Семантическая избыточность и недостаточность в текстах драматургических произведений американских авторов и их перевод
Рассмотрим примеры:
Тавтология как повторение однокоренных слов:
Умножить во сто раз, рассекретить секрет, рассказать рассказ, масло масляное, изведать неизведанное, all is well that ends well, business is business.
В подобных случаях тавтология нередко считается за ошибку и необходима правка.
Однако некоторые однокоренные слова не могут заменяться синонимами, потому что являются единственными носителями значений:
Юные футболисты тренируются на поле с тренером.
Он болел всеми возможными болезнями.
Эти цветы расцветают в июне.
Курильщикам трудно отвыкнуть от этой пагубной привычки.
Закрой кастрюлю большой крышкой.
The Reserve is always ready to meet its guests and show them the natural richness it preserves.
The students studied Maths.
“She’s dead, son,” said Atticus. “She died a few minutes ago.” [34.140]
Тавтология также неизбежна в случаях, когда применяется терминологическая лексика:
Звеньевой полеводческого звена доложил об успехах.
Следователи прокуратуры расследовали данное преступление исключительно короткие сроки.
Лаборанты химической лаборатории учатся в университете заочно.
Our old teacher has been teaching Maths for thirty years since 1952.
В последнее время в связи с развитием языков – появлением новых слов, устареванием других, изменением значения и утратой словообразовательных связей – тавтологией не считаются словосочетания с общим этимологическим корнем:
Красная краска, утро – завтра, белое белье, черные чернила.
Примеры скрытой тавтологии:
VIP-персоны, памятные сувениры, мемориальный памятник, первый дебют, ребенок-вундеркинд.
В каждом примере оба слова имеют одно значение, но слова «памятник», «памятные», «первый», «ребенок» являются русскими, а «сувениры», «дебют», «мемориальный», «вундеркинд» - иноязычными.
В примере «VIP-персоны» наблюдается случай, когда говорящий не понимает иноязычной аббревиатуры «VIP» (очень важная персона) и дополняет ее заимствованным словом «персоны». В итоге получается скрытая тавтология и тавтология с повторением однокоренных слов.
Но иногда тавтология переходит в разряд допустимых словосочетаний. Это объясняется изменением значения слова и тем, что подобная комбинация закрепилась в речи:
Период времени, реальная действительность, экспонат выставки.
В научном и официально-деловом стиле также не считается тавтологией применение однокоренных слов в сочетании с аббревиатурой или словом, состоящим из двух корней:
Система СИ (система Система Интернациональная), сеть Интернет (сеть Международная сеть).
Тавтология также допустима, если используется как стилистический прием, усиливающий действенность речи, делающий ее более экспрессивной. Примеры такой тавтологии встречаются и в устной, и в художественной речи.
Всякая всячина, суета сует, горе горькое, диво дивное, сослужить службу.
«Ой, полным-полна моя коробушка»
«Ой, снег-снежок, белая метелица»
Часто тавтология присутствует во фразеологических оборотах.
Ходить ходуном, сидеть сиднем, пропадать пропадом, есть поедом, видать виды, набит битком, all in all, day in and day out.
Т.к. тавтология как стилистический прием является действенным способом, усиливающим эффект высказывания и выделяющийся своей необычностью, ее используют для газетных заголовков, в рекламе, в выступлениях на публике. Таким образом, привлекается внимание на важную информацию, значимые понятия.
«На белый террор ответим красным террором» (В.И. Ленин)
«Победителю ученику от побежденного учителя» (Жуковский
«Шаг вперед, два шага назад» (Ленин)
«Призрак бродит по Европе, призрак коммунизма» (К. Маркс)
«Неразгаданные загадки прошлого» (из газеты)
All is well that ends well.
Penny saved is a penny earned.
Easy come, easy go.
Очень распространен прием, когда однокоренные слова сопоставляются как синонимы или антонимы. Обычно такой прием обращает на себя внимание и усиливает эффект.
«знакомый незнакомец»
«не стареют старики»
«рыжий рыжик»
«маленькие мелочи»
«скучная, нудная перемена»
Identification of UFO (unidentified flying object)
The Inspector described how, after a witness' description of the burglar had been given on the show, dozens of people telephoned the police, all identifying the same suspect.
В эмоционально-экспрессивной речи повторение звуков, тавтологические повторы могут стать выразительным средством фоники.
«Топот, топот, топот копыт Вихрем, вихрем всадник летит»
Повторение звуков [т] – [п], [в] – [х] – [р] и корней в словах при произнесении создают эффект скорости и стука копыт мчащихся всадников.
Punk, punk, punk, her needle broke the taut circle. She stopped, and pulled the cloth tighter: punk-punk-punk. She was furious. [34.317]
Звуки [р], [t] и в звукоподражательных и в других словах фразы воссоздают картину происходящего: нервный шорох иглы, втыкающейся в материю, быстрые движения, еле сдерживаемая ярость, которая вот-вот вырвется наружу.
Тавтология используется также для создания комизма, сатирической окраски и в юмористических рассказах, фельетонах, анекдотах, шутках.
Повторение слов
Повторение слов также может быть проявлением речевой избыточности. Лексические повторы объясняются неумением говорящего или пишущего четко выразить свою мысль. В письменной речи такие высказывания требуют редакторской правки, если не являются стилистическим приемом, усиливающим выразительность речи. Лексические повторы выполняют разнообразные стилистические функции: помогают выделить важное во фразе, привлечь внимание, создать поэтическое настроение или комическую ситуацию.
Словесные повторы характерны как для разговорной, так и для письменной речи. Если в письменной многократное нанизывание слов играет роль стилистического приема и может быть подвергнуто правке, то в устно-разговорной речи повторение слов бывает избыточным, ошибочным либо усиливает эмоциональную окрашенность.
Ученики гимназии заняли первые места на олимпиадах школьников города. Все ученики-победители олимпиад были приглашены на прем к губернатору. Родители учеников получили также приглашения.
Многократное повторение слов излишне. Все три предложения можно заменить одним:
Ученики гимназии, победившие на олимпиадах, и их родители были приглашены на прием к губернатору.
“He had guts enough to pester a poor colored woman, he had guts enough to pester Judge Taylor when he thought the house was empty, so do you think he’da met you to your face in daylight?” [34.326]
В данном примере достаточно было бы более сжатой фразы “He had guts enough to pester a poor colored woman and Judge Taylor when he thought the house was empty, so do you think he’da met you to your face in daylight?”. Но и тогда автору пришлось бы искать другие приемы, чтобы выразить многократность и мерзкий характер действий персонажа и презрительное отношение к нему говорящего.
Употребление так называемых «сорных» слов «как-бы», «на самом деле», «значит», «ну», «вот», «то есть» - это яркий пример избыточности в речи как ошибки. Подобные слова не несут ни смысловой , ни эмоциональной нагрузки. Стилистически они абсолютно не связаны с предложением, и при их пропуске его значение не пострадает.
Следовательно, избыточность во всех ее формах обусловлена двумя функциями – эмфатической и дублирующей. Эмфатическая заключается в том, что совокупность структурно – семантических связей внутри предложения (макротекст), содержит оценку факта, который вызывает эмоциональную реакцию слушающего. Дублирующая функция заключается в повторяющихся элементах макротекста.
ГЛАВА 2. РАССМОТРЕНИЕ ЯВЛЕНИЙ СЕМАНТИЧЕСКОЙ ИЗБЫТОЧНОСТИ В ТЕКСТАХ ДРАМАТУРГИЧЕСКИХ ПРОИЗВЕДЕНИЙ. ВАРИАНТЫ ЕЕ ПЕРЕВОДА
2.1 Семантическая экономия в пьесах современных американских авторов, способы ее перевода
Рассмотрим, как проявляется экономия в пьесах современных американских авторов.
Так как драматурги стремятся приблизить язык персонажей к реальной разговорной речи, сделать диалоги и монологи более живыми, факты пропусков, опущений, недосказанной мысли встречаются в пьесах часто.
В пьесах авторы прибегают к так называемому приему письменной фиксации устной речи, когда говорящий пропускает глагол-связку, что более характерно для вопросов. Грамматический строй нарушается, лексические связи теряются, а пониманию может помочь интонация и мимика персонажа.
Who you hollering to?
Вместо: Who are you hollering to? [37.105]
Who you lonesome for?
Вместо: Who are you lonesome for? [37.105]
A few of you a little less.
Вместо: A few of you is a little less. [37.115]
You horrible, stupid, disgusting monkey.
Вместо: You are a horrible, stupid, disgusting monkey. [37.125]
You wonderful bitch.
Вместо: You are a wonderful bitch. [37.129]
Somebody been sick, Doc?
Вместо: Has somebody been sick, Doc? [41.16]
При передаче разговора авторы часто прибегают к пропускам других членов предложений, например подлежащего. Смысл понятен из содержания.
Seems like you’re late today.
Вместо: It seems like you are late today. [41.17]
Seems to me twenty-five cents a week’s enough for a boy your age.
Вместо: It seems to me twenty-five cents a week's enough for a boy your age. [41.19]
В качестве стилистической экономии можно также рассматривать пример пропуска целых структур типа there is/are, что также характерно для устно-разговорной речи.
Something I can do for you?
Вместо: Is there anything i can do for you? [39.163]
Nice town,y’know what I mean? [41.14]
В этом примере пропущен глагол-связка do, звуки в местоимении you, а также указание на место This is. При редактировании получилось бы частое в просторечии высказывание:
This is a nice town, do you know what I mean?
You know the rule’s well as I do – no books at the table.
Вместо: You know the rule's well as I do, there are no books at the table. [41.19]
В данном примере опущение конструкции there is/are не влияет на смысл предложения, но делает его лаконичным и выразительным.
Все вышеперечисленные примеры использовались героями произведений в обыденной повседневной речи. Подобные эллиптические формы очень типичны для устного разговора. Они передают ситуативную обыденность, эмоции героев, а также могут характеризировать их социальный статус, манеру речи и личностные возможности и качества. Речь образованной интеллигенции обычно грамматически более корректна, и эллипсис здесь менее употребим. Опуская те или иные формы речи, автор наделяет своего героя характером. Для литературы это имеет немаловажное значение.
При переводе подобных предложений на русский язык, эллипс чаще компенсируется на лексическом уровне. Слова и словосочетания могут быть довольно эмфатичны и просторечны, порядок слов может стать инверсионным с целью выделить центр высказывания и добавить эмоциональной окраски.
Who you hollering to? – На кого это ты орешь? (просторечная форма в РЯ «орать», эмоциональная разговорная форма «…это ты…»).
Somebody been sick, Doc? – Стошнило кого-то, доктор? (инверсионная компенсация).
Something I can do for you? –Чем-то помочь вам? (лексическая компенсация, опущение «могу ли я», делающее высказывание формальным, «чем-то» вместо более формального «чем-нибудь»).
You know the rule's well as I do – no books at the table. – Правило вы знаете не хуже меня – никаких учебников под партой! (антонимический перевод, лексическая и графическая компенсация –в данном примере перевода использована форма более типичная для РЯ, к тому же разговорная; опущение конструкции there are в английском предложении и категерочное «no» делают высказывание строгим и повелительным; в русском переводе эту окраску добавляют восклицательный знак, категоричное «никаких», и строгое «не хуже меня»).
Рассмотрим примеры пропусков некоторых звуков в отдельных сочетаниях.
The sky is beginning to show some streaks of light over in the east there, behind our mount’in. [41.13]
Nice town, y’know what I mean? [41.14]
Nobody very remarkable ever come out of it, s’far as we know. [41.14]
…she was Julia Hersey ‘fore she married Doc Gibbs in the Congregational Church over there. [41.15]
Торнтон Уилдер, автор пьесы «Our Town», содержащей приведенные слова, часто фиксирует подобные приемы разговорной речи, чтобы речь персонажей звучала натурально и была характерной для героев – простых жителей обыкновенного американского городка. При переводе на РЯ подобные приемы могут компенсироваться чаще всего лексическими, а также фонетическими и графическими средствами (хотя, надо заметить, фонетические средства, например эффект заминки героя, его неуверенности, довольно трудно передать фонетическим или же графическим способом, т.к. визуально даже , казалось бы, самое успешное переводческое решение, иногда выглядит неестественным и неуместным – например «…эээ», «…ммм», «брр», «п-погодка» и т.п. Все из выше перечисленных примеров и им подобные не вписались бы удачно в варианты переводов вышеперечисленных художественных отрывков. В данных случаях лексическая компенсация станет более удачной.
…she was Julia Hersey ‘fore she married Doc Gibbs in the Congregational Church over there. - …она была Джулией Хёрси, покуда не вышла за доктора Гиббса вон в той конгрегационалистской церкви. («покуда» является лексическим средством типичным для обыденной речи обыденного жителя городка).
Но во многих других случаях подобные имитационные звуковые образы вполне могут оказаться уместными и «оживить» текст перевода: «…эээ» - при заминке или неуверенности персонажа, при его попытке подобрать нужную мысль и т.п.; «…ммм» - может означать то, что персонажу понравилась какая -то еда, или просто мысль о ней; «брр» - уместно если персонаж замерзает и не скрывает этого, «п-погодка», «п-прянички» - герой заикается или замерзает, «сталая лучка» (старая ручка) – речь карапуза или заики… Подбор варианта перевода зависит от профессионализма, находчивости и даже таланта самого переводчика.
В обоих вариантах английского языка (британского и американского) и в разговорной и в письменной речи прменяется пропуск слова, если оно повторяется. Но в письме оно заменяется словом one/ones, do и т.п., в разговоре может же просто игнорироваться. В переводе на РЯ, чаще всего, данное слово также игнорируется, во избежание той же избыточности.
But I’ve wanted to so badly. [37.124]
Пропущено слово win, которое до этого повторялось героями пьесы Сарояна «The Ping-Pong Players» неоднократно:
«Young man: It’s perfectly natural to want to win. The game wouldn’t be worth playing if one didn’t want to win.
Young woman: But I’ve wanted to so badly.» (Но мне так хотелось!).
Good things, and bad are ahead for each of you. [37.115]
Чтобы не повторять слова things, персонаж пьесы «Coming Through the Rye» вообще опускает его, не заменяя обычным в таких случаях ones. На сцене актер, играющий этот персонаж, интонацией даст понять зраителям о пропущенном понятии: Good things, and bad… are ahead for each of you. ( Вещи и хорошие, и плохие… еще ждут каждого из вас (опущение слова)). В устной речи также повышение голоса и пауза заменяют пропущенное слово.
В американских пьесах также отражается обычай опускать слово, являющееся обстоятельством места. В таких случаях само называние и уточнение места не важно, говорящего интересует факт нахождения там.
-Is the critic in?
-He’s in, but he’s very busy just now. [39.163]
Посетителю необходимо знать конкретно есть ли критик, принимает ли он клиентов, и совсем неважно находится ли он в определенном месте (например, в своем кабинете или лаборатории). Иначе бы звучало предложение – Is the critic in the room? Т.е. находится ли критик именно в этой комнате. Для варианта перевода характерно не опущение, а скорее некая генерализация обстоятельства места, например: «тут», «здесь», «на месте» и т.п.
-Критик здесь?
-Здесь, но прямо сейчас он занят.
В разговорной английской речи также часто опускаются дополнения. Это касается приветствий, кратких ответов, восклицаний. Такие примеры недостаточности делают высказывание более эмоциональным, сильным, а в литературных произведениях, в частности пьесах, помогают создать впечатление реального разговора:
My! I must look odd! [36.305]
My, it’s late! [41.31]
Из привычного восклицания «My God!» изъяли последнее слово «God», и получилось энергичное и эмоциональное «My»
-Morning, Doc Gibbs.
-Morning, Joe. [41.16]
В пьесе Уилдера, как и многих других англоязычных авторов, подобные приветствия встречаются весьма часто, т.к. в устном разговоре этот пример стилистической экономии общепринят. Следовательно, собеседники не нуждаются в уточнении. Переводчик должен стараться не утратить ощущение реальности, выбирая средства наиболее удачно передающие эту окраску. Это могут быть типичные разговорные фразы, междометия, восклицания и т.п.
Боже, наверно я по-идиотски выгляжу!
Ого, как поздно!
-Доброе утро, д-р Гиббс.
-И тебе, Джо. (Привет, Джо).
Пропуская целые словосочетания, передавая беседы друзей или близких людей, авторы передают спонтанность, эмоциональную насыщенность ситуации, неподготовленность речи собеседников. Вариант без эллипса звучал бы более сглажено и нейтрально.
-Honest, Steve? [37.118]
It depends, I guess. [37.122]
Примеры взяты из диалога, где один участник, Бутч, рассказывает другому, Стиву о мире и войне. Он объясняет, чем хорош мир, к которому все они скоро придут. Стив только вставляет краткие, обрывистые фразы и вопросы, в которых пропущены некоторые члены предложения (подлежащее, сказуемое, дополнение) и присутствуют только отдельные слова. Эти слова показывают его заинтересованность темой разговора и побуждают собеседника продолжать рассказ. Речевая недостаточность здесь не является ошибкой. Переводчик здесь легко может использовать типичные для той же ситуации фразы заинтересованности, удивления, одобрения и т.п. Они также часто лаконичны и эмоциональны:
-Правда, Стив?
-Думаю, не всегда. (Думаю, когда как).
Авторы драматургических произведений часто прибегают к приёму, взятому из устно-разговорной речи. Это не только пропуск отдельных звуков в словах или словосочетаниях, но и замена их другими, что встречается в просторечиях, коллоквиализмах и сленге. Пропуск звуков или букв создаёт неправильные грамматические формы и неверное произношение.
Heck no. [37.116]
Baptist is down in the holla’ by the river. [41.13]
Yessir. My schoolteacher, Miss Foster, ‘s getting married to a fella over in Concord. [41.16]
Aw, Ma – I gotta lotta things to buy. [41.19]
Mama, there’s first bell –I gotta hurry – I don’t want anymore – I gotta hurry. [10.19]
Эти примеры взяты из пьесы Уилдера «Our Town», они подчеркивают простую речь жителей города. Она не характеризуется красивыми цветистыми выражениями, эпитетами, сравнениями, но изобилует разговорной лексикой. Пропуски отдельных звуков иногда делают слова трудными для понимания: fella – fellow, heck – hell, hull – whole, gotta – got to, lotta – lot of.
В переводе на русский язык подобные фонетические приемы воссоздаются способами, уже описанными ранее. Переводчик передает образ речи простого городского жителя. Но, зачастую, образ, созданный при помощи фонетической экономии, в переводе будет компенсирован другими приемами, например на лексическом уровне. В русскоязычных художественных и драматургических текстах фонетические приемы менее употребительны, нежели лексические средства. Как альтернатива, вполне распространены приемы графические, такие как многоточие.
Heck, no. – Нет, черт возьми. Нет, чтоб меня разорвало. (Просторечная, грубая фраза уместно передает эмоциональную окраску высказывания в тексте оригинала).
I gotta hurry. – Я побежал. (Просторечная фраза, которую часто используют в спешке, в эмоциональном настрое).
Aw, Ma – I gotta lotta things to buy. – Ой, мама. Мне целую кучу чего надо купить. (Отклонение от литературной нормы передает необходимую окраску речи героя).
Some highly interesting fossils have been found…I may say: unique fossils…two miles out of town, in Silas Peckham’s cow pasture. [41.22]
Отсутствие глагола – сказуемого в выделенной части предложения свидетельствует о том, что говорящий сознательно делает пропуски в речи и с помощью пауз «тянет время», мысленно выстраивая фразу.
« Были найдены несколько поразительно интересных окаменелостей… Я бы даже сказал: уникальных окаменелостей…в двух милях от города…на коровьем пастбище Силас Пекхам». (В варианте перевода переводчику не сложно передать «тягучесть фразы», достаточно так же «растянуть» ее, сделать повтор ключевого слова или фразы, так же как и в тексте – оригинале, вставить графический образ (многоточие), дающий герою обдумать конец фразы, дать ему время на то, чтобы он заинтриговал своего слушателя).»
Речевая недостаточность или экономия в пьесах современных американских писателей играет роль стилистического приема. С помощью такого приема авторы передают эмоциональность в речи персонажей, приближают к устно-разговорной норме, что натурально звучит со сцены театра.
Но все же речевую недостаточность в пьесе можно считать ошибкой в речи героев, сознательно допущенную автором, чтобы передать точный портрет действующих лиц. Приведенные примеры доказывают, что пропущенные по разным причинам слова не дают читателям и зрителям сразу и безоговорочно ухватить смысл высказываний.
Также можно сделать вывод, что при переводе лексические средства – самые типичные для компенсации семантической недостаточности. Переводчику проще всего воспользоваться именно словесной формой, нежели фонетической, или графической, т.к. для русского языка последние приемы менее типичны на письме.
2.2 Семантическая избыточность в пьесах современных американских писателей, способы ее перевода
Анализ пьес американских авторов Уильяма Сарояна, Фрэнка Салливана, Майка Куина, Торнтона Уилдера, Карсона Маккуллерса показал, что примеры использования избыточности в речи персонажей встречаются очень часто в их произведениях.
Рассмотрим подробнее некоторые примеры и роль, которую они играют в пьесе.
Речевая избыточность – многословие – проявляется в виде навязчивого толкования известных и понятных истин.
George, I was thinking the other night of some advice my father gave me when I got married. Charles, he said, Charles, start out showing who’s boss, he said. Best thing to do is to give an order, even if it don’t make sense; just so she’ll learn to obey. And he said: if anything about your wife irritates you – conversation, or anything – just get up and leave the house. That’ll make it clear to her, he said. And, oh, yes! He said, never, never let your wife know how much money you have, never. [41.43]
Г-н Уэбб слишком многословно передает совет отца как вести себя с женой. Он пять раз повторил фразу «he said», в семи предложениях объяснил метод общения с женой и тремя одинаковыми словами подчеркнул, что важно держать ее в неведении относительно денег. Такое навязчивое многословие помогает автору передать чувство героя: это и воспоминания об отце, и желание поделиться мудрым советом с молодым человеком, и уверенность, что этот совет необходим и единственно правилен.
Все эти функции избыточности, употребляемой автором, непременно должны отображаться и в варианте перевода. То есть переводчик может использовать прямое соответствие тех фраз, которые повторяются героем, что передаст его чувства и сделает их понятными слушателю:
«Джордж, как-то недавно ночью я раздумывал о совете, который я получил от отца, когда женился. Чарльз, сказал он тогда, Чарльз, сразу же начинай показывать кто в доме хозяин, сказал он. Самое лучшее – это дать распоряжение, пусть даже оно бессмысленно; только для того, чтоб она научилась подчиняться. Еще он сказал: если что-то в твоей жене раздражает тебя – разговор с ней, или еще что-то – просто встань и покинь дом. Тогда она все поймет, сказал он. О, да, и еще! Он сказал никогда, никогда не позволяй жене знать сколько у тебя денег, никогда.»
Избыточность проявляется в пустословии персонажей, чрезмерное говорение без пользы помогает автору показать их характер, страсть к болтовне, сплетням или неумение лаконично выразить мысль.
Rebecca: I never told you about that letter Jane Crofut got from her minister when she was sick. He wrote Jane a letter and on the envelope the address was like this: It said: Jane Crofut; The Crofut Farm; Grover’s Corners; Sutton County; New Hampshire; United States of America.
George: What’s funny about that?
Rebecca: But listen, it’s not finished: the United States of America; Continent of North America; Western Hampshire; the Earth; the Solar System; the Universe; the Mind of God – that’s what it said on the envelope.
George: What do you know! [41.35]
Священник написал на конверте слишком подробную и ненужную информацию об адресе, указав не только имя, местонахождение, штат, страну. Он также прибавил континент, полушарие, планету, систему и т.д. Подобное пустословие рассматривается как чудачество обывателя. Переводчик, в таких случаях, делает дословный перевод, передавая это чудачество, рисуя портрет оригинального героя.
В пьесах герои часто повторяют одну и ту же мысль. Причины подобного явления речевой избыточности разные: эмоциональность говорящего, попытка сосредоточиться на идее высказывания, персонаж не готовился говорить и теперь тянет время, чтобы сконцентрироваться.
No, I’m the girl who cooks here. I’m the cook. [37.103]
Чтобы передать неуверенность, робость молодой девушки, автор позволяет ей повторять мысль. Простое значение «я здесь повар» выражено в двух предложениях. При переводе ту же робость можно передать также, двумя предложениями, сделать дословный перевод:
Нет, я девушка, что готовит здесь… Я повар…(графические средства в сценарии (многоточие) помогают наглядней увидеть, что девушка в растерянности).
Nothing in the world is important. Nothing is unimportant. Many things shall seem important. Many shall seem unimportant. [37.115]
Избыточность возникает при повторной передаче одной и той же мысли: «В мире все неважно, многое только покажется важным». Однокоренные слова important – unimportant сопоставляются как антонимы, что делает фразу более экспрессивной.
«В мире