Реформы и “контрреформы”
И тем не менее “Великие реформы” много способствовали тому, чтобы русский народ превратился в народ “коммерческий”. Иначе говоря, они открывали дорогу буржуазному пути развития России, способствовали развитию в России буржуазных отношений. В этом и заключался переворот, осуществленный Александром II.
***
И вот здесь российское образованное общество поразил потрясающий парадокс. Предоставленные властью и столь долгожданные свободы вызвали у многих общественных кругов… недовольство властью! Со времен Александра II в русской истории возобладал, по словам Ф.И. Тютчева, какой-то “роковой закон” — всякое послабление со стороны властей очень скоро оборачивалось политическим “распоясыванием” и стремлением к анархии. Свобода общественного мнения приводила к взрыву самого общественного мнения. Причем “…взрыв, — писал Тютчев, — разражается по большей части при первой попытке возврата к добру, при первом искреннем, быть может, но неуверенном и несмелом поползновении к необходимому исправлению”. И особенно недовольной всегда оказывалась российская интеллигенция.
Само слово “интеллигенция” было придумано в России именно в 1860-е гг. и впервые появилось в статьях модного тогда писателя П.Д. Боборыкина. Сам слой интеллигенции был еще очень узок. По подсчетам исследователей, в 1860-х гг. насчитывалось около 20 000 человек, занимающихся интеллектуальным трудом. К концу столетия это число увеличилось до 200 000 человек, но и тогда они составляли всего 0,2% от 125-миллионного населения империи.
Число интеллигенции было невелико, но так как именно интеллигенция имела доступ к средствам печати и пропаганды, более того, почитала своим главным занятием “просвещение народа”, то влияние ее на умы и души людей оказалось очень большим. Можно сказать, что именно это меньшинство во многом определило характер политической и духовной жизни России во второй половине XIX в. и продолжало определять его в следующем, XX, столетии.
Конечно, российская интеллигенция очень много сделала для просвещения и образования народа, русские ученые уже в XIX столетии выдвинули свое Отечество на самые передовые рубежи мировой науки, а в области культуры Россия вообще переживала свой “Золотой век”. Но все это, к сожалению, зачастую перекрывалось другими качествами отечественных интеллектуалов.
Одной из главных черт российской интеллигенции, имеющей корни еще в XVIII веке, стала подчеркнутая и обязательная оппозиционность существующей власти. Интеллигент просто обязан быть недоволен любой властью, ибо, по мнению представителей самой интеллигенции, всякая власть все делает не так, как надо, а если и так, то… все равно не до конца верно. Иначе говоря, — не так, как представляет себе начитавшийся разных книжек интеллигент.
Еще одна черта интеллигенции — потрясающая безответственность. Ведь интеллектуальной прослойке нечего было терять, она никогда не являлась “материально ответственным лицом”, не привыкла обращать внимание на реальность и выполнимость своих планов, на соответствие этих планов потребностям общества и государства.
Тем не менее именно интеллигенция взяла на себя право и обязанность выработки планов национального развития, более того, стала главным инициатором реализации этих планов. При этом большинство предлагаемых интеллигенцией “проектов” носили откровенно утопичный, книжный характер, ибо они, чаще всего, были почерпнуты из европейских учебников по философии, экономике и праву. В этом смысле можно сказать, что российская интеллигенция сама пребывала в ученическом состоянии, но уже взялась учительствовать — учительствовать безапелляционно и напористо, как учительствует всякий, кто впервые открывает для себя какие-то истины.
Однако западный опыт, на который в основном и ориентировалась российская интеллигенция, был слишком многообразен. Потому и сами отечественные интеллектуалы пребывали во внутренних раздорах.
На одной стороне стояли российские либералы, которые хотели от царя более глубоких и, главное, политических реформ — жаждали конституцию.
В основе либерального (от лат. liberalis — свободный) мировоззрения лежит гуманистический идеал свободной и ответственной личности, система взаимообусловленности прав и обязанностей человека и гражданина, реализуемых в рамках правового государства посредством социального и политического компромиссов. Либеральные идеи были заимствованы в европейских странах.
В России либерализм как идеология возник в первой половине XIX вв. Становление идеологии русского либерализма началось со споров западников и славянофилов о путях развития страны на рубеже 1830—1840-х гг. Как общественно-политическое течение русский либерализм сложился в эпоху “Великих реформ”. Либералы находились в оппозиции к самодержавию и стремились к власти. Они действовали преимущественно легальными средствами. Либералы выступали за введение в России конституции, ограничивающей власть царя.
После “Великих реформ” русский либерализм представлял собой пестрый конгломерат мнений без общей программы. Главным признаком принадлежности к либералам была не программа, а тактика — предпочтение легальных методов борьбы за
конституцию. Наиболее влиятельными органами печати либералов были “Вестник Европы”, “Голос”, “Русские ведомости” и др. В пореформенный период основным стремлением либералов стало создание конституционной монархии. Они требовали создать представительный орган при императоре с совещательными функциями и расширить права земств.
В другом спектре российской интеллигенции, особенно в студенческой среде, возобладали социалистические воззрения, в соответствии с которыми Россия, “перепрыгнув” через капитализм, должна была в ближайшем будущем превратиться в страну “победившего социализма”. Так сформировалось течение, которое на русской почве стало именоваться “народничеством”. Народники требовали немедленных общественных преобразований и даже введение конституции представлялось им совершенно мелким, временным мероприятием. Поэтому главным методом действия народники избрали революционную борьбу, в том числе террор.
В основе народнической идеологии лежали теоретические разработки А.И. Герцена, М.А. Бакунина, Н.Г. Чернышевского и П.Л. Лаврова. Еще в 1861—1864 гг. вокруг Н.Г. Чернышевского существовала революционная народническая группа “Земля и воля”, имевшая отделения во многих городах России. Политическая программа “Земли и воли” была весьма общей и расплывчатой и включала в себя требования передачи крестьянам всей земли, которой они пользовались до отмены крепостного права, свободы слова и печати и введения конституции.
В 1876—1879 гг. действовала вторая “Земля и воля”, которая своей конечной целью ставила уже свержение монархии в России и построение социальной республики, основанной на самоуправлении крестьянских общин и рабочих ассоциаций в городах. Создателями организации были М.А. Натансон, А.Д. Михайлов, Г.В. Плеханов и другие. Позже в “Землю и волю” вступили В.Н. Фигнер, С.Л. Перовская, Н.А. Морозов, С.М. Кравчинский. Главным направлением деятельности землевольцы считали пропагандистскую работу в деревне. Члены организации стали инициаторами “хождения в народ” — переселения революционной интеллигенции в деревню с целью подготовки революции. Но большинство народников, став учителями, фельдшерами, земскими служащими, не смогли добиться ощутимых успехов. Более того, крестьяне крайне подозрительно относились к пропагандистам и нередко сами сдавали “студентов” в полицию.
Одновременно внутри “Земли и воли” выделилась “дезорганизаторская” группа, в
обязанности которой входила охрана организации от провокаторов и подготовка покушений на считавшихся наиболее жестокими чиновников. Группа из 10—15 человек с марта 1878 по апрель 1879 года провела ряд громких покушений, среди которых было убийство шефа жандармов Мезенцева, генерал-губернатора Харькова и др.
В результате внутри “Земли и воли” начались дискуссии о целесообразности дальнейшей работы в деревне и необходимости перехода к индивидуальному террору как основному методу деятельности организации. Летом 1879 года на Воронежском съезде “Земля и воля” раскололась на “пропагандистов” и “политиков” и перестала существовать как единая организация. Возникли две новые организации: “Черный передел”, члены которой продолжали заниматься пропагандистской работой, и “Народная воля”, взявшая курс на террористическую деятельность.
Примечательно, что и либералы, и народники по своим идейным корням и целям действия существовали в одной и той же идейно-политической парадигме, восходящей корнями к чуждой для России гуманистической философии. Они даже не понимали значимости духовных вопросов для жизни России. И, естественно, ни либералы, ни народники не ставили никаких духовных задач перед обществом, но с упорством, достойным иного применения, добивались исключительно социальных, экономических и политических преобразований. И либералы, и народники по своим философским пристрастиям были или позитивистами, или материалистами. Поэтому традиционная духовность и религиозность русского народа для них были как кость в горле, ибо именно их российские либеральные и революционные деятели считали главным препятствием на пути торжества собственных идей — народ был слишком “тёмным” и косным. Зато перенесение на русскую почву заморских социально-политических идеалов почиталось за огромное благо. Ни либералов, ни революционеров совершенно не интересовала безопасность и устойчивость Российского государства, но все свои, надо признаться, недюженные силы они отдавали тому, чтобы восторжествовал “материальный прогресс” — экономический, социальный, политический… “Прогресс” стал настоящим идолом русской интеллигенции в XIX веке, и с тех пор только ему она и поклоняется. И в этом была великая трагедия и русской интеллигенции, и России в целом — отечественные интеллектуальные силы на долгие сто пятьдесят лет отдались во власть исключительно социально-экономическим и политическим идеалам, окончательно отринув традиционный русский духовно-политический опыт.
Естественным было и то, что официальная идеология, выражаемая триадой
“Православие. Самодержавие. Народность”, не просто не признавалась либералами и народниками, а намеренно и жестоко третировалась как “реакционная”, “тираническая” и “мракобесная”. Так, российская интеллигенция разошлась и с собственным государством, и с собственным народом, и с собственным историческим прошлым, и... с собственным будущим.
***
Резкий подъем общественного движения, ширящийся размах подпольных революционных организаций вызывали ответную реакцию властей. Тем более что народники, избрав террор главным орудием действия, объявили своей главной мишенью самого императора.
Первое покушение на царя совершил в апреле 1866 года студент Д.В. Каракозов. Второе, в мае 1867 года — поляк Березовский (в Париже). После этих покушений были ужесточены репрессии против революционного движения и пересмотрены многие либеральные начинания.
В апреле 1879 года в государя в Петербурге стрелял А.К. Соловьев. После этого “Народная воля” устроила настоящую охоту на императора Александра II.
Во главе “Народной воли” стоял Исполнительный комитет, в который входили А.Д. Михайлов, А.И. Желябов, С.Л. Перовская, Н.А. Морозов, В.Н. Фигнер, М.Ф. Фроленко и др. “Народная воля” отличалась высоким уровнем организации и конспирации. Она насчитывала около 500 человек, имела свои ячейки во многих крупных городах страны, в армии и на флоте. Агенты организации проникли даже в полицию. По мнению народовольцев, убийства наиболее активных и влиятельных представителей власти должны были внести дезорганизацию в деятельность правительственного аппарата и всколыхнуть народные массы. Главной своей целью народовольцы считали свержение самодержавия. Затем они планировали созыв Учредительного собрания, наделение граждан демократическими правами и свободами, проведение социальных реформ.
Осенью 1879 года было организовано два покушения на Украине и в Москве — народовольцы пытались взорвать царский поезд. В феврале 1880 года народоволец С. Халтурин произвел взрыв в Зимнем дворце, унесший многие жизни. Но, по счастливой случайности, император остался жив.
Шесть покушений… Господь хранил Александра Николаевича…
***
А дел у император и так хватало, ведь помимо забот внутренних, необходимо было заботиться и о международном престиже. Министром иностранных дел в эти годы стал Александр Михайлович Горчаков (1798—1883), которому государь полностью доверил ведение внешней политики. А цель Александра II и Горчакова была одна — ни в коем случае не втягиваться в европейские войны, пока Россия еще к ним не готова. Как любил говорить Горчаков: “Россия не сердится, Россия сосредотачивается”.
Зато на Востоке Российская империя значительно расширилась. К концу 1860-х годов к ней были присоединены среднеазиатские земли — Бухара, Хива, Коканд. На Дальнем Востоке — огромная Амурская область.
Четырнадцать долгих лет ждали Александр II и Горчаков удобного момента. И наконец 19 октября 1870 года во все страны Европы было сообщено — Россия отказывается соблюдать условия Парижского мира. Это произвело впечатление разорвавшейся бомбы! Но ослабленные войнами между собой, европейские государства не смогли остановить Россию. Так Российская империя вернулась в число великих мировых держав.
С начала 1870-х гг. Россия создавала в центральной Европе политическую коалицию России, Германии и Австрии — в 1873 году был основан оказавшийся недолговечным “Союз трех императоров”. В 1875 году царь помешал германскому правительству Бисмарка развязать новую захватническую войну против Франции. Победоносно завершив русско-турецкую войну 1877—1878 гг., Александр II укрепил влияние России на Балканах и освободил южнославянские народы от многовекового османского ига. Единственная территориальная потеря — Русская Америка (Аляска и Алеутские острова), которую Россия продала США за 7 миллионов долларов.
***
После взрыва в Зимнем дворце Александр II наделил чрезвычайными правительственными полномочиями генерала М.Т. Лорис-Меликова. Но либерально настроенный генерал безуспешно пытался покончить с “Народной волей” и “революцией”. В январе 1881 года Лорис-Меликов представил монарху проект созыва в Петербурге выборных земских деятелей для участия в работе “подготовительных комиссий”, которые предполагалось учредить при Государственном Совете. Утром 1 марта 1881 года Александр II предварительно одобрил доклад Лорис-Меликова, но…
Через несколько часов на набережной Екатерининского канала в Петербурге император Александр II был смертельно ранен при взрыве бомбы, брошенной
народовольцем Гриневицким. Седьмое покушение оказалось удачным…
Действие “рокового закона”, сформулированного Ф.И. Тютчевым, оказалось смертельным для царя-Освободителя. Сколь пророческими оказались слова русского поэта! Сколь точно предсказал он все беды, которые обрушились на Россию и на ее государя-реформатора! Но вот ведь что важно: до сих пор никто не знает — можно ли избежать этого “рокового закона”?..
***
Удивительно, как повторяется история! Если государю Николаю I пришлось в первый же день своего царствования усмирять декабристский мятеж, то его внуку императору Александру III Александровичу (1845—1894), пришлось сразу же начать решительную борьбу с революционным подпольем. И вскоре практически вся верхушка “Народной воли” была арестована, а затем, за активное участие в подготовке и осуществлении цареубийства, пятерых народовольцев казнили.
И царствование самого Александра III было в чем-то похоже на времена правления его деда: если Николай Павлович “удерживал” Россию от революции, то Александр Александрович поставил своей задачей “подморозить” империю после осуществленных его отцом реформ. А главная цель была все та же — Россия, по убеждению императора Александра III и его ближайших советников, должна была выступать удерживающей силой в мире, силой, спасающей мир от многоголовой революционной гидры.
Но… судьба отвела Александру III всего тринадцать с половиной лет на царствование. Да-да, столь славный император и самодержец всероссийский провел на престоле гораздо меньший срок, нежели все его предшественники. Александр I правил более 25 лет, Николай I — почти 30 лет, Александр II — чуть больше 26 лет… И сын Александра III, последний русский император Николай II царствовал почти 24 года… Однако сколь много было сделано за столь краткий исторический срок, отведенный Александру Александровичу!
Александр III Александрович был вторым сыном императора Александра II. С детства его готовили к военной карьере. Воспитателем великого князя был генерал Н.В. Зиновьев, а с 1860 года — генерал Б.А. Перовский. Наставниками Александра были историк С.М. Соловьев, экономист А.И. Чивилев, литератор Я.К. Грот, юрист К.П. Победоносцев, военный ученый М.И. Драгомиров, экономист И.К. Бабст. Наследником Александр Александрович был объявлен в 1865 году, после смерти старшего брата, цесаревича Николая Александровича.
В 1866 году Александр Александрович вступил в брак с дочерью датского короля Христиана IX, принцессой Луизой-Софией-Фредерикой-Дагмарой, которая приняла православие под именем Марии Федоровны. В этом браке родилось пятеро детей.
С конца 1860-х гг. наследник принимал активное участие в государственном управлении