Цусимское сражение 14 мая 1905 года
Две русские базы Владивосток и Порт-Артур разделяли 1045 миль. Реально флот мог базироваться только в одном из этих портов. Порт-Артур заперт в глубине Печилийского залива, а Владивосток замерзает на 3,5 месяца в году. Ремонтные возможности обоих портов стоили друг- друга, а именно практически отсутствовали. В таких условиях только большое преимущество в силах давало шансы на активные действия и успех. Как только пал Порт-Артур и погибли корабли 1-й Тихоокеанской эскадры, стратегическое положение русских военно-морских сил стало безнадёжным. Все темпы были потеряны. Постоянные задержки Рождественского, привели к тому, что японские корабли исправили все повреждения, а русские постепенно теряли боеспособность в изнурительном плавании. В таком положение требовалось сильное стратегическое и политическое решение, но ... его не было. Правительство и военно-морское командование попало в своеобразную ловушку, именуемую в шахматах «Цунг-Ванг» - вынужденная последовательность ходов. Действительно, отозвать 2-ю Тихоокеанскую эскадру с половины пути означало не только признать свою военную слабость, но и потерпеть крупное политическое поражение, а главное полностью отказаться от попытки быстро выиграть войну, перерезав коммуникации Японии с Кореей. Но и продолжение похода столь же последовательностью вело к поражению. Даже если кораблям Рождественского удалось бы благополучно миновать Цусимскую западню, их будущее выглядело безнадежным. Действовать из удаленного он японских коммуникаций Владивостока в составе эскадры было бы почти невозможно. Одного-двух дозорных крейсеров японского флота хватило бы для того, чтобы вовремя предупредить Того о выходе Русских. Кроме того Владивосток легко блокировался минами, так что единственное, что мог бы предпринять благополучно пришедший в него Рождественский - выбрать для сражения другой день и другое место. Неоднократно высказывалась версия и предположение о том, что эскадра могла «обойти» японские силы, пройдя вдоль восточного побережья Японии, через Сангарский пролив или пролив Лаперуза. Надуманность таких рассуждений очевидна. Реальная дальность плавания русских броненосцев примерно 2500 миль (по данным Костенко). Это означает, что потребовалась бы не одна погрузка угля в открытом море в холодном, весеннем Тихом океане. Кроме того шансов пройти незамеченными у столь большой и медлительной эскадры вдоль всего побережья Японии практически не было. Походы Владивостокского крейсерского отряда показывают, насколько интенсивным было судоходство у ее берегов. А для раскрытия такой авантюры достаточно было одного нейтрального парохода. В результате русская эскадра была бы вынуждена принять бой уже в совсем невыгодных условиях северных широт, во время перегрузки угля или недостаточного его запаса. Немалые трудности предстояли бы и при попытке пройти северными проливами, три крейсера Владивостокского отряда провели неприятные дни, когда не могли войти в пролив Лаперуза из-за густого тумана, но русские крейсера благополучно добрались до Владивостока, пройдя через Сангарский пролив, на последних остатках топлива. Нетрудно представить, произошло с огромной эскадрой Рождественского при подобной попытке ! Вполне возможно, что некоторые из её кораблей постигла бы участь «Богатыря», но не вблизи своих берегов, а около японских берегов. По меньшей мере можно было ожидать полного расстройства эскадры. Но даже если бы Рождественский благополучно форсировал один из проливов, это бы не избавило его от сражения. При вполне вероятном заблаговременном обнаружении флот Х. Того ждал бы его у выходов из проливов. Слишком малая крейсерская скорость русской эскадры обрекала её на перехват задолго до Владивостока (расстояние от Владивостока до пр. Лаперуза примерно 500 миль, до Сангарского примерно 400 миль, крейсерская скорость русской эскадры около 8-9 узлов, а японской не менее 10-12 узлов).Конечно бой произошел бы ближе к русской базе и в нем не смогли бы принять участие малые японские миноносцы, но на пути было множество «подводных камней» - в прямом и переносном смысле! Наконец, как отмечалось выше даже благополучный приход Рождественского во Владивосток мало что давал. Редкий случай стратегической безысходности! Однако правительство решило продолжать поход!
Вторая Тихоокеанская эскадра, выйдя из бухты Кампранг, пошла на прорыв во Владивосток. Миновав 2 дозорные линии японских кораблей, она вошла в пролив Цусима, но была раскрыта японским вспомогательным крейсером «Синано-Мару», находившимся в разведке. Перед рассветом он натолкнулся на наше госпитальное судно «Орёл», привлеченный его яркими огнями. Спустя некоторое время была открыта вся наша эскадра, которая шла в строю 2-х кильватерных колонн, и с кораблей которой был замечен крейсер «Синано-Мару», имевший большой ход и шедший параллельным курсом, но потом он скрылся. Командиром этого крейсера был капитан 2-го ранга Карикава, он телеграфировал Того: «Враг в квадрате №203 и, по-видимому, идёт в восточный пролив». Того, получив телеграмму около 5.00 утра первое сообщение о русской эскадре, уже через 2 часа (7.10)вышел в море и к полудню пересёк с запада на восток Корейский пролив и спокойно ожидал неприятеля. Около 7-ми часов с правой стороны показался крейсер «Идзуми». Целый час он шел одним курсом с эскадрой. В это время по распоряжению командующего разведочный отряд переместился в тыл эскадры: «Светлана» вступила в кильватер транспортом, а «Урал» и «Алмаз» расположились по её сторонам. «Жемчуг» и «Изумруд»выдвинулись вперед. В десятом часу слева, впереди траверза 4 броненосца II класса, но затем удалились. Слева появились 4 быстроходных крейсера противника, которые оповещали Того о движении русской эскадры, по ним был открыт огонь и они удалились. В 13.20 Рождественский начал перестроение в однокильватерную колонну. Появившийся противник избрал бой на параллельных курсах, начав последовательный поворот влево. Когда головные корабли Х. Того - «Микаса» и «Сикисима» - легли на новый курс, З. П. Рождественский приказал открыть огонь и уменьшить скорость с 11 до 9 узлов. В результате 5-й в строю “Ослябя” застопорил машины,
чтобы пропустить 4-го в строю “Орла” не успевшего занять место впереди “Осляби”, “Ослябя” повернулся бортом к противнику, а следующие броненосцы частично сбились в кучу. Затем “Ослябя” увеличил ход(или дал ход) и линия русских выпрямилась. И уже В 13.49 минут был произведен пристрелочный выстрел из левой носовой 152 мм башни. Снаряд упал всего в 20 метрах от кормы “Микасы”.
Вслед за флагманским кораблем русские броненосцы открыли огонь, пытаясь сосредоточить его на головном броненосце противника.
Фактически по “Микасе” стреляли “Князь Суворов”, “Император Александр 3”,”Бородино”и некоторое время “Ослябя” и “Орел”. Последний, оказавшись вне строя пристреливался через “Ослябу” с неверной дистанции по дальномеру- 55 кабельтовых, которую не смог сразу откорректировать из-за невозможности увидеть падения своих снарядов. Старшие артиллеристы трех головных русских броненосцев- П.Е. Владимирский, В.А. Эллих, П.Е. Завалишин- сразу развили максимальную скорострельность, введя в действие и 75-мм орудия. Старший артиллерийский офицер Ф.Т. Шампиев уточнил дистанцию до “Микасы”, но не успел использовать всю мощь своей артиллерии. Через 10 минут японский флагманский корабль вышел из угла обстрела кормовой башни, противник быстро обгонял русскую колонну, стремясь охватить ее голову. В первые 17 минут боя “Микаса” получил с головных русских броненосцев 109 попаданий, 5-305 мм снарядами и 14- 152 снарядами. Один из 305 мм снарядов пробил крышу 152 мм каземата, рядом с детонировали 76-мм патроны. Вся прислуга получила ранения. Второй снаряд взорвался под носовым мостиком, повредил навесную палубу, а его осколки попали в боевую рубку, а на мостике едва не поразили адмирала Х. Того. Третий тяжелый снаряд пробил 152мм броню под казематом №1 и вызвал затопление угольной ямы. Но этих попаданий оказалось недостаточно, чтобы вывести из строя ”Микасу”, который маневром уклонился от огня русских, который был плохо организован в пределах 1-ого отряда. Плохая организация огня русской эскадры, привела к тому, что три другие сильные японские корабли ”Фудзи”, ”Асаки”, ”Сикисима” остались практически не обстрелянными. Вслед за “Микасой”, открывшим огонь с первыми попаданиями в него снарядов, “Асахи”; бес помех начал стрельбу по русскому флагманскому кораблю, “Сикисима” и “Фудзи” обстреляли “Ослябю” и нанесли ему гибельное повреждение. С 14 часов “Фудзи” перенес огонь на “Князя Суворова”, по которому вел огонь также “Адзуми”. Через несколько минут после открытия огня “Князь Суворов” начал получать одно попадание за другим. Первый снаряд разорвался у носового мостика, осколками ранив младших флаг- офицера Мичмана Георгия Церетели. Вскоре загорелось обшитая внутри деревом сигнальная рубка. Попадание японских фугасных зарядов в батарейную палубу, каюту командира, шлюпки и катера на спардеке создавали новые очаги пожаров, многочисленные осколки перебивали пожарные шланги и поражали людей из аварийных партий. Руководивший его старший офицер А. П. Македонский вскоре был смертельно ранен. Его сменили штабной офицер капитан II-го ранга В. И. Семёнов. Но справиться с очагами пламени не удалось: через 1/2-часа после начала боя скрылся в дыму пожаров. Боевую рубку покинул раненый командир капитан 1- го ранга Игнациус. Теперь броненосцем командовал старший артиллерист П. Е . Владимирский, заменивший на штурвале убитых рулевых. С фока реи свисали обрывки обгоревших сигнальных фалов, на которых уже невозможно было поднимать сигналы. Радиотелеграф в 14 часов 12 минут замолчал навсегда: вслед за воздушной антенной вышла из строя боевая. Разрывом снаряда сорвало часть крыши кормовой башни, но она еще продолжала стрельбу. Но левую 152- х мм башню пришлось покинуть, ее раскалил пожар в адмиральском помещении. Волей З. П. Рожественского “Князь Суворов” не маневрировал, несмотря на предложение командира уклониться от японских снарядов градом сыпавшихся на него. Лишь дважды повернули на 2 румба вправо, что не позволило (выйти из охвата), но улучшило условия стрельбы. Японцы же, не видя “Князя Суворова” из-за дыма, перенесли огонь на “Александра III”, который получил несколько попаданий и тоже загорелся. Попадание снаряда вызвало повреждение рулевого привода на “Бородино”, который на короткое время вышел из строя. Почти одновременно строй покинул и находившийся в бедственном положении броненосец “Олябя”. На время эти два броненосца состворились, облегчая японцам попадания, “Бородино” энергично отвечал противнику из кормовой башни. Е. И. Яковлева, Стреляя через ют “Орла”, На котором 203 мм, разрушили носовые 75 мм орудия, снаряды с японских броненосных крейсеров. Вскоре вслед за “Ослябей” вышел из строя “Князь Суворов”, на нем перебило привод от штурвала в боевой рубке к рулевой машине. Руль остался в положении на правый борт. Броненосец, получивший к тому времени не менее 30-ти попаданий, описал полную циркуляцию, прорезал строй своих кораблей и склонился в сторону противника. “Император Александр III” последовал за ним, но оценив обстановку, в соответствии с приказом повёл эскадру на прежний курс. Этот броненосец доблестно сражался под командованием М. М. Букохвостова, того кто меньше всего верил в победу, оказавшись сосредоточенным огнем японцев. Близкие попадания в левый борт носовой части броненосец образовали 6-ти метровую