Правовое положение общества с ограниченной ответственностью
Весьма интересно процессуальное воплощение данной правовой нормы. Истцом в этом случае будет конкретный участник общества, предъявляющий требование о защите интересов последнего. Как уже неоднократно подчеркивалось, общество является искусственным субъектом права и выступает в деловом обороте через свои органы. Иными словами, от его имени действуют лица, занимающие руководящие должности. В ситуации, когда имеют место злоупотребления именно со стороны этих лиц, общество не может само защитить свои интересы, так как, в сущности, это означает, что управляющие должны обжаловать свои собственные действия. Разумеется, участники на общем собрании могут снять неугодных им управляющих, чьи действия причинили обществу убытки, и назначить новых лиц, а последние, в свою очередь, - предъявить требования к своим предшественникам от имени общества. Но это процесс длительный и трудоемкий. Предоставление любому участнику общества возможности предъявить иск и защитить интересы общества в такой ситуации значительно повышает оперативность данной меры и усиливает ответственность управляющих55.
Так возникает весьма любопытная с точки зрения процессуального права ситуация, когда одно лицо - субъект права предъявляет иск от своего имени, но в интересах другого субъекта права. С точки зрения делового оборота совершенно очевидно, что участник общества, предъявляющий такой иск, защищает свои интересы, но косвенным образом. Однако ни в материальном, ни в процессуальном праве понятия косвенного интереса нет. Статья 44 Закона об ООО, которая предоставляет участнику возможность обратиться в суд с иском о возмещении убытков обществу, понятия косвенного интереса также не содержит. Понятие это выработано в теории56, а сама конструкция такого иска заимствована из англо - американского права и аналогов в отечественном законодательстве не имеет.
В гражданском процессе истцом считается лицо, обладающее материально - правовым и процессуально - правовым интересом. Наличие материально - правового интереса подразумевает прежде всего то, что лицо, выступающее в качестве истца, презюмируется стороной спорного материального правоотношения и субъектом спорного материального права. В статье 34 Арбитражного процессуального кодекса РФ прямо закреплено положение о том, что истцами являются организации и граждане, которые предъявили иск в своих интересах или в интересах которых предъявлен иск. Гражданское процессуальное право допускает предъявление определенными лицами иска в защиту не своих интересов. Такими правомочиями обладают, например, прокурор, некоторые государственные органы, общественные организации. Однако в ГПК РФ прямо говорится, что "лицо, в интересах которого дело начато по заявлению прокурора, органов государственного управления, профсоюзов, государственных предприятий, учреждений, организаций, колхозов, иных кооперативных организаций, их объединений, других общественных организаций или отдельных граждан, в случаях, когда по закону они могут обращаться в суд за защитой прав и интересов других лиц, извещается о возникшем процессе и участвует в нем в качестве истца".
Статья 44 Закона об ООО не дает оснований предположить, что общество, в интересах которого и о возмещении убытков которому предъявлен иск одним из его участников, может участвовать в процессе в качестве истца. Причина уже указывалась выше: фактически при определенных условиях это может означать, что от имени общества будет выступать то же лицо, которое является ответчиком.
В литературе предпринимались попытки объяснить позицию истца - участника общества при предъявлении такого иска с точки зрения института представительства и соучастия. Участник общества не может быть признан представителем общества, так как он самостоятельно выступает в процессе в качестве истца, действуя от своего имени и защищая интересы общества и косвенным образом - свои интересы. По той же причине нет здесь и соучастия57.
Таким образом, данная конструкция, получившая в литературе название косвенного иска, представляет собой уникальное явление. Ее введение в российское корпоративное право представляется целесообразным, так как значительно усиливает ответственность управляющих и предоставляет участникам ООО реальные рычаги воздействия на их деятельность и контроля за нею. Однако процессуальное воплощение данной правовой нормы остается не вполне ясным. Вопрос этот, вероятно, должен быть так или иначе решен судебной практикой, хотя на настоящий момент, судя по всему, такая практика еще не сложилась. По мнению некоторых исследователей, указанная правовая норма представляет собой важное профилактическое средство, способное удерживать управляющих от совершения неправомерных действий58.
Важно иметь в виду, что по такому иску участники общества вправе требовать возмещения убытков, уже причиненных обществу. Если же то или иное действие либо решение исполнительных органов убытков обществу не принесло, то оно не может быть предметом обжалования по косвенному иску.
Ответчиком по такому иску будет выступать конкретное должностное лицо, чьи действия предположительно причинили обществу убытки. Закрепление в корпоративном праве понятия косвенного иска предоставит каждому участнику ООО реальную возможность контролировать деятельность управляющих. В институте косвенного иска находит свое выражение ответственность лиц, занимающих руководящие должности в ООО, за недобросовестное исполнение своих обязанностей.
В предмет доказывания по этому иску входит, во-первых, факт наличия убытков у общества и их размер, во-вторых, факт действий (бездействия) ответчика, т.е. органа или лица, к которым предъявляется такой иск, в-третьих, их виновность и противоправность их действий и, наконец, причинная связь между их действиями и убытками общества. Несмотря на то что доказать все эти факты весьма непросто, наличие у участников общества права на подачу косвенного иска дает им определенную гарантию от возможных злоупотреблений управляющих.
Интересно, что бремя доказывания виновности и противоправности совершенных управляющими действий лежит на подавших иск, поскольку добросовестность и разумность участников гражданских правоотношений нашим законодательством предполагаются. По германскому же законодательству в аналогичной ситуации свою невиновность должен доказывать ответчик.
2.3 Иск об обязании общества предоставить документы
Согласно статье 8 Закона Российской Федерации "Об обществах с ограниченной ответственностью" участники общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке. Расплывчатые формулировки "информация о деятельности", "иная документация" не позволяют участнику потребовать от общества доступа к конкретному документу в конкретный срок в случае, если порядок получения информации и ознакомления с документами учредительными документами не определен.
Последнее время развитие России характеризуется бурным экономическим ростом, в определенной степени способствуют ему существующие юридические лица, многообразие форм которых стало правовой реальностью после вступления в силу ст. 34 Конституции РФ. Все чаще в судебных инстанциях разбираются споры между участниками (акционерами) таких юридических лиц, связанные с распределением полученной организацией прибыли. Самой распространенной формой юридического лица в РФ является общество с ограниченной ответственностью, из 1700000 юридических лиц, действующих на территории России, 80% функционируют в форме обществ с ограниченной ответственностью. В то же время правовая база, регламентирующая деятельность обществ с ограниченной ответственностью, имеет существенные правовые пробелы59.
Актуальным является вопрос о получении информации о деятельности Общества его участником. Информацию, получаемую участником Общества, можно разделить на несколько видов:
- информация относительно учредительных документов Общества. Она должна быть предоставлена по требованию участника в разумные сроки, в том числе должны быть изготовлены и предоставлены копии учредительных документов;
- информация о бухгалтерской отчетности Общества за год (или за отчетный период). Такая информация предоставляется участнику в случае его выхода из Общества, в случае приобретения Обществом доли (части доли) участника;
- информация относительно очередных или внеочередных собраний участников Общества (сведения о повестке дня, заключение ревизора, годовой отчет и пр.);
- информация о годовых отчетах и бухгалтерском балансе Общества, о состоянии текущих дел Общества, полученная участником вследствие аудиторской проверки деятельности Общества, проведенной по требованию участника;
- информация о годовой бухгалтерской отчетности, предоставляемая участнику в соответствии с Федеральным законом "О бухгалтерском учете";
- информация о текущей деятельности Общества, о его финансовом положении.
В практике вполне реальна ситуация, когда участник Общества не имеет фактической возможности получить информацию о текущей деятельности Общества, о его финансовом состоянии. В основном такая ситуация возможна в случае, если участник владеет долей небольшого размера в уставном капитале Общества, не может оказать существенное влияние на его функционирование. ГК РФ в ст. 67 предоставляет право участнику Общества получать информацию о деятельности Общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном учредительными документами порядке. Развивает данное положение Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью", который в ст. 8 буквально воспроизводит положения ст. 67 ГК РФ. Казалось бы, de jure право на получение информации у участника есть. Но часто в учредительных документах процесс получения участником информации о функционировании Общества не определен. Создается правовой вакуум, который ведет к нарушению прав участника, ведь каждый участник имеет право на участие в управлении делами Общества, получение прибыли и пр., а все это невозможно без получения объективной и достоверной информации. Необходимо заметить, что в учредительных документах Общества должны содержаться сведения о порядке предоставления информации участникам Общества, это следует из взаимосвязи ст. 52, 89 ГК РФ и ст. 12 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью", в которой порядок предоставления Обществом информации назван одним из существенных условий устава Общества. Соответственно участник Общества может, руководствуясь АПК РФ, обратиться в арбитражный суд с иском о внесении в устав Общества сведений (в качестве изменений или дополнений устава), регламентирующих порядок предоставления информации участникам Общества, другими словами - участник может принудительно изменить устав Общества, определив в нем порядок предоставления информации о деятельности Общества. В этом случае ответчиками в арбитражном суде будут все участники данного Общества (в соответствии со ст. 12 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью"). Следует заметить, что участник не может в своих действиях руководствоваться общими нормами, предоставляющими ему как физическому лицу право на получение информации в соответствии со ст. 29 Конституции России и Федеральным законом "Об информации, информатизации и защите информации", так как основная масса информации о хозяйственной деятельности Общества защищена в силу Федерального закона "О коммерческой тайне" и относится к категории информации с ограниченным доступом.
Но что должен представлять собой порядок предоставления информации? В Федеральном законе "Об обществах с ограниченной ответственностью" указаний на данный счет нет. В данном случае представляется необходимым использование ст. 6 ГК РФ, предусматривающей, в случае если отношения прямо не урегулированы законодательством или соглашением сторон, применять к таким отношениям аналогию закона. Законом, регламентирующим сходные правоотношения, является Федеральный закон "Об акционерных обществах", где в ст. 91 указано, что "документы должны быть предоставлены в течение семи дней со дня предъявления соответствующего требования для ознакомления в помещении исполнительного органа общества. Общество обязано по требованию лиц, имеющих право доступа к документам, предоставить им копии указанных документов. Плата, взимаемая обществом за предоставление данных копий, не может превышать затраты на их изготовление".
Следовательно, участник Общества с ограниченной ответственностью имеет право посредством арбитражного суда добиться внесения в устав Общества изменений или дополнений, регламентирующих процесс получения информации от Общества, причем данный процесс должен быть аналогичен с существующим в отношении акционерных обществ. В вышеуказанном случае путем обращения в арбитражный суд регулируется ситуация, когда процесс получения участником информации в уставе Общества не закреплен.
Но возможно, когда в уставе описаны отдельные принципы получения информации. В таком случае необходимо через арбитражный суд добиваться полного и ясного закрепления в уставе всех стадий информационного процесса, одновременно с этим следует учитывать, что не должны быть нарушены императивные нормы предоставления информации (относительно учредительных документов, вследствие аудиторской проверки и пр.). В данном случае не стоит полностью имплементировать положения ст. 91 Федерального закона "Об акционерных обществах" в устав Общества, так как договорные условия имеют прерогативу перед аналогией закона, т.е. ссылкой на Федеральный закон "Об акционерных обществах" можно лишь восполнять пробелы существующего информационного процесса, но не полностью заменять те принципы получения информации, соглашение о которых между участниками уже имеется в уставе Общества (естественно, если данные принципы соответствуют императивным правовым нормам).
Гражданка Кузнецова Т.С. обратилась в суд с заявлением к обществу об обязании последнего представить ей для ознакомления ряд документов, составленных в период с 01.01.2003 по 24.12.2003, то есть в период, когда она была участником общества.
Суды исходили из положений статьи 8 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Федеральный закон) и устава общества, в соответствии с которыми участники общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.
На основании этих положений суды пришли к выводу о наличии у Кузнецовой Т.С., являвшейся участником общества до 24.12.2003, права доступа к информации и требуемым документам, изданным обществом до 24.12.2003.
В заявлении, поданном в Высший Арбитражный Суд Российской Федерации о пересмотре в порядке надзора названных судебных актов, общество указывает на то, что после выхода из общества гражданка Кузнецова Т.С. была ознакомлена со всеми бухгалтерскими документами, на основании которых сделан расчет действительной стоимости ее доли. Требование о представлении Кузнецовой Т.С. документов, раскрывающих суть хозяйственной деятельности общества и его ценовую политику (сметы, акты выполненных работ, договоры подряда и субподряда), не основано на законе и его выполнение может негативно повлиять на конкурентоспособность общества.
Проверив обоснованность доводов, содержащихся в заявлении, Президиум считает, что оспариваемые судебные акты подлежат отмене с принятием нового решения об отказе гражданке Кузнецовой Т.С. в удовлетворении ее требования по следующим основаниям.
В соответствии со статьей 8 Федерального закона участник общества вправе получать информацию о деятельности общества и знакомиться с его бухгалтерскими книгами и иной документацией в установленном его учредительными документами порядке.
Между тем судом установлен и сторонами не оспаривается тот факт, что на момент обращения с требованием о представлении для ознакомления документов, принятых до 24.12.2003, Кузнецова Т.С. участником общества не являлась, так как 24.12.2003 уведомила общество о выходе из состава его участников.
Последствия выхода участника из общества, предусмотренные в пункте 2 статьи 26 Федерального закона, не дают оснований для вывода о сохранении за бывшим участником всех его прав, которыми он обладал до выхода из общества.
В Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.1999 N 90/14 "О некоторых вопросах применения Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" (пункт 16) разъяснено, что подача заявления участником общества порождает правовые последствия, предусмотренные названной нормой Федерального закона, то есть участник считается выбывшим из общества со дня передачи заявления совету директоров либо исполнительному органу.
Положения статьи 8 Федерального закона, устанавливающие права участников общества, в том числе право на получение информации о деятельности общества и на ознакомление с его бухгалтерскими книгами и иной документацией, не могут толковаться таким образом, что они распространяются и на бывших участников общества, если только их требование о представлении соответствующей информации не связано со спором об определении стоимости их доли, выплачиваемой при выходе из общества60.
Вместе с тем необходимо разграничивать получение информации участником Общества и получение информации участником, который одновременно является работником Общества. Работник Общества в любом случае имеет право на получение определенной информации от Общества, причем основанием служит Трудовой кодекс РФ, предоставляющий работникам целый ряд правовых гарантий, статус участника Общества в данном случае не имеет решающего значения.
В целом представляется необходимым внесение изменений в Федеральный закон "Об обществах с ограниченной ответственностью", которые по аналогии с Федеральным законом "Об акционерных обществах" послужат упорядочению получения информации участником от Общества.
Таким образом, в отличие от Закона об акционерных обществах Закон об обществах с ограниченной ответственностью не содержит императивной обязанности общества предоставить участнику документы в случае, если это не определено в его уставе. Данное обстоятельство создает миноритарному участнику общества препятствия в ознакомлении с той или иной документацией общества, а во многих случаях делает его невозможным. При этом очевидно, что мажоритарные участники (держатели контрольного пакета долей), как правило, не заинтересованы в том, чтобы в учредительные документы, касающиеся прав участника на ознакомление с документацией общества, были внесены изменения.
2.4 Иск об исключении другого участника из состава участников общества с ограниченной ответственностью
Согласно статье 10 Закона об обществах с ограниченной ответственностью участники общества, доли которых в совокупности составляют не менее 10 процентов уставного капитала общества, вправе потребовать в судебном порядке исключения из общества участника, который грубо нарушает свои обязанности либо своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.
При разрешении этой категории споров необходимо установить, в чем именно заключаются действия (бездействие) участника и действительно ли деятельность общества будет существенно затруднена или невозможна, если не принять решение об исключении из общества данного участника. Соответствующие иски зачастую предъявляются со ссылкой на то, что генеральным директором общества ведется деятельность, приводящая к убыткам для общества (например, все помещения общества сданы в аренду за плату, заведомо заниженную в несколько раз по сравнению с рыночной; договоры с третьими лицами заключены на невыгодных для общества условиях; поручительства выданы, а имущество общества сдано в залог под заведомо невыполнимые обязательства, выданы ничем не обеспеченные векселя; налоговая отчетность не сдается, налоги не уплачиваются; общество неоднократно привлекалось к налоговой, административной ответственности; полученные для общества заемные средства используются не по целевому назначению; в результате увольнения сотрудников создана угроза прекращения деятельности общества и т.п.)61.
Кроме того, иск обосновывается ссылкой на то, что участник, в результате действий которого деятельность общества затруднена, является генеральным директором и участником общества в одном лице (гражданином) или же данный участник (имея большинство голосов) отказывается переизбрать генерального директора, который совершает вышеуказанные действия62.
Возражения ответчика против заявленных требований, как правило, сводятся к тому, что согласно статье 33 АПК РФ арбитражные суды рассматривают споры между участником и другими участниками общества за исключением трудовых споров, а в данном случае требования истца основаны на трудовых правоотношениях, то есть связаны с исполнением участником (или лицом, им назначенным, которое не может быть уволено без его ведома) обязанностей генерального директора63.
Представляется, что такая позиция ответчика является спорной. Ведь именно вследствие того, что участники общества выразили доверие другому участнику, назначив его генеральным директором, данное лицо получило возможность управлять обществом. В этом случае имеет место идеальная совокупность прав и обязанностей участника с правами и обязанностями генерального директора и разделить волеизъявление участника и генерального директора на совершение действий (бездействия) нельзя. Действия, затрудняющие деятельность общества, можно расценивать непосредственно как действия участника, так как они производятся при его непосредственном участии, с его ведома и по его воле.
Участники общества с ограниченной ответственностью "Русская торгово-промышленная компания "Русагрокомплекс" У., М. и С. обратились с иском об исключении из общества К. Кроме того, в исковом заявлении поставлен вопрос о передаче обществу с ограниченной ответственностью "РТПК "Русагрокомплекс" принадлежащей К. доли в размере 11,8%, а также об обязании ООО "РТПК "Русагрокомплекс" по результатам 2003 финансового года определить действительную стоимость доли К., выплачиваемой как исключенному участнику, и произвести выплаты не позднее декабря 2004 года.
Возможность исключения участника ООО из общества предусмотрена статьей 10 Федерального закона N 14-ФЗ от 8 февраля 1998 года "Об обществах с ограниченной ответственностью". Согласно этой норме исключение участника из ООО может быть осуществлено только в судебном порядке. При этом с иском об исключении могут обратиться только участники (или участник) общества, доли которых в совокупности составляют не менее чем десять процентов уставного капитала общества.
В соответствии со статьей 10 Закона участник может быть исключен только при наличии хотя бы одного из следующих условий: во-первых, если участник грубо нарушает свои обязанности, во-вторых, если он своими действиями (бездействием) делает невозможной деятельность общества или существенно ее затрудняет.
Таким образом, из смысла статьи 10 Закона следует, что участник ООО может быть исключен за совершение правонарушения (невыполнение возложенных на него обязанностей) либо за действия, которые хотя и не являются нарушением конкретных юридических обязанностей, тем не менее носят такой характер, что препятствуют нормальной деятельности общества (делая ее невозможной в принципе либо существенно ее затрудняя). То есть критерии, на основании которых должно оцениваться поведение участника, подлежащего исключению, даются в законе в самом общем виде. Это означает, что решающее значение для наполнения указанной юридической нормы конкретным содержанием имеет судебная практика. Первый шаг на пути формирования такой практики был сделан высшими судебными инстанциями в совместном Постановлении Пленума Верховного Суда РФ и Высшего Арбитражного Суда РФ N 90/14 от 9 декабря 1999 года (пункт 17). В этом Постановлении, в частности, указывается, что основанием для исключения участника из общества может служить "систематическое уклонение без уважительных причин от участия в общем собрании участников общества, лишающее общество возможности принимать решения по вопросам, требующим единогласия всех его участников". Введены и дополнительные критерии оценки поведения участника: Пленум указал на то, что "при решении вопроса о том, является ли допущенное участником общества нарушение грубым, необходимо, в частности, принимать во внимание степень его вины, наступление (возможность наступления) негативных для общества последствий".
Следует, однако, признать, что разъяснения по вопросу исключения участника из ООО, данные в Постановлении N 90/14, лишь в некоторой (весьма небольшой) степени устранили неопределенность в вопросе об исключении участников из ООО. Поэтому по-прежнему основным ориентиром, позволяющим оценивать ситуацию с точки зрения возможности исключения того или иного участника из общества, остаются вступившие в законную силу судебные решения по конкретным делам.
Требования об исключении из общества участников за ненадлежащее исполнение ими обязанностей в качестве руководителей общества встречаются в судебной практике достаточно часто. Комментируемое дело из их числа.
По существу все претензии, которые были предъявлены К. другими участниками, сводились к тому, что деятельность общества была затруднена вследствие неисполнения (или ненадлежащего исполнения) ответчиком обязанностей в качестве генерального директора общества. Суть этих претензий свелась к следующему: 1) К. не предоставляла другим участникам общества информацию об обществе (нарушая тем самым права других участников, закрепленные статьей 8 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью"), в том числе не сообщала участникам о местонахождении общества; 2) К. как генеральный директор, действующий от имени общества, не исполняла решения судов, обязавших ее предоставить другим участникам предусмотренную законом информацию о деятельности общества; 3) К. в течение длительного времени не сдавала предусмотренную законом отчетность о деятельности общества в налоговые органы, что могло повлечь для общества дополнительные расходы в виде финансовых санкций.
Таким образом, суды сочли возможным исключить К. из общества, по сути, только за те нарушения, которые ею были допущены как генеральным директором. При этом, обосновывая свое решение, суды сослались на статью 8 ФЗ "Об обществах с ограниченной ответственностью", указав, что "именно находясь в должности генерального директора, участник общества, реализовавший свое право в соответствии со статьей 8 Федерального закона "Об обществах с ограниченной ответственностью" на участие в управлении делами общества путем избрания его в органы управления обществом, совершал указанные нарушения, которые существенно затрудняют деятельность общества, делая невозможным осуществление нормальной хозяйственной деятельности ООО "РТПК "Русагрокомплекс"64.
Участник общества, являющийся генеральным директором, наделен всей полнотой властных полномочий и вполне может затруднить или сделать невозможной деятельность общества. Никакой другой участник общества не наделен такими правами, как генеральный директор. Именно генеральный директор общества в силу статьи 40 Закона об обществах с ограниченной ответственностью действует без доверенности от имени общества, совершает сделки и представляет его интересы.
ЗАКЛЮЧЕНИЕ
Завершая данную работу, представляется необходимо сделать выводы по изложенному выше.
1. Согласно абз. 3, п. 3 ст. 20 Закона об ООО порядок определения стоимости чистых активов общества должен устанавливаться федеральными законами РФ и издаваемыми в соответствии с ними нормативными актами, однако требуемый федеральный закон до сих пор не принят. В связи с этим следует констатировать наличие пробела в правовом регулировании данной области имущественных отношений ООО.
Для устранения существующего пробела в праве необходимо, безусловно, принятие специального федерального закона, определяющего порядок оценки стоимости чистых активов хозяйственных обществ. На наш взгляд, данный федеральный закон в целях законодательной экономии должен распространить свое действие не только на общества с ограниченной ответственностью, но и на другие хозяйственные общества (акционерное общество, общество с дополнительной ответственностью).
2. При возникновении ситуации, когда по прошествии установленного учредительными документами срока участниками не "сформирован" объявленный при учреждении общества уставный капитал, общество, с одной стороны, в соответствии с ч.2 ст.20 Закона обязано уменьшить свой уставный капитал, а с другой стороны - в соответствии со ст.24 обязано в течение года со дня перехода доли к обществу распределить ее между всеми участниками пропорционально их долям в уставном капитале либо продать всем или некоторым участникам общества и (или), если это не запрещено уставом общества, продать третьим лицам. Налицо противоречия в Законе.
Поэтому ч.2 ст.20 Закона об ООО целесообразно сформулировать так:
"2. В случае неполной оплаты уставного капитала общества в течение года с момента его государственной регистрации общество в течение одного года со дня перехода к нему доли участника общества, который при учреждении общества не внес в срок свой вклад в уставный капитал общества в полном размере, должно либо осуществить действия, предусмотренные ст.24 настоящего Закона, либо уменьшить уставный капитал или принять решение о ликвидации общества".
3. Минимальный уставный капитал в ООО должен быть принципиально увеличен. Необходимость этого сегодня признают все заинтересованные стороны. При этом материальные средства должны быть внесены наличными на счета вновь создаваемого субъекта предпринимательских отношений с обязательной проверкой деклараций учредителей и фактом действительного их внесения. При этом отсекается целый пласт возможных недобросовестных участников.
3. Закон сохранил ничем не ограниченную возможность выхода участника из общества в любой момент без согласия общества или других участников (ст. 94 ГК, п. 1 ст. 8, п. 1 ст. 26 Закона). Реализация такой возможности связана с необходимостью выплаты уходящему участнику действительной стоимости его доли (либо выдачи с его согласия соответствующего имущества в натуре), что может поставить общество в нелегкое положение. Согласно абз. 2 п. 3 ст. 26 Закона такая выплата должна осуществляться за счет разницы между стоимостью чистых активов общества и размером его уставного капитала (а при недостатке этого имущества - за счет уменьшения уставного капитала, что само по себе влечет крайне неблагоприятные для общества последствия). Из этого ясно, что выходящий участник в принципе может забрать лишь часть чистых активов общества, но не часть всего его имущества. При этом с момента подачи заявления о выходе доля участника переходит к обществу (с последствиями, определенными ст. 24 Закона), а сам он вследствие этого лишается права голоса. Хозяйственная практика также свидетельствует о неудачности такого законодательного решения, однако отказ от него требует изменения соответствующей нормы Гражданского кодекса. Вместе с тем своим выходом участник может поставить общество в тяжелое положение, что влечет нарушение прав других участников, следует п. 1 ст. 26 Закона об ООО изложить в следующей редакции: «Участник вправе выйти из общества в течении 6 месяце после полной оплаты доли в уставном капитале».
4. Право на выход в настоящее время принадлежит любому участнику, в том числе и последнему. На практике это приводит к большому числу "брошенных" обществ, т.е. обществ, из которых вышли все участники. При отсутствии в обществе участников оно формально перестает отвечать требованиям, предъявляемым законом к обществу с ограниченной ответственностью: у него больше нет высшего органа - общего собрания участников. Нет у такого общества и имущества, ведь после выхода из общества все чистые активы должны быть распределены между вышедшими участниками. Такое общество числится в реестре, но фактически уже не существует. Представляется ст. 26 закона об ООО дополнить частью 5: «Следующего содержания выход последнего участника из общества не допускается».
5. Пробел в законодательстве относительно реализации прав сособственника доли участия в ООО должен быть устранен посредством внесения дополнений в Закон об ООО. Необходимо прямо указать на возможность самостоятельной реализации прав участника ООО на информацию и на обжалование решений органов управления обществом для каждого из сособственников доли участия, а также дополнить Закон нормой, аналогичной ч. 3 ст. 57 Закона об АО, о необходимости назначения общего представителя сособственников доли для голосования на общих собраниях участников общества. Ст. 8 ч.1 п.2 Закона об ООО следует дополнить предложением: «Документы должны быть предоставлены в течение семи дней со