Права человека в истории международного права
Гавин Райт, как мы видим, делает акцент на основных правах человека. Права человека, как уже заявлял Адам Смит, выступают основными принципами для мирового права8. Но, как мною было показано, должны быть разработаны принципы основных прав человека помимо экономических, социальных и культурных прав человека. Попытка сделать это была предпринята в настоящем исследовании.
2.3 Различные точки зрения в истории политико-правовой мысли на проблему прав человека
Заслугой Карла Маркса – и важность ее нельзя безосновательно недооценивать – является то, что он отдал приоритет этой области проблем, – неуважению первичного права человека «труд порождает собственность трудящегося на продукт его труда» в своем «Капитале». Выводы К. Маркса действительно не имеют основой право или права человека, но определяются политическими соображениями. Социально-политическим ядром его теории выступает незаработанная прибавочная стоимость капиталистов: «Собственность ныне выступает на стороне капиталиста как право присвоения неоплаченного труда других лиц – его продукта, на стороне трудящегося – как невозможность овладеть им».
По историческим и социально-политическим причинам Карл Маркс сделал свой выбор не в пользу общих прав человека. Но для справедливой и научной оценки позиции Карла Маркса следует принимать во внимание «дух времени» первой половины XIX в., а также его социально-политическую цель – «царство свободы». Тогда станет очевидным, что Карл Маркс не хотел развивать некую абстрактную «философию свободы». Его задачей выступала «научная теория исторической необходимости и конкретное освобождение человека».
Маркс пишет следующее по поводу сравнения индивидуальной свободы в докапиталистических (случай 1) и капиталистических социальных условиях (случай 2):
«Поскольку отдельный индивид не может расстаться со своими личными качествами, но вполне может преодолеть внешние обстоятельства и утвердить себя, представляется, что он имеет большую свободу в случае 2 (т.е. в капиталистических социальных условиях). Однако более тщательное исследование этих внешних отношений, условий все же доказывает, что для индивидов, класса невозможно преодолеть их, не ликвидировав вовсе. Может случиться так, что индивидуальная личность одержит победу над ними, но не победят все те. кто находится под властью этих условий, поскольку их истинное существование означает подчинение и необходимое подчинение им индивидов».
Для Маркса «свобода в этой сфере» может «только означать, что организованные коллективно люди, ассоциированные производители, рационально регулируют свой обмен веществ с природой и совместно контролируют его вместо того, чтобы отдать себя во власть ему как некой слепой силе»? Итак, совместно контролируемые законы – цель Маркса; здесь находит свое выражение демократическая идея. Если мы присоединим к этим соображениям идею о том, что труд человека согласно естественному праву, необходим, тогда, очевидно, важно понять следующее: «Естественные законы не могут быть упразднены. При исторически различных условиях может быть изменена только организационная структура, в соответствии с которой эти законы приобретают влияние». Это может быть социализм, осуществленный как государственная собственность на продукт труда, частный капитализм в западном индустриальном мире и собственность трудящихся в соответствии с моей основной философией.
По Марксу, присвоение трудящимися продукта их труда являлось результатом этого труда на основании естественного права. Итак, первичное право человека «труд порождает право собственности трудящегося на продукт его труда» признавалось с точки зрения его потенциального практического эффекта, правового последствия. Вопрос о его практической реализации в коллективном трудовом процессе должен был разрешаться посредством юридически обоснованного общего контроля.
Социально-экономические
основные принципы
идей Маркса
– поскольку
они здесь уместны
– предполагают
возможность
связи с единственным
прирожденным,
неизменным
и неотчуждаемым
правом на свободу
и равенство,
на которое
указывал Кант.
Его структуры
и формы могут
изменяться
на практике,
как это очевидно
в отношении
первичного
права человека
«труд порождает
собственность
трудящегося
на продукт его
труда», но оно
никогда не
может быть
упразднено.
Что касается формы, то Маркс предвидел – что может быть выведено из Коммунистического Манифеста – революционное упразднение частной собственности на средства производства и на само производство и создание коммунистического общества. По моему мнению, однако, желаемой целью выступает частная совместная собственность или совместное владение трудящимися продуктом их труда, соучастие трудящегося в принятии решений на предприятии и социальная демократия. Пути и формы, при помощи которых должна достигаться цель – «царство свободы», – отличны друг от друга.
Но позволительно ли нам вообще ссылаться на Карла Маркса? После народного восстания в ГДР в октябре 1989 г. политический лозунг: «Карл Маркс умер – Да здравствует Людвиг Эрхард!» должен был быть услышан в ФРГ. Мне бы хотелось в этой связи процитировать Джона Кеннета Гэлбрэйта:
«Маркс видел многие тенденции капиталистического развития, но он не обладал сверхъестественной властью предугадать в свое время все, что в конечном счете произойдет. После Маркса случилось многое, что должно быть принято во внимание. Но поскольку он так долго был запретен для честной мысли, честность и мужество ныне ассоциируются с полным признанием системы. Это означает замену одного несовершенного видения экономического общества другим. Честность и, возможно, также мужество ассоциируются с принятием того, что существует.
Полагаю, что трудящийся в частнокапиталистической системе, несомненно, не получает своей справедливой заработной платы, соответствующей правам человека9.
Подлежат оспариванию способы, избранные коммунизмом и социализмом для разрешения проблемы справедливого распределения продукта труда: государственная собственность на средства производства, тотальное государственное регулирование экономики. Тезис о том, что для реализации принципа равенства необходимо сильное государство, однако, не является открытием Карла Маркса, а восходит к Монтескье, Гоббсу, Руссо и Фихте. Принимая во внимание знания Маркса о реализации прав человека в отношении трудящегося в эпоху Просвещения и Французской революции, понятно, что он требовал сильного государства для того, чтобы реализовать принцип равенства. Им двигала вера в то, что сильное государство отменит себя позднее в «царстве свободы».
Даже если государственный капитализм и государственные экономические монополии оказались непригодными для реализации •царства свободы», это не оправдывает вывода о том, что проблема правового положения трудящегося не может быть разрешена на базе теоретического коммунизма или социализма. Конституционные, обеспеченные правовыми санкциями обязательства политики, политических, административных, исполнительных органов и усиление влияния индивида могут гарантировать возможные средства для разрешения этой проблемы.
Ограничения политических и гражданских прав человека в западных индустриальных государствах Европы и тот факт, что не были признаны экономические и социальные права человека, в частности первичное право человека «труд порождает собственность трудящегося на продукт его труда», возможно, породили следующее: в правящих политических системах, в индивидуалистичном частном капитализме капиталу, т.е. материальным ценностям, отдали приоритет перед правами человека, экономическими и социальными правами в особенности. Поэтому основы индивидуализма, так же как и демократии и рыночной экономики, были искажены таким образом, что свобода трудящегося значительно была ограничена. Эти искажения не могут быть исправлены правом на забастовку, как это практиковалось в западном мире. Здесь также конституционные постановления, обеспеченные правовыми санкциями в судах, предназначенные для политики, политических, административных и исполнительных органов, возможно, предоставят способ разрешения этой проблемы.
Системы являются структурами порядка, абстракциями целей и особенно норм и ценностей прав человека. Соответствующие практикуемые политические системы характеризуются идеологической основой; это означает с точки зрения прав человека, что рядом с некоторыми элементами, провозглашенными справедливыми, они также скрывают элементы, которые провозглашают неправильными, требуя признания на веру.
Это
заявление
применимо также
к так называемой
социальной
рыночной экономике,
практикуемой
в Федеративной
Республике
Германии. Данная
концепция не
учитывает
первичное право
человека «труд
порождает право
собственности
трудящегося
на продукт его
труда». Вместо
этого ссылаются
на гуманность.
Итак, продукт
труда передается
в собственность
одного предпринимателя.
В случаях крайней
необходимости,
однако, государство
обязано оказывать
социальную
помощь из налоговых
фондов. Не следует
отказываться
от рассмотрения
этой идеи. Однако
она не подходит
для создания
основы положения
трудящегося
в соответствии
с правами человека.
Гуманитарная
государственная
помощь должна
быть ограничена
теми случаями,
когда самопомощь
оказывается
невозможной
вследствие
физических
или умственных
недостатков
или других
препятствий
либо когда
необходимо
защитить специальные
интересы государства.
По меньшей мере
неоправданно
избегать первичного
права человека
«труд порождает
право собственности
трудящегося
на продукт его
труда», ссылаясь
на аргумент
«гуманности».
Обращение к
этике, которое
можно наблюдать
в настоящее
время, особенно
в связи с так
называемым
спонсорством
части экономики,
также не может
освободить
частный капитализм,
примененный
на практике,
от этого идеологического
недостатка.
Рыночная экономика, основанная на свободе и равенстве в соответствии с правами человека в понимании Адама Смита, разработанная в рамках структуры так называемой социальной рыночной экономики в ФРГ, не заключает в себе совокупную основу прав человека.
В практической политической жизни – в соответствии с хорошо известной тактикой «образ врага» – права человека, которые признаются в рамках своей собственной идеологии, используются теми, кто находится у власти, для порицания других правителей, которые признают не эти определенные, а другие права человека, за нарушения «нрав человека» и для прославления собственного властного положения. Недостатки в защите прав человека в своих системах тщательно скрываются. Итак, более не существует какой-либо заботы об основе прав человека, и в частности права на свободу и равенство. Что касается первичного права человека «труд порождает собственность трудящегося на продукт его труда», то следует отдать дань уважения Карлу Марксу за то, что он боролся за его реализацию. В связи с этим недостатком я писал следующее в своем эссе «Internationales Handelsrecht und Weltfrienden – Eine Bestandsauf nahme».
«Если эти идеи оспаривались как коммунистические, то это объясняется тем фактом, что самое сокровенное содержание высоких идеалов, из которых выросли системы демократических государств, – а именно свобода, равенство и ответственность, – были забыты или умышленно деформированы и отчасти использовались группами давления как фиговый листок для того, чтобы скрыть свое властное положение и свои привилегии»10.
Следующее событие – очень уместное в этом контексте, – описанное Гуннаром Майрдэлом, которое произошло, но вполне могло случиться и в Германии, «имеет гибельный скрытый смысл для духовного состояния наших народов»: «Многие из нас помнят практичную шутку, разыгранную американским журналистом, который пожелал увидеть, как человек с улиц будет реагировать на глубоко чтимые формулировки «Декларации независимости» и «Геттисбергского обращения», не будучи информирован об их происхождении. Он обнаружил, что люди считают их коммунистической пропагандой.»
Столкнувшись с современными изменениями в Восточной Европе и учитывая тот факт, что основные экономические и социальные права более не принимаются во внимание, хотя они являются частью европейского «общего наследия», английский историк Арнольд Тойнби и английский футурист Роберт Теобальд могут предоставить объяснение. В своей работе «Изменение и привычка» Арнольд Тойнби говорит: «Коммунизм ошибался не в требовании справедливости, но в принесении в жертву свободы во имя нее… Индивидуализм ошибался не в требовании священности и неприкосновенности человеческих личностей, но в принесении в жертву этому социальной справедливости».
Вильям Расберри, трактуя взгляды Р. Теобальда в своей статье «Нет причины для торжества», опубликованной в 1989 г., говорит следующее:
«Недавние события в Восточной Европе, возможно, сигнализируют о крушении коммунизма и конце «холодной войны». Но прежде чем вы успеваете откупорить шампанское, Роберт Теобальд произносит слова предостережения: крушение коммунизма не обязательно является оправданием капитализма американского стиля.
Экономическая система, которую Москва некогда считала Стихией будущего, продемонстрировала свои теоретические и практические изъяны: она не работает. Но решительные изменения в Европе скрывают другой факт, который, как полагает Теобальд, американцам хорошо бы учитывать: «американская система также не работает».
В отношении признания экономических и социальных прав человека этим заявлениям может быть придано особое значение.
В заключение мне бы хотелось возвратиться к причинам данных критических заявлений.
Главными фигурами демократии выступают свобода и равенство людей, которые имеют своим результатом самостоятельность и ответственность за свои действия. Единственным прирожденным, неизменным и неотчуждаемым правом человека является право на свободу и равенство, которое есть квинтеэссенция человеческого достоинства. Они к тому же должны быть школой, при помощи которой следует оценивать все конкретные применения основных прав.
Свобода
и равенство
являются также
основой справедливости.
Ограничению
основных прав
человека
политическими
и частными,
гражданскими
отношениями
между государством
и его гражданами
нет оправдания.
Необходимо
включение
экономических
и социальных
отношений, так
же как и взаимных
отношений между
гражданами.
Предметы,
предоставляемые
на этой земле
природой, так
же как и экономические,
социологические
и социальные
условия на этой
планете, различаются,
разнообразятся
и могут изменяться.
Однако в демократии
необходимые
различные
правовые
постановления
и соответствующие
изменения
должны всегда
оцениваться
с точки зрения
«исконного
права» на свободу
и равенство.
Тот факт, что
человек – при
самоопределении
и ответственности
за свои действия
– может удовлетворять
свои потребности
и справедливые
интересы только
трудом, подтверждает,
что оправданно
называть потребность
человека в
труде естественным
правом. Из этого
тогда следует,
что должно быть
признано первичное
право человека
«труд порождает
собственность
трудящегося
на продукт его
труда».
Если «демократия» – в переводе с греческого – означает правление народа, то с точки зрения прав человека это означает организацию жизни в сообществе на основе свободы и равенства; последние составляют решающие элементы человеческого достоинства и являются причиной общего блага, всеобщего благосостояния. Для их реализации необходимо принимать во внимание индивидуальный и коллективный контракт, особенно трудовой, как и соучастие в принятии решений. В индустриальном обществе самоопределение и ответственность индивида за свои действия отходят на задний план и их место занимают коллективные системы порядка. Так, Альфред Гроссер справедливо рассуждает об «узком лезвии свободы» (Der schmale Grat der Freiheit, 1981). Вопрос об общем благе приобретает все больший и больший вес. Признание прав человека в качестве исходного пункта требует, чтобы индивидуальным членам общества было предоставлено в первую очередь это право решения или совместного решения.
Таким образом, в парламентской демократии неоправданно ограничивать участие народа выборами в парламент. Должны быть признаны плебисциты и референдумы, когда затрагиваются важные вопросы. Следовательно, необходимо «просвещение» народа и информирование его о реальных фактах и ситуации. Перед объективной наукой следует поставить задачу объяснения и информирования людей о решающих вопросах. В коллективном, особенно в индустриальном, мире труда право человека «труд порождает собственность трудящегося на продукт его труда», заложенное природой, приводит к соучастию в принятии решений и совместной ответственности, т.е. к демократическим условиям. В производных системах право на труд также должно быть признано.
Вышесказанное, следовательно, показывает траекторию пути к социальной и экономической справедливости в сфере индустриального мира труда11.
Иммануил Кант рассматривал права человека, особенно право на свободу и равенство, в качестве основы всеобщего мира, осуществляемого при помощи мировой торговли отдельных лиц. В этом пункте кантианская философия соответствует философии Адама Смита для естественного общества. В настоящее время экономика в индустриальных обществах формируется такими организациями, как юридические лица, объединения и группы интересов. Многонациональные предприятия используют эти организационные формы, и это означает власть. Следовательно, кантианская философия всеобщего мира должна рассматриваться в соответствии с этими новыми условиями в производных системах. Следует исследовать связи между правами человека, всеобщим миром и мировой торговлей с учетом явлений индустриального общества. Вопрос о том, была ли недавняя война против агрессора Ирака оправданной с точки зрения прав человека, может служить примером, заслуживающим в этом отношении дальнейшего изучения.
3. Права человека и международные отношения
3.1 Происхождение прав человека
Можно утверждать, что, знакомясь с проблемой, нам обязательно приходит на ум несколько вопросов: как понимать права и свободы человека? в чем их сущность? как они зародились и развивались? Попытаемся удовлетворить этот интерес. Хорошо известно, что деятельность людей издревле предполагала их взаимосвязь и вместе с тем столкновение, противоборство, поскольку каждый индивид жил собственными интересами. Постепенно складывались нормы взаимоотношений людей, которые пытались примирить противоположные интересы и предпочтения индивидов в рамках определенного способа производства, духовной культуры, государственности. Каждый человек претендует на некий объем материальных (пища, еда, жилье, предметы быта и прочее) и духовных благ (религия, мифология, искусство, книги и т.д.) и на определенные условия жизни. Эти блага мы и называем правами человека. Что же касается свобод человека, то их юридическая природа и система гарантий, по мнению правоведов и политологов, практически ничем не отличается от его прав. Использование понятия «права и свободы человека» – это, скорее, дань традиции, которая коренится в ХУШ-Х1Х в.в.
Но каким должен быть объем благ человека? Очевидно, что он призван удовлетворять различные материальные и духовные потребности человека. Нетрудно догадаться, что этот объем варьируется в зависимости от исторической эпохи, развитости государства и общества, а также ниши, которую тот или иной индивид занимает в обществе. Само собой разумеется, что, например, древнерусский князь или боярин располагали большими благами по сравнению с крестьянином. Аналогичная картина и в случае со среднеазиатским богачом и дехканином.
Длительное время права человека носили не универсальный, но сословный, классовый характер. Больше того: древний мир знал людей полностью лишенных каких-либо человеческих прав. В Спарте – это илоты; в древнем Риме – это рабы, которых считали «говорящим орудием». И все же само зарождение идеи прав человека в 5–6 в.в. до нашей эры в античных городах – государствах (Афины, Рим), а также появление принципа гражданства означали серьезный шаг к свободе и прогрессу. Ведь даже античный раб был свободнее первобытного дикаря. Ученые установили, что так называемый «золотой век» человечества (первобытнообщинный строй) с его «первобытным равенством» на самом деле означал отсутствие свободы для людей, жесткую регламентацию их деятельности, косность и консерватизм форм жизни.
Права и свободы человека в древнем мире получили правовое, философское и нравственно-религиозное освящение. Знакомясь, например, с мифами Древней Греции, мы найдем множество сюжетов по этому поводу. В Греции зародилась теория естественных прав человека. Дорогого стоит лаконичный девиз того времени: «Мера всех вещей – человек – существующих, что они существуют, а несуществующих, что они не существуют». В нем, словно в капле воды, отразилось мировоззрение той эпохи, утверждающей ценность человеческой жизни и прав человека.
Парадоксально развивались идеи древнего мира в средневековье. Феодальные общества основывались, как известно, на внеэкономическом принуждении (например, крепостные крестьяне в России, французские сервы и т.д.), сословной иерархии, всеобщей зависимости, бесправии громадной массы людей. Каждое сословие наделялось определенными правами и обязанностями. Сословность пронизывала буквально все сферы жизни. Тем не менее, именно в средневековой Европе горожане ведут отчаянную освободительную борьбу со своими знатными притеснителями – герцогами, баронами, маркграфами и т.д. Именно в средневековой Англии появилась знаменитая Великая хартия Вольностей (1215 г.) короля Иоанна Безземельного, которая ограничила права короля (в основном в интересах аристократии) и предоставила некоторые привилегии рыцарству, верхушке свободного крестьянства, городам. Важнейшее значение имели статьи Хартии, регулирующие наказание свободных людей. Читаем: «Впредь никакой чиновник не должен привлекать кого-либо к ответу (на суде, с применением ордалий) лишь на основании своего собственного устного заявления, не привлекая для этого заслуживающих доверия свидетелей». И далее: «Ни один свободный человек не будет арестован или заключен в тюрьму, или лишен владения, или объявлен стоящим, вне закона, или изгнан, или каким-либо (иным) способом обездолен, и мы не пойдем на него и не пошлем на него иначе, как по законному приговору равных его (его пэров) и по закону страны» 1. Значение Хартии в целом заключается в том, что это была попытка создать такое экономическое устройство жизни, которое учитывало бы интересы и защищало права граждан от произвола высшей власти более или менее демократическими методами. В 1628 г. в Англии появился другой важный документ в сфере прав и свобод человека, призванный защитить подданных от произвола королевской администрации – Петиция о праве. Спустя пятьдесят лет так называемый Хабеас корпус установил гарантии неприкосновенности личности, принцип презумпции невиновности и ряд других важных положений по защите прав личности. Билль о правах 1689 г. расширил и углубил понимание прав и свобод человека, установил свободу слова и прений в парламенте, свободу выборов в парламент, право обращения подданных к королю.
Таким образом, Англия сыграла в средневековье «пионерскую» для всего мира роль в сфере прав и свобод человека. Но в тогдашней Европе мы видим и противоположную тенденцию. Например, в германских государствах или в России, где в 1649 г. была окончательно закрепощена основная масса крестьян, некогда вольных общинников.
XVIII век принес грандиозные перемены в осмысление и реализацию прав и свобод человека. Основываясь на опыте и идеях своих предшественников, вожди американского Просвещенияи американской революции Т. Пейн и Т. Джефферсон развили теорию естественного права, отметив, что все люди по природе являются в равной степени свободными и независимыми и обладают определенными прирожденными правами, коих они – при вступлении в общественное состояние – не могут лишить себя и своих потомков каким-либо соглашением, а именно правом на жизнь и свободу посредством приобретения и владения собственностью, правом на стремление к счастью и безопасности. Эти мысли составили фундамент Декларации прав Вирджинии 1776 г., которая явилась первым государственным определением прав человек, давшим толчок европейской революции XVIII век. Названный документ в свою очередь лег в основание знаменитой Декларации независимости 1776 г. Позже американцы приняли Конституцию страны, которая с поправками действует уже на протяжении более двухсот лет1.
В Старом Свете огромную роль в подготовке Великой французской революции – этого мощного общеевропейского локомотива прогрессивных преобразований – сыграли Ж. Руссо, Г. Гроций, Ш. Монтескье и другие мыслители. Знаменитая французская Декларация прав и свобод человека и гражданина (1789 г.) утверждала, что люди рождаются свободными и равными в правах, цель всякого политического союза – обеспечение естественных и неотъемлемых прав человека – свободы, собственности, безопасности и сопротивления угнетению. Декларация провозглашала презумпцию невиновности – этого краеугольного принципа уголовного судопроизводства, свободу совести, мнений, печати, гарантии личных и иных прав граждан. Значение Декларации в том, что она оказала огромное влияние на политику и практику многих государств в сфере прав и свобод человека, способствовала радикальному преобразованию их политической, экономической и социально-культурной жизни.
Вся последующая история мировой цивилизации была нелегким восхождением к пониманию универсальности прав и свобод человека, появлению все новых и новых достижений в этой области, например, завоевание прав женщин, в частности, избирательных, признание правосубъектности за другими категориями и слоями населения. Так постепенно складывался каталог важнейших документов в сфере прав и свобод человека.
Современные универсальные и региональные документы по правам человека
Основной массив этих документов появился в XX веке и особенно после Второй мировой войны, которая, как никакое другое всемирно-историческое событие, показала ужасающую бездну моральной деградации, «расчеловечения» идеологии, политики и практики «тысячелетнего рейха» и его союзников. Совместными усилиями, ценой огромных жертв страны антигитлеровской коалиции (СССР, СИТА, Великобритания, Франция, Австралия, Канада, Новая Зеландия, Индия и др.) не только отстояли гуманистические принципы человеческого общежития, но и создали предпосылки их дальнейшего развития. В преамбуле Устава ООН выражалась решимость «вновь утвердить веру в основные права человека, в достоинство и ценность человеческой личности, в равноправие мужчин и женщин и в равенство прав больших и малых наций». Знаменитый Нюрнбергский процесс впервые в мировой истории заклеймил военные преступления, преступления против мира и человечности (всего погибло более 50 миллионов людей!), а виновную в них верхушку фашистских режимов приговорил к смертной казни или длительным срокам тюремного заключения. Японскую военщину, также ответственную за аналогичные преступления, осудил Токийский трибунал.
В послевоенное время приняты десятки универсальных и региональных документов по правам человека. Назовем некоторые из них.
Универсальные:
Устав ООН (1945 г.)
Всеобщая декларация прав человека (1948 г.);
Конвенция о статусе беженцев (1951 г.);
Конвенция о статусе апатридов (1954 г.);
Международный пакт об экономических, социальных и культурных правах (1966 г.);
Международный пакт о гражданских и политических правах (1966 г.);
Факультативные протоколы к Международному пакту о гражданских и политических правах (1966 г.);
Конвенция о ликвидации всех форм дискриминации в отношении женщин (1979 г.);
Конвенция против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания (1984 г.);
Конвенция о правах ребенка (1989 г.) и другие.
Региональные:
Совет Европы:
Европейская социальная хартия (1961 г.);
Европейская Конвенция о взаимной правовой помощи по уголовным делам (1959 г.);
Европейская хартия о местном самоуправлении (1985 г.);
Европейская Конвенция по предупреждению пыток и бесчеловечного или унижающего достоинства обращения или наказания (1987 г.) и др.
Европейский союз:
Договор о Европейском союзе (1992 г.);
Хартия Европейского союза об основных правах (2000 г.);
ОБСЕ:
Заключительный акт Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе (1975 г.):
Парижская хартия для новой Европы (1990 г.) и др.
СНГ:
Конвенция об обеспечении прав лиц, принадлежащих к национальным меньшинствам (1992 г.);
Соглашение о помощи беженцам и вынужденным переселенцам (1994 г.) и др.
Существуют и такие региональные документы по правам человека, как американская Декларация прав и обязанностей человека (1948 г.) и Африканская хартия прав человека и народов (1981 г.).
• Как мы видим, уже само название перечисленных документов показывает многогранность проблемы прав и свобод человека. Среди этих прав отметим те, которые непосредственно связаны с деятельностью органов пограничного контроля. Это, прежде всего, международные нормы по трансграничному передвижению лиц (преимущественно право человека на свободу передвижения и выбор местожительства) и управлению границами. Так, Всеобщая декларация прав человека предусматривает право каждого человека покидать любую страну, включая собственную, и возвращаться в свою страну, а также право искать убежище от преследования в других странах и пользоваться этим убежищем. Женевская конвенция о беженцах 1951 г. регулирует вопросы удостоверений личности, проездных документов, въезда, в том числе незаконного, и пребывания беженцев на территории тех государств, которые являются участниками конвенции'.
Международный пакт о гражданских и политических правах также фиксирует право лиц на выезд из любой страны, включая собственную. Важным установлением пакта является запрещение произвольного лишения граждан на въезд в свою собственную страну.
Важные положения по пересечению государственных границ в гуманитарных и иных целях формулирует Заключительный Акт Общеевропейского Совещания по безопасности и сотрудничеству (Хельсинки, 1975 г.). Государства-члены обязались благожелательно рассматривать просьбы лиц о трансграничных поездках на временной или регулярной основе для встреч с членами своих семей. Предусматривалась также помощь государств-членов в воссоединении семей, заключении браков между гражданами различных государств, а также в осуществлении поездок граждан по личным или профессиональным причинам. В частности, государства намеревались постепенно упрощать и гибко применять порядок выезда и въезда, облегчать порядок передвижения граждан из. других государств-участников по их территории с должным учетом требований безопасности, постепенно снижать, где это необходимо, сборы за визы и официальные проездные документы и прочее1.
Итоговый документ Венской встречи (1986 г.) представителей государств – участников Совещания по безопасности и сотрудничеству в Европе констатировал, что «государства-участники будут уважать право каждого человека покидать любую страну, включая собственную, и возвращаться в свою страну в соответствии с международными обязательствами государств но международному праву и обязательствами по ОБСЕ. Ограничения этого права, подчеркивалось в документе, будут носить характер весьма редких исключений и будут считаться необходимыми лишь в тех случаях, когда они отвечают конкретной общественной потребности, преследуют законную цель и соразмерны этой цели и не будут предметом злоупотребления или произвольного применения».
Различные аспекты трансграничного передвижения отражены также в следующих международных документах:
Чикагская конвенция о международной гражданской авиации 1944 г.;
Конвенция ООН по железнодорожному и автомобильному транспорту 1949 г.;
Соглашение Организации сотрудничества железных дорог 1957 г.;
Таможенная конвенция о международной перевозке грузов 1959 г.;
Конвенция по облегчению международного морского судоходства 1965 г.;
Конвенция Международной Организации Груда о трудящихся-мигрантах (1949 г.);
Международный ветеринарный кодекс. Издание Международного эпизоотического Бюро;
Международные медико-санитарные правила (ВОЗ, 2005 г.) и другие.
Основные черты, типы и пределы реализации прав и свобод человека
Современная концепция прав человека наделяет ими каждого индивида, независимо от его пола, расы, цвета кожи, религиозных и политических убеждений, национальности, социального статуса, материального положения. Правам человека присуще:
всеобщность, т.е. принадлежность каждому и любому индивиду, независимо от страны гражданства или проживания, а также от признания и соблюдения этих прав;
универсальность – основные права и свободы опираются на общепризнанные мировым сообществом ценности.
естественность, т.е. своим происхождением права обязаны не милости государства или политического руководства страны, но самим фактом рождения человека. Все люди рождаются свободными и наделяются общепризнанными определенными правами;
не отчуждаемость, т.е. невозможность отказа от своих прав, а также невозможность лишения индивида основных прав и свобод;
интегральность, т.е. их неделимость, взаимосвязь и взаимозависимость;
равенство и отсутствие дискриминации, т.е. недопустимость каких-либо «кастовых» различий, помимо тех, которые признаются в демократическом обществе.
В настоящее время принято выделять: гражданские права (на жизнь и здоровье, на гражданство, на достоинство личности, свободу и