Анархизм в Европе в 1/2 XX века
А на Украине пропаганда принесла наконец свои плоды: в районе Гуляй-Поля, города, где городские рабочие были тесно связаны с крестьянством, образовался союз для борьбы с интервентами. Его лидером стал видный анархист Нестор Михненко(Махно). В Гуляй-Поле стали стекаться анархисты, особенно из группы "Набат": Барон, Волин, Аршинов, Глагзон и другие. Это произошло в 1918-ом году, когда на Украину пришли австро-германские войска. Хотя ещё в сентябре 1917-ого года Махно, вернувшись с каторги по амнистии, фактически установил в районе Гуляй-Поля советскую власть, в настоящем смысле этого слова, с многопартийным представительством. Набатовцы подвели под махновское движение теоретическую и идеологическую базу, видоизменив учение Кропоткина и поставив во главу угла тесное взаимодействие между рабочими и крестьяами. В Гуляй-Поле почти все рабочие стояли к тому времени на анархо-синдикалистических позициях.
В конце концов образовалась своеобразная "республика", где рабочие и крестьяне взаимно удовлетворяли нужды друг друга в сельскохозяйственных продуктах и промышленных продуктах. В начале Махно сотрудничал с Красной армией. Вместе они помогли восставшему пролетариату Екатеринослава выбить белогвардейцев из города. Армия Махно была очень интересно устроена: она мобилизовалась по мере надобности из крестьян, а костяк её составляли выходцы из городских рабочих. Армия эта действовала очень эффективно на благоприятной, родной местности и могла достигать огромного(в сравнении с населением) размера по мере мобилизации. Этим она чем-то напоминала революционную армию Кубы Фиделя Кастро. На неблагоприятной местности она теряла и тактическое и моральное преимущество. Махно и его командиры в корне пресекали акты мародёрства - это известно точно. В Екатеринославе махновцы вошли в контакт с эсерами, но вскоре петлюровцы заставили Красную армию и махновцев покинуть город. Махно засел в обороне Гуляй-Поля, но вскоре опять взял Екатеринослав. На конференции анархистов в Курске весной 1919-го года было вынесено решение, что "украинская революция будет иметь значительные шансы быстро стать идейно социально-анархической". И в то же время конфедерация заявила, что "анархист должен постоянно и упорно агитировать за создание вместо нынешних советов - истинных Советов рабочих и крестьянских организаций, беспартийных и безвластных". Это было время подъёма анархизма на юге России, проникнутом светлыми идеями безвластия. Но уже обострились противоречия с большевиками. "Рабоче-крестьяне" на верху новоявленной советской государственной системы почувствовали запашок неповиновения… В 1920-ом году товарищ Фрунзе, командующий Южным фронтом, выманил-таки махновцев на юг, в Крым, для борьбы с бароном Врангелем, в который раз угрожая крупномасштабным наступлением на Гуляй-Поле. Армия Махно поучаствовала в атаке на Перекоп и освобождении Крыма, но затем Фрунзе отдал приказ о расформировании отрядов анархистов. Они были окружены и частью разоружены, частью уничтожены. "Батько Махно" с группой единомышленников укрывался в Гуляй-Поле, но когда оборонить его от красных не удалось, он бежал в Румынию, а оттуда - во Францию.
Мне кажется, что главной причиной конечной неудачи республики Махно было то, что военные соединения анархистов оттянулись от своей земли, оторвались от крестьянской почвы, дали Красной армии увлечь себя в Крым. Там они уже не могли противостоять её предательскому удару, поскольку, во-первых, там не было привычных махновцам природных условий, во-вторых, в Крыму не было крестьянской среды и сочувствущего анархистам города как опорного пункта. Ведь только в "своей" местности крестьянское ополчение могло обеспечить себя необходимыми продуктами и другими припасами, а также пополнить свои ряды. И в-третьих, крестьяне, воевавшие в армии Махно, не имели психологической поддержки: их ноги топтали не знакомую плодородную почву Украины, а крымские солончаки… Ведь и вообще, в начальный период борьбы и становления анархические сообщества, состаящие из синдикатов и земельных групп, характеризуются сильной привязанностью к земле или месту производства. Это проявлялось неоднократно практически, особенно в ходе южноамериканской революции, и обосновано теоретически.
Но не следует думать, что анархизм свил себе гнездо только в России. ВКТ работала по всей Европе, собрала конференцию в 1906-ом году, где были приняты ряд важных идеологических установок. Просто в России анархические тенденции проявились в то время наиболее революционно и заметно; но нельзя недооценивать значение борьбы синдикалистов за свои права методами стачек и забастовок по всей Европе.
Участие анархистов в Испанской революции с 1931-го года.
В 1931 году рабочий класс Испании сверг монархию и установил республику. В 1936-ом фашисты развязали гражданскую войну. К этому времени население Испании находилось под сильным влиянием двух фракций: реформистской социалистической партии и анархистов. Поэтому для меня анархическое движение в Испании занимает совершенно отдельное место. "Особенностью испанского пролетариата является также и то, что анархисты имеют в среде испанских рабочих довольно сильные организации, тогда как в России анархистское движение, как мы это видели, никогда не было массовым движением, а было в большинстве случаев движением небольших групп, оторванных от масс" [5, c. 101] , - признаёт товарищ Ем. Ярославский, видный большевик.
Также нужно отметить то, что в Испании на стороне республики, в отличии от России, стояли не только мещанство, пролетариат и крестьянство, но и часть либеральной буржуазии. Анархисты в Испании объединились в Национальную Конфедерацию Труда. Их печатным органом была газета "Солидаридад Обрера". Социальные преобразования проходили очень успешно(может быть, в этом и была причина такой оголтелой фашистской реакции?). Первые успехи в войне вдохновили анархистов. В статье от 28-ого октября 1936-ого года "Солидаридад Обрера" писала об испанской революции: "Сейчас мы находимся в кульминационном пункте Иберийской пролетарской революции". Вот ещё одна радужная оценка(30/08/1936): "Впервые в истории народ своими собственными силами одержал победу над армией, вооружённой по последнему слову техники… Впервые в продолжение 15 дней народ безвозвратно уничтожил: господство церкви, отменив практику культа, господство предпринимателей над трудящимися, и, наконец, господство городской бюрократической цивилизации над деревней, … , осуществив в рамках профсоюзных организаций тесную связь рабочих и крестьян". Пусть даже и не такие разительные, но успехи были, несмотря на элемент буржуазии в революционном движении. Откуда же такая мощь испанского движения? Всё дело в том, что в Испании 1) анархисты встали рядом с марксистами и реформистами в борьбе против фашизма, 2) рабочие и крестьяне были равноправны как революционеры и 3) в основу для будущего социализма был положен принцип не уничтожения классов буржуазии и кулачества, но чисто анархистский принцип социальной ликвидации, выдвинутый ещё Прудоном - принцип возвращения капитала труду, уравнения классов, а не диктатуры одного над другим.
Однако были и вредные стороны деятельности анархистов. Они слишком уж хотели перешагнуть через целый этап социального развития - к коммунизму. Они слишком жёстко, зачастую, обращались с сочувствующей республике буржуазией, уравнивая с другими классами, но они не уничтожали её, как это делали большевики в России после укрепления советской власти. Революционеры в Испании(и не только анархисты) слишком резко пытались отменить культы, связанные с религией и уменьшить значение денег. Это "подталкивание революции" и принесло ей вред, кого-то оттолкнув, кого-то, правда, и привлекая. Но можно оправдать "отмену" религии тем, что лучше бороться с религией, запрещая посещать церкви, чем убивать попов и изолировать верующих крестьян от других, как это, опять же, зачастую делалось в Советской России.
Долго и трудно шло объединение анархистов, коммунистов и либералов в борьбе против фашизма. В мае 1936-го года НКТ запретила своим организациям сотрудничать с другими партиями(кроме фракций ВКТ) и буржуазией. Однако товарищи из испанской коммунистической партии дали на это абсолютно правильный ответ: они отвергли ответ НКТ, как препятствующий единству пролетариата, призвали к совместному отпору фашистам. И испанские анархисты проявили конструктивность, которой так часто не хватало русским, решили объединить силы рабочих для отпора реакции.
В начале осени 1936-го года в "Солидаридад Обрера" была опубликована статья "Бесполезность правительства", где, в частности, говорилось, что "создание коалиционного правительства и внутренняя борьба в нём делает невозможной нашу работу в целях освобождения Испании". И всё-таки, опять объединившись с коммунистами перед лицом фашистской угрозы, анархисты вступили в правительство, и не в социалистическое, а в коалиционное, в котором участвовала и буржуазная республиканская партия. Это НКТ объяснила так: "Мы сделали это не из политических соображений, а ввиду необходимости единства. Сейчас нужно концентрировать внимание на двух основных вопросах: выиграть войну, укрепить хозяйство и добиться того, чтобы испанский народ не испытывал нужды в предметах потребления". Вот так вот появился Единый антифашистский фронт.
Поражает, насколько разнородным был Единый фронт: Коммунистическая партия Испании, Всеобщий рабочий союз, НКТ, синдикалистская организация Пестаньи, мелкобуржуазная республиканская партия Асаньи, каталонская партия Эскерра, буржуазная партия "Республиканский союз", партия баскских националистов, каталонская крестьянская организация "Риббагайрес"… И залогом единства было сближение анархистов и коммунистов.
"Если все было так хорошо, - спросите вы, - то почему же тогда силы реакции в конце концов победили революцию?.." Мне кажется, что мировой империализм просто испугала тенденция к быстрому распространению социалистических идей. Анархисты в Испании были очень близки к реализации своей программы либертального коммунизма. Но у Испании не было такого ресурсного и людского потенциала, как у России. Все реакционные силы мира, а особенно фашисты Германии, Португалии и Италии, оказали всемерную помощь своим единомышленникам в Испании - и фашизм задавил молодую республику…
Эволюция теории анархизма в 1/2 XX-го века.
К XX-ому веку теория анархизма была ориентирована скорее на крестьянство и мелкую буржуазию. А новые условия производства, выдвинувшие пролетариат в первые ряды революционной борьбы, требовали больше внимания уделить идеям, ориентированным на промышленных рабочих. Поэтому в начале века началась выработка новых идей, отражающих характер изменений в анархическом движении. Похожую ломку переживало анархическое движение и недавно в связи с потерей промышленными рабочими доминации в революционном прогрессе.
Сложно показать это на примере теории, т. к. в начале века в основном шли практические изменения - уже другой была основная цель агитации, другим был и состав анархического движения. Очень ярко это отразилось в ходе испанской революции. Эта страна была несколько отсталой, и там в анархическом движении смешивались крестьяне и рабочие. Но это был уже не рабочий класс мелких предприятий, как в России на юге во время революции. Это были обособленные от сельского населения рабочие, колеблющиеся между коммунистами и анархистами. Итак, какой же была эта самая концепция либертарного коммунизма, идеология испанских анархистов?
Во-первых, конечной целью революции испанские анархисты считали, в числе прочего, отмену частной собственности, точнее, её обобществление. Если в начале века при анархии предполагалось обычно сохранение личной собственности в полном масштабе, то с появлением трудоёмких производств, требующих коллективного участия, социальная собственность при анархии стала необходимостью, во всяком случае в промышленности. Испанские анархисты часто упрекали марксистов в России в сохранении частной собственности. "К общественному обладанию мы перейдем сразу и все вместе," [7] - писал Исаак Пуантэ в "Програмном очерке либертарного коммунизма". Совершенно утопичной эту идею можно назвать только не зная многовековой истории борьбы за братство и свободу в Испании.
Отношение ко всем формам власти либертарных коммунистов было однозначно отрицательным. Между тем ради объединения усилий против фашизма они вошли в коалиционное правительство, носившее отчасти совещательный характер. Сразу после исчезновения угрозы внутреннего покорения анархисты намеревались упразднить все органы власти. Признавались только добровольные объединения. Ставка делалась на синдикаты - рабочие объединения. "Общество будет удерживаться инстинктом взаимности, свойственным каждому человеку, а также согласием и преимуществами, которые принесет с собой коммунизм," [7] - считали анархисты. Основным способом решения вопросов они предполагали т. н. ассамблею - совещательное собрание - синдикальное или местное.
Труд предполагался добровольным, с обеспечением неспособных работать их сообществом. Гармонию и равновесие, довольствие трудящихся своим видом деятельности должно было обеспечить отсутствие принуждения. Общество должно было взять на себя функцию защиты продуктов труда от посягательств не участвовавших в производстве. "Мы боремся не с бродягами, а с паразитами. Бродяга может продолжать вести свой образ жизни, если удовлетворится его результатами и не будет жить за счет труда других," [7] - заявляли синдикалисты. Плоды труда предполагалось предоставлять к общему пользованию, зарплата отрицалась как увеличивающее неравенство явление. "Каждый, невзирая на вид выполняемого им труда, всегда имеет право пользоваться общей собственностью - по мере своих потребностей," [7] - истинно коммунистический лозунг.
Предполагалось в каждой местности организовать потребление и производство соответствуясь с потребностями, а не наоборот, как это делает государство. Залогом успеха анархии считалось обилие товаров первоочередной необходимости, что предупредило бы кризисы. Деньги должны были быть заменены непосредственно тем, что их обеспечивает - то есть различными материальными ценностями. Отрицалась необходимость равноценности товаров при обмене. "Отдают то, что есть в избытке, берут то, в чем нуждаются и что предлагают другие," [7] - так предполагал синдикалистический обмен Исаак Пуантэ. Отступления от этого принципа считались необходимыми при торговле с буржуазными странами.
Конфедеративное объединение должно было обеспечить лучшее взаимодействие между объединениями трудящихся. В случае отказа какой-либо общины предоставить своё средство производства в общее пользование считалось предпочтительным отказаться от обмена с ней. Анархисты Испании считали, что личность в профсоюзе должна согласовывать свои интересы с интересами целого сообщества. Перед проведением каких-то изменений в хозяйственной деятельности должны были собираться структурированные конгрессы для решения вопросов. При анархо-синдикализме предполагалось повышение уровня технического оснащения производств и развитие науки, с организацией отдельных профсоюзов учёных.
При анархии должна была иметь место полная автономия отдельных районов. "Каждая община сможет принимать решения (на общих собраниях) о следующих вопросах:
1) производственные обязательства,
2) гарантии условий поддержания производства на ответственном уровне,
3) еженедельное количество труда (в часах),
4) распределение труда в соответствии со способностями или по жребию,
5) формы осуществления распределения,
6) режим быта,
7) размеры предоставляемого в пользование отдельным индивидам (участки земли и т.д.),
8) объекты личного и общественного пользования;" [7] - гласит программа испанских синдикалистов. Обработка общинной земли предполагалась добровольной, совместной. Эта идея созвучна с идеей организации колхозов в РСФСР, только в Испании крестьяне не на словах, а на деле полностью пользовались плодами своего труда. Индустриализация и механизация должны были облегчить труд рабочих и дать им больше возможностей для саморазвития, интеллектуального отдыха.
Отдельно следует рассмотреть отношение анархистов к преступникам. "Коллектив откажется также от наказания преступников, поскольку наказание не исправляет преступления и никому не служит примером" [7] . Оборона предполагалась спонтанным сопротивлением групп или одиночек. Единственным наказанием для преступников должно было бы быть всеобщее презрение и отторжение от коллектива.
Война должна была бы стать невозможной, за исключением агрессии извне. На этот случай все сооружения и инвентарь, связанный с военными действиями, предоставлялся в ведение местных организаций, ответственных за чрезвычайную ситуацию. Образование предполагалось предоставлять всем, а молодёжи с 15-ти до 20-ти лет - ещё и трудовую практику. Анархо-синдикалисты в своей программе упоминали упоминали не только хорошие, но и отрицательные стороны безвластного строя - каждая группа и индивидуум действуют по своей воля и полностью самостоятельно.
Программная декларация завершалась словами: "Для общества мы добиваемся: общественной собственности и коллективного пользования богатствами, без разделения на бедных и богатых, свободы, не подчиняющейся капризам власти, ликвидации разделения на господ и подданных, работы для всех с целью удовлетворения своих потребностей, ликвидации денег, делающих человека бесправным, улучшения условий жизни и труда людей, братского сближения между людьми, так чтобы личность жила в обществе, действующем как самое меньшее зло." [7] .
Таким
образом, сравнивая
анархо-индивидуализм
начала века
с развитым
рабочим синдикализмом
тридцатых
годов, мы видим
изменения и
в составе движения,
и в его идеалах,
уклон в сти-
хийный
комму- низм и
взаимопомощь,
плюс приятие
технического
про-
гресса
в полн-
ой
мере. Анархизм
был и остаётся
од-ним
из наиболее
динамично ме-
няющихся
вместе с условиями
жиз-
ни
движением.
ВСТУПЛЕНИЕ
Прежде всего, начиная написание моего реферата, я должен ответить на вопрос: почему я выбрал эту тему?
Во-первых, я хочу выделить несколько ключевых событий в истории европейского анархизма, относящихся к первой половине двадцатого века, и провести параллель с эволюцией теории безвластия. На основе анализа этих ключевых событий можно выявить основные тенденции и закономерности, определившие развитие анархизма во второй половине века.
Во-вторых, я хочу ответить лично для себя на вопрос - создали все эти проявления движения анархистов реальные предпосылки для реализации некоторых идей анархизма в наше время? Ведь начало века было так богато разнообразными бунтами, террористическими актами и попытками создания обществ без власти под чёрными флагами. Подробное рассмотрение истории европейского анархизма в выбранный период на примере самых значительных событий даёт мне ключ к объективной оценке современной обстановки в контексте рассмотрения перспектив анархизма. Анализ теоретической базы сильно влияет на формирование моих собственных взглядов и на выработку собственных концепций, своего плана действий.
Я считаю идеи безвластия, федерализма и децентрализации особенно актуальными в современной России, где существует "по некоторым оценкам, около 30-40 миллионов человек, не включённых в социальные структуры и никому не подчиняющихся, т.е. живущих в состоянии анархии" [1, с. 4]. Цифры говорят сами за себя.
История анархизма, например, в России во время революции, поучительна как ничто другое, для человека, желающего осознать сильные и слабые стороны анархического движения. А испанский либертальный коммунизм! Какой пример единения пролетариата для борьбы с реакцией! Каждый интересующийся историей революционной борьбы, должен глубоко изучить историю испанской революцию.
Одним словом, я берусь за написание реферата по данной теме не только с личной целью систематизации, но и с целью возможного использования его в целях просвещения молодёжи, а так же в некоторой степени для своеобразной агитации. Следует признать, что работа является не просто беспристрастным изложением фактов, но, напротив, не лишена доли моей личной оценки происходивших событий. Однако я постарался изложить всё максимально объективно, используя разнообразную литературу с разными точками зрения, причём не вся она упомянута в списке. Использовано также много материала из Интернета, но я не упоминаю некоторые из них, так как не использовал их непосредственно при написании реферата.
Глава I
Усиление тенденций к безвластию. Исторические предпосылки.
К началу XX-го века тенденции к безвластию в массах несколько усилились, причём не только в Европе, но и во всём мире. Марксизм разделился на течения радикальные и ревизионные, из которых часть утратила былой радикализм и чёткость построения программы. Поэтому марксизм несколько утратил свой роль унитарной идеологии пролетариата и не мог больше удовлетворять всех рабочих… В то же время давление государства на личность и мера его вмешательства в экономику заметно увеличились - отчасти это было связано с назревавшей империалистической войной - милитаризм и колониализм, прежняя эксплоатация рабочего класса под покровительством структур глобального управления, а также давление на мелкого производителя, вызванное тенденцией к монополизации, не могли не вызвать решительного противодействия в виде восприятия радикальной идеологии свободы. Особенно это актуально по отношению к ремесленникам и интеллигентному мещанству, которые являются основой для распространения анархических идей.
В преддверии I Мировой Войны официальный Интернационал уже не мог единить революционеров, что доказали результаты голосований в парламентских организациях стран, вступающих в войну, когда большинство депутатов- социалистов проголосовали за военные кредиты "своим" правительствам. Следует особо отметить, что разлад внутри II-го Интернационала не произошёл в одночасье в начале войны, но явился кульминацией длительного процесса, начавшегося до начала XX-го века.
В то время, как Интернационал терял своё влияние, усиливалась борьба за полное освобождение личности, которую олицетворяли собой анархисты. Ярким деятелем этой борьбы стал в XIX-ом веке Михаил Александрович Бакунин. Характерно то, как складывались его отношения с Интернационалом. Он был исключён из его рядов за идейное отступничество, и его сторонники тоже были отстранены от участия в едином движении. Однако Бакунину и компании удалось развернуть активную пропагандистскую и революционную деятельность по всей Европе, оказывавшую сильное влияние на рост популярности анархизма в Европе; Социалистический Альянс Бакунина некоторое время успешно конкурировал с Интернационалом, особенно в Испании. Бакунин - представитель так называемого бунтарского направления в анархизме.
Потеряв веру в непогрешимость Интернационала и его радикализм, некоторая часть рабочих перешла к анархо-синдикализму. Они действовали против капиталистов- эксплоататоров методами так называемого "прямого действия" - стачек и саботажа. Особенно сильны они были во Франции, набрали к концу XIX-го века силу и в Англии. Как мы видим, больше становилось сторонников как индивидуалистического анархизма, так и коллективного. Больше стало однако и отрицательных безрезультатных проявлений - террористических актов и убийств. Например, вспышка терроризма в 1890-1895 годах, особенно сильная во Франции и близкой к ней Испании. Однако такие личности, как Равашоль, Эрьен, Казерио лишь вызвали неприятие общественностью своих методов, повлекшее за собой обострение критики анархистов. Этот период ярко показал неточность и неэффективность террористических ударов по государственному аппарату.
В 1985-ом году профсоюзы и биржи труда во Франции объединились во Всеобщую Конфедерацию Труда (ВКТ), которая быстро переросла масштабы отдельной страны и объединила большое количество пролетарских профсоюзов в борьбе за свои права.
XX-ый век анархизм встретил в фазе "количественного" подъёма. В области обновления его теоретической базы, напротив, имел место некоторый идейный застой. Однако, нельзя сказать, что соперничавшие с анархизмом течения потеряли своё влияние в сильной мере. Марксизм по-прежнему правил умами большинства рабочих. Очевидно стало то, что изменить положение в рядах пролетариата - основного революционного класса - вряд ли удастся без долгой и планомерной агитации. Поэтому в начале XX-го века анархизм стал идеологией по преимуществу мелкой буржуазии - ремесленников, крестьян и прочих мелких производителей. Также к анархистам примкнула часть радикально настроенной интеллигенции. Дело в том, что в то время анархизм в наиболее полной мере отражал интересы этих классов. Мелкий производитель и крестьянин-собственник в наименьшей мере зависели от организации общества "сверху". Налоговые сборы были им ни в коей мере не выгодны - они связывали их возможности, отнимали прибыль, не предоставляя ничего взамен - ведь часто крестьяне довольствовались обменными сделками, предпочитая получать нужный товар без посредников, в том числе государства. Благоустройство инфраструктуры они чаще проводили сами,