Xreferat.com » Рефераты по истории » Империя в XVIII веке
Империя в XVIII веке
интересах землевладельческого
дворянства создается в 1754 г. государственный заемный банк для выдачи дворянам
ссуд под заклад их имений. При дворе формируется кружок, усиленно
пропагандирующий идею полной отмены обязательной дворянской службы. Изданный
Петром III в 1762 г. манифест о "даровании вольности и свободы всему российскому
дворянству" осуществил эту идею. В царствование Екатерины II процесс
дворянской эмансипации нашел свое окончательное завершение. Екатерина II
вступила на престол, увлеченная идеями просветительной философии XVIII века и
занятая мечтой реформировать социально-политический строй России на началах
разума и свободы. Первыми шагами в этом направлении явились составление
"Наказа" и созвание депутатов от всех общественных классов, кроме
духовенства и крепостного крестьянства, в комиссию для составления проекта
нового государственного уложения. Наказы, которыми снабдили депутатов их
избиратели, и прения самих депутатов ясно показали, как изменились настроения и
вкусы руководящего общественного класса, - дворянства, - со времени шляхетских
движений 1730 г. Все внимание дворянских обществ и их представителей
сосредоточилось теперь на вопросах землевладельческого хозяйства и местного
управления, причем разрешение этих вопросов намечалось в духе резко выраженной
сословной исключительности. Законодательные памятники екатерининского
царствования, выросшие из работ этой комиссии, отразили на себе в известной
мере занимавшие Екатерину идеи личной и общественной свободы, но ограничили
применение этих идей пределами высших слоев общества, придав им характер
привилегий. Жалованная грамота дворянству 1785 г. свела в общий итог все уже
сложившиеся преимущества дворянского класса. Одни из них являлись результатом
недавнего раскрепощения этого класса - свобода от обязательной службы, право
ограждать судебной защитой неприкосновенность своих сословных привилегий;
другие - исключительное право владеть землей, свобода от податей - были старыми
преимуществами, оставшимися еще от закрепощенного режима, но теперь и они
получали новое значение; из естественных последствий обязательной службы они
тоже превратились в сословные привилегии, основанные исключительно на
достоинстве дворянского звания. Наконец, грамота создавала корпоративную
самодеятельность дворянства в сфере его сословных интересов, установлением
дворянских губернских обществ, наделенных, в качестве юридических лиц,
определенными правами. В то же время "Учреждение о губерниях"
предоставляло дворянству значительную роль и в общегубернской администрации.
Одновременно с дворянской грамотой была издана жалованная грамота городам,
создававшая из всей совокупности городского населения автономическую
общественную единицу, "градское общество", избирающее из своей среды
общую и шестигласную думы, для заведования полицией и хозяйством города.
Разница между обеими грамотами заключалась в том, что жалованная грамота
дворянству подводила итог уже назревшему факту дворянской эмансипации, а
грамота городам предвосхищала еще только ожидаемый рост городского развития.
Применение ее подверглось поэтому целому ряду фактических ограничений. Во-первых,
новые органы городского самоуправления не были согласованы с созданной уставом
о благочинии городской полицией, которая на практике получала перевес, опираясь
на поддержку губернатора. Во-вторых, расцвет новых начал городской жизни
парализовался теми социально-экономическими условиями, которые как раз служили
базисом для укрепления сословно-дворянских привилегий: господством крепостного
хозяйства, при слабом сравнительно развитии торгового обмена и городской
промышленности. В истории крестьянства XVIII век является эпохой интенсивного
количественного разрастания крепостной массы и окончательного юридического
закрепления крепостной неволи. Указы о ревизиях узаконили приобщение лица к
крепостному состоянию путем записи за кем-либо в ревизскую сказку, причем
некоторым разрядам лиц, как-то: непомнящим родства, вольноотпущенным холопам,
незаконнорожденным детям и т. п., было вменено в обязанность непременно
записываться за кем-либо, а сенатским указом было запрещено приносить жалобы на
незаконные приписки, что давало возможность помещикам произвольно посягать на
свободу множества лиц и семейств. Параллельно с этим шли массовые пожалования
населенных крестьянами земель за государственные заслуги или по частным
поводам, как выражение монаршей милости. В царствование Екатерины II таким
путем было роздано около 800 тысяч, в краткое царствование Павла - около 530
тысяч душ обоего пола. Наконец, количественное разрастание крепостной массы
было усилено распространением крестьянского прикрепления на Малороссию,
Слободскую Украину и Донскую область. Вместе с тем законодательство XVIII века
постепенно стирало с крестьянского прикрепления присущий ему ранее
государственный характер, превращая помещиков в привилегированных
рабовладельцев. В 1726 г. крепостные лишаются права свободно уходить на
промыслы, в 1731 г. - брать откупа и подряды, в 1761 г. - обязываться векселями
и вступать в поручительство; в 1760 г. помещики получили право ссылать своих
крестьян в Сибирь; в 1767 г. запрещены жалобы крестьян на помещиков, в 1792 г.
восстановлена отмененная было в 1771 г. продажа крестьян с публичного торга за
долги помещика, но запрещено употреблять при этом молоток. Отдав крепостных
крестьян в полное распоряжение помещиков, законодательство XVIII века
воздержалось от какой бы то ни было регламентации хозяйственного обихода и
внутренней администрации крепостных вотчин. В определении размера оброчных
платежей и барщинных работ, в уголовной репрессии над крепостным населением, в
устройстве семейного быта своих крестьян помещик руководствовался исключительно
собственным произволом, на почве которого не замедлили развиться хищническая
эксплуатация подневольного труда и грубое насилие над личностью крестьянина.
Установившийся к половине века крепостной режим глубоко воздействовал на весь
жизненный склад России, парализуя успехи народного и государственного хозяйства
и деморализуя общественные нравы и понятия. Совершившаяся в течение века
перестройка административных учреждений стояла в тесной связи с социальной
эволюцией. В ней можно различить два периода. В первую половину века, в связи с
политическими брожениями приливавшего к столице дворянства и борьбой дворянских
партий за власть, деятельно перерабатывается строй высших государственных
учреждений, тогда как областные учреждения сокращаются в числе и падают в
значении. Со второй половины века, с отливом дворянских интересов из центра в
область, на первый план выдвигается областная административная реформа. Тотчас
по смерти Петра уничтожается ряд областных инстанций - надворные суды,
городовые магистраты, камериры и рентмейстеры, - и как управление, так и суд
стягиваются в руках воевод и губернаторов. Выработанный вновь наказ воеводам и
губернаторам (1728) восстановлял власть дореформенного воеводы и в значительной
мере воспроизводил содержание воеводских наказов XVIII века. Затем, за
исключением восстановления магистратов при Елизавете, областная администрация
не занимала законодателя и оставалась без изменений вплоть до губернской
реформы Екатерины II. Напротив, система центральных учреждений осложняется за
это время рядом новых инстанций, сменяющих друг друга в значении Императорского
совета. При Екатерине I возникает Верховный тайный совет, вносящий своим вмешательством
большую дезорганизацию во взаимные отношения Сената и коллегий. После воцарения
Анны Тайный совет уничтожается, но вскоре его заменяет кабинет министров,
который опять-таки становится между Сенатом и верховной властью и делается
орудием временщиков-иностранцев, преимущественно Миниха и Остермана. Впрочем,
кабинет менее совета узурпирует распорядительную власть Сената,
сосредоточиваясь главным образом на вопросах внешней политики и военном
управлении. При Елизавете и Петре III действуют такие же советы, составленные
из высших государственных сановников - конференция и девятичленный совет.
Хроническая перестройка высших государственных учреждений, вызываемая борьбой
партий и отдельных временщиков, и разгром провинциального административного
механизма, подавленного единовластием воевод и губернаторов, водворили в
половине столетия полный хаос в управлении. Екатерина II, вступив на престол,
нашла, что все части управления "вышли из своих оснований".
Последовавшие затем административные реформы перестроили управление в обратном
направлении сравнительно с первой половиной века в духе децентрализации
управления и замены личного произвола системой правомерных учреждений. После
неудачи панинской попытки создать постоянный Императорский совет, - учреждение с
конституционно-олигархическим оттенком, - после созыва комиссии 1767 г., в
которой ярко проявилось тяготение общественных интересов к вопросам
провинциальной жизни, внимание правительства все сильнее сосредоточивается на
областной административной реформе. "Учреждение о губерниях" 1775 г.
совершенно преобразовало местные учреждения и придало им тот вид, какой они
сохранили затем почти без изменений вплоть до 60-х годов XIX века. Эта реформа
внесла ряд новых начал в провинциальное управление:1) умножение числа
административных территориальных единиц, соединенное с уменьшением их размера,
2) перемещение коллегий из центра в область: губернские палаты 1775 г. суть
департаменты прежних коллегий, распределенные по губернским центрам, 3)
разделение ведомств административно-полицейского, судебного и финансового по
трем категориям учреждений (губернское правление и нижний земский суд с
капитан-исправником, казенная палата и казначейства губернские и уездные,
палата уголовная и гражданская с подчиненными им сословными судами дворянскими,
купеческими и земских хлебопашцев), 4) начало выборной службы, за исключением
магистратов, исчезнувшей при преемниках Петра I; губернские учреждения 1775 г.
получили состав коронный, но уездные - состав выборный, причем выборным учреждениям
был придан сословный характер; 5) обращение деятельности провинциальной
администрации не только на служение фиску, но и на задачи общественного блага.
Помимо выражения этой идеи в общей форме в разных местах "Учреждения о
губерниях", сюда относится установление таких учреждений, как приказы
общественного призрения и совестные суды. Однако применение всех указанных
начал в интересах правомерности управления и ограждения общественной и личной
свободы значительно парализовалось двумя условиями: 1) учреждения 1775 г.
закрепили главенство в областной жизни одного сословия - дворянства - над
другими. Все коронные места замещались из среды дворянства, а в выборных
учреждениях дворянство получило перевес, заполняя собой, помимо
сословно-дворянских судов, еще нижнеземский суд, ведавший в полицейском
отношении всю совокупность уездного населения; 2) вся система губернских
учреждений была придавлена сверху властью наместника, названного "хозяином
губернии". При мысли законодателя, власть эта должна была направиться на
строгое и точное наблюдение за исполнением законов со стороны всех подчиненных
мест и лиц; наместник должен был явиться "оберегателем порядка, ходатаем
на пользу общую и государеву, заступником утесненных, побудителем безгласных
дел". На самом деле неопределенность компетенции наместника превращала его
в самовластного царька, своим произволом пересекавшего правомерную деятельность
сложных и искусно скомбинированных учреждений. Оба эти условия получали особое
значение при той рабовладельческой, крепостнической атмосфере, которая царила в
тогдашней общественной жизни. Центральное управление притом перерабатывалось
постепенно как раз в духе старого начала личного усмотрения. Сенат превращается
преимущественно в судебное место; законодательная власть сосредоточивается в
лице монарха (учрежденный в 1769 г. совет уже не имел характера императорских
советов предшествовавших царствований и ведал главным образом руководительство
войной); высшая администрация, с перенесением коллегий в провинции, переходит к
вновь возникающим бюрократическим канцеляриям и комиссиям, во главе которых
становятся генерал-прокурор и другие доверенные лица. Таким образом, оба ряда
екатерининских преобразований привели далеко не к тем целям, ради которых к ним
было первоначально приступлено. Реформы, предпринятые во имя общественной
автономии и правомерной законности, лишь закрепили основной процесс XVIII века
- создание дворянской привилегии, утвержденной на порабощении народа. Исход
XVIII века выдвигал две очередные проблемы для последующего движения истории -
распространение отвоеванной для одного дворянства эмансипации от
закрепостительного гнета на всю совокупность населения и превращение
теоретически провозглашенных начал правового порядка в управлении в жизненный
факт, огражденный определенными гарантиями. Намечались реформа социальная и
реформа политическая. В половине века обе реформы мало занимали рядовую
общественную массу. Крестьянский вопрос дебатировался в комиссии 1767 г., в
сатирической литературе, в Вольном экономическом обществе, но немногочисленные
критики крепостной действительности не шли далее требования некоторой
законодательной регламентации крестьянско-помещичьих отношений. Вопрос о
политических гарантиях заглох с прекращением дворцовых переворотов и из лозунга
партийной общественной борьбы обратился в предмет мечтаний единичных
мыслителей. Но к концу века жизнь резко поставила оба вопроса. Пугачевщина,
завершившая непрерывный ряд крестьянских волнений XVIII века, напомнила о
настоятельности социальной реформы. Террор Павловской эпохи, в связи с
отзвуками революционных брожений на Западе Европы, обострил вкус к политическим
гарантиям в передовых кругах общества, включая сюда и молодого наследника
престола. Развитие этих проблем наполняет собой историю России XIX столетия.
Если Вам нужна помощь с академической работой (курсовая, контрольная, диплом, реферат и т.д.),
обратитесь к нашим специалистам. Более 90000 специалистов готовы Вам помочь.
Бесплатные корректировки и доработки. Бесплатная оценка стоимости работы.
Нужна помощь в написании работы?
Мы - биржа профессиональных авторов (преподавателей и доцентов вузов). Пишем статьи РИНЦ, ВАК, Scopus.
Помогаем в публикации. Правки вносим бесплатно.