Теоретический анализ функционирования имен собственных в современном английском романе
Таким образом, эпоха Римской Британии не наложила существенного отпечатка на карту страны. Сохранившиеся топонимы не являются полностью латинскими, а содержат какой-либо компонент, заимствованный из латинского языка.
1.3.1.3 Скандинавский топонимический слой
Наиболее отчетливо в современной топонимии Англии прослеживаются следы скандинавского влияния. Однако ощутимо оно не на всей территории страны, а в совершенно четко очерченном регионе, на территории бывших скандинавских владений (9-11 вв.) Эта область, собирательно именуемая Дейнло (Danelaw, буквально "датского закона"), охватывает современные графства Йоркшир, Линкольншир, Норфолк, Лестершир, Ноттин-гемпшир, Ланкошир, Уэстмоншир, Камберленд. - /Беленькая В.Д.1977.: с.ЗО/
Региональная специфика топонимии этой области проявляется в своеобразии отбора лексики: во многих случаях закрепляются скандинавские топонимические элементы, под воздействием родственных скандинавских лексем особую активность приобретают некоторые английские компоненты, весьма интенсивно используются диалектизмы. Многие признаки топонимии "Датского закона" либо совсем не характерны для других территорий, либо представляются чрезвычайно ограниченно.
Наибольшей активностью на данной территории обладает конечный элемент - by: Moorby, Wilby (сравним аналогичные топонимы Швеции -Tamleby, Vimmerby, Ottenby, Ekby; Дании - Dalby, Aaby). Область его интенсивного распространения - Норт-Йоркшир, Хамберсайд и Линкольшир. За пределами южной границы области "Датского закона" они вообще отсутствуют.
Первоначально значение -by - деревня, небольшое поселение, отдельно стоящая ферма (сравним современное датское by - город, шведское -деревня; норвежское - город, населенный пункт, поселок).
Это значение подтверждается трехсоставными топонимами, которые, создаваясь на основе уже существующих ранее наименований, относятся к вторичным, "дочерним" поселениям: Blackfordby - от Blackford; Saltfleetby -от Saltfleed. (На севере Англии до настоящего времени сохраняется этот способ наименования ферм). Большинство топонимов с -by имеют в качестве первого компонента имя собственное, как правило, скандинавское.
Широкое применение в данном регионе получает компонент - thorp, скандинавского происхождения ( ср. шв. torp - участок земли, крестьянский дом; норв. torp - диал. участок земли, хуторок). Он встречается во всех графствах "Датского закона" (Ср. также его распространение в Швеции - Torp, Simonstorp, Ringstorp).
Первоначально элемент - thorp, по-видимому, употреблялся для обозначения второстепенных поселений или ферм. Это значение выявляется при сравнении таких пар, как Burnham и Burnham Thorpe, Barkby и Barkby Thorpe, Kilton и Kilton Thorp, где thorp служит для дифференциации объектов. Аналогичное явление обнаруживается среди трехчленных топонимов: Ashwellthorpe (на основе Ashwell).
Показательные способы разграничения различных мелких thorp, расположенных на близком расстоянии, путем точного указания их местоположения: Easthorpe и Westhorpe, Northorpe и Southorpe, Thorpe in the Fallows, Thorp by Water.
Среди массово повторяющихся скандинавских топонимических элементов выделяется - toft, который первоначально употреблялся для обозначения участка, прилегающего к дому, или участка земли с домом, (ср. англ. toft - уст. усадьба; датск. toft - огороженный выгон, пастбище). Toft встречается как простой топоним (Toft, Tofts) и в качестве конечного элемента (Landtoft, Moortoft, Eastoft, Fishtoft). В настоящее время он широко распространен в Швеции (Tofta), Норвегии (Tofta), Дании (Tofterup, Toftlund, Abeltoft).
В скандинавских названиях отчетливо выявляется компонент holm, употребляющийся для обозначения участков суши у воды, небольших островов ( ср. англ. holm - пойма, речной островок; датск. holm - островок; норв. holme - небольшой остров, каменистый и лишенный растительности; скалистый холм среди растительности, островок растительности в голых скалах) Holm встречается в качестве простого топонима (Holme) и как конечный элемент сложных названий (Heighholme, Bromholm, Oxenholme, Tupholme).
В названиях населенных пунктов данного региона широко используется компонент - thwaite ( англ. диал. thwaite, twaite - участок земли, вырубка, огороженный пастбищный участок, пустошь, пригодная для культивирования). Область его наиболее интенсивного распространения - северо-запад: Камбрия, Ланкошир (Thwaite, Greenthwaite). Ср. аналогичные топонимы, распространенные в Норвегии: Tveit, Tveiten.
1.3.1.4 Французские элементы в топонимике Великобритании
Влияние французского языка на топонимику Англии в целом мало ощутимо: французские элементы не имеют какой-либо особой региональной локализации и ни в каких областях не достигают высокой концентрации. Процесс перенесения топонимов из Франции, который наблюдался в период Норманского завоевания, не отличался интенсивностью и в большинстве случаев сопровождался изменением звучания французских наименований, то есть привнесением местного произносительного варианта: Jervaulx - [re'vo:] и ['rivaz], Rievaulx - [dza:'vo:] и ['dza:vis].
Французские лексические заимствования оканчиваются прилагательными beau, bell: Beaurepoure, Beaudesert, Bellasize, Belvoir. Остальные заимствования единичны и не носят систематического характера: The Prae (франц. pre - небольшой луг), Delapre Abbey (франц. de la pre), Cowdry Park (франц. coudraie - орешник).
В небольшом числе названий используется компонент mont (франц. mont- гора): Eamont, Ridgmont, Grosmont). Компонент- ville, получивший широкое распространение в топонимике США, встречается всего в нескольких поздних названиях: Coalville, Charterville, Bronville. Это топонимы, "исскуственно" составляемые из значимых частей, известных как "Fanciful nineteenth-century formations" /Беленькая В.Д., 1977.: с.ЗЗ/. В тех случаях, когда -ville выделяется как современное окончание древних топонимов (Morville, Wyville) он, по-видимому, является результатом эволюции др. - англ. feld (поле) и wella (источник). Однако не исключено косвенное влияние старо французского ville, vylle - ферма, загородная усадьба (лат. villa - загородный дом). Ср. совр. англ. vill - поэт, деревня, селение; ист. вилл (адм.-терр. единица). Эти данные, однако, не противоречат отношению к -vill, как к своеобразному американизму англоязычной топонимии.
Особую проблему составляет применение в английской топонимии конструкций с использованием французского артикля /е и предлога еn.
Этот материал представляет интерес не только в связи с рассмотрением французского влияния на топонимию Англии, но также потому, что он до какой-то степени способствует раскрытию сложной и не решенной еще проблемы использования артикля в английской топонимии в целом.
Интенсивное употребление французского артикля lе в составе английских топонимов заставляет проанализировать те условия, которые дали ему возможность сохраниться. Наблюдение показывает, что артикль не употребляется перед монолексемными топонимами и, вместе с тем, широко используется перед теми частями полилексемных топонимов, которые являются добавочными определениями: Clayton le Woods, Normanton le Heath. Это дает возможность предположить, что артикль является частью предложной конструкции, описывающей местоположение объекта: Chapel en le Frith, Bramton en le Morthen, Stretton en le Field.
Действительно, в ряде случаев предлог выпадает, в результате чего и образуются сочетания типа Chapel le Feme, Walsham le Willows.
Правильность этого заключения подтверждается параллельным функционированием таких пар, как Barton in the Willows - Barton le Willows. В собственно английской топонимии наименования, в которых описывается местоположение объекта, осуществляется посредством предложной конструкции, включающей артикль, получают довольно широкое распространение: Hutton in the Forest, Hutton in the Hole. Обычно они относятся к мелким населенным пунктам, небольшим деревням или поселкам, которые возникают поблизости от поместий и получают названия последних - с добавлением дифференцирующих (предложных) определений.
Топонимы с французским артиклем в большинстве случаев, по-видимому, представляют собой перевод соответствующих английских наименований. В подавляющем большинстве случаев за артиклем следует географический термин, в котором и заключено указание на местоположение (fen - болото, топь; beck - редк, ручей; frith - диал. вырубка, поросшая кустарником; mire - трясина, болота; heath - пустошь, болотистая местность, поросшая вереском).
Взаимосвязь английских и французских форм отчетливо видна на материале местных вариантов названий, функционирующих параллельно с официальными, в которых можно наблюдать различные стадии замены: исчезновения французского артикля, введение английского предлога и пр.
Ср. Thornton le Dale - мест. Thornton Dale, Burgh le Marsh - мест. Burgh in the Marsh; Clayton le Dale - мест. Clayton in the Dale и Clayton in le Dale. Последний случай особенно интересен соединением английского предлога и французского артикля. Однако наиболее регулярен параллелизм lе и in the: Hutton le Hole - Hutton in the Hole6 Sutton le Dale - Sutton in teh Dale.
Наличие этих вариантов позволяет заметить, что в современных опо-нимах французский артикль воспринимается в функции, близкой к предлогу, то есть для связи с указателем местоположения объектов: Thornton le Moors, Haughton le Spring, Strainton le Vale - на болотах, у ручья, в долине.
1.3.2 Проблема морфологической классификации топонимов
Современная топонимия Англии, во всем многообразии ее форм, представляет собой результат многовекового развития названий. Подходя к проблеме структуры английских топонимов - в общем плане исследования топонимической системы в целом - необходимо при анализе конкретных наименований одновременно учитывать два момента: современный состав топонимов, как фактор синхронический, и процесс их образования, как фактор диахронический. Тесное соприкосновение проблем членимости и топонимического словообразования заставляет далее выйти за пределы анализа одного отдельно взятого топонима и перейти к установлению места данной единицы в ряду других, и выявлению наиболее продуктивных способов образования топонимов и возможных путей их создания в настоящем и будущем.
Одна из особенностей английской топонимии заключается в том, что компоненты, из которых состоят наименования, лишь в редких случаях имеют соответствия в лексике современного английского языка. Эта закономерность объясняется теми факторами, которые влияли на изменение морфологической структуры наименований в процессе их эволюции: выпадению отдельных звуков в начале, середине или конце топонимов, замены близких звуков, выпадение целых компонентов и т.д. Одним из наиболее характерных в этом плане факторов является морфологическое опрощение топонимов, при котором наименования, ранее состоявшие более чем из одной морфемы, становятся нечленимыми, то есть воспринимаются в своей цельности (Ср. Ogle < Ocga's hill; Clare < Clarey slope). Соединение частей названия, стирание границ между морфемами может привести к утрате этимологической мотивированности отдельных компонентов первоначально сложного целого. Деэтимологизация, таким образом, является обычным, хотя и не обязательным следствием опрощения.
Необходимо также указать на такой характерный процесс изменения топонимов, как замещение морфем, связанное с попыткой народной этимологизации названий.
Ср. современное название Ely: Elge, 8 в. (el+ge - угорь + район) дает в 10в. (el+eg - угорь + остров), так как населенный пункт расположен подобно острову, среди болот и ручьев.
Наибольшей регулярностью в английской топонимии обладает монолексемная структура, состоящая из двух частей, каждая из которых может повторяться в других топонимах, создавая своеобразные топонимические ряды (Двухэлементную структуру можно, по-видимому, считать характерной для английских ИС в целом. Источники 11-14 вв. удостоверяют, что большинство англосаксонских личных имен также состоит из двух частей. / Беленькая В.Д., 1977.: с.36/ Ряд Adlington, Burmington, Butterton, Houton - устанавливается общностью конечного компонента -ton, тогда как ряд Ashfield -Ashford - Shley - Ashmore определяется общностью начального ash-.
Однако, рассматривая характер/членения топонимов, необходимо еще раз подчеркнуть, что выделяющиеся компоненты не всегда обладают значимостью, а чаще всего, напротив, представляют собой те или иные сочетания звуков, не соотносимые на современном уровне ни с какими единицами языка. Наименования, подобные Ashfield, которые распадаются на две значимые части, и поэтому могут по аналогии со сложными словами быть названы сложными топонимами. В связи со сложными топонимами, необходимо оговорить случаи типа Ashover. Возможность соотнесения конечного компонента с современным over оказывается ложной; компонент возникает в результате эволюции древнеанглийского ofer- склон, холм.
Исторически английские топонимы возникают из значимых комбинаций элементов. Как видно из хроник Достопочтенного Беды (умер в 735 г.), он сознавал значение географических названий, так как переводил многие из них на латынь /Беленькая В.Д., 1977. с.36/. Но уже на самых ранних стадиях развития системы имен обнаруживаются сложные комплексы, которые не поддаются "переводу", то есть не являются "значимыми" в своем целостном виде.
Основой семантического исследования наименований надо считать выяснение значения элементов, его составляющих, с последующей реконструкцией значения сложного имени в целом. Именно семантика элементов ( а не названий как целостной единицы) являются единственной надежной базой семантического анализа.
Утрата мотивированности неравномерно затрагивает отдельные части или элементы топонимов. Конечные элементы, семантическая нагрузка которых заключается в указании вида объекта, в целом проявляют большую устойчивость, чем начальные, функция которых состоит в привнесении добавочной информации - характеристик или обозначение принадлежности. Возможные изменения объективных условий затрагивают в первую очередь именно эту дополнительную часть, что ведет к легкой потере мотивированности начальными элементами.
Таким образом, в подавляющем большинстве, положительно выделяются лишь один из компонентов, а именно конечная, значимая часть: современные beck, shaw, thwaite в Birbeck, Ushaw, Esthwaite. Части, оставшиеся после выделения конечных компонентов (ber, и, es), не являются производящими основами, то есть не могут быть соотнесены с какими-либо словами английского языка. Следовательно, различие в структуре Ashfield и Birbeck заключается в том, что во втором случае определенное отношение начальной части может быть осуществлено лишь на базе частной повторяемости в топонимии конечного компонента - beck. Значительная масса английских топонимов, таким образом, представляет собой образования, членение которых может быть произведено лишь условно (условно-членимые топонимы). Начальная часть, остающаяся при выделении конечных морфем таких топонимов не представляет собой морфему, а является неким остаточным элементом, которые на современном уровне развития языка являются пустым" звукосочетанием.
В сочетании конечных и начальных элементов прослеживаются определенные закономерности. Полнозначность конечного элемента (основы или суффикса) отнюдь не предполагает полнозначность начального (ср. Esthwaite). Напротив, полнозначность начального компонента обычно означает большую сохранность всего названия в целом, то есть возможность положительной выделимости и его конечной части (ср. Holmescales, Edgeworth). Последние примеры, однако, не должны изменить основного, высказанного ранее положения о малой сохранности топонимов в целом и начальных элементов, в особенности, так как наименования такой структуры встречаются крайне редко и для английской топонимии не характерны.
Изложенное выше дает возможность заключить, что морфологическая классификация топонимов во многом определяется спецификой конечных элементов. Последние, однако, не обладают однородностью, так как, в соответствии с общей тенденцией, и они претерпевают определенную утрату мотивированности. В связи с этим редко встречаются конечные элементы, представляющие собой основу слова, непосредственно соотносящуюся с современным словом (ср. приводимый выше топоним Ashfield, в котором выделяются две значимые части).
Напротив, наибольшей частотностью характеризуются конечные элементы, которые, не имея аналогов в современной лексике, вместе с тем объединяются одним определенным лексическим признаком, а именно тем, что они все восходят к географическим терминам.
Ср. -ham (древнеанглийское him - деревня, ферма, поместье), -ton древнеанглийское tun - огороженное место, ферма, усадьба, деревня, город). Несмотря на отсутствие соотнесённости с современными лексемами, эти элементы в связи со своей массовой повторяемостью, отчетливо воспринимаются как имеющие значение указателей вида объекта ( обозначение именно населенного пункта, в отличие от реки, возвышенности и т.д.).
Эти элементы можно, по-видимому, обозначить как топонимические суффиксы, на основании того, что они, не встречаясь в языке как отдельные слова, обладают ясной выделяемостью в составе наименований и особенностью создавать неограниченное число топонимов. Они регулярно повторяются (только в качестве конечных морфем) и имеют определенное лексическое значение указателей населенных пунктов. Наименования, включающие эти суффиксы или созданные с их помощью (Tenton, Fordham), понятны всем носителям английского языка, то есть воспринимаются именно как ойконимы.
Далее отчетливо выделяются конечные элементы, которые занимают промежуточное положение между группами, описанными выше, то есть как бы сочетают признаки, характерные для каждой из них, а именно соотносятся с соответствующими однокоренными словами и, вместе с тем, регулярно функционируют в роли аффиксов: -cot, -den, -fen и др. Не утратив своего лексического значения (в связи с наличием этих слов в языке), они тем не менее в составе наименований отличаются от последних фонетически. Признаки, характеризующие их как суффиксальные морфемы, - регулярное функционирование в качестве конечных компонентов, безударность, возможная редукция гласного - позволяют применить к этой группы топонимических компонентов понятие полуаффиксов.
Ср. - cot [kot] - Wilcot [kat ]; den [den] - Lullenden [dan ]; fen [fen] - Matfen [fan ].
Итак, на основе высказанных выше наблюдений можно выделить следующие группы английских топонимических наименований: простые
наименования (simple place-names), в которых выделяются топонимы, состоящие из одного элемента. Это те, которые являются результатом либо полного опрощения (Tring - древнеанглийское treo + hangra; Iden - древнеанглийское ig + denn), либо изменений в составе первоначально односоставных названий (Ore, Hoe). В эту группу также входит небольшое число наименований, состоящих из одной основы, непосредственно соотносящейся со словом современного языка (Bath, Cliff);
2) наиболее широко представлены в английской топонимии названия, которые могут быть обозначены как производные (derived) affixed place-names), то есть состоящие из производящей основы и топонимического суффикса (Oakleigh, Fordwich) или топонимического полуаффикса (Clifford, Elmstead).
Заметное место занимает топонимы, характеризующиеся условной членимостью. В них выделяются те же суффиксы (Ulwham, Rochester) и полуаффиксы (Esholt, Ulcombe), а начальная часть не имеет какого-либо значения на современном уровне. В пределах данной группы имеются также трехсоставные топонимы, в которых выделяются два суффикса (Loddington, Framlington). Можно выделить наименования, современном состоянии которых отражаются различные стадии процесса опрощения (Sleagill, Stonor, Ryon, Riccal). Эти топонимы не поддаются членению, так как их кажущаяся двухсоставность не поддерживается какими-либо аналогиями в современ-м языке.
Наименее развиты две последние группы -
сложные топонимы (compound place-names), состоящие из двух морфем, выступающих в качестве основы слова (Beambridge, Ninebanks);
составные топонимы разных видов (complex place-names). Наибольшее распространение получают вторичные полилексемные топонимы, которые строятся на основе ранее существовавших топонимов путем добавления атрибутивных признаков (Cool Aston, Cold Aston).
В этих случаях обычно возникают противопоставления: Little - Great, East - West, Nether - Over, North - South, Lower - Upper, Magna - Parva, inferior - Superior.
Значительную роль в образовании составных топонимов играют предлоги и предложные наречия. Их функция заключается в обозначении местоположения объекта посредством введения в наименование географического термина. Наиболее отчетливо выделяется предлог under, который обычно обозначает положение объекта у подножья холма: Ashton under Hill, Thorp under Stone.
Участие предлогов наблюдается в названиях разной морфологической структуры: Underriver (у подножья River Hill), Underskiddaw (у подножья Skiddaw). Однако в английских топонимах, вследствие особенностей их эволюции, в настоящее время предлог не всегда можно выделить.
Предлог at, например, который, принимая активное участие в образовании топонимов в древнеанглийский период (древнеанглийское aet) редко обладает выделяемостью. Ср. топоним River, который, вопреки современной форме первоначально имел в своем составе at (aet paere yfre - у гребня холма). В современных Atwick, Atworth, напротив, первый компонент, в действительности, не восходит к предлогу, а является рудиментом ИС).
Кроме предлога under, активную роль играют предлоги in (Norton in the Water), by (Thorp by Water), on (Bourton on the Water), upon (Stanford upon Soar), next (Stoke next Yuilford).
Заметную группу топонимов составляют немотивированные полилексемные названия, части которых не могут быть соотнесены с каким-либо современным топонимом: Bolens and Herds, Tow-Low, Mow Cop, Saham Toney, Sil Howe.
Таким образом, очевидно, что составные топонимы образуются не только противопоставлением определений, но и дифференциацией в разных планах. При этом образуются соответствующие топонимические ряды: Dry Sandford, Sandford on Thames, Sandford St.Martin, Sandford Oscar.
Выводы по первой главе
Ономастика - это специальный раздел языкознания, изучающий имена собственные как сложную самостоятельную систему. ИС играют большую роль в актах называния, то есть при подведении обозначаемого под определенную категорию: предметности, процессуальности, признаковости и их разновидностей.
В составе любого языка присутствуют ИС различных видов, а именно: антропонимы, топонимы, зоонимы, фитонимы и т.д.
Антропонимы, особенно личные имена, выполняют основную назывательную функцию и отличаются от многих других ИС характером индивидуализации объекта: каждый объект номинации (человек) имеет свое имя. Фамилия служит для указания принадлежности к определенной семье , то есть это групповой антропоним в отличие от индивидуального личного имени. С точки зрения исторического развития имена являлись первичными, а фамилии - вторичными.
Спецификой английской антропонимической системы является то, что помимо личного имени и фамилии, существуют и средние имена, роль которых менее значительна. Развитие антропонимической английской системы тесно связано с историей английского народа, что объясняет наличие большого количества заимствованных из других языков имен и фамилий. Эволюцию претерпевали также и варианты и дериваты имен, и варианты фамилий. Фамилии произошли от прозвищ, которые указывали на место жительства или рождения именуемого, его внешность, род занятий и т.п. Примерно в 12 веке прозвища в Англии стали наследоваться и постепенно превратились в фамилии. Этот процесс завершился в 15 веке в Англии и в 17 веке в Шотландии и Уэльсе.
Системы личных и фамильных имен не изолированы, а тесно взаимосвязаны и взаимопроникаемы. В художественном тексте личные имена и фамилии служат своеобразным средством выражения цельности и конкретности образа персонажа, а нередко и основой эмоционального отношения к нему.
Топонимы - ИС географических объектов - также занимают особое место в лексической системе языка. Изучение топонимов как части словарного состава языка, их структуры, функций тесно связано с историей народа и географией территории.
Таким образом, исследование материала показало, что топонимия Англии представляет собой организованную совокупность названий определенным образом связанных между собой и подчиненных особым внутренним закономерностям. Это единство не снимает, однако, вопроса однородности и своеобразии этой группы слов.
С точки зрения исторического развития ойконимов необходимо отметить влияние того или иного языка в соответствующий период времени. Наиболее отчетливо в современной топонимии Англии прослеживаются еды скандинавского влияния, в то время как воздействие кельтского, латинского и французского языков незначительно и мало ощутимо.
В плане морфологической классификации ойконимов наиболее широко представлены названия, которые могут быть обозначены как производные. Располагая группы по убывающей частоте, можно затем выделить наименования простые, сложные и составные.
Специфика топонимии создает, таким образом, необходимость комплексного ее исследования: обращения особого внимания на взаимозависимость между реальными географическими свойствами называемого объекта (населенного пункта) и особенностями называющего его слова (ойконима); поставления ойконимов разных географических регионов; наименований, характеризующих различные исторические эпохи и т.д.
Глава II. Лексико-семантические характеристики языковых реалий с опорой на этимологию (на материале произведений Агаты Кристи)
2.1 Агата Кристи: ее произведения, ее герои
Агата Кристи (1890 - 1976) - является самым читаемым из авторов, писавших по-английски в 20 столетии. Из литераторов, рожденных в Великобритании, по вселенской популярности с ней мог бы поспорить только Шекспир. Об этом неопровержимо свидетельствует следующие факты. Ее книги переведены на 103 языка, а их общий тираж приближается к внушительной цифре 2 миллиарда экземпляров. За более чем полвека литературной деятельности она "совершила около двухсот убийств, раскрыла около двухсот преступлений, объездила полмира, вдохнула жизнь в 7 тысяч литературных образов. 66 детективных романов, 2 томика стихов, 147 рассказов, 21 театральная пьеса, 6 томов прозы для детей, автобиография - всем этим она наградила человечество, которое из благодарности даровало ей непередаваемый по наследству титул "Ее величества королевы детектива" /Задорнова Н., 1995/.
Родилась Агата Кристи, в девичестве Миллер, в 1890 г. в городе Торки, графство Девоншир. Отец девочки, Фредерик Миллер, был американцем из состоятельной семьи. Его американское происхождение никакого влияния на жизнь близких не оказало. Жизнь английского сквайра в викторианской Англии его вполне устраивала.
Ни детство, ни юность Агаты не ознаменовались ничем из ряда вон выходящим. У нее были любящие родители, старший брат и сестра, среднего достатка дом, заурядная внешность и среднее домашнее образование, куда входили французский язык, игра на фортепьяно, пение и танцы. Агата отца лишилась в 11 -летнем возрасте. Финансовое положение семьи пошатнулось, но рента, получаемая матерью, была достаточно велика, о бедности и речи не было. Однако мать впала в меланхолию, погрузилась в собственные болезни, переключив всю пылкость недорастраченных чувств на младшую дочь, которой предстояло пройти все круги викторианских девичьих томлений. Для "окончательной отделки" /Ильченко, 1992/, как тогда выражались, девушку отправили в Париж. После возвращения в родной дом от нее требовалось только одно: приличное замужество. Иными словами - найти себе мужа из такого же процветающего английского среднего класса. Старшей сестре Медж это вскоре и удалось. Человек одаренный, она писала недурные рассказы, родные думали, что она станет писательницей, но писательницей стала младшая, робкая и застенчивая, от которой, кроме приличного замужества, никто ничего не ожидал. Как водится, в 17 лет девушку представили лондонскому обществу, предварительно справив ей приличный гардероб, выезжали с ней на бега, спектакли и балы. Разнообразие в царившие вплоть Первой мировой войны викторианские нравы внесла появившаяся техника - автомобили и аэропланы. Однажды на каких-то соревнованиях Агата отважилась сесть в кабину маленького самолетика. Полет длился несколько минут, однако именно в эти мгновения в ней проснулась страстная путешественница, которой она оставалась до конца своих дней. Интерес к аэропланам, а стало быть, и к пилотам, возможно, и толкнул Агату в объятия первого мужа Арчибальда Кристи. Они познакомились на вечеринке в 1912 году. Арчи было 23 года. Он был классным пилотом и за несколько месяцев до их встречи подал прошение о зачислении его в Королевский авиационный корпус. Однако чинов у него не было, денег тоже, и, по понятиям тех лет, жениться он права не имел. И ее и его родители неодобрительно отнеслись к этому взаимному увлечению, надеялись: пройдет, забудется. В затянувшуюся любовь вмешалась Первая мировая война. Арчи оказался во Франции, Агата - в госпитале в качестве санитарки, а затем помощницей фармацевта, спустя два года молодые люди все-таки поженились. Это была скоропалительная свадьба военного времени. И хотя буквально через несколько ей они расстались снова, Арчи был счастлив. Он надеялся, что Агата окажется хорошей хозяйкой и доброй матерью будущим детям.
И не снилось пилоту, что женился он на будущей королеве детектива, что дал фамилию женщине, которая прославить ее на весь мир, и что люди в самых дальних уголках земли будут произносить ее с уважением и благодарностью за книги, позволившие пережить так много бесконечных ночей, томительных дней в больнице, скоротать длинную дорогу, отвлечься от докучливых повседневных хлопот, погрузившись в разгадку таинственных шарад.
Во время войны с Агатой произошли два события, которые повлияли на всю ее последующую жизнь: во-первых, в процессе работы в госпитале она научилась различать и использовать различные ядовитые вещества, благодаря чему многие ее будущие герои покинули этот свет абсолютно безболезненно. А во-вторых, она написала свою первую книгу. Это был роман Таинственное дело в Стайлсе". Писать будущая знаменитость стала совершенно случайно. Однажды, выздоравливая после болезни, Агата скучала, не зная, чем себя занять. Тогда мать посоветовала написать ей рассказ. С матерью в доме Миллеров спорить не было принято, и Агата взялась за дело. Первый роман был написан на пари с сестрой Мэдж. Сестры, воспитанные на Диккенсе и Вальтере Скотте, позже увлеклись Эдгаром По, Уилки Коллинзом и открыли для себя Конан Дойля - одного из главных создателей классического детектива. Мэдж утверждала, что хороший детективный роман написать очень трудно и выражала сомнение, что Агата сможет это сделать. Агата приняла вызов и - написала. Затем осмелилась предложить свое произведение. Шесть издательств по очереди отвергали его. Только седьмое издательство взяло на себя смелость опубликовать роман в 1920 году.
Впрочем, рождение новой писательницы осталось незамеченным: было продано около двух тысяч экземпляров, а гонорар составил 25 фунтов. К первым своим литературным опытам Агата отнеслась, по собственному признанию, как к вышиванию - занятию рутинному, требовавшему одновременно и воображения, и основательности. В автобиографии писательница говорит, что творческий порыв человека проявляется не только в сочинении музыкального или литературного произведения, но и