Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Сделкоспособность несовершеннолетних

Сделкоспособность несовершеннолетних

и обнаружить те, к совершению которых способны совсем маленькие дети. Итак, к действиям ст. 8 ГК РФ относит: сделки; создание произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности; иные действия граждан (как целенаправленные, так и нет). Сделки относятся к целенаправленным юридическим действиям, то есть совершаются со специальным намерением вызвать юридически значимые последствия, результат сделки. Напротив, юридические поступки (создание произведений науки, литературы, находка потерянной вещи и. т. п.) лишены подобной сделки направленности на правовой результат, однако как разновидность действия, в отличие от события, совершаются по воле человека. Кроме того, целенаправленные юридические действия не исчерпываются только сделками. В качестве примера можно привести действие по обращению с заявлением о регистрации в качестве индивидуального предпринимателя; действие по обращению в суд или иные органы (ООиП) за защитой своих прав и т. п. Исследование системы юридических фактов, закрепленной в ГК, позволяет выявить способность к совершению определенных юридических действий у детей, не достигших 6-тилетнего возраста. Малолетние в возрасте до 6 лет способны к совершению юридических поступков: не исключено обнаружение такими малолетними детьми находки; существует множество примеров не только российской, но и мировой практики, создания детьми авторских произведений, деятельности в творческих коллективах, создании продуктов интеллектуального труда, которые не безразличны области права. В условиях проведения конкурсов детского творчества отсутствуют указания на то, что в конкурсе от имени малолетних выступают их представители56. Н. М. Ершова также отмечает, что в процессе детского творчества возникновение того или иного произведения не связано с действиями законного представителя несовершеннолетнего, это результат труда юного автора57. В то же время, по мнению Н. М. Ершовой, возникновение авторских прав, в отличие от других субъективных гражданских прав, не связано с дееспособностью гражданина. При этом отмечается, что в данном случае гражданские права и обязанности возникают в силу самого факта создания произведения. С дееспособностью гражданина связан порядок осуществления уже возникших авторских прав58.

На мой взгляд, произведение создается не само по себе, а по воле автора в результате его действия, которому придается значение юридического действия, считающегося юридическим поступком. Таким образом, подход законодателя к определению дееспособности малолетних, не достигших 6-ти летнего возраста, вполне объясним.

На основании изложенного можно сделать следующий вывод. Для определения дееспособности гражданина необходимо в качестве элемента его дееспособности рассматривать не только сделкоспособность, но и способность к совершению иных самостоятельных правомерных юридических действий. При этом необходимо учитывать, что дееспособностью малолетних охватывается совершение юридических поступков и целенаправленных юридических действий, которые закон прямо разрешает совершать малолетним (например, сделки или обращение в суд, в ООиП, выражение собственного мнения (согласия) – ст. 28 ГК РФ, ст. ст. 56, 57 Семейного кодекса РФ, далее ГК РФ).

Все сделки, за исключением перечисленных в п. 2 ст. 28 ГК, от имени малолетних совершают только их родители, усыновители или опекуны. Указанные лица несут полную имущественную ответственность по сделкам малолетнего, даже по тем сделкам, которые малолетние в возрасте от 6 до 14 лет вправе совершать самостоятельно. Законные представители отвечают также за вред, причиненный малолетними. Таким образом, дееспособность несовершеннолетних в возрасте от 6 до 14 лет полностью лишена таких элементов содержания, как способность к договорной ответственности, деликтоспособность и основная часть сделкоспособности.

В ГК РФ установлен дополнительный контроль за сделками родителей, усыновителей или опекунов от имени малолетних в виде предварительного разрешения ООиП на совершение сделок, влекущих уменьшение имущества подопечных (ст. 37). Некоторые сделки от имени малолетнего закон прямо запрещает совершать. Это сделки по дарению от имени ребенка, за исключением дарения обычных подарков (ст. 575 ГК). В отношении указанных сделок складывается типичная для гражданского оборота, но противоречащая законодательству практика. Наряду с этим сам механизм, ограничивающий дарение от имени малолетних, является малоэффективным.

Дело в том, что положения ст. 28 ГК не охватывают все те юридические действия, которые фактически в обороте привыкли совершать малолетние, например сделки по дарению. Указанные сделки не относятся формально к мелким бытовым ввиду того, что, во-первых, объектом дарения, могут быть не только деньги, но и иные вещи, имущественные права (требования), освобождение одаряемого от обязанности, во-вторых, дарение совершается безвозмездно, в результате сделки даритель ничего не получает взамен дара. Целью же мелкой бытовой сделки является удовлетворение личных, бытовых потребностей малолетнего, который взамен на потраченные средства получает товар, результат работы или услугу, которые потребляет сам. Сделки малолетнего по распоряжению средствами, предоставленными законными представителями или третьими лицами, ограничиваются лишь распоряжением именно этими средствами, но не имуществом, приобретенным на них. Таким образом, практически все сделки малолетнего по дарению, в которых малолетний выступает дарителем, за некоторыми исключениями, являются формально ничтожными. Однако на практике никто никогда их не реанимирует.

Несовершенна сама норма о дарении от имени малолетнего в ст. 575 ГК, согласно которой законные представители ребенка не могут от его имени ничего дарить, за исключением обычных подарков, стоимость которых не превышает 5 МРОТ. Указанная норма не защищает малолетнего ребенка от ситуации, когда его законный представитель будет «раздаривать» имущество ребенка «каждый день» по 5 МРОТ. При этом представляется необходимым получить согласие самого ребенка в возрасте от 6 до 14 лет на дарение от его имени (или, по модели ст. 26 ГК кодекса разрешить осуществление дарения самим малолетним с согласия его законного представителя). В отношении же малолетних до 6 лет дарение необходимо вообще запретить, в гражданском обороте принятой считается традиция, когда подарки делаются не от имени малолетних их законными представителями, а законными представителями детей от себя лично, следовательно, такие подарки должны осуществляться за счет законных представителей, но никак не за счет малолетнего59.

В связи с изложенной выше проблемой актуальным является рассмотрение вопроса о том, распространяется ли ограничение, предусмотренное п. 2 ст. 37 ГК на сделки по дарению от имени малолетнего, отвечающие требованиям ст. 575 ГК? Или норма ст. 575 ГК имеет специальный характер и содержит более свободный режим, не требующий разрешения ООиП, по сравнению с режимом иных сделок, влекущих уменьшение имущества несовершеннолетнего? В ГК РФ прямого ответа на указанный вопрос не имеется. С одной стороны, применение нормы ст. 37 ГК в некоторых нормально развивающихся отношениях при незначительной стоимости имущества, распоряжение которым производится (например, посредством дарения), не оправдано. При этом подобные сделки распространены в обороте и совершаются без контроля ООиП. С другой стороны, норма ст. 37 ГК распространяется на все сделки, приводящие к уменьшению имущества детей, независимо от суммы, если иное не предусмотрено законом. Сделки, на которые не получено разрешения ООиП, должны считаться ничтожными, в виду противоречия закону (ст.168 ГК РФ). Указанная неопределенность также может способствовать злоупотреблениям правами детей, например, в случае слишком частого дарения имущества от их имени (с учетом ст. 575 ГК РФ) или совершения иных сделок с имуществом незначительным по стоимости. Именно поэтому необходимыми являются предложенные изменения в ст. 28 ГК в части закрепления за малолетними в возрасте от 6 до 14 лет способности с согласия своих законных представителей совершать сделки по дарению, а также запрещение дарения от имени малолетних, не достигших 6-ти летнего возраста. Позиция законодателя в отношении дарения от имени малолетних является не вполне логичной.

Так, в Кодексе разрешено малолетним в возрасте от 6 до 14 лет самостоятельно совершать мелкие бытовые сделки, а также сделки, выходящие за пределы мелкой бытовой (по распоряжению средствами, предоставленными третьими лицами), однако сделки по дарению на сумму не более 5 МРОТ разрешено совершать не самим детям, а их законным представителям от имени детей. Представляется более логичным и правильным закрепить указанную способность за малолетними, отнеся сделки по дарению обычных подарков (на сумму не более 5 МРОТ) к обыкновенным сделкам малолетнего, при том, что данные сделки не требуют разрешения ООиП и совершаются с разумной частотой, характерной для указанных сделок. Кроме того, следует признать правомерными сделки по дарению, сумма которых превышают 5 МРОТ, но которые совершаются в качестве сделок по распоряжению средствами законных представителей или третьих лиц (п. 2 ст. 28 ГК).

Данный механизм обеспечивается действиями родителей, усыновителей или опекунов, которые должны совершаться исключительно в интересах несовершеннолетних, при том, что дееспособность самих малолетних должна способствовать формированию у детей самостоятельности и активной позиции при регулировании со стороны законных представителей. Именно на последних, а также ООиП должна быть возложена адекватная ответственность за реализацию правоспособности несовершеннолетних, которая не являлась бы исключительно моральной.


2.3 Особенности совершения сделок лицами от 14 до 18 лет


Реализация правоспособности происходит посредством действий самих несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, в отличие от малолетних, от имени которых в основном действуют их законные представители60. Однако действия несовершеннолетних не всегда являются самостоятельными, напротив, в ГК определены именно те сделки, которые несовершеннолетние могут совершать самостоятельно (п. 2 ст. 26 ГК, ст. ст. 56, 57 СК). Остальные сделки, хотя и совершаются детьми, требуют обязательного согласия родителей или лиц, их заменяющих. ГК предусмотрена возможность последующего одобрения совершенной ребенком сделки, что также обеспечивает действительность этой сделки.

Практическая реализация требования об обязательном согласии (одобрении) на сделку несовершеннолетнего приводит к необходимости ответа на вопрос, кто из родителей (усыновителей) должен предоставить согласие (одобрение) на сделку несовершеннолетнего - любой из них или оба. По мнению С.А. Зинченко и В.В. Галова, достаточно одобрения любого из родителей, поскольку ст. 61 СК РФ предоставляет равные права каждому родителю61. Аналогичного взгляда придерживаются Е.А. Чефарнова, Б.М. Верзуб, Э. Псарева, считающие, что достаточно получить на сделку несовершеннолетнего согласие одного из родителей, так как у другого всегда остается право обратиться в суд для признания сделки недействительной62. Напротив, Е. Л. Невзгодина придерживалась иной позиции. По ее мнению, право на представительство в отношении своих детей принадлежит каждому родителю в равной мере и должно осуществляться, как и иные права в отношении детей с обоюдного согласия родителей. Однако представительские действия одного родителя могут быть оспорены другим только со ссылкой на нарушение интересов ребенка, но не на том основании, что совершены без согласия другого родителя63.

Безусловно, при возникновении ситуации, когда на совершение сделки получено согласие только одного из родителей, а другой обратился в суд с требованием признания такой сделки недействительной, суд не может руководствоваться исключительно формальным критерием - неполучение согласия одного из родителей, если будет установлено, что интересы несовершеннолетнего не нарушены и со стороны одного из родителей контроль за сделкой совершен надлежащим образом, то есть с оценкой характера сделки и возможных правовых последствий ее совершения, в том числе негативных. Таким образом, несогласие одного из родителей должно выглядеть явно необоснованным. Следует отметить, что указанное не может свидетельствовать о допустимости получения на сделку несовершеннолетнего согласия одного из родителей при наличии обоих. Представляется, что положения ст. 61 СК следует понимать буквально. Если данной нормой закреплен принцип равенства прав и обязанностей родителей в отношении своих детей, то из него и следует исходить в вопросах реализации правоспособности несовершеннолетнего. Равенство прав и обязанностей родителей означает, что согласие каждого из них на сделку имеет свое значение, поскольку каждый родитель играет свою роль в воспитании ребенка, в том числе способствуя ребенку в реализации его правовых возможностей, формируя у последнего разумную активную позицию в гражданском обороте. Сочетание «за» и «против» должно приводить к более взвешенному решению. Как отмечал еще Я. Р. Веберс, регламентация в законодательстве дееспособности несовершеннолетнего в зависимости от его возраста имеет определенное воспитательное значение. Не случайно в ГК РФ неполная дееспособность несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет дополняется содееспособностью его родителей (усыновителей, попечителя). Множественное число слова «родитель», «усыновитель» свидетельствует о том, что согласие должно быть получено от обоих родителей, лиц их заменяющих. Не могу согласиться с позицией Н. М. Савельевой, считающей, что согласие обоих родителей должно быть получено лишь тогда, когда, во-первых, ГК РФ прямо говорит об этом (например, ч. 2 п. 1 ст. 27 ГК), и, во-вторых, когда существует угроза нарушения прав и интересов несовершеннолетнего (например, при совершении сделок, влекущих уменьшение имущества детей, при приватизации жилого помещения без участия несовершеннолетних)64.

Действительно, в статье 27 ГК особо подчеркивается, что объявление несовершеннолетнего полностью дееспособным производится по решению ООиП с согласия именно обоих родителей. Значит ли это, что во всех остальных случаях «согласие родителей» без указания на «обоих» допускает получение согласия любого родителя? Думается, что для правильного понимания смысла законоположений необходимо комплексно применять нормы ст. ст. 26, 27, 37 ГК РФ, ст. 61 и п. 2 ст. 65 СК РФ. Для совершения сделки ребенком в возрасте от 14-18 лет в случаях, указанных в ст. 26 ГК, всегда требуется согласие обоих родителей, лиц их заменяющих, что отвечает принципу, закрепленному в ст. 61 СК РФ. Тем более, что п. 2 ст. 65 СК предусмотрена возможность обращения родителей (одного из них) в ООиП или в суд для разрешения разногласий, возникающих между ними. Таким образом, неполучение согласия одного из родителей, когда отказ в даче согласия является необоснованным, может быть преодолено либо путем обращения в ООиП или в суд, либо в процессе получения разрешения ООиП на сделку, требующую такого контроля со стороны указанных органов согласно ст. 37 ГК РФ. Такая процедура неприменима при решении вопроса ООиП об эмансипации несовершеннолетнего, когда требуется согласие обоих родителей. Слово «обоих» подчеркивается в ст. 27 ГК в отношении согласия родителей только потому, что в зависимости от наличия согласия обоих родителей или только одного из них закрепляется разный порядок эмансипации несовершеннолетнего. При отсутствии согласия хотя бы одного из родителей, эмансипация может быть реализована только в судебном порядке, когда именно суд будет взвешивать мотивы несогласия одного или обоих родителей на досрочное приобретение ребенком полной дееспособности. Указанный вывод подтверждается также тем, что согласно ст. 175 ГК РФ сделка, совершенная несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет без согласия его родителей, лиц их заменяющих, когда такое согласие требуется в соответствии со ст. 26 кодекса, может быть признана судом недействительной по иску родителей, усыновителей или попечителя. Буквальный смыл данной нормы означает, что сделка может быть оспорена одним из родителей по мотиву неполучения его согласия, так как слово «родитель» также используется в статье во множественном числе – «родителей». Отсутствие согласия одного из родителей может явиться основанием для отказа в признании сделки недействительной лишь в двух случаях. Либо несогласие родителя будет преодолено в судебном разбирательстве в результате урегулирования разногласия между родителями по поводу спорной сделки (п. 2 ст. 65 СК), либо по аналогии будет применена норма ст. 172 ГК. В последнем случае, несмотря на отсутствие согласия одного из родителей на сделку несовершеннолетнего, сделка может быть признана судом действительной, если она совершена к выгоде ребенка и в его интересах. Данный случай может применяться как исключительный, когда несогласие одного из родителей является необоснованным, противоречит интересам ребенка и является единственным формальным основанием для оспаривания сделки.

Особый интерес в исследовании вопроса о согласии родителей, лиц их заменяющих, на сделку несовершеннолетнего в возрасте от 14 до 18 лет, представляет природа такого согласия, поскольку отсутствие согласия на сделку может в определенных случаях приводить к ее недействительности (ст. 175 ГК).

Для определения правовой природы согласия необходимо обратиться к системе юридических фактов и теории данного вопроса. Не вызывает сомнения то, что согласие родителя на сделку своего подопечного представляет собой действие, поскольку совершается волевым актом лица с целью одобрения сделки несовершеннолетнего и разрешения ее совершения, если такая сделка не противоречит интересам ребенка и не нарушает его права. При этом такое действие - согласие совершается в письменной форме, как и последующее одобрение (п. 1 ст. 26 ГК).

Согласие во всех предусмотренных ГК, а также в СК случаях играет особую роль и занимает интересное положение в системе юридических действии. Так, согласие родителей, попечителей, усыновителей на совершение сделок несовершеннолетними в возрасте 14-18 лет (за исключением сделок, определенных законом) является элементом механизма восполнения недостающей (неполной) дееспособности этих субъектов права (элементом продееспособности). Несовершеннолетний выражает свою волю во вне самостоятельно, но для ее абсолютной полноценности законом установлена обязательность согласия родителей (лиц, их заменяющих). По мнению Л. Г. Кузнецовой, согласие законных представителей - есть сделка, т. к. совершая это действие (давая письменное согласие родитель (усыновитель, попечитель) содействует несовершеннолетнему в заключение сделки, т. е. в совершении действия, безусловно направленного на достижение определенных правовых последствий65. Однако в этом видится некоторая юридическая громоздкость, что отчетливо проявляется на примере с договором найма жилого помещения.

Для совершения распорядительных действий с жильем, в частности сдача в поднаем (ст. 76 ЖК РФ) требуется согласие всех членов семьи нанимателя. Так как в соответствии со статьей 28 ГК РФ малолетние обладают очень небольшим объемом дееспособности, все юридические действия, за исключением прямо указанных в законе, от их имени осуществляют их законные представители, справедливым является положение о том, что согласие от имени и в интересах малолетнего на совершение нанимателем тех или иных сделок с жилым помещением, на которое имеет право этот малолетний, как член семьи нанимателя, дают законные представители несовершеннолетнего.

Дети в возрасте от 14 до 18 лет, по общему правилу, закрепленному в статье 26 ГК, совершают сделки с согласия своих «законных представителей», и лишь в случаях, указанных в п. 2 статьи 26 ГК - абсолютно самостоятельно. Возникает обоснованный вопрос: как выражает свое согласие несовершеннолетний в возрасте 14-18 лет на те или иные действия с жилым помещение, предпринимаемым нанимателем, членом семьи которого является этот несовершеннолетний. В данном конкретном случае, очевидно, какое значение имеет правовая природа согласия. Если такое согласие рассматривать в качестве сделки, то неизбежно применение общего правила, закрепленного статьей 26 ГК, в соответствии с которым на сделку несовершеннолетнего от 14 до 18 лет требуется согласие его «законного представителя». Возникает правовой казус: на согласие несовершеннолетнего должно быть получено, в свою очередь, согласие его «законного представителя», то есть «согласие на согласие». Естественно в такой ситуации согласие несовершеннолетнего просто поглощается согласием его «законного представителя», что на примере вселения в жилое помещение иных лиц буквально означает следующее: для вселения в жилое помещение других лиц требуется согласие «законных представителей» несовершеннолетнего, проживающего в данном жилом помещении.

Указанное выше заключение, по меньшей мере, умаляет дееспособность несовершеннолетних. Понимание согласия как сделки, не является ни теоретически, ни практически оправданным. Согласие должно быть вынесено за рамки сделок и отнесено к особой группе юридических фактов, именуемых иными юридическими действиями - сопутствующими юридическими действиями. Такой расклад позволяет несовершеннолетним в возрасте от 14 до 18 лет давать согласие на совершение нанимателем сделок по поводу жилого помещения, в котором проживают несовершеннолетние (или на которое имеют право) самостоятельно66.

В подтверждение того, что согласие не является сделкой, а представляет собой разновидность иного юридического действия служат его отличительные от сделки признаки.

Во-первых, сделка имеет самодостаточное значение, согласие такого значения не имеет. Являясь самостоятельным юридическим фактом, согласие несет в себе нагрузку сопутствующего юридического действия, появление, на свет которого невозможно без основного действия, для которого оно собственно и предназначено.

Во-вторых, если сделка – это юридическое действие, которое может быть осуществлено любыми физическими и юридическими лицами (с известными ограничениями), согласие – это действие только законом определенного круга лиц.

Так, при осуществлении сделок несовершеннолетними от 14 до 18 лет согласие только сопутствует этому. Без волеизъявления самого ребенка на совершение той или иной сделки само по себе согласие родителя возникнуть и существовать не может. Невозможна ситуация, при которой родитель дает согласие на сделку, которую ребенок совершать не желает или намерение, о которой у него совсем не возникало. Согласие на сделки несовершеннолетнего может быть дано его родителями, усыновителями или попечителями, то есть законом установленным кругом лиц.

Сделки, совершенные детьми без согласия своих родителей, лиц, их заменяющих, в случаях, когда такое согласие является обязательным, могут быть признаны судом недействительными (оспоримые сделки). Согласие родителей или попечителей является существенной предпосылкой действительности сделок, заключаемых несовершеннолетними в возрасте от 15 до 18 лет67.

Согласие (одобрение) родителей, лиц, их заменяющих, на сделку несовершеннолетнего должно быть выражено в письменной форме, таким образом, устного согласия законодатель считает недостаточным (как и молчание не считается выражением согласия на сделку, кроме специально предусмотренных случаев, п. 2 ст. 898 ГК РФ). Письменное согласие предусмотрено в договоре социального найма (на вселение в жилое помещение других граждан в качестве членов семьи); в договоре доверительного управления имуществом (на поручение доверительным управляющим другому лицу осуществления от своего имени действий по управлению имуществом, переданным в доверительное управление); при принятии наследства наследником, пропустившим установленный законом срок для вступления в наследство. При совершении распорядительных действий с недвижимостью, находящейся в совместной собственности супругов одному супругу требуется нотариально удостоверенное согласие другого супруга.

Напротив, в ряде случаев законодатель допускает возможность получения согласия, как в письменной, так и в устной форме, и даже путем молчания (действия без поручения в чужом интересе; передача арендованного имущества в субаренду; согласие, даваемое, в некоторых случаях, членами семьи нанимателя; согласие на досрочную поставку; согласие, в т. ч. молчание, как согласие, на чрезвычайные расходы в договоре хранения). При этом в случаях, когда законом не установлена обязательная письменная форма согласия и согласие дается устно, в подтверждение согласия могут быть использованы любые доказательства, в т. ч. и свидетельские показания.

И, наконец, выделение иных юридических действий, помимо сделок, определение их отличительных признаков говорит в пользу неприменения к иным правомерным юридическим действиям общего правила ГК РФ о совершении сделок детьми в возрасте 14-18 лет с письменного согласия родителей, усыновителей, попечителя. Так, правило об обязательном получении согласия на заключение несовершеннолетним сделки по распоряжению имуществом не должно применяться к иным, чем сделки правомерным юридическим действиям, совершаемым ребенком, например регистрации по месту своего постоянного или преимущественного проживания, получения паспорта, регистрации в качестве индивидуального предпринимателя68, обращения в нотариальную контору за удостоверением лицензионного договора, обращение в ООиП или в суд за защитой своих прав и других. Указанные юридические действия несовершеннолетний вправе совершать без согласия своих родителей, усыновителей или попечителя, если иное не предусмотрено законом. Нормы о недействительности сделок в данном случае также не применимы.

Таким образом, представленное исследование позволило, во-первых, определить природу согласия в качестве самостоятельного юридического действия - сопутствующего действия, занимающего свое особое место в системе юридических фактов наряду с юридическими поступками и такими юридическим актами как сделки и административные акты69. Во-вторых, вывести правило о применении норм гражданского законодательства к иным, чем сделки, действиям, в том числе о дееспособности несовершеннолетних применительно к совершению юридических действий. Так все юридические действия, не относимые к разновидности сделок, несовершеннолетний вправе совершать самостоятельно без содействия со стороны своих родителей, усыновителей, попечителя, за исключением случаев, предусмотренных законом. Поскольку согласие не является сделкой, общие положения о сделках, в том числе о последствиях несоблюдения формы сделки, к согласию неприменимы.

Изложенное позволяет утвердиться также в выводе относительного того, что согласие родителей, усыновителей, попечителя является юридическим фактом, которому придается соответствующее правовое значение. Такое согласие (одобрение) родителей (лиц, их заменяющих) несовершеннолетнего есть необходимое звено в механизме реализации правоспособности несовершеннолетнего и обеспечении его правосубъектности.

Подобный механизм реализации правоспособности несовершеннолетних, посредством действия ребенка по совершению сделки и сопутствующего действия родителей (усыновителей, попечителя) по предоставлению согласия на сделку дает основание для предложения некоторыми учеными вместо института «законного представительства» иной конструкции.

Так, А. Б. Бабаев считает, что совершение несовершеннолетним сделки с согласия представителя расходится с теми полномочиями, которые возложены на представителя в гражданских правоотношениях. Ведь в данном случае не представитель действует от имени несовершеннолетнего, а последний сам создает для себя права и обязанности, однако эта возможность определенным образом ограничена70. А. Б. Бабаев, исследуя конструкцию законного представительства в отношении несовершеннолетних в возрасте от 14 до 18 лет, приходит к оригинальным выводам. Он считает «законное представительство» институтом не обязательственного, а вещного права и предлагает рассматривать право «законного представителя» давать согласие не как право в собственном смысле этого слова, а лишь как ограничение права собственности подопечного71.

Согласно позиции С. А. Зинченко одобрение сделки несовершеннолетнего не есть действие в рамках отношений представительства, так как несовершеннолетний действует от своего имени. По мнению, ученого, здесь имеет место статутное разрешение родителей (усыновителей), попечителей, восполняющее праводееспособность несовершеннолетнего субъекта сделки72.

Согласие родителей, лиц их заменяющих на сделку несовершеннолетнего является сопутствующим заключению сделки действием, в нем выражается родительский, (попечительский) контроль за действиями несовершеннолетнего. Родители обеспечивают волю ребенка при ее изъявлении в качестве абсолютно полноценной и разумной, дополняя ее своим согласием, а не заменяя волю ребенка своей волей и не передавая волю ребенка третьим лицам. Их согласие (одобрение) является вторичным, дополнительным действием по отношению к действию ребенка. Согласие одного лица на сделку другого нельзя считать формой представления интересов. Представитель всегда действует от имени представляемого, родители, лица их заменяющие, давая согласие на сделку ребенка, никогда не действуют от его имени, а действуют от своего собственного, совершая контроль за действиями ребенка со стороны, предвидя определенные правовые последствия будущей сделки (или одобряя последствия уже заключенной). Таким образом, родители, усыновители, попечитель являются лицами в силу закона содействующими в реализации правоспособности ребенка в возрасте от 14 до 18 лет и контролирующими сделки несовершеннолетнего. Поэтому данных лиц следует именовать не «законными представителями», а «лицами, содействующими несовершеннолетним от 14 до 18 лет, в силу закона».

Гражданско-правовое положение несовершеннолетних, относящихся к рассматриваемой возрастной группе, не является неизменным, а носит ярко выраженный динамичный характер. Уже отмечалось, что принадлежащий несовершеннолетнему лицу объем дееспособности может быть резко сужен вследствие ограничения или лишения его права самостоятельно распоряжаться своими доходами. Возможны изменения и в прямо противоположном направлении. Так, в случае вступления несовершеннолетнего в брак данное лицо приобретает дееспособность в полном объеме (п. 2 ст. 21 ГК РФ). К другим факторам, влияющим на правосубъектность несовершеннолетних данной возрастной группы, относится достижение ими 16-летнего возраста, с которым связано возникновение права стать членом кооператива (п. 2 ст. 26 ГК РФ). С этого же момента у несовершеннолетних появляется возможность приобрести дееспособность в полном объеме путем эмансипации, возможной в тех случаях, когда несовершеннолетний работает по трудовому договору, в том числе и по контракту, или с согласия родителей, усыновителей или попечителя занимается предпринимательской деятельностью (п. 1 ст. 27 ГК РФ). В Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 1 июля 1996 г. № 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" закреплено, что эмансипированные обладают в полном объеме гражданскими правами и несут обязанности, в том числе самостоятельно отвечают по обязательствам, возникшим вследствие причинения вреда, за исключением тех прав и обязанностей, для приобретения которых федеральным законом установлен возрастной ценз"73.

Эмансипация весьма подробно исследуется74, но неоднозначно оценивается современными учеными: "В условиях рыночной экономики институт эмансипации содействует обретению несовершеннолетними гражданами экономической самостоятельности, развитию их способностей и навыков участия в трудовой и предпринимательской деятельности"75. Имеется и прямо противоположное мнение, в соответствии с которым прибегать к эмансипации "надлежит

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: