Возникновение и развитие городов Англии и Франции
Каждый из цеховых мастеров был непосредственным работником и одновременно собственником средств производства. Он трудился в своей мастерской, со своими инструментами и сырьем. Как правило, ремесло передавалось по наследству: ведь многие поколения ремесленников работали при помощи тех же инструментов и приемов, что и их прадеды. Выделявшиеся новые специалности оформлялись в отдельные цехи. Во многих городах постепенно возникли десятки, а в наиболее крупных — даже сотни цехов.
Цеховому ремесленнику обычно помогала в работе его семья, один или два подмастерья и несколько учеников. Но членом цеха являлся только мастер, владелец мастерской. И одной из важных функций цеха было регулирование отношений мастеров с подмастерьями и учениками. Мастер, подмастерье и ученик стояли на разных ступенях цеховой иерархии. Предварительное прохождение двух низших ступеней было обязательным для всякого, кто желал стать членом цеха. Первоначально каждый ученик со временем мог стать подмастерьем, а подмастерье — мастером.
Члены цеха были заинтересованы, чтобы их изделия получали беспрепятственный сбыт. Поэтому цех через специально избранных должностных лиц строго регламентировал производство: следил, чтобы каждый мастер выпускал продукцию определенного вида и качества. Цех предписывал, например, какой ширины и цвета должна быть изготовляемая ткань, сколько нитей должно быть в основе, каким следует пользоваться инструментом и сырьем и т.д. Регламентация производства служила и другим целям: чтобы производство членов цеха сохраняло мелкий характер, чтобы никто из них не вытеснял другого мастера с рынка, выпуская больше продукции или удешевляя ее. С этой целью цеховые уставы нормировали число подмастерьев и учеников, которых мог держать у себя мастер, запрещали работу в ночное время и по праздникам, ограничивали число станков и сырья в каждой мастерской, регулировали цены на ремесленные изделия и т.д.
Цеховая организация ремесла в городах сохраняла феодальную, корпоративную природу*. До определенного времени она создавала наиболее благоприятные условия для развития производительных сил, товарного городского производства. В рамках цехового строя было возможно дальнейшее углубление общественного разделения труда в форме выделения новых ремесленных цехов, расширения ассортимента и повышения качества производимых товаров, совершенствования навыков ремесленного труда. В рамках цехового строя повышалось самосознание и самоуважение городских мастеров
. Поэтому примерно до конца XIV в. цехи в Западной Европе играли прогрессивную роль. Они охраняли ремесленников от чрезмерной эксплуатации со стороны феодалов, в условиях узости тогдашнего рынка обеспечивши существование городских мелких производителей, смягчая конкуренцию между ними и ограждая их от конкуренции различных чужаков
.
Цеховая организация не ограничивалась осуществлением основных, социально-экономических функций, но охватывала все стороны жизни ремесленника. Цехи объединяли горожан для борьбы с феодальными сеньорами, а затем с господством патрициата. Цех участвовал в обороне города и выступал как отдельное боевое подразделение. Каждый цех имел своего святого патрона, подчас также свою церковь или часовню, являясь своеобразной церковной общностью. Цех был также организацией взаимопомощи, обеспечивая поддержку нуждавшимся мастерам и их семьям в случае болезни или смерти кормильца.
Цеховая система в Европе, однако, не была универсальной. В ряде стран она не получила распространения и не везде достигла завершенной формы. Наряду с нен во многих городах Северной Европы, на юге Франции, в некоторых других странах и областях существовало так называемое свободное ремесло
.
Но и там имели место рег-иментация производства, защита монополии городских ремесленников, только осуществлялись эти функции органами городскою управления.
Борьба цехов с патрициатом.
Борьба городов с сеньорами в подавляющем большинстве случаев привела к переходу в той или иной степени городского управления в руки горожан. Но в их среде к тому времени существовало уже заметное социальное расслоение. Поэтому, хотя борьба с сеньорами велась силами всех горожан, полностью использовала ее результаты лишь верхушка городского населения: домовладельцы, в том числе феодального типа, ростовщики и, конечно же. купцы-оптовики, занятые транзитной торговлей.
Этот верхний, привилегированный слой представлял собой узкую, замкнутую группу — наследственную городскую аристократию (патрициат), которая с грудом допускала в свою среду новых членов. Городской совет, мэр (бургомистр), судебная коллегия (шеффены, эшевены, скабины) города выбирались только из числа патрициев и их ставленников. Городская администрация, суд и финансы, в том числе налогообложение, строительство — все находилось в руках городской верхушки, использовалось в ее интересах и за счет интересов широкого торгово-ремесленного населения города, не говоря уже о бедняках.
Но по мере того как развивалось ремесло и крепло значение цехов, ремесленники, мелкие торговцы вступали в борьбу с патрициатом за власть в городе. Обычно к ним присоединялись также наемные работники, бедный люд. В XIII—XIV вв. эта борьба, так называемые цеховые революции, развернулась почти во всех странах средневековой Европы и часто принимала очень острый, даже вооруженный характер. В одних городах, где ремесленное производство получило большое развитие, победили цехи (Кёльн, Базель, Флоренция и др.). В других, где ведущую роль играли широкомасштабная торговля и купечество, победителем из борьбы вышла городская верхушка (Гамбург, Любек, Росток и другие города Ганзейского союза). Но и там, где побеждали цехи, управление городом не становилось подлинно демократическим, так как верхушка наиболее влиятельных цехов объединялась после своей победы с частью патрициата и устанавливала новое олигархическое управление, действовавшее в интересах наиболее богатых горожан (Аугсбург и др.).
Городские торговцы. Купеческие объединения
. Торговля наряду с ремеслом составляла экономическую основу средневековых городов. Для значительной части их населения торговля являлась основным занятием. В среде профессиональных торговцев преобладали мелкие лавочники и разносчики, близкие к ремесленной среде. Элиту составляли собственно купцы, т.е. богатые торговцы, преимущественно занимавшиеся дальним транзитом и оптовыми сделками, разъезжавшие по разным городам и странам (отсюда другое их название — «торговые гости»), имевшие там конторы и агентов. Нередко именно они становились одновременно банкирами и крупными ростовщиками. Наиболее богатыми и влиятельными были купцы из столичных и портовых городов: Константи нополя. Лондона, Марселя, Венеции, Генуи, Любека. Во многих странах в течение длительного времени купеческую верхушку составляли иноземцы.
Уже в конце раннего средневековья появились и затем широко распространиись объединения купцов одного города — гильдии. Подобно ремесленным цехам, они обычно объединяли купцов по профессиональным интересам, например, путешествующих в одно место или с одинаковыми товарами, так что в больших городах было по нескольку гильдий. Торговые гильдии обеспечивали своим членам монопольные или привилегированные условия в торговле и правовую защиту, оказывали взаимопомощь, были религиозными и военными организациями. Купеческая среда каждого города, как и ремесленная, была объединена родственными и корпоративными связями, к ней подключались и купцы из других городов. Обычными стали так называемые «торговые дома» — семейные купеческие компании. В средние века расцвела и такая форма торгового сотрудничества, как различные паевые товарищества (складничество, компаньонах, комменда). Уже в XIII в возник институт торговых консулов: для защиты интересов и личности купцов города посылали своих консулов в другие города и страны. К концу XV в. появилась биржа, где заключались коммерческие контракты.
Купцы разных городов иногда также ассоциировались. Самым значительным таким объединением стала знаменитая Ганза — торгово-политический союз купцов многих германских и западнославянских городов, который имел несколько филиалов и держал в руках североевропейскую торговлю до начала XVI в.
Купцы играли большую роль в общественной жизни и жизни города. Именно они управляли в муниципалитетах, представляли города на общегосударственных форумах. Они оказывали влияние и на государственную политику, участвовали в феодальных захватах и колонизации новых земель
Развитие городов в Англии
Города начали возникать в Англии как центры ремесла и торговли в 10-11 вв.., еще до нормандского завоевания.” Книга Страшного суда” насчитывает до сотни городов, в которых проживало около 5% всего населения .
.
В результате усиления политических связей Англии с Нормандией и другими французскими землями окрепли и расширились е« торговые связи. Значительную торговлю с континентом вел Лондон, а также Саутгемптон, Дувр, Сендвич, Ипсвич, Бостон и другие города. Предметами вывоза наряду с шерстью были свинец, олово, скот. Несколько позже (с конца XII—начала XIII в.) стали вывозить хлеб и кожи. Все эти продукты сельского хозяйства производили и светские феодалы и монастыри, но иногда и крестьяне. Уже в XI и особенно в XII в. получили значительное распространение ярмарки (Винчестерская, Бостонская, Стэмфордская, в Йорке и др.), которые посещались купцами не только из Фландрии, но и из Италии, Германии и других стран.
С ростом городов как экономических центров формировалось сословие горожан. Наиболее значительные города Англии были расположены на королевском домене, и их сеньором являлся сам король. Это осложняло борьбу горожан за политическую автономию, так как бороться с таким могущественным сеньором отдельным, даже крупным, городам было не под силу. Поэтому ни один из английских городов не смог добиться самоуправления типа французской коммуны; английские города вынуждены были довольствоваться лишь отдельными экономическими и финансовыми привилегиями и частичным самоуправлением, которые оформлялись королевскими хартиями.
Освобождения от обременительных феодальных платежей они обычно добивались путем уплаты сеньору ежегодной фиксированной денежной суммы (так называемой фирмы) с правом горожан самим производить раскладку и сбор этих средств среди жителей За деньги же они часто приобретали право самоуправления и суда, ограничивавшее вмешательство королевских или синьориальных должностных лиц в дела городской общины. Города выкупали также право иметь привилегированную корпорацию
горожан (так называемую торговую гильдию), в которую обычно входили не только купцы, но и некоторые ремесленники. Однако пользоваться этими привилегиями могли лишь те, кто принимал участие в уплате «фирмы», т.е. наиболее состоятельные горожане. Более мелкие сеньориальные города обычно добивались лишь экономических привилегий и не пользовались самоуправлением
.
В Лондоне, Линкольне, Йорке, Винчестере и других городах еще в конце XI—начале XII в. появились собственно ремесленные гильдии (цехи), которые вступали в борьбу со стоявшей у власти городской верхушкой
. В XIII в. заметно возросла экономическая и социально-политическая роль английских городов. Большую роль в их экономической и политической жизни начинает играть ку печество.
Города становятся крупными центрами накопления богатств: их доля в. общегосударственных налогах все более повышалась Это заставило королевскую власть в какой-то мере считаться с их интересами. Если к началу XIII в. хартии имели 80 наиболее крупных городов, то на протяжении XIII в. различные привилегии получили еще 113 городов. Горожане постепенно оформляются в сословие, которое обычно выступает как политический союзник королевской власти. Но рост государственного обложения вьзы вал сильное недовольство горожан. Это, как и их экономические и политические интересы в целом, сближало позиции горожан с позицией рыцарства и верхушки свободного крестьянства.
С середины XIII в. в городах заметно обостряются внутренние социальные противоречия. Городская верхушка крупных городов, состоящая из городских землевладельцев, наиболее богатых kупцов и ростовщиков, захвативших городское управление и финансы разными способами притесняет и эксплуатирует основную массу городских ремесленников и мелких торговца, а также городскую бедноту. Жизнь английских городов во второй половине X11I наполнена борьбой между ремесленниками и городской олигархией за право участия в управлении городом.
Развитие городов во Франции
Города в XI—XIII вв. Прогресс производительных сил и связанное с ним отделение ремесла от сельского хозяйства способствовали развитию городов как экономических центров ремесла и торговли. Во Франции начиная уже с Х в. расцветают старые городские поселения, основанные еще римлянами и пришедшие н упадок в V-IX вв. (Бордо, Тулуза, Лион, Марсель, Ним, Пуатье. Париж, Руан и др.). Появляются и новые городские поселения. К XIII в. в стране было множество крупных, средних и мелких го родов, общее число которых в ходе последующего развития вплоть до XX в. увеличилось незначительно.
Особенностью развития Южной Франции в Х1-ХП вв. был именно ранний расцвет ее городов. Этому способствовали их торговые связи со Средиземноморским регионом, а также участие в крестовых походах.
Активная внешняя торговля благоприятно отразилась и на состоянии ремесла, особенно суконного. Ним и Монпелье, например, славились производством тонкого сукна, идущего на экспорт. Широкие возможности сбыта товаров, ослаблявшие необходимость детальной регламентации ремесла, определили такую специфическую особенность социально-экономического развития южных городов, как почти полное отсутствие цехов до конца XIV в. В условиях так называемого «свободного ремесла» контроль не столько за объемом производства, сколько за качеством товаров осуществляли органы городского управления.
Южные города рано приобрели и политическую самостоятельность, чему способствовали не только их экономический подъем, но и традиции позднеантичкого муниципального устройства.
В процессе освобождения из-под власти сеньора южные города использовали в основном не средства вооруженной борьбы, а финансовые сделки, выкуп. Это обстоятельство наряду с вовлечением части южного дворянства в торговлю смягчили противоречия между горожанами и дворянством и сделали возможным их политический союз на юге Франции.
В течение XII в. почти во всех южных городах была установлена коллективная форма власти консулат (правление консулов — выборных лиц от проживающего в городах дворянства и духовенства, а также от ремесленной верхушки). Управление принадлежало Большим советам, которые состояли из полноправных горожан, т.е. жителей, имевших собственность в городе и плативших налоги. Процесс этот шел без участия далекой от южных городов королевской власти. Обретя большую степень самостоятельности я ориентированные по преимуществу на внешнюю торговлю, южные города не сыграли значительной роли в деле государственной централизации Франции. Напротив, их подъем питал сепаратистские тенденции в развитии южных провинций.
Иначе сложилась историческая судьба городов Севера. Экономический подъем наиболее значительных из них — Арраса, Бовэ, Ошлиса, Амьена, Нуайона, Дана и Реймса — наметился лишь к XII в. и был связан с развитием в Северо-Восточной Франции главным образом производства суконных и льняных тканей. Основным средством достижения политических и экономических целей городов на Севере явились восстания, часто неоднократные, изобретавшие особенно ожесточенные формы в тех случаях, когда борьба шла против духовных сеньоров. В ходе восстаний в этих городах против горожан выступала организованная сила церкви которая использовала, в частности, такое распространенное и испытанное средство, как интердикт (запрет богослужения)
Обычно горожане заключали тайный союз, члены которого были связаны присягой. Борьба сопровождалась изгнанием сеньора и его рыцарей из города или их убийством. В случае успеха феодалы были вынуждены предоставлять городу большую или меньшую самостоятельность, часто расценивая эту уступку как временную меру.
Серию кровопролитных восстаний в городах Северной Франции, развернувшихся с конца XI и в начале XII в. и получивших название коммунального движения, открыл город Камбре. После ряда попыток (967, 1024, 1077) он получил коммунальную хартию на самоуправление. Его примеру в XII в. последовали Сен-Кантен, Бовэ, Нуайон, Лан, Амьен, Суассон, Корби, Реймс и др. В ходе движения города добивались неодинаковых результатов. Некоторые из них получили права коммуны Другие города, как правило, игравшие менее значительную экономическую роль, добивались только некоторых привилегий экономического или политического характера: права личной свободы жителей, привилегий в области торговли или управления (города Лорисс, Бомон). Города, таким образом, вступали с сеньорами в договорные отношения, условия которых были зафиксированы в хартиях городских вольностей. Данные сеньорами, они утверждались королем.
Освобождение обычно шло в несколько этапов, и бывало так, что борьба с сеньорами осложнялась внутренними противоречиями в городе — между ремесленниками и патрициатом или противоречиями в ремесленной среде. Борьбу облегчала, как правило, принадлежность города нескольким сеньорам, как это случилось в Бовэ, где власть над городом делили епископ, капитул и шателэн, представлявший интересы короля.
Коммунальное движение положило начало политическому союзу городов с королевской властью. Города при этом искали помощи у короля в борьбе против сеньоров и часто находили ее, так как монархия желала ослабления власти крупных феодалов. В этом союзе города всегда находились на положении подчиненного и неполноправного партнера, который платил налоги, покупал хартии привилегий и их подтверждение новым королем, предоставлял государству займы, которые оставались безвозвратными ссудами. Король же получал от городов военную, денежную и политическую помощь в борьбе с внешним врагом и во внутренней политике, направленной на ослабление политического могущества крупных феодалов.
На территории своего домена французские короли избегали давать городам права коммуны, уступая им лишь часть привилегий под контролем назначенного центральной властью чиновника, как это случилось с Парижем, Орлеаном и Буржем. Таким образом, результативность борьбы городов за самостоятельность определялась не только их экономической или политической значимостью, но и принадлежностью города королю или иному сеньору. Поддержка королем городов носила не всегда последовательный характер, так как он руководствовался финансовыми или политическими расчетами.
Завоевание городами политической самостоятельности способствовало быстрому росту их экономического могущества. Основу его составляло развитие ремесла, которое привело к возникновению новых специальностей и цехов. В городах Северо-Восточной Франции существовало 25 специальностей только в сукноделии. В Амьене число ремесленных специальностей, организованных в цехи, равнялось 80, в Аббевиле — 64, в Сен-Кантене — 53. Во второй половине XIII в. по решению прево (должностное лицо короля) Парижа Этьена Буало записываются уставы 100 цехов («Книга ремесел Парижа»), в частности, 22 цехов только в области производства металлических изделий. К началу XIV в. число зарегистрированных цехов в Париже достигло 350.
В Северной Франции развивалась хозяйственная специализация областей, послужившая здесь в отличие от Юга основой для формирования внутренних экономических связей. Торговля железной рудой, солью, скотом и сукном из Нормандии, полотном, сукном, высококачественным вином из Шампани и Бургундии, разнообразными ремесленными изделиями из Парижа с ориентацией на внутренний рынок делала эти области экономически зависимыми друг от друга и таким образом связывала их. Проявлением торгово-экономических межгородских связей явилась организация в начале XIII в. в Париже «Ганзы речных купцов», объединившей руанских и парижских купцов, торговавших по Сене. К ней присоединились купцы Бургундии с Верхней Соны и Йонны. Затем появилось товарищество купцов, торгующих по Луаре. Деятельность торговых объединений стимулировала рост производства в городах по Сене, Уазе, Марне, Сомме, Верхней Соне и Средней Луаре. Эта особенность экономического развития северофранцузских городов позволила им сыграть решающую роль в централизации страны.
К XIII в. относится расцвет знаменитых шампанских ярмарок, которые проходили в городах, расположенных на Марне и Сене с их притоками Присоединение Шампани в 1284 г. к королевскому домену закрепило ее экономические связи с Парижем. В XIII в. определилось место Парижа как крупнейшего экономического центра Северной Франции и политической столицы государства. Его население было весьма многочисленным: 70 тыс. жителей; в Руане проживало около 50 тыс. человек, но большинство других городов было среднего размера — до 5-6 тыс. жителей.
На фоне экономического подъема в городах начинается процесс имущественной дифференциации, который не в состоянии были предотвратить цеховые ограничения. Из среды горожан выделяется зажиточная купеческая и ремесленная верхушка, владевшая движимой и недвижимой собственностью и захватившая в свои руки городское управление. Ей противостояла основная масса ремесленников и торговцев, ущемленных в политических правах и лишенная доступа к городскому управлению. В Париже «Ганза речных купцов» захватила в свои руки городское управление, ее торговый дом стал административным центром столицы — его ратушей (hotel de ville). На печатях Ганзы был изображен корабль с горделивой надписью — «плывет и не тонет». Статуты Этьена Буало на этом этапе еще санкционировали свободное вступление в цех при условии уплаты небольшого взноса. Не во всех цехах требовали изготовления шедевра, в ряде случаев допускалось свободное ремесло, не всегда ограничивались количество учеников и объемы производства. Однако сама запись статутов была вызвана волнениями основной массы ремесленников, требовавших от зажиточных мастеров соблюдения цеховых постановлений. Состав плательщиков городских налогов (тальи) обнаруживает близость многих мастеров к беднякам и неравенство между цехами, в частности выделение богатых цехов — сукновалов, ювелиров и некоторых других.
В XIII в. по городам прокатилась волна выступлений ремесленников против патрициата, осложненных внутрицеховыми и межцеховыми противоречиями. Так, например, в Бовэ «малый народ» убивал богатых горожан, пытаясь добиться права участия в выборах органов городского управления для всех цехов. Эти волнения служили поводом для вмешательства королевской власти в дела городского управления и проведения с конца XIII в. политики постепенной ликвидации коммунальных вольностей (3)
.
Париж— город как город ?
Что бы ни говорили и ни предрекали экономисты, географы или эссеисты, «городской город» даже сегодня вряд ли может быть изъят из окружающего пространства, в значит, и из сферы действия законов, определяющих участь прочих городов. На фоне обычных городов, городков, деревень он выделяется лишь внешне, хотя больше других, и притом во все возрастающей мере влючен в сообщество крупных городов. Сегодня каждый из таких городов обращен непосредственно ко всему миру, прислушивается к нему и за ним следует, но по-прежнему сохраняет и свои корни, ибо от них нельзя оторваться да зажить по своему хотению. Быть может, мы лучше осознаем эту истину, проследив, как в старину Париж, всегда воспринимавшийся современниками как город-гигант, тем не менее подчинялся общим законам урбанизации того времени.
..Даже глядя на самую примитивную карту, можно понять ряд прописных истин — что Париж стоит на перекрестке дорог, что он выгодно положен по отношению к водным путям
Как и все города, Париж строился на перекрестке дорог — северной н южной (в старину это была улица Сен-Жак, а также улица Сен-Мартен и восточно-западной, которая шла по «правому берегу» и превратилась в улицу Сент-Оноре Именно вдоль этих старых и новых магистралей, вблизи их пересечений еще и ceгодня располагаются великие памятники — архитектурные свидетели парижского прошлого. Они рассказывают нам о рано утвердившемся могуществе Парижа.
Заботливым зодчим его судьбы, его доброй феей, по желанию которой начинались и ускорялись все процессы, явилось государство. Париж особый, привилегированный город; сюда стекались деньги, здесь они накапливались, теми или иными путями заново пускались в оборот. во множестве тратились на роскошь. Как успехи Парижа, так и паразитические тенденции питались деньгами всего королевства, и в особенности деньгами государственными
Как и другие города, и еще в большей степени, Париж был • местом, куда стекались волны мигрантов; случалось, что город буквально штурмовали нищие, бродяги и прочие бедняки. Их не останавливало ничто, даже неслыханная жестокость парижской полиции
Как и все другие города, Париж непрестанно раздирала внутренняя борьба, наиболее очевидный результат которой — специализация кварталов. Городское пространство имело иерархическую структуру так что ремесленные промыслы и жилища, бедных и беднейших слоев населения вытеснялись в сторону Сен-Марсельского и Сент-Антуанского предместий Одновременно с расширявшим свои владения аристократическим западом разрастался и бедняцкий восток, худо-бедно принимая непрерывно накатывавшие волны вновь приезжих. Новоселы группировались по провинциям, откуда прибывали, создавали новые общины Таким образом, кварталы — это как бы деревни внутри города; здесь каждый живет «среди земляков». Вплоть до большой реконструкпии Парижа в I960—1970 годах некоторые его улицы все были излюбленными местами встреч бретонцев, или овернцев, или•савояров и т. д. Следы этого еще не вполне стерлись даже сегодня. Огромный город не выпускал из-под своего контроля ближние и дальние окрестности, придавая особую ценность пригородным землям Этим объясняется обогащение Монтрейля с его фруктовыми садами или процветающее виноградарство в Роменвиле, на Сюренских или Иврийских холмах
По дороге в Париж путешественник не мог не заметить, как постепенно меняется облик местности Все это подчинялось Чреву Парижа. Чтобы выжить и прокормится, столица организовывала на свой лад окрестную территорию. «За век до Столетней войны Париж уже полностью господствовал экономически над прилегающей к нему зоной радиусом в 40—50 километров, что-равняется одному дню верховой езды»,— пишет Ги Фуркен Вокруг Парижа быстро появилось много монастырских владений, выросли многочисленные замки и загородные дома знати. Приобретали землю и парижские буржуа, видя в ней источник престижа и доходов. В 17 веке благодаря этим капиталовложениям вокруг Парижа стали воз никать крупные фермы. Очевидно, так происходит со всеми городами.
Отличие Парижа состояло в ненормально высоком рыночном спросе: ослепленное роскошью королевского двора, общество старалось ее копировать. К 1700 году парижанам было уже мало иметь в своем распоряжении большое количество вин, «овощи и зелень в изобилии», для них требовалось выращивать «инжир, гранаты, апельсины и лекарственные травы, разнообразные цветы. Окрестные caдовники... научились чуть ли не всю зиму сохранять спаржу, артишоки. кочанный латук и тому подобньтс дсщи, которые в прочих краях можно найти только летом» . Уже строилггсь и теплицы, а в укрытых от холода огородах— например в районе Маре, пока он не стал в XV11 веке аристократическим кварталом города,— выращивались ранние овощи.
Сразу же за «заставой» начинались нивы, пашни, фруктовые сады крестьянские селения.
В этом легко опознается охарактеризованный Тюненом первый продовольственный пояс города, снабжающий его рынок продуктами повседневного спроса. Соответственно размеру самой городской агломерации пояс этот был чрезвычайно широк.
Ну а как выглядели остальные пояса снабжения этого ненормально крупного города — зерновой, мясной, лесной и проч.? Да так же как и всюду, с той лишь разницей, что вместо кольца торговых ropoдков здесь было кольцо настоящих городов.
Взаимная зависимость между Парижем ц опоясывавшими его кольцами городов доказывается довольно длительным периодом осад Парижа в конце Религиозных войн (1562—1598), когда «второразрядные города воспользовались невзгодами, парализовавшими столицу; они давали прибежище безработным парижским ремесленникам, купцам и даже богатым буржуа, бежавшим от опасностей и лишений осады В той же зоне, очерченной цепочками этих городов, Париж набирал себе основную часть новых жителей, и в частности многочисленных домашних слуг. По дороге в столицу промежуточными пунктами служили два города— на западе Версаль, на востоке Труа
Отметим, что в целом экономическая диктатура Парижа осуществлялась лишь в Парижском бассейне, расположенном между Ла-Маншем и Луарой, а также в Пикардии, Лотарингии и Нормандии, лишь едва затрагивая пределы Бретани. Все это широкое пространство находилось всецело под господством Парижа, который не давал здешним городам достигнуть такого развития, какое было бы для них возможно
Разумеется, сказанное не означает, что этой обширной зоной влияние Парижа и ограничивалось. В ней сосредоточивалась экономическая жизнь столицы; но за пределами этой территории многими путями постоянно распространялось ее воздействие иного рода — воздействие политическое и культурное в широчайтем смысле обоих слов. (1)
Изменения, происходившие в деревне Западной Европы XIV-- XV вв., представляли собой дальнейшую ступень эволюции феодального строя в условиях и под воздействием возросшей роли товарного хозяйства. Действительный кризис феодализма как социальной системы в целом даже в наиболее передовых странах. Европы наступил много позднее — в XVI или даже XVII вв.
Таким образом, города, горожане не только держали ведущие позиции в области средневековой торговли и ремесел, мореплавания, создания многообразных связей и общностей нового типа Они оказывали повсеместно большое, хотя очень различное в разных странах, влияние на аграрный строй, на положение крестьян и феодалов, на развитие феодального государства. Велика была роль городов, городского сословия также в развитии средневеко вой культуры, прогрессу которой в X—XV вв. они значительно способствовали
Литература
1.Бродель Ф. Что такое Франция. М., 1994
2.Виппер Р.Ю. История средних веков: Курс лекций. Киев, 1996
3.Карпов С.П. . История средних веков: Учебник