом.
Завладение имущественным правом также может происходить в случае посягательства на безналичные денежные средства, находящиеся на счетах в кредитных организациях, используемые для осуществления расчетов между различными субъектами. В отношении таких средств владелец счета имеет не право собственности, не вещное право, а право обязательственного характера. Противоправное завладение такими безналичными денежными средствами представляет собой, по нашему мнению, именно хищение, а не самостоятельный способ совершения имущественных преступлений, так как оно подпадает под признаки законодательно определенного понятия хищения, и в случае обращения таких средств в пользу виновного или других лиц он приобретает возможность распорядиться ими по своему усмотрению, в том числе и для осуществления расчетов с другими лицами, а потерпевший - владелец счета опять же лишается возможности реализовывать над этими средствами свою власть и волю.
В практике имеются случаи, когда при возникновении спора кредитор ссылается на то, что исполнение им не получено, а отпуск товара произведен по украденным у него бланкам доверенностей. Представляется, что в подобных случаях добросовестность должника, который не знал и не мог знать о факте похищения бланков доверенностей, препятствует вменению ему в вину исполнения обязательства ненадлежащему лицу, поскольку налицо вина кредитора (ст. 404 ГК РФ).
Таким образом, под имуществом как предметом кражи следует понимать вещи и имущественные права, причем не только вещного, но и обязательственного характера.
Объективная сторона кражи заключается в тайном хищении чужого имущества.
Понятие кражи дано в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г.: «Как тайное хищение чужого имущества (кража) следует квалифицировать действия лица, совершившего незаконное изъятие имущества в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них. В тех случаях, когда указанные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества» [42, с. 22].
Состав преступления сформулирован как материальный и включает в себя три обязательных элемента: деяние - хищение чужого имущества, совершенное тайным способом, последствие - имущественный ущерб и причинную связь между деянием и последствием.
Обязательный признак хищения - незаконный характер изъятия чужого имущества, т.е. его перевод в фактическое обладание виновного без каких-либо законных оснований для этого и без согласия собственника или иного владельца.
Существенным признаком хищения служит безвозмездность изъятия чужого имущества. Изъятие считается безвозмездным, если оно производится без соответствующего возмещения, т.е. бесплатно или с символическим либо неадекватным возмещением. Так, является хищением завладение имуществом путем замены его заведомо менее ценным.
Завладение чужим имуществом с предоставлением надлежащего возмещения не может квалифицироваться как хищение.
Само понятие хищения в краже какой-либо спецификой не обладает. Специфику кражи составляет ее способ, присущий только ей, тайный способ изъятия имущества.
В науке принято выделять объективный и субъективный критерии тайного и открытого способов хищения.
Объективный критерий тайного способа означает, что хищение осуществляется незаметно для окружающих или в их отсутствие. Объективный критерий, таким образом, характеризуется обстоятельствами, внешними по отношению к виновному.
Об объективном критерии свидетельствует наличие хотя бы одного из следующих возможных факторов осуществления хищения:
1) в отсутствие на месте совершения преступления кого-либо - в отсутствие очевидцев;
2) в отсутствие на месте совершения преступления посторонних;
3) в присутствии на месте совершения преступления посторонних, которые, однако, не наблюдают факт хищения;
4) в присутствии на месте совершения преступления посторонних, которые, однако, не расценивают происходящее как хищение или не осознают его;
5) факт совершения хищения наблюдается посторонними людьми, однако они не обнаруживают себя виновному.
П. районным судом признан виновным в открытом похищении чужого имущества и грабеже. П. пришел в киоск, чтобы купить хлеб. Воспользовавшись тем, что продавщица Б. отвернулась к лоткам с хлебом, он похитил лежавший на прилавке возле окошечка калькулятор, принадлежащий Б., и скрылся. Заместитель председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос о переквалификации его действий с грабежа на кражу. Президиум Верховного Суда Республики Бурятия протест удовлетворил, указав следующее.
Как следует из материалов дела, П. и в ходе предварительного следствия, и в судебном заседании утверждал, что взял калькулятор с прилавка в тот момент, когда продавщица отвернулась и не видела его действий, после этого сразу ушел, никаких окликов не слышал. Потерпевшая Б. показала, что калькулятор был похищен, когда она отвернулась к лоткам с хлебом. Она окликнула П., но он скрылся. Таким образом, объективных доказательств того, что П. знал, что потерпевшая видела его действия, по делу не имеется. Согласно ст. 49 Конституции Российской Федерации все сомнения, устранить которые не представляется возможным, толкуются в пользу обвиняемого. Согласно закону виновный при грабеже сознает, что изъятие имущества происходит открыто. Если субъект преступления ошибочно считает, что совершает хищение тайно, хотя в действительности был замечен потерпевшим или посторонними лицами, то содеянное нельзя считать грабежом. Изъятие имущества при таких обстоятельствах квалифицируется как кража. Поэтому действия П. следует квалифицировать как тайное хищение чужого имущества [52, с. 14].
Хищение осуществляется в отсутствие очевидцев, когда факт хищения никто не наблюдает, поскольку никого, кроме виновного, нет на месте совершения преступления. Этим характеризуются, например, квартирные кражи, совершенные в отсутствие хозяев, кражи в зимнее время из пустующих дачных домиков, кражи в ночное время из автомобилей, стоящих во дворе дома, и т.п. Как кража квалифицируется и изъятие имущества у убитого, если умысел на хищение возник после совершения убийства, а оно совершено не по корыстным, а по каким-либо другим мотивам [34, с. 694 – 695].
При хищении в отсутствие на месте совершения преступления посторонних на месте совершения хищения нет не просто каких-либо очевидцев, а только посторонних виновному. В п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. подчеркивается: "Если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо... является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица, содеянное следует квалифицировать как кражу чужого имущества. Если перечисленные лица принимали меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требовали прекратить эти противоправные действия), то ответственность виновного за содеянное наступает по статье 161 УК РФ".
К посторонним для виновного лицам следует относить прежде всего потерпевшего - собственника или законного владельца имущества. К ним также относятся широкие категории людей, начиная от лиц, охраняющих имущество, и заканчивая абсолютно незнакомыми виновному лицами, для которых понятен его преступный характер действий.
Соответственно, под непосторонними для виновного лицами следует понимать лиц, на молчание которых он со всеми основаниями объективно может рассчитывать. Представляется, что Пленум излишне сузил круг тех лиц, присутствующих при изъятии чужого имущества, на молчание которых может полагаться виновный. Так, в числе этих лиц не назван супруг (супруга). Мотивы, которыми руководствовался Пленум Верховного Суда РФ в общем понятны: в ст. 5 УПК РФ к числу близких родственников отнесены "супруг, супруга, родители, дети, усыновители, усыновленные, родные братья и родные сестры, дедушка, бабушка, внуки". Однако в этой же статье уголовно-процессуального закона подчеркнуто, что речь идет о понятиях, употребляемых "в настоящем Кодексе". Уголовный же закон к числу близких родственников супруга (супругу) не относит, отдельно называя их в примечаниях к ст. ст. 308, 316 УК РФ.
Кроме того, есть и другие лица, на молчание которых виновный может рассчитывать со всеми основаниями: жених или невеста, друзья, лица, с которыми он ранее совершал преступления или отбывал наказание, и т.п. Едва ли хищение, совершенное в присутствии только этих лиц, можно считать открытым; степень его опасности значительно ниже степени общественной опасности грабежа. Собственно, и сам Верховный Суд РФ ранее стоял на такой позиции. По конкретному делу, например, не была признана посторонним человеком приятельница виновного.
Суть этого дела такова. Южноуральским городским народным судом Челябинской области Захарищев был осужден за грабеж. Он признан виновным в том, что в нетрезвом состоянии вместе со своей знакомой Макеевой пришел в комнату, где ранее бывал с разрешения знакомой Ляпиной, и похитил стереомагнитолу с четырьмя кассетами. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, рассматривая это дело по протесту, указала следующее. Органы следствия и суд квалифицировали действия Захарищева как открытое хищение личного имущества в присутствии других лиц - знакомой Макеевой. Однако по смыслу закона открытым похищением является такое хищение, которое совершается в присутствии потерпевшего либо посторонних лиц, когда виновный сознает, что присутствующие понимают характер его действий, но игнорирует данное обстоятельство. Как видно из материалов дела, Макеева - знакомая Захарищева. Договорившись между собой, они пришли в комнату, где раньше бывал Захарищев, с целью распить спиртное и остались там ночевать. Захарищев, увидев под кроватью магнитолу, предложил Макеевой совершить кражу, но она отказалась и впоследствии безразлично отнеслась к его преступным действиям. Таким образом, к свидетелю Макеевой не относится понятие постороннего или другого лица, в присутствии которого совершена кража личного имущества. Захарищев сознавал, что Макеева для него близкий человек, и был уверен в сохранении тайны похищения. Поэтому действия Захарищева подлежат квалификации как кража [49, с. 8].
Хищение является тайным, если осуществляется в присутствии на месте совершения преступления посторонних лиц, не наблюдающих, однако, факт хищения в силу различных обстоятельств (например, в силу давки в транспорте, где совершается карманная кража, в силу сна, в том числе в результате алкогольного или наркотического опьянения, или нахождения в обмороке и т.д.). При этом внимание присутствующих может быть отвлечено и специально лицом, действующим заодно с виновным.
Имеет место кража и тогда, когда хищение осуществляется в присутствии на месте совершения преступления посторонних, однако они не расценивают происходящее как хищение или не осознают его. При указанном обстоятельстве, в отличие от предыдущего, присутствующие при совершении хищения лица наблюдают факт изъятия имущества, однако в силу разных причин не понимают происходящее правильно, как хищение. В настоящее время на это специально указано в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. в положении, сформулированном в п. 4. Согласно ему кража имеет место в том случае, если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий. Действительно, при наличии перечисленных обстоятельств есть все признаки тайного хищения: факт хищения не понимается присутствующим при нем человеком, что, в свою очередь, используется виновным.
К таким ситуациям следует отнести: хищение у неспящих пьяных, которые в силу высокой степени опьянения не осознают характера производимых с ними действий; хищение имущества в присутствии малолетних детей или невменяемых; изъятие имущества на глазах у многих людей, воспринимающих действия виновного как совершенно правомерные и расценивающие его самого как хозяина (владельца) имущества (например, завладение чужой автомашиной на улице города путем открытия ее ключом), и т.д.
Открытое похищение совершается в присутствии потерпевшего, лиц, в ведении или под охраной которых находится имущество, либо посторонних, когда виновный сознает, что эти лица понимают характер его преступных действий, но игнорирует данное обстоятельство.
Пример, в котором виновного в хищении принимали за владельца изымаемых вещей, приводит Г.Н. Борзенков: «С., ехавший в электричке, заметил, что сидящий с ним на одной лавочке пассажир уснул. Над головой С. висела сумка пассажира. Решив похитить сумку, он снял ее с крючка и перешел в другой вагон. Факт кражи наблюдался многими посторонними людьми, которые, однако, были уверены, что С. берет свою сумку, на что последний и рассчитывал. При таких обстоятельствах С. был верно осужден за тайное хищение» [21, с. 421].
Тайное хищение имеет место и тогда, когда факт совершения хищения наблюдается посторонними людьми, однако они не обнаруживают себя виновному. В этой ситуации есть посторонний очевидец хищения, правильно понимающий происходящее. Но в силу каких-либо причин он предпочитает остаться незамеченным (например, из-за страха расправы над ним виновного).
Кража считается оконченной, когда имущество изъято и виновный имеет реальную возможность им пользоваться или распоряжаться по своему усмотрению (например, обратить похищенное имущество в свою пользу или в пользу других лиц, распорядиться им с корыстной целью иным образом).
Так, работники тепличного комбината по предварительному сговору между собой похитили со склада товарной продукции 23 ящика огурцов и, погрузив их на автомашину, пытались вывезти с территории тепличного комбината, но были задержаны на проходной. Новосибирский областной суд признал неправильной квалификацию этого преступления как оконченного хищения и переквалифицировал его как покушение на кражу, поскольку виновные не имели реальной возможности распорядиться данным имуществом по своему усмотрению [55].
2.2 Субъективные признаки кражи
Субъективная сторона кражи характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознает, что тайно, незаконно и безвозмездно изымает чужое имущество, предвидит, что в результате его действий собственнику или владельцу имущества будет причинен материальный ущерб, и желает причинить такой ущерб указанным способом. При этом он руководствуется корыстным мотивом и преследует цель незаконного извлечения наживы.
Психическое отношение лица к совершению запрещенного уголовным законом общественно опасного действия (бездействия) и его последствиям неоднозначно проявляется как с интеллектуальной, так и с волевой стороны психической деятельности. Интеллектуальная сторона психической деятельности при совершении лицом кражи характеризует степень осознания им общественной опасности и уголовной противоправности совершаемого деяния, предвидение возможности или неизбежности наступления определенных общественно опасных последствий такого поведения.
Волевая сторона психического отношения лица к совершаемой краже и возможным ее последствиям проявляется в желании наступления предвидимых последствий своих действий.
В зависимости от степени выраженности осознания характера совершаемых действия (бездействия) и предвидения возможности либо неизбежности наступления последствий, а также в зависимости от особенностей волевого отношения лица к последствиям различают прямой и косвенный умысел.
Согласно ч. 1 статьи 25 УК РФ умышленным признается деяние, совершенное с прямым или косвенным умыслом. Если по УК РСФСР понятия прямого и косвенного умысла были категориями науки уголовного права, то по УК РФ они стали категориями уголовного закона.
Кража признается совершенной с прямым умыслом, если лицо осознавало общественную опасность своих действий (бездействия), предвидело возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий и желало их наступления. С точки зрения интеллектуального момента прямой умысел характеризуется осознанием общественной опасности своих действий (бездействия) и предвидением возможности или неизбежности общественно опасных последствий этих действий (бездействия).
При прямом умысле лицо осознает не только общественную опасность своих действий (бездействия), но и, как правило, их уголовную противоправность. При прямом умысле лицо предвидит возможность или неизбежность наступления общественно опасных последствий своих действий (бездействия). В одних случаях оно предвидит возможность наступления того или иного общественно опасного последствия либо нескольких альтернативных последствий, в других - неизбежность их наступления. Различие в предвидении возможности или неизбежности наступления общественно опасных последствий зависит от характера совершаемого действия (или бездействия). Например, выстрел из пистолета в голову потерпевшего дает лицу основание предвидеть неизбежность наступления его смерти, поскольку повреждения головного мозга жертвы преступного посягательства по общему правилу несовместимы с жизнью.
С точки зрения волевого момента при прямом умысле лицо желает наступления предвидимых общественно опасных последствий, так как эти последствия для виновного являются целью его преступной деятельности.
Практическое значение установления в содеянной краже определенного или неопределенного умысла виновного заключается в том, что при неконкретизированном умысле его действия квалифицируются по фактически наступившим последствиям, а если лицо действовало с конкретизированным умыслом, однако реализовать его полностью не удалось по не зависящим от этого лица обстоятельствам, то содеянное квалифицируется как покушение на кражу или как приготовление к краже.
По критерию времени формирования преступного умысла на кражу доктрина уголовного права различает также заранее обдуманный и внезапно возникший умысел. По общему правилу лицо, совершившее кражу с заранее обдуманным умыслом (или предумышленно), характеризуется как носитель более глубоких отрицательных установок, ценностных ориентаций и качеств, чем лицо, совершившее при прочих равных условиях преступление по внезапно возникшему умыслу. Это должно учитываться при назначении наказания.
Под мотивом преступления понимается осознанное лицом внутреннее побуждение, сформировавшееся под влиянием потребностей этого лица [17, с. 346]. Различают мотивы хулиганские, мести и кровной мести, корыстные, карьеристские, мотивы национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, политические и иные. Под целью преступления понимается осознаваемый виновным конечный преступный результат, к достижению которого лицо стремится путем совершения преступления.
Корыстная цель означает, что субъект намерен распорядиться похищенным имуществом как своим собственным.
При трактовке корыстной цели хищения судебная практика исходит из того, что для наличия состава преступления не имеет значения, намеревалось ли лицо использовать похищенное имущество лично для себя или для своих близких (родственников, друзей, знакомых).
Субъект кражи. Важной предпосылкой возможности возложения на лицо уголовной ответственности за совершение запрещенного уголовным законом деяния является достижение им ко времени совершения этого преступления установленного законом возраста.
По достижении 14 лет подлежат уголовной ответственности лица, совершившие кражу (ст. 20 УК РФ).
Ко времени достижения 14-летнего возраста несовершеннолетние уже приобретают определенный социальный опыт и хорошо осознают запрещенность уголовным законом названных в ч. 2 ст. 20 УК РФ деяний, обладают способностью осознавать фактический характер совершаемых действий и могут руководить своими поступками.
В соответствии с п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 7 [43, с. 12] лицо считается достигшим возраста, с которого наступает уголовная ответственность, не в день рождения, а по истечении суток, на которые приходится этот день, т.е. с ноля часов следующих суток.
При установлении судебно-медицинской экспертизой возраста подсудимого днем его рождения считается последний день того года, который назван экспертами, а при определении возраста минимальным и максимальным числом лет суд должен исходить из предполагаемого экспертами минимального возраста такого лица (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 7).
Согласно ч. 3 статьи 20 УК РФ, не подлежит уголовной ответственности несовершеннолетний, который достиг возраста, указанного в ч. 1 и 2 данной статьи, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими.
При наличии данных, свидетельствующих об умственной отсталости несовершеннолетнего подсудимого, в силу ст. 195, 196, ч. 2 ст. 421 УПК РФ назначается судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза для решения вопроса о наличии или отсутствии у несовершеннолетнего отставания в психическом развитии (п. 7 Постановления Пленума ВС РФ № 7).
К лицам, совершившим общественно опасные деяния, предусмотренные в УК в качестве преступлений, до достижения ими 14-летнего или 16-летнего возраста применяются принудительные меры воспитательного характера, в том числе помещение в специальное учебно-воспитательное учреждение для детей и подростков с девиантным поведением. Типовое положение о специальном учебно-воспитательном учреждении для детей и подростков с девиантным поведением утверждено Постановлением Правительства РФ от 25.04.1995 № 420.
2.3 Квалифицирующие признаки кражи
Квалифицированные виды кражи предусмотрены ч. 2 ст. 158 УК РФ. Это совершение кражи:
а) группой лиц по предварительном сговору;
б) с незаконным проникновением в помещение либо иное хранилище;
в) с причинением значительного ущерба гражданину;
г) из одежды, сумки и другой ручной клади, находящейся при потерпевшем.
Укажем, что законодатель еще до выхода в свет Федерального закона от 8 декабря 2003 г. № 162-ФЗ исключил из состава квалифицирующих признаков ч. 2 ст. 158 УК РФ такой признак, как «неоднократность». Очевидно, что в то время в этом вопросе сыграло свою роль Постановление Конституционного Суда РФ от 19 марта 2003 года № 3-П, касающееся трактовки понятия «неоднократности» во многих статьях УК РФ, в т.ч. в ст. 158 УК РФ. Кроме того, из диспозиции ч. 2 ст. 158 УК РФ законодатель убрал слово «жилище», тем самым введя другую терминологию – «помещение либо иное хранилище». Последние два понятия законодатель объясняет в примечании 3 к ст. 158 УК РФ, а определение понятию «жилище» он представляет в примечании 1 к ст. 139 УК РФ в ред. Федерального закона от 20 марта 2003 года № 26-ФЗ.
Часть 3 ст. 158 УК РФ также описывает квалифицирующие признаки кражи, совершенной с проникновением в жилище либо в крупном размере.
Для квалификации кражи по ч. 2 или ч. 3 ст. 158 УК РФ достаточно хотя бы одного из вышеперечисленных квалифицирующих видов кражи. Тем не менее в приговоре надлежит зафиксировать все квалифицирующие признаки, установленные по делу, с точным указанием соответствующих пунктов и части статьи. Отсутствие такого указания рассматривается как неточное применение уголовного закона, что влечет отмену приговора.
В правоприменительной практике известны случаи, когда в одном (единичном) преступлении имеет место несколько квалифицирующих признаков деяния, предусмотренных ч. 2 и ч. 3 ст. 158 УК РФ. Содеянное квалифицируется по ч. 3 ст. 158 УК РФ и по ней определяется наказание. При этом «алгоритм» (сочетание) нескольких квалифицирующих признаков кражи не есть совокупность преступлений, ибо отсутствует множественность самих деяний.
Совершение преступления группой лиц по предварительному сговору (п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ).
Согласно ст. 35 УК РФ преступление признается совершенным группой лиц по предварительному сговору, если в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о совместном совершении преступления. Применительно к краже это означает, что сговор на совершение кражи должен иметь место до начала совершения преступления, хотя бы и непосредственно перед началом его по внезапно возникшему умыслу.
Так, группа молодых людей, находившихся в состоянии опьянения, увидев, что торговый киоск в ночное время не охраняется, решила его обворовать, но в момент, когда участники группы пытались взломать дверь и проникнуть внутрь киоска, они были задержаны милицейским патрулем. Действия этих лиц следует квалифицировать как покушение на кражу, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Действия же соучастника групповой кражи, который не был исполнителем (соисполнителем), должны квалифицироваться по ст. 34 и п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ ФРФ. В данном варианте отсутствует квалифицирующий признак, предусмотренный п. «а» ч. 2 ст. 158 УК РФ, - «совершение преступления по предварительному сговору группой лиц» [13, с. 312].
Поскольку закон в качестве квалифицированного вида кражи указывает на соучастие в форме соисполнительства по предварительному сговору, что предполагает совместный умысел на совершение преступления, все участники группы должны обладать признаками субъекта. Поэтому, если в составе группы один участник является субъектом, а остальные ввиду малолетнего возраста или невменяемости субъектами не являются, группы по предварительному сговору не будет. В этом случае единственный субъект будет отвечать по ч. 1 ст. 158 УК РФ и по совокупности за вовлечение несовершеннолетних в совершение преступления (ст. 150 УК РФ), если он привлек к совершению кражи лиц, не достигших 14-летнего возраста. При этом надо иметь в виду, что, если лицо, являющееся субъектом преступления, заставив совершить кражу малолетнего, само не принимало участия в краже, оно отвечает за кражу как исполнитель путем посредственного причинения, использовав малолетнего как орудие преступления [38, с.