Влияние Первой мировой войны на общественно-политические процессы в странах Европы
В свою очередь Антанта располагала и более значительными материальными ресурсами, и явным общим перевесом в живой силе и вооружениях. Численность соединений, развернутых на западном фронте, непрерывно возрастала, их оснащенность была на уровне последних достижений военной техники. Уже в самый разгар боев под Верденом Антанта смогла развернуть ответное широкое наступление в районе реки Соммы. Эта операция, самая масштабная в годы первой мировой войны как по численности участвовавших в ней войск, так и по использовавшимся вооружениям, тщательно готовилась еще с конца 1915 г. К зоне будущих боев были подведены специальные железнодорожные пути, подготовлены склады боеприпасов, превышающие все довоенные запасы Франции. На 40-километровом фронте прорыва 32 англо-французским дивизиям противостояло 8 германских. 1 июля, после 7-дневной артиллерийской подготовки английские и французские части перешли в наступление[10, C. 272]. Но продвижение вглубь немецкой обороны давалось с огромным трудом. Преодоление германских укрепленных позиций, создававшихся в течение многих месяцев, приводило к огромным жертвам. Именно в сражении на Сомме англичане и французы впервые использовали танки. Этот новый вид оружия давал необыкновенное психологическое преимущество на поле боя. Однако разрозненные действия еще технически несовершенных боевых машин пока не приводило к каким-либо значительным успехам. В целом бои на Сомме длились до ноября 1916г. Потери обеих сторон даже превысили верденские и составили более 1 300 тыс. человек. Явный численный и технический перевес войск Антанты не позволил внести решающий перелом в ход войны. Устаревшая тактика планомерного фронтального наступления еще раз доказала свою несостоятельность. Становилась очевидной необходимость взаимодействия в наступательных операциях всех родов войск, творческого развития оперативного искусства, учета особенностей массового применения новейших видов вооружения.
Летом 1916 г. активизировались и военные действия на восточном фронте. Инициативу проявило командование русской армии, выполнявшее решение декабрьской конференции в Шантильи. При этом материальное обеспечение, комплектование войск, их моральный дух вселяли большую тревогу. Затянувшаяся война вызывала все большее недовольство солдатской массы, экономика России с трудом справлялась с военной нагрузкой. Тем не менее, стремясь оттянуть силы противника от Вердена, русская ставка разработала план наступления на протяжении всего фронта от Балтики до Румынии. «Главный удар предполагалось нанести частями западного фронта. Северо-Западный и Юго-Западный фронты должны были нанести вспомогательные, отвлекающие удары. Стратегия этих операций в точности повторяла действия союзников — сосредоточение ударной группировки на одном узком участке и последующие бои на уничтожение, «перемалывание» противника. Однако русские войска были не готовы к таким изнуряющим сражениям. Шансов на успех было немного, и командующие фронтов любыми средствами оттягивали начало активных действий. Иной тактический замысел предложил командующий Юго-Западным фронтом генерал А.А. Брусилов. Его штаб разработал принципиально новый план маневренного «дробящего» наступления одновременно по нескольким направлениям на широком, до 450 километров, участке фронта. Противник в этом случае не мог сосредоточить крупные силы для отражения основного удара»[29, C. 94].
Наступление Юго-Западного фронта в направлении Луцка началось 4 июня. Не имея численного превосходства и уступая противнику в артиллерии, русские войска смогли прорвать фронт и продвинуться за 11 дней на 70—75 км. Таких темпов наступления первая мировая война еще не знала [8, C. 307]. Русские войска использовали эффект тактической внезапности, тщательное инженерное обеспечение наступательных действий. Для преодоления вражеских укреплений были специально подготовлены штурмовые команды. Новаторская стратегия Брусилова полностью оправдала себя. Однако сил для развития успеха у его армии, первоначально предназначенной лишь для вспомогательных действий, не было. Уже во второй половине июня войскам Брусилова пришлось отражать контратаки австро-венгерской армии. Повторное наступление в июле не принесло успеха. Все это время по вине командования войска Западного и Северо-Западного фронтов так и не приступили к активным действиям. Бои на юге шли до начала сентября с огромными потерями для обеих сторон (у русских — до полумиллиона человек, у австро-венгерской армии — до полутора миллионов). Брусиловский прорыв, как назвали эту операцию современники, не привел к решающему стратегическому успеху, но имел очень важное значение. Часть германских войск была оттянута с Западного фронта в самый ответственный период битвы за Верден. Военной мощи Австро-Венгрии был нанесен сокрушающий удар. Это фактически спасло от разгрома итальянскую армию и подтолкнуло к вступлению в войну на стороне Антанты Румынию.
Военные действия на итальянском, балканском, азиатском и кавказском фронтах в 1916 г. велись разрозненно и менее активно. Итальянская армия оказалась в тяжелом положении после успешного австро-венгерского наступления в Трентино в мае—июне. Лишь брусиловский прорыв русской армии позволил итальянцам перейти в контрнаступление и восстановить прежнее положение. Однако новые попытки внести перелом в затянувшееся противостояние в районе Изонцо не увенчались успехом, хотя атаки итальянских частей здесь не прекращались до ноября. Не принесло Антанте ожидаемых выгод и вступление в войну в конце августа Румынии. Малочисленная и плохо подготовленная румынская армия предприняла самостоятельное наступление в направлении Трансильвании, однако была вынуждена вскоре перейти к обороне. В ноябре австро-венгерским и немецким частям даже удалось переправиться через Дунай и захватить Будапешт. Лишь к началу 1917 г. румынский фронт стабилизировался. На Салоникском фронте, где была создана 300-тысячная группировка английских, французских, сербских и русских войск, происходили бои местного значения. Таким образом, Антанте не удалось организовать скоординированные активные действия на южных участках европейского театра военных действий, но австро-венгерская армия, сражавшаяся против нескольких противников, находилась в чрезвычайно тяжелом положении. Схожая ситуация складывалась и вокруг Турции. Разрозненные, но достаточно успешные действия русской и английской армий на Кавказском и Азиатском фронтах (Эрзерумская операция в январе—марте и Трапезундская операция в апреле 1916 г.; разгром турок в Египте весной 1916г. и планомерное наступление в Месопотамии, завершившееся уже в марте 1917 г. взятием Багдада) поставили Турецкую империю на грань военного краха [30, C. 184].
Война на море ознаменовалась в кампании 1916 г. единственным за всю войну крупным морским сражением в Северном море. Ультиматум американского правительства вынудил Германию отказаться в апреле 1916г. от тактики неограниченной подводной войны. В этих условиях единственным способом прорвать блокаду в Северном море было открытое столкновение с английским флотом. Главнокомандующий германским флотом Открытого моря адмирал Шеер рассчитывал набегами крейсеров на побережье британских островов выманить отдельные соединения английского флота в море и разгромить их превосходящими силами. Однако реализовать этот план не удалось. 31 мая у Ютландского полуострова в открытом бою столкнулись основные силы обоих флотов -250 кораблей с обеих сторон. Соотношение сил было в пользу англичан: 150 кораблей против 99 немецких (в том числе 28 тяжелых кораблей типа «Дредноут» против 16 немецких, 9 линейных крейсеров против 5-ти. Использовать потенциал сильного немецкого подводного флота практически не удалось. Сражение, ход которого свелся к сложному маневрированию и артиллерийской перестрелке линейных кораблей, не принесло решающего перевеса ни одной из сторон. Английский флот потерял 3 линейных крейсера и 12 других судов, а немецкий — 1 линейный крейсер и 9 кораблей других классов. Ютландское сражение, как и битвы у Вердена и на Сомме, показало иллюзорность попыток внести перелом в ход войны одним «генеральным сражением» [9, C. 351]. Решающую роль на завершающей фазе войны начинало играть соотношение общего военно-экономического потенциала коалиций.
I.3. Окончание войны и ее итоги.
К началу 1917 г. коалиция центральных держав уже полностью утратила стратегическую инициативу. Австро-венгерская, турецкая и болгарская армии были не способны продолжать сколько-нибудь активные действия. В этих странах нарастал острый политический и социально-экономический кризис. Германия также испытывала острый недостаток материальных и человеческих ресурсов. Германская армия была вынуждена перейти к стратегической обороне, используя все ресурсы для укрепления долговременных позиций. В то же время перевес Антанты, очевидный уже в 1916 г., стал еще более явным после вступления в войну 6 апреля 1917г. Соединенных Штатов Америки. И хотя до появления американских солдат на европейском театре военных действий оставалось еще немало времени, участие в военных действиях мощного флота США фактически предопределило исход войны на море. Возобновление Германией неограниченной подводной войны в первые месяцы 1917 года принесло ощутимый, но временный успех. Весной потери торгового флота Антанты достигли максимального уровня, но затем значительно снизились благодаря использованию тактики конвоев.
Новая конференция командующих войск Антанты в Шантильи, определявшая планы на предстоявшую кампанию, избрала в качестве основного театра военных действий западный фронт. Предстояла решающая наступательная операция, которая должна была привести к окончательному разгрому Четверной коалиции. Русские войска своими активными действиями должны были блокировать переброску немецких резервов с восточного фронта. К апрелю 1917г. подготовка наступления на участке между Реймсом и Суассоном завершилась. Были сосредоточены колоссальные силы - более 100 дивизий, 1000 самолетов, более 200 танков, 5597 орудий[14, C. 239]. В соответствии с предложением нового французского командующего генерала Невеля, вместо прежней тактики изматывающих ударов на уничтожение живой силы противника с последующим преодолением его обороны предполагалась стремительная операция прорыва фронта с выходом на оперативный простор «маневренной массы» (группы трех резервных армий) и дальнейшим расширением зоны наступления. Большое значение придавалось использованию авиации, в том числе бомбардировочной. Наступление началось 9 апреля, однако германские части успели отойти на заранее подготовленные укрепленные позиции — «линию Зигфрида», где встречали противника жестким сопротивлением. Попытка прорыва «линии Зигфрида», предпринятая 16 апреля, не удалась. Бои приобрели прежний характер позиционного противостояния. Таким образом, уже в мае стал очевиден провал очередной «решающей» операции Антанты. Потери каждой из сторон доходили до 200 тысяч человек. В последующие месяцы военные действия носили локальный характер. Отдельные успехи войск в боях у Мессия, в районе Вердена и у Камрэ имели лишь тактическое значение. Они, как и победы англичан в Месопотамии, Сирии и германской Восточной Африке в 1917г., способствовали восстановлению морального духа англофранцузских войск, но не могли повлиять на общее положение дел в Европе. Провал плана стратегического наступления на Западном фронте привел к затягиванию войны на длительное время. Этому способствовали и события на других европейских фронтах.
На Салоникском фронте группировка Антанты, насчитывавшая уже свыше 600 тысяч человек, не смогла развить наступление, предпринятое в апреле—мае против болгарской армии[29, C. 168]. Многие части оказались охвачены солдатскими мятежами. Еще более сложным оказалось положение итальянской армии. Сдерживая ее упорные атакующие действия у Изонцо, австро-венгерской армии при поддержке немецких частей удалось подготовить ответное наступление в горном районе Капоретто. В результате энергичной атаки в октябре 1917 г. итальянский фронт был здесь прорван, австро-немецкие войска углубились на итальянскую территорию на 100 км. Итальянская армия потеряла в этих боях более полумиллиона человек убитыми и ранеными [14, C. 157]. Лишь переброска в Италию английских и французских дивизий позволила стабилизировать обстановку. Казалось бы, неминуемый военный крах Австро-Венгерской империи вновь был отсрочен.
Начало революционных событий в России изменило положение дел на Восточном фронте. Свержение царизма и приход к власти Временного правительства не привели к выходу России из войны, однако боеспособность русской армии стремительно ухудшалась. В солдатских массах все большим становилось влияние большевиков, призывавших к отказу от продолжения войны. Выполняя обязательства перед союзниками и пытаясь успехами на фронте стабилизировать политическое положение внутри страны, Временное правительство санкционировало проведение нового наступления на Юго-Западном фронте. В результате боев с 1 по 7 июля войска генерала Корнилова прорвали фронт на львовском направлении. Однако контрудар немецко-австро-венгерской армии — Тарнопольский прорыв — заставил войска Юго-Западного фронта спешно отходить на прежние позиции. Развивая достигнутый успех и используя разложение и деморализацию русской армии, германские войска провели в сентябре успешную операцию по форсированию Двины и захвату Риги. Спустя месяц соединенными усилиями флота и сухопутных частей немцам удалось захватить и мощный укрепленный район на Моонзундских островах. С потерей Моонзундского архипелага русский флот был вынужден уйти из Рижского залива [9, C. 381].
В конце 1917 г. в России произошла Октябрьская социалистическая революция. Это решительно изменило ситуацию на фронтах первой мировой войны. Правительство Советской России призвало все воюющие страны к «демократическому миру без аннексий и контрибуций» и пошло на заключение сепаратного перемирия со странами германского блока. В результате мирных переговоров в Брест-Литовске Германия добилась существенных территориальных уступок, но из-за разногласий в советском руководстве мирный договор не был подписан. Используя этот момент, немецкие войска перешли в наступление по всему фронту. Лишь 3 марта 1918 г. в Брест-Литовске был подписан мирный договор, по которому от России отторгались Финляндия, Прибалтика, Украина, Донская и Черноморская области, Закавказье [16, C. 236].
Используя выход России из войны и понимая, что прибытие американских войск в Европу стремительно меняет соотношение сил, германское командование перешло в начале 1918 г. к активным действиям и на Западном фронте. Резкое ухудшение внутреннего положения в самой Германии делало это наступление решающим для судеб всей войны. В течение зимы была проведена тщательная подготовка операции. Тактический план германского командования учитывал весь опыт предшествующих лет и основывался на идее маневренного прорыва обороны противника ударными группировками на широком фронте. Операция началась 21 марта в Пикардии в направлении Амьена. Германской армии удалось ошеломить противника внезапной и необыкновенно мощной артиллерийской атакой и массовым применением химических снарядов. За огневым валом началось наступление штурмовых групп, поддерживаемых боевой авиацией. Первоначальный замысел был блестяще реализован. За 14 дней германские войска продвинулись на 84 км, захватив только пленными 90 тыс. человек. Немецкие дальнобойные орудия получили возможность обстреливать Париж. В апреле германские армии провели успешное наступление во Фландрии, а в мае — севернее реки Уазы, вновь выйдя к Марне[ 10, C. 304].
В весенних боях 1918 г. англо-французские войска несли гораздо большие потери, чем их противник. Стратегическая инициатива вновь перешла к Германии. Однако летом ситуация стала меняться. На фронт прибывали американские части — до 250 тысяч человек в месяц. В июне сорвалось наступление Австро-Венгрии против Италии. В такой ситуации германское командование решило предпринять последнюю попытку нанести Антанте решающее поражение и вынудить ее к миру. «Сражение за мир», широко разрекламированное официальной немецкой пропагандой, началось 15 июля 1918 г. на Марне. В преддверии наступления германскому командованию уже не удалось обеспечить ни численного перевеса, ни тактической внезапности операции. Измотав противника в ожесточенных боях, войска Антанты сами перешли в контрнаступление. Германская армия начала откатываться на прежние оборонительные позиции. Ее моральный дух был подорван.
В сентябре — октябре 1918г. развернулось общее наступление войск Антанты на протяжении всего фронта — от Северного моря до Италии. Французский главнокомандующий маршал Фош настоял на тактике «концентрического наступления», когда все части союзников двигались «по сходящимся направлениям», маневрируя и используя взаимодействие всех родов войск. В этих боях уже самостоятельно могли действовать соединения американской армии. Все большую роль в составе английской армии играли австралийские и канадские части. В середине октября «линия Зигфрида» была прорвана. Несмотря на то что продвижение войск Антанты было не столь значительным, как это предполагалось, стратегическое поражение их противника стало неизбежным. Германия стояла на краю пропасти, в стране нарастала революционная ситуация. 29 сентября перемирие с Антантой заключила Болгария, 30 октября - Турция. 3 ноября капитулировала Австро-Венгрия. Германское правительство обратилось к президенту США В. Вильсону с предложением о приостановке военных действий. 11 ноября текст перемирия был подписан представителями германского командования и Антанты в Компьенском лесу под Парижем в вагончике маршала Фоша. Первая мировая война завершилась[3, C. 248].
Первая мировая война принесла с собой неисчислимые бедствия: только людские потери исчислялись более чем 10 млн. убитых и свыше 20 млн. раненых и искалеченных. За время войны в странах германского блока было мобилизовано свыше 25 млн. человек, а в странах Антанты — свыше 48 млн. человек [14, C. 271]. Для военных нужд использовались все материальные ресурсы воюющих держав. Невиданные расходы превратили в должников даже Францию и Великобританию. Одержав столь дорогую победу, страны Антанты приступили к определению судеб послевоенного мира.
В январе 1919 г. открылась Парижская (Версальская) мирная конференция для выработки мирных договоров с Германией и другими побежденными государствами. На конференции, в которой участвовали 27 государств, тон задавала так называемая «большая тройка» — премьер-министр Франции Ж. Клемансо, избранный председателем конференции, премьер-министр Великобритании Д. Ллойд-Джордж, президент США В. Вильсон. Показательно, что побежденные страны, как и Советская Россия, не были приглашены на конференцию. Конференция подготовила и приняла серию договоров и соглашений с побежденными странами, которые в совокупности сформировали послевоенный мировой порядок.
Центральное место в решениях Парижской конференции занял Версальский мирный договор с Германией, подписанный в Зеркальном зале Версальского дворца 28 июня 1919 г., т.е. в годовщину убийства в Сараево. Согласно статье 231 договора на Германию возлагалась вся ответственность за развязывание первой мировой войны. Поэтому большая часть условий договора носила характер «наказания агрессора» или была призвана за его счет компенсировать потери победителей. Германия обязывалась провести демилитаризацию Рейнской зоны, а левый берег Рейна занимали оккупационные войска Антанты. Область Эльзас—Лотарингия возвращалась под французский суверенитет. Германия уступала Франции также угольные копи Саарского бассейна, который на 15 лет переходил под управление Лиги наций. По истечении этого срока вопрос о будущем этой области предусматривалось решить путем плебисцита среди ее населения. Были закреплены статус нейтралитета Бельгии, а также переход к ней округов Эйпен, Мальмеди и Морене, полная независимость Люксембурга, который отныне выходил из состава Германского таможенного союза. На территории Шлезвиг-Гольштейна должен был быть организован плебисцит о дальнейшей судьбе этой территории[31, C. 186].
Германия обязывалась также уважать независимость Австрии в границах, которые были установлены Сен-Жерменским мирным договором 1919 г., — тем самым создавалось препятствие для возможного объединения двух национальных немецких государств. Германия также признала независимость Чехословакии, граница которой проходила по линии старой границы между Австро-Венгрией и самой Германией. Признав полную независимость Польши, Германия отказывалась в ее пользу от части Верхней Силезии и Померании, а также от прав на город Данциг (Гданьск), включенный в таможенную границу Польши. Таким образом, с отделением Восточной Пруссии территория Германии оказалась рассечена на две части. Германия отказывалась от всех прав на территорию Мемеля (нынешней Клайпеды), которая в 1923 г. была передана Литве. Германия признавала «независимость всех территорий, входивших в состав бывшей Российской империи к 1.УШ.1914», т. е. к началу первой мировой войны. Она обязывалась также отменить Брестский договор 1918 г. и другие договоры, заключенные с Советским правительством[31, C. 189].
Германия лишалась всех своих колоний. Исходя из признания виновности Германии в развязывании войны, в Версальский договор был включен ряд положений, предусматривающих демилитаризацию Германии, в том числе сокращение армии до 100 тыс. человек, запрет новейших видов вооружений и их производства.
Глава II. Общественно-политические движения в странах Европы
как последствия Первой мировой войны.
II.1. Складывание революционной ситуации в Германии.
Веймарская республика.
Балканский кризис 1914 г. подтолкнул мир к глобальной войне. В условиях нарастающей шовинистической истерии германское общество восприняло ее начало как событие общенационального значения. Однако патриотическая эйфория к завершающей стадии войны сменилась усталостью, раздражением и озлоблением. Колоссальное напряжение всех ресурсов нации, необходимое для ведения войны на два фронта против ведущих держав мира, вызвало глубочайший экономический, социальный, психологический кризис. В годы войны страна потеряла 2 млн. человек убитыми и 4 млн. ранеными. Более 1 млн. немцев оказалось в плену. Массовая мобилизация сократила количество квалифицированных рабочих на немецких предприятиях до 25 %. В течение всего периода войны суммарный объем промышленного производства неуклонно снижался. Если в 1914 г. его уровень составил 83 % от довоенного, то в 1918 г. — лишь 57 %. Гигантские военные расходы истощили финансовую систему. В стране начинался голод — в последний период войны по продовольственным карточкам, введенным для городского населения, в день полагалось на человека 116 г муки, 18 г мяса и 7 г жира. В деревнях проводились жесткие реквизиции[14, C. 259].
Существенно изменилась и внутриполитическая ситуация. Партии, составлявшие основу проправительственных коалиций в предвоенный период, стремительно теряли влияние. В стране фактически устанавливается военная диктатура. Уже с 1914 г. правительство обладало чрезвычайными полномочиями относительно контроля над сырьем и топливом, а также в распределении военных заказов. В 1916 г. вся полнота власти была окончательно передана военному руководству. «Военное управление» во главе с главнокомандующим фельдмаршалом Паулем Гинденбургом и генерал-квартирмейстером Эрихом Людендорфом получило неограниченные права в области экономического регулирования. Закон 1916 г. «О вспомогательной службе Отечеству» вводил обязательную трудовую повинность для мужчин от 16 до 60 лет, что предполагало право властей на принудительную мобилизацию населения для осуществления любых видов работы. Тотальная милитаризация трудовых ресурсов и государственного управления принесла свои плоды — Германия невероятно долго выдерживала противоборство фактически со всем миром. Однако моральная усталость нации от войны становилась все более очевидной. Для предотвращения внутриполитического кризиса в 1917 г. правительственные круги предприняли попытку консолидации всех лояльных политических сил под эгидой «партии Отечества». Однако сформировать сколько-нибудь влиятельную организацию таким образом не удалось[5, C. 101].
В 1917—1918 гг. лишь оппозиционные рабочие партии сохраняли значительную активность. Не выступая с антивоенной пропагандой, социал-демократы тем не менее отказались от политического сотрудничества с военно-монархическим режимом. СДПГ, возглавляемая Ф. Эбергом и Ф. Шейдеманом, ратовала за созыв Учредительного собрания и демократическое реформирование государственно-правового механизма. На революционных позициях стояла Независимая Социал-Демократическая партия Германии, образованная вышедшей в 1917 г. из состава СДПГ группой Г. Гаазе и В. Дитмана. НСДПГ призывала германский пролетариат к социалистической революции, которая должна будет покончить с монархией и стать прологом к широким социальным преобразованиям. Однако лидеры НСДПГ, за исключением автономной группы «Спартак» большевистского типа под руководством К. Либкнехта и Р. Люксембург, под революцией понимали скорее последовательную демократизацию государственного строя Германии, нежели насильственное навязывание какого-либо общественного строя.
Провал последнего наступления германской армии 1918—1919 гг. на западном фронте летом 1918 г. стал толчком к формированию революционной ситуации в стране. Понимая бесперспективность дальнейшего сопротивления, командование армии обратилось 4 октября 1918 г. к американскому президенту В. Вильсону с предложением о перемирии. 5 октября кайзер Вильгельм II принял отставку Людендорфа и по рекомендации того же Людендорфа предложил сформировать коалиционное правительство с участием социал-демократов своему племяннику принцу Максу Баденскому. Эти меры должны были отсрочить революционный взрыв и обеспечить более выгодный имидж Германии на предстоявших мирных переговорах. В тот же день было объявлено о реформе политической системы в духе парламентаризации, в том числе признании ответственности правительства перед Рейхстагом, ограничении прав исполнительной власти в назначении высших государственных и военных должностных лиц, принятии ряда социальных мер. Вскоре выяснилось, что новый канцлер рассматривает в качестве меры, необходимой для обеспечения позитивного отношения стран-победителей к Германии, и отречение от престола самого кайзера. 29 октября группа высших генералов почти насильно вывезла императора в Спа, где располагалась ставка главнокомандования.
На фоне углубляющегося правительственного кризиса в начале ноября 1918 г. в Германии начинаются революционные события. Историки считают, что революция в Германии началась 3 ноября 1918 г. восстанием матросов в Киле и к 9 ноября докатилась до Берлина. Повсеместно создавались советы. Кайзер бежал из страны. Революционное правительство — Совет народных уполномоченных (СНУ) во главе с социал-демократом Ф. Эбертом — объявило Германию республикой. 11 ноября было подписано перемирие. 12 ноября правительство опубликовало программу действий: отменялось осадное положение военного времени, провозглашались свобода слова, собраний, ассоциаций, объявлялась амнистия политическим заключенным, вводилось всеобщее, равное избирательное право при прямом и тайном голосовании[30, C. 217].
Правительство приступило к решению проблем трудоустройства и социального обеспечения демобилизованных солдат, безработных, к регулированию экономических и социальных проблем.
К середине декабря 1918 г. из социал-демократической партии Германии вышли левые радикальные группы (в том числе группа «Спартак»), выступавшие за социалистическую революцию. Их вдохновлял пример Советской России.
Напротив, возглавлявшая правительство социал-демократическая партия занимала умеренно-реформистскую позицию и считала первостепенным созыв Учредительного собрания для выработки и принятия конституции.
Левые не согласились с таким курсом. Под руководством лидеров «Спартака» К. Либкнехта и Р. Люксембург при участии групп радикалов Гамбурга и других городов 30 декабря 1918 г. была создана коммунистическая партия Германии. В ее программных документах содержались призывы к социалистической революции. Мятежные настроения 5 января 1919 г. вылились в Берлине в стихийные митинги.[6, C. 204]
В то же время правительство пыталось ограничить прямые революционные действия народа, влияние леворадикальных политических сил. Переломным для развития революции стал I Всегерманский съезд Советов, проходивший в Берлине с 16 по 21 декабря. После острой дискуссии съезд принял решение о поддержке выборов Учредительного собрания и передаче ему всех полномочий по конституциированию нового государственного строя. Для левых группировок оставался единственный способ предотвратить создание в Германии буржуазно-демократической республики - дальнейшая эскалация политического насилия.
30 декабря 1918г. состоялась конференция группы «Спартак» и движения левых радикалов, на которой было провозглашено создание Коммунистической партии Германии. Целями новой партии были консолидация революционных сил, борьба за установление диктатуры пролетариата, полная ликвидация буржуазной государственности. Коммунисты не приняли решение о немедленной подготовке вооруженного восстания. Но, когда в начале января 1919 г. в Берлине начались стихийные выступления рабочих, КПГ поддержала это движение. Поводом к январским событиям стало увольнение ряда государственных чиновников - членов НСДПГ после выхода этой партии из правительственной коалиции. На улицах Берлина начались митинги и вооруженные столкновения с полицией. С помощью армии правительство уже к 12 января подавило эти выступления. Поражение восстания стало сигналом к началу белого террора в стране. 15 января были убиты лидеры коммунистов Либкнехт и Люксембург. На протяжении последующих месяцев шли «арьергардные бои» левых сил. Они были значительны по своим масштабам, но разрозненны. В январе была провозглашена Бременская советская республика, в середине февраля вспыхнуло забастовочное движение в Рейнско-Вестфальской области, в апреле провозглашена Баварская советская республика. Все эти выступления подавлялись местными отрядами полиции, военными частями, добровольческими формированиями ветеранов войны[6, C. 251].
Эскалация насилия придала завершающей стадии германской революции трагический характер. И тем не менее главным ее итогом стала ликвидация германской монархии, начало демократических преобразований в политической и социальной сферах, ускорение выхода Германии из войны. Особенностью германской революции был фактически мирный характер трансформации государственного строя, начатый еще при последнем имперском правительстве. В качестве ее лидера выступила СДПГ, не являвшаяся собственно революционной партией и сумевшая перевести революционный процесс в русло правовых преобразований. Главный парадокс германской революции состоял в том, что ее основным лейтмотивом была борьба между левыми и крайне левыми партиями при пассивности остальных политических сил.
19 января 1919 г., когда в Берлине только завершилось подавление вооруженного восстания, состоялись выборы в Учредительное собрание. Их результаты выявили существенную перестройку партийно-политического спектра Германии. Левые партии СДПГ и НСДПГ получили соответственно 163 и 22 мандата. Жесткие политические противоречия, возникшие между ними на фоне событий декабря—января в Берлине, не позволили им образовать единый блок. Более того, СДПГ выступила за образование устойчивого парламентского большинства, ориентированного на последовательную демократизацию государственного устройства Германии и преодоление любого революционного экстремизма. Потенциальными союзниками СДПГ рассматривались Немецкая демократическая партия и партия Центра. НДП (75 мест в Учредительном собрании), руководимая Фридрихом Науманом и Вальтером Ратенау, образовалась на основе левого крыла довоенного национал-либерального движения и Прогрессивной народной партии. Она выдвигала программу последовательных социально-экономических преобразований, коренной перестройки конституционного механизма на основе либеральных принципов. Партия Центра (73 места) практически не изменила довоенной идеологической ориентации, но находилась в состоянии острой внутрифракционной борьбы. Состав партии в 1918 г. покинула влиятельная группа во главе с М. Шпанном и Э. Штадлером, образовавшая «Объединение за национальную и