Защита семейных прав ребёнка
Согласно ст. 70 СК РФ дела о лишении родительских прав рассматриваются по заявлению одного из родителей (лиц, их заменяющих одного из родителей) прокурора, а также по заявлению органов или учреждений, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних детей (органов опеки и попечительства, комиссий по делам несовершеннолетних, учреждения для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и др.). Иск об ограничении родительских прав может быть предъявлен близкими родственниками, органами и учреждениями, на которых законом возложена обязанность по охране прав несовершеннолетних детей, дошкольными образовательными учреждениями, общеобразовательными учреждениями и др. учреждениями, а также прокурором (ст.73 СК РФ). Следует особо подчеркнуть, что в случаях указанных в законе, перечисленные выше лица обязаны обращаться в соответствующие органы с заявлением о защите семейных прав или же самому органу непосредственно принимать меры по защите прав. Так, согласно ст.23 СК РФ при расторжении брака супруги вправе представить на рассмотрение суда соглашение о детях, однако при отсутствии такого соглашения либо в случае, если соглашение нарушает интересы детей, суд обязан по своей инициативе принять меры по защите прав и интересов детей (ст.ст. 23, 24 СК РФ). При отобрании ребенка орган опеки и попечительства обязан в течение 7 дней после вынесения органом местного самоуправления акта об отобрании ребенка обратиться в суд с иском о лишении родителей родительских прав или об ограничении их в родительских правах (ст.77 СК РФ). Обязанность обращения в суд предусмотрена также для ряда лиц при лишении родителей родительских прав (ст.70 СК РФ) и при выявлении нарушений прав и интересов ребенка (ст.56 СК РФ).
Как видим, здесь исключена сама свобода выбора: обращаться по поводу защиты в компетентный орган или не обращаться. Но, несмотря на системность перечня лиц, обладающих правом обращаться за защитой прав ребенка отдельные положения законодательства нуждаются в совершенствовании, т.к. основаны на различных подходах при их конструировании. Если основное назначение органов опеки и попечительства состоит в том, чтобы защищать или инициировать защиту семейных прав несовершеннолетних детей, то возникает вопрос: почему органы опеки и попечительства при выявлении фактов непредставления родителями средств на содержание несовершеннолетних детей только вправе, но не обязаны предъявлять иск о взыскании алиментов к их родителям (ст. 80 СК РФ). Очевидно, это должно быть обязанностью органов опеки и попечительства и в связи с этим содержание указанной нормы нуждается в изменении. На наш взгляд, п.1 ст. 80 СК РФ должен быть изложен в следующей редакции: «При отсутствии соглашения родителей об уплате алиментов, при не предоставлении содержания совершеннолетним детям и при не предъявлении иска в суд орган опеки и попечительства обязан предъявить иск о взыскании алиментов на несовершеннолетних детей к их родителям (одному из них)». Такое же ошибочное решение содержится и в ст. 42 СК РФ, согласно которой правом требовать отмены усыновления обладают его родители, усыновитель ребенка, сам усыновленный ребенок, достигший возраста 14 лет, органы опеки и попечительства и прокурор. Однако для прокурора и органов опеки и попечительства предъявление ими требований об отмене усыновления должно быть их обязанностью, а не правом, если только будет установлено наличие соответствующих обстоятельств54. В этой связи представляется необходимым внести изменения и в ст.142 СК РФ и изложить её в следующей редакции: «Правом требовать отмены усыновления ребёнком обладают его родители, усыновители ребёнка, усыновлённый ребёнок, достигший возраста 14 лет. При невыполнении или ненадлежащем выполнении усыновителям своих обязанностей в отношении усыновленного ребёнка органы опеки и попечительства обязаны обратиться в суд с иском об отмене усыновления».
Возникает также вопрос о причине повышения возраста для ребенка на его требование об установлении отцовства в судебном порядке. Согласно ст. 56 СК РФ ребенок по достижении возраста 14 лет вправе самостоятельно обратиться в суд с требованием о защите своих прав. Право требовать отмены усыновления также предоставлено ребенку, достигшего возраста 14 лет (ст. 142 СК РФ), но в таком случае представляется ошибочным решение вопроса о возрасте ребенка по требованиям об установлении отцовства в судебном порядке. Согласно ст. 49 СК РФ такое требование вправе предъявить ребенок по достижению им совершеннолетия. В связи с изложенным представляется необходимым наделить ребенка правом обращения с требованием об установлении отцовства по достижении им возраста 14 лет. В этой связи содержание ст. 49 СК РФ нуждается в уточнении. Её необходимо уточнить в следующей редакции: «В случае рождения ребёнка у родителей, не состоящих в браке между собой, и при отсутствии совместного заявления родителей или заявления отца ребёнка (пункт 4 статьи 48 настоящего Кодекса) происхождение ребёнка от конкретного лица (отцовство) устанавливается в судебном порядке по заявлению одного из родителей, опекуна (попечителя) ребёнка или по заявлению лица, на иждивении которого находится ребёнок, а также по заявлению самого ребёнка по достижению им возраста 14 лет. При этом суд принимает во внимание любые доказательства, с достоверностью подтверждающие происхождение ребёнка от конкретного лица».
Однако на практике дети, не получающие средств на содержание от своих родителей, по разным причинам, находятся на воспитании у близких родственников: дедушки, бабушки и пр. Какие основания для отказа в том, чтобы и эти лица были бы управомочены на предъявления таких требований. Тем более следует учесть, что в ряде случаев близкие, родственники ребенка управомочены на предъявление требований, связанных с защитой прав ребенка, в частности, иска об ограничении родительских прав (ст. 73 СК РФ). Наконец, каковы основания для отказа прокурору предъявить иск о взыскании алиментов в той же ситуации. Следует отметить, что в ст.80 СК РФ прокурор также не указан в качестве управомоченного лица. В связи с изложенным представляется, что ст.80 СК РФ нуждается в совершенствовании.
2.3 Международная защита семейных прав
Для середины XX в. были характерны ставшие очевидными идеи, имеющие прямое отношение к семье как таковой и определяющие подходы к ее правовой охране. Сюда входили такие положения, как непреходящая ценность семьи для человека; важность семьи в жизни общества, ее роль в воспитании будущих поколений; обеспечение общественной стабильности семьи, а следовательно, и прогресса в историческом развитии общества; необходимость учета интересов семьи и детей, принятие социальных мер, их поддержка в период социально-экономической трансформации общества, наступившей после Второй мировой войны. Вот почему в первые послевоенные годы и позднее в международно-правовых актах нашли свое отражение правовые позиции, связанные с охраной семьи. Например, ст. 16 Всеобщей декларации прав человека55, принятой 10 декабря 1948 г., провозглашает: «Семья является естественной и основной ячейкой общества и имеет право на защиту со стороны общества и государства».
Статья 23 Международного пакта о гражданских и политических правах56 обращает внимание на право семьи на защиту со стороны общества и государства. Пункт 1 ст. 10 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах57 рассматривает семью как естественную и основную ячейку общества; закрепляет положение о предоставлении ей, по возможности, самой широкой охраны и помощи, в особенности при ее образовании и пока на ее ответственности лежит забота о несамостоятельных детях и их воспитании. Наконец, 20 ноября 1989 г. ООН был принят еще один международно-правовой акт - Конвенция о правах ребенка, к которой вскоре (15 сентября 1990 г.) присоединилась Российская Федерация. Цель этой Конвенции была обозначена четко - забота о детях, которые имеют право на особую защиту и помощь. В преамбуле к Конвенции подчеркивалось, что семье как основной ячейке общества и естественной среде для роста и благосостояния всех ее членов и особенно детей, должны быть предоставлены необходимая защита и содействие с тем, чтобы она могла полностью возложить на себя обязанность в рамках общества. Кроме того, в Конвенции признается, что ребенку для полного и гармоничного развития его личности необходимо расти в семейном окружении, в атмосфере счастья, любви и понимания58.
Таким образом, в недрах международного сообщества созрела идея необходимости охраны (защиты) семьи, детей, ибо реальная действительность заставляет задумываться, в каком направлении будет развиваться человеческое общество как таковое, как сберечь его от гибели, деградации, вырождения. Вместе с тем обращает на себя внимание разнообразие терминов, употребляемых в названных международных актах: защита (со стороны общества и государства), возможность семье самой осуществлять охрану и помощь, необходимая защита и содействие и т.п. Между тем каждое из этих понятий имеет различный смысл. Охрана, в том числе правовая, означает создание предпосылок, условий для реализации права. Надобность в защите возникает в случае нарушения прав. Посягательство на охраняемый государством объект, выраженное в нарушениях предусмотренных законом охранительных мер, влечет за собой правовую защиту со стороны конкретных отраслей права. Такова, на наш взгляд, сложная взаимосвязь терминов «охрана» и «защита».
Правовой предпосылкой охраны семьи государством служит его конституция, где в том или ином виде формулируется задача охраны (защиты) семьи государством. Однако и здесь имеет место разнобой в употребляемых в тексте конституции терминах «охрана» и «защита». Причем такая неслаженность носит самое широкое распространение. Например, ст. 49 Конституции Китайской Народной Республики гласит: «Брак, семья, материнство и младенчество находятся под охраной государства»59. В то же время в общих положениях гражданского права КНР в ст. 104 гл. 4, посвященной личным правам, сказано: «Брак, семья, старость, материнство и младенчество охраняются законом»60.
Если обратиться к тексту конституций некоторых государств, входящих в Европейский союз, то нетрудно заметить: во-первых, налицо совпадение с общими положениями международно-правовых актов; во-вторых, имеет место употребление в разном контексте терминов «охрана» и «защита». Так, согласно п. 2 ст. 41 Конституции Ирландии, «государство гарантирует защиту Семьи, ее организацию и авторитет, как необходимую основу социального порядка, незаменимую для процветания народа и государства»61. И далее: «Государство берет на себя обязательство с особой тщательностью охранять институт брака, на котором основана семья, и защищать его от нападок»62.
В ст. 29 Конституции Италии зафиксировано: «Республика признает права семьи как естественного объединения, основанного на браке»63. Более подробно закрепляет положения, относящиеся к семье, Конституция Португалии: «Семья как основная ячейка общества имеет право на защиту со стороны общества и государства и на создание всех условий, которые позволили бы ее членам развиваться как личностям»64.
Основной закон Германии провозглашает: «Брак и семья находятся под особой защитой государства» (п. 1 ст. 6)65. Достаточно развернуты положения, касающиеся семьи, и в Конституции Греции. Так, согласно п. 1 ст. 21 семья рассматривается здесь как фундамент сохранения и развития нации; брак, материнство и детство находятся под охраной государства66. И далее: «многодетные семьи, инвалиды войны и мирного времени, жертвы войны, вдовы и сироты павших в войне, а также больные, страдающие неизлечимыми физическими и душевными болезнями, имеют право на особую заботу государства»67. В преамбуле Конституции Франции говорится о том, что нация обеспечивает личности и семье необходимые условия для их развития68.
Таким образом, далеко не все государства, входящие в Европейский союз, прямо определяют на конституционном уровне свое отношение к семье. Вместе с тем обращает на себя внимание использование международно-правовой идеи об охране (защите) семьи государством. Именно эта идея конкретизируется по-разному с акцентами либо на охране, либо на защите без проведения границ между ними, тогда как существующие различия между употребляемыми терминами можно увидеть благодаря тщательному анализу соответствующей статьи конституции.
Конституция Российской Федерации ограничивается констатацией заимствованного полностью из международно-правовых актов положения: "Материнство и детство, семья находятся под защитой государства" (п. 1 ст. 38). В Российской Федерации «обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства...» (п. 2 ст. 7).
Если же обратиться к тексту конституций стран СНГ, то можно наблюдать следующую картину. Конституция Азербайджана 1995 г. констатирует в ст. 17, посвященной семье и государству: «Семья как основная ячейка общества находится под особой опекой государства». Согласно ст. 32 Конституции Армении (1995 г.) «семья является естественной и основной ячейкой общества. Семья, материнство и детство находятся под опекой и защитой общества и государства». В Республике Беларусь Конституция 1996 г. гласит: «Брак, семья, материнство, отцовство и детство находятся под защитой государства» (ст. 32). В Грузии «государство содействует благосостоянию семьи. Права материнства и детства охраняются законом» (п. п. 2, 3 ст. 36 Конституции 1995 г.). Конституция Казахстана (1995 г.) провозглашает в п. 1 ст. 27: «Брак и семья, материнство, отцовство и детство находятся под защитой государства». По сути своей аналогично и закрепленное в п. 1 ст. 26 Конституции Киргизской Республики 1996 г. положение, из которого вытекает, что семья, отцовство, материнство и детство - предмет заботы всего общества и преимущественной охраны закона. В Молдове Конституция 1994 г. устанавливает, что «семья имеет право на защиту со стороны общества и государства» (ст. 48 (1)). И далее: «Государство экономическими и иными мерами способствует образованию семьи и выполнению ею своих функций». В п. 2 той же статьи сказано: «Государство покровительствует материнству и детству...»
Таким образом, и конституции стран СНГ по-разному воспринимают текст международно-правовых актов, либо полностью повторяя их, либо внося свои уточнения и добавления. Анализ конституционных предпосылок охраны (защиты) семьи позволяет объяснить причину возникновения в правовой теории споров относительно правового статуса семьи как самостоятельного субъекта охраны (защиты) со стороны государства. Еще задолго до возникновения подобного рода споров известные теоретики права О.С. Иоффе и М.Д. Шаргородский писали: «Семья - это определенный коллектив, который не признается единым субъектом ни в одной из отраслей права»69. Такой коллектив становится субъектом права лишь при определении у него установленных общественных и юридических качеств. А наличие правосубъектности такого коллектива означает, что последний рассматривается законом как единое лицо70.
В наше время семью как субъект права рассматривает директор Государственного научно-исследовательского института семьи и воспитания РАО и Минтруда России, доктор социологических наук, профессор С.В. Дармодехин. Он предлагает ввести в качестве основополагающих такие понятия, как правовой статус семьи, правоспособность семьи. По его мнению, охране семьи препятствуют следующее факторы: 1) недооценка правоспособности семьи; 2) отождествление «семейных» прав гражданина с правами семьи; 3) отсутствие полноценного социального статуса семьи.
Острота проблемы столь необходимой охраны семьи усугубляется тем, что, по мнению социологов, «у российской семьи, как малой группы, отсутствует право быть субъектом правовой действительности»71. «Это лишает семейную общность возможности не только нести всю меру социальной ответственности за свои действия, но и права быть объектом защиты своих интересов»72. Поэтому семья не может не только улучшить, но и сохранить на достигнутом уровне свое благосостояние73.
Не вносит ясности в проблему охраны семьи и утверждение о том, что ей мешает невнимание к «субъектной роли семьи», отсутствие стремления к формированию партнерских отношений семьи и государства, установление рационального баланса интересов в системе «семья - личность – государство». Вызывает недоумение мнение авторов, берущих за основу положение о том, что семья есть самостоятельный субъект охраны, их призыв к переходу семьи на условия «самообеспечения и развития». То же самое можно сказать об активизации роли семьи в части охраны здоровья ее членов: никто не сомневается, что члены семьи, нуждающиеся в медицинской помощи, к этому стремятся, но не все зависит от них, возможности государства в этом смысле шире.
Подобного рода рассуждения подпитываются и тем обстоятельством, что все чаще и чаще в средствах массовой информации звучит утверждение, что неблагополучное положение в семье, умаление ее авторитета объясняются недостатками семейного права, современного семейного законодательства, с чем трудно согласиться. Существует еще одно объяснение причин, подрывающих основы семьи, мешающих ее охране. Оно заключается в усилении противоречий между социумом и индивидом74.
Утверждение о том, что семья имеет свой правовой статус, означает, что она имеет определенные права и обязанности. На правовом языке это значит, что семья, семейный коллектив как таковой может совершать одобряемые (желательные) с точки зрения государства действия и поступки. Но эти действия совершают конкретные члены семьи, входящие в ее состав. Их поступки не носят коллективного характера. То же можно сказать и об обязанностях, обладателем которых в правовом смысле быть нельзя. Сколько бы ни говорили о правоспособности семьи, ее правах и обязанностях, ответственности семейного коллектива, они не существуют как правовые понятия, поэтому невозможно говорить о правовой охране семьи как таковой. Не случайно в теории права существует лишь две категории лиц как субъектов права - физические и юридические лица. Ни к тем, ни к другим семья не относится. Правовая охрана и защита семьи осуществляются благодаря охране, защите каждого ее члена. И не может быть ответственности семьи вообще, она существует лишь как нравственный постулат, и не более того. Ответственность - любую: гражданско-правовую, уголовную, семейно-правовую - несут только конкретные физические, а иногда и юридические лица.
Знакомство с конституционными предпосылками охраны (защиты) семьи позволило обратить внимание на ее особенности, разночтения упомянутых понятий, что, естественно, повлияло на Семейный кодекс. Так, СК РФ полностью воспроизводит текст ст. 38 Конституции РФ. Никаких добавлений на этот счет не делается, а внимание сосредоточено на осуществлении и защите семейных прав, исполнении семейных обязанностей граждан, а точнее - членов семьи, о чем бы ни шла речь - о браке, разводе, родительских правах и обязанностях, семейно-правовом статусе несовершеннолетнего, форме устройства тех, кто лишился родительского попечения.
Кодекс о браке и семье Республики Беларусь (1999 г.) относит к задачам семейного законодательства «укрепление семьи как естественной и основной ячейки общества на принципах общечеловеческой морали, недопущение ослабления и разрушения семейных связей» (ст. 1). Защите семьи государством посвящается специальная статья, где говорится: «Семья, являясь естественной и основной ячейкой общества, находится под защитой государства». И здесь же в развитие данного тезиса подчеркивается, что в сфере социальной политики государство считает приоритетной задачей защиту брака, семьи, охрану материнства, отцовства и детства (ст. 3).
Семейный кодекс Киргизской Республики (2003 г.) также ограничивается перечнем основных задач семейного законодательства, куда входят - как предмет особой заботы всего общества и преимущественной охраны государства - семья, отцовство, материнство и детство (ч. 1 ст. 1). В то же время уделяется внимание правам граждан в семье, отдельно провозглашается защита семейных прав как одна из основных задач семейного законодательства.
Семейный кодекс Республики Таджикистан (1998 г.) воспроизводит текст соответствующей статьи Конституции, т.е. относит к основным началам семейного законодательства тезис: «Семья, брак, материнство, отцовство и детство в Республике Таджикистан находятся под защитой государства» (п. 1 ст. 1). К основным началам семейного законодательства этот Кодекс причисляет и защиту семейных прав.
Кодекс о браке и семье Украины (2002 г.), отмечая, что семья является первичной и основной ячейкой общества, выделяет государственную охрану семьи, детства, материнства, отцовства, закрепляет положение о том, что государство создает условия для укрепления семьи (ст. 5). В отдельной статье специально говорится о защите семейных прав и интересов (ст. 18).
Закон Республики Казахстан о браке и семье (1998 г.) также провозглашает: «Брак и семья, материнство, отцовство и детство находятся под защитой государства» (п. 1 ст. 2). А ст. 4 Семейного кодекса Узбекистана (1998 г.) называется «Защита семьи, материнства, отцовства и детства». Раскрывая ее содержание, Кодекс провозглашает: «В Республике Узбекистан семья, материнство, отцовство и детство находятся под защитой государства. Материнство и детство в Республике Узбекистан пользуются почетом и уважением».
Таким образом, в семейные кодексы стран СНГ почти полностью «перекочевали» конституционные положения этих стран, поэтому они отличаются некоторой пестротой, использованием в разном контексте понятий «охрана» и «защита». Одновременно в некоторых кодексах как о задаче семейного законодательства говорится о создании условий для укрепления семьи, что, на наш взгляд, и есть охрана семьи государством. А, например, Семейный кодекс Украины, не ограничиваясь констатацией того факта, что семья находится под защитой государства, обращает внимание на то, что государство обеспечивает эту охрану. Вместе с тем следует отметить, что все семейные кодексы гораздо больше внимания уделяют защите прав членов семьи, посвящая ей значительную часть объема своего текста. Иначе говоря, налицо явный крен в сторону именно защиты прав физических лиц - членов семьи. Причем кроме правил общего порядка эти документы довольно подробно и конкретно излагают способы защиты нарушенных прав.
Другие кодексы (кроме семейных), регулирующие те или иные правоотношения, осуществляют охрану (защиту) семьи как таковой лишь косвенным образом, сообразуясь со своей спецификой, возможностями, пониманием термина «семья». Создавая с помощью своих норм (жилищных, наследственных, пенсионных и проч.) предпосылки более благоприятного существования, развития семьи, они тем самым служат ее правовой охране. Причем всякий раз это делается с учетом возможностей данной отрасли законодательства.
3. Защита прав несовершеннолетних детей
3.1 Правовые основы защиты семейных прав детей
Для выявления сущности принципа обеспечения приоритетной защиты прав и интересов несовершеннолетних прежде всего необходимо выяснить: из чего исходил законодатель, устанавливая нормы, в которых находит выражение этот принцип, и что представляет собой «руководящая идея», определяющая в данном случае одну из особенностей правового регулирования семейных отношений с участием детей?
Поставленные вопросы обусловливают необходимость раскрыть специфику правовых терминов и категорий, включенных в наименование исследуемого принципа. В частности, это приоритетность, интерес, права ребенка и защита.
Термин «приоритетность» впервые включен в Семейный кодекс РФ 1996 года. Государство придает важное и первостепенное значение обеспечению прав и интересов детей, их защите. Оно берет детей под свою охрану, избирая пути удовлетворения потребностей ребенка. Критерием этих потребностей служит «интерес». Интерес - это осознанная потребность. Прежде всего он должен осознаваться самим обществом, самим государством и быть выраженным в соответствующих правовых средствах. Регулируя общественные отношения по охране детства, государство при помощи правовых норм устанавливает, какие интересы детей охраняются законом и какой путь удовлетворения потребностей ребенка избирается государством. Интересы ребенка в первую очередь предполагают позитивное закрепление в законе субъективных прав детей и обязанностей родителей, других лиц по отношению к детям, а также закрепление гарантированного законом поведения, которое предоставляет возможность осуществления этих прав и обязанностей. Как видно, речь должна идти об охране интересов детей.
Если же субъективное право ребенка нарушается, а возложенные на родителей и других лиц обязанности не исполняются, применяются меры защиты. Однако из содержания п. 3 ст. 1 СК РФ следует, что законодатель предусматривает только защиту прав и интересов детей. Поэтому в наименование данного принципа необходимо включить охрану наряду с защитой. Это объясняется тем, что удовлетворение интересов ребенка осуществляется в первую очередь созданием определенных условий его жизни и воспитания, даже если сам ребенок не осознает этого.
Придавая интересам детей приоритетное значение, законодатель возлагает в первую очередь на родителя обязанность выразить действительный интерес ребенка и обеспечить его удовлетворение, ибо ребенок, не достигший совершеннолетия, подчас не способен правильно понять и оценить свои поступки. Интерес такого ребенка будет им самим не осознан. Поэтому реализация конкретного интереса ребенка осуществляется в основном не носителями интересов, а другими лицами (родителями, усыновителями, опекунами, попечителями). Охраняемый законом интерес ребенка удовлетворяется непосредственно поведением этих лиц. Но обязанные лица могут неверно представлять себе интересы детей, преуменьшая их (тогда интерес нуждается в государственной защите) либо преувеличивая в ущерб интересам общества и личности самого ребенка (в этом случае требуется ограничительное воздействие).
Отнесение того или иного интереса к числу юридически значимых (охраняемых) влечет определенные правовые последствия: он берется под государственную защиту. Таким образом, понятие «интересы ребенка» имеет емкое и многогранное содержание. В связи с этим представляется оправданным отсутствие в семейном законодательстве нормативного определения интересов ребенка. Е.М. Ворожейкин справедливо отмечал, что «интересы детей не есть раз и навсегда определенная категория. Содержание данного понятия меняется в зависимости от возраста детей, от состояния их развития и других факторов»75.
Не все права и интересы охраняются государством. Но когда государство заинтересовано в наилучшем обеспечении удовлетворения признаваемых обществом потребностей лица, а удовлетворение интересов осуществляется средствами, не противоречащими интересам общества и других граждан, оно берет интерес этого лица под свою охрану. Такая охрана интересов осуществляется при помощи правового регулирования общественной жизни и проявляется в двух формах: путем наделения одних членов общества субъективными правами и возложения на других юридической обязанности и путем предоставления лицам права прибегнуть к помощи компетентного органа для удовлетворения своих интересов76.
В СК РФ указание на охрану содержится лишь в одной норме. Так, согласно п. 1 ст. 70 СК РФ дела о лишении родительских прав рассматриваются по заявлению одного из родителей (лиц, их заменяющих), прокурора, а также по заявлению органов или учреждений, на которые возложены обязанности по охране прав несовершеннолетних (органов опеки и попечительства, комиссий по делам несовершеннолетних, учреждений для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, и др.). Сравнительный анализ приведенной нормы с правилами п. 1 ст. 145 СК РФ (речь идет о детях, над которыми устанавливается опека или попечительство) выявляет некоторые противоречия. В частности, в п. 1 ст. 145 СК РФ говорится о защите прав и интересов детей, а в п. 1 ст. 70 СК РФ предусмотрена охрана прав несовершеннолетних, хотя речь идет об одном и том же субъекте - органе опеки и попечительства. Между тем следует исходить из того, что охрана - это более широкое понятие и его необходимо рассматривать как основное положение семейного права. Однако законодатель пошел по пути преимущественного закрепления защиты семейных прав и интересов (см. статьи 8, 56, 64, 68, 121, 145, 148, 149 СК РФ). Считаем, что при таком подходе деятельность в обеспечении прав и интересов детей ограничена.
Как известно, при всей близости понятий «охрана прав» и «защита прав» они все же не тождественны. Целесообразно рассматривать их в качестве хотя и тесно связанных, но относительно самостоятельных явлений. Этот вопрос является предметом давних научных дискуссий.
Обеспечение защиты прав и интересов несовершеннолетних происходит прежде всего посредством добровольного соблюдения юридических норм, без всяких элементов принуждения со стороны государственных органов. Кроме того, охрана препятствует использованию права (например, родительского) не по