Xreferat.com » Рефераты по государству и праву » Уголовно-правовой анализ состава присвоения и растраты

Уголовно-правовой анализ состава присвоения и растраты

перевода на счет, контролируемый виновным, следует считать оконченным преступлением с момента зачисления этих денег на этот счет (п. 12 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»)16.

Следует иметь в виду, что вопрос о наличии реальной возможности распорядиться похищенным имуществом на практике решается неоднозначно. В большинстве случаев наличие указанной возможности соотносится с отсутствием обстоятельств, мешающих виновному использовать похищенное (например, носить похищенные часы), или распоряжаться им (например, подарить похищенные золотые изделия).

Такие обстоятельства отсутствуют, как правило, тогда, когда третьи лица (собственник, иной владелец имущества, сотрудники правоохранительных органов, иные лица, например сторож, прохожие) не обладают возможностью помешать виновному. Поэтому на практике не признаются оконченными хищения, при которых обстановка после изъятия имущества не позволяет распорядиться похищенным по своему усмотрению (виновный задерживается при выходе из магазина, бросает имущество, скрываясь от преследования, не успевает достаточно далеко отойти от потерпевшего, задерживается сразу за воротами дома потерпевшего и т.п. — примеры приведены по материалам конкретных уголовных дел). В судебной практике встречается и позиция, согласно которой виновное лицо имеет реальную возможность распорядиться похищенным имуществом с момента изъятия имущества у собственника17;

б) «разбой считается оконченным с момента нападения в целях хищения чужого имущества, совершенного с применением насилия, опасного для жизни или здоровья, либо с угрозой применения такого насилия»;

в) момент окончания присвоения и растраты по общему правилу определяется так же, как при краже и грабеже.

Однако следует учитывать, что при присвоении и растрате реальная возможность пользоваться или распоряжаться чужим имуществом по своему усмотрению может возникнуть и до совершения хищения. В этой ситуации хищение следует считать оконченным с момента совершения деяния, направленного на лишение собственника возможности вернуть имущество в свое владение (это может выразиться в подделке, сокрытии или уничтожении документов, включении в документы ложных сведений и т.п., в сокрытии факта нахождения вещи во владении виновного и т.п.).

Следует учитывать, что деяние при хищении, как правило, не одномоментно, а продолжается в течение более или менее длительного времени, пока преступник не приобретет реальную возможность пользоваться или распоряжаться имуществом как собственным. В течение всего этого времени сохраняется и возможность соучастия в преступлении, в том числе и в разбойном нападении (хотя после начала нападения сговор уже не может рассматриваться в качестве предварительного, предварительный сговор возможен только на стадии приготовления до начала выполнения объективной стороны хищения).

Субъективная сторона хищения характеризуется виной в виде только прямого умысла, а также корыстной целью.

Прямой умысел при хищении охватывает все объективные признаки, определяющие квалификацию содеянного, и при этом направлен на причинение имущественного ущерба потерпевшему (считается, что ущерб в виде утраты имущества неизбежно сопутствует реализации корыстной цели хищения, поэтому его следует понимать в качестве желаемого).

Проблема с прямым умыслом, направленным на хищение чужого имущества, возникает, к примеру, с квалификацией деяний организаторов финансовых пирамид. К сожалению, далеко не всегда подобная социально опасная деятельность может быть квалифицирована как мошенничество по причине отсутствия необходимых признаков обмана и прямого умысла, направленного на хищение имущества, что наглядно показали уголовные дела, возбужденные в течение последних лет по фактам афер на рынке долевого строительства жилья.

Попытки квалифицировать подобные действия как незаконную банковскую деятельность также далеко не всегда успешны. Нужно отметить обширный пробел в уголовном законе, препятствующий эффективной борьбе с подобными посягательствами, подрывающими общественное доверие к инвестиционным институтам и препятствующими экономическому развитию страны.

Корыстная цель понимается как цель приобрести неправомерную имущественную выгоду для себя или другого лица. Применительно к хищениям корыстную цель можно определить и более узко, как цель приобрести возможность для себя или других лиц пользоваться или распоряжаться чужим имуществом как собственным.

Корыстный характер хищения означает, что виновный имеет цель получить для себя или третьих лиц материальную выгоду за счет чужого имущества. При этом такое имущество должно быть навсегда обращено в пользу виновного либо других лиц. Временное заимствование чужого имущества на некоторое время (при условии их возвращения) без согласия собственника или иного владельца не расценивается как хищение.

В практике Кемеровского областного суда имели место случаи отмены приговоров с направлением дела на новое судебное рассмотрение, когда судом в полной мере не установлен корыстный характер совершенного деяния, не исследованы обстоятельства, которые могут свидетельствовать о совершении деяния лицом вынужденно, к примеру, в силу необходимости сохранения нормального хозяйственного функционирования предприятия.

Так, определением судебной коллегии по уголовным делам Кемеровского областного суда отменен приговор Центрального районного суда г. Новокузнецка от 07.10.04 г. в отношении Канайлова с направлением дела на новое рассмотрение.

Судом не были проверены доводы осужденного, адвоката о том, что из тех денег, которые он получал от потерпевших-инвесторов, часть была израсходована на возвращение взносов бывшим инвесторам, в частности, Новикову, Алехиной, Золотареву, Щеголькову, часть израсходована на нужды фирмы, на оплату государственной пошлины по гражданским делам, проведение экспертиз18.

Есть мнение, что корыстной цели хищения неизбежно сопутствует корыстная мотивация19. Однако следует отметить, что цель - это лишь абстрактная модель будущего результата, к достижению которого стремится преступник. При формировании целей в механизме преступного поведения основополагающую роль, конечно же, играют потребности человека и основанные на них мотивы поведения. Однако законодатель, указав именно на цель, исключает тем самым мотивы как элемент состава преступления, лишает их существенного значения для квалификации содеянного. Цель, в отличие от мотива, всегда формальна, воля присутствует в ней, как и в прямом умысле, лишь как чистая волевая направленность на результат, от мотива необходимо абстрагироваться.

Отсутствие единообразия в понимании уголовно-правового значения мотивов при квалификации хищений связано с тем, что законодатель хотя и указал именно на цель, однако не определил в законе содержание этой цели, ограничившись указанием на то, что цель «корыстная». Тем самым определение содержания корыстной цели хищения оставлено на усмотрение правоприменителя.

Практика показывает, что мотивация содеянного при хищении может быть и не корыстной, что не исключает квалификации содеянного по соответствующим статьям УК РФ, предусматривающим ответственность за хищения. Например, хищение может быть совершено сугубо по политическим мотивам, когда все похищенные денежные средства направляются на финансирование терроризма, закупку оружия, финансирование политического объединения и т.п. Хищение в пользу третьих лиц может быть совершено и из альтруизма, когда у виновного нет иной заинтересованности в отношении материального благосостояния лиц, в пользу которых совершается хищение. Возможно хищение и из хулиганских побуждений.

Субъект хищения - общий. Ответственность за кражу, грабеж и разбой возможна по достижении возраста четырнадцати лет; за мошенничество, присвоение и растрату - с шестнадцати лет. Лица, не достигшие возраста шестнадцати лет, не подлежат ответственности по ст. 164 УК РФ (хищение предметов, имеющих особую ценность). В случае хищения таких предметов в форме кражи, грабежа и разбоя их деяния квалифицируются соответственно по ст. ст. 158, 161 или 162 УК РФ20.

Виды (размеры) хищения принято различать в зависимости от стоимости похищенного, характера причиненного ущерба и некоторых иных обстоятельств (единый критерий классификации хищений по видам отсутствует). Вид хищения влияет на квалификацию содеянного. Прежде всего следует различать:

1) мелкое хищение (административное правонарушение);

2) уголовно наказуемое хищение.

Кроме того, в рамках уголовно наказуемого хищения дополнительно выделяют следующие виды:

1) хищение с причинением значительного ущерба гражданину;

2) хищение в крупном размере;

3) хищение в особо крупном размере;

4) хищение предметов, имеющих особую ценность.

Мелкое хищение - это административное правонарушение, ответственность за которое предусмотрена ст. 7.27 КоАП РФ. Для того чтобы хищение было признано мелким, необходимо одновременное соблюдение трех условий:

а) стоимость похищенного имущества не превышает одну тысячу рублей;

б) хищение совершено в форме кражи, мошенничества, присвоения или растраты (грабеж и разбой не могут быть признаны мелкими хищениями);

в) отсутствуют квалифицирующие признаки, указанные в ч. ч. 2-4 ст. 158-160 УК РФ.

Поэтому не могут быть признаны мелкими хищения, совершенные группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, «карманные кражи» и кражи, совершенные с проникновением в жилище, помещение или иное хранилище, а также мошенничество, присвоение или растрата, совершенные лицом с использованием им своего служебного положения. В то же время следует отметить, что на практике хищения на сумму менее одной тысячи рублей, но при наличии квалифицирующих обстоятельств в ряде случаев оцениваются как малозначительные деяния, что влечет за собой отказ в возбуждении уголовного дела или оправдательный приговор.

Согласно прямому указанию закона (примечание 2 к ст. 158 УК РФ) «значительный ущерб гражданину... определяется с учетом его имущественного положения, но не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей»21. Значительный ущерб должен быть причинен именно физическому лицу, а не организации.

Как отмечено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ, «при квалификации действий лица... по признаку причинения гражданину значительного ущерба судам следует... учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство и др.». Этот квалифицирующий признак «может быть инкриминирован виновному лишь в случае, когда в результате совершенного преступления потерпевшему был реально причинен значительный для него материальный ущерб, который не может составлять менее двух тысяч пятисот рублей» (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»)22.

При установлении значительности ущерба потерпевшему наряду с его имущественным положением, которое следует выяснить и учесть в силу прямого указания закона, нужно учитывать и иные обстоятельства дела, включая оценку значительности ущерба потерпевшим. Однако мнение потерпевшего не должно предопределять позицию суда. Суд может признать ущерб значительным, даже если потерпевший возражает против такой его оценки, и наоборот.

В основе выделения хищения, причинившего значительный ущерб гражданину, лежит не столько размер похищенного, сколько другие объективные обстоятельства дела. Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 27 декабря 2002 г. указал: «При квалификации действий лица, совершившего кражу, по признаку причинения гражданину значительного ущерба судам следует, руководствуясь примечанием 2 к статье 158 УК РФ, учитывать имущественное положение потерпевшего, стоимость похищенного имущества и его значимость для потерпевшего, размер заработной платы, пенсии, наличие у потерпевшего иждивенцев, совокупный доход членов семьи, с которыми он ведет совместное хозяйство, и др.» (п. 24)23. В любом случае, однако, значительный ущерб не может быть, в силу прямого указания закона, менее 2500 рублей.

Необходимо оценивать все обстоятельства в совокупности. Так поступил, например, президиум Челябинского областного суда, рассматривавший в порядке надзора дело Шевченко. Последний был признан виновным в том, что из квартиры Савиной тайно похитил часы стоимостью 3 тыс. рублей, что являлось для потерпевшей значительным ущербом.

Президиум Челябинского областного суда указал следующее. Правильно признав Шевченко виновным в краже часов, принадлежащих Савиной, суд ошибочно квалифицировал его действия по признаку причинения значительного ущерба потерпевшей. Обосновывая свой вывод, суд сослался на показания потерпевшей о том, что похищенные часы она оценивает в 3 тыс. рублей, и такой ущерб для нее значителен. Однако эти показания не могут служить достаточным основанием для признания ущерба значительным. Решая вопрос о наличии в действиях виновного признака причинения значительного ущерба собственнику или иному владельцу имущества, следует исходить как из его стоимости, так и других существенных обстоятельств. Ими, в частности, могут быть материальное положение лица, значимость утраченного имущества для потерпевшего. С учетом материального положения потерпевшей, работающей главным бухгалтером телеателье, не имеющей иждивенцев, и муж которой также работает, нет оснований для вывода, что ей причинен значительный ущерб. При таких обстоятельствах содеянное Шевченко должно быть квалифицировано как кража, совершенная без квалифицирующих обстоятельств24.

Согласно примечанию 4 к ст. 158 УК РФ «крупным размером... признается стоимость имущества, превышающая двести пятьдесят тысяч рублей, а особо крупным - один миллион рублей». В практике встречаются сложности при отграничении многоэпизодного продолжаемого хищения в крупном (особо крупном) размере от совокупности хищений. Верховный Суд РФ в своих разъяснениях указывает на два существенных признака продолжаемого хищения: единый умысел и единый способ хищения. «Как хищение в крупном размере должно квалифицироваться совершение нескольких хищений чужого имущества, общая стоимость которого превышает двести пятьдесят тысяч рублей, а в особо крупном размере один миллион рублей, если эти хищения совершены одним способом и при обстоятельствах, свидетельствующих об умысле совершить хищение в крупном или в особо крупном размере» (п. 25 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2002 г. № 29 «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое»)25. Следует учитывать, что указанные правила следует применять и при квалификации хищений, совершенных не в крупном размере. Нельзя квалифицировать единое хищение как совокупность преступлений.

Решая вопрос о квалификации действий лиц, совершивших хищение чужого имущества в составе группы лиц по предварительному сговору либо организованной группы по признаку «причинение значительного ущерба гражданину» либо по признаку «в крупном размере» или «в особо крупном размере», следует исходить из общей стоимости похищенного всеми участниками преступной группы.


2. ПРИСВОЕНИЕ И РАСТРАТА КАК СПОСОБЫ ИЗЪЯТИЯ И ОБРАЩЕНИЯ ЧУЖОГО ИМУЩЕСТВА, ВВЕРЕННОГО ВИНОВНОМУ


2.1 Объективные признаки присвоения и растраты


Объективная сторона присвоения или растраты состоит в хищении чужого имущества, вверенного виновному. Таким образом, ч. 1 ст. 160 УК РФ устанавливает ответственность за две самостоятельные формы хищения.

Обычно правомочия лица в отношении вверенного ему имущества закреплены в соответствующем документе (договоре, контракте и т.д.).

Под присвоением понимается изъятие и обособление вверенного лицу чужого имущества и последовательное обращение последнего в свою пользу либо в пользу других лиц. Таким образом, при присвоении устанавливается незаконное владение вверенной вещью и ее присоединение к имуществу виновного с целью распорядиться ею как своей собственной.

Примером может служить уголовное дело по обвинению гражданки М. в совершении преступления, предусмотренного ст. 160 УК РФ, рассмотренное 02.11.2009 г. в Йошкар-Олинском городском суде.

Гражданка М., работая в должности менеджера по туризму в ООО «Вездеход», присвоила денежные средства, вверенные ей работодателем и полученные от клиентов в счет оплаты тура. Суд, учитывая смягчающие обстоятельства, приговорил М. к возмещению ущерба фирме-работодателю и наказанию в виде лишения свободы на срок до трех лет условно26.

Как присвоение вверенного имущества надлежит расценивать действия старшего мастера металлургического комбината Б., который, используя свое служебное положение, выписал доски на нужды цеха, а получив их, повез на дачу для использования в собственных целях27. Отметим, что изъятие имущества, вверенного виновному, путем замены его на менее ценное, совершенное с целью обращения в свою пользу либо пользу третьих лиц, должно квалифицироваться как присвоение в размере стоимости изъятого имущества.

В судебной практике неоднократно указывалось, что нарушение финансовой дисциплины и нецелевое использование вверенного имущества не могут сами по себе свидетельствовать о присвоении либо растрате.

Ленинским районным судом г. Курска Ш. осужден по ст. 160 УК РФ. Он признан виновным в присвоении, т.е. хищении, чужого имущества, вверенного ему, с использованием своего служебного положения. Как указано в приговоре, Ш., работая экспедитором в столовой, являясь материально ответственным лицом, получил указание от директора столовой Т. привезти из ООО «Сибирь» 10 т муки, доставить на склад, оприходовать, после чего реализовать. По данной ему доверенности он получил на складе ООО «Сибирь» Ют муки на сумму 25648 рублей, расходную накладную № 47 и счет-фактуру. В 17 ч того же дня Ш. вернулся в столовую, где, имея умысел на реализацию привезенной продукции и присвоение вырученных от продажи муки денег, не сдал ее на склад столовой, а документы для оприходования - в бухгалтерию, получил 1,5 тыс. рублей в подотчет на транспортные расходы. На автомобиле КАМАЗ, управляемом водителями, не посвященными в преступные намерения Ш., последний перевез 10 т муки в г. Смоленск. Ш. сбыл ее частному предпринимателю по цене 2 руб. 60 коп. за 1 кг на общую сумму 26 тыс. рублей. На часть полученных от реализации муки средств он приобрел продукты, которые привез в г. Курск для дальнейшей реализации. В течение февраля, марта, апреля Ш. через свою жену сбывал приобретенный товар в торговые точки г. Курска и получал за него деньги. Однако полученные от реализации средства он в столовую не передавал, за полученные в подотчет 1,5 тыс. рублей не рассчитался. Таким образом, как указано в приговоре суда, Ш., используя свое служебное положение, присвоил денежные средства в сумме 27,5 тыс. рублей.

Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в протесте поставил вопрос об отмене судебных решений и прекращении дела. Президиум Курского областного суда протест удовлетворил по следующим основаниям. Согласно ст. 160 УК РФ присвоением, уголовная ответственность за которое предусмотрена этой статьей, признается хищение чужого имущества, вверенного виновному. Однако признаки хищения в действиях Ш. отсутствуют.

Как видно из материалов дела, Ш. не имел умысла на хищение денежных средств, полученных от реализации вверенного ему имущества, поскольку, реализовав муку по более низким ценам, чем он предполагал, принял решение о приобретении товара в г. Москве с последующей его сдачей в столовую для того, чтобы покрыть непредвиденные убытки, в т.ч. и расходы, связанные с выплатой водителю за поездку 6 тыс. рублей. Ш. не имел намерения изъять вверенное ему имущество и обратить его в свою пользу, а вынужден был реализовывать приобретенные им товары в связи с тем, что директор столовой Т. отказалась у него их принять. Сами по себе обстоятельства, связанные с нарушениями Ш. финансовой дисциплины и уклонением его от возмещения ущерба, в данной ситуации не могут свидетельствовать о присвоении им вверенного имущества. Поэтому в действиях Ш. отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 160 УК РФ28.

При растрате исключается установление физического господства над вверенным имуществом - виновный незаконно и безвозмездно истрачивает либо расходует такое имущество. В наступлении указанных последствий состоит обращение имущества в пользу виновного либо в пользу третьих лиц. С точки зрения судебной практики, специфика растраты как самостоятельной формы хищения состоит в том, что началом совершения этого преступления является не завладение имуществом, а передача материально ответственным лицом вверенного ему имущества третьим лицам. Оконченным же преступлением растрата считается уже после передачи имущества с корыстной целью третьим лицам.

Служащий Ц. расходовал колхозные средства на дачу взяток, отчитываясь за них фиктивными документами. Суд признал в его действиях наличие совокупности преступлений - дачу взятки и растрату вверенного имущества29.

В судебной практике также неоднократно отмечалось, что присвоение и растрата отличаются от кражи тем, что виновный использует имеющиеся у него правомочия, делегированные ему в отношении похищаемого имущества. К таким лицам относятся, например, кладовщики, экспедиторы, агенты по снабжению, продавцы, кассиры, заведующие складами и пр. Если лицо выполняет только функцию транспортировки чужого имущества, без иных правомочий в отношении последнего (водители, трактористы, комбайнеры и т.п.), то безвозмездное изъятие такого имущества расценивается как кража.

Если рассматривать деформирующее влияние присвоения и растраты не только на отношения собственности, но и на иные области экономической деятельности общества и государства, то мы можем говорить о том, что присвоение и растрата уже внедрились в кредитно-банковскую деятельность, социально-бюджетную сферу пенсионного и социального обеспечения, страхования, здравоохранения, образования, науки, культуры, искусства, бытового обслуживания населения, жилищно-коммунального и сельского хозяйства.

Все это является бесспорным подтверждением изменений, происходящих в структуре и динамике присвоения или растраты: криминальная среда устремляется в сферу тех отраслей экономики, где возникли и сохраняются возможности для быстрого обогащения, использует новые способы преступного посягательства, повышает свою организованность и «профессионализм». Если в предыдущие годы присвоение и растрата, в основном совершались в отношении государственной собственности, то сегодня они выявляются в сфере частной собственности, социального и пенсионного обеспечения граждан, образования и здравоохранения. Рассмотрим несколько примеров:

Так, бывший директор одной из ростовских стройфирм подозревается в присвоении и растрате 45 млн. руб., а также в преднамеренном банкротстве и невыплате 12 млн. руб. зарплаты. Следователи установили, что в 2008 г. подозреваемый заключил несколько фиктивных договоров, в счет оплаты по которым перевел практически все имущество с баланса своего предприятия. При этом он умышленно занизил реальную цену переданного. Так, техника стоимостью около 45 млн. руб. «ушла» в никуда всего за 12 млн. После этого бизнесмен заявил о неплатежеспособности предприятия, начав процедуру его банкротства. Кроме того, директор организации задолжал своим сотрудникам более 12 млн. руб. зарплаты30.

Или, следственные органы Следственного комитета по Амурской области возбудили уголовное дело в отношении депутата Законодательного собрания Амурской области, генерального директора ООО «Россия» М. Корнеева. Он подозревается в совершении преступлений, предусмотренных ч. 4 ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата, совершенные в особо крупном размере) и ч. 2 ст. 199.1 УК РФ (неисполнение обязанностей налогового агента, совершенное в особо крупном размере).

Было установлено, что Корнеев, являясь генеральным директором ООО «Россия», осуществляющего деятельность по строительству многоквартирных жилых домов в г. Благовещенске, на протяжении четырех лет привлек к строительству квартир ряд физических лиц, с которыми заключил договоры о передаче средств в порядке долевого участия в строительстве. От них были получены денежные средства на общую сумму более 1 млрд. руб. Большая часть этих средств была израсходована на цели, не связанные со строительством данных объектов. Кроме того, в нарушение законодательства о налогах и сборах ООО «Россия» не перечисляло в бюджет денежные средства, исчисленные и удержанные из заработной платы работников общества в виде налога на доходы физических лиц, на общую сумму более 50 млн. руб.31.


2.2 Субъективные признаки присвоения и растраты


Субъективная сторона всякого хищения характеризуется виной в виде прямого умысла. Виновный осознает общественную опасность своих действий и отсутствие у него всяких прав на похищаемое имущество, предвидит неизбежность наступления вредных последствий в виде причинения собственнику или иному владельцу имущественного ущерба и желает их наступления.

Обязательные признаки субъективной стороны хищения - корыстный мотив и корыстная цель. Сущность корыстного мотива при хищении состоит в побуждениях паразитического характера, в стремлении удовлетворить свои материальные потребности за чужой счет противоправными способами, путем завладения имуществом, на которое у виновного нет никаких прав.

Особенностью субъективной стороны присвоения и растраты является то обстоятельство, что при присвоении умысел на хищение вверенного по договору чужого имущества должен возникнуть после заключения сделки, в силу которой виновный получает те или иные правомочия в отношении такого имущества. Если лицо до или в процессе заключения гражданского (трудового) договора уже имело умысел на будущее незаконное изъятие чужого имущества, впоследствии совершенное хищение квалифицируется как мошенничество путем злоупотребления доверием.

Корыстная цель при хищении заключается в стремлении получить фактическую возможность владеть, пользоваться и распоряжаться чужим имуществом как своим собственным, т.е. потребить его или лично использовать другим способом, а также продать, подарить или на иных основаниях передать другим лицам. При удовлетворении личных материальных потребностей самого похитителя наличие корыстной цели не вызывает никаких сомнений. Но корыстная цель имеется и в тех случаях, когда похищенное имущество передается другим лицам, в обогащении которых виновный заинтересован по различным причинам (при передаче похищенного имущества родным или близким виновного либо лицам, с которыми у него имеются имущественные отношения, например передача в счет погашения долга, или с которыми после передачи похищенного возникают имущественные отношения, например сдача в аренду).

С позиции субъективной стороны при присвоении и растрате у виновного перед совершением преступления формируется корыстный мотив, который, в свою очередь, предопределяет постановку цели преступления – хищение чужого имущества. Достижение цели реализуется в противоправном изъятии чужого имущества и обращении его в свою пользу или пользу третьих лиц. Тем не менее, содержательно корыстная цель и корыстный мотив нередко практически отождествляются.

В частности, согласно одной из точек зрения, под корыстной целью следует понимать «стремление к извлечению материальной выгоды за счет изъятия чужого имущества, но не за счет неосновательного сбережения своего»32. Тем самым, как отмечалось в одном из решений Верховного Суда РФ, хищение отличается от других посягательств против собственности, корыстных по своей мотивации и направленности, но влекущих ущерб в виде упущенной выгоды, например, причинением имущественного ущерба путем обмана или злоупотребления доверием, злоупотреблением должностными полномочиями и др.33 Заметим, однако, что при этом корысть как мотив остается таковым, и для реализации этого мотива, как будет показано ниже, не имеет значения способ извлечения выгоды, причем, не только материальной, но и в иной форме. По мнению С.М. Кочои, «мотив не является обязательным признаком преступлений, именуемых в УК РФ хищением»34.

В этой связи следует отметить, что цель совершения преступного деяния отличается от его мотива, являясь своеобразным предвосхищением в сознании виновного результата (мысленная модель), на достижение которого направлена его деятельная активность. Цель показывает, для чего виновный действует именно таким образом, к чему он стремится. Цель и мотив являются близкими, но не тождественными понятиями. Мотив, в отличие от цели, - это побуждения, обусловленные определенными потребностями личности. Мотив отвечает на вопрос, почему виновный действует именно таким образом, что его побуждает к достижению намеченного. Мотив появляется прежде, чем возникает определенная цель совершения преступления; ему же, в свою очередь, предшествуют определенные потребности.

При этом корыстная цель предполагает стремление виновного распорядиться похищенным как своим, например, обратить в свою собственность, подарить, уничтожить и т.д. Если лицо, даже и незаконно завладевшее чужим имуществом, не стремится распорядиться им как своим, в его действиях отсутствует такой состав преступления, как хищение. Корыстная цель, таким образом, представляет собой субъективный критерий для отграничения хищения от ряда других преступлений, например, от злоупотребления полномочиями, злоупотребления должностными полномочиям и, уничтожения или повреждения имущества, самоуправства, хулиганства и др. С учетом изложенного А.П. Севрюков делает вывод, что хищение, в том числе путем присвоения и растраты, может быть совершено только с корыстной целью, в противном случае это не может быть хищением35.

Таким образом, главным в квалификации действий виновного как хищения, в том числе присвоения и растраты, является не мотив, который может быть не только корыстным, а цель, которой является незаконное обогащение, получение наживы за счет чужого имущества36.


2.3 Квалифицирующие признаки присвоения и растраты


Квалифицирующими признаками присвоения и растраты являются деяния, совершенные:

а) группой лиц по предварительному сговору;


б) лицом с использованием своего служебного положения;

в) с причинением значительного ущерба гражданину,

1. Хищение вверенного имущества надлежит считать совершенным группой лиц по предварительному сговору (ч. 2 ст. 160 УК РФ), если в преступлении участвовали два и более лица, отвечающие признакам специального субъекта присвоения или растраты, которые заранее договорились о совместном совершении преступления (п. 22 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г. № 51 «О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате»).

В соответствии с ч. 3 ст. 35 УК РФ под организованной группой следует понимать устойчивую группу лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Организованная группа отличается наличием в ее составе организатора (руководителя), стабильностью состава участников группы, распределением ролей между ними при подготовке к преступлению и непосредственном его совершении. При наличии к тому оснований они несут ответственность согласно ч. 4 ст. 34 УК РФ как организаторы, подстрекатели либо пособники присвоения. Организаторы и руководители несут ответственность за все совершенные организованной группой преступления, если они охватывались их умыслом.

Другие члены организованной группы привлекаются к ответственности за преступления, в подготовке или совершении которых они участвовали (ст. 35 УК РФ) (п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 декабря 2007 г.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: