Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Кража с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище

Кража с незаконным проникновением в жилище, помещение или иное хранилище

закона открытым похищением является такое хищение, которое совершается в присутствии потерпевшего либо посторонних лиц, когда виновный сознает, что присутствующие понимают характер его действий, но игнорирует данное обстоятельство.

Как видно из материалов дела, Макеева – знакомая Захарищева. Договорившись между собой, они пришли в комнату, где раньше бывал Захарищев, с целью распить спиртное и остались там ночевать. Захарищев, увидев под кроватью магнитолу, предложил Макеевой совершить кражу, но она отказалась и впоследствии безразлично отнеслась к его преступным действиям. Таким образом, к свидетелю Макеевой не относится понятие "постороннего или другого лица", в присутствии которого совершена кража личного имущества. Захарищев создавал, что Макеева для него близкий человек, и был уверен в сохранении тайны похищения.

Поэтому действия Захарищева подлежат квалификации как кража».1

Таким образом, когда собственник или иные лица видели, что совершается хищение, однако виновный, исходя из окружающей обстановки, полагал, что действует тайно, содеянное также является тайным хищением чужого имущества.

В целях отграничения двух названных составов преступлений, необходимо, прежде всего, проанализировать объективные признаки хищения, установить, как было произведено хищение: тайно или открыто?

Как пояснил Пленум ВС РФ в своем Постановлении от 27.12.2002 №29, если присутствующее при незаконном изъятии чужого имущества лицо не сознает противоправность этих действий либо является близким родственником виновного, который рассчитывает в связи с этим на то, что в ходе изъятия имущества он не встретит противодействия со стороны указанного лица, содеянное следует квалифицировать как кражу чужого имущества. Если перечисленные лица принимали меры к пресечению хищения чужого имущества (например, требовали прекратить эти противоправные действия), то ответственность виновного за содеянное наступает по статье 161 УК РФ.

Если в ходе совершения кражи действия виновного обнаруживаются собственником или иным владельцем имущества либо другими лицами, однако виновный, сознавая это, продолжает совершать незаконное изъятие имущества или его удержание, содеянное следует квалифицировать как грабеж, а в случае применения насилия, опасного для жизни или здоровья, либо угрозы применения такого насилия – как разбой.

При отграничении разбоя и кражи необходимо учитывать, что при разбое совершение насилия в отношении потерпевшего направлено на совершение хищения. В этой связи, прежде всего необходимо проанализировать факторы, при которых было совершено насилие. Приведем пример из практики: «С. пришел переночевать в дом к своей родственнице – тете. Она его не пустила и между ними возникла ссора, в результате которой С. избил родственницу, причинив черепно-мозговую травму, от чего наступила ее смерть; положив труп на кровать, он снял с убитой золотые изделия, т.е. совершил убийство и кражу.

При таких обстоятельствах у суда не было оснований для квалификации действий С. как разбойного нападения, сопряженного с убийством из корыстных побуждений.

С учетом того, что С. совершил еще несколько краж, его действия по кассационному протесту прокурора переквалифицированы с п. "в" ч. 3 ст. 162 и п."з" ч.2 ст. 105 УК РФ на п."б" ч.2 ст. 158 и ч.1 ст. 105 УК РФ (совершение кражи неоднократно и убийство)».1

Кражу необходимо отграничивать от неправомерного завладения автомобилем или иным транспортным средством без цели хищения (ст.166 УК РФ).

В п. 5 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24 апреля 1995 г. N 5 "О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности" разъяснено, что угон отличается от хищения умыслом, направленным не на обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, а на противоправное временное пользование этим имуществом в корыстных или иных целях без согласия собственника или иного владельца.

Необходимо отличать кражу и от присвоения и растраты (ст.160 УК РФ). Присвоение либо растрата от кражи отличается тем, что виновный использует имеющиеся у него правомочия в отношении похищаемого им имущества.

Как отмечается в Постановлении Пленума ВС СССР от 11.07.72 №4, как присвоение либо растрата вверенного или находящегося в ведении государственного или общественного имущества должно квалифицироваться незаконное безвозмездное обращение в свою собственность или в собственность другого лица имущества, находящегося в правомерном владении виновного, который в силу должностных обязанностей, договорных отношений или специального поручения государственной или общественной организации осуществлял в отношении этого имущества правомочия по распоряжению, управлению, доставке или хранению (кладовщик, экспедитор, агент по снабжению, продавец, кассир и другие лица). Изъятие имущества, вверенного виновному, путем замены его на менее ценное – совершенное с целью присвоения или обращения в собственность других лиц, должно квалифицироваться как хищение в размере стоимости изъятого имущества.2

Хищение государственного или общественного имущества, совершенное лицом, не обладающим указанными выше правомочиями, но имеющим к нему допуск в связи с порученной работой либо выполнением служебных обязанностей, подлежит квалификации как кража.

Подобным образом необходимо отграничивать кражу и от самоуправства (ст.330 УК РФ).

Как подчеркивается в п.7 Постановления пленума ВС РФ от 27.12.2002 №29, не образуют состава кражи... противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а, например, с целью его временного использования с последующим возвращением собственнику либо в связи с предполагаемым правом на это имущество. В зависимости от обстоятельств дела такие действия при наличии к тому оснований подлежат квалификации по статье 330 УК РФ или другим статьям УК РФ.

Приведем пример из судебной практики: «Бородин был осужден за кражу. Бородин украл ключи у своей малолетней дочери, с помощью которых проник в квартиру своей бывшей жены – Бородиной И. и тайно похитил ее личное имущество: две шубы, дубленку, кожаную куртку и другие вещи на общую сумму 1155050 руб., причинив тем самым потерпевшей значительный материальный ущерб.

Заместитель Генерального прокурора РФ в протесте поставил вопрос об изменении приговора, переквалификации действий Бородина П. с кражи на самоуправство.

Признавая Бородина виновным в совершении кражи личного имущества у своей бывшей жены – Бородиной И., суд сослался на ее показания, а также на показания свидетелей, протокол осмотра места происшествия.

Однако эти материалы дела не доказывают наличие у Бородина П. умысла на совершение кражи.

Свидетели подтвердили лишь факт завладения Бородиным личными вещами своей бывшей жены. Показания Бородиной И., крайне заинтересованной в исходе дела, также не свидетельствуют об умысле ее бывшего мужа на совершение кражи ее личных вещей и безвозмездности их изъятия у нее.

На протяжении предварительного следствия и в судебном заседании Бородин П. пояснял, что после расторжения брака с Бородиной И. раздел совместно нажитого ими имущества он не производил, из квартиры, ранее принадлежавшей его родителям, не выписывался, права на эту жилую площадь не потерял, проживал в маленькой комнате, а жена и несовершеннолетняя дочь – в большой. В квартире находились его личные вещи. Жена всячески пыталась избавиться от его присутствия в квартире, так как у нее был сожитель Никаноров. Бородина И. поставила вторую, металлическую дверь и зайти в квартиру он не мог, поскольку ключей она ему не дала. Он стал проживать в разных местах. Бородина И. часто уезжала в командировки, а дочь практически все время жила у его родителей. В один из таких периодов он открыл квартиру взятыми у дочери ключами и обнаружил, что исчезли его вещи и часть мебели.

В связи с тем, что в квартире не оказалось его имущества, он взял часть вещей бывшей жены. Вещи не продавал, а оставил на хранение у своего знакомого, так как собирался вернуть их потом жене, но не успел этого сделать до ареста: не было подходящего случая, чтобы согласовать вопросы пользования вещами и квартирой с бывшей женой.

Часть мебели он забрал по согласованию с Бородиной И. и временно пользовался, а взамен он привез другую мебель и также на время поставил в своей комнате.

Как пояснил Бородин П., данный факт нельзя считать каким-либо разделом имущества, поскольку этот вопрос он с бывшей женой еще не согласовывал, в квартире находилось все совместно нажитое ими имущество и вещи его родителей.

Показания Бородина П. о том, что он завладел личными вещами своей бывшей жены лишь для того, чтобы использовать это обстоятельство для разрешения взаимных претензий по разделу жилой площади и с целью возврата своего имущества, подтвердили свидетели Бородина Т. и Коргуева.

Бородин П. не скрывал, что взял у своей бывшей жены ее вещи. Об этом он говорил и своему знакомому Вахрину, который, будучи допрошенным в качестве свидетеля, подтвердил, что Бородин П. оставил у него на хранение вещи бывшей жены.

Потерпевшая Бородина И. не отрицала, что после расторжения брака с Бородиным совместно нажитое имущество они не делили.

Таким образом, как видно из дела, супруги Бородины хотя и расторгли брак, но раздел жилья и имущества не производили. Бородина И. осталась проживать в квартире, принадлежавшей ранее родителям мужа, где находилось не только совместно нажитое имущество, но и предметы обихода, оставленные его родителями, и его личные вещи.

Бородина И. принимала все меры к тому, чтобы полностью завладеть квартирой и выписать Бородина П. Со слов Бородина П., подтвержденных показаниями свидетелей Бородиной Т., Коргуевой, он предлагал бывшей жене варианты обмена квартиры, но она не соглашалась.

Эти показания, как и заявление Бородина П. о возврате Бородиной И. всего имущества, которое он взял в ее отсутствие в квартире, материалами дела не опровергнуты.

Показания Бородиной И. о том, что бывший муж не вернул часть вещей на сумму 275 тыс. руб., доказательствами по делу не подтверждены.

При таких обстоятельствах суд принял ошибочное решение, усмотрев в действиях Бородина П. кражу, поскольку необходимым элементом данного состава преступления является умышленное незаконное и безвозмездное завладение с корыстной целью личным имуществом. Доказательств, которые бы объективно подтверждали наличие в действиях Бородина П. умысла на безвозмездное завладение имуществом своей бывшей жены, не имеется».1

Таким образом, не образуют состава кражи противоправные действия, направленные на завладение чужим имуществом не с корыстной целью, а в связи с предполагаемым правом на это имущество.

Не образуют состава кражи и иные деяния, при которых виновный хоть и получает противоправно и безвозмездно чужое имущество, но устремления его направлены не на преступную наживу, а на достижение иных целей (например, на получение средств по подложному больничному листку в целях оправдания прогула, на удержание вверенного имущества в счет причитающейся в будущем зарплаты). Такие действия при наличии необходимых признаков могут образовать состав злоупотребления должностными полномочиями (ст. 285 УК РФ), служебного подлога (ст. 292 УК РФ).

Общее понятие хищения в УК РФ относится не только к преступлениям против собственности и уже не зависит от объекта посягательства. Следовательно, признаки, обязательные ранее только для хищения чужого имущества (безвозмездность, корыстная цель, причинение имущественного ущерба и др.) как преступления против собственности, теперь должны присутствовать при совершении также любого иного хищения (похищения), предусмотренного Особенной часть УК РФ.1

Видовым объектом кражи, совершенной с незаконным проникновением в жилище, является собственность. Родовым объектом являются общественные отношения в сфере экономики.

В качестве непосредственных объектов выступают, во-первых, вид собственности, в которой находится похищаемое имущество (основной объект). Во-вторых, дополнительный объект – личное конституционное право гражданина Российской Федерации на неприкосновенность жилища, (ст.ст. 25, 64 Конституции Российской Федерации).

Предметом кражи, совершенной с незаконным проникновением в жилище, является чужое имущество.

Пленум Верховного Суда РФ в п. 1 своего постановления от 25 апреля 1995 г. «О некоторых вопросах применения судами законодательства об ответственности за преступления против собственности» разъяснил, что чужим следует считать имущество, «не находящееся в собственности или законном владении виновного».2

Предметом кражи, совершенной с незаконным проникновением в жилище, может быть только движимое имущество.

Пленум Верховного Суда РФ в своем постановлении от 27 апреля 1993 года разъяснил, что в случаях, когда во время кражи с незаконным проникновением в жилище граждан похищаются наркотические средства или психотропные вещества, то данное деяние необходимо квалифицировать по ст. 229 УК РФ.

В случаях кражи с незаконным проникновением в жилище и похищением радиоактивных материалов деяние квалифицируется по ст. 221 УК РФ.1

Предмет преступления – это факультативный признак состава преступления, представляющий собой материальную вещь объективного существующего мира, в связи и по поводу которой совершается преступление.2

В случаях, когда предмет кражи с незаконным проникновением в жилище находится в обычном гражданском обороте, то преступление будет квалифицировано по ст. 158 ч. 3 УК РФ.

В случаях, когда во время кражи с незаконным проникновением в жилище похищаются боеприпасы, оружие, взрывчатые вещества и взрывные устройства, то деяние квалифицируется по ст. 226 УК РФ.

Объективной стороной кражи с незаконным проникновением в жилище является деяние в форме тайного хищения имущества. Это предполагает извлечение имущества из владения другого лица тайным способом.

Будучи одним из элементов состава преступления, объективная сторона является обязательной предпосылкой уголовной ответственности. Важность объективной стороны преступления обусловлена тем, что она служит основанием разграничения преступных деяний между собой, а также преступных и иных противоправных деяний.

Объективная сторона кражи, совершенной с незаконным проникновением в жилище, предполагает материальный состав преступления и складывается из деяния, его общественно опасных последствий и причинной связи между деяниями и последствиями.

Преступное деяние, образующее кражу, возможно только в форме сложного по составу активного действия, которое представляет собой противоправное безвозмездное изъятие чужого имущества в пользу виновного или других лиц.

Противоправность кражи, совершенной с незаконным проникновением в жилище, заключается в том, что у субъекта нет оснований, вытекающих из норм иных отраслей права (гражданского, трудового и др.) на обращение изымаемого имущества в собственность неуправомоченных лиц.

Безвозмездность действий субъекта предполагает, что он, производя обращение чужого имущества в свою пользу, не возмещает собственнику (владельцу) надлежащего эквивалента в денежной или натуральной форме.

Изъятие может пониматься как физическое извлечение имущественных ценностей из чужого владения.

Тайной будет такая кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище, которая совершается скрытно от лица, владеющего имуществом, либо иных лиц.

Кража, совершенная с незаконным проникновением в жилище, считается оконченной, если имущество изъято, и виновный или лица, в пользу которых он действовал, приобрели реальную возможность пользоваться и распоряжаться им по своему усмотрению как собственным.1

Субъективная сторона кражи, совершаемой с незаконным проникновением в жилище, характеризуется прямым умыслом и корыстной целью.

По своей структуре умысел активно действующего субъекта рассматриваемой кражи вписывается в законодательное определение прямого умысла (ч. 2 ст. 25), в соответствии с которым лицо сознает общественную опасность своих действий, предвидит неизбежность общественно опасных последствий и желает наступления этих последствий.

Субъект кражи, прежде всего, сознает, что он осуществляет воздействие на имущественные ценности, ему не принадлежащие, а само это воздействие заключается в незаконном и безвозмездном обращении данного имущества в собственность самого виновного или иных неуправомоченных лиц.

Субъект кражи предвидит неизбежность наступления общественно опасных последствий своего поведения в виде недостачи имущества на стороне собственника (владельца) и адекватной прибыли имущества на собственной стороне, в пользу которых он действует. Волевой момент умысла расхитителя характеризуется желанием наступления предвидимых последствий ради обогащения самого субъекта или иных лиц незаконным путем.

Субъектом кражи с незаконным проникновением в жилище является вменяемое физическое лицо, достигшее 14-летнего возраста.

Субъектом исследуемой кражи может быть только физическое лицо. Понятие физического лица определено в ст. 48 ГК РФ. Это граждане Российской Федерации, иностранные граждане, а также лица без гражданства.

Согласно ст. 20 УК ответственность за кражу, в том числе с проникновением в жилище, наступает с 14 лет ко времени совершения преступления.

ст. 25 Конституции Российской Федерации неприкосновенность жилища (дополнительный объект преступления).

Жилище – это строение или помещение в нем, предназначенное для постоянного или временного проживания людей (индивидуальный дом, квартира, комната в гостинице или общежитии, дача, садовый домик и т.п.).

Пленум Верховного Суда СССР предложил судам считать жилищем «также те его составные части, которые используются для отдыха, хранения имущества либо удовлетворения иных потребностей человека (балконы, застекленные веранды, кладовые и т.п.)».

В практике некоторых судов купе поезда признается временным жилищем пассажиров, в связи с этим действие лица, похитившего чужое личное имущество из купе, квалифицируют как кражу с проникновением в жилище. Такое мнение ошибочно, т.к. поезд служит транспортным средством и для проживания в нем людей не предназначен.1

Но кража имущества из каюты, служащей временным жилищем для команды теплохода, может быть квалифицирована как совершенная с проникновением в жилище. Также решается вопрос о квалификации краж из строительных вагончиков, сборных домиков, палаток, «бытовок» и других временных сооружений, специально приспособленных и используемых в качестве жилья на строительстве железных дорог, ЛЭП и других сооружений, в изыскательских партиях, на охотничьих промыслах и т.п.

Для вменения рассматриваемого квалифицирующего признака необходимо установить не только, откуда совершено хищение, но и особый способ действия, а именно – «с проникновением» и по месту хранения имущества.

Как мы уже отмечали, Пленум Верховного Суда СССР в постановлении от 26 апреля 1984 г. № 2 разъяснил, что «проникновение» – это тайное или открытое вторжение в помещение, иное хранилище или жилище с целью совершения кражи. Оно может совершаться как с преодолением препятствий или сопротивления людей, так и без этого. «Проникновение» может быть осуществлено также с помощью приспособлений, когда виновный извлекает похищаемые предметы без входа в соответствующее помещение.

Если виновный имел свободный доступ в жилое помещение (как временный жилец или член семьи) либо вошел туда на законных основаниях (в качестве гостя или для производства каких-либо работ), то совершение им в этой ситуации кражи не дает основания для применения данного квалифицирующего признака ввиду отсутствия незаконности проникновения.

В судебной практике встречались случаи ошибочного осуждения за кражу с проникновением в жилище, когда установлено, что виновный правомерно оказался в жилище потерпевшего, а умысел на хищение сформировался у него уже при нахождении в жилище.

В заключение мы хотим отметить, что все составные элементы рассматриваемого квалифицирующего признака одинаково обязательны и должны оцениваться в единстве. При отсутствии хотя бы одного из названных элементов данный признак не должен применяться. Так, кража вещей с подоконника открытого окна без вторжения внутрь жилого помещения и без применения каких-либо приспособлений не может квалифицироваться как кража с проникновением в жилище.


Заключение


Развитие уголовного законодательства об ответственности за хищения и такого квалифицирующего признака как проникновение в жилище, помещение или иное хранилище шло достаточно противоречивым путем, ввиду происходивших в нашей стране общественных изменений в целом, будь то классовые противоречия и др. На протяжении многих веков основным и глазным объектом уголовно-правовой защиты являлись государственные интересы. Охрана государственной и общественной собственности имела больший приоритет, чем охрана личного имущества граждан.

Понятие хищения, как преступления против собственности имеет свое содержание и признаки, позволяющие выделять его среди массы преступных посягательств, причиняющих вред собственнику или иному владельцу имущества. Состав же преступления, именуемого хищением, содержит свою самостоятельную структуру, систему объективных и субъективных элементов и признаков. Диссертант полагает, что не совсем верно объединять признаки хищения и признаки состава хищения. Установление в действиях виновного состава преступления (хищения) позволяет делать вывод о наличии основания уголовной ответственности. Необходимо более точно определить предмет хищения, разделив имущество на движимое и недвижимое, решить вопрос о квалификации фактов незаконного захвата предприятий, организаций, фирм и других помещений.

Основным непосредственным объектом хищения является собственность конкретного лица (физического или юридического), которой в результате совершения преступления причиняется материальный ущерб.

Не являются предметом хищения документы, которые не содержат в себе каких-либо имущественных прав или не являются суррогатами валюты и не могут в силу этого выступать в денежном обороте в качестве средства платежа, например, счета, подлежащего оплате товарного чека торговых предприятий, товарных накладных, квитанций и т.д. Если они похищались виновным с целью их последующей подделки и использования в дальнейшем в качестве средства обманного получения имущественных ценностей либо денежных средств, содеянное должно расцениваться как приготовление к мошенничеству.

Под причинной связью, как признаком объективной стороны хищения в форме кражи и грабежа, как материальных составов, следует понимать связь между преступным изъятием или завладением имуществом, представляющим собой причину, и общественно опасным последствием – материальным ущербом собственнику, являющимся следствием.

Важная роль в составах исследуемых преступлений отводится способу изъятия, который оказался комплексным, т.е. основной способ изъятия имущества дополнен признаком, характеризующим поведение виновного перед изъятием.

Виновный желает изъять чужое имущество с преодолением определенных преград или с применением насилия, т.е. проявляет больший криминальный напор и наглость и тем самым подтверждает свою особую опасность для охраняемых интересов. Кроме того, такой вид хищения дополнен важным объективным признаком – место совершения преступления: помещение или иное хранилище.

Ни в одном из соответствующих постановлений Пленума Верховного Суда РФ нет конкретных разъяснений по правилам квалификации специальных хищений, совершенных с обстоятельствами, указанными в ст. 158 УК.

В заключение работы подведем итоги проделанному исследованию.

1. Под хищением понимаются совершенные с корыстной целью противоправные безвозмездное изъятие и (или) обращение чужого имущества в пользу виновного или других лиц, причинившие ущерб собственнику или иному владельцу этого имущества.

Признаками хищения являются: корыстная цель, противоправность, безвозмездность изъятия, чужое имущество, обращение его в пользу виновного или других лиц, причинение вреда собственнику.

На наш взгляд, легальное понятие хищения требует пересмотра.

Необходимо более четко определить границы действия данного определения, его содержание.

Так, дискуссионным является включение в число обязательных признаков хищения: корыстность; чужое имущество.

2. В зависимости от способа совершения преступления в УК РФ выделяются такие формы хищения, как кража (ст. 158), мошенничество (ст. 159), присвоение или растрата (ст. 160), грабеж (ст. 161), разбой (ст. 162). Особое место в УК занимает вымогательство (ст. 163), не относящееся к хищениям, но обладающее рядом одинаковых с ними признаков.

3. Кража является формой хищения и определяется законом как тайное хищение чужого имущества.

Тайное хищение (кража) предполагает, что незаконное изъятие имущества происходит в отсутствие собственника или иного владельца этого имущества, или посторонних лиц либо хотя и в их присутствии, но незаметно для них.

4. Объективно кража выражается в изъятии чужого имущества для последующего обращения его в свою пользу или пользу других лиц.

Кража считается оконченной, если имущество изъято, и виновный имеет реальную возможность распорядиться им по своему усмотрению и пользоваться.

Один из признаков объективной стороны кражи – причинение преступлением материального ущерба собственнику или иному владельцу имущества. Обязательным признаком кражи является – безвозмездность.

5. Объектом кражи может быть как движимое, так и недвижимое имущество.

6. Субъектом хищения, совершенного путем кражи, может быть лицо, достигшее 14-летнего возраста.

7. С субъективной стороны кража, предполагает наличие у виновного прямого умысла (ч.2 ст.25 УК РФ), направленного на преступное завладение чужим имуществом с целью обращения его в свою пользу или передачу с корыстной целью другим лицам.

8. Необходимо отграничивать кражу и от ряда иных составов преступлений, которые не являются разновидностями хищения, однако их зачастую путают с кражей.

9. Законодатель пошел по пути снижения санкций за совершение кражи. На наш взгляд это не оправдано, тем более что официальная статистика уровня краж в общей доли преступности составляет до 50% (тогда как неофициальная статистика приближается к 80-90%).

Между тем, уровень преступности, и в частности, уровень совершения преступлений против собственности всегда отображает социально-экономическое состояние общества и государства. Исходя из этого можно сделать вывод, что с каждым годом, число краж должно уменьшаться, т.к. растет благосостояние общества.

Список литературы


Нормативные документы

Конституция Российской Федерации. – М.: Юристъ, 2005. – 114 с.

Уголовный кодекс Российской Федерации (по сост. на 25 марта 2003 г.). – М.: Юрайт, 2003. – 156 с.

Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации: Принят Государственной Думой 22 ноября 2001 г.: Одобрен Советом Федерации 5 декабря 2001 г. – СПб.: Юрид. Центр Пресс, 2002. – 960 с.

Об использовании атомной энергии : Закон РФ от 2 ноября 1995 г. с изм. и доп. на 01 09.2007 // ЭБД «Кодекс».

Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г. №4 "О судебной практике по делам о хищениях государственного и общественного имущества" // Сборник постановлений Пленума Верховного Суда СССР 1924-1977. – Ч. 2. – М.: "Известия". – 1978.

Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 11 июля 1972 г., п. 10. Постановление Пленума Верховного Суда СССР от 5 сентября 1986 г., п. 14.

Постановление Президиума Верховного Суда РФ от 25 мая 2005 г. №147-П05: Извлечение // www.sudrf

Пленум Верховного Суда СССР. Постановление от 5 сентября 1986 г. №1. Сборник постановлений Пленумов по уголовным делам.

Судебная практика

Кассационное определение СК по уголовным делам Верховного Суда РФ от 19 января 2005 г. №66-о04-126.

Архив Красноярского городского суда за 2006 г. Дело №1-119/006.

Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1986. – №2.

Бюллетень Верховного Суда РСФСР. – 1993. – № 1.

Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1995. – № 7.

Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1996. – №11.

Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1999. – № 2.

Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2001. – №7.

Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2004. – №4.

Бюллетень Верховного Суда СССР. – 1986. – № 6 // www.sudrf

Дело 1-121 из архива Железнодорожного городского суда г.Красноярска.

Дело 1-49/2004 из архива Железнодорожного городского суда г.Красноярска.

Обзор надзорной практики Судебной коллегии по уголовным делам ВС РФ за 2004 год // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 2005. – № 9.

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ за третий квартал 1998 г. по уголовным делам (утв. постановлением Президиума Верховного Суда РФ от 2 декабря 1998 г.) // Бюллетень Верховного Суда РФ. – 1999. – №13.

Обзор судебной практики за 2006 г. // www.sudrf

Определение СК Верховного Суда РФ от 10 сентября 1994 г. «Самоуправные действия лица необоснованно расценены как кража личного имущества» (Извлечение) // Бюллетень Верховного Суда Российской Федерации. – 1995. – №4.

Определение Судебной коллегии Верховного суда РФ от 5 июля 1994 г. : Обоснованная переквалификация действий виновного со ст. 145 на ст. 144 УК.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 28 марта 1994 г. по делу Климова // БВС РФ. – 1994. – №4.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 20 марта 2001 г. по делу Кудрявцева // ЭБД «Кодекс».

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 16 апреля 1998 г. по делу Варламова и Яковлева // БВС РФ. – 1999. – №2. – С. 12-13.

Определение Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 24 ноября 2000 г. по делу Кривцова и Рузаева // БВС РФ.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: