Xreferat.com » Топики по английскому языку » Основные функции метафоры

Основные функции метафоры

nothing, but muck, their power of usefulness is gone. If the whole picture is painted black there remains no hue thereby to single out the rascals for distinction from their fellows. Such painting finally induces a kind of moral color blindness; a people affected by it come to the conclusion that no man is really black, no man is really white, but they are all grey.

Усреднение оценки качества жизни, переносящееся на человеческие отношения и поступки, связано с проведением неоправданных обобщений, когда нет индивидуальности, предполагающей совмещение положительных и отрицательных характеристик, а есть только один полюс негатива, который одинаково притягивает и хорошее и плохое. В результате общество привыкает автоматически оценивать различные действия по одной шкале.

Пример: To assail the great and admitted evils of our political and industrial life with such crude and sweeping generalizations as to include decent men in the general condemnation means the searing of the public conscience.

Определив границы борьбы со «злом», автор переходит к определению поступков, которые можно считать действительно негативными для общества, что связано с продолжением развития образа.

Целостность всего текста, таким образом, строится на развертывании единого метафорического образа, служащего цели выражения интенциональных аспектов смысла и способствующего выведению на главную идею.

3. Метатекстуальная функция связана с возможностью развертывания не только основных, но и побочных метафорических смыслов в процессе развития текстового повествования, которые в то же время, обладают способностью перетекать из одного текста в другой, тем самым, обеспечивая расширение текстовых границ. С одной стороны, реализация метафорой данной функции служит формированию многоплановости текста, а с другой стороны, вследствие перенесения метафорических смыслов из текста в текст, создает основу некоторого единства текстов, относящихся к одной или даже разным сферам жизнедеятельности человека, тем самым, обеспечивая своеобразие смыслового поля культуры, в рамках которого происходит обращение смыслов и значений.

Метатекстуальность метафоры проявляется, например, в случаях актуализации метафорического смысла в новом тексте, что может быть вызвано аналогией ситуации, «живучестью» метафорического образа, который приобретает черты застывшего устойчивого выражения, закрепляющегося за реалией действительности («общеевропейский дом», «холодная война», «триумфальное шествие революции» и др.) или возникающим рассогласованием между заключенным автором в высказывание смыслом и вариантами его интерпретации реципиентами, заставляющие автора вновь возвращаться к использованному образу с целью пояснения опредмеченного им смысла. В последнем случае, как правило, вариативность интерпретации возникает вследствие специфики создаваемого субъектом образа, для понимания которого реципиенту необходимо обладать дополнительными знаниями, при отсутствии которых происходит индивидуальная трактовка образа, связанная с обращением рефлексии на сферу опыта, где происходит анализ тестовой информации и ее сопоставление с ситуацией действительности, а также ее соотнесение с личностью говорящего.

Пример: Мы сами себе враги, если <…> захотели, по выражению известной немецкой сказки, тащить осла на собственной спине (П. Милюков 1907).

Двойственность ситуации, связанной с межпартийным противостоянием, с одной стороны, и новизна и специфичность аллюзивного образа, с другой стороны, послужили причиной возникновения споров касательно заложенного в высказывании смысла, что нашло отклик в прессе того времени и чуть было не привело к обострению конфронтации между различными силами политического спектра. Специфика понимания аллюзии заключается в необходимости наличия определенных знаний, отсутствие которых у реципиента в данном случае привело к прямому проецированию образа на ситуацию в целом на основе проведения аналогии между упомянутым «ослом» и политическим оппонентом говорящего – социал-демократической партией. Такое превращение высказывания из нейтрального в инвективное, заставило его автора вновь обратиться к нему с целью пояснения его изначального смысла.

Пример: В немецкой сказке, на которую я ссылался «носить осла» по совету прохожих – значит подчиняться чужим мнениям (П. Милюков 1907).


5. «Смысловые» функции метафоры в политическом дискурсе


Объединяемые в рамках данной группы функциональные проявления метафоры служат реализации конкретных интенций субъекта коммуникации, обусловливая высвечивание и приглушение необходимых аспектов смысла; переход на сниженный регистр повествования, связанный с объяснением сложных политических явлений в терминах простых обыденных вещей; обеспечение понимания высказываний субъекта реципиентом в соответствии с заданной целью, что составляет одну из сторон реализации коммуникативного воздействия.

1. Функция фасцинации связана со спецификой понимания метафоры, в процессе которого в рефлективной реальности реципиента выделяются обширные зоны опыта, одни из которых могут приглушаться, а другие высвечиваться, направляя рефлексию и обусловливая усмотрение инициируемых продуцентом смыслов.

Пример: Попытки некоторых «литераторов» и «историков» протащить контрабандой в нашу литературу замаскированный троцкистский хлам должны встречать со стороны большевиков решительный отпор <…> Нельзя допустить литературную дискуссию с троцкистскими контрабандистами (И. Сталин 1931).

Ключевыми словами данного высказывания, составляющими основу метафоризации, несущими главную смысловую нагрузку и вызывающими в опыте реципиента негативные ассоциации, очевидно, являются «контрабанда» и «хлам». При этом если первая лексема соотносится с осуществлением противозаконных действий и с насаждением чего-то чуждого, то вторая лексема «хлам» подчеркивает полное отсутствие надобности в навязываемых объектах, которые в силу своей «замаскированности» могут выдаваться за необходимые и, следовательно, заведомо заключают в себе ложь и обман. Принимая во внимание тот факт, что в качестве навязываемых выступают объекты нематериального мира, то есть идеи, можно говорить о реализуемом таким образом усилении первого компонента смысловой связки «отсутствие необходимости» – «обман, ложь», поскольку в силу идеальности объекта ставится под сомнение его практическая польза. Развертыванию второго компонента этой связки, актуализируемого при помощи лексем «контрабанда» и «замаскированный», способствует также использование графических средств метафоризации, а именно кавычек, при помощи которых обозначается источник насаждаемых идеальных объектов. Кавычки в данном случае служат выражению пренебрежительного отношения автора к «источнику идей», поскольку фактически заменяют собой уничижительную приставку «псевдо-», тем самым подчеркивая смысл «обман» и относя обозначаемого таким образом субъекта к сфере оппонентов или «чужих».

2. Функция интенсификации смысла заключается в реализации метафорой свойства пробуждения рефлексии, которое выражено тем сильнее, чем больше метафорических импликаций будут перекликаться с прошлым опытом реципиента, то есть чем «сильнее метафорическая мощь» в пробуждении рефлексии, фиксирующейся в поясе мыследействования.

Пример: Что же русское свободное государство есть государство взбунтовавшихся рабов? <…> У меня нет твердой уверенности, что перед нами не взбунтовавшиеся рабы, а сознательные граждане, творящие новое государство с увлечением, достойным русского народа (А. Керенский 1917).

Усиление смысла в данном высказывании происходит в связи с интенсификацией смысловой линии противопоставления «рабство-свобода» наряду с фактически адресованным реципиентам определением «взбунтовавшиеся рабы». В результате активизируются рефлективные процессы, направленные, одновременно, на осмысление реалий недалекого прошлого, закрепленных в опыте, и их преломление на наличную ситуацию. Реципиенту при этом предлагается обратить рефлексию на самого себя с целью оценки собственного поведения и зависимого от него возможного развития событий в стране. Реализуемое субъектом стремление пробудить самосознание нации находит свое отражение в указании на непреодолимость сложного периода политических преобразований в том случае, если внешние трансформации не будут сопровождаться внутренними изменениями каждого, без которых не может быть превращения «бывшего раба» в действительно свободного человека и, следовательно, не может быть построено новое государство.

3. Функция актуализации обусловлена осуществлением перераспределения свойств объектов в процессе их метафорического сопоставления, выдвижением на первый план ранее скрытых признаков и их выбором в качестве основания метафоризации.

Пример: Une sociйtй libйrйe, celle don’t nous rкvons, est une sociйtй qui au lieu de brider les imaginations leur offrе des possibilities concrиtes de s’йxercer et de se dйployer. C’est pourquoi notre sociйtй nouvelle aura tout d’abord le visage de la jeunesse (J. Chaban-Delmas 1969).

Так, говоря о перспективах построения будущего общества, субъект политического дискурса обращается к метафоре и олицетворению (notre sociйtй nouvelle aura tout d’abord le visage de la jeunesse), которые позволяют представить общество будущего, прежде всего, как молодое общество, что для субъекта соотносится с возможностью развития, реализации идей и планов.

4. Функция экспликации заключается в возможности упрощенного метафорического представления идеи субъекта политической коммуникации на основе такого соотнесения рефлективных областей, в рамках которого сложное оказывается простым и очевидным. Реализуя данную функцию, метафора очень часто способствует экономии ресурсов выражения смысла.

Пример: Не советую, этот повар будет готовить только острые блюда (В. Ленин 1921).

Выражая неодобрение по поводу назначения И. Сталина генеральным секретарем партии, автор прибегнул к использованию емкого метафорического образа, который позволил ему выразить предупреждение о возможной опасности для общества грядущего назначения, которого пока еще можно избежать.


6. Прагматические функции метафоры в политическом дискурсе


Специфика функциональных проявлений метафоры, формирующих данную группу, заключается в необходимости реализации стремления субъекта политического дискурса скрыть свои истинные намерения, представить себя в максимально выгодном свете, минимизировать или гиперболизировать проблему, дискредитировать политического оппонента и т.д.

1. Креативная функция метафоры состоит в создании специфической дискурсивной реальности, в рамках которой становится возможной реализация различных интенций субъекта дискурса, и, в первую очередь, представление его собственного или выгодного ему видения политической действительности.

В политическом дискурсе реализация данной функции метафоризации является достаточно рекуррентной, чему способствует традиционное политическое разделение на два лагеря, как правило, обозначаемых в литературе как «Мы-Они» или «Свои-Чужие». Принадлежность к тому или иному лагерю, борьба за власть неизбежно приводят к использованию тактики оправдания или возвышения собственных действий при одновременной дискредитации политического оппонента. Вследствие этого, политический дискурс подчас изобилует многообразием вариантов представления действительности, каждый из которых отражает специфику интенций его автора.

Пример: Старая система уходит, какой же станет та, что родится? В России есть возможности для того, чтобы долго, болезненно, со сбоями и падениями созидать страну, где «вся власть принадлежит закону». Но есть еще больше предпосылок для того, чтобы стать криминальным олигархическим сверхмонопольным государством, в котором нет законов, а есть право сильного, живущего за счет слабого, где правда человека попирается группировками давления. Пришло время выбирать и вот наше перепутье: оно уже не между коммунизмом и демократией, а между трудным дальним походом туда, куда мечталось, в последние 10 лет, и ухудшенным вариантом того, что есть сегодня. Над этим перепутьем – национал-державная туча – сегодняшние коммунисты (Г. Явлинский 1995).

Так, стремление к переменам порождает в данном высказывании противопоставление образов старого и нового, необходимости проведения реформ или следования прежнему курсу. При этом государственная система представляется как действующая и развивающаяся по аналогии с человеческим сообществом, где на смену старому, должно приходить новое, определяя реализацию базовых законов развития. Отличие государственной системы состоит лишь в том, что здесь возможен выбор одного из двух путей, перспективы каждого из которых описываются при помощи предлагаемых картин реальности, одна из которых соотносится с мечтами и чаяниями народа как оправдывающий надежды своих родителей ребенок, а другая представляет собой ухудшение существующего положения дел как отражение развития болезней стареющего организма. Реализация базовой оппозиции политического дискурса «Мы-Они» при этом осуществляется посредством ассоциирования позитивной и негативной картин реальности, соответственно, с собственными действиями и действиями оппонента. Негативные характеристики последнего актуализируются также через построение образа угрозы, «тучи», которая мешает осуществлению выбора лучшего варианта развития событий, чинит препятствия и нагнетает обстановку.

Реализация метафорой своей креативной функции находит свое воплощение также и в переломные для страны моменты, когда возникает необходимость языкового представления и означивания созданной новой реальности для достижения ее народного одобрения. Это, к примеру, характерно для революционной России, когда, власть предержащие нуждаются в народной поддержке, в связи с чем выдвигают лозунги следующего содержания:

Пример: Революции – праздник угнетенных и эксплуатируемых (В. Ленин 1905).

Образ праздника в обыденном сознании хранит в себе представление о веселом времяпрепровождении, о моментах свободы от ежедневных забот. Отсюда имплицитно присутствующий в высказывании призыв сделать свою жизнь похожей на праздник не может не найти отклика в сознании простого человека. В то же время, создавая новую реальность, выдвигая на передний план образ праздника и вызывая соответствующие ассоциации в опыте, что соотносится с одновременным проявлением в данном высказывании и функции фасцинации, метафора приглушает другой аспект ситуации, связанный с трудностями переломных периодов, с возможным кровопролитием, хаосом и анархией, которыми неизбежно сопровождается всякая революция. Актуализируя убеждающий и воздействующий потенциал метафоры, субъекту удается показать положительные (в данном случае ассоциирующиеся с образом праздника) и завуалировать негативные стороны ситуации.

2. Функция косвенной передачи человеческих интенций реализуется в связи с необходимостью непрямого выражения негативного отношения к чему-либо или сокрытия истинных намерений субъекта дискурса.

Особенность политического дискурса состоит в том, что реальные интенциональные аспекты субъекта коммуникации могут представать в завуалированной форме. Зачастую, за выдвижением на первый план убеждения в одном, стоит стремление сокрытия другого. В качестве способов убеждения выбираются различные приемы, среди которых можно, к примеру, отметить обращение к чувствам патриотизма или внутренним страхам и опасениям людей.

Пример: We can not avoid great issues. All that we can determine for ourselves is whether we shall meet them well or ill. <…> All we could decide was whether we should shrink like cowards from the contest, or enter into it as beseemed a brave and high-spirited people; and once in whether failure or success should crown our banners (T. Roosevelt 1899).

Так, интенционально присутствующее в сознании американского президента стремление убедить народ в необходимости вступления в войну с Испанией, заставляет его говорить о ее «неизбежности», вытекающей из признания могущества американской нации, которая не может остаться сторонним наблюдателем в вопросах передела мира. При этом выжидательная позиция в таких вопросах или уклонение от их решения характеризуются с точки зрения проявления «трусости», что ударяет по самолюбию американцев и их чувству патриотизма. Актуализация смыслового компонента «неизбежность» служит не только цели убеждения в необходимости вступления в войну, но также позволяет перенести ответственность на ее развязывание на политических противников. Метафоризация, таким образом, дает возможность автору достичь одновременно двух целей, то есть добиться поддержки нации в развязывании военных действий, подчеркивая важность доказательства национального величия, и убедить нацию в ответственности оппонента за их развертывание, что еще больше усиливает негативное к нему отношение, а в совокупности приводит к росту патриотических настроений.


7. Культурные функции метафоры в политическом дискурсе


Выявление данной группы функций метафоры соотносится с выделением в рамках политического дискурса особого тематико-смыслового пласта, связанного с обращением субъекта политической коммуникации к реалиям культуры или концептам культуры, составляющим основу миропонимания представителей данного культурного сообщества. Актуализация смыслов культуры в политическом дискурсе указывает на культурную идентичность автора и адресата политического сообщения, общность их «образов сознания» как моделей фрагментов действительности и связана с выражением в дискурсе понимания установленных в данной культуре правил поведения, которые находят отражение в разграничении хорошего и плохого, истины и заблуждения, допустимого и запретного.

Реализация культурных функций метафоры, обусловливающих трансляцию и закрепление смыслов культуры в силу присущей метафоре лингво-когнитивной природы, проявляется в первую очередь в построении соответствующих дискурсивных образов политиков, отвечающих ожиданиям населения, что обусловливает выделение ключевой культурной функции метафоры в политическом дискурсе – функции эмпатии.

Функция эмпатии состоит в метафорическом конструировании индивидуальных речевых образов политиков, которые согласуются с бытующими в обществе культурными стереотипами и определяют автоматическую положительную оценку личности политика.

Обращение к речевой практике субъектов политической коммуникации обнаруживает наличие как устойчивых, так и подвижных тенденций формирования речевых образов, в рамках которых выделяются метафорические образы Вождя, Сильной Руки, Интеллектуала, Реформатора, Избранника народа, Неполитика и т.д. Устойчивость отдельных образов, определяемая длительностью их присутствия в политическом дискурсе, рекуррентностью и периодическим воспроизводством цельного образа или его элементов, объясняется их наиболее полной представленностью в культуре, что определяет реакцию на них реципиента.

В отечественном политическом дискурсе, в силу влияния специфических для России культурологических и исторических факторов, связанных с ожиданием сильного управленца, способного навести в стране порядок, такой устойчивостью обладает образ Вождя или Сильной Руки, идущий от архетипов и реализующийся в различных вариантах на протяжении всей истории страны. В рамках XX века можно отметить наличие двух тенденций построения образа:

1) образ относится только к лидеру и строится в дискурсе его сторонников;

2) образ или его элементы присутствуют в дискурсе многих политиков и служат цели создания собственного целостного образа.

Развитие первой тенденции приходится на время становления советского государства и период тоталитаризма, когда необходимость поддержания веры народа в могущество вождя требовала превознесения личности лидера, которое реализовывалось в дискурсе приближенных к нему людей, что обеспечивало достаточно высокий уровень достоверности:

Пример: …наша партия и лично товарищ Сталин есть могущественный глашатай не только экономического, но и научного прогресса на нашей планете (Н. Бухарин 1934);

Величайшие победы… показывают нам… величие ленинской стратегии партии, силу и мудрость великого стратега социалистического строительства – товарища Сталина (П. Постышев 1934);

…великий рулевой нашей страны – товарищ Сталин (Л. Мирзоян 1934);

…историческое предвидение товарища Сталина блестяще оправдалось (В. Молотов 1934).

Вторая тенденция создания образа Сильной Руки характерна для современного политического дискурса. Ее выявление связывается с «оживлением» и воссозданием образа, рекуррентного в первой половине XX века, с целью получения поддержки населения, для которого в вопросах политики значимой остается надежда на «силу». Однако, по сравнению с реализацией первой тенденции, построение образа Сильной Руки на современном этапе тяготеет ко все большей имплицитности и индивидуализации, поскольку, как правило, актуализируется не полностью образ, а отдельные его аспекты, которые выступают в роли сопровождающих создание других, более ярких образов:

Пример: Мы должны вытягивать собственную страну из ямы и действовать как раз неадекватными способами (Г. Явлинский 1999);

Правительство должно более последовательно и настойчиво осуществлять ту политику, которая провозглашается и ни на кого не валить…(В. Путин 2002);

Энергетика это традиционно тяжелая для инвестиций отрасль. Сегодня мы навели в ней порядок (А. Чубайс 2001).

При этом, очевидно, что «сила» в современном отечественном политическом дискурсе приобретает новые черты и соотносится, главным образом, со способностью брать на себя ответственность в решении сложных вопросов в различных сферах общественной жизни, что существенно отличается от содержания образа, распространенного в первой половине XX века, базирующегося лишь на пропагандистской идеологии.

В последнее время развитие образа Сильной Руки в сходном с отечественным политическим дискурсом аспекте выдвижения на первый план смысла «ответственность» наблюдается и в зарубежной политической коммуникации:

Пример: I will not stand by and watch this great country destroy itself under mediocre leadership that drifts from one crisis to the next, ending our national will and purpose (R. Reagan 1980).

Представленные выше функции метафоризации подтверждают ее важнейшую роль в структуре политического дискурса. Обеспечивая смысловую целостность отдельного текста и дискурса в целом, возможность усмотрения смыслов, повышения изобразительных качеств высказываний субъектов, выступая средством концептуализации и специфической интерпретации политической действительности, средства метафоризации способствуют реализации общей функции политической коммуникации, которая связана с оказанием воздействия на коллективного реципиента и регуляцией его поведения.

Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.), обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.

Поможем написать работу на аналогичную тему

Получить выполненную работу или консультацию специалиста по вашему учебному проекту
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus. Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.

Похожие рефераты: