Xreferat.com » Рефераты по гражданскому праву и процессу » Правовое регулирование деятельности холдинговых компаний

Правовое регулирование деятельности холдинговых компаний

экономической субординацией здесь мы понимаем отношения власти и подчинения, основанные на экономическом преобладании (преимуществе) одного хозяйствующего субъекта над другими2. Под экономическим преобладанием, на наш взгляд, исходя из действующего законодательства, следует понимать возможность одним субъектом определять условия ведения другим субъектом предпринимательской деятельности. С точки зрения автора, отношения холдинга используют не только взаимосвязь основное - дочернее общество, но также преобладающее - зависимое. Понятие "преобладающее" мы применяем здесь в соответствии со ст.106 ГК РФ как "участвующее", в уставном капитале зависимого общества не менее чем на 20% или имеющее не менее 20% голосующих акций акционерного общества.

Использование в Гражданском Кодексе РФ определения "преобладающее" в двух различных смыслах, по отношению к двум различным правовым понятиям порождает неоднозначные трактовки категории "преобладания". В ст.105 ГК РФ преобладающим признается участие в уставном капитале, являющееся основанием для признания хозяйственного общества дочерним. В статье 106 ГК РФ через преобладание определяется уже не участие в уставном капитале, а само общество, участвующее в уставном капитале другого общества, которое признается в этом случае зависимым.
Основанием для установления экономической зависимости может стать не только преобладающее участие основного общества в уставном капитале дочернего, но и наличие договора или иных обстоятельств, позволяющих основному обществу определять решения дочернего или влиять на решения зависимого общества. При этом преимущественным основанием и способом осуществления экономической власти является, конечно, обладание значительной долей уставного капитала. Это основание отличается своим постоянством и распространяется на все сферы руководства деятельности дочернего общества, а не только, например, на коммерческую деятельность, как это имеет место при системной зависимости общества от давальческих контрактов1.

Впервые понятие "холдинговая компания" нашло закрепление в российском законодательстве о приватизации. Во Временном положении о холдинговых компаниях, создаваемых при преобразовании государственных предприятий в акционерные общества холдинговой компанией признавалось предприятие независимо от его организационно-правовой формы, в состав активов которого входят контрольные пакеты акций других предприятий. Положение распространяет свое действие на акционерные общества с 25% участием государства в их уставном капитале1.

В условиях рыночной экономики холдинговые компании в России возникли не только в процессе приватизации, но и в результате интеграции нескольких организаций одной отрасли (например, нефтяные компании АО "ЮКОС", АО "Сиданко") или в результате межотраслевой интеграции (например, компания АО "Лукойл", распространяющая свою деятельность в нефтяной отрасли, сфере машиностроения, фармацевтики и прочих). Официальные статистические данные о числе организаций-холдингов в РФ не публиковались.

«Анализ курсирующих в различных публикациях сведений, - пишет А.Б.Фельдман, - позволяет сделать вывод, что число фактических холдингов достаточно велико (в угольной, нефтяной отраслях, сфере профессионального фондового рынка)2.

Широкое распространение получили банковские холдинговые структуры. Кстати, именно в Законе "О банках и банковской деятельности"3 (ст.4) содержится законодательное определение холдинговой компании, применительно к банковской сфере, согласно которому банковским холдингом признается не являющееся юридическим лицом объединение юридических лиц с участием кредитной организации (кредитных организаций), в котором юридическое лицо, не являющееся кредитной организацией (головная организация банковского холдинга), имеет возможность прямо или косвенно (через третье лицо) оказывать существенное влияние на решения, принимаемые органами управления кредитной организации (кредитных организаций).

Таким образом, холдингом или холдинговой компанией здесь, как и во Временном положении о холдинговых компаниях, признается только основное общество. Возникает вопрос об определении всей совокупности хозяйственных обществ и товариществ, связанных отношениями зависимости и контроля. Появляется необходимость определения понятия холдинговой компании не только в "узком смысле", как основного (преобладающего) общества, способного определять решения дочерних и зависимых обществ, но и в "широком смысле".

В "широком смысле" холдинговой компанией следует считать совокупность двух или более коммерческих организаций, одной из которых является основное (преобладающее) общество, а остальные - дочерние и/или зависимые общества. Такой подход при определении холдинговой компании используется в проекте Федерального Закона "О холдингах". Согласно проекту Закона холдингом является совокупность юридических лиц, связанных между собой отношениями (холдинговыми отношениями) по управлению одним из участников (головной компанией) деятельностью других участников холдинга на основе права головной компании определять решения, принимаемые другими участниками. Холдинговые отношения согласно ст.3 проекта Федерального Закона "О холдингах" могут возникать при наличии хотя бы одного обстоятельства:

преобладающего участия головной компании, являющейся хозяйственным обществом или хозяйственным товариществом, в капитале других юридических лиц, также являющихся хозяйственными обществами или хозяйственными товариществами (имущественный холдинг);

договора о создании холдинга между головной компанией и участниками холдинга или договора между головной компанией и участниками (учредителями, акционерами, товарищами) других юридических лиц - (договорный холдинг);

способности руководящих органов головной компании определять состав или решения руководящих органов других юридических лиц;

решения (нормативного правового акта о создании холдинга), принятого в пределах своей компетенции собственником имущества унитарного предприятия, если все участники холдинга являются унитарными предприятиями (имущественный холдинг);

постановления Правительства Российской Федерации, принятого в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Таким образом, в проекте делается попытка перечислить все возможные основания возникновения холдинговых отношений. Интересной представляется идея так называемого "договорного холдинга" (ст.6 проекта Закона), который, на наш взгляд, по сути, близок к имеющемуся в системе германского права договору подчинения. К положительным новеллам проекта Закона "О холдингах", на наш взгляд, следует отнести признание наличия холдинговых отношений между унитарными предприятиями и учрежденными ими в соответствии с п.7 ст.114 ГК РФ дочерними предприятиями. Действующее законодательство, как было отмечено выше, не обеспечивает детальное регулирование отношений, связанных с деятельностью предпринимательских объединений с различным составом участников. Понятие холдинговая компания на уровне федерального законодательства применяется в настоящий момент только по отношению к хозяйственным обществам; ГК РФ допускает создание холдинговой компании (напрямую не используя при этом понятие холдинга) с участием в качестве основного любого хозяйственного общества и товарищества, а в качестве дочернего или зависимого только хозяйственного общества (акционерного, с ограниченной, дополнительной ответственностью) (ст.105, 106). Возможность иного состава участников холдинга в действующем законодательстве не просматривается1.

Действительно, по своему экономическому содержанию холдинг - это структура, в рамках которой одна организация (основная организация) имеет возможность определять или, по крайней мере, воздействовать на решения, принимаемые другими организациями, входящими в структуру холдинга. Это влияние может осуществляться:

  • за счет владения преобладающей долей в уставных капиталах этих

организаций;

  • за счет контроля над преобладающей долей активов этих организаций;

  • на основе соответствующего договора между основной организацией и

остальными организациями, входящими в структуру холдинга.

По своей организационно-правовой форме холдинг:

  • либо является юридическим лицом (основной организацией);

  • либо осуществляет деятельность на основании договора простого товарищества (договора о совместной деятельности) между основной и взаимосвязанными организациями;

  • либо осуществляет деятельность на основе комплекта договоров доверительного управления.

В нашей работе мы придерживаемся определения, данного Шиткиной И.С. холдингу: «Холдинги или холдинговые компании являются разновидностью группы лиц, основанной на отношениях экономической зависимости и контроля, участники которой, сохраняя юридическую самостоятельность, в своей предпринимательской деятельности подчиняются одному из участников группы, который в силу владения контрольными пакетами акций (долями участия в уставном капитале), договора или иных обстоятельств оказывает определяющее влияние на принятие решений другими участниками группы.»1.

Холдинговые компаниями являются разновидностью предпринимательских объединений, в число которых входят всевозможные формы объединения коммерческих организаций, создаваемы добровольно (на договорной основе) и принудительно (в результате подчинения и контроля одного юридического лица над другими) для осуществления согласованной деятельности, направленной на получение прибыли.

Холдинги не являются самостоятельной организационно-правовой формой предпринимательской деятельности, предусмотренной Гражданским кодексом Российской Федерации. Что, не может опровергнуть как факта наличия подобных объединений в реальной жизни, так и их существенного влияния на экономику.


1.2.2. Виды холдинговых компаний.


В зарубежном законодательстве и предпринимательской практике принято выделять два вида холдинговых компаний: чистые и смешанные холдинги. Такое деление проводится в зависимости от того, являются ли основные общества холдинговых компаний исключительно только держателями акций (долей участия) дочерних обществ или же наряду с этим занимаются самостоятельной производственной, торговой, банковской или иной коммерческой деятельностью.

В чистом холдинге основное общество владеет контрольными пакетами акций и осуществляет только контрольно-управленческие функции по руководству дочерними обществами.

В смешанном холдинге наряду с контролем за деятельностью дочерних обществ основное общество осуществляет также самостоятельную предпринимательскую деятельность.

Временное положение о холдинговых компаниях, создаваемых при преобразовании государственных предприятий в акционерные общества вводит понятие финансовой холдинговой компании. Финансовыми холдингами в соответствии с этим Положением признаются холдинговые компании, более 50% капитала которых составляют ценные бумаги других эмитентов и иные финансовые активы. Финансовые холдинговые компании могут вести исключительно инвестиционную деятельность, другие виды деятельности для них не допускаются. Финансовая холдинговая компания не имеет права вмешиваться в производственную и коммерческую деятельность дочерних предприятий. Представители финансовой холдинговой компании могут принимать участие только в собраниях акционеров дочерних предприятий. Включение представителей финансовой холдинговой компании в состав советов директоров и иных органов управления дочерним предприятием не допускается. Финансовая холдинговая компания имеет право отчуждения принадлежащих ей акций только на организованном рынке ценных бумаг – фондовой бирже.

Но, следует заметить во-первых, что указами Президента Российской Федерации установлено нераспространение норм раздела 3 Положения о холдинговых компаниях, регулирующих специфику финансовых холдинговых компаний, на отдельные влиятельные холдинги (так указом Президента РФ от 5 сентября 2001 г. № 1098 установлено, что положения раздела 3 не применяются при оплате дополнительных акций, выпущенных открытым акционерным обществом «ТВЭЛ», Указом Президента РФ от 29 декабря 2000 г. № 2107 определено, что положения раздела 3 не применяются при создании ОАО «Нефтяная компания «ЛУКОЙЛ», указом Президента РФ от 3 марта 1998 г. №222 установлено, что действие раздела 3 не распространяется на РАО «ЕЭС России». Указ Президента РФ от 23 октября 2000 г. №1768 исключил применение раздела 3 Положения о холдингах для всех холдинговых компаний, создающихся в оборонной промышленности в форме открытых акционерных обществ путем внесения в их уставные капиталы в качестве вклада Российской Федерации находящихся в федеральной собственности акций ОАО, созданных в процессе приватизации, а также при оплате доли РФ в уставных капиталах уже созданных холдинговых компаний находящимися в федеральной собственности акциями.), во-вторых, многие из приведенных выше положений, касающиеся специфики финансовых холдинговых компаний, создаваемых в процессе приватизации предприятий, утратили своё значение и практически не применяются.

Федеральный закон «О банках и банковской деятельности» от 2 декабря 1990 года № 395-11 с изменениями, внесенными Федеральным законом «О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон «О банках и


банковской деятельности»» от 19 июня 2001 г. № 82-ФЗ2 определяет банковский холдинг как объединение юридических лиц, юридическим лицом не являющееся, с участием кредитной организации (кредитных организаций0, в котором юридическое лицо, не являющееся кредитной организацией (головная организация банковского холдинга), имеет возможность прямо или косвенно (через третье лицо) оказывать существенное влияние на решения, принимаемые органами управления кредитной организации (кредитных организаций).

Под существенным влиянием применительно к банковскому холдингу понимаются возможность определять решения, принимаемые органами управления юридического лица, условия ведения ими предпринимательской деятельности по причине участия его в уставном капитале и (или) в соответствии с условиями договора, заключаемого между юридическими лицами, входящими в состав банковской группы, и назначать единоличные исполнительный орган и (или) более половины состава коллегиального исполнительного органа юридического лица, а так же возможность определять избрание более половины состава совета директоров (наблюдательного совета) юридического лица.

Из приведенных положений следует, во-первых, что головная организация банковского холдинга не должна быть кредитной организацией; во-вторых, что ФЗ «О банках и банковской деятельности», раскрывая понятие «существенное влияние» приводит закрытый перечень оснований установления контроля одного юридического лица над другими, что в принципе не согласуется со ст. 105 Гражданского кодекса Российской Федерации, которая предполагает, что возможность определять решения хозяйственного общества происходит из любых обстоятельств, позволяющих установить между организациями отношения власти – подчинения.

Головная организация банковского холдинга в целях управления деятельностью всех кредитных организаций, входящих в холдинг, вправе создать управляющую компанию банковского холдинга. Управляющая компания банковского холдинга представляет собой хозяйственное общество, основной деятельностью которого является управление деятельностью кредитных организаций, входящих в банковский холдинг1. Управляющая компания не вправе заниматься страховой, банковской, производственной и торговой деятельностью. Головная компания банковского холдинга обязана иметь возможность определять решения управляющей компании по вопросам, отнесенным к компетенции собрания ее учредителей (участников), в том числе и о ее реорганизации и ликвидации.

К компаниям холдингового типа можно также отнести концерны, синдикаты, конгломераты, пулы1. А.Б.Фельдман, имея в виду различие между юридической формой объединения и ее экономическим содержанием, пишет: «Методологически правильно выделить экономические механизмы объединения предприятий, выражающие определенные производственные отношения, и организационно-правовые формы, в которых осуществляется действие этих механизмов». Их содержание различает только экономический характер существующих между ними связей, но в основном система управления выстроена в этих образованиях на базисе холдинговых отношений, то есть, отношений подчинения между управляющей компаний и зависимыми (дочерними) обществами.

Цели объединений могут быть реализованы путем образования определенной правовой формы: холдинга, финансово-промышленной группы, ассоциации (союза), некоммерческого партнерства, простого товарищества. В форму холдинга воплощаются, как правило, отличающиеся жесткой централизацией концерны и синдикаты; диверсифицированный холдинг представляет собой конгломерат.

Охарактеризуем некоторые из этих объединений.

Концерн был известен советскому законодательству дорыночного периода и ещё в Законе РСФСР «О предприятиях и предпринимательской деятельности» 1991 г.2 рассматривался как добровольное объединение предприятий, обладающее статусом юридического лица. В концерне создавалась система управления, при которой его участники добровольно передавали часть своих полномочий и функций, в том числе по представлению своих интересов во взаимоотношениях с министерствами и ведомствами, другими организациями и учреждениями, включая вопросы размещения государственного заказа, получения централизованно выделяемых материальных ресурсов и капитальных вложений.

В настоящий момент концерны понимают как способ организации взаимодействия самостоятельных субъектов предпринимательской деятельности путем централизации производственных, научно-технических, внешнеэкономических функций, финансовой и инвестиционной деятельности, а также сервисного, коммерческого обслуживания.1

Концерн представляет собой экономическое единство с жестко централизованной структурой. Правовой основой централизации управленческих функций может быть наличие между юридическими лицами отношений экономической зависимости. Сервисные, лизинговые центры, маркетинговые и торговые службы, обретают в концернах формы хозяйственных обществ со специализированными функциями. Организация, доминирующая в концерне, может быть основным по отношению к другим структурам концерна обществом. При этом некоторые авторы2 не исключают возможность создания и функционирования концерна в организационно-правовой форме финансово-промышленной группы путем заключения договора о ФПГ и учреждения центральной компании. Важно то, что концерн отражает производственно-экономическое содержание деятельности организации, а холдинговые компании являются организационно-правовыми формами этого содержания.

В правовую форму холдинговых компаний могут также «облачаться» синдикаты, под которыми в современной практике понимают предпринимательское объединение картельного типа, участники которого сбывают свои товары через единую торговую контору (обычно создаваемого в виде хозяйственного общества), которая также может осуществлять для участников синдиката закупки сырья1. Синдикат не является юридическим лицом, его участники сохраняют юридическую и производственную самостоятельность.

Синдикаты могут существовать в правовых формах холдингов, создаваться на базе простого товарищества. Таким образом, отдельные холдинговые компании по своему экономическому содержанию могут быть синдикатами.2

С точки зрения экономического содержания холдинговые компании могут представлять собой конгломераты. Конгломератами признают совокупность организаций, которые не имеют каких-либо общих производственных основ, но объединены организационными или финансовыми связями3. Конгломераты являются диверсифицированными корпоративными образованиями, возникающими в результате межотраслевой интеграции. Широкая диверсификация производства снижает производственные риски, позволяет целенаправленно распоряжаться финансовыми потоками в том направлении деятельности, которая может принести наибольшую прибыль. Конгломерат может существовать как в форме холдинга, так и в других формах. Но не каждая холдинговая компания имеет диверсифицированное производство, т.е. является конгломератом и не каждый конгломерат обязательно существует в форме холдинга.


1.3. Состав (структура) холдинговой компании.


Структуру классической холдинговой компании в качестве обя­зательных элементов составляют две группы участников:

1) основное (материнское) хозяйственное общество (акцио­нерное, с ограниченной или дополнительной ответствен­ностью) или товарищество (полное, коммандитное);

2) дочернее хозяйственное общество (акционерное, с огра­ниченной или дополнительной ответственностью).

С точки зрения субъектного состава в соответствии с дей­ствующим российским законодательством основным (материнским) может быть как хозяйственное общество: акционерное, с ограни­ченной или дополнительной ответственностью, так и товарище­ство: полное или коммандитное (на вере); дочерним (зависимым) может быть только хозяйственное общество (ст. 105, 106 ГК РФ). Такой вывод следует из логики и общего смысла, содержащихся в указанных статьях, хотя норма ст. 106 ГК РФ, в отличие от ст. 105 ГК РФ, косвенным образом отказывает хозяйственным товариществам в праве быть основными по отношению к зави­симым обществам.

Основное общество или товарищество и дочерние (зависи­мые) общества не являются особыми организационно-правовы­ми формами предпринимательской деятельности или какой-либо разновидностью хозяйственных обществ и товариществ. Они ис­пользуются лишь для обозначения характера отношений эконо­мической зависимости между двумя юридическими лицами. В этой связи представляется не совсем удачным расположение ст. 105, 106 в § 2 гл. 4 ГК РФ, которые как бы продолжают перечень видов хозяйственных обществ и товариществ.

Важно отметить, что существуют устойчивые холдинговые ком­пании, в которых отношения контроля и зависимости имеют ста­бильность, проявляются во всех решениях и сделках, а также хол­динговые компании, в которых отношения подчинения могут складываться в отдельном определенном случае, в конкретной граж­данско-правовой сделке. Всякое хозяйственное общество может быть признано дочерним при доказанности отношений контроля и подчинения другому хозяйственному обществу (товариществу) даже в единственном возникшем между ними правоотношении. Право­вые последствия такого признания те же, что и при стабильно существующих отношениях зависимости. Верховный Суд РФ, Высший Арбитражный Суд РФ указали, что взаимоотношения двух хозяйственных обществ могут рассматриваться как взаи­моотношения основного и дочернего общества, в том числе и применительно к отдельной конкретной сделке, в случаях, ког­да основное общество (товарищество) имеет возможность опре­делять решения, принимаемые дочерним обществом, либо да­вать обязательные для него указания1.

Раскрывая понятие основного (материнского) общества и дочерних хозяйственных обществ (ст. 105 ГК РФ, ст. 6 Закона об АО, ст. 6 Закона об ООО), законодатель выделяет следующие возможные основания установления экономического контроля основного общества над дочерним:

  1. Наличие преобладающего участия в уставном капитале, ко­торое

необязательно должно превышать 50% голосующих акций (долей участия) в уставном капитале общества. При многочисленности акционеров или участников и «распы­ленности» контрольного пакета в отдельных обществах требуется значительно меньшее число голосов (долей уча­стия), чтобы добиться подавляющего влияния. Эта форма экономического контроля реализуется, та­ким образом, посредством участия основного общества в органах управления дочернего: общих собраниях акцио­неров, советах директоров;

  1. Наличие заключенного договора, согласно которому одно об­щество

вынуждено подчиняться другому. Это может быть договор доверительного управления, совместной деятель­ности, кредита, ипотеки, залога ценных бумаг, иной иму­щественный договор. К числу договоров, создающих от­ношения подчинения, отдельные авторы относят договор с управляющей организацией (управляющим), которой пе­редаются полномочия исполнительного органа общества2. На наш взгляд, договор об управлении, в силу которого одно общество выполняет функции исполнительного орга­на другого общества3, к числу договоров, создающих отно­шения экономической субординации, не относится.

Как нам представляется, при передаче функции испол­нительного органа организации другому юридическому лицу не возникает холдинговых отношений в их содержа­тельном значении, поскольку между управляющей орга­низацией и хозяйственным обществом не возникают от­ношения зависимости, и, хотя эффективность деятельности управляющей организации влияет на экономические ре­зультаты управляемого общества, но не в связи с контро­лем над ним. Напротив, в соответствии с законодатель­ством исполнительные органы хозяйственного общества подотчетны общему собранию и совету директоров (ст. 69 Закона об АО, п. 4 ст. 32, ст. 40 Закона об ООО). Управля­ющая организация при осуществлении ею прав и испол­нении обязанностей должна действовать в интересах об­щества добросовестно и разумно, она несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу ее виновными действиями (бездействием), если иные осно­вания и размер ответственности не установлены законом или договором (п. 3 ст. 53 ГК РФ). К управляющей орга­низации с иском о возмещении причиненных обществу убытков может обратиться общество и соответственно ак­ционер (ы), владеющий в совокупности не менее чем 1% размещенных обыкновенных акций общества (ст. 71 Зако­на об АО). С иском о возмещении убытков к управляющей организации общества с ограниченной ответственностью вправе обратиться общество или его участник независимо от размера принадлежащих ему долей (п. 5 ст. 44 Закона об ООО). По решению общего собрания акционеров хо­зяйственного общества, полномочия управляющей орга­низации могут быть в любое время досрочно прекраще­ны, если ее управленческая деятельность в качестве исполнительного органа окажется неэффективной (п. 4 ст. 69 Закона об АО, подп. 4 п. 2 ст. 33 Закона об ООО).

В вопросе о месте управляющей организации в корпо­ративных отношениях важно различать случаи: (1) когда автономное общество «приглашает» управляющую органи­зацию для осуществления функций исполнительного орга­на и в этом случае, как было показано выше, управляющая организация не приобретает контроля над этим обществом и (2) когда основное общество, не желая непосредственно осуществлять руководство дочерними обществами, создает для этих целей подконтрольную (зачастую со 100% участи­ем в уставном капитале) управляющую организацию и по­ручает ей осуществлять управление дочерними общества­ми. В последнем случае управляющая организация является всего лишь «правовым механизмом» осуществления основ­ным обществом контроля, в основе которого лежат отноше­ния экономической зависимости между ним и дочерними обществами, определяемые, например, владением конт­рольным пакетом акций. Следует отметить, что в совре­менных условиях все больше основных обществ прибегает к организации управления в холдинге посредством управ­ляющих организаций, действующих как единоличный ис­полнительный орган дочерних обществ. В этом случае ди­ректор дочернего общества не назначается, а влияние на должностных лиц, осуществляющих от имени управляю­щей организации полномочия по текущему руководству до­черними обществами, у основного общества вполне весо­мое. Достаточно сказать, что эти лица состоят в трудовых отношениях с управляющей организацией, которые могут быть изменены или прекращены по инициативе ее руково­дителя, назначенного основным обществом. 3. Наличие иной возможности определять решения общества может выражаться, например, в праве избирать или существенным образом влиять на избрание определенного количества членов совета директоров, коллегиального исполнительного органа, назначать единоличный исполнитель­ный орган. К числу «иных способов» установления контроля относится распространенная практика, когда генеральный директор основного общества избирается председателем совета директоров дочернего, а руководители основного общества занимают также руководящие должности в дочернем. Основное общество может назначить управляющей компанией дочернего общества специально созданную для этих целей подконтрольную коммерческую организацию, о чем выше шла речь.

В нашем понимании зависимость, хотя и определяется коли­чественным критерием, но связана с существенным влиянием од­ного хозяйственного общества на решения другого и является как бы более «слабым» проявлением контроля, по сравнению с тем, через который определяется дочернее общество. Зависимые обще­ства могут входить в структуру холдинговых компаний, но их участие в холдинге не является квалифицирующим признаком этого вида предпринимательского объединения.

В зарубежном законодательстве устанавливается различный процент участия в уставном капитале, позволяющий судить об отношениях экономической зависимости. К примеру, в Законе об акционерных обществах Германии 1965 г. предусмотрено, что зависимость между акционерными обществами возникает при наличии у одного из них 25% пакета акций другого, в Законе Харта-Скотта-Родино США 1979г. — не менее 15% голосую­щих акций. В английском Законе о компаниях 1985 г. вообще не применяется количественный критерий, а зависимость оп­ределяется от обладания большинством или контролем за большинством голосов в компании1.

При определении экономической зависимости могут быть: выделены следующие степени контроля:

• 100% участие основного общества в уставном капитале дочернего обеспечивает полный контроль. Это «компания одного лица», руководство деятельностью которой во многом, реализуется основным обществом; и

• от 75% участия в уставном капитале в АО также обеспечивает полный контроль, поскольку является квалифицированным, большинством голосов, необходимым на общем собрании при решении вопросов о внесении изменений и дополнений в ус­тав общества, о его реорганизации, ликвидации, об определе­нии количества, номинальной стоимости, категории (типа) объявленных акций и предоставляемых этими акциями прав, о приобретении обществом размещенных акций в случаях, предусмотренных Законом «Об акционерных обществах». В ООО владение 75% долей в уставном капитале обеспечивает гарантированный, однако не полный контроль, поскольку по ряду вопросов уставом общества может быть предусмотрено единогласие (внесение изменений в учредительный договор, реорганизация, ликвидация общества и др.);

- от 51% участия в уставном капитале общества обеспечивают гарантированный контроль по всем вопросам повестки дня общего собрания, за исключением требующих квалифициро­ванного большинства голосов в АО и/или единогласия в ООО. Поскольку результат голосования на общем собрании под­считывается от общего числа акционеров (участников) с пра­вом голоса, присутствующих на собрании, при «распылен­ности» пакета акций (долей участия) 51% голосов может обеспечивать полный контроль и при решении вопросов, тре­бующих квалифицированного большинства. Владение 51 % ак­ций уставного капитала, которое в ранее действующем зако­нодательстве (до принятия первой части Гражданского кодекса РФ), было единственным критерием для отнесения обще­ства к категории дочернего является в общепринятом значе­нии «контрольным» пакетом акций (долей участия);

- от 33% до 25% — «блокирующий» пакет акций или долей участия, позволяющий голосовать против и отклонять выно­симые на общее собрание вопросы. В ООО блокирующим может быть минимальное участие, например, владение од­ной долей уставного капитала;

- 20% участие в уставном капитале свидетельствует о наличии отношений зависимости.

- Наличие 10% в уставном капитале влечет за собой важней­шее право требовать созыва общего собрания акционеров;

- 2% акций предполагают возможность участия в формировании по­вестки дня общего собрания, выдвижения кандидатов в органы управления и контроля общества.

Сами по себе указанные пол­номочия не приводят к установлению экономической суборди­нации, однако, в сочетании с другими могут формировать отно­шения зависимости.

Отдельные авторы, рассматривая холдинговую компанию в широком смысле слова, включают в ее структуру наряду с ос­новным, дочерними, зависимыми обществами, также филиа­лы1. Такое «расширенное» понимание холдинга представляется нам вряд ли оправданным, поскольку холдинговую компанию образуют юридически самостоятельные структуры, филиал же является обособленным подразделением коммерческой органи­зации. Эта организация несет полную имущественную ответ­ственность по долгам филиала. Правовой статус филиалов как налогоплательщиков нашел свое исчерпывающее отражение в ст. 19 Налогового кодекса Российской Федерации, в соответ­ствии с которой филиалы и иные обособленные подразделения российских организаций исполняют обязанности этих органи­заций по уплате налогов и сборов по месту нахождения этих филиалов и иных обособленных подразделений. Следователь­но, ответственность за своевременную уплату налогов и сборов лежит на самом юридическом лице, имеющем обособленные подразделения.

Достоинство «филиального» варианта организации компании, как справедливо замечает А.Р. Горбунов, заключается в том, что филиалы находятся в сфере прямого действия административных механизмов материнской компании2, однако при этом не воз­никает холдинга с его преимуществами, заключающимися, в частности, в обособлении имущества и ответственности основ­ного и дочерних хозяйственных обществ.


1.4. Правосубъектность холдинговых компаний


В теории права под правосубъектностью традиционно признается установленное и признанное законом особое юридическое качество или свойство, которое позволяет лицу или организации стать субъектом права или участником правоотношения. Правосубъектность представляет собой совокупность таких свойств, как правоспособность и дееспособность.1

Под правосубъектностью юридического лица в гражданском праве понимается наличие у него качеств субъекта права, т.е. правоспособности и дееспособности.1 Правоспособность юридических лиц определяется как наличие у них лишь таких прав и обязанностей, которые соответствуют целям деятельности и прямо зафиксированы в учредительных документах. Дееспособность юридического лица определяется, как способность собственными действиями приобретать, создавать, осуществлять и исполнять гражданские права и обязанности.2

Но всё вышесказанное относится лишь к юридическим лицам, каковыми холдинги (холдинговые компании) не являются. По мнению Шиткиной И.С, холдинговые компании являются частично правосубъектными предпринимательскими объединениями, обладающими отдельными элементами правосубъектности.3

С точки зрения традиционного цивилистического подхода к числу правосубъектных коллективных предпринимателей относятся только юридические лица. Но последователи предпринимательского права при определении субъекта предпринимательского права и правосубъектности в хозяйственном обороте отказались от использования фикции юридического лица. Субъектами предпринимательской деятельности ими признаются носители хозяйственных прав и обязанностей, наделенные компетенцией, обладающие обособленным имуществом как базой для осуществления предпринимательской деятельности, зарегистрированные в установленном порядке или легитимированные иным образом.4 Юридические лица рассматриваются этими авторами как вид субъекта предпринимательского права, наряду с которыми в качестве правосубъектных признаются, в частности, также, холдинги, финансово-промышленные группы, консорциумы, синдикаты, пулы.

Точка зрения о возможности признания за предпринимательскими объединениями, не являющимися юридическими лицами, частичной правосубъектности уже высказывалась в правовой литературе ранее. Так, например, Лаптев В.В. считает, что производственно-хозяйственные комплексы в целом, как система, не являясь юридическими лицами, обладают некоторыми элементами предпринимательской правосубъектности.1 Под производственно-хозяйственным комплексом автор понимает хозяйственную систему, «включающую предприятия и орган управления – центр системы, который действует как субъект права в интересах системы, тогда как система в целом субъектом права не признается. И такой подход, на наш взгляд, позволяет сохранить хозяйственную самостоятельность предприятий, входящих в комплекс, что имело большое значение даже в условиях плановой экономики и становится особенно важным при переходе к рыночному хозяйству»2. В.В. Лаптев именует такие производственно-хозяйственные комплексы также «группировками субъектов, которые имеют юридическое значение, но сами не являются субъектами права». «Иногда, - пишет автор, - такие группировки обладают правосубъектностью, но не во всех предпринимательских отношениях, а лишь в некоторых из них. Примером могут служить группы лиц, признаваемые субъектами права только в отношениях, регулируемых антимонопольным законодательством, но не обладающие правосубъектностью в других предпринимательских отношениях»3.

С точки зрения антимонопольного законодательства предполагается, что участники группы лиц (формально автономные юридические и (или) физические лица) являются составными частями общей структуры, управляются из единого центра и занимаются предпринимательской деятельностью для достижения интересов группы в целом. Предприниматели, входящие в группу, несвободны в определении своего поведения на рынке, поскольку действуют под контролем другого субъекта. В ст. 4 Закона о конкуренции при определении правового статуса группы лиц законодатель обоснованно игнорирует форму (оболочку) юридического лица для того, чтобы правоприменительные органы могли определить носителей реальной экономической власти на рынке и непосредственно влиять на их деятельность1. Таким образом, российское законодательство вынуждено признать для защиты собственных интересов и интересов участников гражданского оборота как экономическую зависимость или отношения субординации, которые могут существовать между формально независимыми юридически самостоятельными лицами, так и необходимость правового регулирования хозяйствующих субъектов, не обладающих статусом юридического лица.

Налоговое законодательство, также «заинтересовано» в правосубъектности участников экономических отношений. Для этого в Налоговый кодекс РФ было введено понятие «взаимозависимых лиц» (ст.20), которыми для целей налогообложения признаются любые физические и (или) организации, отношения между которыми могут оказывать влияние на условия или экономические результаты их деятельности или деятельности представляемых ими лиц. Выделение категории взаимосвязанных лиц оказалось необходимым для возможности осуществление налоговыми органами контроля на предмет ценообразования операций, совершаемых между взаимозависимыми лицами. Как известно, отмечает Шиткина И., возможность «трансфертного ценообразования» между участниками предпринимательских объединений холдингового типа дает возможность занижать налогооблагаемую базу и тем самым представляет опасность для государства2. Признать «группу лиц» в качестве субъекта правоотношений экономически развитые капиталистические государства «заставило» именно беспокойство за своё благополучие1.

Состояние российской рыночной экономики в настоящий момент таково, что не признать в качестве субъектов отдельных предпринимательских отношений предпринимательские объединения, хотя и не обладающие статусом юридического лица, но имеющие согласованную экономическую политику и консолидировано выступающие на рынке, было бы опасным прежде всего для самого государства, а также других участников гражданского оборота: акционеров дочерних обществ, кредиторов и пр.

Возможность признания за определенными коллективными образованиями частичной правосубъектности представляется реальной, в частности, потому, что категория правосубъектности не является догмой: на протяжении длительного исторического периода это свойство в различных правопорядках признавалось или отрицалось по отношению к различным лицам2.

В учебнике по теории государства и права под редакцией проф. Лазарева В.В., в отличие

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: