Xreferat.com » Топики по английскому языку » Сравнительно-сопоставительный анализ стилистической выразительности и средств ее актуализации в английском и русском языках

Сравнительно-сопоставительный анализ стилистической выразительности и средств ее актуализации в английском и русском языках

предметов действительности и в значительной степени способствует раскрытию авторского мироощущения, выявляя субъективно-оценочное отношение писателя к фактам этой объективной действительности.

Исследуя роман Т. Драйзера «Сестра Керри» на предмет выявления сравнений, мы выяснили, что писатель не очень часто употребляет сравнение как стилистический прием создания образности. Однако, сравнения, используемые Т. Драйзером, оказываются сильными и выразительными. Разберем одно из сравнений Т. Драйзера:

Unrecognized for what they are their beauty, like music too often relaxes, then weakens then perverts the simpler human perception (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 22).

В этом примере сравниваются два неодушевленных абстрактных предмета – ложь и музыка.

Ложь (lie) отождествляется с музыкой. Это делается с целью глубже проникнуть в образ лжи, выявить ее влияние на человека. С точки зрения сопоставления в этом примере представлен стилистический прием сравнения, лексически выраженный предлогом like. Мы можем сказать с уверенностью, что здесь автор достигает психологического эффекта.

Рассмотрим еще один пример:

Caroline or Sister Carrie as she had been halt affectionately termed by the family, was possessed of a mind rudimentary in its power of observation and analysis (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 23).

В приведенном примере подчеркивается любовное отношение родных к героине романа. Сопоставление выражается лексически при помощи предлога as, а морфологическим средством сопоставления является суффикс – y- – affectionately.

Чтобы подчеркнуть пренебрежение к людям, именно к простому люду, со стороны высокопоставленных лиц Т. Драйзер также прибегает к сравнению. Именно об этом свидетельствует следующий пример:

We’re not exactly in need of anybody, he went on vaguely, and looking her over as one would a package (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 47).

В этом тексте для усиления эффекта человеческое существо сравнивается с неодушевленным предметом: тюком с тряпьем (one would a package). При этом сравнение вводится предлогом as.

В следующем примере Т. Драйзер характеризует манеру поведения одного из своих персонажей:

From his coat sleeves protruded a pair of linen cuffs of the some pattern, fastened with large gold plate buttons, set with the common yellow agates known as «cat’s-eyes» (Drouet) (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 24).

Манера поведения Друэ передается Драйзером через стиль его одежды. Именно манерой, стилем одежды подчеркивается, что герой стремится произвести впечатление на людей, с которыми он вынужден общаться и работать. Сила сравнения в данном случае передается сопоставлением неодушевленного с одушевленным – as cat’s – eyes.

В последующих примерах сравнение применено для характеристики персонажей:

He had been pointed out as a very successful and well-known man about town (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 66).

It is no easy thing to get up early in the morning when one is used to sleeping until seven and eight, as Carrie had been at home (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 56).

Как видно из проанализированных примеров, в основном сравнение используется автором для характеристики персонажей, но у этого стилистического приема обнаруживаются и другие функции.

Так, например, сравнения часто применяются при создании фона повествования:

Upon street – lamps at the various corners she read names such as Madison, Monroe, La Salle, Clark, Dearborn, State and still she went, her feet beginning to tire upon the broad stone flagging (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 40).

Anything was good enough so long as it paid – say five dollars a week to begin with (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 36).

To Carrie the sound of the little bells upon the hors-cars as they tinkled in and art of hearing was as pleasing as it was novel (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 33).

Кроме того, сравнение позволяет передать в художественной речи манеру поведения персонажей и проявление ими чувств:

She met girls of her own age, who looked at as if with contempt for her diffidence (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 57).

Drouet, for one, was lured as much by his longing for pleasure as by his desire to shine among his betters (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 70).

She could not help smiling as he told her of some popular actress of whom she reminded him (Th. Dreiser. Sister Carrie, p. 26).

Вышеприведенные примеры свидетельствуют о том, что автор сознательно употребляет сравнения в романе, так как они служат для характеристики образа человека, его внешнего вида, манеры его поведения, а также – его эмоционального состояния. При помощи стилистического приема сравнения достигается экспрессивность и оценочность. Следовательно, сравнение в романе употребляется для создания характеристики персонажа и оценки его поведения и роли.


3. Анализ роли и функции сравнения в рассказах А.И. Куприна


3.1 Особенности языка рассказов А.И. Куприна


А.И. Куприн – оригинальный художник критического реализма 20 века. В его творчестве отразились основные черты русской классической литературы с ее демократизмом, гуманизмом, глубоким интересом к жизни народа (Соколов, 63). Писателю, творчество которого формировались в непростое время для русского народа, была особенно близка тема простого русского человека, ищущего, и не всегда находящего, правду в социальной жизни. Как считает А.Г. Соколов, на раннем этапе творческого развития А.И. Куприн испытал сильное влияние Ф.М. Достоевского.

С начала 90-х годов 19 века А.И. Куприн активно занимался журналистикой: он активно сотрудничал в провинциальных русских газетах и журналах, испытывая себя в разных жанрах журналистики. Работа журналиста, заставившая Куприна обратиться к самым насущным проблемам времени, способствовала формированию у него определенных демократических взглядов, выработке творческого стиля. В те же годы Куприным опубликована серия рассказов о людях, отверженных обществом, но хранящих высокие нравственные и духовные идеалы – «Картина», «Блаженный». Кто же был положительным героем писателя? В поисках нравственных и духовных идеалов жизни А.И. Куприн обращается к «естественной жизни» отщепенцев этого, современного ему мира – бродяг, нищих, артистов, голодающих непризнанных художников и т.п. В рассказах «В цирке», «Белый пудель» герои писателя – жертвы общества. «Излюбленными героями писателя стали обитатели глухих углов России, вольные бродяги, люди, близкие природе, сохранившие вдали от общества душевное здоровье, свежесть и чистоту чувства, нравственную свободу» (Соколов, 65).

Куприн-реалист довольно ясно осознавал абстрактность своего идеала человека; недаром в столкновении с реальным миром, с противоестественными законами действительности естественный герой всегда терпит поражение: или отказывается от борьбы, или становится изгоем общества, как в рассказе «С улицы».

В 1907 году Куприн пишет рассказ «Изумруд» о жестокости и лицемерии законов человеческого мира. Однако в ряде рассказов, написанных в те же годы, Куприн попытался указать и на реальные примеры высоких духовных и нравственных ценностей в самой действительности. В 1907–1911 годах он пишет цикл очерков «Листригоны» о крымских рыбаках, о свежести их чувств, цельности натур, воспитанных трудом и близостью к природе. А.И. Куприн синтезирует в «листригонах» 20 века вечные черты «естественного человека», сына природы, искателя. Эти очерки интересны, прежде всего, отношением писателя к ценностям жизни: в самой реальности Куприна привлекало высокое, смелое, сильное. Именно в поисках этих начал он и обращался к народной русской жизни.

В рассказах А.И. Куприна (464 страницы текста) обнаружено очень много сравнений, многие из которых можно характеризовать как традиционные, устойчивые, с другой стороны – много и сравнений очень индивидуальных, которые можно отнести, вероятно, к авторским.

Можно отнести к устойчивым такие сравнения как:

«То ему казалось, что он ворочает со страшными усилиями и громоздит одна на другую гранитные глыбы с отполированными боками, гладкими и твердыми на ощупь, но в то же время мягко, как вата, поддающимися под его руками» (К., 117).

«Толстый лакей с разлетавшимися в обе стороны бакенбардами, подпрыгивая, как большой резиновый мяч, бегом бросился вслед уходящим артистам» (К., 165).

«Он мчался, как птица, крепко и часто ударяя о землю ногами, которые внезапно сделались крепкими, точно две стальные пружины» (К., 183).

«Чего ты смотришь, дурак, как козел на новые ворота?» (К., 200).

«Этот человек совсем исчез с моего горизонта, и я не знаю, где он: на каторге или его убили где-нибудь, как собаку…»

(К., 202).

«Лавируешь и скользишь, как змея, каждую минуту начеку, весь внимание: не сорваться, не переборщить, не впасть в нищенский тон» (К., 216).

«Цепенюка схватили, – царапины у него оказались на руках и на лбу, – мариновали в остроге полтора года, но ничего не могли с ним поделать: уперся, как бык» (К., 225).

«Светило солнце. Как сумасшедшие кричали дрозды…» (К., 243)

«А японцы, черт бы их побрал, работают, как машины»

(К., 267).

Сравнения, относящиеся непосредственно к существительному или субстантивной группе, выражают признак предмета или явления. Однако сравнение может быть синтаксически связано не с существительным, а с глаголом или с прилагательным. В рассказах А.И. Куприна очень много именно сравнений, построенных вокруг глагола:

«Его детское лицо, коричневое, скуластое и совсем безволосое, смешно и жалко выглядывало из непомерно широкой серой шинели с рукавами по колени, в которой Байгузин болтался, как горошина в стручке» (К., 9).

«Широкий казарменный двор, обнесенный со всех четырех сторон длинными деревянными строениями, кишел, точно муравейник, серыми солдатскими фигурами» (К., 12).

«Он не спускал с меня глаз; когда я переставал обращать на него внимание, он подходил и лизал, как собака, мои руки, сапоги или одежду» (К., 51).

«Он краснел, бедняга, как девочка, и заикался, объясняясь с секретарем» (К., 56).

«Двенадцатилетняя Тиночка Руднева влетела, как разрывная бомба, в комнату, где её старшие сёстры одевались с помощью двух горничных к сегодняшнему вечеру» (К., 90).

«И тотчас же ему показалось, что кровать тихо заколыхалась и поплыла под ним, точно лодка, а стены и потолок медленно поползли в противоположную сторону» (К., 116).

«Несколько минут он как рыба, вытащенная из воды, ловил открытым ртом воздух и страшно хрипел» (К., 136).

«Он задыхался от гнева, и глаза его светились в темноте, как у дикого зверя» (К., 142).

«– Ты все свое, Истинный ты Козел! – с досадой говорил Бузыга. – Куда мне твой соловый жеребенок к чёрту? Его же в каждом селе знают, как облупленного» (К., 144).

Исходя из того, что всякое сравнение – это выражение, образное выражение, некого качества в целом или в какой-то его части, то, очевидно, что часто в сравнении в качестве основания присутствуют имена прилагательные:

«Денщик Авилова, Никифор Чурбанов – ловкий, весёлый и

безобразный, точно обезьяна, солдат, – уже раздувал на крыльце снятым с ноги сапогом самовар» (К., 38).

«Няньки и бонны, собравшись кучками, судачили про своих господ, а гувернантки сидели на скамеечках, прямые, как палки, углублённые в чтение или работу» (К., 47).

«Я, как теперь, помню её огромную швейцарскую, широкую лестницу с мраморными перилами, анфилады высоких, строгих аудиторий и навощенные, блестящие, как зеркала, паркеты, по которым мои провинциальные ноги ступали так неуверенно» (К., 48).

«Непрерывно, один за другим, подъезжали извозчики и по мановению руки величественного, как статуя, городового, описав полукруг, отъезжали дальше, в темноту, где длинной вереницей стояли вдоль улицы сани и кареты» (К., 119).

«Тропинка спустилась вниз, соединившись с широкой, твердой, как камень, ослепительно белой дорогой» (К., 158).

«Благодаря редкому, хотя необыкновенно длинному шагу его бег издали не производил впечатления быстроты; казалось, что рысак меряет, не торопясь, дорогу прямыми, как циркуль, передними ногами, чуть притрогиваясь концами копыт к земле»

(К., 341).

К.А. Долинин отмечает, что подобные сравнения кроме темы и образа содержат так называемое основание, т.е. тот признак, по которому сближаются тема и образ – действие в глагольном сравнении и качество в сравнении с прилагательным (Долинин, 154).

Исходя из синтаксической структуры таких предложений, правильнее было бы сказать, что в них сопоставляются не предметы, лица или явления, выраженные существительными, а их действия (состояния), выраженные глаголами, или их качества (свойства), выраженные прилагательными или причастиями.

В качестве образа как части сравнения у А.И Куприна встречаются разные одушевленные и неодушевленные существительные, некоторые из которых можно представить в виде некой группы, объединенной общностью значения, или принадлежностью к одному или похожему классу явлений. Так, например, часто встречаются в качестве образа существительные, обозначающие разные типы и классы животных домашних и диких:

– Тебе спать хочется, а я, как овца, по твоей милости кашляю… (К., 40).

– Чего вы гогочете, словно жеребцы на овес? – раздается его сердитый старческий голос (К., 77)

Движения их были медленны, мягки, осторожны и расчетливы, как движения двух кошек, начинающих играть. …попробовал нагнуть его, но голова американца быстро, как голова прячущейся черепахи, ушла в плечи, сделалась твердой, точно стальной, … (К., 128).

Косятся, как те собаки на волка,… (К., 131).

А я пролез на животе, как та гадюка, лег за кустом и все вижу (К., 139).

Стою я, как тот бык под обухом, сказать ничего не могу, а только дрожу (К., 140).

Басы мощно откашливались, рыча в глубине хора, как огромные, добродушные звери (К., 194).

Много у нас вокруг нее народу вертелось, как тетеревей на току, … (К., 204).

уговаривай его, как верблюда (К., 219).

Очень часто в сравнении в качестве образа как его структурной части выступают слова, обозначающие людей разного возраста и пола:

Этот защитник отечества был худ и мал, точно двенадцатилетний мальчик (К., 9).

… он, вдруг закрыв лицо ладонями, разразился громкими рыданиями, сотрясаясь всем телом, точно плачущая женщина, … (К., 17).

мне хотелось от радости закричать и съежиться, как делают маленькие дети, ложась в постель после целого дня беготни. (К., 53).

Он краснел, бедняга, как девочка, и заикался, объясняясь с секретарем (К., 56).

И от этой мысли атлет вдруг почувствовал себя беспомощным, растерянным и слабым, как заблудившийся ребенок, и в его душе тяжело шевельнулся настоящий животный страх…. (К., 127)

сами они – низкие, корявые, толстые – походили на приземистых старцев, воздевших к небу тощие руки. (К., 130)

…которую ты отогрела на груди, подобно крестьянину в известной басне великого Крылова!!! (К., 190)

…широко и с ужасом округлив глаза, точно старая нянюшка, когда она вечером рассказывает страшную сказку (К., 246).

Можно обнаружить в качестве образа нетрадиционные существительные, обозначающие профессии или род деятельности:

…он на других не смел кричать, а был любезен, предупредителен и слащав, как провинциальный зубной врач… (К., 310).

Был еще…некто…, из семинаристов; умнейшая, золотая голова, но на вид – чистый сапожник… (К., 219).

…высокого роста, красавец, усы и бороду брил, лицо полное, нос орлиный – ну, точка в точку первый любовник со столичной сцены! (К., 218).

…одевался – как царь Соломон во всей славе своей (К., 212).

– Воображаю! – деланно, точно актриса на сцене, уронила Лидия…(К..8).

Он трудился над ними (произведениями), как ювелир над драгоценным алмазом, … (К., 57)

С тягой ко всему не извращенному буржуазной цивилизацией связано у Куприна любовное отношение к родной природе. «Как писал В. Воровский, природа живет у Куприна полной, самостоятельной жизнью, свежесть и красота которой опять-таки противопоставляются неестественным нормам человеческого общежития» (Соколов, 66). А. Куприн как художник-пейзажист во многом, по мнению В. Воровского, усвоил традиции пейзажной живописи Тургенева. Очень интересны у А.И. Куприна сравнения при описании природы:

И кучера и кони точно сбесились: снег прямо тучей над ними. (К., 25).

Пересекая дорогу, вьется из-под бревенчатого мостка узкая речонка, точно сжатая в невысоких, но крутых изумрудно-зеленых берегах, гладкая, как зеркало, … (К., 82).

Уличный шум и суета происходили где-то далеко-далеко от него и казались ему такими посторонними, ненастоящими, точно он рассматривал пеструю движущуюся картинку. … (К., 116)

Тихая река, неподвижная, как болото, вся была скрыта под сплошной твердой зеленью кувшинок,…

Мошкара дрожала над водой прозрачным, тонким столбиком, … (К., 130).

Магнолии с их твердыми и блестящими, точно лакированными листьями и белыми, с большую тарелку величиной, цветами;…

…все было страшно, таинственно, сказочно красиво в саду, точно наполненном ароматными снами. На клумбах тихо шептались, с неясной тревогой наклоняясь, друг к другу, словно перешептываясь и поглядывая, едва видимые в темноте цветы (К., 182).

Пятые этажи тонули во мгле, которая, точно обвисшее брюхо черной змеи, спускалась в коридор с улицы и затаилась и замерла, нависнув, как будто приготовилась кого-то схватить… (К., 241).

Как сумасшедшие кричали дрозды… (К., 243).

Стояла теплая, белая прозрачная ночь…., с бледным, точно утомленным бессонницей небом и со спящими облаками на небе, длинными, тонкими, пушистыми, как клочья ваты.

Весь каменный огромный город дышал зноем, точно раскаленная печь. … Бледное от солнечных лучей море лежало неподвижно и тяжело, как мертвое (К., 318).

При этом писателем используются, как правило, оригинальные образы при описании природных явлений и состояний:

Из-за горизонта, точно гигантские растопыренные пальцы, тянулись вверх по небу золотые полосы от лучей еще не взошедшего солнца (К., 45).

Кроме того, и мелкая горячая пыль не проникала туда сквозь сплошную ограду из густых и старых лип и раскидистых каштанов, похожих с длинными, торчащими кверху розовыми цветами на гигантские царственные люстры (К., 47).

…сами они (деревья) – низкие, корявые, толстые – походили на приземистых старцев, воздевших к небу тощие руки (К., 130).

Ствол у нее мохнатый, на манер войлока, а каждый лист такой большой, что нам с тобой обоим укрыться впору (К., 159).

Стояла теплая, белая прозрачная ночь…., с бледным, точно утомленным бессонницей небом (К., 318).

…возвышался плотный строй тонких запыленных кипарисов, похожих на длинные черно-серые веретена. Только сквозь широкие чугунные ворота, похожие своей причудливой резьбой на кружево, можно было рассмотреть уголок свежего, точно зеленый яркий шелк, газона,… (161)


3.2 Сопоставительный анализ способов выражения сравнения в книжном и разговорном стилях языка


Типология сравнений в произведениях А.И. Куприна

С точки зрения функциональных стилей сравнения можно разделить на две группы (Степанов, 165):

Относительно малочисленная группа сравнений книжного стиля речи;

Обширная группа сравнений разговорно-фамильярного стиля.

Сравнения разговорно-фамильярного стиля несут, как правило, экспрессивную оценку, тогда как книжные – являются нейтральными. В отличие от книжных, сравнения разговорно-фамильярные в массе своей глубоко своеобразны в каждом языке и, соответственно, непереводимы.

На социальной обусловленности речи сказывается также соотношение ее с нормой языка, т.е. использование речи литературной или разговорной. Для художественной прозаической литературы особенно важным является использование разговорной речи, что также связано с тем, кто, какой социальный субъект выражает себя в тех или иных формах разговорной речи (Брандес, 200).

Эстетическая идея художественного произведения воплощается в конкретном художественном образе. Художественный образ является носителем, предметной формой жанрового и стилистического содержания, средством существования эстетической функции, которая в художественном произведении приобретает качественную определенность. Художественный образ отличается от всех других образов тем, что он формируется окончательно в процессе языкового воплощения, которое опосредовано жанровой и стилистической формами.

Рассмотрим соотношение так называемых книжных и разговорно-фамильярных сравнений в рассказах А.И. Куприна. Естественно это зависит от фабулы того или иного рассказа и его тематики и, соответственно, от персонажей, героев и действующих лиц.

Например, при чтении новеллы «В цирке» видим, что повествование ведется на литературно-письменном языке. Это обусловлено типом повествования от лица стороннего наблюдателя: он описывает цирковой мир, не погружаясь в него ни эмоционально, ни с точки зрения языка повествования. Основной персонаж рассказа – борец Арбузов. Его портрет автор дает с помощью изысканно книжных сравнений:

…маленький доктор от удовольствия даже потер ладонь о ладонь, (…) любуясь его огромным, выхоленным, блестящим, бледно-розовым телом с резко выступающими буграми твердых, как дерево, мускулов (К., 103).

Его тело было белее, чем у Ребера, а сложение почти безукоризненное: шея выступала из низкого выреза трико ровным, круглым, мощным стволом, … Грудные мышцы, стиснутые сложенными руками, обрисовывались под трико двумя выпуклыми шарами,… (К., 126)

Не менее красочно описывает автор и последний бой Арбузова с американцем Ребером:

Ребер приближался быстрыми, мягкими и упругими шагами, наклонив вперед свой страшный затылок и слегка сгибая ноги, похожий на хищное животное, собирающееся сделать скачок (К., 127)

Движения их были медленны, мягки, осторожны и расчетливы, как движения двух кошек, начинающих играть.

…попробовал нагнуть его, но голова американца быстро, как голова прячущейся черепахи, ушла в плечи, сделалась твердой, точно стальной, … (К., 128)

… он уже слышал в прерывистом, обдававшем ему затылок дыхании Ребера хриплые звуки, похожие на торжествующее звериное рычание, … (К., 129).

Смерть Арбузова описана также с помощью очень яркого и художественно очень емкого сравнения:

И это случилось так же просто и быстро, как если бы кто дунул на свечу, горевшую в темной комнате, и погасил ее… (К., 129).

Элементы разговорного языка в прозе А.И. Куприна

В двух новеллах «Конокрады» и «Белый пудель» книжные сравнения наблюдаем в авторской речи, и разговорно-фамильярные – в речи персонажей, соответственно, конокрадов и бродячих артистов.

При описании природы в авторской речи встречаем следующие образные сравнения:

Тихая река, неподвижная, как болото, вся была скрыта под сплошной твердой зеленью кувшинок,…

Мошкара дрожала над водой прозрачным, тонким столбиком ветки топорщились у них кверху, и сами они – низкие, корявые, толстые – походили на приземистых старцев, воздевших к небу тощие руки. (К., 130).

Сладковатый, похожий сначала запахом на резеду, дымок махорки поплыл синими струйками в воздухе (К., 131).

Затем в повествовании вклинивается диалог двух конокрадов – старика и мальчика и здесь уже сравнения, несомненно, носят фамильярно-разговорный характер:

Косятся, как те собаки на волка,… (К., 131).

– А то еще вот, говорят, что двойная спина бывает… как у лошадей, – сказал он печально (К., 132).

– О, это такой проворный хлопец… все равно как пуля. (134)

Стоят оба два, как те лялечки, ножки в землю вросли, ушки маленькие, торчком, глазом косят на меня, как зверюки… (К., 137).

А я пролез на животе, как та гадюка, лег за кустом и все вижу (К., 139).

Зажал он меня, как коваль в тиски, и тащит.

Стою я, как тот бык под обухом, сказать ничего не могу, а только дрожу (К., 140).

К заре мужики спят, как куры… (К., 143).

При возобновлении повествования от автора опять отмечаем книжные

сравнения, соответствующие литературно-письменной норме:

Несколько минут он, как рыба, вытащенная из воды, ловил открытым ртом воздух и страшно хрипел (К., 136).

Он задыхался от гнева, и глаза его светились в темноте, как у дикого зверя (К., 142).

Мальчик уже давно слышал неясный, глухой и низкий гул, который, как раскачавшиеся волны, то подымался, то падал…. (К., 150).

…люди бежали с хриплыми криками, с пеной у рта, точно стая бешеных животных (К., 152).

В это время черная масса дрогнула и закачалась, точно лес под внезапно налетевшим ветром (К., 154).

В новелле «Белый пудель» книжные сравнения отличаются от разговорно-фамильярных даже по «сравнительному форманту»:

Магнолии с их твердыми и блестящими, точно лакированными листьями и белыми, с большую тарелку величиной, цветами;…

Ствол у нее мохнатый, на манер войлока, а каждый лист такой большой, что нам с тобой обоим укрыться впору (., 159)

В первом примере видим описание дерева, данное автором

повествователем, во втором – дедушкой-шарманщиком.

При описании природы: парка, моря, побережья видим книжные литературные сравнения, данные автором-художником:

…возвышался плотный строй тонких запыленных кипарисов, похожих на длинные черно-серые веретена. Только сквозь широкие чугунные ворота, похожие своей причудливой резьбой на кружево, можно было рассмотреть уголок свежего, точно зеленый яркий шелк, газона,… (К., 161).

…все было страшно, таинственно, сказочно красиво в саду, точно наполненном ароматными снами. На клумбах тихо шептались, с неясной тревогой наклоняясь, друг к другу, словно перешептываясь и поглядывая, едва видимые в темноте цветы (К., 182).

В речи шарманщика опять встречаем разговорно-фамильярные сравнения:

Это я носом чую, на манер как охотничий пес (К., 162).

(Эфиопы) … черные, как сапог, и даже блестят. …, а волосы курчавые, как на черном баране. (К., 159).

Интересно отметить, что в новелле «С улицы» речь одного и того же персонажа меняется в зависимости от предмета разговора и места протекания действия: то он говорит как простолюдин:

Чего ты смотришь, дурак, как козел на новые ворота? (К., 200).

Много у нас вокруг нее народу вертелось, как тетеревей на току, … (К., 204).

Так и выкинули из полка, точно шелудивую собачонку… (208)

Я на него барбосом: … (К., 211)

… голова трещит с похмелья, зол – как сто дьяблов (К., 214).

… господа думают, что мы – вроде манекенов, ничего не видим, не слышим и не понимаем (К., 224).

то изъясняется высоким стилем:

…и рос я, как сорная трава, на улице и на дворе (К., 201).

Была она тоненькая, хрупкая, лицо, как у печального ангела, … (К., 204).

И мы, гостиничные служки, жмемся вдоль стен и, аки некие безгласные тени, благоговейно трепещем (К., 210).

… одевался – как царь Соломон во всей славе своей (К., 212).

Лавируешь и скользишь, как змея, каждую минуту на чеку, весь внимание:… (К., 216).

Ах, как он писал! Прежде всего, почерк – круглый, черный, – писал он тушью, – красоты неописанной и четкий, как самая крупная печать (К., 219–220).

И весь этот вечер я служил точно заводной автомат, даже не сбился ни разу.… Пришел я домой…, но мне – можете себе представить – все равно, точно машине! (К., 229).

Сам повествователь является главным героем новеллы и объясняет двойственность своей речи и жизни, следующим образом:

«Поглядев на меня, вы ведь, конечно, не скажете, что сей самый, сидящий перед вами субъект тоже в свое время стоял на хорошей дороге

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: