Функционирование и современное состояние гражданско-правового института исковой давности в Российской Федерации
Итак, учитывая вышеизложенное, автор считает, что необходимо в рассматриваемой норме указать по возможности полный перечень уважительных причин, которые известны законодателю, используя при этом опыт российской судебной практики.
Совершенно ясно, что вопрос о восстановлении исковой давности может ставиться лишь потерпевшим - гражданином. Вопрос рассматривается в процессе разбирательства дела по существу. При восстановлении исковой давности в решении указываются мотивы, в силу которых причина пропуска срока признана судом уважительной. Конечно, восстановление рассматриваемого срока, пропущенного по уважительной причине, судом само по себе не предрешает исход спора по существу. Проверка и оценка доказательств могут привести как к удовлетворению иска, так и к отказу в иске, если по материалам дела требование истца не обосновано по существу.
Согласно содержанию анализируемой статьи, суд вправе восстановить срок исковой давности, только если уважительные причины имели место в последние б месяцев срока исковой давности, а если срок равен 6 месяцам - в течение исковой давности.
Таким образом, нами проведен анализ таких правовых конструкций, как приостановление, перерыв и восстановление срока исковой давности, закрепленных в ст.ст. 202 - 205 Гражданского кодекса РФ. В завершение анализа отметим, что указанные конструкции регламентируются не только Гражданским кодексом РФ, но и другими нормативно-правовыми актами.
Следует указать, что имеются некоторые противоречия норм данных законов друг другу, например: ст. 304 Кодекса торгового мореплавания и п. 3 ст. 202, п. З ст. 797 ГК РФ. Необходимо привести нормы в соответствие с основным гражданским законом, тем более что на это есть прямое указание в Гражданском кодексе РФ - абз.2 п.2 ст. 3: "Нормы гражданского права, содержащиеся в других законах, должны соответствовать настоящему Кодексу".
Одним из наиболее актуальных и важных вопросов теории гражданского права был и остается вопрос о правовых последствиях истечения исковой давности.
Автор согласен с мнением ряда ученых,71 которые считают, что истечение срока исковой давности само по себе не означает прекращения возможности принудительного осуществления субъективного права. Таким моментом является лишь вынесение судом решения об отказе в иске по мотиву пропуска исковой давности. Поэтому они считают, что исполнение, произведенное до вынесения такого решения, будет основываться не на мнимом либо прекратившемся, но на действительном праве.72 Думается, что именно на этот случай и была принята ст. 206 ГК РФ, т.е. дабы обосновать действия должника по исполнению им обязательств после истечения давностного срока. Причем, как известно, если бы это произошло в период действия срока исковой давности, то такое исполнение обязательств свидетельствовало бы о перерыве указанного срока.
Автор считает, что ст. 206 ГК РФ точно передает содержание и юридическую суть исковой давности (в соответствии с теоретико-правовым пониманием данного института), поэтому внесения каких-либо уточнений или изменений не требуется.
Необходимо остановиться еще на одном, на наш взгляд, немаловажном моменте и несколько подробнее рассмотреть разницу в правовых последствиях истечения срока исковой давности и пресекательного срока. Пресекательные сроки "предоставляют управомоченному лицу строго определенное время для реализации своего права".73
Таким образом, истечение исковой давности по тому или иному требованию приводит только к погашению его способности быть принудительно осуществленным с помощью юрисдикционного органа, но само требование продолжает существовать, хотя и может быть теперь удовлетворено обязанным лицом лишь в добровольном порядке, а между тем при истечении пресекательного срока соответствующее регулятивное субъективное право или требование прекращается - собственно, именно в этом и состоит принципиальное различие между указанными типами гражданско-правовых сроков. Поэтому, например, поручитель, возместивший кредитору причиненные должником убытки после того, как пресекательный срок по требованию кредитора к поручителю о возмещении убытков истек, приобретает право на компенсацию утраченного имущества (ст. 1102 ГК РФ), в то время как должник, совершивший исполнение по требованию о возмещении убытков после истечения срока исковой давности, не вправе требовать исполненное обратно (ст. 206; п.2 ст. 1109 ГК РФ).
Подробнее исследуем ст. 207 ГК РФ, которая гласит, что "с истечением срока исковой давности по главному требованию истекает срок исковой давности и по дополнительным требованиям (неустойка, залог, поручительство и т.п.)". Так, например, при истечении срока исковой давности по требованию о возврате или уплате денежных средств истекает рассматриваемый срок по требованию об уплате процентов, начисляемых в соответствии со ст. 395 ГК РФ. При истечении данного срока по требованию о возвращении неосновательного обогащения (ст.ст. 1104, 1105 ГК РФ) истекает срок исковой давности по требованию о возмещении неполученных доходов (ст. 1107 ГК РФ). Нетрудно увидеть, что, рассматривая истечение исковой давности по главным и дополнительным требованиям, эта статья имеет в виду исключительно охранительные материально-правовые требования (требования об исполнении обязательства в натуре, требования об уплате неустойки, требования об уплате процентов за неправомерное уклонение от уплаты основного долга и т.д.).
Следует отметить, что анализируемая статья позволяет дать определение дополнительного требования - это требование, основанное на законе или ином правовом акте либо предусмотренное в договоре, неразрывно связанное с основным требованием и обеспечивающее его исполнение. Причем такие требования погашаются исковой давностью вместе с основным долгом независимо от того, основана ли уплата процентов и неустойки на законе или договоре, даже в случае, если особый срок исковой давности по ним не истек. Возражение должника против иска по основному требованию на основании истечения исковой давности, если на этом основании в иске отказано, одновременно относится к обеспечению обязательства залогом, поручительством, задатком, т.е. при отказе в иске за пропуском рассматриваемого срока все дополнительные и связанные с основным долгом требования также лишаются юридической защиты независимо от того, заявлено ли против них основанное на законе возражение или нет.74
На первый взгляд все представляется вполне понятным. Тем не менее может возникнуть неадекватное понимание данной статьи. Так, бывают случаи, когда по дополнительным требованиям могут быть установлены сокращенные сроки исковой давности (например, по неустойке, штрафу). В связи с этим срок исковой давности по дополнительным требованиям в ряде случаев может уже истечь, а по главному - продолжаться. Необходимо отметить, что при рассмотрении иска в вышеуказанной ситуации суд применяет исковую давность только к дополнительным требованиям.
Неверное понимание ст. 207 ГК РФ может привести к неправильному выводу, например, что срок исковой давности по главному требованию продлевает этот срок и по дополнительному требованию, если он является сокращенным сроком. Подобное понимание анализируемой статьи неверно. Ст. 207 ГК РФ относится к дополнительным требованиям, срок исковой давности которых более продолжительный, чем давностный срок по главному требованию. С учетом вышеизложенного автор пришел к мнению о необходимости внесения некоторых изменений и уточнений в легальную формулировку вышеуказанной статьи, которая будет изложена далее.
Также следует особо остановиться на самом перечне дополнительных требований, который приводится в действующей ст. 207 ГК РФ не исчерпывающим образом. Так, наряду с залогом, поручительством к ним можно отнести и пеню, и штраф (ст. З 30 ГК РФ), и задаток (ст. 380 ГК РФ), и уплату процентов (ст. 395 ГК РФ), и банковскую гарантию (ст. 368 ГК РФ).
Известно, что правило должно быть конкретным и точным, и если указывается какой-либо перечень требований, то он должен быть подробным и исчерпывающим, дабы исключить иную трактовку и неправильное понимание. Помещение законодателем в примерный перечень таких дополнительных требований лишь некоторых способов обеспечения исполнения обязательств может навести на мысль, что никаких других, кроме обеспечительных требований, это правило не затрагивает. Подобное понимание было бы ошибочным.
Автор считает необходимым остановиться и на некоторых рассмотренных ранее моментах, которые связаны с истечением срока исковой давности. Как известно, право на иск не зависит от истечения каких бы то ни было сроков в соответствии с ч. 1 ст. 199 ГК РФ, т.е. любое заинтересованное лицо вправе предъявить в суд требование о защите своего нарушенного права независимо от того, истек срок исковой давности или нет.
Остановимся на анализе вышеуказанной статьи подробнее. Мы выяснили, что нельзя отказать лицу в принятии искового заявления на том основании, что к моменту обращения с иском в суд срок исковой давности истек. Таким образом, суд обязан рассмотреть иск по существу, а значит, исследовать все обстоятельства, оценивать доказательства, предоставленные сторонами, заслушивать свидетелей, экспертов и т.д.
Однако необходимо отметить наличие противоречий в действующем законодательстве, а именно: в указанном ниже случае регулирование исковой давности основывается на двух противоположных теоретических положениях. С одной стороны, известно, что, согласно диспозиции ст. 199 ГК РФ, срок исковой давности не является пресекательным, т.е. с его истечением прекращается не субъективное право участника гражданского оборота, а только право на судебную защиту этого существующего гражданского права. Но из главы 60 ГК РФ "Обязательства вследствие неосновательного обогащения" следует, что пропуск сроков исковой давности погашает такие субъективные права, а любые имущественные поступления по обязательству являются неосновательным обогащением кредитора, хотя и не подлежащим возврату (ст. 1109 ГК РФ). Думается, необходимо ликвидировать не вполне удачное законодательное решение, данное в ст.1109 ГК РФ, которое противоречит норме ст. 199 действующего ГК РФ.
Итак, на основании проведенного исследования вышеуказанных норм автор пришел к следующим выводам:
- анализ ст. 206 ГК РФ показал, что каких-либо противоречий и неточностей, которые требовали бы внесения существенных изменений и уточнений в действующее гражданское законодательство, в данной статье не имеется. Более того, в анализируемой статье достаточно точно и лаконично передана основная идея данной нормы, а именно: с истечением срока исковой давности способность искового требования подлежать принудительному осуществлению юрисдикционным органом погашается, но само требование продолжает существовать, хотя и может быть теперь удовлетворено обязанным лицом лишь в добровольном порядке;
- необходимо внести некоторые коррективы в формулировку ст.207 ГК РФ. Автор предлагает свою редакцию данной статьи ГК РФ: "Если срок исковой давности по дополнительному требованию более продолжительный, чем давностный срок по главному требованию, то срок исковой давности истекает одновременно как по главному, так и по всем другим дополнительным требованиям, непосредственно связанным с основным требованием".
2.2 Проблемы применения норм, устанавливающих сроки исковой давности
С момента вступления в силу ГК РФ накопилась довольно объемная практика применения судебными органами норм гл.12 ГК РФ. Как выяснилось в ходе этого исследования, в процессе применения российскими судами норм об исковой давности имели место:
• применение норм исковой давности не только по заявлению сторон в споре, но и по собственной инициативе суда;
• игнорирование судами заявления о пропуске срока исковой давности;
• заявление о пропуске срока исковой давности третьими лицами;
• распространение заявления о пропуске исковой давности, сделанного одним из соответчиков на других соответчиков (в т.ч. при солидарной ответственности).
В судебной практике возникали:
• вопросы о форме заявления о пропуске исковой давности (письменной либо устной);
• вопросы о начале течения срока исковой давности в отношении требований о признании недействительной оспоримой сделки;
• проблемы конкретизации требований, прямо не предусмотренных ст. 208 ГК РФ, на которые исковая давность не распространяется, и т.д.
Для разъяснения указанных выше и иных спорных вопросов было, в частности, издано Постановление объединенного Пленума Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации "О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности" № 15/18 от 12 и 15 ноября 2001 г.
В ст.1. указанного постановления, посвященной толкованию ст. 195 ГК РФ, особо отмечается, что "под правом лица, подлежащим защите судом, следует понимать субъективное гражданское право конкретного лица". Тем самым подчеркивается недопустимость расширительного толкования данной нормы. Между тем посредством предъявления исковых требований в суде возможна защита не только нарушенного субъективного права, но и не нарушенного, а лишь оспариваемого субъективного права, а также охраняемого законом интереса (правового интереса). В этом же пункте указанного постановления говорится, что исковая давность не может применяться к случаям оспаривания нормативного правового акта, если иное не предусмотрено законом.
За истекшие со времени принятия ГК РФ годы практика поставила ряд непростых вопросов, касающихся применения исковой давности по заявлению стороны в споре. Так, ст. 199 ГК РФ, законодатель запретил суду "вспоминать" об исковой давности, предоставив возможность сделать это сторонам спора. Поэтому Верховный Суд Российской Федерации в своем постановлении особо указывает, что "суд может по своей инициативе поставить на обсуждение лиц, участвующих в деле, любой вопрос, имеющий, по его мнению, юридическое значение, кроме касающегося исковой давности, поскольку специальная норма материального права (п.2 ст. 199 ГК РФ) связывает применение исковой давности только с тем, будет ли заявлено об этом стороной в споре".75
Понятно, что суд ни в коей мере не должен поднимать вопрос об исковой давности по собственной инициативе, как бы это ни казалось ему справедливым. Ведь иное было бы попросту подсказкой для ответчика, а это вступает в противоречие с принципами состязательности в гражданском процессе и беспристрастности суда. Однако до сих пор на практике еще встречаются подобные случаи, и именно об этом свидетельствуют постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 6023/06 от 29 февраля 2006 г.76, № 2491/07 от 24 апреля 2007 г.77 и др.
В частности, известный отечественный исследователь проблем применения исковой давности в гражданском процессе Э. Гаврилов описал ряд случаев, когда суд по своей инициативе ставит вопрос о применении исковой давности, что, естественно, поддерживается ответчиком.78 И если после этого выносится решение, отказывающее в иске со ссылкой на пропуск исковой давности, то такое решение, видимо, не противоречит закону: ведь совершенно невозможно доказать, что ответчик не заявил бы сам об этом сроке, даже если бы суд ему не напомнил об этом. Очевидно, что суд не имеет полномочия требовать от какой-либо из сторон по делу представлять доказательства или давать объяснения по вопросу истечения рассматриваемого срока, если заявления о применении исковой давности не было. И указание на пропуск данного срока, если заявление не было сделано ответчиком (возможно, хотя и менее вероятно, истцом), в определении суда о подготовке дела к судебному разбирательству абсолютно недопустимо.
Таким образом, проанализировав судебную практику за период действия нового Гражданского кодекса РФ, объединенный Пленум Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации подробно разъясняет в Постановлении № 15/18 от 12 и 15 ноября 2001 г., что "при подготовке дела к судебному разбирательству судья не вправе предлагать какой-либо из сторон представлять доказательства или давать объяснения (в том числе в определении судьи о подготовке дела к судебному разбирательству), связанные с пропуском срока исковой давности. Если же заинтересованная сторона (например, ответчик в отзыве на исковое заявление) ссылается на пропуск срока исковой давности, судья вправе в порядке подготовки дела к судебному разбирательству в целях обеспечения его своевременного и правильного разрешения предложить каждой из сторон представить по данному вопросу соответствующие доказательства".
Несмотря на приведенное выше разъяснение, в судебной практике имеются случаи, когда заявление стороны игнорируется судом.79 Подобная практика совершенно не имеет под собой правовой почвы, так как имеется конкретная норма материального права и несоблюдение ее приводит к принятию незаконного решения, поскольку в соответствии с абз.2 п.2 ст. 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которого заявлено стороной в споре, является совершенно самостоятельным основанием для отказа в иске.
Известно, что стороной, заявляющей о пропуске срока исковой давности, обычно является ответчик. Но абсолютно ясно, что им может быть и истец, возражающий на основании, например, ст. 411 ГК РФ против зачета. На практике же не раз возникал вопрос: а может ли быть сделано соответствующее заявление третьим лицом. Отметим, что нередки случаи, когда третье лицо, лишенное указанного права, фактически теряет возможность защитить свои интересы.80 Например, в случае предъявления иска к одному из солидарных должников (при отсутствии согласия истца на привлечение другого ответчика) другой должник, участвующий в деле в качестве третьего лица, не имея возможности заявить о пропуске срока исковой давности, рискует впоследствии отвечать перед ответчиком, исковые требования к которому были удовлетворены, по регрессному обязательству, ибо течение рассматриваемого срока по такому требованию начинается с момента исполнения основного обязательства (п. З ст.200 ГК РФ). Множественность лиц в обязательстве на стороне должника ставит вопрос о влиянии заявления одного из ответчиков об истечении срока исковой давности на правовое положение других ответчиков, если они солидарные должники.
В силу отсутствия специальной нормы закона по вышеуказанному вопросу судьям приходилось обращаться к общим началам и смыслу гражданского законодательства. Так, принцип осуществления права в своем интересе не позволяет распространить волеизъявление одного из ответчиков на другого без согласия на то последнего. Иными словами, заявление о применении исковой давности, сделанное одним из ответчиков, не распространяется на других ответчиков. С практической точки зрения такой подход означает необходимость заявления о пропуске исковой давности каждым из ответчиков.
Проанализировав опыт судебной практики по изложенной выше проблеме, объединенный Пленум Верховного Суда и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в Постановлении № 15/18 от 12 и 15 ноября 2001 г. указал, что "судам необходимо иметь в виду, что заявление о пропуске срока исковой давности, сделанное третьим лицом, не является основанием для применения судом исковой давности, если соответствующее заявление не сделано стороной по спору. Заявление о применении исковой давности, сделанное одним из соответчиков, не распространяется на других соответчиков, в том числе и при солидарной обязанности (ответственности). Однако суд вправе отказать в удовлетворении иска при наличии заявления о пропуске срока исковой давности только от одного из соответчиков при условии, что в силу закона или договора либо исходя из характера спорного правоотношения требования истца не могут быть удовлетворены (полностью или в части) за счет других соответчиков (например, в случае предъявления иска об истребовании неделимой вещи, находящейся в совместной собственности нескольких лиц)".
Далее, следует указать, что такое заявление может быть сделано заинтересованной стороной на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции. Разъяснения по этому вопросу содержатся в Постановлении Пленумов Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ № 2/1 (п.12) от 28 февраля 1995 г. Согласно п.12 указанного постановления, ссылка на пропуск срока исковой давности, не сделанная в суде первой инстанции, не допускается на более поздних стадиях процесса, т.е. при апелляционном, кассационном или надзорном рассмотрении спора.81
Существует и несколько иная точка зрения по данному вопросу. Так, известный ученый Ю.К. Толстой считает, что заинтересованная сторона не может быть лишена права требовать применения норм об исковой давности после вынесения судом решения, хотя бы до этого соответствующего заявления от нее и не последовало.82 Думается, в принципе логично, что дело вышестоящей судебной инстанции — признать это заявление заслуживающим внимания или нет. Если она установит, что никаких обстоятельств, которые препятствовали бы заинтересованной стороне воспользоваться своим правом, не существует, то заявление о применении исковой давности не будет принято во внимание. Но если суд при рассмотрении дела в кассационном порядке или в порядке надзора установит, что такие обстоятельства имели место (неграмотность заинтересованной стороны, беспомощное состояние, преклонный возраст и т.д.), они в совокупности с другими фигурирующими в деле доказательствами могут быть учтены судом при вынесении решения. Так, в соответствии с п.2 ст. 268 АПК РФ "дополнительные доказательства принимаются арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле, обосновало невозможность их представления в суд первой инстанции по причинам, не зависящим от него, и суд признает эти причины уважительными". Аналогичное требование содержится и в ст. 347 ГПК РФ. Очевидно, что в круг этих "дополнительных доказательств" возможно включение и заявления о пропуске срока исковой давности.
Кроме того, вышестоящая судебная инстанция может отменить решение суда первой инстанции, и в дальнейшем истец вправе направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции (например, в связи с вновь открывшимися обстоятельствами). В данном случае возникает вопрос: может ли сторона в споре при новом рассмотрении дела сделать заявление о применении исковой давности? Полагаем, что на этот вопрос следует дать положительный ответ, поскольку прежнего решения суда уже не существует, а ведь главное - заявление должно быть сделано до вынесения решения судом первой инстанции.
На практике вопрос о применении исковой давности при повторном рассмотрении дела в суде первой инстанции до сих пор не решается однозначно и обычно вызывает определенные трудности. Так, например, ООО "Юридическая фирма РООСПО" обратилось в Арбитражный суд Москвы с иском к ОАО «Нефтяная компания ЮКОС» о взыскании задолженности за оказанные юридические услуги в размере 5 814 000 руб. Определениями от 24 августа 2000 г. к участию в деле в качестве второго ответчика привлечено ОАО "Куйбышевнефтеоргсинтез" (далее - ОАО "КНОС").
Решением от 06 сентября 2000 г. исковое требование удовлетворено в части взыскания с ОАО "КНОС" 5 568 000 руб., в остальной части иска отказано; в иске к ОАО «Нефтяная компания ЮКОС» отказано. Постановлением апелляционной инстанции от 03.11.2000 г. решение оставлено без изменения. Федеральный арбитражный суд Московского округа постановлением от 15 ноября 2001 г. указанные судебные акты отменил, дело передал на новое рассмотрение в первую инстанцию суда. А определением Арбитражного суда города Москвы от 26 февраля 2001 г. дело передано на рассмотрение Арбитражного суда Самарской области по месту нахождения ответчика - ОАО "КНОС". Далее, решением суда от 02 июля 2001 г. в удовлетворении искового требования отказано в связи с пропуском истцом срока исковой давности. В протесте предлагается указанное решение от 02 июля 2001 г. отменить. Но Президиум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в своем постановлении № 8095/02 от 21 января 2003 г. указал, что "довод протеста о том, что суд не вправе был применять правило о сроке исковой давности по заявлению ответчика при повторном рассмотрении дела, поскольку ответчик не сделал соответствующего заявления при первоначальном рассмотрении дела, является необоснованным".83 Кроме того, в п. 12 Постановления № 21 Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28 февраля 1995 г. особо подчеркивается, что основанием к отказу в удовлетворении иска является заявление стороны в споре о применении срока исковой давности, если оно сделано на любой стадии процесса до вынесения решения судом первой инстанции.
Поскольку в силу возможности отмены решения дело может рассматриваться в первой инстанции не один раз, актуальным становится вопрос о необходимости повторного заявления о применении срока исковой давности после направления дела на новое рассмотрение вышестоящей инстанцией. А так как законодатель связывает применение исковой давности с волеизъявлением соответствующей стороны, думается, что в случае отмены решения и направления дела на новое рассмотрение суду следует применять соответствующие нормы ГК РФ и в тех случаях, когда ответчик не заявляет о применении исковой давности вторично, но при условии, что такое заявление было сделано им до вынесения отмененного впоследствии решения суда.
Нередко в судебной практике встречаются случаи, когда заявление о применении срока исковой давности делается не в письменной, а в устной форме. Это обстоятельство порой служит основанием для отказа судами в применении исковой давности.84 Между тем ни материальное, ни процессуальное право не устанавливает какой-либо специальной формы для такого заявления. Следовательно, совершенно очевидно, что применение исковой давности возможно и по устному заявлению стороны, которое в таком случае, мы полагаем, необходимо обязательно фиксировать в протоколе судебного заседания.
В Постановлении № 15/18 от 12 и 15 ноября 2001 г. дается окончательный ответ на данный вопрос. Так, "учитывая, что законодательством не предусмотрено каких-либо требований к форме заявления стороны в споре о пропуске срока исковой давности, оно может быть сделано как в письменной, так и в устной форме непосредственно в ходе судебного разбирательства. В последнем случае о сделанном заявлении в соответствии с пунктом 8 статьи 227 ГПК РСФСР (п.8 ст.229 ГПК РФ) и части 1 статьи 123 АПК РФ (ч.8 п.2 ст. 155 АПК РФ) указывается в протоколе судебного заседания".
К тому же немаловажно отметить случаи, когда ответчики делают письменные или устные заявления, заявляют ходатайства, дают пояснения, которые непосредственно не содержат просьбы к суду о применении исковой давности, но включают ссылки на соответствующие статьи Гражданского кодекса. Автор согласен с мнением С. Сарбаш85 что формальный подход к таким случаям волеизъявления (констатация отсутствия надлежащего заявления) был бы неверным. Очевидно, что решающим фактором для применения исковой давности выступает действительная воля соответствующей стороны, в какой бы внешней форме она ни проявлялась, из которого следует намерение воспользоваться возражением об истечении срока исковой давности. Поэтому представляется вполне корректным, что ссылка ответчика в сделанном до вынесения решения устном или письменном заявлении, в том числе в отзыве на иск, на соответствующие статьи ГК РФ об исковой давности является достаточным основанием для ее применения судом и в тех случаях, когда упомянутое заявление не содержало ходатайства, просьбы, требования и т.п., где бы прямо указывалось о необходимости применения исковой давности.
Как было отмечено ранее (и.2.1), исковая давность применяется не ко всем гражданско-правовым отношениям, так как имеются требования, на которые она не распространяется (ст.208 ГК РФ). Остановимся подробнее на перечне указанных требований, которые регламентируются гражданским законодательством, а именно: Гражданским кодексом Российской Федерации, Семейным кодексом Российской Федерации, Законом РФ "О средствах массовой информации" от 27 декабря 1991 г. и др.
Статья 208 ГК РФ дает перечень указанных притязаний, в соответствии с которым исковая давность не распространяется на требования:
- о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом;
- вкладчиков к банку о выдаче вкладов;
- о возмещении вреда, причиненного жизни или здоровью гражданина;
- собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не